Дело № 2-337/2019 УИД 24RS0058-01-2019-000373-10

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 ноября 2019 года город Шарыпово

Шарыповский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Давыденко Д.В.,

при секретаре судебного заседания Литвиненко А.Е.,

с участием старшего помощника Шарыповского межрайонного прокурора Шаркия Е.Ю. по поручению прокурора от 05 ноября 2019 года,

истца ФИО2, его представителя адвоката Первой Красноярской краевой коллегии адвокатов Карпенко А.В., представившего удостоверение № и ордер № от 09 сентября 2019 года, 

представителей ответчика администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края главы Холмогорского сельсовета ФИО3, ФИО4, действующей на основании доверенности от 10 января 2019 года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края о признании распоряжения об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратился в суд с иском (с учетом уточнения) к администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края о признании распоряжения об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов. 

В обоснование своих требований истец указал, что он работал у ответчика в должности водителя автомобиля, распоряжением № от 12 августа 2019 года уволен с 12 августа 2019 года в связи с сокращением численности работников на основании п. 2 ч.1 ст. 81 ТК РФ. С распоряжением об увольнении истец ознакомлен 12 августа 2019 года. Ссылаясь на нормы действующего трудового законодательства, истец полагает, что его увольнение является незаконным, поскольку при увольнении ответчиком произведен анализ производительности и профессионализма, из протокола № от 10 июня 2019 года следует, что С.А.П. имеет преимущественное право на оставление работника на работе, поскольку последний выполняет большие объемы работы, поручения главы сельсовета, связанные с хозяйственной деятельностью. По мнению истца, работодателем применены необъективные критерии отбора работников для оставления на работе. 

При таких обстоятельствах, истец просит признать распоряжение администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края № от 12 августа 2019 года об увольнении незаконным, восстановить истца на работе в администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края в должности водителя автомобиля, взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей и судебные расходы за оказание юридической помощи по составлению искового заявления в размере 10000 рублей. 

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в заявлении, дополнительно суду пояснил, что незаконным увольнением ему причинены нравственные страдания.

В соответствии с ч. 1 ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГПК РФ) граждане вправе вести свои дела лично или через своих представителей.

Представитель истца Карпенко А.В. в судебном заседании исковые требования ФИО2 поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в заявлении. Дополнительно суду пояснил, что должностной инструкцией водителя Холмогорского сельсовета не предусмотрено, что единственным обязательным квалификационным требованием является наличие водительского удостоверения с категорией «В». Из штатного расписания следует, что водителям С.А.П. и ФИО2 выплачивалась доплата за «классность» в равном размере. При этом, ФИО2 выплачивалась доплата за «сложность, напряженность» - 100%, в то время С.А.П. – 50%. При принятии решения комиссией некорректно дан анализ данных водителей, в связи с чем, нарушена процедура увольнения ФИО2.

В соответствии с ч. 2 ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) дела организаций ведут их представители.

Глава Холмогорского сельсовета ФИО3 с исковыми требованиями ФИО2 не согласился, суду пояснил, что работодателем процедура увольнения работника ФИО2 в связи с сокращением численности штата работников не была нарушена. Водитель С.А.П. проявил себя как инициативный работник, привел закрепленный за ним служебный транспорт в надлежащее состояние, не имел нарушений ПДД, имел необходимую категорию «В», выполнял поручения, не входившие в его должностные обязанности. Комиссия пришла к выводу о равной квалификации водителей С.А.П. и ФИО2, но С.А.П., как работник, имеющий на иждивении двоих несовершеннолетних и нетрудоустроенную жену, имел преимущественное право оставления на работе перед ФИО2, являющимся пенсионером и не имеющим иждивенцев. ФИО2 имел устные замечания в свой адрес относительно выполняемой им работы (качества составления путевых листов, перерасхода топлива), но объяснения по данным фактам у ФИО2 не отбирались, Шоков к дисциплинарной ответственности не привлекался, привлекался к административной ответственности за нарушение ПДД на служебном транспорте. ФИО2 занимал ставку, у которой была установлена надбавка за сложность и напряженность 100%, а С.А.П. – 50%, согласно штатному расписанию. В настоящее время С.А.П. не работает в администрации Холмогорского сельсовета, изначально переведен 19 августа 2019 года на должность муниципальной службы, вакансия которой открылась после увольнения ФИО2; С.А.П. уволен 06 сентября 2019 года по собственному желанию. 

