Председательствующий Лушников С.А. Дело № 22-87/2021 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 21 января 2021 г.

Курганский областной суд в составе председательствующего Петровой М.М.

при секретаре Осиповой С.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Кириленко А.В. и его защитника – адвоката Деревенко И.М. на приговор Курганского городского суда Курганской области от 29 октября 2020 г., по которому 

Кириленко Андрей Владимирович, родившийся 

<

...> в 

<

...>, судимый 12 сентября 2003 г. (с учетом постановления судьи от 27 мая 2013 г.) по пп. «д», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ с применением ст. 70 УК РФ к 11 годам 4 месяцам лишения свободы, которое на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ частично сложено с наказанием по приговору от 12 ноября 2003 г. (с учетом постановлений судей от 20 апреля 2006 г. и 27 мая 2013 г.) с назначением окончательно 11 лет 5 месяцев лишения свободы, освобожденный 10 ноября 2014 г. по отбытии срока наказания,

осужден по ч. 1 ст. 119 УК РФ к 1 году лишения свободы, по ч. 1 ст. 314.1 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 1 год 4 месяца лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав выступления осужденного Кириленко А.В. и его защитника Деревенко И.М., поддержавших доводы апелляционных жалоб об отмене приговора в части осуждения по ч. 1 ст. 119 УК РФ, прокурора Масловой Л.В. об оставлении приговора без изменения, суд 

УСТАНОВИЛ:

по приговору суда Кириленко признан виновным в угрозе Д. убийством 1 июля 2020 г., а также в том, что, являясь лицом, в отношении которого установлен административный надзор, в период с 9 января по 1 июля 2020 г. самовольно оставил место жительства в целях уклонения от административного надзора.

Преступления совершены в г. Кургане при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В суде Кириленко виновным себя в самовольном оставлении места жительства в целях уклонения от административного надзора признал, в угрозе убийством Д. не признал.

В апелляционной жалобе защитник просит оправдать Кириленко в части обвинения в угрозе убийством Д.. Указывает, что выводы суда о виновности Кириленко в этой части обвинения основаны лишь на показаниях потерпевшей, у которой имелись основания для оговора Кириленко, при этом свидетель С. в суде пояснила, что никаких угроз 1 июля 2020 г. в отношении потерпевшей не было.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный просит оправдать его по ч. 1 ст. 119 УК РФ, смягчить наказание, применив положения ч. 2 ст. 61, ч. 2 ст. 22, ст. 64 УК РФ, либо отменить приговор с направлением уголовного дела на новое рассмотрение. Указывает, что приговор в части осуждения его за угрозу убийством Д. основан лишь на ее противоречивых показаниях. Не приняты во внимание показания в суде свидетеля С. о том, что угроз убийством она не слышала, ножа и факта причинения потерпевшей телесных повреждений не видела, потерпевшая ей об угрозе убийством не рассказывала. Свои показания на предварительном следствии С. не подтвердила. Согласно заключению эксперта от 9 июля 2020 г. телесные повреждения Д. причинены в пределах одних-двух суток к моменту освидетельствования. Однако на момент освидетельствования он уже находился в следственном изоляторе, поэтому не мог причинить потерпевшей эти повреждения. Протокол осмотра жилища, в ходе которого был изъят нож, является недопустимым доказательством, так как осмотр проведен без понятых и с нарушением положений ч. 5 ст. 177 УПК РФ, поскольку судебного решения и согласия собственника, либо его, как квартиросъемщика, на осмотр не было, а согласие не проживающей в этой квартире Д. не являлось основанием для осмотра жилища. В ходе судебного разбирательства им были заявлены ходатайства о проведении экспертизы изъятого ножа на предмет наличия на нем отпечатков пальцев и ДНК и о проведении его психолого-психиатрической экспертизы в связи с установлением в 2003 г. психического расстройства, однако данные ходатайства судом не рассмотрены. Суд, указав в приговоре о его неудовлетворительном состоянии здоровья ввиду наличия тяжелого заболевания и установленного заключением судебно-психиатрической экспертизы от 3 июля 2003 г. психического расстройства, не признал указанные обстоятельства смягчающими наказание. В связи с психическим расстройством к нему следует применить положения ч. 2 ст. 22 УК РФ. Признание судом отягчающим наказание обстоятельством совершение им преступления в состоянии алкогольного опьянения является незаконным, поскольку о нахождении его в состоянии алкогольного опьянения пояснила лишь Д., при этом какие-либо экспертизы не проводилось. 

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Карецкий А.А., указывая на безосновательность изложенных в них доводов, просит оставить жалобы без удовлетворения, приговор – без изменения. 

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отмене приговора в связи с несоответствием выводов суда, в нем изложенных, фактическим обстоятельствам уголовного дела и нарушением уголовно-процессуального закона (ст. 389.16, 389.17 УПК РФ).

В соответствии с положениями ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, и таковым он признается, если постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального кодекса и основан на правильном применении уголовного закона. 

