Дело № 2-597/2018 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Саранск 06 июля 2018 г.

Пролетарский районный суд г.Саранска Республики Мордовия в составе:

судьи Катиковой Н.М.,

при секретаре Орешкиной О.И.,

с участием:

старшего помощника прокурора Пролетарского района г. Саранска Республики Мордовия Терентьевой Татьяны Петровны,

истца – ФИО1,

ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Юрфинансконсалт» в лице директора ФИО2, действующей на основании Устава, представителя – адвоката Заварюхина Федора Вячеславовича, представившего ордер № от 01.06.2018 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Юрфинансконсалт» о признании приказа о расторжении трудового договора с работником и увольнения за прогул незаконными, об изменении формулировки основания увольнения, о взыскании задолженности по заработной плате, выплат за вынужденный прогул, компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Юрфинансконсалт» (далее – ООО «Юрфинансконсалт») о признании приказа о расторжении трудового договора с работником и увольнения за прогул незаконными, об изменении формулировки основания увольнения, о взыскании задолженности по заработной плате, выплат за вынужденный прогул, компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда.

В обоснование своих требований, с учетом их уточнения, указал на то, что 01 сентября 2017 г. между ним и ответчиком был заключен срочный трудовой договор №, на основании которого он был принят на работу на должность 

<

данные изъяты> с окладом в размере 30 000 рублей, на срок 1 год.

В соответствии с пунктом 5.2 трудового договора, выплата заработной платы осуществляется не реже 2-х раз в месяц. Форма выплаты заработной платы безналичная. Аванс в счет заработной платы в размере 40% от заработной платы выплачивается 25 числа. 

Работодатель в течение всего времени работы периодически, на небольшие сроки задерживал заработную плату. 20 февраля 2018 г. был выплачен аванс за текущий месяц и выплаты были полностью приостановлены, в марте 2018 г. выплаты работодателем не производились.

02 апреля 2018 г. в адрес работодателя истцом было направлено почтой письменное уведомление о невыходе на работу по причине невыплаты заработной платы. 

23 апреля 2018 г., так и не получив от работодателя письменное уведомление о готовности полностью выплатить долг по заработной плате, истец в адрес ответчика направил письмо с просьбой: расторгнуть трудовой договор № от 01 сентября 2017 г. на основании личного заявления об увольнении от 23 апреля 2018 года, приложенного к письму, произвести в установленные законом сроки полный расчет по заработной плате, а также по иным компенсациям и выплатам; приказ об увольнении, справки о доходах по форме 2-НДФЛ за 2017г. и 2018 г., справку для расчета больничного листа по форме № 182н выслать ему по адресу регистрации.

23 апреля 2018 г. в почтовом отделении связи истцом от работодателя было получено уведомление о необходимости явиться на работу для предоставления объяснения отсутствия на рабочем месте с 1 марта 2018 года. 

Указывает, что настоящее утверждение не соответствует действительности, поскольку, в том числе, подтверждается служебной Viber-перепиской между ним и директором ООО «Юрфинансконсалт» ФИО2, в том числе и в марте 2018 г. 11 мая 2018 г. ФИО2 удалила свои сообщения из переписки, однако она не предполагала, что вся переписка им уже сохранена в резервной копии. 

Кроме того, в марте 2018 г. директором ООО «Юрфинансконсалт» ФИО2 ему были даны различные служебные указания и распоряжения. 

20 апреля 2018 г. на его банковский счет была получена частичная выплата задолженности по заработной плате за февраль 2018 г. в сумме 5000 рублей и 24 апреля 2018 г. выплата остатка задолженности по заработной плате за февраль 2018 г. в сумме 9 828 рублей. За март 2018 г. заработная плата ему выплачена не была. 

11 мая 2018 г. истцом был получен приказ о расторжении трудового договора с работником (увольнении) № от 26 апреля 2018 г., за прогул по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, на основании акта об отсутствии письменного объяснения № от 26 апреля 2018 г. 