Представитель ответчика администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края ФИО4, действующая по доверенности от 10 января 2019 года (т. 1 л.д. 58), в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать в полном объеме, ссылаясь на основания, изложенные в представленных отзывах. Дополнительно пояснила, что классность водителя администрации сельсовета не установлена, что в свою очередь является правом работодателя. В должностных инструкциях водителей администрации Холмогорского сельсовета не установлены квалификационные требования в части категорий водительских удостоверений (категория «В»), но данные требования установлены Правилами дорожного движения. Комиссия, исходя из фактических данных, пришла к обоснованному выводу о равной квалификации водителей ФИО2 и С.А.П., о преимущественном праве для оставления на работе С.А.В., у которого на иждивении находились двое малолетних детей и супруга.

В предоставленных суду отзывах представителем ответчика администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края выражено несогласие с исковыми требованиями ФИО2, поскольку в целях оптимизации расходов бюджета сельсовета на содержание работников сельсовета было принято решение о проведении организационно – штатных мероприятий по сокращению численности штата работников (распоряжение № от 24 мая 2019 года). Согласно указанному распоряжению (с учетом изменений) принято решение об исключении из штатного расписания сельсовета должности водителя в количестве 1 штатной единицы с 12 августа 2019 года. Согласно штатному расписанию на 2019 год, с 01 января 2019 года в штате сельсовета указаны две строки «водитель автомобиля» второго уровня, имеющие одинаковые оклады и заработную плату. ФИО2 был принят на должность водителя 1 класса 01 января 2006 года. В связи с тем, что в сельсовете до сокращения имелись две штатные единицы водителей, которые были заняты водителями – С.А.П. и ФИО2, т.е. работники занимали равнозначные должности, возникла необходимость проведения анализа наличия преимущественного права у работников, с целью определения работника, подлежащего увольнению, в связи с чем, была создана комиссия. Комиссией проведен анализ преимущественного права оставления на работе водителей – С.А.П., ФИО2, по результатам которого преимущественное право на оставление на работе имеет водитель С.А.П., как работник, имеющий на иждивении двоих несовершеннолетних детей С.Н.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, С.Д.А,, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, жена С.Т.А. (не трудоустроена), которые находятся на полном содержании работника С.А.П. и не имеют иных источников средств к существованию, выполняющий больше функциональных обязанностей и более высокую производительность труда (протокол № от 10 июня 2019 года). Ссылка истца на запись в протоколе в части того, что С.А.П. имеет преимущественное право на расставление на работе только из-за того, что выполняет большие объемы работ, поручения главы сельсовета, связанные с хозяйственной деятельностью, является, по мнению представителя ответчика, не полной и не достоверной, поскольку указанная в протоколе формулировка является дополнительным фактором к основному (у С.А.П. имеются несовершеннолетние дети). Ответчиком в соответствии с нормами действующего трудового законодательства, за два месяца – 11 июня 2019 года ФИО2 вручено уведомление о сокращении с 12 августа 2019 года. На момент сокращения истца в сельсовете иных вакантных должностей, в том числе подходящих квалификации, которые можно было бы предложить истцу, не имелось. 12 августа 2019 года ФИО2 уволен. В штатное расписание сельсовета внесены изменения, начиная с 13 августа 2019 года, указана одна единица водителя автомобиля. Таким образом, по мнению представителя ответчика, увольнение истца в связи с сокращением штата и численности работников проведено правомерно, с соблюдением всех требований действующего трудового законодательства. 

Кроме того, представителем ответчика со ссылкой на нормы трудового законодательства указано на то, что требования к уровню профессионального образования и стажу (опыту) работы для иных водителей категории «В», «ВЕ», не предъявляются. В штатном расписании сельсовета до проведения сокращения штатной численности работников имелись две должности «водитель автомобиля», требующие наличия у работников открытой категории «В» на право управления транспортными средствами, относящихся к легковым. В штатном расписании не имеется должности водителя, требующей наличие дополнительных категорий, таких как «С, Д, Е», в связи с чем, на момент проведения сокращения необходимости в работнике с такими критериями у сельсовета не имелось и не имеется в настоящее время. У ответчика один легковой автомобиль в исправном, рабочем состоянии, который непосредственно эксплуатируется в служебных целях. Автомобиль «УАЗ-2206», относящийся к категории «Д», сельсоветом не эксплуатируется, в связи с тем, что требуется дорогостоящий ремонт. Таким образом, необходимости в водителе с открытой категорией «Д» у сельсовета не имеется, в связи с чем, наличие дополнительной квалификации у работника, нуждаемость в которой отсутствует у работодателя, не может свидетельствовать о его более высокой квалификации по сравнению с иными работниками, занимающими аналогичную должность. То обстоятельство, что трудовой стаж истца больше трудового стажа С.А.П., по мнению представителя ответчика, подтверждает лишь наличие определенного стажа у работника, но не может свидетельствовать о более высоком опыте этого работника и его квалификации. Более высокий уровень квалификации истца не подтвержден каким-либо экспертным заключением. Согласно записям в трудовой книжке истца, сведений о том, что он работал в должности водителя по всем открытым у него категориям, не имеется, большую часть трудовой деятельности истец занимал должности инженера, механика, заведующего гаражом, но не водителя спецтехники. В должности водителя ФИО2 работал в период с 28 марта 1995 года по 18 июля 1995 года и с 2006 по 12 августа 2019 года. При таких обстоятельствах, представитель ответчика полагает, что на момент сокращения штатной численности водителей оба рассматриваемых работника фактически имели равную производительность и квалификацию, занимали одноименные должности. В силу положений ст.ст. 179, 195.1 ТК РФ, в качестве необходимого критерия, подлежащего учету работодателем при определении квалификации работника, подлежащего сокращению, не предусмотрена продолжительность стража работы у данного работодателя. Опыт работы не тождественен понятию стаж работы, опыт работы не является единственным критерием, определяющим квалификацию работника.

