Дело № 2-1/2019 

<

данные изъяты> 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

15 февраля 2019 года

Кудымкарский городской суд Пермского края в составе:

судьи Калиной Е.Д.,

при секретаре Фотиной Е.М.,

с участием прокурора Щербинина И.В.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кудымкар гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Больница Коми-Пермяцкого округа» о взыскании компенсации морального вреда и штрафа,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Больница Коми-Пермяцкого округа» (далее - ГБУЗ ПК «БКПО») о взыскании компенсации морального вреда и штрафа. Исковые требования мотивирует тем, что длительное время страдает заболеванием почек – 

<

данные изъяты>, в связи с чем наблюдался по месту жительства у врача-терапевта. В период с начала 1990 годов в анализах мочи имелись патологические изменения, чего при нормальных показателях быть не должно. Какое-либо углубленное обследование ему не назначалось, лечение не проводилось. Такие же воспалительные изменения сохранялись и в общем анализе мочи от 26.06.2003 года, по поводу чего ему было назначено УЗИ почек, выявившее признаки пиелонефрита, лечение не назначалось, как и не назначалось при выявлении изменений в общем анализе мочи от 08.06.2011 года, а также в марте 2013 года, когда был поставлен диагноз «

<

данные изъяты>» и зимой 2017 года, когда также поставлен диагноз «

<

данные изъяты>». В апреле 2017 года обратился в платную клинику г. Перми «

<

данные изъяты>», где ему проведено УЗИ органов брюшной полости и у врача вызвало подозрение не очень хорошее состояние печени и селезенки. Выяснив, имеются ли у него хронические заболевания, врачом настоятельно рекомендовано сдать анализы, определяющие работу печени, а также почек и незамедлительно обратиться на прием к врачу по месту жительства с последующим направлением на обследование и лечение в нефрологическое отделение Пермской краевой больницы, что им и было сделано, обратился к врачу-терапевту в Кудымкарскую городскую больницу. 03.05.2017 года ему назначено обследование в виде УЗИ различных органов, после чего ему выдано направление к врачу-нефрологу. 22.06.2017 года ему поставлен диагноз «

<

данные изъяты>». В связи с обострением 

<

данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ года он находился на стационарном обследовании и лечении в Больнице Коми-Пермяцкого округа. После чего направлен в нефрологическое отделение Пермской краевой больницы, где находился в период с 23.06.2017 года по 30.06.2017 года. После чего 08.08.2017 года ему установлена 

<

данные изъяты> группа инвалидности сроком на два года. После пройденного лечения в Пермской краевой больнице ему было рекомендовано обратиться с выпиской в ближайшие три дня к врачу терапевту, нефрологу по месту жительства для дальнейшего наблюдения, что им и было сделано. 04.07.2017 года врачом терапевтом направлен на консультацию к врачу-нефрологу и кардиологу, выдано направление на МСЭК. Однако обследование и лечение назначено не было, как и дата следующего посещения доктора. Не согласившись с правильностью оказания медицинской помощи, он обратился с претензией в страховую медицинскую компанию АО «МАКС-М», в котором просил провести экспертизу качества оказанной ему медицинской помощи. Ответом АО «МАКС-М» от 19.02.2018 года ему сообщено, что составлены акты и экспертные заключения в которых описаны выявленные нарушения, а именно: не назначенные вовремя обследование и лечение, нарушение преемственности и дефекты ведения медицинской документации, создавшие риск прогрессирования заболевания. К лечебному учреждению применены финансовые санкции. Таким образом, врач-терапевт допустил отсутствие динамического наблюдения при установленном диагнозе весьма серьезной почечной патологии, имеющей тенденцию к прогрессированию. С момента прикрепления к городской больнице г. Кудымкара его ни разу не осматривал врач-нефролог, не направляли на анализы, характеризующие работу почек. Несмотря на то, что на протяжении многих лет в анализах мочи присутствовал белок, врачи ведущие прием на это внимание не обращали зная о его диагнозе. Считает, что указанные нарушения со стороны работников ответчика повлекли отсутствие динамического наблюдения, своевременного обследования, диагностики и лечения развившегося у него основного заболевания, способствовали развитию заболевания, в связи с чем от действий и бездействий работников ответчика ему причинен моральный вред, заключающийся в нравственных и физических страданиях, поскольку он полностью доверял медицинским работникам, полагая, что они оценивают его состояние и действуют верно. Просит взыскать с ГБУЗ ПК «Больница Коми-Пермяцкого округа» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей и штраф с учетом положения ч. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» в размере 50 % от присужденной суммы судом.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО2 настаивали на удовлетворении иска. 