Перечисленные требования закона предполагают полноту, ясность и четкость приговора; изложенные в нем выводы суда должны непосредственно следовать из установленных в его описательно-мотивировочной части обстоятельств дела и анализа исследованных доказательств, а мотивы, по которым суд отвергает те или иные доказательства и принимает решения по вопросам, подлежащим разрешению при постановлении приговора и перечисленным в ст. 299 УПК РФ, должны быть убедительными и исчерпывающими.

Однако эти требования закона судом не выполнены, что повлекло наличие существенных противоречий в его выводах, которые могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного.

Так, суд пришел к выводу о виновности Кириленко в угрозе убийством потерпевшей Д., выразившейся в высказывании им потерпевшей угрозы лишения ее жизни, которую потерпевшая восприняла реально, поскольку он предпринимал конкретные действия, подтверждающие возможность осуществления им данной угрозы. 

В обоснование вывода о высказанной Кириленко угрозе убийством суд сослался на показания потерпевшей Д., изложив в приговоре ее показания о том, что подсудимый говорил ей, что кончит ее.

Между тем из протокола судебного заседания (т. 2 л.д. 41-44) следует, что о высказывании Кириленко каких-либо слов угрозы убийством потерпевшая не поясняла.

Во время дачи потерпевшей показаний судом ей было оглашено предъявленное Кириленко обвинение, что, однако, не предусмотрено уголовно-процессуальным законом для восполнения показаний допрашиваемого лица. Процедура устранения противоречий в показаниях предусмотрена ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которой при наличии противоречий между показаниями в суде и на предварительном следствии могут быть оглашены ранее данные показания, но лишь по ходатайству сторон.

Даже после оглашения обвинения вопрос о высказывании Кириленко угрозы убийством у потерпевшей не выяснялся. 

Поскольку аудиозапись протокола судебного заседания от 19 августа 2020 г., когда была допрошена потерпевшая Д., отсутствует (т. 2 л.д. 32), проверить правильность изложения показаний потерпевшей в протоколе судебного заседания не представляется возможным.

Таким образом, в показаниях потерпевшей, изложенных в протоколе судебного заседания и в приговоре, имеются существенные противоречия, которые могли повлиять на выводы суда о виновности Кириленко в угрозе убийством, а потому приговор в этой части обвинения не может считаться законным и обоснованным. 

Кроме того, в соответствии с ч. 2 ст. 271 УПК РФ суд обязан рассмотреть каждое заявленное по делу ходатайство и удовлетворить его либо вынести определение или постановление об отказе в его удовлетворении. Суд может рассмотрение какого-либо ходатайства отложить на более позднее время, если для его разрешения требуется исследование материалов уголовного дела или выполнение каких-либо процессуальных действий. Во всех случаях судебное решение должно быть мотивированным и оглашаться в судебном заседании. Данная процедура рассмотрения и разрешения ходатайств направлена на обеспечение принципа состязательности и равноправия сторон в уголовном процессе.

Эти требования уголовно-процессуального закона судом также не выполнены, на что обоснованно указано осужденным в апелляционной жалобе.

Как видно из протокола судебного заседания от 13 августа 2020 г., в подготовительной части судебного заседания Кириленко было заявлено ходатайство о назначении ему судебно-психиатрической экспертизы в связи с установлением в 2003 г. психического расстройства. Обсудив заявленное ходатайство и выслушав мнения сторон, суд оставил ходатайство Кириленко на данной стадии судебного разбирательства без рассмотрения, мотивировав тем, что еще не были исследованы письменные материалы дела (т. 2 л.д. 35-36).

Однако в стадии судебного следствия суд к разрешению по существу заявленного Кириленко ходатайства не возвращался. 

Также в материалах уголовного дела имеется письменное ходатайство Кириленко, датированное 13 августа 2020 г., о назначении экспертизы на предмет наличия или отсутствия его отпечатков или ДНК на изъятом при осмотре места происшествия ноже для проверки его непричастности к угрозе убийством (т. 2 л.д. 23). 

Согласно протоколу судебного заседания указанное ходатайство судом на обсуждение сторон не выносилось, решение об его удовлетворении либо отказе в его удовлетворении не принималось.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства судом нарушен принцип состязательности сторон, допущено ограничение прав Кириленко, как участника уголовного судопроизводства, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшим на постановление законного и обоснованного приговора.

При таких обстоятельствах приговор суда не может считаться законным и обоснованным и подлежит отмене в полном объеме с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение, поскольку допущенные нарушения исключают возможность самостоятельного постановления судом апелляционной инстанции нового решения. Доводы апелляционных жалоб подлежат проверке при новом рассмотрении дела судом первой инстанции.

Поскольку ранее продленный постановлением судьи срок содержания Кириленко под стражей по 2 февраля 2021 г. не истек (т. 2 л.д. 6-7), суд апелляционной инстанции оставляет без изменения до указанной даты ранее избранную ему меру пресечения заключение под стражу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Курганского городского суда Курганской области от 29 октября 2020 г. в отношении Кириленко Андрея Владимировича отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе. 

Меру пресечения ФИО1 заключение под стражу оставить без изменения по 2 февраля 2021 г. 

Председательствующий М.М. Петрова