Дело №2-2574/2024

УИД 73RS0001-01-2024-002596-67

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 июля 2024 года г. Ульяновск

Ленинский районный суд г. Ульяновска в составе

судьи Жилкиной А.А.,

при секретаре Антоновой Е.А.,

с участием старшего помощника прокурора Ленинского района г. Ульяновска Анастасина О.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 (ФИО2) ФИО11 к государственному учреждению здравоохранения «Клиническая станция скорой медицинской помощи г. Ульяновска», Министерству здравоохранения Ульяновской области о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к государственному учреждению здравоохранения «Клиническая станция скорой медицинской помощи г. Ульяновска», Министерству здравоохранения Ульяновской области о взыскании с надлежащего ответчика компенсации морального вреда в сумме 1 400 000 руб., почтовых расходов в сумме 664,50 руб., расходов по оплате госпошлины в сумме 4 00 руб., в обоснование указав следующее.

07.08.2024 г.03-45 час. по адресу места жительства истицы была вызвана бригада скорой помощи.

Истица находилась в состоянии беременности, поднялась высокая температура 39,9 градусов.

Прибывшая на место бригада состояла из мужчины и женщины. Истица попросила мужчину выйти, чтобы она имела возможность одеться для осмотра, однако он категорически отказался это сделать, стал вести себя неадекватно, бросаться на супруга истицы, грубить хамить. В результате указанных действий медицинская помощь истице не была оказана.

В связи с неоказанием медицинской помощи истице причинены моральные и нравственные страдания, компенсацию которых она оценивает в размере 1 400 000 руб.

Истица в судебное заседание не явилась, извещена о времени и месте судебного заседания.

Представитель истицы в судебном заседании пояснил, что приходится истице супругом, присутствовал при изложенных в иске обстоятельствах. Поддержал все изложенное в иске, дополнительно пояснив, что после того, как сотрудники скорой, не оказавшие помощь, покинули жилое помещение, он спустился в аптеку, и приобрел для жены жаропонижающие. Ей стало легче, а он ушёл на работу. После обеда ее состояние начало ухудшаться, после чего была вновь вызвана скорая. Приехавшие сотрудники, поставили предварительный диагноз 

<

данные изъяты>, и госпитализировали ее в ЦГБ г. Ульяновска, где ей была проведена операция. Полагал, что острое течение заболевания имело место быть в связи с неоказанием своевременной медицинской помощи сотрудниками скорой приезжавшими ранее. Если бы медицинские работники оказали своевременную помощь истице, возможно ей не потребовалась бы операция, а лечение 

<

данные изъяты> было бы проведено консервативным методом. Кроме того, полагает, что развитие 

<

данные изъяты> с последующим операционным вмешательством привело к преждевременным родам (роды должны были состояться лишь в конце ДД.ММ.ГГГГ, а состоялись ДД.ММ.ГГГГ), и кесареву сечению. Полагал, что проведенная по делу судебно-медицинская экспертиза является недопустимым доказательством по делу. Экспертам были поставлены вопросы правового характера, на которые они не имели права отвечать, также не была дана оценка тому обстоятельству, что ответчик был оштрафован страховой компанией, в связи с некачественным оказанием медицинской помощи. В картах скорой медицинской помощи отсутствует отказ истицы от госпитализации, в картах она не расписывалась. Какая-либо помощь истице вообще не оказывалась на месте, именно поэтому истице были причине моральные и нравственные страдания.

Представитель ответчика ГУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи г. Ульяновска» в судебном заседании исковые требования не признал, указав, что медицинская помощь истице была оказана качественно. Согласился с заключением судебной экспертизы.

Представитель ответчика Министерства здравоохранения Ульяновской области в судебное заседание не явился, представил письменный отзыв на иск, в котором просил отказать в удовлетворении заявленных требований.

Третье лицо ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела по существу.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего необходимым иск оставить без удовлетворения, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. 

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции РФ). 

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17 Конституции РФ). 

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции РФ). 

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции РФ). 

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции РФ). 

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"). 

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"). 

В статье 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 названного закона). 

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"). 

В п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата. 

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"). 

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 года "323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. 

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"). 

Исходя из приведенных положений Конституции Российской Федерации и правовых норм, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. 

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса РФ). 

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

Пунктом 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда. 

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (абзац первый пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда"). 

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). 

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (абзац первый пункта 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда"). 

По смыслу приведенных нормативных положений законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. 

ДД.ММ.ГГГГ в 3.19 часа, от истицы ФИО8 в ГУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи г. Ульяновска» поступил вызов с жалобами на резкое ухудшение состояния здоровья, сильную боль в боку, а также на температуру тела до 39,5 градусов.

