Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 января 2019г. г.Нерчинск 

Нерчинский районный суд Забайкальского края

В составе:

председательствующего, судьи Васильевой Л.Д.

При секретаре Жуликовой Л.М.

С участием:

прокурора Нерчинского района Забайкальского края Сверкунова В.С.

Истца ФИО1, истца ФИО2, истца ФИО3

Представителей ответчика ФИО4, ФИО5

Третьих лиц на стороне ответчика ФИО6, ФИО7

Рассмотрев в открытом судебном заседании 

гражданское дело № 2-12/2019

по иску ФИО1 к Государственному учреждению здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» о взыскании расходов на погребение, компенсации морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинских услуг, повлекших смерть Ц.В.С. , о взыскании ежемесячной компенсации по потери кормильца 

по иску ФИО8 к Государственному учреждению здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинских услуг, повлекших смерть Ц.В.С. , судебных расходов

по иску ФИО3 к Государственному учреждению здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинских услуг, повлекших смерть Ц.В.С. 

У с т а н о в и л:

***г. в Государственном учреждении здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» умер Ц.В.С. , *** года рождения.

По заявлению его дочери ФИО2 по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи, повлекшей смерть Ц.В.С. следственным отделом по ... СУ СК России по ... была проведена процессуальная проверка, по результатам которой следствие пришло к выводу, что в действиях медицинских работников ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер» ФИО6, ФИО7 усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ в виду наличия в их действиях дефектов оказания медицинской помощи, а именно, ненадлежащее исполнение своих обязанностей по оказанию лечения Ц.В.С. , которые привели к смерти последнего.

*** старшим следователем СО по ... СУ СК РФ по ... Д. было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении работников ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер» ФИО6, ФИО7 по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ по основанию, предусмотренному п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Члены семьи Ц.В.С. - его жена ФИО1, дочь ФИО2, сын ФИО3 обратились в суд с иском к ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер», выдвинув требования о взыскании компенсации морального вреда в общей сумме ** руб., о возмещении расходов на погребение в сумме ** руб., судебных расходов в сумме ** руб.

В ходе судебного разбирательства ФИО1 было заявлено дополнительное требование о взыскании с ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер» в возмещение вреда, причиненного смертью кормильца, ежемесячной денежной компенсации в размере ** руб.

На стадии подготовки дела к судебному разбирательству судом разрешен вопрос о привлечении к участию в деле третьих лиц на стороне ответчика ФИО6 и ФИО7.

Дело рассмотрено по существу.

Истец ФИО1 в ходе судебного разбирательства просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере ** рублей и расходы на погребение Ц.В.С. и поминальные обеды в размере ** рублей, а также в возмещение вреда, причиненного смертью кормильца ежемесячно ** руб., начиная с ***г.

Истец ФИО2 просила взыскать с ответчика в её пользу компенсацию морального вреда в размере ** рублей и судебные расходы в размере ** рублей.

Истец ФИО3 просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере ** рублей.

По обстоятельствам спора истец ФИО2 пояснила, что осенью *** года Ц.В.С. был госпитализирован в ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер» для проведения планового оперативного лечения с диагнозом: рак --. На стационарном лечении в ГУЗ «ЗКОД» в -- отделении он находился с *** по ***. Диагноз был поставлен предположительно, и не был утвержден. *** и *** были проведены операции, после которых состояние здоровья Ц.В.С. ухудшилось. *** Ц.В.С. умер. Семья считает, что непрофессиональные действия врачей ГУЗ «ЗКОД», их халатность привели к развитию осложнений в после операционный период и в дальнейшем к его смерти. До проведения операции была недостаточно полно проведена подготовка к операции и медицинские исследования состояния его здоровья, что не позволило своевременно и качественно оказать нужную медицинскую помощь. Лабораторные исследования перед операцией в ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер» проведены не были, результаты исследований различались, оценки этому дано не было, в результате чего неверно было диагностировано заболевание и неверно определено лечение. По её обращению в СУ СК РФ по ... была проведена проверка. *** было отказано в возбуждении уголовного дела на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, что подтверждает факт ненадлежащего исполнения своих функциональных обязанностей врачами ФИО6 и ФИО7, являющимися сотрудниками ГУЗ «ЗКОД». Это установлено заключением экспертов. Ненадлежащая диагностика и лечение находятся в прямой причинно-следственной связи с ухудшением состояния и наступлением смерти Ц.В.С. Просила принять во внимание, что отец был главой семьи, душой семьи. Для них это большая утрата. Она тяжело перенесла потерю отца, её дети остались без дедушки. Они доверились врачам. Если бы он действительно болел раком, с этим можно было бы смириться, но экспертиза показала, что рака не было, у него была -- и необходимости в такой сложной операции не было. Её мучает бессонница, она ходит по врачам, принимает лекарства. С детства была сильно привязана к отцу, для неё это большая потеря. Он был депутатом поселения ..., ветераном .... Настаивает на взыскании в её пользу компенсации морального вреда в размере ** руб. и судебных расходов, поскольку обращалась за юридической помощью при оформлении заявления в следственный комитет, и при составлении искового заявления, общая сумма ** руб. Расходы на погребение обоснованные, они сделали достойные похороны, которые заслужил отец.