Считает, что акт об отсутствии письменного объяснения № от 26.04.2018 г. не может являться основанием для увольнения по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку:

1.Работодатель не имеет право требовать от работника письменных объяснений по нарушению трудовой дисциплины, событие которого отсутствует.

2.Вышеуказанный акт не подтверждает факта отсутствия на рабочем месте с 01 по 31 марта 2018 г., а всего лишь подтверждает факт непредставления письменного объяснения 26 апреля 2018 г.

3.В вышеуказанном акте изложено, что он был приглашен на рабочее место (адрес: 

<

адрес>), однако в трудовом договоре № от 01.09.2017 г. не указано место нахождения его рабочего места. В реквизитах сторон указан юридический адрес: 

<

адрес>, который был изменен 21.02.2018 г., в связи с чем организация была поставлена на учет в ИФНС по Ленинскому району г. Саранска.

Таким образом, незаконное увольнение было произведено не за факт прогула, а за факт отсутствия письменного объяснения за нарушение трудовой дисциплины, событие которого отсутствует. 

На основании изложенного, неоднократно уточнив исковые требования в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истец ФИО1 окончательно просил:

- признать незаконными приказ о расторжении трудового договора с работником (увольнении) от 26 апреля 2018 г. и увольнение за прогул по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации; 

- изменить формулировку основания увольнения на увольнение по собственному желанию, с датой увольнения на дату вынесения решения судом по настоящему делу;

- взыскать с ответчика в пользу истца заработную плату за март 2018г. в сумме 30 000 руб.; 

- взыскать с ответчика в пользу истца выплату за вынужденный прогул за период с 02 по 26 апреля 2018 г. в сумме – 24 764 руб. 25 коп.;

- взыскать с ответчика в пользу истца выплату за вынужденный прогул за период с 27 апреля 2018 г. по день вынесения решения суда;

- взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 01 сентября 2017 г. по 26 апреля 2018г., с учетом суммы начисленной компенсации в день незаконного увольнения, в сумме 6 831 руб. 12 коп.; 

- взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 10 000 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования, с учетом их уточнения, поддержал в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске и уточнении к нему, просит их удовлетворить в полном объеме. 

Представители ответчика – ООО «Юрфинансконсалт» ФИО2 и адвокат Заварюхин Ф.В. исковые требования не признали по основаниям, изложенным в возражениях на иск, просили отказать в их удовлетворении в полном объеме. 

Выслушав истца, представителей ответчика, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд считает исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, на основании приказа № от 01 сентября 2017 г. ФИО1 принят на работу в ООО «Юрфинансконсалт» на должность 

<

данные изъяты>. Трудовой договор с ним заключен на срок – 1 год: с 01.09.2017 по 01.09.2018, без испытательного срока.

В соответствии с условиями трудового договора № от 01.09.2017 г., должностной оклад ФИО1 установлен в размере 30 000 рублей в месяц (без вычета налогов). Выплата заработной платы осуществляется не реже двух раз в месяц. Форма выплата заработной платы безналичная, аванс в счет заработной платы в размере 40% от заработной платы выплачивается 25 числа (пункты 5.1 - 5.2.1 трудового договора).

В силу пункта 6.1 заключенного между сторонами трудового договора № от 01.09.2017 г., заместителю директора по финансам устанавливается нормированный 8 (восьми) часовой рабочий день, 40 (сорока) часовая рабочая неделя. Время начала и окончания рабочего дня, а также перерыва для отдыха и питания определяется для сотрудников Правилами внутреннего трудового распорядка общества и решениями руководителя общества в рамках действующего законодательства (пункт 6.2). Выходные дни предоставляются заместителю директора по финансам в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде и Правилами внутреннего трудового распорядка общества.

Приказом директора ООО «Юрфинансконсалт» за № от 26.04.2018г. ФИО1 уволен с работы по основанию, предусмотренному подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, за прогул.