Ссылаясь на положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», представителем указано о том, что истцом не представлены документы, подтверждающие факт причинения ему нравственных страданий. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных и физических страданий, степени вины работодателя, требований разумности и справедливости. 

Требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 10000 рублей и судебных расходов за оказание юридической помощи в размере 10000 рублей заявлены необоснованно. При таких обстоятельствах, ответчик просит в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме (т. 1 л.д. 23-27, 63-66, 159-161).

Заслушав участников процесса, заключение старшего помощника Шарыповского межрайонного прокурора Шаркия Е.Ю., полагавшего, что исковые требований истца подлежат удовлетворению, поскольку ответчиком была нарушена процедура увольнения работника в связи сокращением численности; свидетелей, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему:

Регулирование трудовых отношений в соответствии со ст. 5 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту ТК РФ) осуществляется Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации, содержащими нормы трудового права, а также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации. 

Заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину, правила внутреннего трудового распорядка, требования по охране труда и обеспечению безопасности труда (статья 21 ТК РФ).

Согласно части 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ) трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

Согласно ст. 179 ТК РФ при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией.

При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

Коллективным договором могут предусматриваться другие категории работников, пользующиеся преимущественным правом на оставление на работе при равной производительности труда и квалификации. 

Статья 195.1 ТК РФ раскрывает понятие квалификации работника - уровень знаний, умений, профессиональных навыков и опыта работы работника.

О более высокой квалификации свидетельствует наличие о работника среднего, высшего образования, дополнительного профессионального образования, наличие ученой степени, ученого звания и т.д.

Производительность труда характеризуется качеством выполняемой работы, отсутствием брака, большим объемом продукции, производимой в единицу времени, по сравнению с другими работниками, и т.д.

Определением производительности труда являются показатель эффективности использования ресурсов труда, трудового фактора.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда РФ № 581-О от 21 декабря 2006 года, ч. 1 ст. 179 ТК РФ относится к числу норм, регламентирующих порядок увольнения в связи с сокращением штата работников, - она определяет основанное на объективных критериях правило отбора работников для оставления на работе. Установив в качестве таких критериев более высокую производительность труда работника и его квалификацию, законодатель исходил как из необходимости предоставления дополнительных мер защиты трудовых прав работникам, имеющим более высокие результаты трудовой деятельности и лучшие профессиональные качества, так и из интереса работодателя в продолжении трудовых отношений с наиболее квалифицированными и эффективно работающими работниками. Правильность применения работодателем указанных критериев при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников по заявлению работника может быть проверена в судебном порядке (Определения Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2006 года № 581-О, от 16 апреля 2009 года № 538-О-О, от 17 июня 2010 года № 916-О-О и 917-О-О).

На основании ст. 180 ТК РФ при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью третьей статьи 81 настоящего Кодекса. О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

При этом, в соответствии с п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации трудового кодекса РФ» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Части 1 и 4 статьи 67 ГПК РФ обязывают суд оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Как установлено в судебном заседании и следует из Устава администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края, Холмогорский сельсовет является самостоятельным муниципальным образованием, находящимся в границах Шарыповского района Красноярского края. Решением Холмогорского сельского совета депутатов Шарыповского района Красноярского края № от 05 декабря 2017 года на должность главы сельсовета избран ФИО3, возглавляющий местную администрацию (т. 1 л.д. 111, 112-127).

Распоряжением № от 01 января 2006 года истец ФИО2 принят на работу в администрацию Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края водителем 1 класса, с окладом 

<

данные изъяты> рублей (т. 1 л.д. 28). С приказом о приеме истец ознакомлен 10 января 2006 года, о чем свидетельствует его подпись.