Истец ФИО3 по существу своих требований о компенсации морального вреда пояснил, что отец был самый главный человек в его жизни. Он готовил к армии, он научил его ремонтировать машины, строить. Вместе начали строить новый дом. У отца была мечта построить дом на берегу .... Для него это большая потеря, с которой он не может смириться, и что это случилось по вине врачей, которым они доверили своего отца. -- Просит удовлетворить иск о взыскании компенсации морального вреда в размере один миллион рублей.

Истец ФИО1 по обстоятельствам дела пояснила, что с Ц.В.С. в браке прожили ** года. Жили душа в душу, чувствовала себя женщиной любимой. Было желание купить дом и детей родить. Все это сделали, детей родили, деревья насадили. Смирилась бы со смертью мужа, но получилось, что отправили здорового, что у него не было никакого рака, это был ошибочный диагноз, который никто не проверил, прежде чем делать такую сложную большую операцию. Через десять дней его привезли в гробу, что она никак не ожидала. Ему было ** лет, мечтали съездить отдохнуть. Он был трудолюбивым, всё делал своими руками. Потеря мужа серьёзно сказалась на её здоровье. Если бы медики подошли более ответственно, он бы жил. Нужно было глубже обследовать и не было бы ошибки в диагнозе. Просит иск удовлетворить, взыскать с её пользу компенсацию морального вреда в размере ** рублей, все расходы на погребение Ц.В.С. и поминальные обеды в размере ** рублей. Она осталась без кормильца, только на свою пенсию ей трудно жить, денег никуда не хватает, много уходит на лекарства. Просит взыскать с ответчика в её пользу ежемесячно ** руб. за потерю кормильца начиная с ***г. пожизненно.

Представитель ответчика по доверенности ФИО4 просила суд в удовлетворении требований истцам отказать, принять во внимание, что в гистологическом исследовании ГУЗ «КБ **» было указано, что в материале среди -- обнаружен рост плоскоклеточного рака -- Гистология подтвердила наличие рака. При обращении в онкологический диспансер пациент был направлен на дообследование. Обследования по инициативе пациента были в медицинском учреждении «...». Диагноз «рак --» нашел подтверждение. Пациент в онкологический диспансер поступил уже с диагнозом. Гистологическое исследование уже было готово, до обращения в онкологический диспансер. Оснований не доверять тем исследованиям, с которыми поступил пациент, у врача не было. При таких обстоятельствах, при таком диагнозе, для лечения больных раком проводится операция ..., которая была проведена пациенту. Техника выполнения операции, послеоперационное ведение, выявление осложнений, согласно заключения экспертов, было без дефектов. Третьи лица ФИО6, ФИО7 выполняли эту операцию, и экспертами подтверждено, что выполнена она без дефектов. Считает, что нарушений специалистами онкологического диспансера допущено не было. Выполнили все правильно. Пациент уже поступил с исследованиями, диагноз был выставлен. Поскольку отсутствует вина онкологического диспансера, требования о компенсации морального вреда считает не обоснованными. Необоснованным считает и требование о взыскании с ответчика ежемесячной компенсации по потере кормильца в сумме ** рублей. ФИО1 не находилась на иждивении умершего. Супруги получали пенсию. Размер пенсии у Ц.В.С. был больше на 80 рублей 97 копеек. Нет подтверждения того, что он систематически оказывал материальную помощь. 

Представитель ответчика по доверенности ФИО5, возражая по существу исковых требований, просил в удовлетворении иска отказать в полном объёме. Просил учесть, что биопсию провели в ГУЗ КБ ** ..., который поставил диагноз «рак --». В дальнейшем пациент был направлен в онкологический диспансер. На приеме в ГУЗ «ЗКОД» *** пациент был направлен на рентгеноскопию --. Все эти обследования пациент мог пройти на базе онкологического диспансера. Обследование было пройдено в других учреждениях, это право пациента. Результаты дообследования подтвердили наличие рака. По совокупности данных обследований был выставлен окончательный диагноз – «рак --». Была проведена операция. Оснований не доверять гистологии нет, поскольку это делала лицензированная медицинская организация, сертифицированные специалисты. Иск считает не обоснованным. По требованиям о судебных расходах на сумму ** руб. и ** руб. не согласен. Исковое заявление одно, и сложности его написания нет, акт выполненных работ не представлен, договор не представлен. По требованиям ФИО1 по возмещению расходов на погребение, считает сумму завышенной, с суммой не согласны. Стол и скамейка не относятся к обряду погребения. Должны быть исключены расходы на поминальные обеды на 9, 40 дней, на полгода, на год, поскольку не относятся к обряду погребения. По стоимости памятника необходимо учитывать принцип разумности и соразмерности. В иске просит отказать в полном объёме.