Согласно подпункту «а» пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей, в том числе, прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

В соответствии с пунктом 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. 

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 23 Постановления от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснил, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Как следует из приказа об увольнении № от 26.04.2018г., основанием увольнения ФИО1 с работы является акт № от 26.04.2018 г.

Согласно указанного акта, подписанного представителями работодателя, 12 апреля 2018 г. в соответствии со статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации 

<

данные изъяты> ФИО1 было направлено уведомление от 11.04.2018 г. № о необходимости представить письменное объяснение о причинах отсутствия на рабочем месте с 02.03.2018 г. по 26.04.2018 г. 26 апреля 2018 г. директором ФИО2 в присутствии начальника юридического отдела гр. 14 руководителя отдела по работе с клиентами гр. 15 и бухгалтера гр. 16 был приглашен на рабочее место (адрес: 

<

адрес>) для предоставления письменного объяснения, но ФИО1 от явки отказался и письменное объяснение не предоставил. 

В суде представитель ответчика - ООО «Юрфинансконсалт» ФИО2 подтвердила факт увольнения ФИО1 за прогул, совершенный им в период с 01.03.2018 г. по 26.04.2018 г., то есть за отсутствие его на работе на протяжении всего этого времени.

В подтверждение данного факта стороной ответчика суду представлены акты: об отсутствии на рабочем месте ФИО1 и невозможности ознакомить его с актом об отсутствии работника на рабочем месте, которые составлялись работодателем каждый день на протяжении всего периода с 01.03.2018 г. по 26.04.2018 г. (за исключением выходных и нерабочих праздничных дней).

При этом, как установлено судом, до 12 апреля 2018 г. каких-либо мер по вручению данных актов работнику ФИО1 работодателем не предпринималось.

Уведомление о необходимости дать объяснения по поводу отсутствия на рабочем месте было направлено директором ООО «Юрфинансконсалт» в адрес ФИО1 только 12 апреля 2018 г., после того, как работодателю стало известно о приостановлении ФИО1 работы на основании статьи 142 Трудового кодекса Российской Федерации, по причине задержки выплаты заработной платы на срок более 15 дней. 

При этом, как установлено судом, 02 апреля 2018 г. ФИО1 в адрес работодателя было направлено уведомление о невыходе на работу по причине невыплаты заработной платы, в котором он сообщил о том, что в соответствии с трудовым договором № от 01.09.2017 г. ему по настоящее время не выплачена заработная плата за февраль (частично) и март 2018 г. В связи с чем со ссылкой на статью 142 Трудового кодекса Российской Федерации уведомил о невыходе на работу с 02 апреля 2018 г., до полного погашения задолженности по заработной плате. Также указал на то, что поскольку имеет алиментные обязательства на содержание несовершеннолетних детей, копия извещения будет направлена в ОСП Пролетарского района городского округа Саранск УФССП по Республике Мордовия для сведения в качестве подтверждения причины неуплаты алиментов. 

Факт задержки выплаты заработной платы ФИО1 за февраль 2018 г. на срок более 15 дней ответчик в суде не отрицал.

В соответствии с абзацем 2 статьи 142 Трудового кодекса Российской Федерации в случае задержки выплаты заработной платы на срок более 15 дней работник имеет право, известив работодателя в письменной форме, приостановить работу на весь период до выплаты задержанной суммы. В период приостановления работы работник имеет право в свое рабочее время отсутствовать на рабочем месте. На период приостановления работы за работником сохраняется средний заработок. Работник, отсутствовавший в свое рабочее время на рабочем месте в период приостановления работы, обязан выйти на работу не позднее следующего рабочего дня после получения письменного уведомления от работодателя о готовности произвести выплату задержанной заработной платы в день выхода работника на работу.