01 октября (так указано в договоре) 2006 года между истцом и администрацией Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края был заключен трудовой договор, согласно которому ФИО2 был принят на работу в методический кабинет по профессии (должности) (в договоре не указано), по основному месту работы, на неопределенный срок (т. 1 л.д. 29-30).

01 января 2006 года с истцом заключен типовой договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому работник ФИО2, занимающий должность водителя, выполняющий работу непосредственно связанную с хранением и полной материальной ответственностью за автомобиль «Нива2121», государственный регистрационный №, принял на себя полную материальную ответственность за необеспечение сохранности вверенных ему предприятием, материальных ценностей (т. 1 л.д.31-32).

Трудовой договор и договор о полной индивидуальной материальной ответственности подписан истцом, о чем имеются его собственноручные подписи и не оспаривалось в судебном заседании.

Факт приема ФИО2 на работу в администрацию Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края отражен в трудовой книжке, в которой имеется соответствующая запись о приеме 01 июля 2005 года (т. 1 л.д. 135-142).

Вместе с тем, несмотря на имеющиеся разночтения в представленных документах, стороны в судебном заседании не оспаривали, что истец с ответчиком состоял в трудовых отношениях с 01 января 2006 года.

Истец ФИО2 был ознакомлен с должностными инструкциями водителя администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края, утвержденными 10 января 2007 года, 01 декабря 2011 года, 22 мая 2019 года, о чем свидетельствует его подпись и не оспаривалось в судебном заседании (т. 1 л.д. 33, 34-35, 36-39).

Кроме того, истец 26 октября 2016 года ознакомлен с тем, что с 01 января 2017 года изменяются условия заключенного с ним трудового договора в части оклада (т. 1 л.д.40), 09 января 2017 года – в части оплаты труда, льгот, компенсаций с 09 января 2017 года (т. 1 л.д. 41).

Как следует из распоряжения администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края № от 25 апреля 2019 года об утверждении штатного расписания (т. 1 л.д. 42), на основании постановления администрации Холмогорского сельсовета от 25 апреля 2019 года № «О внесении изменений в постановление администрации Холмогорского сельсовета от 20 декабря 2017 года № об утверждении положения об оплате труда работников органов местного самоуправления по должностям, не отнесенным к муниципальным должностям и должностям муниципальной службы», главой сельсовета ФИО3 принято решение внести изменение в штатное расписание № от 28 декабря 2018 года.

Согласно штатному расписанию администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края на период 2019 года в сельсовете с 01 января 2019 года значатся должности «водитель автомобиля» в количестве 2 штатных единиц (т.1 л.д. 43), с профессиональной квалификационной группой – второй уровень. При этом, водителям были установлены персональные выплаты за «классность» - 

<

данные изъяты>% каждому, за «мойку транспортных средств» - 

<

данные изъяты>% каждому, за «сложность, напряженность работы» - 

<

данные изъяты>% (1 единица), 

<

данные изъяты>% (2 единица), «за выполнение задач особой важности и сложности» - 

<

данные изъяты>% (1 единица), 

<

данные изъяты>% (2 единица), «водителям за выполнение работ, не входящих в круг должностных обязанностей» - 

<

данные изъяты> % каждому. 

В ходе судебного разбирательства представителями ответчика суду указано о том, что водителю ФИО2 выплачивались доплаты за сложность, напряженность работы - 

<

данные изъяты>%, за выполнение задач особой важности и сложности» - 

<

данные изъяты>%.

Как следует из распоряжения администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края № от 24 мая 2019 года «О проведении организационно – штатных мероприятий по сокращению численности и штата работников» (т. 1 л.д. 44), в связи с уменьшением объемов работы и ликвидацией одной единицы служебного транспорта, в целях сокращения расходов и оптимизации штатной структуры администрации сельсовета, главой сельсовета принято решение об исключении с 25 июля 2019 года из штатного расписания администрации Холмогорского сельсовета 1 штатную единицу должности «водитель автомобиля».

Распоряжением администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края № от 24 мая 2019 года (т. 1 л.д. 45) в целях сокращения расходов и оптимизации штатной структуры администрации сельсовета, в связи с проведением организационно – штатных мероприятий, необходимостью сокращения и перераспределением функциональных обязанностей и уменьшением объемов работы, численности работников и определения преимущественного права оставления на работе, главой сельсовета принято решение о создании комиссии для определения преимущественного права оставления на работе работников одноименных должностей, подлежащих увольнению, в составе: председатель комиссии – ФИО3 (глава сельсовета), члены комиссии – К.О.А. (заместитель глава сельсовета, специалист по кадрам), Н.К.В. (специалист 1 категории), Б.О.Я. (специалист 1 категории).