ДД.ММ.ГГГГ 3.26 час. на вызов прибыла бригада скорой медицинской помощи в составе 

<

данные изъяты> ФИО4, 

<

данные изъяты> ФИО5

В карте вызова скорой медицинской помощи №, ДД.ММ.ГГГГ указано: осмотр в 3.27. От оказания экстренной медицинской помощи отказались, документы предоставить отказались, муж пациентки вел себя по отношению к бригаде агрессивно, выражался нецензурной бранью, выгонял из квартиры, от транспортировки в стационар отказались. Результат оказания мед. помощи: улучшение, больной оставлен на месте, от госпитализации отказались, нуждается в лечении по месту жительства.

ДД.ММ.ГГГГ в 17.36 час. истице осуществлен повторный вызов бригады скорой медицинской помощи с аналогичными жалобами.

На вызов в 17.55 час. прибыла бригада скорой помощи в составе ФИО6, ФИО7

В карте вызова скорой медицинской помощи №, ДД.ММ.ГГГГ указано: осмотр в 17.57 час. На момент осмотра в экстренной мед. помощи не нуждается. Транспортирована в стационар. Наблюдение в пути. Гемодинамика стабильная. Результат оказания мед. помощи: без эффекта, транспортирована, передвигается самостоятельно. Доставлена в больницу ЦГК 5 с диагнозом: 

<

данные изъяты>

Из пояснений представителя истицы (ее мужа) в судебном заседании следует, что истица связывает с неоказанием ей помощи первой бригадой в составе ФИО4 и ФИО5 появление таких для нее неблагоприятных последствий как «

<

данные изъяты>

С целью проверки доводов истицы и возражений ответчиков судом на основании определения суда от ДД.ММ.ГГГГ по настоящему делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам 

<

данные изъяты>». На разрешение экспертам были поставлены следующие вопросы: определить, в полном ли объеме, своевременно и квалифицированно была оказана медицинская помощь сотрудниками в ГУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи 

<

адрес>» ФИО4, ФИО5 пациенту ФИО2 ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ? При наличии недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи (в том числе дефектов в оформлении медицинской документации) в ГУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи 

<

адрес>», определить привели ли данные недостатки к неблагоприятным последствиями для здоровья ФИО2 ФИО13, в то числе развитию «

<

данные изъяты>», преждевременным 

<

данные изъяты>

Согласно выводам комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ. Частного 

<

данные изъяты>» каких-либо дефектов оказания медицинской помощи (в том числе в оформлении медицинской документации) на догоспитальных этапах скорой медицинской помощи в ГУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи г. Ульяновска», не установлено. Выставлявшийся в обоих случаях диагноз «

<

данные изъяты>» соответствовал имевшейся у ФИО9 клинической картине, медицинская помощь проведена в соответствии с Клиническими рекомендациями (протоколами) по оказанию скорой медицинской помощи при остром 

<

данные изъяты>), в соответствии с которыми ей была предложена госпитализация по медицинским показаниям, в том числе, при выезде первой бригады скорой медицинской помощи (согласно медицинской карте в составе фельдшеров ФИО4 и ФИО5).

Поскольку каких-либо дефектов оказания ФИО9 на догоспитальном этапе скорой медицинской помощи не установлено, решение вопроса о неблагоприятных последствиях, связанных с дефектами оказания медицинской помощи нецелесообразно. 

Развитие 

<

данные изъяты> у ФИО9 вероятно связано с попаданием 

<

данные изъяты>

Показаниями для кесарева сечения являлись: 

<

данные изъяты>. Имевшийся в анамнезе у ФИО9 

<

данные изъяты>, не являлся и не мог явиться показанием для кесарева сечения, поскольку патогенетически не связан с вышеуказанными причинами. 

Роды у ФИО9 являлись своевременными, так как, согласно данным медицинской документации, соответствовали сроку более 36 недель и 6 дней, о чем также имеется соответствующая запись в медицинской карте беременной, роженицы и родильницы из ГУЗ «ГКБ святого апостола А. Первозванного» №.

В аналитической части заключения указано, что отсутствие при вызове сведений за наличие у ФИО9 угрожающих жизни состояний (нарушение дыхания, нарушение кровообращения, кровотечений), не позволяет отнести вызов к категории экстренного, что, согласно приказу Минздрава России от 20.06.2013 №388н "Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи", не регламентирует время доезда бригады скорой помощи. При этом, доезд скорой медицинской помощи к ФИО9 был быстрым и составил 7 минут (03:26) согласно карте.

По данным карты вызова ФИО9 предъявляла жалобы на боль в пояснице справа, повышение температуры тела до 39оС. Жалоб на 

<

данные изъяты>) не имелось. 

При осмотре установлено повышение температуры тела до 39оС, тахикардия (учащение пульса) 100 в 1 мин. Результаты измерения артериального давления (110 и 70 мм.рт.ст.) и пульсоксиметрии (насыщения крови кислоро

<

адрес>%) соответствовали норме. Имелся положительный симптом поколачивания (в поясничной области) справа.