Как следует из материалов дела, 23 апреля 2018 г. ввиду отсутствия от работодателя письменного уведомления о готовности полностью выплатить задолженность по заработной плате, истец в адрес ответчика направил письмо с просьбой: расторгнуть трудовой договор № от 01 сентября 2017г. на основании личного заявления об увольнении от 23 апреля 2018 года, приложенного к письму, произвести в установленные законом сроки полный расчет по заработной плате, а также по иным компенсациям и выплатам; приказ об увольнении, справки о доходах по форме 2-НДФЛ за 2017г. и 2018 г., справку для расчета больничного листа по форме № выслать ему по адресу регистрации.

В этот же день, то есть 23 апреля 2018 г., ФИО1 посредством почтовой связи от работодателя получено указанное выше уведомление от 11.04.2018 г. за № о необходимости явиться на работу для предоставления объяснений отсутствия на рабочем месте с 01 марта 2018 г. по настоящее время. 

26 апреля 2018 г. работодателем составлен акт за № об отсутствии письменного объяснения ФИО1 о причинах отсутствия на рабочем месте с 02.03.2018 по 26.04.2018 г., который явился основанием для увольнения истца за прогул.

Таким образом, как установлено судом, будучи извещенным работником об основаниях своего отсутствия на рабочем месте с 02.04.2018г., работодатель в прогул ФИО1, тем не менее, вменил и период с 02.04.2018г. по 26.04.2018 г., указав также на отсутствие письменных объяснений работника о причинах его отсутствия на рабочем месте в указанный период, что признается судом недопустимым, с учетом установленных по делу обстоятельств и гарантированных работнику трудовым законодательством прав на приостановление работы в случае задержки выплаты заработной платы на срок более 15 дней. При этом, как следует из платежных поручений № от 20.04.2018 г. и № от 23.04.2018 г., заработная плата за февраль 2018 г. была выплачена ФИО1 лишь 20 и 23 апреля 2018 г. 

Кроме того, согласно части 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание, в том числе, и увольнение по соответствующим основаниям.

В соответствии с частью 3 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Согласно разъяснений, содержащихся в подпункте "б" пункта 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий. Днем совершения проступка считается тот день, в который он фактически был совершен.

Данные сроки для работодателя являются пресекательными, не подлежащими восстановлению, их пропуск исключает возможность применения к работнику дисциплинарного взыскания. 

Вместе с тем, как следует из материалов дела, увольнение ФИО1 с работы по приказу № от 26.04.2018 г. за вмененный ему в период с 01.03.2018 г. по 27.03.2018 г. прогул произведено с нарушением месячного срока для применения дисциплинарного взыскания, установленного статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, применение к работнику дисциплинарного взыскания в виде увольнения за вмененный ему в период с 01.03.2018г. по 27.03.2018 г., а также в период с 02.04.2018 г. по 26.04.2018 г. прогул нельзя признать законным.

Исходя из вышеизложенного, работодатель, издав 26 апреля 2018 г. приказ об увольнении истца за прогул, мог, с учетом производственного календаря, не нарушив установленный законом срок, применить к истцу указанный вид дисциплинарного взыскания за отсутствие его на рабочем месте только в период с 28 по 30 марта 2018 г. 

Вместе с тем, бесспорных доказательств этому, стороной ответчика суду не представлено.

Факт невыхода на работу в марте 2018 г. истец отрицал, указав на то, что в течение всего месяца он исполнял свои трудовые обязанности.

Из пояснений в судебном заседании истца следует, что в связи с характером его трудовых обязанностей и по договоренности с директором ООО «Юрфинансконсалт» ФИО2 присутствие его на рабочем месте на протяжении всего 8-ми часового рабочего дня было не обязательно. Как правило, некоторое время в течение дня он работал в офисе, а также исполнял различные служебные указания директора вне места работы. 

Изложенное истцом директор ООО «Юрфинансконсалт» ФИО2 в судебном заседании не оспаривала, указав также на то, что явка ФИО1 на работу каждый день была обязательна, за исключением случаев, когда он уведомлял её о причинах своего отсутствия. 