Третье лицо ФИО7, не соглашаясь с исковыми требованиями, суду пояснил, что пациенту диагноз рак -- был выставлен до обращения в поликлинику онкологического диспансера. Пациент был направлен на дообследования. Учитывая все обследования, пациенту был выставлен диагноз в виде рака --. При таком диагнозе основным методом является хирургическое лечение в виде операции ..., это резекция --. Операция трудоемкая, и технически, и тяжела для пациента. Эти вопросы с пациентом оговаривались, и оговаривались с родственниками. Пациент имел отягощенный предшествующий фон, у него был ряд сопутствующих заболеваний. Отказа в оперативном лечении от пациента не было, противопоказаний не было. *** годы пациент был прооперирован. В дальнейшем у пациента начались осложнения, при таких операциях осложнения не редки. Пациент не справился, что привело к летальному исходу. К операции были показатели. Послеоперационная гистология исключила рак.

Третье лицо ФИО6, не соглашаясь с исковыми требованиями суду пояснила, что пациент *** поступил в хирургическое отделение ГУЗ «Краевой онкологический диспансер» с диагнозом рак --. Усомниться в результатах оснований не было. Диагноз был выставлен на основании проведенных исследований и назначено оперативное лечение. Операция большая, травматичная. На шестые сутки после операции возникли послеоперационные осложнения. С осложнениями пациент не справился в виду сопутствующих заболеваний, возраста, что привело к летальному исходу. Все исследования позволяли провести соответствующую операцию, ни отказа, ни противопоказаний не было. 

По ходатайству стороны истца судом заслушаны объяснения свидетелей.

Свидетель К. суду пояснила, что Ц.В.С. её двоюродный брат. Перед операцией созванивались, разговаривали и ничего не предвещало печального исхода. Он был настроен оптимистически, с хорошим настроением шел на операцию, с надеждой на хорошее оказание медицинской услуги. Его смерть большая утрата. Жена осталась без кормильца, дети остались без отца, внуки без замечательного дедушки, который заменял им отца. Ц.В.С. был общественником, занимал руководящие должности. Ошибка врачей обернулась горечью и утратой для семьи. 

Свидетель Ш. суду пояснила, что Ц.В.С. редко болел, хороший семьянин, глава семьи. Его семья до сих пор не может понять, почему он умер. Все семейные вопросы всегда решал он. Считает, что семья Ц.В.С. достойны моральной и материальной поддержки.

Свидетель К.И.С. суду пояснила, что Ц.В.С. её брат, был доброжелательным человеком. Смерть оказалась внезапной. Не может с этим смириться. Врачи ничего не перепроверили, сделали операцию и человек совершенно здоровый из жизни ушел. На работе был на руководящей должности, лучший мелиоратор, был депутатом. Его все знали в .... Это большая утрата для всех. 

Свидетель Ц.М.А. суду пояснил, что Ц.В.С. его дядя. О болезни рак, он не говорил. Позже узнал, что у него признавали рак, но рака у него не было и операцию делать не надо было. Семья переживает утрату, у всех нервный стресс. 

Заслушав стороны, свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, исследовав материалы проверки ** по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО9, выслушав заключение прокурора Нерчинского района Сверкунова В.С., полагавшего, что исковые требования ФИО1, ФИО8, ФИО3 являются обоснованными и подлежат удовлетворению, суд пришел к следующему.

Согласно ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма. Медицинская помощь — это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Судом установлено, что ФИО9 находился на стационарном лечении и обследовании в ... отделении ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер» с *** по ***. Больной поступил на плановое оперативное лечение с диагнозом: рак --

***г. была проведена операция: --. ***г. гистологическое заключение **: -- Послеоперационный период протекал тяжело, обусловлен объёмом операции, сопутствующей патологией. ***г. в *** час. *** мин. констатирована смерть. Патологоанатомический диагноз (предварительный) -- Рак -- (по клиническим данным). Резекция с пластикой ***г., операция от ***г. --. 

При этом, согласно окончательного патологоанатомического диагноза, рак -- у Ц.В.С. не подтвердился, основное заболевание у Ц.В.С. : хроническая -- (гистологическое заключение о ** от ***). (том 2 л.д.41-42).