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании заявленные исковые требования не признала. Суду указала, что как следует из заключения проведенной экспертизы невыполнение выявленных лечебно-диагностических мероприятий и недостатки в оформлении медицинской документации не вызвали ухудшения состояния здоровья истца и не состоят в причинно-следственной связи с развитием заболевания у истца.

Представитель третьего лица АО «МАКС-М» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлены, представили письменное ходатайство о рассмотрении дела без участия представителя.

Третьи лица ФИО5, ФИО6 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела уведомлены. Ранее в состоявшихся судебных заседаниях с исковыми требованиями не согласились, при этом пояснив, что медицинская помощь истцу оказана без дефектов.

Третье лицо ФИО4 с исковыми требованиями не согласилась.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии представителя третьего лица, третьих лиц.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора об удовлетворении иска, изучив материалы дела, приходит к следующему выводу. 

Частью 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Федеральный закон от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», определяющий права и обязанности человека и гражданина в сфере охраны здоровья, гарантии реализации этих прав, права и обязанности медицинских организаций при осуществлении деятельности в сфере охраны здоровья, в ст. 2 устанавливает, что под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма. Медицинская помощь — это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение. Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно ст. 19 ФЗ от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь.

В силу ст. 79 того же закона медицинские организации обязаны организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи, предоставлять пациентам достоверную информацию об оказываемой медицинской помощи, эффективности методов лечения, используемых лекарственных препаратах и о медицинских изделиях.

Пунктом 3 статьи 98 указанного Федерального закона установлено, что вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п.п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как разъяснено в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная п. 1 ст. 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», следует, что на работодателя в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Частью 4 статьи 13 Закона РФ от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено, что исполнитель освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Таким образом, обязанность по представлению доказательств оказания истцу медицинских услуг в полном объеме и надлежащего качества в период получения истцом медицинских услуг возложена на ответчика.

В силу ст. 15 Закона РФ от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 4 ГК РФ (ст. ст. 1099 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как следует из медицинских документов, имеющихся в материалах дела, у ФИО1 впервые изменения в общем анализе мочи были выявлены 31.08.1973 года в виде протенурии (белок 0,09%), лейкоцитурии (Le - скопление), эритроцитурии (Эr – св. единичные), дополнительное обследование и лечение не назначалось. После перенесенной в марте 1974 года 

<

данные изъяты> в общем анализе мочи нарастает лейкоцитурия (Le - всё поле зрения), «...белок - следы, Эr - св. единичные...» (общий анализ мочи от 01.04.1974 года). В последующее время (с мая 1974 года) регулярно проводились лабораторные исследования мочи (общий анализ мочи, крови (общий анализ крови), были установлены диагнозы «

<

данные изъяты>» (23.05.1974 года), «

<

данные изъяты>» (08.10.1974 года), «

<

данные изъяты>» (27.11.1974 года), «

<

данные изъяты>» (18.12.1974 года), «

<

данные изъяты>» (март-апрель 1976 года, 25.01.1978 года), «

<

данные изъяты>» (02.04.1980 года), «

<

данные изъяты>» (22.10.1980 года), «

<

данные изъяты>» (26.11.1981 года, 16.04.1982 года). С 1974 года истец постоянно находился на «Д» учете у педиатра по поводу инфекции мочевыводящих путей (ИМВП), назначалась комплексная антибактериальная, симптоматическая и фитотерапия в амбулаторных условиях. Проводилось стационарное лечение в 1974 и 1976 годы, однако выписки из карт стационарного больного в медицинских документах отсутствуют. Последняя запись о проведении анализа мочи в «Истории развития ребёнка» датирована 20.10.1984 года (

<

данные изъяты>).