Как следует из показаний опрошенных в судебном заседании по ходатайству истца в качестве свидетелей налоговых инспекторов Инспекции ФНС по Ленинскому району г. Саранска гр. 1 и Межрайонной инспекции ФНС №1 по Республике Мордовия гр. 2 ФИО1 в марте 2018 г. неоднократно приходил в инспекции и обращался к ним по роду их служебной деятельности с вопросами, связанными с трудовой деятельностью организации, в которой он работал, и с её клиентами. 

Оснований не доверять показаниям данных лиц у суда не имеется. 

В подтверждение отсутствия ФИО1 на работе на протяжении всего марта месяца 2018 г. стороной ответчика суду представлены, как указывалось выше, акты: об отсутствии на рабочем месте ФИО1 и невозможности ознакомить его с актом об отсутствии работника на рабочем месте, которые составлялись работодателем каждый день на протяжении всего периода с 01.03.2018 г. по 26.04.2018 г. (за исключением выходных и нерабочих праздничных дней), а всего в количестве 78 актов, то есть составлялось по два акта каждый день.

При этом, как установлено судом, до 12 апреля 2018 г. каких-либо мер по вручению данных актов работнику ФИО1, по извещению его о их составлении, работодателем не предпринималось.

Как объяснила в суде директор ООО «Юрфинансконсалт» ФИО2, поскольку у них с ФИО1 были доверительные отношения, всё это время она ждала, что он придёт на работу. 

Также, как следует из пояснений в судебном заседании директора ООО «Юрфинансконсалт» ФИО2, она каждый день звонила ФИО1 на мобильный телефон, чтобы узнать о причине его отсутствия на работе, но не могла дозвониться. При этом, она не отрицала, что в марте месяце у неё с ФИО1 осуществлялась Viber-переписка, однако про причину его отсутствия на работе в указанной переписке она не спрашивала. 

В силу требований статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Уведомление о необходимости дать объяснения по поводу отсутствия на рабочем месте с 01 марта 2018 г. было направлено директором ООО «Юрфинансконсалт» в адрес ФИО1 только 12 апреля 2018 г., то есть после получения от ФИО1 уведомления о приостановлении работы на основании статьи 142 Трудового кодекса Российской Федерации, по причине задержки выплаты заработной платы на срок более 15 дней. 

В судебном заседании истец ФИО1 заявил о подложности представленного ответчиком доказательства в виде актов о его отсутствии на рабочем месте, указав, что подписавший их в марте 2018 г. руководитель отдела по работе с клиентами гр. 3 согласно табелю учета рабочего времени за март на протяжении всего месяца находился в отпуске без сохранения заработной платы.

Факт предоставления указанному работнику в марте 2018 г. отпуска без сохранения заработной платы подтверждается представленным ответчиком табелем учета рабочего времени за март 2018 г.

Представитель ответчика ФИО2 объяснила наличие подписи гр. 3 в указанных актах присутствием его в офисе организации некоторое время, куда он приезжал по своим личным делам. 

Однако, учитывая содержание оспариваемых актов, в которых подписавшие его представители работодателя, в том числе и гр. 3., свидетельствуют об отсутствии работника ФИО1 на рабочем месте в течение всего рабочего дня с 09.00 до 17.00, указанные документы не могут быть признаны в качестве объективного доказательства по делу.

Показания допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля бухгалтера ООО «Юрфинансконсалт» гр. 4. в части отсутствия ФИО1 на рабочем месте в период с 01.03.2018 по 01.04.2018, суд также не принимает во внимание в качестве объективного доказательства по делу ввиду нахождения данного лица в трудовых отношениях с ответчиком, что может свидетельствовать о его заинтересованности.