По мнению истцов, смерть ФИО9 наступила вследствие некачественно оказанной медицинской помощи в ГУЗ «ЗКОД», поскольку рак -- был выставлен ошибочно. У Ц.В.С. была хроническая --, необходимости в проведении операции не было. Необоснованное оперативное вмешательство привело к смерти Ц.В.С. 

Утверждение стороны истца нашло подтверждение в ходе судебного разбирательства.

По заявлению ФИО2 по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи, повлекшей смерть Ц.В.С. следственным отделом по ... СУ СК России по ... была проведена процессуальная проверка.

Из постановления следователя Д. от *** установлено, что следствие, исследуя материалы проверки, пришло к выводу, что в действиях медицинских работников ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер» ФИО6, ФИО7 усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ в виду наличия в их действиях дефектов оказания медицинской помощи, а именно, ненадлежащее исполнение своих обязанностей по оказанию лечения Ц.В.С. , которые привели к смерти последнего ( том 2 л.д.246-252).

Тот факт, что *** старшим следователем СО по ... СУ СК РФ по ... Д. было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении работников ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер» ФИО6, ФИО7 по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ по основанию, предусмотренному п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, не исключает ответственность ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер».

Постановление не обжаловалось, отменено не было.

В рамках до следственной проверки назначалась и была проведена комиссионная медицинская судебная экспертиза (том 2 л.д.34-36).

Экспертиза была проведена комиссией в составе И.Л.Ж., Е.С.Н., Л.С.Л., И.А.Л. (том 2 л.д.102- 123).

Из заключения № В** от *** следует, что комиссия судебно- медицинских экспертов пришла к следующим выводам: на момент поступления в ГУЗ «ЗКОД» у Ц. B.C. был установлен диагноз: Рак --

После проведения патологоанатомического исследования трупа Ц. B.C. был выставлен патологоанатомический диагноз- основное заболевание: хроническая --, обострение, что подтверждает позицию истцов, что при отсутствии у пациента такого диагноза, как рак --, Ц.В.С. необоснованно была проведена операция, осложнения после которой привели к летальному исходу.

Комиссией экспертов указано, что госпитализация Ц.В.С. ***г. на оперативное лечение была проведена без дообследования. Исследования на догоспитальном этапе были выполнены не в полном объёме, а именно не был проведен пересмотр гистологических препаратов, подтверждающих наличие у пациента злокачественного новообразования --. При этом, состояние Ц. B.C. позволяло провести необходимые диагностические мероприятия и оказать ему эффективную медицинскую помощь в период обращения в ГУЗ «ЗКОД». 

По заключению комиссии экспертов, проводимая терапия не соответствовала состоянию Ц. B.C., поскольку было выполнено необоснованное оперативное вмешательство («--») у возрастного пациента с сопутствующей патологией без до обследования и предоперационной подготовки, что привело к развитию осложнений оперативного лечения, приведших к смерти больного.

По утверждению экспертов, в процессе обследования и лечения были допущены дефекты оказания медицинской помощи: неверно диагностировано основное заболевание, причиной этого явилось отсутствие пересмотра препаратов в специализированном учреждении, каковым является ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер». Ошибочный диагноз привел к необоснованному оперативному вмешательству.

Комиссией экспертов указано, что дефект допущен оперирующими хирургами ФИО7 и ФИО6, выполненная операция привела к возникновению осложнений лечения, что в свою очередь повлияло на исход заболевания.

Действительно, экспертами указано, что с хирургической точки зрения техника выполнения операций, послеоперационное ведение, выявление осложнений - без дефектов, вместе с тем, при ответе на вопрос № 6: «Какими факторами вызваны возникшие осложнения - объективными или субъективными?» экспертами дан ответ, что возникшие осложнения вызваны объективными факторами, а именно, полиморбидностью пациента (наличие нескольких заболеваний у одного больного), большим объемом оперативного вмешательства без дообследования и предоперационной подготовки.

При этом, комиссия экспертов пришла к выводу, что выявить имеющуюся патологию (хроническая --), которая была расценена как «рак --» у Ц. B.C., и устранить недостатки диагностики и оказания медицинской помощи можно было на поликлиническом и предоперационном этапе.

По утверждению комиссии экспертов, между дефектами обследования, лечения и наступившими последствиями имеется причинная связь. Гипердиагностика рака пищевода привела к выполнению у пожилого пациента с сопутствующей патологией сложного, длительного (5 часов), объемного (-- оперативного вмешательства --. Послеоперационные осложнения привели к летальному исходу. При правильной диагностике, была бы выбрана другая тактика лечения пациента, и удалось бы избежать операции «--». Необходимо было при поступлении в ГУЗ «ЗКОД» выполнить пересмотр гистологических препаратов для подтверждения наличия у пациента злокачественного новообразования пищевода.