На основании жалоб, объективных данных, данных физикального обследования, ФИО9 обоснованно и правильно был установлен предварительный диагноз: 

<

данные изъяты>

Согласно карте вызова ФИО9 в присутствии бригады скорой медицинской помощи, приняла парацетамол, который обладает жаропонижающим и обезболивающим эффектом, и был ей показан.

С учетом наличия высокой температуры тела, ей требовалась госпитализация, что также предусмотрено Клиническими рекомендациями (протоколами) по оказанию скорой медицинской помощи при остром 

<

данные изъяты> При этом, согласно записи в карте вызова, в том числе сведениям из материалов дела, ФИО9 от оказания экстренной помощи и госпитализации отказалась.

При анализе причинно-следственной связи между отказом ФИО9 от госпитализации после первичного вызова и объемом оказанной ей медицинской помощи, включающей проведение катетеризации почки, комиссия экспертов полагает, что объем оказания медицинской помощи, даже в случае согласия на госпитализацию ФИО9 при первичном выезде скорой помощи был бы одинаков. 

При том, что, между данными осмотра первой бригадой скорой помощи и второй бригадой скорой помощи, каких-либо клинических изменений не имеется.

Это также подтверждается данными лабораторных и инструментальных исследований, проведенных после поступления ФИО9 в стационар

<

данные изъяты> у беременных может иметь место даже у женщин с нормальной функцией и структурой почек. Во время развивающейся беременности происходит сдавление мочевыводящих путей беременной маткой, что приводит к застою мочи и создает предпосылки для ее инфицирования на фоне бессимптомной бактериурии.

По данным «Индивидуальной медицинской карты беременной и родильницы», а также по данным «Обменной карты беременной, роженицы и родильницы» № ФИО9 в связи с беременностью наблюдалась с ДД.ММ.ГГГГ., где ей регулярно проводились лабораторные и инструментальные исследования, в том числе, бактериологический посев мочи на бессимптомную бактериурию. 

<

данные изъяты>

Прогрессирование беременности закономерно увеличивало риск застоя мочи и развитие 

<

данные изъяты>. 

После выписки из стационара ДД.ММ.ГГГГ. каких-либо острых состояний (заболеваний), в том числе лабораторных данных за их наличие, у ФИО9 не имелось. При ультразвуковых исследованиях почек, маточно-плацентарного и плодово-плацентарного кровотока каких-либо патологических изменений до родов (ДД.ММ.ГГГГ). также установлено не было. 

Из «Медицинской карты беременной, роженицы и родильницы, получающей медицинскую помощь в стационарных условиях» № известно, что ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ. в 12:00 самостоятельно обратилась в приемное отделение ГУЗ «Городская клиническая больница святого апостола Андрея Первозванного» со схваткообразными болями внизу живота, начавшимися с 09:00 и наличием скудных сукровичных выделений из половых путей с 08:00.

Выставлен диагноз: «

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ проведена операция – лапаротомия, кесарево сечение в нижне-маточном сегменте. 

Согласно записям в медицинской карте, показаниями для кесарева сечения являлись: 

<

данные изъяты>

Имевшийся в анамнезе у ФИО9 

<

данные изъяты>, не являлся, и не мог явиться показанием для кесарево сечения, поскольку патогенетически не связан с вышеуказанными причинами. 

В данном случае, ведение родов хирургическим способом, путем кесарева сечения в соответствии с Клиническими рекомендациями «Роды одноплодные, родоразрешение путем кесарева сечения» было обоснованным и показанным. 

В результате кесарева сечения ДД.ММ.ГГГГ родился доношенный плод женского пола с оценкой по шкале Апгар 7-8 баллов, что соответствует норме. 

В послеродовом периоде каких-либо осложнений у ФИО9 не имелось. На 6 сутки она была выписана в удовлетворительном состоянии вместе с ребенком.

Оценивая заключение экспертизы по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что данное заключение является допустимым доказательством по делу. 

Как следует из заключения судебной экспертизы, при проведении экспертизы соблюдены требования процессуального законодательства, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, требованиям Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", содержит подробное описание проведенного исследования, ответы на поставленные судом вопросы, доказательство получено с соблюдением требований закона, этапы исследования описаны полно, профессионально, грамотным языком с использованием соответствующей терминологии, выводы эксперта четкие и ясные, исключающие возможность двоякого толкования в той степени, в которой предусмотрены примененными методиками, каких-либо сомнений в научной точности выводов, их аргументации у суда не возникает. 

Судебная экспертиза проведена экспертами, имеющими соответствующую квалификацию, достаточный стаж экспертной деятельности. 

При таких обстоятельствах суд при вынесении решения руководствуется выводами проведенной судебной экспертизы. 