Также истцом ФИО1 заявлено о подложности представленного ответчиком акта № от 26.04.2018 г. об отсутствии письменного объяснения ФИО1, с указанием на то, что подписавший его начальник юридического отдела гр. 5. 20 апреля 2018 г. был уволен, что подтверждается его подписью о получении трудовой книжки в журнале учета трудовых книжек, а представленная ответчиком копия трудовой книжки ФИО3 содержит исправление числового знака «0» в цифре «20» - день даты увольнения, на числовой знак «6».

Действительно, как следует из представленной ответчиком копии журнала учета трудовых книжек, в графе «дата выдачи на руки трудовой книжки при увольнении (прекращении трудового договора)» стоит дата – 20.04.2018 г. и подпись гр. 5 в получении им трудовой книжки. 

В представленной ответчиком копии трудовой книжки гр. 5. запись об увольнении произведена 20.04.2018 г., в дате приказа об увольнении содержится оговоренное истцом исправление.

Пунктом 35 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2003 N 225 "О трудовых книжках" установлено, что работодатель обязан выдать работнику в день увольнения (последний день работы) его трудовую книжку с внесенной в нее записью об увольнении. 

Как пояснила в суде директор ООО «Юрфинансконсалт» ФИО2, начальник юридического отдела гр. 5 был уволен с работы 26 апреля 2018 г., который являлся его последним рабочим днем, а трудовую книжку получил заранее, представив в подтверждение приказ о его увольнении № от 26.04.2018 г.

В тоже время, как следует из представленного ответчиком табеля учета рабочего времени за апрель 2018 г., последним днем работы гр. 5 значится 25 апреля 2018 г.

Изложенное вызывает объективные сомнения в достоверности представленных ответчиком доказательств и не позволяет принять их во внимание судом при разрешении настоящего спора в качестве объективных доказательств по делу.

Исследовав имеющиеся по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что ответчиком не представлено достаточной совокупности доказательств совершения ФИО1 прогула, при этом установлено нарушение процедуры увольнения со стороны работодателя, в связи с чем применение к нему работодателем дисциплинарного взыскания в виде увольнения суд признает незаконным. Соответственно, подлежит признанию незаконным и отмене приказ директора ООО «Юрфинансконсалт» № от 26 апреля 2018г. об увольнении ФИО1 с должности 

<

данные изъяты> по основанию, предусмотренному подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, за прогул.

В силу положений части 4 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения незаконным суд по заявлению работника может принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

Исходя из разъяснений абзаца 3 пункта 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" по заявлению работника, увольнение которого признано незаконным, суд может ограничиться вынесением решения о взыскании в его пользу среднего заработка за время вынужденного прогула и об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию (части третья и четвертая статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, подлежат удовлетворению требования истца в части изменения формулировки основания увольнения с подпункта «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации "за прогул" на статью 80 Трудового кодекса Российской Федерации - увольнение по собственному желанию, с указанием даты увольнения – 06 июля 2018 г. и возложением на ответчика обязанности издать приказ об этом. 

Также, с учетом установленных по делу обстоятельств и отсутствия бесспорных доказательств совершения истцом прогула в марте 2018 г., с ответчика в пользу истца подлежит взысканию задолженность по заработной плате за март 2018 г. в размере 30 000 рублей (без учета НДФЛ). 

При этом суд исходит из того, что удержание у налогоплательщика исчисленной по окончании месяца суммы налога производится налоговым агентом из доходов только при их фактической выплате после окончания месяца, за который эта сумма налога была исчислена (пункт 2 статьи 223, пункты 4 и 6 статьи 226 Налогового кодекса российской Федерации). 

Частью 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Особенности порядка исчисления средней заработной платы установлены Положением, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 N 922 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" (далее – Положение).

Согласно пункта 2 Положения, для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, независимо от источников этих выплат.