Комиссии в срок до 10 июня 2019 года необходимо провести всесторонний анализ на наличие у работников преимущественного права оставления на работе в соответствии с ч. 2 ст. 179 ТК РФ, в том числе сравнение таких показателей работников, занимающих штатные единицы, подлежащих сокращению, как квалификация, стаж работы по специальности, функциональные обязанности, производительность труда, профессионализм работников и их полезность сельсовету. Дать мотивированное заключение о наличии у работника преимущественного права оставления на работе при сокращении численности. 

Распоряжением администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края № от 10 июня 2019 года (т. 1 л.д. 47) внесены изменения в распоряжение № от 24 мая 2019 года, согласно которым в связи с уменьшением объемов и ликвидацией одной единицы служебного транспорта, в целях сокращения расходов и оптимизации штатной структуры администрации сельсовета, принято решение об исключении с 12 августа 2019 года из штатного расписания администрации Холмогорского сельсовета 1 штатной единицы должности «водитель автомобиля».

Распоряжением администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края № от 07 июня 2019 года внесены изменения в распоряжение № от 24 мая 2019 года в части утвержденных членов комиссии, согласно которому утвержден состав комиссии для определения преимущественного права оставления на работе работников одноименных должностей, подлежащих увольнению: председатель комиссии – ФИО3 (глава сельсовета), члены комиссии – К.О.А. (заместитель глава сельсовета, специалист по кадрам), Н.К.В. (специалист 1 категории), С.О.Е. (главный бухгалтер) (т. 1 л.д. 48-49). 

10 июня 2019 года составлен протокол № заседания комиссии по вопросу определения работников, обладающих преимущественным правом на оставление на работе и не подлежащих увольнению при сокращении численности (т. 1 л.д. 51-54), согласно которому после проведения анализа данных работников ФИО2 (образование высшее, водительский стаж 14 лет 3 месяца), С.А.П. (образование высшее, водительский стаж 4 месяца), их семейного положения, комиссия решила предоставить преимущественное право на оставление на работе водителя автомобиля С.А.П. (имеет на иждивении 2 несовершеннолетних детей, больше функциональных обязанностей, производительность труда).

Свои выводы комиссии основывала на то, что С.А.П. имеет на иждивении двух и более членов семьи (нетрудоспособных, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию). Дети С.Н.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, С.Д.А,, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, супруга С.Т.А. в настоящее время не трудоустроена. При рассмотрении уровня профессионализма работников и степени полезности их для администрации Холмогорского сельсовета установлено, что С.А.П. имеет более низкий уровень профессионализма ввиду гораздо меньшего опыта и стажа работы в сравнении с ФИО2, обладающим более высоким уровнем знаний, опыта и стажа. Однако, С.А.П. выполняет большие объемы работы в сравнении с ФИО2 и кроме своих прямых обязанностей, С.А.П. выполняет дополнительные поручения главы сельсовета, связанные с хозяйственной деятельностью.

В судебном заседании свидетель К.О.А. (заместитель главы Холмогорского сельсовета) суду пояснила, что в ее должностные обязанности входит кадровая работа. Она принимала участие в качестве секретаря комиссии по вопросу определения работников, обладающих преимущественным правом на оставление на работе и не подлежащих увольнению при сокращении численности одноименных должностей: водителей С.А.П. и ФИО2. В ходе заседания комиссии 10 июня 2019 года были даны характеристики работникам, в том числе по критериям семейного положения, качеству и объему выполняемой работы, наличия категории «В» на управление транспортными средствами, медицинского осмотра, водительского стажа, образования. Комиссия, проведя анализ, пришла к выводу о том, что преимущественное право на оставление на работе имеет С.А.П., имеющий на иждивении двоих малолетних детей и нетрудоустроенную супругу. ФИО2 является пенсионером, не имеет иждивенцев, супруга которого получает пенсию и трудоустроена. Выплата за «классность» водителям выплачивается согласно штатному расписанию. В период работы в администрации сельсовета ФИО2 не привлекался к дисциплинарной ответственности. Данные о привлечении ФИО2 к административной ответственности за нарушение ПДД на служебном транспорте не указаны в протоколе заседания комиссии ввиду незначительности нарушения. 

В судебном заседании свидетель Н.К.В. (специалист 1 категории администрации Холмогорского сельсовета) подтвердила, что 10 июня 2019 года принимала участие при заседании комиссии по вопросу определения работников, обладающих преимущественным правом на оставление на работе и не подлежащих увольнению при сокращении численности, в ходе заседания комиссии были оглашены характеристики водителей С.А.П. и ФИО2, данные об образовании, водительском стаже, наличии категории для управления транспортом, медицинского осмотра. Основным критерием для преимущественного права С.А.П. явилось наличие иждивенцев. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 25 Закона Российской Федерации от 19 апреля 1991 года № 1032-1 «О занятости населения в Российской Федерации» при принятии решения о сокращении численности или штата работников организации и возможном расторжении трудовых договоров работодатель - организация не позднее, чем за два месяца до начала проведения соответствующих мероприятий обязана в письменной форме сообщить об этом в органы службы занятости, указав должность, профессию, специальность и квалификационные требования к ним, условия оплаты труда каждого конкретного работника. 

