Дело № 2-1912/2020 24 ноября 2020 года

В окончательной форме 04.12.2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Колпинский районный суд Санкт-Петербурга в составе

Председательствующего судьи Бородулиной Т.С.

При секретаре Баланел Ж.В.

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения,

Установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 и просит взыскать с ответчика сумму неосновательного обогащения в размере 206317,48 рублей, мотивируя свои требования тем, что в октябре 2019 года между сторонами было достигнуто предварительное соглашение о заключении в будущем договора купли-продажи нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>. 2 пом. 1. ФИО2 проводил переговоры о продаже помещения, представляясь его собственником. В силу достигнутой договоренности истец перевела на счет ответчика денежные средства со своей личной банковской карты, однако договор купли-продажи заключен не был, в связи с чем на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение.

Представитель истца, действующий на основании доверенности, в судебное заседание явился, исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание явился, исковые требования не признал, указывая, что договоренности о продаже нежилого помещения между сторонами не имелось, истец, переводя денежные средства на счет ответчика, действовала от имени ИП ФИО3, с которым у ООО «Трион» (собственником нежилого помещения) был заключен договор аренды, денежные средства, переведенные на счет ответчика были учтены в счет оплаты арендной платы и коммунальных платежей по договору аренды.

Представитель третьего лица ООО «Трион» в судебное заседание явился, поддержал доводы ответчика.

Третье лицо ИП ФИО3 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен надлежащим образом, в том числе с учетом требований п. 2.1 ст. 113 ГПК РФ.

При таких обстоятельствах суд счел возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав явившихся лиц, изучив материалы дела, суд приходит к следующему:

Судом установлено и не оспаривалось сторонами в ходе судебного разбирательства, что истцом ФИО1 осуществлялись переводы денежных средств на счет ответчика ФИО2: 26.10.2019 в сумме 12000 рублей, 25.10.2019 – 65000 рублей, 06.11.2019 – 20287,48 рублей, 25.11.2019 – 40000 рублей, 07.12.2019 – 29030 рублей, 27.12.2019 – 40000 рублей (л.д. 11-24).

01 сентября 2019 года между ООО «Трион» и ИП ФИО3 был заключен договор аренды № в отношении части нежилого помещения, площадью 15 кв.м., по адресу: 

<

адрес>. 2 пом. 1. Согласно п. 3.1 договора арендная плата составляла 25000 рублей в месяц и не включала стоимость услуг по теплоснабжению, водоснабжению, энергоснабжению и коммунальным услугам.

Пунктом 3.2 договора предусмотрено, что арендная плата перечисляется за каждый месяц вперед в срок до 25-го числа предыдущего месяца (л.д. 55-58), конкретный порядок перечисления денежных средств в счет оплаты арендных платежей (на расчетный счет арендодателя, в кассу) договором не предусмотрен.

Согласно протоколу осмотра письменного доказательства от 29 октября 2020 года, нотариусом ФИО4 был произведен осмотр информационного ресурса, опубликованного в электронном виде в сети интернет, а именно ящика электронной почты 

<

адрес> зафиксирована переписка между 

<

адрес>ru» и ИП Николаев «

<

адрес>» в период с 22.10.2019 по 06.02.2020.

Согласно содержанию письма по электронной почте между указанными пользователями от 15.10.2019 года указано на направление документов для оформления договора аренды (уведомления о постановке на учет физического лица в налоговом органе в отношении ФИО3, копии паспорта ФИО3). В указанном письме также имеется указание на контактное лицо «ФИО1, телефон 

<

***>», указанный номер телефона также указан в подписи «С уважением ИП ФИО11».

В указанном протоколе осмотра письменного доказательства имеется письмо, датированное ДД.ММ.ГГГГ от отправителя «

<

адрес>» на адрес 

<

адрес>» следующего содержания: «денежные средства в размере 40000 тысяч рублей были переданы посредством: 1. Перевода по реквизитам компании ООО «Трион» (в размере 20000 тыс.), платеж от 28.01.2020, 2. Пердано лично в руки (в размеое 20000 тыс) 29.01.2020. Факт передачи наличных денежных средств зафиксирован в телефонном разговоре. Таким образом, прошу учесть, что счет за электроэнергию (счет № от ДД.ММ.ГГГГ сумму 16829,98) оплачен в полном объеме, также переданные наличные денежные средства в размере 20000 тыс. рублей прошу считать оплатой за электроэнергию за январь 2020 года».