Пунктом 4 Положения предусмотрено, что расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Пункт 10 Положения предусматривает, что в случае если один или несколько месяцев расчетного периода отработаны не полностью или из него исключалось время в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний дневной заработок исчисляется путем деления суммы фактически начисленной заработной платы за расчетный период на сумму среднемесячного числа календарных дней (29,3), умноженного на количество полных календарных месяцев, и количества календарных дней в неполных календарных месяцах. Количество календарных дней в неполном календарном месяце рассчитывается путем деления среднемесячного числа календарных дней (29,3) на количество календарных дней этого месяца и умножения на количество календарных дней, приходящихся на время, отработанное в данном месяце.

Поскольку в соответствии с положениями статьи 142 Трудового кодекса Российской Федерации на период приостановления работы за работником сохраняется средний заработок, суд считает исковые требования ФИО1 о взыскании с ответчика в его пользу выплаты за вынужденный прогул за период с 02.04.2018 г. по 26.04.2018 г. подлежащими удовлетворению. 

Как установлено судом и никем не оспаривается, заработная плата истца в месяц составляла 30 000 рублей, премии не начислялись, иные выплаты не производились. 

Расчет среднего заработка следующий:

30 000 рублей х 7 месяцев (с 01.09.2017 по 31.03.2018) = 210 000 рублей (общий заработок за расчетный период).

Среднемесячное число календарных дней - 29,3; 7 месяцев х 29,3 = 205,1 (дней расчетного периода).

210 000 / 205,1 = 1023 руб. 89 коп. (среднедневной заработок).

1023,89 х 19 (количество рабочих дней с 02 по 26 апреля 2018 г.) = 19 453 руб. 91 коп.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула за период с 02.04.2018 г. по 26.04.2018 г. в размере 19 453 рубля 91 копейка (без учета НДФЛ) и в этой части исковые требования истца подлежат частичному удовлетворению.

Период незаконного лишения истца возможности трудиться определяется судом с даты, следующей за датой увольнения, то есть с 27.04.2018 г. по дату принятия решения по делу. 

Для определения количества рабочих дней в периоде вынужденного прогула суд полагает необходимым исходить из производственного календаря пятидневной рабочей недели, соответствующей режиму работы истца, установленному условиями заключенного с ним трудового договора.

Определяя заработную плату за время вынужденного прогула за период с 27.04.2018 г. по 06.07.2018 г., суд принимает во внимание письмо Федеральной службы по труду и занятости от 22 июля 2010 г. №2184-6-1, согласно которому в ситуации, когда работник увольняется 30 июня 2010 г., день увольнения (30 июня) является последним днем месяца и включается в календарный месяц. Следовательно, июнь 2010 г. учитывается в расчетном периоде. В случае когда работник увольняется 30 июля 2010 г., т.е. до конца месяца остается 1 день (31 июля), в соответствии со ст. 139 Кодекса данный месяц в расчет среднего заработка не включается.

На основании изложенного, с учетом того, что истец был уволен с работы 26 апреля 2018 г., то есть не в последний день месяца, заработная плата за апрель 2018 г. в размере 19 453 рубля 91 копейки в расчет среднего заработка за указанный период не включается.

1023,89 х 47 (рабочих дней, приходящихся на период с 27.04.2018 по 06.07.2018) = 48 122 руб. 83 коп.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула за период с 27.04.2018 по 06.07.2018 в размере 48 122 рубля 83 копейки (без учета НДФЛ) и в этой части исковые требования истца также подлежат частичному удовлетворению.

Компенсация за неиспользованный отпуск рассчитывается по Правилам «Об очередных и дополнительных отпусках», утвержденным Народным Комиссариатом Труда СССР 30.04.1930 г. №169, которые применяются в части, не противоречащей нормам Трудового кодекса Российской Федерации (статья 423 ТК РФ).

В соответствии с условиями заключенного между сторонами трудового договора №15 от 01.09.2017 г., заместителю директора по финансам предоставляется ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней в год (пункт 7.1).

Истец правом на ежегодный оплачиваемый отпуск в период его работы у ответчика не воспользовался, что в суде подтвердили стороны.

При увольнении ФИО1 начислена компенсация за неиспользованный отпуск в количестве 14 дней в размере 11 989 руб. 71 коп., что подтверждается материалами дела.