Как указано в заключении, в распоряжении ГУЗ «ЗКОД» имелось необходимое оборудование для обследования Ц. B.C. и установления верного диагноза. Правильная диагностика доброкачественного характера заболевания -- и соответствующее лечение давало возможность рассчитывать на благоприятный исход заболевания. Характер возникших послеоперационных осложнений, несмотря на проводимое лечение, выполнение операции -- не давали шансов на благоприятный исход заболевания.

Суд обращает внимание на заключение врача онколога «--» И.А.Л. , в рамках проведенной комиссионной экспертизы, что исследования на догоспитальном этапе выполнены не в полном объёме. Состояние Ц. B.C. позволяло провести необходимые диагностические и лечебные мероприятия. Проводимая терапия не соответствовала состоянию Ц. B.C. - выполнено необоснованное оперативное вмешательство у возрастного пациента с сопутствующей патологией, без дообследования и предоперационной подготовки. Допущены дефекты оказания медицинской помощи: неверно диагностировано основное заболевание. Причина дефекта: отсутствие пересмотра препаратов специализированном учреждении. В анамнезе не учтены данные предыдущих ... от ***г., ***г.,***г., ***г., где опухоли -- не определяется. Не были учтены разночтения рентгеноскопии -- и при .... Ошибочный диагноз привел к следующему дефекту, поскольку было выполнено необоснованное оперативное вмешательство. В протоколе операции ** указано, что опухоль -- четко не пальпировалась. Вызваны эндоскописты - протокола ... в истории болезни нет. Дефект допущен оперирующими хирургами ФИО7 и ФИО6 Выполненная операция привела к возникновению осложнений лечения, что в свою очередь повлияло на исход заболевания. Для установления верного диагноза в распоряжении ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер» имелось все необходимое оборудование. При верно установленном диагнозе прогнозирован благоприятный исход заболевания (том 2 л.д. 117-119).

Анализ исследованных судом доказательств в совокупности позволяет суду прийти к выводу, что собранными по делу доказательствами подтверждается наличие прямой причинно-следственной связи между наступлением смерти Ц.В.С. и действиями врачей ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер».

Суд считает, что представленное экспертное заключение является допустимым доказательством. Оснований сомневаться в правильности и обоснованности данного заключения и содержащихся в нём выводов не имеется. 

Заключение подготовлено в соответствии с требованиями закона экспертами, в рамках до следственной проверки.

Заключение дано специалистами, обладающими достаточной квалификацией, имеющими соответствующее образование и необходимую подготовку, эксперты были предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Заключение содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы. При проведении экспертизы эксперты располагали всеми представленными им медицинскими документами. 

Судом по ходатайству прокурора в судебном заседании были заслушаны объяснения экспертов Л.Л.С. , Н.Е.С. , Ж.И.Л. , которые подтвердили выводы, содержащиеся в экспертном заключении № ** от ***г.

В соответствии со статьей 56 ГПК Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 67 ГПК Российской Федерации, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Доказательств отсутствия вины ответчика, отвечающих требованиям относимости и допустимости (статьи 55, 60 ГПК Российской Федерации) представителями ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер» суду не представлено.

Позиция стороны ответчика сводилась к несогласию с заключением экспертов, при этом ходатайств о привлечении к участию в деле других медицинских учреждений представители ответчика, как и третьи лица на стороне ответчика не заявили, как не заявили и ходатайство о проведении дополнительной экспертизы.

Доводы стороны ответчика и третьих лиц на стороне ответчика, что необходимости в проведении дополнительной проверки гистологических результатов не было, а с хирургической точки зрения техника выполнения операций, послеоперационное ведение, выявление осложнений было проведено без дефектов, не могут быть приняты во внимание как основание для отказа в удовлетворении исковых требований, с учётом выше приведённых выводов комиссии экспертов.

Выводы экспертов суд оценивает в совокупности с исследованными доказательствами.

Выводы экспертов согласуются с выводами следствия о наличии в действиях медицинских работников ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер» ФИО6, ФИО7 признаков состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ.

Факт ненадлежащего исполнения своих функциональных обязанностей врачами ФИО6 и ФИО7, являющимися сотрудниками ГУЗ «ЗКОД» установлен заключением экспертов и постановлением о прекращении уголовного дела от ***.

Ненадлежащие диагностика и лечение находятся в прямой причинно-следственной связи с ухудшением состояния и наступлением смерти Ц. B.C., то есть повлекли за собой неблагоприятный исход медицинского вмешательства.

Выводы комиссии согласуются и с другими письменными доказательствами.