С марта 1986 года по 10.03.1990 года данных об обращениях ФИО1 за медицинской помощью нет.

10.03.1990 года ФИО1 был установлен диагноз «

<

данные изъяты>», назначена антибактериальная и симптоматическая терапия, лабораторные исследования (общий анализ крови и общий анализ мочи). 

В период с 10.03.1990 года по 20.06.1994 года ФИО1 при обращениях за медицинской помощью и прохождении медицинских осмотров жалоб на мочевыводящие пути не предъявлял, данные о лабораторных исследованиях крови и мочи отсутствуют, инструментальные исследования не проводились.

В общем анализе мочи ФИО1 от 20.06.1994 года указано на то, что 

<

данные изъяты> при исследовании мочи по ФИО7. 

<

данные изъяты>. Показатели крови в общем анализе крови от 20.06.1994 года - в пределах нормы (

<

данные изъяты>. При УЗИ почек от 24.10.1995 года выявлена 

<

данные изъяты>), почки не увеличены, контуры ровные, форма овальная.

В 1994 и 1996 годах ФИО1 проходил медицинские осмотры на определение годности к управлению транспортными средствами, при осмотрах узкими специалистами жалоб не предъявлял, какие-либо лабораторные или инструментальные исследования не проводились.

В период с 1998 по 2001 годы ФИО1 за медицинской помощью не обращался.

В марте 2001 года ФИО1 установлен диагноз «

<

данные изъяты>», в марте 2002 года - «

<

данные изъяты>», назначалось лечение, лабораторные и инструментальные исследования не проводились.

Таким образом, в 1994-1995 года данных за активность воспалительного процесса мочевыводящих путей не выявлено. При последующих обращениях за медицинской помощью (до марта 2002 года) жалобы на состояние мочевыводящих путей отсутствуют, данных объективного и лабораторно-инструментального исследования нет. При отсутствии данных об активности воспалительного процесса в мочевыводящих путях не назначалось и лечение.

В мае 2003 года у ФИО1 был диагностирован «

<

данные изъяты>», несмотря на назначенное лечение, в июне наступило ухудшение состояния («

<

данные изъяты>»), вновь назначено лечение, проведены лабораторные и инструментальные методы исследования, консультация неврологом:

- общий анализ мочи от 26.06.2003 года: 

<

данные изъяты>. Моча по ФИО7: 

<

данные изъяты>;

- УЗИ почек от 27.06.2003 года: 

<

данные изъяты>;

- R-графия позвоночника от 26.06.2003 года: 

<

данные изъяты>;

- консультация неврологом от 26.06.2003 года, диагноз: «

<

данные изъяты>».

Дополнительные исследования не назначались и не проводились.

В период с 2004 года по 2007 года ФИО1 обращался в больницу за медицинской помощью по различным заболеваниям.

В период с 23.05.2007 года по 03.06.2011 года данные об обращении ФИО1 за медицинской помощью в представленных медицинских документах отсутствуют.

03.06.2011 года ФИО1 был установлен диагноз «

<

данные изъяты>», назначено местное лечение. В общем анализе крови от 08.06.2011 года: 

<

данные изъяты> в общем анализе мочи от 08.06.2011 года: 

<

данные изъяты>.

Несмотря на выявленные изменения крови и мочи (повышенное СОЭ, протеинурия), контрольные лабораторные исследования не назначались и не проводились.

В период с 03.06.2011 года по 23.03.2013 года ФИО1 за медицинской помощью не обращался.

23.03.2013 года при оформлении путёвки в санаторий «

<

данные изъяты>» был установлен диагноз: «

<

данные изъяты>», проведены лабораторные и инструментальные исследования: ЭКГ, общий анализ мочи от 27.03.2013 года: 

<

данные изъяты>. Несмотря на сохраняющиеся изменения крови и мочи (повышенное СОЭ, протеинурия), контрольные лабораторные исследования не назначались и не проводились, истец направлен в санаторий (оформлена санаторно-курортная карта).