Как следует из уведомления о сокращении численности и штата работников администрации Холмогорского сельсовета № от 10 июня 2019 года, адресованного руководителю КГКУ «Центр занятости населения города Шарыпово» (т. 1 л.д. 55) администрация сельсовета сообщила службе занятости о планируемом сокращении и расторжении трудовых договоров в отношении работников «водителей автомобиля» ФИО2, С.А.П..

11 июня 2019 года истец ФИО2 предупрежден о сокращении занимаемой им должности водителя с 12 августа 2019 года и о предстоящем, в связи с этим, увольнении, в уведомлении указано на отсутствие для истца вакансий в сельсовете. Уведомление получено истцом лично, о чем свидетельствует его собственноручная подпись, и не оспаривалось сторонами в судебном заседании (т. 1 л.д. 56).

Распоряжением № от 12 августа 2019 года ФИО2 уволен с 12 августа 2019 года на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (в связи с сокращением численности и штата работников организации) (т. 1 л.д. 57). С распоряжением истец ознакомлен 12 августа 2019 года, о чем свидетельствует собственноручная подпись истца.

Согласно штатному расписанию администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края № от 10 июня 2019 года в сельсовете с 13 августа 2019 года значатся должности «водитель автомобиля» в количестве 1 штатной единицы (т. 1 л.д. 50).

Истцом ФИО2 получена трудовая книжка, с записями истец ознакомлен 12 августа 2019 года, о чем свидетельствует собственноручная подпись истца в трудовой книжке (т. 1 л.д. 135-143). 

При увольнении с истцом произведен денежный расчет, что подтверждается сведениями главного бухгалтера сельсовета о выплатах по сокращению ФИО2 (т. 1 л.д.104, 153) и не оспаривалось истцом в судебном заседании.

Вместе с тем, учитывая изложенное, проверяя порядок увольнения истца, вопреки доводам стороны ответчика, суд приходит к выводу, что при увольнении ФИО2 ответчиком не соблюдены требования ст. 179 ТК РФ, поскольку материалы дела не содержат, и суду при рассмотрении спора по существу не представлено доказательств тому, что при решении вопроса о преимущественном праве на оставление на работе работодатель исходил из равной производительности труда работников (ФИО2 и С.А.П.).

В протоколе № от 10 июня 2019 года не отражены какие – либо выводы или суждения относительно равной производительности труда и квалификации. Напротив, в нем содержится информация о том, что С.А.П. имеет более низкий уровень профессионализма ввиду гораздо меньшего опыта и стажа работы в сравнении с ФИО2, обладающим более высоким уровнем знаний, опыта и стажа. 

При этом, правило о преимущественном праве на оставление на работе в связи с наличием у работника двух и более иждивенцев применяется только при равной производительности труда и квалификации работников. 

Доводы представителей ответчика о том, что при принятии решения комиссией учитывались характеризующие данные водителей ФИО2 и С.А.П. (т. 1 л.д.162, 163), объемы выполняемых каждым из водителей работ (пройденный служебным транспортом километраж с учетом данных путевых листов) (т. 2 л.д. 15-17, 18-136, 137-138, 139-217), сведения о привлечении к административной ответственности за нарушение ПДД на служебном автомобиле, суд находит несостоятельными, поскольку из содержания протокола № от 10 июня 2019 года не следует, что данные обстоятельства обсуждались членами комиссии перед принятием решения, что также подтверждено пояснениями допрошенных в судебном заседании свидетелей, являющихся членами комиссии.

Доводы представителей ответчика о том, что профессиональные и квалификационные требования к водителям категорий «В», «ВЕ» не предъявляются, наличие должности водителя, требующей дополнительных категорий не имеется, в связи с чем, у сельсовета отсутствует нуждаемость в работнике с дополнительной квалификацией, наличие определенного стажа у работников не может свидетельствовать о более высоком опыте, в связи с чем, на момент сокращения штатной численности водителей оба рассматриваемых работника фактически имели равную производительность и квалификацию, занимали одноименные должности, суд считает несостоятельными, основанными на неверном толковании норм материального права.