Из содержания вышеназванной переписки также следует, что контактным лицом отправителя «

<

адрес> указан «Григорий, телефон +№. Данный номер телефона содержится также в чеках по операциям Сбербанк Онлайн, представленных истцом в качестве доказательств перевода денежных средств.

Как следует из протокола осмотра нотариусом письменных доказательств от 19.11.2020 года, ФИО5, врио нотариуса ФИО6, произведен осмотр переписки между пользователями программы «WatsApp» ФИО2 №) и ФИО7 № в период с 16.10.2019 по 26.12.2019 года, а также за период с 03.02.2020 по 04.02.2020.

Согласно содержанию скриншотов переписки, 16.10.2019 года получателю ФИО2 от имени контакта «ФИО7» направлен скриншот чека по операции Сбербанк Онлайн от 16.10.2019 время операции 10:00:23, номер документа 882387 на сумму 12000 рублей, с указанием «оплату провели», указанный чек по операции сбербанк онлайн, соответствует чеку, представленному истцом в качестве доказательств возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения.

Также от отправителя ФИО2 контакту «ФИО7» 06.11.2019 направлялся скриншот счета от 30.09.2019 на оплату электроэнергии.

В указанной переписке содержится сообщение от контакта «ФИО7» содержание которого аналогично содержанию письма по электронной почте от 04.02.2020 от контакта 

<

адрес>

Как следует из копии доверенности от 10.01.2019 года, выданной на срок до 10.01.2022 года, ФИО2 было поручено представлять интересы ООО «Трион» по аренде помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>. 2 пом. 1 (л.д. 54).

Как следует из копий квитанций к приходному кассовому ордеру ООО «Трион» в качестве оплаты по договору аренды ИП ФИО11 (ком.пл) принято 12000 рублей (№ от ДД.ММ.ГГГГ); ДД.ММ.ГГГГ в качестве оплаты по договору аренды ИП ФИО11 принято 65000 рублей (№ от ДД.ММ.ГГГГ), ДД.ММ.ГГГГ в качестве оплаты коммунальных платежей по договору аренды принято 20287,48 рублей (№ от ДД.ММ.ГГГГ); ДД.ММ.ГГГГ принято по договору аренды 40000 рублей (№ от ДД.ММ.ГГГГ), ДД.ММ.ГГГГ в качестве оплаты коммунальных платежей – 29030 рублей (№ от ДД.ММ.ГГГГ); ДД.ММ.ГГГГ – в качестве оплаты по договору аренды принято 40000 рублей (№ от ДД.ММ.ГГГГ), всего в сумме 206317,48 рублей – л.д. 78.

Сумма учтенных платежей по договору аренды, заключенному с ИП ФИО3 соответствует сумме, предъявленной ко взысканию в качестве неосновательного обогащения. 

Как следует из копии выписки по счету ООО «Трион», Индивидуальным предпринимателем ФИО3 оплата по договору аренды на счет арендодателя вносилась 25.11.2019 в сумме 25000 рублей, 27.12.2019 в сумме 25000 рублей, 09.01.2020 в сумме 17713,74 рублей, 28.01.2020 в сумме 20000 рублей (л.д. 61-76), сведений об иных платежах в счет арендной платы выписка не содержит.

Согласно объяснениям ответчика, данным в ходе судебного разбирательства, с истцом имели место переговоры относительно аренды ранее указанного нежилого помещения, как с контактным лицом ИП ФИО3, каких-либо иных правоотношений между ними не имелось, в том числе и по купле-продажи нежилого помещения, собственником которого он не являлся.

По ходатайству ответчика в качестве свидетеля в ходе судебного разбирательства был допрошен ФИО8, который пояснил, что арендует помещение у брата ФИО2, часто видел ФИО1 в помещении напротив арендуемого им, она там работала, он видел, что она управляла магазином, расположенным напротив, приходила, давала указания сотрудникам.