С 21.10.2014 года по 27.01.2017 года ФИО1 за медицинской помощью не обращался.

В январе 2017 года ФИО1 проходил очередной медицинский осмотр на определение годности к управлению транспортными средствами. На приёме у терапевта жалоб не предъявлял, описанный объективный статус - без патологии. Заключение: «

<

данные изъяты>». Лабораторные и инструментальные методы исследования не назначались и не проводились. Отсутствие медикаментозных назначений обусловлено тем, что при определении фазы заболевания как «ремиссия», лечение не проводится.

22.04.2017 года ФИО1 было проведено биохимическое исследование крови, была выявлена креатининемия (

<

данные изъяты>). 

03.05.2017 года терапевтом ФИО1 назначено дополнительное обследование (общий анализ крови, общий анализ мочи, биохимический анализ крови, УЗИ почек). В общем анализе крови от 04.05.2017 года: 

<

данные изъяты>; в общем анализе мочи от 04.05.2017 года: удельный 

<

данные изъяты> в биохимическом анализе крови от 04.05.2017 года: 

<

данные изъяты>. 

16.05.2017 года ФИО1 был на приёме у нефролога, который установил диагноз: «

<

данные изъяты>». Рекомендована госпитализация в стационар с целью обследования и определения тактики лечения.

В период с ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 находился на стационарном лечении в терапевтическом отделении ГБУЗ ПК «Больница Коми-Пермяцкого округа» (выписка из медицинской карты стационарного больного № 469). В результате проведенных лабораторно-инструментальных методов исследования (общий анализ крови, биохимический анализ крови, общий анализ мочи, проба мочи по ФИО7, определение суточного белка в моче, определение белка Бенс-Джонса, пробы мочи по Зимницкому, определение микроальбуминов в моче, миелограмма, ЭКГ, ЭхоКГ, УЗИ внутренних органов, УЗИ почек, R-графия черепа и костей таза), консультаций нефролога и окулиста был установлен заключительный клинический диагноз: «

<

данные изъяты>. Сопутствующий: 

<

данные изъяты>». В ходе лечения - без отрицательной динамики. С целью уточнения диагноза и определения дальнейшей тактики ведения больного рекомендована плановая госпитализация в нефрологическое отделение. 27.05.2017 года ФИО1 самостоятельно покинул отделение, отказ от лечения не подписал, о последствиях предупрежден.

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на стационарном лечении в нефрологическом отделении ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая больница». Проведено обследование: общий анализ крови, общий анализ мочи, анализ мочи по ФИО7, определение суточного белка в моче, анализ мочи по Зимницкому, определение микробного числа мочи, биохимический анализ крови, форез белков, определение показателей гемостаза и липидного спектра крови, анализ крови на ТЗ, Т4, ТТГ, ЭКГ, УЗИ почек, брюшной полости. Установлен заключительный клинический диагноз: «

<

данные изъяты> Сопутствующий: 

<

данные изъяты>». Назначено и проведено медикаментозное лечение. При выписке состояние удовлетворительное, рекомендовано наблюдение терапевта, нефролога по месту жительства (явка по месту жительства в ближайшие 3 дня), даны рекомендации по питанию и дальнейшему лечению, контроль общего анализа крови, общего анализа мочи, биохимический анализ 1 раз в месяц, УЗИ почек 1 раз в год, освидетельствование с БМСЭ.

08.08.2017 года ФИО1 была установлена инвалидность 

<

данные изъяты> группы по общему заболеванию (впервые) (

<

данные изъяты>

После выписки из нефрологического отделения ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая больница» с июля 2017 года по июль 2018 года ФИО1 осматривался терапевтом, нефрологом, выписывались льготные лекарственные препараты, проводились лабораторные исследования (общий анализ крови, общий анализ мочи, биохимический анализ крови), консультации. Лечебные мероприятия пациент получал в полном объеме по рекомендации нефролога.