Оценивая указанные доводы представителей ответчика, суд исходит из того, что в судебном заседании установлено, что ответчиком не представлено надлежащих доказательств тому, что при решении вопроса о преимущественном праве на оставление на работе работодатель исходил из равной производительности труда работников, в протоколе № от 10 июня 2019 года ссылки на это указание отсутствуют.

С учетом совокупности исследованных письменных материалов дела и пояснений сторон, свидетелей в судебном заседании, суд расценивает доводы представителя ответчика в части некорректности составления протокола № от 10 июня 2019 года, отсутствия необходимости сельсовета в водителе, имеющем право на управление транспортными средствами категории «С, Д, Е» по причине не эксплуатации автомобилей сельсоветом из-за поломки, как способ защиты от иска. 

Вопреки доводам представителей ответчика в части выполнения водителем С.А.П. поручений главы, не входящих в круг его должностных обязанностей, исходя из сведений штатного расписания С.А.П. и ФИО2 были установлены равные доплаты за выполнение работ, не входивших в круг должностных обязанностей. При этом водителю ФИО2 выплачивалась доплата «за сложность, напряженность» - 

<

данные изъяты> %, в то время водителю С.А.П. – 

<

данные изъяты> %. 

При этом, стороной ответчика суду не представлено доказательств ненадлежащего выполнения должностных обязанностей водителем ФИО2, что не было также предметом обсуждения комиссии 10 июня 2019 года.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что при решении вопроса об определении кандидатуры на сокращение истец имел преимущественное право на оставление на работе, в связи с чем, расторжение с ФИО2 трудового договора по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ является незаконным в связи с нарушением ответчиком требований, предусмотренных ст. 179 ТК РФ, ФИО2 подлежит восстановлению на работе в прежней должности с 13 августа 2019 года.

В силу ст. 395 ТК РФ, ст. 211 ГПК РФ решение о восстановлении ФИО2 на работе подлежит немедленному исполнению.

В силу ч. 2 ст. 394 ТК РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Учитывая тот факт, что суд пришел к выводу о незаконности увольнения истца, в соответствии с ч. 2 ст. 394 ТК РФ подлежит разрешению вопрос о взыскании в пользу ФИО2 заработной платы за время вынужденного прогула. 

В силу ч. 3 ст. 139 ТК РФ при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Согласно положениям статьи 178 ТК РФ при расторжении трудового договора в связи с сокращением численности или штата работников организации (п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ) увольняемому работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка, а также за ним сохраняется средний месячный заработок на период трудоустройства, но не свыше двух месяцев со дня увольнения (с зачетом выходного пособия).

В исключительных случаях средний месячный заработок сохраняется за уволенным работником в течение третьего месяца со дня увольнения по решению органа службы занятости населения при условии, если в двухнедельный срок после увольнения работник обратился в этот орган и не был им трудоустроен.

В соответствии с п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету. Однако при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.

Согласно расчету бухгалтерии администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района (т. 1 л.д. 95, 96) истцом отработано 12 календарных месяцев (предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата с августа 2018 года по июль 2019 года включительно), из которых фактически отработано 206 дней, а заработная плата составила за эти дни 

<

данные изъяты>, то размер среднедневного заработка истца составляет 

<

данные изъяты>, из расчета: 

<

данные изъяты> / 206 дней.

Период вынужденного прогула истца, исходя из 5-дневной рабочей недели, составляет 63 рабочих дня с 13 августа 2019 года по 08 ноября 2019 года.

Таким образом, общий размер среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 13 августа 2019 года по 08 ноября 2019 года включительно, составит: 

<

данные изъяты>, из расчета: 

<

данные изъяты> (среднедневной заработок) x 63 (дня вынужденного прогула).

Вместе с тем, из предоставленных администрацией Холмогорского сельсовета сведений следует, что ФИО2 выплачено выходное пособие при сокращении в размере 

<

данные изъяты>, выходное пособие на время трудоустройства за сентябрь 2019 года – 

<

данные изъяты>, выходное пособие на время трудоустройства за октябрь 2019 года – 

<

данные изъяты>, а всего 

<

данные изъяты>. Данное обстоятельство подтверждено истцом в судебном заседании.

Учитывая единую природу выходного пособия и сумм сохраняемого заработка, выплаченных истцу работодателем в связи с увольнением по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, указанные суммы подлежат зачету при определении размера взысканного с ответчика в пользу истца среднего заработка за время вынужденного прогула.

Таким образом, с администрации Холмогорского сельсовета в пользу ФИО2 подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула в размере 2448 рублей 72 копейки (из расчета 

<

данные изъяты>.

Рассматривая требования истца о взыскании денежной компенсации морального вреда, суд исходит из следующего:

В обоснование заявленного требования о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 10000 рублей, истцом ФИО2 указано, что моральный вред причинен тем, что, он испытывал нравственные страдания в связи с утратой работы.