На основании пункта 35 данных Правил, при исчислении сроков работы, дающих право на пропорциональный дополнительный отпуск или на компенсацию за отпуск при увольнении – излишки, составляющие менее половины месяца, исключаются из подсчета, а излишки, составляющие не менее половины месяца – округляются до полного месяца.

Таким образом, при увольнении истцу в соответствии с положениями статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации подлежит выплате денежная компенсация за неиспользованный отпуск в количестве 18,64 календарных дней, согласно расчета: 2,33*8, где 2,33 – календарные дни отпуска за один отработанный месяц, 8 – отработанные месяцы. 

При этом суд исходит из того, что при определении количества календарных дней неиспользованного отпуска, подлежащих оплате при расчете компенсации за неиспользованный отпуск, округление их законодательством не предусмотрено.

1023,89 х 18,64 = 19 085 руб. 31 коп. (размер компенсации за неиспользованный отпуск);

19 085 руб. 31 коп. – 11 989 руб. 71 коп. = 7095 руб. 60 коп. 

Разрешая иск в пределах заявленных истцом требований, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации за неиспользованный отпуск в размере 6 831 руб. 12 коп. (без учета НДФЛ).

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с положениями статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Установив факт нарушения трудовых прав ФИО1, суд, руководствуясь вышеуказанными нормами закона, с учетом правовой позиции, изложенной в абзаце 4 пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», приходит к выводу об удовлетворении требований истца о компенсации морального вреда.

Определяя размер денежной компенсации причиненного истцу морального вреда, суд, с учетом фактических обстоятельств дела, характера нарушенных трудовых прав, степени причиненных истцу нравственных страданий, степени вины ответчика, иных заслуживающих внимание обстоятельств, исходя из принципа разумности и справедливости, считает необходимым взыскать с ООО «Юрфинансконсалт» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 5 000 рублей, удовлетворив в этой части исковые требования истца частично.

В силу части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика следует взыскать государственную пошлину в бюджет городского округа Саранск в сумме 3 588 руб. 16 коп. 

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Юрфинансконсалт» о признании приказа о расторжении трудового договора с работником и увольнения за прогул незаконными, об изменении формулировки основания увольнения, о взыскании задолженности по заработной плате, выплат за вынужденный прогул, компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать незаконным и отменить приказ директора Общества с ограниченной ответственностью «Юрфинансконсалт» № от 26 апреля 2018г. об увольнении ФИО1 с должности 

<

данные изъяты> по основанию, предусмотренному подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, за прогул.

Изменить формулировку основания увольнения ФИО1 с должности заместителя директора по финансам Общества с ограниченной ответственностью «Юрфинансконсалт» на увольнение по собственному желанию, указав датой увольнения – 06 июля 2018 г., обязав ответчика издать приказ об этом. 

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Юрфинансконсалт» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за март 2018 г. в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей 00 копеек, заработную плату за время вынужденного прогула за период с 02.04.2018 г. по 26.04.2018 г. в размере 19 453 (девятнадцать тысяч четыреста пятьдесят три) рубля 91 копейка, заработную плату за время вынужденного прогула за период с 27.04.2018 г. по 06.07.2018 г. в размере 48 122 (сорок восемь тысяч сто двадцать два) рубля 83 копейки, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 6 831 (шесть тысяч восемьсот тридцать один) рубль 12 копеек (с удержанием обязательных платежей - НДФЛ), в счет компенсации морального вреда 5 000 (пять тысяч) рублей 00 копеек.

В остальной части исковые требования о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Юрфинансконсалт» в доход бюджета городского округа Саранск государственную пошлину в размере 3 588 (три тысячи пятьсот восемьдесят восемь) рублей 16 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи жалобы через Пролетарский районный суд г. Саранска Республики Мордовия.

Судья 

Мотивированное решение изготовлено 11 июля 2018 года.