Так, согласно акта проверки Министерства здравоохранения Забайкальского края в отношении государственного учреждения здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» (ГУЗ «ЗКОД») установлено, что при оказании медицинской помощи Ц.В.С. допущены следующие дефекты : гипердиагностика рака --, при отсутствии контрольного пересмотра гистологических микропрепаратов первичной биопсии; в послеоперационном периоде не диагностированы послеоперационные осложнения, имела место поздняя диагностика сепсиса. По результатам проверки Лечебно-контрольной комиссией Министерства здравоохранения Забайкальского края было принято решение в том числе: случай смерти Ц.В.С. признан управляемым на этапе диагностики заболевания; неуправляемым на этапе послеоперационных осложнений. Дано указание главному внештатному онкологу Министерства здравоохранения ФИО7 подготовить приказ о перепроверке всех гистологических препаратов (том 2 л.д. 55-65). 

Анализ исследованных судом доказательств в их совокупности позволяет суду прийти к выводу, что операция по поводу злокачественного образования -- Ц.В.С. показана не была. Негативные последствия, приведшие к смерти Ц.В.С. , были обусловлены тяжестью перенесенной операции, а также развитием осложнений. 

Между выявленными дефектами, а именно проведением оперативного лечения без дообследования, без пересмотра гистологических препаратов на догоспитальном этапе и, как следствие, проведением непоказанной пациенту операции, имеется причинно-следственная связь.

Суд находит установленным, что некачественная медицинская помощь, оказанная сотрудниками ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер» Ц.В.С. способствовала развитию неблагоприятного исхода и так же находится в причинно-следственной связи с его смертью.

ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер» в данном споре является надлежащим ответчиком по всем заявленными истцами требованиям.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу частей 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитываются.

Как следует из ст. 3 Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. 

Вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

Согласно п. п. 2, 5.6, 6.1, 6.49 Рекомендаций о порядке похорон и содержания кладбищ в Российской Федерации, рекомендованных Протоколом Госстроя от 25.12.2001 № 01-НС-22/1, обряды похорон определяются как погребение; в церемонию похорон входят, как правило, обряды: омовения и подготовки к похоронам, траурного кортежа, прощания и панихиды, переноса останков к месту погребения, захоронения останков, поминовения; подготовка к погребению включает в себя в том числе : приобретение и доставка похоронных принадлежностей, облачение с последующим уложением умершего в гроб, приобретение продуктов для поминальной трапезы или заказ на нее, при необходимости в этот перечень включается перевозка умершего с места смерти к месту погребения в другой населенный пункт. Данными рекомендациями в составе похорон предусмотрено проведение поминального обеда в доме усопшего или других местах и определено понятие похоронных принадлежностей, к которым относятся деревянные и металлические гробы, венки, ленты, белые тапочки, покрывала и другие предметы похоронного ритуала.

Судом установлено, что Ц.В.С. умер ***г. (том 2 л.д. 10). Умер Ц.В.С. в г. Чита.

В связи со смертью Ц.В.С. его семьёй согласно искового заявления были понесены расходы на погребение в общей сумме ** руб. (том 1 л.д.7-14), о взыскании которой с ответчика истцы просили суд.

При уточнении требований в указанной части истцы ФИО2 и ФИО3 просили взыскать расходы на погребение в пользу ФИО1 в общей сумме ** руб. (том 3 л.д.1), с чем согласилась ФИО1 

Рассматривая исковые требования о взыскании в пользу ФИО1 расходов на погребение, суд находит требования подлежащими удовлетворению частично.

Подлежащими возмещению суд считает следующие расходы: транспортные расходы (приобретение бензина) в связи доставкой тела из г. Чита в г. Нерчинск в сумме ** руб. ** коп. ( том 1 л.д. 87), оплата санитарной обработки тела в размере ** руб. (том 1 л.д.92, подлинник документа в томе 3 л.д.12), приобретение одежды для погребения в сумме ** руб., приобретение гроба, памятника, оградки, стола, скамейки на общую сумму ** руб., оплата услуг ритуальной бригады на общую сумму ** руб. (том 1 л.д.86), оплата цветов на ** руб. ( том 1 л.д.87), оплата венков на общую сумму ** руб. (том 1 л.д.88), оплата поминального обеда непосредственно в день захоронения в размере ** руб., с приобретением выпечки на сумму ** руб. ( том 1 л.д.88).

Перечисленные расходы являются необходимыми и входят в пределы обрядовых действий по погребению тела. Расходы подтверждаются представленными доказательствами, которые суд находит достаточными.

Вместе с тем суд отказывает во взыскании расходов на погребение в части сумм, уплаченных за поминальные обеды на 9, 40 день, полгода и год соответственно в следующих размерах ** руб. 00 коп., ** руб. 00 коп., ** руб. 00 коп., ** руб. 00 коп. (том 1 л.д. 89-90).