На основании ч. 9 ст. 394 ТК РФ, в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Как следует из ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Исходя из общих положений, закрепленных в ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», учитывая, что ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. 

При таких обстоятельствах, исходя из того, что в судебном заседании было установлено нарушение ответчиком трудовых прав работника ФИО2, учитывая ценность защищаемого права, гарантированного Конституцией Российской Федерации, основанной на принципах и нормах международного права, длительность допущенного работодателем нарушения трудовых прав работника, объем допущенных нарушений, с учетом степени вины ответчика, являющегося экономически более сильной единицей в спорных правоотношениях, а также с учетом нравственных страданий истца, с учетом требований разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, размер которой определяет в 5000 рублей, приходя к выводу, что размер компенсации, заявленный истцом в размере 10000 рублей, является завышенным.

Рассматривая требования истца в части взыскания судебных расходов на оплату юридических услуг в размере 10000 рублей, суд исходит из следующего:

В силу ст.ст. 88, 94 ГПК РФ к судебным расходам относятся государственная пошлина и издержки, связанные с рассмотрением дела судом.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В обоснование требований о взыскании расходов на оказание юридических услуг истцу предоставлена квитанция к приходному кассовому ордеру № от 09 сентября 2019 года (т. 1 л.д. 11), согласно которой ФИО1 уплатил представителю адвокату Карпенко А.В. вознаграждение в размере 10000 рублей за составление искового заявления о восстановлении на работе.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно ст. 41 «Справедливая компенсация» Конвенции о защите прав человека и основных свобод, если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне. 

Таким образом, при решении вопроса о взыскании расходов на оплату услуг представителя следует руководствоваться не только принципом разумности в соответствии с российским законодательством, но и принципом справедливости в соответствии с Конвенцией о защите прав человека и основных свобод.

Поскольку критерии разумности законодательно не определены, при определении разумности расходов на оплату юридических услуг, понесенных истцом, суд учитывает объем работы представителей.

Принимая во внимание сложность дела, ценность защищаемого права истца, объем произведенной представителем работы разумность таких расходов, суд полагает, что заявленная сумма расходов 10000 рублей на оказание юридических услуг (которые в себя включают расходы на составление искового заявления), является неразумной, и, исходя из принципов разумности и справедливости, определяет к взысканию с администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края сумму расходов на оплату услуг представителя в размере 3000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ в объем судебных расходов входит государственная пошлина.

Как следует из ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Согласно п.п. 1 п. 1 ст. 393 Налогового кодекса РФ при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.

Доказательств того, что ответчик освобожден от уплаты судебных расходов, в материалах не имеется.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации в бюджеты муниципальных районов подлежат зачислению налоговые доходы от федеральных налогов и сборов, в том числе государственной пошлины (подлежащей зачислению по месту государственной регистрации, совершения юридически значимых действий или выдачи документов) - по нормативу 100 процентов по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, мировыми судьями (за исключением Верховного Суда Российской Федерации).

В силу пункта 3 статьи 333.18 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина уплачивается по месту совершения юридически значимого действия.

Из содержания данных норм следует, что при обращении в суд общей юрисдикции государственная пошлина должна быть уплачена в местный бюджет по месту нахождения соответствующего суда.

Поскольку судом исковые требования истца ФИО2, освобожденного от уплаты судебных расходов, удовлетворены, то с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, подлежит взысканию государственная пошлина в доход муниципального образования «Шарыповский район Красноярского края», размер которой суд определяет исходя из положений предусмотренных п.п. 1, 3 ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации (часть вторая) в сумме 1000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Признать распоряжение администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края № от 12 августа 2019 года об увольнении ФИО2 незаконным.

Восстановить ФИО2 в должности водителя автомобиля администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края с 13 августа 2019 года. 

Решение о восстановлении ФИО2 на работе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края в пользу ФИО2 средний заработок за время вынужденного прогула в размере 2448 рублей (Две тысячи четыреста сорок восемь) рублей 72 копейки, компенсацию морального вреда в размере 5000 (Пять тысяч) рублей, судебные расходы в сумме 3000 (Три тысячи) рублей.

В остальной части иска ФИО2 к администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов - отказать.

Взыскать с администрации Холмогорского сельсовета Шарыповского района Красноярского края в доход муниципального образования «Шарыповский район Красноярского края» государственную пошлину в размере 1000 (Одна тысяча) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Шарыповский районный суд Красноярского края в течение месяца со дня, следующего за днем принятия решения в окончательной форме, то есть с 13 ноября 2019 года.

Председательствующий: Д.В. Давыденко

Мотивированное решение изготовлено 12 ноября 2019 года.