Судья Мирзаев М.С. Дело № 22к-1437/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

20 августа 2020 г. г. Махачкала 

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего - судьи Мирзаметова А.М.

при секретаре судебного заседания - Манатилове К.М.,

с участием: 

прокурора отдела прокуратуры РД - Гюльмагомедова А.У.

адвокатов - Курбанова А.Г. и Бородкиной Н.М., 

защитника наряду с адвокатом - Р.,

подсудимого - Д., участие которого в суде апелляционной инстанции обеспечено посредством видеоконференц-связи,

рассмотрел в судебном заседании материал по апелляционным жалобам адвоката Курбанова А.Г. и защитника наряду с адвокатом Р. в интересах подсудимого Д. на постановление Кайтагского районного суда Республики Дагестан от 07 августа 2020 года, которым в отношении 

Д., 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

адрес> Республики Дагестан, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.30, ч.6 ст.290, ч.1 ст.285 и ч.3 ст.159 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 3 (три) месяца 00 суток, то есть до 12 ноября 2020 года включительно.

Заслушав доклад судьи Мирзаметова А.М., выслушав подсудимого Д., адвокатов Курбанова А.Г. и Бородкиной Н.М., защитника наряду с адвокатом - Р., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Гюльмагомедова А.У., полагавшего необходимым постановление суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

26.02. 2019 г. руководитель следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Дагестан возбудил уголовное дело в отношении Д. по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 30 и ч. 6 ст. 290, ч. 1 ст. 285 УК РФ.

26.02.2019 года Д. задержан в порядке, предусмотренном ст.ст. 91, 92 УПК РФ, по подозрению в совершении вышеуказанных преступлений.

Постановлением от 18.03.2019 года указанные уголовные дела соединены в одно производство. 

Постановлением суда от 28.02.2019 года срок задержания подозреваемого Д. продлен до 01.03.2019 года.

Постановлением суда от 01.03.2019 года в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

16.09.2019 года Д. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.30, ч. 6 ст.290, ч.1 ст. 285 и ч.3 ст.159 УК РФ.

Постановлением суда от 05.02.2019 года срок содержания под стражей обвиняемого Д. продлен до 12 месяцев, то есть до 26.02.2020 года.

13 февраля 2020 года уголовное дело в отношении Д. поступило в Кайтагский районный суд РД.

Постановлением Кайтагского районного суда РД от 06.05.2020 года подсудимому Д. на период судебного разбирательства избрана мера пресечения в виде заключения под стражу с 13 февраля по 12 августа 2020 г. включительно.

Апелляционным постановлением Верховного Суда Республики Дагестан от 10.06.2020 года постановление Кайтагского районного суда РД от 06.05.2020 года об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу оставлено без изменения. 

В судебном заседании государственный обвинитель Гюльмагомедов А.У. обратился в суд с ходатайством о продлении в отношении подсудимого Д. в порядке ст. ст. 109, 255 УПК РФ срока содержания под стражей на 3(три) месяца, указав, что в настоящее время обстоятельства, которые послужили основанием для избрания в отношении Д. меры пресечения, не изменились. С учетом тяжести предъявленного обвинения он может скрыться от суда, воспрепятствовать производству по делу, оказывать влияние на свидетелей и потерпевших.

Обжалуемым постановлением ходатайство прокурора удовлетворено.

В апелляционной жалобе адвокат Курбанов А.Г. считает обжалуемое постановление вынесенным с нарушением требований ч. 4 ст. 7, ст. 61, 65 УПК РФ.

Ссылаясь на положения п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 года №5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ» при разрешении вопросов о продлении срока содержания под стражей указывает, что судам надлежит учитывать, что согласно п. 3 ст. 5 «Конвенции о защите прав человека и основных свобод» от 4 ноября 1950 года, каждое лицо, подвергнутое аресту или задержанию, имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда.

Указывает, что вывод суда о наличии риска того, что лицо скроется от правосудия сохраняет свою силу лишь на первоначальных этапах производства по делу, по происшествии времени оно перестает быть достаточным.