Возражения представителя истца относительно заключения судебной экспертизы о том, что эксперты отвечали на правовые вопросы, о наложении штрафа на ответчика страховой компанией, в связи с ненадлежащим оказанием скорой медицинской помощи, ошибочными выводами об отказе истицы от госпитализации, по мнению суда, являются не состоятельными и опровергаются представленными в материалы дела письменными доказательствами.

При подготовке заключения судебными экспертами даны ответы на поставленными судом вопросы. При этом правовых вопросов на разрешение экспертов суд не ставил, мнение руководителя экспертного учреждения, рассматривавшегося судом в качестве альтернативы для последующего назначения судебной экспертизы, в данном случае правового значения не имеет.

В материалах дела отсутствуют сведения о том, что страховой компанией АСП ООО «Капитал МС» в отношении ответчика применялись какие-либо штрафные санкции, в связи с ненадлежащим оказанием ФИО9 медицинской помощи. Напротив из представленных суду документов, следует, что оба случая обращения ФИО9 за медицинской помощью в ГУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи г. Ульяновска» были признаны страховыми, в связи с чем произведена выплата по 3 205,74 руб.

Несмотря на отсутствие в карте вызова скорой медицинской помощи №, ДД.ММ.ГГГГ подписи ФИО9, свидетельствующей о ее отказе от госпитализации, указанное обстоятельство было не однократно подтверждено стороной истца в судебном заседании, а также в самом исковом заявлении. 

В силу ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме, лицом причинившим вред. По общему правилу, установленному п. п. 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. 

Корреспондирующая норма содержится в п. 2 ст. 401 ГК Российской Федерации, согласно которой отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. 

По правилам ст. 1068 ГК Российской Федерации юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. 

В соответствии с п. 4 ст. 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом. 

В силу требований ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований. 

Таким образом, из системного толкования норм права следует, что именно исполнитель - ГУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи г. Ульяновска» обязано доказать обстоятельства, являющиеся основанием для освобождения учреждения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинских услуг. 

Согласно частям 2, 5 статьи 70 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов. Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи. Лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента. 

Неблагоприятный для пациента исход в развитии заболевания, в том числе возможный летальный уход, не снимает со специализированной медицинской организации, к которым относится ответчик, обязанность оказывать медицинскую помощь в строгом соответствии с установленными государственными стандартами, что не было обеспечено со стороны ответчика, что установлено судом. 

В соответствии с абзацем 2 пункта 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" на медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда. 

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. 

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. 

В ходе рассмотрения настоящего дела возражения - ГУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи г. Ульяновска» об оказании медицинской услуги надлежащего качества сотрудниками бригады скорой медицинской помощи в составе 

<

данные изъяты> ФИО4 и 

<

данные изъяты> ФИО5 подтверждены заключением судебной экспертизы.

Дефекты оказания медицинской помощи, в т.ч. при заполнении медицинской документации отсутствуют. Неблагоприятные последствия для здоровья ФИО9 указанный стороной истца отношения к действиям сотрудников ГУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи г. Ульяновска» не имеют.

Со слов стороны истца сотрудниками ГУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи г. Ульяновска» вообще никакой помощи истице оказано не было, однако указанные обстоятельства опровергаются добытыми в ходе рассмотрения дела доказательствами. Из представленных суду документов, в т.ч. из ответов на обращения ФИО9 в Министерство здравоохранения Ульяновской области, ГУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи г. Ульяновска», Прокуратуру Ульяновской области, Прокуратуру Засвияжского района г. Ульяновска не усматривается факт наличия виновного поведения сотрудников ГУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи г. Ульяновска», либо факт неоказания медицинской помощи истицы. Произошедший между мужем истицы и сотрудником ФИО5 конфликт, послуживший основанием для отказа от госпитализации, не опровергает установленный факт отсутствия дефектов оказания медицинской помощи.

Учитывая, установленные обстоятельства, заявленные ФИО8 исковые требования удовлетворению не подлежат.

Как следует из материалов дела, стоимость производства судебно-медицинской экспертизы, назначенной по определению суда, составила 136 000 руб. 

Учитывая то, что требования истца судом оставлены без удовлетворения по правилам ст. 98 ГПК РФ, в пользу Частного 

<

данные изъяты>» с истицы подлежат взысканию расходы по проведению судебной экспертизы в размере 136 000 руб. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 (ФИО2) ФИО14 к государственному учреждению здравоохранения «Клиническая станция скорой медицинской помощи г. Ульяновска», Министерству здравоохранения Ульяновской области о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов - отказать.

Взыскать с ФИО1 (ФИО2) ФИО15 в пользу 

<

данные изъяты>» расходы по производству судебной экспертизы в сумме 136 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Ленинский районный суд г. Ульяновска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.А. Жилкина

Мотивированное решение изготовлено 19.07.2024 г.