Данные действия выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела, а потому удовлетворению не подлежат.

Суд не принимает во внимание утверждение представителей ответчика о завышенной цене памятника, как не принимает во внимание и утверждение, что возмещению не подлежат расходы на приобретение стола, скамейки.

При этом, суд исходит из следующего.

Установление мемориального надмогильного сооружения и обустройство места захоронения (памятник, надгробие, ограда, скамья, цветы и др.) является одной из форм сохранения памяти об умершем, отвечает обычаям народа и традициям вероисповедания. Затраты на погребение подлежат возмещению на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, т.е. размер возмещения не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте РФ или в муниципальном образовании.

Суд считает установленным, что ФИО1 понесены расходы на погребение в сумме ** руб. ** коп. Все вышеперечисленные расходы являются необходимыми для достойных похорон, и уменьшению не подлежат.

Вместе с тем, учитывая право семьи умершего пенсионера на получение социального пособия на погребение, размер которого в 2014 г. составлял 6 002 руб. 59 коп., при отсутствии доказательств, что данным правом сторона истца не воспользовалась, суд возлагает на ответчика обязанность по возмещению расходов на погребение за минусом размера социального пособия на погребение и присуждает к взысканию в пользу ФИО1 сумму ** руб. ** коп., удовлетворив требования частично.

Обсудив требование ФИО1 о взыскании с ответчика в её пользу ежемесячно ** руб. за потерю кормильца начиная с ***г. пожизненно, суд находит данное требование не обоснованным и не подлежащим удовлетворению.

Вывод суда основан на следующем.

Возмещение вреда, причиненного смертью кормильца, связано с возникновением неблагоприятных имущественных последствий у близких потерпевшему лиц, которые, в частности, лишаются возможности получать содержание, на которое имели право претендовать при его жизни. Перечень лиц, имеющих право требовать возмещения вреда в рассматриваемом случае, исчерпывающим образом определен в п. 1 ст. 1088 ГК РФ.

Определяющими юридическими фактами для возмещения вреда, причиненного в результате утраты кормильца, является факт нахождения на иждивении и факт нетрудоспособности, которые в ряде случаев должны применяться в совокупности.

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию. При этом не требует доказательств только иждивенство детей, не достигших 18 лет, и иждивенство нетрудоспособных по возрасту родителей потерпевшего.

Суд принимает во внимание и положения статьи 9, Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" регламентирующей условия при которых назначается трудовая пенсия по случаю потери кормильца.

Предъявив требование о взыскании с ответчика ежемесячно ** руб. в связи с утратой кормильца, истец ФИО1 не представила доказательств нахождения её на иждивении супруга Ц.В.С. 

Как ФИО1, так и её супруг Ц.В.С. являлись получателями пенсии. При этом размер получаемой пенсии у них был практически равным (том 1 л.д. 222-224).

Доводы ФИО1, что получаемой пенсии после смерти мужа ей недостаточно в связи с необходимостью нести расходы за коммунальные услуги, электроэнергию, на приобретение лекарственных средств, топлива (том 1 л.д. 227-242), не являются безусловным основанием к удовлетворению заявленных требований, при отсутствии доказательств нахождения на иждивении умершего.

В указанной части исковых требований суд ФИО1 отказывает в полном объёме.

Обсудив требования каждого из истцов о взыскании с ответчика в пользу каждого из них компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб., суд принимает во внимание следующие обстоятельства.

Смерть Ц.В.С. наступила в результате ненадлежащим образом оказанной медицинской услуги работниками ГУЗ «Забайкальский краевой онкологический диспансер».

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Исходя из буквального толкования вышеназванных норм, следует, что для наступления гражданско-правовой ответственности, в том числе в виде компенсации морального вреда, необходимо установить наличие таких условий как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами и вину причинителя вреда. Отсутствие хотя бы одного из вышеуказанных условий приводит к невозможности привлечения к гражданско-правовой ответственности. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи ненадлежащего качества, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, которые установлены гл.59 ГК РФ, то есть лечебным учреждением, при наличии вины медицинского персонала в ненадлежащем качестве оказанных услуг.

Из заключения комиссии экспертов следует, что между дефектами обследования, лечения и наступившими последствиями имеется причинная связь. Гипердиагностика рака -- привела к выполнению у пожилого пациента сложного, длительного, объёмного оперативного вмешательства. Комиссией экспертов указано, что дефект допущен оперирующими хирургами ФИО7 и ФИО6 Так же комиссия экспертов пришла к выводу, что возникшие осложнения были вызваны объективными факторами, а именно полиморбидностью пациента (наличие нескольких заболеваний у одного больного), большим объёмом оперативного вмешательства без дообследования и предоперационной подготовки.