В связи с отрицательной динамикой по анализам ФИО1 было рекомендовано решить вопрос о заместительной почечной терапии, однако он от начала заместительной почечной терапии отказался, отказ от лечения не подписал. Были даны рекомендации: диета с ограничением белка, фосфора, калия (неоднократно проводилась беседа), кетостерил, альфа ДЗ тева, контроль диуреза, артериального давления, осмотр с анализами и дневником контроля (общий анализ крови, общий анализ мочи, биохимический анализ крови) через месяц.

По обращению ФИО8 «МАКС-М» филиал в г. Перми проведена экспертиза качества медицинской помощи в ГБУЗ ПК «Больница Коми-Пермяцкого округа», выявлены нарушения, а именно не назначенные вовремя обследование и лечение, нарушение преемственности и дефекты ведения медицинской документации, создавшие риск прогрессирования заболевания. К ГБУЗ ПК «Больница Коми-Пермяцкого округа» применены финансовые санкции, возложена обязанность выплатить ФИО1 материальный ущерб в сумме 2110 рублей.

С целью установления наличия вреда, противоправности действий и вины причинителя вреда, а также причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшими последствиями в виде хронического заболевания почек у пациента ФИО1 судом была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению комплексной экспертизы судебно-медицинской экспертной комиссии БУЗ УР «БСМЭ МЗ УР» № 3, проведенной с 13.11.2018 года по 28.01.2019 года, при оказании медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ ПК «Больница Коми-Пермяцкого округа» выявлены дефекты, а именно лечебно-диагностические мероприятия на поликлиническом (амбулаторном) этапе в ГБУЗ ПК «Больница Коми-Пермяцкого округа» следовало дополнить назначением контрольных дополнительных лабораторных и инструментальных

исследований, повторных осмотров, консультаций нефролога при выявлении выраженных лабораторных изменений в 2003 году при обследовании по поводу «

<

данные изъяты>», в 2011 году после перенесенной «

<

данные изъяты>», в 2013 году при оформлении путевки в санаторий «

<

данные изъяты>».

Кроме того, комиссией экспертов выявлены недостатки в оформлении медицинской документации врачом-терапевтом поликлиники ГБУЗ ПК «Больница Коми-Пермяцкого округа» с июля 2017 года (в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № 25716): отсутствуют или кратко описываются жалобы больного, дневниковые записи - без динамики состояния и проведенных исследований, нет плана обследования и лечения пациента, отсутствует обоснование диагноза и даты последующих явок на приём.

По представленным на исследование медицинским документам, с момента установления диагноза 

<

данные изъяты>, с апреля 2017 года и до июля 2018 года ФИО1 получал полное обследование, адекватное (комплексное) лечение в соответствии с Приказом Минздравсоцразвития от 08.07.2005 года № 447 «Об утверждении стандарта медицинской помощи больных хронической почечной недостаточностью» (в амбулаторно-поликлинических условиях) и Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20.12.2012 года № 1268н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при хронической болезни почек 5 стадии в преддиализном периоде, при госпитализации с целью подготовки к заместительной почечной терапии» (в стационарных условиях).

Невыполнение вышеуказанных лечебно-диагностических мероприятий на поликлиническом (амбулаторном) этапе в ГБУЗ ПК «Больница Коми-Пермяцкого округа» и выявленные недостатки в оформлении медицинской документации врачом-терапевтом поликлиники ГБУЗ ПК «Больница Коми-Пермяцкого округа» не вызвали ухудшения состояния здоровья ФИО1, что подтверждается отсутствием жалоб, характерных для патологии мочевыводящих путей (олигурия, повышение артериального давления, отёки и т.д.), отсутствием клинических (объективных) проявлений (без синдромов патологии мочевыводящих путей) и, как следствие, отсутствие обращений в медицинские учреждения длительные периоды времени.