Обращает внимание, что каких-либо фактических данных, удостоверяющих с достаточной степенью вероятности то, что, не будучи под стражей, Д. может скрыться от органов следствия и суда и воспрепятствовать производству по делу в материалах не содержится. Кроме того, в период домашнего ареста Д. установленные судом ограничения не нарушал, в установленное следователем время и место являлся на все следственные действия, не скрывался и давления ни на кого не оказывал.

Указывает, что суд в нарушение требований ст.ст.47, 53 УПК РФ не разъяснил защите и подсудимому права и обязанности, которые регламентируют их деятельность в суде, не разъяснил их право на отвод суду, на заявление ходатайств, ознакомление с материалами, правом делать из него выписки. Также суд не разъяснил регламент судебного заседания.

Автор жалобы указывает, что защита в судебном заседании просила время на ознакомление с ходатайством государственного обвинителя, на что суд стороне защиты отказал. В последующем суд неоднократно требовал, чтобы защита не высказывала возражения на действия председательствующего, при этом лишая защитника права, предусмотренного ч. 3 ст. 243 УПК РФ.

Обращает также внимание, что после выступления государственного обвинителя им был заявлен отвод суду по доводам, которые были изложены в его ходатайстве об отводе. При этом, суд в нарушение требований ч. 1 ст. 65 УПК РФ, не уйдя в совещательную комнату, вынес постановление на месте и объявил, что отказывает в удовлетворении заявленного отвода, на что им были принесены возражения на действия председательствующего, занесенные в протокол судебного заседания.

Указывает, что при оглашении материалов уголовного дела председательствующий огласил лишь название восьми документов, из которых ни один документ в полном объеме оглашен не был. Также не были они предметом исследования в судебном заседании. 

Таким образом, как указывает автор жалобы, суд нарушил права и свободы подсудимого Д. и защитника при вынесении обжалуемого постановления о продлении срока содержания под стражей.

Кроме того указывает, что после оглашения постановления о продлении срока содержания под стражей председательствующий вынес на обсуждение вопрос о своем самоотводе, так как для этого имелись основания, предусмотренные ст. 61 УПК РФ, что, соответственно, говорит о незаконности вынесенного постановления.

На основании изложенного, просит обжалуемое постановление отменить, прекратив производство по материалу.

В апелляционной жалобе защитник наряду с адвокатом - Р. постановление суда полагает незаконным и необоснованным, подлежащим отмене в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

Указывает, что согласно п.2. ч.2 ст.389.17 УПК РФ вынесение решения по уголовному делу незаконным составом суда относится к числу существенных нарушений уголовно-процессуального закона.

Обращает внимание, что председательствующий по уголовному делу судья Мирзаев М.С. пренебрегая возложенной на него законом обязанностью, преднамеренно скрывал на протяжении почти 6 месяцев от участников процесса информацию о наличии конфликта интересов, более того, не смог в соответствии с законом решить вопрос о своей беспристрастности по заявленному ему защитой обоснованному отводу.

Указывает, что 4 июня 2020 года сторона обвинения обратилась в суд с письменным ходатайством об изменении территориальной подсудности уголовного дела на основании п.п. «в» п. 2 ч. 1 ст. 35 УПК РФ, с чем согласилась и сторона защиты. Более того, в судебном постановлении от 04.06.2020 года об изменении территориальной подсудности данного уголовного дела признаны и перечислены мотивированные, обоснованные, веские и бесспорные доводы и фактические данные для принятия им законного решения о самоотводе либо удовлетворении заявления участников по делу об отводе судьи.

Считает, что аналогичные доводы для исключения возможности участия председательствующего судьи в производстве по настоящему делу, изложены и в ходатайстве и.о. председателя Кайтагского районного суда РД от 17 февраля 2020 года об изменении территориальной подсудности данного уголовного дела, согласно которому судьями Кайтагского районного суда РД не может быть обеспечено объективное, независимое и беспристрастное его рассмотрение. Однако открытое судебное заседание 07.08.2020 года, судья Мирзаев М.С. начал с рассмотрения ходатайства государственного обвинителя о продлении срока содержания под стражей Д. При этом не объявил состав суда и иных участвующих по делу лиц, не выяснил у сторон наличие у них отводов, не самоустранился от рассмотрения уголовного дела по обстоятельствам, изложенным лично им в указанном выше постановлении об изменении территориальной подсудности.