Оценивая показания указанного свидетеля, суд не усматривает оснований не доверять им, однако учитывает, что лично со ФИО9 свидетель не знаком, обстоятельства имевшихся между сторонами правоотношений свидетелю известны со слов.

На запрос суда и обращение представителя истца ИП ФИО3 сообщено, что он знаком со ФИО1, трудовых или договорных отношений между ними не имелось, денежные средства для расчетов по договорам ФИО1 не выдавались, поручений по таким расчетам тоже не было (л.д. 117, 150).

Оценив в совокупности представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, при этом суд исходит из следующего:

Заявляя требования о взыскании с ответчика суммы неосновательного обогащения, истец ссылается, что между сторонами была достигнута предварительная договоренность о приобретении нежилого помещения, в счет которой совершались платежи на счет ответчика.

Вместе с тем, в силу положений ст. 429 Гражданского кодекса Российской Федерации по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора, а если форма основного договора не установлена, то в письменной форме. Несоблюдение правил о форме предварительного договора влечет его ничтожность.

Договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).

Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность (статья 505 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено каких-либо доказательств, подтверждающих наличие между сторонами правоотношений, вытекающих из договора продажи недвижимости или наличие договоренности о заключении такого договора в будущем.

В силу положений ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Таким образом, согласно положениям статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факт приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.

Согласно ст. 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Для установления факта неосновательного обогащения необходимо отсутствие у ответчика оснований (юридических фактов), дающих ему право на получение денежных средств, а значимыми для дела являются обстоятельства: в связи с чем, и на каком основании истец вносил денежные средства на счета ответчика, в счет какого обязательства перед ответчиком. При этом для состава неосновательного обогащения необходимо доказать наличие возмездных отношений между ответчиком и истцом, так как не всякое обогащение одного лица за счет другого порождает у потерпевшего лица право требовать его возврата - такое право может возникнуть лишь при наличии особых условий, квалифицирующих обогащение как неправомерное.

Пунктом 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Как следует из материалов дела, истцом неоднократно перечислялись денежные средства ответчику в отсутствие предварительного договора купли-продажи недвижимого имущества, то есть была осведомлена об отсутствии у нее обязательств перед ответчиком.

Кроме того, суд находит заслуживающими внимания доводы ответчика о том, что истец, переводя денежные средства на его счет действовала от имени ИП ФИО3 в рамках договора аренды, заключенного с ООО «Трион» по доверенности от которого действовал ФИО2, о чем свидетельствует в частности содержание переписки, как по электронной почте, так и посредством мессенджера «WhatsApp». Так, чек по операции Сбербанк Онлайн от 16.10.2019 года на сумму 12000 рублей направлен ответчику с указанием «оплату провели», с номера телефона, указанного как контактный номер ИП ФИО3 в переписке по электронной почте, при этом ФИО1 также указана в качестве контактного лица ИП ФИО3 в переписке по электронной почте с аналогичным номером телефона. 

То обстоятельство, что указанный в качестве контактного, номер телефона +№ согласно ответу ПАО «МТС», зарегистрирован на иное лицо, не опровергает доводов ответчика, поскольку, как указывалось ранее, данный номер телефона был указан в качестве контактного номера ИП ФИО3, однако на его имя он также не зарегистрирован. 

Из материалов дела следует, что все денежные средства, полученные ФИО2 на личный счет в ПАО «Сбербанк» внесены в кассу ООО «Трион» в качестве оплаты по договору аренды и коммунальных платежей за арендуемое нежилое помещение, что подтверждается квитанциями к приходному кассовому ордеру.

Доводы же третьего лица ИП ФИО3, отрицающего поручение ФИО1 производить расчеты по договору аренды, судом оцениваются критически, поскольку как следует из переписки, представленной ответчиком, между ООО «Трион»и ИП ФИО3 имеется спор относительно исполнения обязательств по договору аренды, заключение которого лица, участвующие в деле, в ходе судебного разбирательства не отрицали.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства, доказательств, подтверждающих, что ответчик приобрел или сберег имущество за счет ФИО1 не представлено, в связи с чем основания для признания переведенных сумм неосновательным обогащением ответчика и их возврата не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Т.С. Бородулина