Оценив установленные обстоятельства, с учетом положений ст. ст. 151, 1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что требования членов семьи Ц.В.С. о компенсации морального вреда также подлежат удовлетворению.

Поскольку смерть человека предполагает то, что близкие родственники умершего в связи с этим испытывают нравственные и физические страдания, факт причинения нравственных страданий потерей супруга, отца для истцов очевиден.

Суд принимает во внимание, что ФИО1 состояла в браке с Ц.В.С. с *** (том 1 л.д.47). С её слов, со слов детей, свидетелей это была крепкая, дружная семья. Ц.В.С. был опорой для всей семьи.

Дети Ц.В.С. – ФИО2 *** года рождения (том 1 л.д.51) и сын ФИО3 *** года рождения (том 1 л.д.49) сообщили суду о своей привязанности к отцу, переживаемых ими страданиях в связи со смертью отца при установленных обстоятельствах.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу каждого из истцов суд, принимает во внимание характер перенесенных указанными лицами нравственных страданий. Принимает во внимание установленные обстоятельства наступления смерти Ц.В.С. , объяснения истцов, свидетелей, степень родства и близости между умершим и членами его семьи, индивидуальные особенности каждого истца, степень вины ФИО7 и ФИО6, в отношении которых в возбуждении уголовного дела предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ было отказано в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. 

Следуя принципам разумности и справедливости суд требования истцов в указанной части удовлетворяет частично и определят компенсацию морального вреда в размере ** руб. в пользу супруги умершего ФИО1 и в размере по ** руб. в пользу детей Ц.В.С. –ФИО2 и ФИО3 

В связи с удовлетворением требований ФИО2 в её пользу суд в соответствии со ст.98, ст.100 ГПК РФ присуждает понесенные ею судебные расходы.

Обсудив требование ФИО2 о взыскании судебных расходов за услуги юриста в сумме ** руб., установив, что расходы в сумме ** руб. (том 3 л.д.13) не относятся к расходам, связанным с обращением с настоящим иском суд, принимает решение о частичном удовлетворении требований и присуждает к взысканию с ответчика в пользу ФИО2 суммы ** руб. 

Из квитанции ** установлено, что сумма ** руб. была уплачена ФИО2 адвокату Г.Е.В. за консультацию и подготовку искового заявления (том 3 л.д.13).

Оснований согласиться с мнением представителя ответчика ФИО5, что сумма завышена не имеется.

Поскольку истцы были освобождены от уплаты государственной пошлины, государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика, который в силу закона не освобожден от уплаты государственной пошлины, доказательств обратного материалы дела не содержат. 

При этом, по требованию каждого истца неимущественного характера (о взыскании компенсации морального вреда) государственная пошлина, подлежащая взысканию с ответчика, составит в общей сумме 900 рублей (300 руб. 00 коп. х3).

По требованию ФИО1 имущественного характера государственная пошлина присуждается в размере пропорциональном сумме удовлетворенных требований, что составляет от суммы ** руб. ** коп. сумму **. ** коп.

Общая сумма государственной пошлины, которую суд присуждает к взысканию с ответчика по настоящему делу составляет ** руб. ** коп. подлежит зачислению в бюджет муниципального района «Нерчинский район» Забайкальского края согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 194-198, ст.199, ч.2 ст.108 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1 к Государственному учреждению здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» о взыскании расходов на погребение, компенсации морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинских услуг, повлекших смерть Ц.В.С. , о взыскании ежемесячной компенсации по потери кормильца удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» в пользу ФИО1 расходы на погребение в сумме ** руб. ** коп., компенсацию морального вреда в сумме ** руб., итого сумму **

В остальной части требований отказать.

Иск ФИО8 к Государственному учреждению здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинских услуг, повлекших смерть Ц.В.С. , судебных расходов удовлетворить частично. 

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» в пользу ФИО8 компенсацию морального вреда в сумме ** руб., судебные расходы в сумме ** руб., итого сумму **

В остальной части требований отказать.

Иск ФИО3 к Государственному учреждению здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинских услуг, повлекших смерть Ц.В.С. удовлетворить частично. 

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме **

В остальной части требований отказать.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Забайкальский краевой онкологический диспансер» государственную пошлину в размере ** в бюджет муниципального района «Нерчинский район» Забайкальского края согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. 

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке, право принесения апелляционного представления принадлежит прокурору, участвующему в деле. Апелляционную жалобу вправе подать также лица, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос, о правах и обязанностях, которых, был разрешен судом. Апелляционные жалоба, представление подаются через Нерчинский районный суд Забайкальского края в Забайкальский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий, судья-

Решение суда в окончательной форме принято 29 января 2019г.

не вступило в законную силу