Также обращает внимание, что заявленный адвокатом Курбановым А.Г. отвод по доводам, признанным председательствующим обоснованными и заслуживающими внимания в указанном выше решении, в нарушение требований ч.1 ст.65 УПК РФ разрешил на месте, без удаления в совещательную комнату, отказав в его удовлетворении без объяснения причин.

Считает, что председательствующий по уголовному делу, открыто занял сторону обвинения, нарушив принцип состязательности и равноправия сторон, безмотивно отклоняя заявленные защитой ходатайства, превышая свои полномочия и злоупотребляя ими, так как основания для его отвода имели место на день принятия им уголовного дела к своему производству.

Указывает, что подсудимому и его защитнику безосновательно судом было отказано в предоставлении времени для изучения и подготовке к рассмотрению ходатайства, составления письменных возражений, а также предоставления письменных доказательств. 

По мнению автора жалобы, не руководствуясь принципом добросовестности, формально рассмотрев ходатайство стороны обвинения, и удовлетворив его, председательствующий заявил о самоотводе и вынес постановление о самоустранении от участия в производстве по данному уголовному делу, подтвердив свою заинтересованность и необъективность.

Указанное обстоятельство, по мнению апеллянта, является бесспорным основанием для отмены принятых судом решений, поскольку по делу не обеспечены объективность и беспристрастность.

Считает, что суд рассмотрел и удовлетворил необоснованное ходатайство стороны обвинения, поскольку в нем не приведено ни одного доказательства в подтверждение изложенных в нем доводов.

Обращает внимание, что суд нарушил требования ст. 240 УПК РФ, обосновав свое решение доказательствами, которые непосредственно в судебного заседании не исследовал, а лишь озвучил заголовки некоторых из них, причем исключительно по своему усмотрению. 

На основании изложенного, просит отменить обжалуемое постановление суда о продлении срока содержания под стражей Д., освободив его из-под стражи.

В возражениях на апелляционные жалобы адвоката Курбанова А.Г. и защитника наряду с адвокатом Р. государственный обвинитель Гюльмагомедов А.У. указал, что доводы жалобы о нарушениях уголовно-процессуального закона, допущенных при рассмотрении ходатайства о продлении срока содержания под стражей подсудимого Д. являются несостоятельными и не соответствуют действительности, в связи с чем просит постановление Кайтагского районного суда РД от 07.08.2020 года оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Проверив представленные материалы дела и доводы апелляционных жалоб, выслушав мнение участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Продление срока содержания под стражей после поступления уголовного дела в суд для рассмотрения его по первой инстанции предусмотрено ст. 255 УПК РФ. Согласно ч. 2 ст. 255 УПК РФ, срок содержания под стражей со дня поступления уголовного дела в суд и до вынесения приговора не может превышать 6 месяцев. В соответствии с ч. 3 ст. 255 УПК РФ суд, в производстве которого находится уголовное дело, по истечении 6 месяцев со дня поступления уголовного дела в суд вправе продлить срок содержания подсудимого под стражей. При этом, продление срока содержания под стражей допускается только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях и каждый раз не более чем на 3 месяца.

В силу ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97, 99 УПК РФ.

Из представленных материалов следует, что суд первой инстанции в соответствии с законом надлежащим образом обсудил вопрос о мере пресечения Д., обоснованно оставил ее без изменения, продлив срок содержания под стражей на основании ч. 3 ст. 255 УПК РФ.

При принятии решения, суд принял во внимание наличие совокупности содержащихся в материалах уголовного дела данных, указывающих на событие преступления и обоснованность подозрения в причастности к ним Д. без вхождения в обсуждение вопросов, в том числе, вины, квалификации действий, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу, что нашло свое отражение в судебном решении.