Учитывая наличие факторов риска развития хронической болезни почек ФИО1, неактивность или минимальную активность инфекционных воспалительных процессов в системе мочевыводящих путей на фоне латентного иммуновоспалительного заболевания (по лабораторным данным), невыполнение вышеуказанных лечебно-диагностических мероприятий на поликлиническом (амбулаторном) этапе в ГБУЗ ПК «Больница Коми-Пермяцкого округа» и выявленные недостатки в оформлении медицинской документации врачом-терапевтом поликлиники ГБУЗ ПК «Больница Коми-Пермяцкого округа» не состоят в причинно-следственной связи с развитием заболевания мочевыводящих путей ФИО1 в виде «ХБП 

<

данные изъяты>».

У суда не имеется оснований не доверять заключению экспертов, основанному на исследовании медицинских документов. Суд учитывает, что данное исследование было проведено при помощи общенаучных методов исследования: опосредованного наблюдения (прочтение информации, содержащейся в медицинских документах, которая была зафиксирована медицинскими работниками), анализа и синтеза полученных данных. В состав комиссии были включены специалисты высшей квалификации. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, им были разъяснены права и обязанности.

Довод представителя истца о том, что выводы экспертов противоречивы, судом во внимание не принимается, поскольку этот довод не свидетельствует о незаконности заключения экспертов либо неправильности содержащихся в заключении выводов. 

С учетом изложенного, суд принимает заключение комиссии экспертов № 3 в качестве доказательства по делу, и, оценивая его, по внутреннему убеждению, в совокупности с другими материалами дела, приходит к выводу о том, что в 2003, 2011 и 2013 годах ответчиком ГБУЗ ПК «Больница Коми-Пермяцкого округа» пациенту ФИО1 была оказана некачественная медицинская помощь (с дефектами). При этом суд исходит из того, что ответчиком не был проведен весь комплекс необходимых контрольных дополнительных лабораторных и инструментальных исследований, повторных осмотров, консультаций нефролога при выявлении выраженных лабораторных изменений в 2003 году при обследовании по поводу «

<

данные изъяты>», в 2011 году после перенесенной «

<

данные изъяты>», в 2013 году при оформлении путевки в санаторий «

<

данные изъяты>».

Факт отсутствия прямой причинно-следственной связи между допущенными дефектами при оказании медицинской помощи и с развитием заболевания мочевыводящих путей ФИО1 в виде «

<

данные изъяты>» не исключает гражданско-правовую ответственность ответчика за некачественно оказанную медицинскую помощь, поскольку допущенные ответчиком нарушения при оказании медицинской помощи ФИО1, безусловно, причинили ему нравственные страдания, который вправе был рассчитывать на квалифицированную и в полном объеме медицинскую помощь при обращении в учреждение здравоохранения.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии у истца права на взыскание с ответчика компенсации морального вреда.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.

Принимая во внимание характер и степень физических и нравственных страданий, перенесенных истцом, учитывая, что допущенные дефекты медицинской помощи не привели к ухудшению здоровья истца, а также индивидуальные особенности истца, фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу ФИО1 в размере 10000 рублей. Заявленная истцом сумма к взысканию в размере 1000000 рублей является чрезмерно завышенной, неразумной и фактического обоснования не имеет.

Разрешая требования истца о взыскании с ГБУЗ ПК «Больница Коми-Пермяцкого округа» штрафа, суд исходит из того, что к спорным правоотношениям применяются положения Закона РФ от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей».

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Так как при рассмотрении дела установлено нарушение прав ФИО1 как потребителя, его претензия о выплате добровольно компенсации морального вреда оставлена ГБУЗ ПК «Больница Коми-Пермяцкого округа» без удовлетворения, суд приходит к выводу о наличии оснований, предусмотренных п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей», для взыскания с ответчика ГБУЗ ПК «Больница Коми-Пермяцкого округа» штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 5000 рублей (10000 : 2).

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ, в связи с освобождением истца от уплаты государственной пошлины, с ответчика в доход бюджета МО «Городской округ – город Кудымкар» подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Больница Коми-Пермяцкого округа» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10000 рулей, штраф 5000 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Больница Коми-Пермяцкого округа» государственную пошлину в доход бюджета Муниципального образования «Городской округ – город Кудымкар» 300 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Пермский краевой суд через Кудымкарский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 15 февраля 2019 года. 

<

данные изъяты>

Судья Е.Д. Калина