Выводы суда о необходимости оставления Д. меры пресечения в виде заключения под стражей в постановлении мотивированы.

Судом при принятии решения было учтено, что Д. обвиняется в совершении тяжкого и особо тяжкого преступления, посягающего на общественную безопасность, против государственной власти и интересов государственной службы, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительный срок.

Также суд принял во внимание конкретные обстоятельства уголовного дела, данные о личности подсудимого и установил, что основания, которые были учтены судом при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении Д., не изменились, а необходимость в данной мере пресечения не отпала.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения Д. меры пресечения в виде заключения под стражу на альтернативную меру пресечения, не связанную с содержанием под стражей.

Ходатайство государственного обвинителя обсуждалось с участниками судебного разбирательства с соблюдением принципа состязательности сторон. Выслушав мнение сторон, суд вынес решение в соответствии с требованиями ст. 255 УПК РФ.

Сведений об изменении оснований, вследствие которых была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, а также обстоятельств, свидетельствующих о том, что необходимость применения данной меры пресечения, отпала, не установлено.

Доводы защиты о нарушении принципа состязательности и необъективности суда основаны исключительно на предположениях, какими-либо фактическими данными не подтверждены, а отказ в удовлетворении ходатайств стороны защиты не свидетельствует о заинтересованности суда в исходе дела и о выполнении функции стороны обвинения в процессе. Довод апелляционных жалоб о том, что заявленный председательствующему судье Мирзаеву М.С. отвод разрешил на месте, без удаления в совещательную комнату несостоятелен, так как судом обсуждалось ходатайство государственного обвинителя о продлении срока содержания под стражу. 

Нельзя признать состоятельными доводы жалоб об отказе адвокату Курбанову А.Г. в ознакомлении с ходатайством государственного обвинителя о продлении срока содержания под стражей Д., поскольку они противоречат материалам дела, в том числе, протоколу судебного заседания от 07 августа 2020 года, согласно которому судом представлена защитникам возможность ознакомления с ходатайством государственного обвинителя.

Доводы жалоб о не разъяснении участникам судебного разбирательства, в частности, подсудимому и защите прав и обязанностей суд апелляционной инстанции также считает несостоятельными, поскольку в ходе рассмотрения данного уголовного дела подсудимому и защите разъяснялись права и обязанности, предусмотренные нормами УПК РФ, а судебное заседание 07 августа 2020 года являлось продолжением судебного разбирательства в том же составе суда. 

Доводы жалоб о том, что судебное решение суд обосновал доказательствами, которые непосредственно в судебном заседании не исследовал, а лишь озвучил их, опровергаются протоколом судебного заседания, из которого усматривается, что суд исследует материалы дела при принятии решения о мере пресечения в отношении подсудимого. 

Доводы апелляционных жалобы об отмене судебного решения суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку постановление вынесено с соблюдением требований закона, с указанием мотивов принятого решения.

Суду также не представлены медицинские документы, свидетельствующие о наличии медицинских противопоказаний, установленных Постановлением Правительства РФ от 14.01.2011 г. N 3 "О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений", исключающих возможность дальнейшего содержания подсудимого Д. под стражей и получения им медицинского лечения, согласно выставленным ему диагнозам, в условиях следственного изолятора.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения и ограничения гарантированных прав участников судопроизводства, несоблюдения процесса судопроизводства или иным образом повлияли бы на вынесение законного и обоснованного постановления, судом не допущено. 

Таким образом, доводы апелляционных жалоб о незаконности и необоснованности судебного решения являются несостоятельными и удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л:

постановление Кайтагского районного суда Республики Дагестан от 07 августа 2020 года о продлении срок содержания под стражей в отношении подсудимого Д., 

<

дата> года рождения, на 3 (три) месяца 00 суток, то есть до 12 ноября 2020 года включительно, - оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката Курбанова А.Г. и защитника Р. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленной главой 47.1 УПК РФ.

Судья: