УИД: №

Дело № 2-641/2025 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 марта 2025 года Кировский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Аристовой Н.Л.,

при секретаре судебного заседания Накоховой В.Ю., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Витекс» о взыскании компенсации за нарушение исключительного права правообладателя на промышленный образец, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Витекс» о взыскании компенсации за нарушение исключительного права правообладателя на промышленный образец по патенту РФ № в сумме 380 000 рублей.

В обоснование требований указано, что истец является автором и правообладателем промышленного образца «Рукоятка зубной щетки», что подтверждается патентом на промышленный образец №, выданным Федеральной службой по интеллектуальной собственности (Роспатент), срок действия патента исчисляется с 22 ноября 2019 года. В ходе мониторинга рынка зубных щёток были обнаружены факты того, что в сети интернет на сайте https://planetazdorovo.ru и в стационарных торговых точках торговой сети аптек под маркой «Планета Здоровья», принадлежащей ООО «Витекс», осуществляется размещение предложений о продаже и реализуются зубные щётки, в которых использован промышленный образец патента №. Ассортимент контрафактной продукции состоит из: «Зубная щетка Dr.Dente зеленого цвета мягкая», штриховой код EAN-13 товара на упаковке 4627173480130; «Зубная щетка Dr.Dente розового цвета мягкая», штриховой код EAN-13 товара на упаковке 4627173480925; «Зубная щетка Dr.Dente оранжевого цвета средняя», штриховой код EAN-13 товара на упаковке 4627173480123; «Зубная щетка Dr.Dente сиреневого цвета средняя», штриховой код EAN-13 товара на упаковке 4627173480147; «Зубная щетка Dr.Dente голубого цвета средняя», штриховой код EAN-13 товара на упаковке 4627173480154. Официальным сайтом аптек торговой марки «Планета здоровья» является сайт https://planetazdorovo.ru. По заявке истца нотариусом 31 мая 2021 года был произведен осмотр и фиксация страниц данного сайта, содержащих в каталоге товаров предложение о реализации 5 видов контрафактного товара, соответствующего патенту №. Истцом зафиксированы скриншоты страниц сайта https://planetazdorovo.ru, датированные 01 июля 2020 года, 15 октября 2021 года, где зафиксировано наличие контрафактных изделий во всех аптеках группы компаний «Планета Здоровья». Только скриншоты от 10 января 2023 года фиксируют отсутствие контрафактного товара в аптеках «Планета Здоровья», что, по мнению истца, свидетельствует о том, что товар полностью распродан и закончился, однако страницы сайта продолжают быть активными (не удалены), а товар не снят с продажи, а именно «закончился». Подтверждением внешнего вида контрафактного товара служат скриншоты со страниц товара с официального сайта торговой марки «Планета Здоровья» https://planetazdorovo.ru, в том числе и «Инструкции», скаченные по ссылке со страниц каждого из 5 контрафактных изделий. На странице сайта https://planetazdorovo.ru/azon размещены ссылки на документы о лицензии и таблицу с указанием торговых точек ответчика, что подтверждает сетевой характер деятельности ответчика, реализующего единый ассортимент во всех торговых точках. То есть коммерческая деятельность ответчика носит сетевой характер. Согласно лицензии №, предоставленной ООО «Витекс» 30 сентября 2020 года осуществляло реализацию продукции в 39 торговых точках на территории РФ. Данная информация размещена в свободном доступе в сети интернет на сайте Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения https://roszdravnadzor.gov.ru/services/licenses. Проведены контрольные закупки товара: «Dr. Dente щетка зубная средней жесткости оранжевая» в одной из аптек ООО «Витекс», находящейся по 

<

адрес>, согласно кассовому чеку № от 31 мая 2021 года оплачено 129 руб.; «Dr. Dente щетка зубная средней жесткости оранжевая» в одной из аптек ООО «Витекс», находящейся по 

<

адрес>, согласно кассовому чеку № от 31 мая 2021 года оплачено 129 руб. Обстоятельство того, что ответчик реализовывал на протяжении длительного периода времени ассортимент контрафактных товаров 5 видов зубных щеток с рукоятками, которые воспроизводят промышленный образец по патенту РФ №, подтверждается заключениями патентного поверенного, а также решением Арбитражного суда Пермского края по делу №. Объективная сторона нарушения исключительного права на промышленный образец состоит в том, что ответчик в период с 22 ноября 2019 года, то есть после даты государственной регистрации заявки на промышленный образец по патенту №, по конец 2021 года вводил в гражданский оборот на территории РФ зубные щетки (использовал в своей коммерческой деятельности), в которых использован промышленный образец истца путем заказа, хранения с целью продажи, предложение к продаже и розничной реализации. Ввод в гражданский оборот ответчиком вышеуказанного товара осуществлялся ответчиком без получения соответствующего разрешения на такое использование у правообладателя патента №. Исходя из того, что реализация контрафактной продукции велась длительное время во всех торговых точках ответчика, расчет компенсации за нарушение исключительного права на промышленный образец произведен путем умножения количества торговых точек ответчика, в которых происходило длительное время нарушение, на минимальный размер компенсации, предусмотренный законодательством за нарушение: 39 * 10 000 = 390 000 руб. Истцом в адрес ответчика была направлена претензия, которая оставлена без удовлетворения. 

Определением суда в протокольной форме от 29 января 2025 года, в порядке ст. 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «ОРАПРО», ООО «Крон», ООО «Завод зубных щеток».

В судебном заседании истец ФИО1 не участвовал, заявил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. В предварительном судебном заседании заявленные требования поддержал, пояснил, что по иску ООО «Завод зубных щеток» к ответчику ООО «Витекс» Арбитражный суд Пермского края не признал ООО «Завод зубных щеток» и ФИО1 солидарными кредиторами. Завод, поскольку он получил лицензионный договор только в феврале 2021 года, а выпуск продукции осуществлен в 2020 году, не мог в полном объеме предъявить исковые требования, поскольку у него нет такого полномочия. Истец ФИО1 доверенности заводу не давал. Каждый действует независимо друг от друга. То есть завод не предъявил в полном объеме требований, не воспользовался своим правом или не имел такого права. 

Представитель ответчика ООО «Витекс» в судебном заседании не участвовал, ранее возражал против удовлетворения заявленных требований по указанным в письменном отзыве доводам. В отзыве указано, что исключительные права по патенту № истцу не принадлежат и он не имеет право на их защиту, поскольку исключительное право на патент № было передано предоставлено истцом на основании лицензионного договора ООО «Завод зубных щеток». На дату закупки товара 07 марта 2021 года истец имел статус автора патента №, не являющегося обладателем исключительного права, и не вправе требовать взыскания компенсации за нарушение этого исключительного права. Представленные истцом заключения патентного поверенного К. не могут рассматриваться как заключение специалиста или эксперта ввиду отсутствия у него необходимых знаний и компетенций. В соответствии с открытыми данными с официального сайта Роспатента патентный поверенный К. получил специализацию в области промышленных образцов с 07 декабря 2021 года, в соответствии с протоколом квалификационной комиссии от 26 ноября 2021 года №. На момент составления 07 мая 2021 года заключения и дополнений к нему от 06 октября 2021 года патентным поверенным в области промышленных образцов указанное лицо не являлось. Спорный товар был введен в хозяйственный оборот до регистрации патента, поэтому его реализация не является нарушением исключительных прав по патенту №, поскольку спорный товар был произведен в 2020 году, а патент был зарегистрирован 16 февраля 2021 года. Истец не указывает, какие именно права были нарушены ответчиком и не представляет доказательств того, что действия ответчика повлекли эти нарушения. Истцом не представлено доказательств, что товар был приобретен у ответчика и передавался патентному поверенному для осуществления экспертизы. Представленный истцом расчет не обоснован и произведен без учета требований Пленума Верховного Суда РФ. Поведение истца можно трактовать как недобросовестное, направленное на злоупотребление правом, поскольку истцом совместно с ООО «Завод зубных щеток» подано более 70 исков как в арбитражные суды, так и в суды общей юрисдикции. Истец предъявляет те же самые доказательства, что и в деле № по иску исключительного лицензиата ООО «Завод зубных щеток», по которому Арбитражным судом Пермского края с ответчика взыскана компенсация за нарушение исключительного права на промышленный образец.

Представители третьих лиц ООО «Завод зубных щеток», ООО «Крон», ООО «ОРАПРО» в судебное заседание при надлежащем извещении не явились, письменных пояснений не представили.

Суд, исследовав представленные доказательства, приходит к следующему. 

Согласно п. 1 ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

На основании п. 1 ст. 1352 ГК РФ в качестве промышленного образца охраняется решение внешнего вида изделия промышленного или кустарно-ремесленного производства.

Промышленному образцу предоставляется правовая охрана, если по своим существенным признакам он является новым и оригинальным.

К существенным признакам промышленного образца относятся признаки, определяющие эстетические особенности внешнего вида изделия, в частности форма, конфигурация, орнамент, сочетание цветов, линий, контуры изделия, текстура или фактура материала изделия.

В соответствии с п. 1 ст. 1358 ГК РФ патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец), в том числе способами, предусмотренными пунктом 2 настоящей статьи. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

В соответствии с пп. 1 п. 2 ст. 1358 ГК РФ использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности: ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец.

Согласно абзацу четвертому пункта 3 статьи 1358 ГК РФ промышленный образец признается использованным в изделии, если это изделие содержит все существенные признаки промышленного образца или совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит запатентованный промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение.

Как разъяснено в п. 123 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» использование без согласия патентообладателя лишь отдельных признаков изобретения или полезной модели, приведенных в независимом пункте, или не всех существенных признаков промышленного образца, а равно не всей совокупности признаков промышленного образца, производящих на информированного потребителя такое же общее впечатление, исключительное право патентообладателя не нарушает. Наличие в изделии всех существенных признаков промышленного образца, а равно всей совокупности признаков промышленного образца, производящих на информированного потребителя такое же общее впечатление, не может служить основанием для вывода об отсутствии использования промышленного образца.

Анализируя вышеприведенные положения, суд приходит к выводу, что в предмет доказывания по требованию о защите исключительных прав на объекты патентного права входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком.

Судом установлено и из материалов дела следует, что истец ФИО1 обладает исключительным правом на промышленный образец «Рукоятка зубной щетки», удостоверенным патентом Российской Федерации №, выданным Федеральной службой по интеллектуальной собственности с датой приоритета 22.11.2019, срок действия патента - до 22.11.2024.

Истец ссылается на использование ответчиком в своей коммерческой деятельности указанного промышленного образца в отсутствие разрешения истца как правообладателя.

Как указывает истец, ответчик осуществляет деятельность по реализации продукции через интернет-аптеку под торговой маркой «Планета здоровья», а также в розничной сети через сеть аптек ООО «Витекс» Согласно лицензии № от 30 сентября 2020 года ООО «Витекс» осуществляет реализацию продукции в 39 торговых точках на территории РФ.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности ответчика ООО «Витекс» является торговля розничная лекарственными средствами в специализированных магазинах (аптеках). 

Протоколом осмотра доказательств - информации в сети Интернет от 31 мая 2021 года зафиксировано, что на сайте https://planetazdorovo.ru размещена информация, согласно которой предлагается к продаже продукция – зубные щетки различной степени жесткости и цветовой гаммы.

Из искового заявления следует, что истцом с целью установления факта наличия в продукции, реализуемой через сеть аптек «Планета здоровья», признаков промышленного образца, удостоверенного патентом РФ №, в торговых точках указанной сети аптек приобретены изделия – зубные щетки, в количестве 9 штук, которые были представлены на патентно-техническую экспертизу патентному поверенному Российской Федерации ФИО2

По результатам патентно-технической экспертизы патентный поверенный в заключении от 07 мая 2021 года № PS503RU пришел к выводу о том, что представленные изделия содержат все существенные признаки промышленного образца или совокупность признаков, нашедших отражение на изображениях промышленного образца по патенту РФ №, следовательно, в представленных заказчиком изделиях использован промышленный образец по патенту РФ №.

При этом патентным поверенным сделан вывод о том, что образцы представленных изделий имеют идентичный дизайн, в связи с чем, запатентованный промышленный образец сопоставлялся с одним из представленных изделий – зубной щеткой Dr. Dente (зеленого цвета мягкая), изготовленной 20.08.2020, штриховой код № товара на упаковке: №. Проанализировав промышленный образец по патенту № «Рукоятка зубной щетки» и отобранное для исследования изделие, патентным поверенным выявлено, что все признаки исследуемого изделия совпадают с существенными признаками промышленного образца по патенту №, сходство признаков которых основано на общем зрительном впечатлении оставляемого от внешнего вида изделия.

31 мая 2021 года истцом в торговой точке ответчика, расположенной по 

<

адрес>, произведена закупка товара: «Dr. Dente щетка зубная средней жесткости оранжевая» в количестве двух штук, стоимостью 129 руб. каждая. 

Факт продажи товара подтверждается кассовыми чеками от 31 мая 2024 года на сумму 129 руб. каждый (л.д. 72-73)

Указанные изделия в составе иных образцов продукции, изготовитель ООО «ОРАПРО», в общем количестве 98 шт. были представлены патентному поверенному для проведения дополнительного исследования.

Дополнением от 06 октября 2021 года № к заключению от 07 мая 2021 года № на основании сравнения фотографий представленных 01 октября 2021 года изделий с фотографиями исследуемых ранее изделий патентным поверенным сделан вывод об идентичности их дизайна, следовательно, об использовании в представленных 01 октября 2021 года образцах (в том числе «Dr. Dente щетка зубная средней жесткости оранжевая», 2 шт.) промышленного образца по патенту РФ №.

Установлено, что 16 февраля 2021 года между ФИО1 и ООО «Завод зубных щеток» заключен лицензионный договор, в соответствии с которым ФИО1 (лицензиар) предоставил ООО «Завод зубных щеток» (лицензиат) исключительное право на использование промышленного образца «Рукоятка зубной щетки» по патенту № на основе исключительной лицензии (без сохранения за лицензиаром права выдавать лицензии другим лицам). Условиями договора предусмотрены способы использования лицензиатом объекта интеллектуальной собственности: серийное производство изделий с использованием промышленного образца по патенту № и их продажа, изготовление, применение, ввоз, предложение к продаже, продажа и иное введение в хозяйственный оборот продукции по предоставленной исключительной лицензии. В случае нарушения прав, полученных лицензиатом на основании настоящего договора, со стороны третьих лиц лицензиат вправе самостоятельно предъявлять претензии.

ФИО1 обратился в адрес ООО «Витекс» с претензией, в которой сообщил о нарушении своего исключительного права на промышленный образец, потребовал прекратить нарушение его прав как патентообладателя, возместить компенсацию за нарушение исключительного права в размере 2 289 105 руб. 

Указанная претензия отставлена ответчиком без удовлетворения.

Исключительное право истца ФИО1 на промышленный образец «Рукоятка зубной щетки» удостоверено патентом Российской Федерации №, зарегистрированным 16 февраля 2021 года, с датой приоритета 22 ноября 2019 года, сроком действия до 22 ноября 2024 года. 

Решением Суда по интеллектуальным правам от 10 октября 2022 года по делу № по иску ООО «ОРАПРО» к Федеральной службе по интеллектуальной собственности и ФИО1 о признании патента РФ № на промышленный образец недействительным в части указания автора и патентообладателя, в удовлетворении исковых требований отказано.

Таким образом, исключительное право истца на промышленный образец не отчуждено, патент РФ № недействительным не признан. Лицензионным договором ООО «Завод зубных щеток» передано лишь право на использование промышленного образца, включая право самостоятельного предъявления лицензиатом претензий третьим лицам.

Представителем ответчика приведены доводы о том, что исключительное право было передано истцом на основании лицензионного договора ООО «Завод зубных щеток», следовательно, истец, на момент нарушения не являлся его правообладателем, и не вправе требовать компенсации за использование промышленного образца третьими лицами.

В обоснование представителем ответчика представлено научно-практическое заключение – исследование специалиста в области интеллектуальной собственности патентного поверенного Б. от 05 февраля 2024 года, по вопросу: «В каком объеме правообладатель сохраняет за собой исключительные права на промышленный образец в связи с заключением между патентообладателем и обществом с ограниченной ответственностью «Завод зубных щеток» (лицензиат) лицензионного договора № от 16 февраля 2021 года, предусматривающего предоставление патентообладателем лицензиату исключительной лицензии на использование промышленного образца, предоставление прав лицензиату по которому зарегистрировано в Роспатенте под номером № от 11 мая 2021 года, с изменениями от 11 мая 2021 года, №, от 16 июня 2021 года №». В выводах научно-практического заключения указано, что у исключительного лицензиара с учетом проведенного исследования остаются следующие права: 

1. Лицензиар имеет право на основании статьи 1234 ГК РФ уступить свои права в полном объеме, если такого запрета нет в рамках лицензионного договора. При этом с учетом п. 7 статьи 1236 ГК РФ «Переход исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации к новому правообладателю не является основанием для изменения или расторжения лицензионного договора, заключенного предшествующим правообладателем».

2. Лицензиар является одновременно автором и правообладателем, поэтому с учетом ст. 125 ГК РФ он может обратиться за защитой личных неимущественных прав (например право на имя, право авторства), а также за защитой чести, достоинства и деловой репутации автора – лицензиара с учетом правил статьи 152 ГК РФ.

3. Имеет право на защиту в части исключительных авторских прав на дизайн объекта с учетом способов использования объекта в рамках статьи 1270 ГК РФ, которые не совпадают со способами использования по пункту 2 статьи 1358 ГК РФ. При этом заключение экспертизы по определению факта использования объекта – промышленного образца, которая основывается на пункте 3 статьи 1358 ГК РФ, не может быть использовано для доказательства использования объекта, как объекта авторского права.

4. Лицензиар может воспользоваться статьей 1253 ГК РФ и способствовать ликвидации через прокурора юридического лица или предпринимателя, который неоднократно или грубо нарушает исключительные права правообладателя при наличии вины.

5. Лицензиар имеет право по своему усмотрению запрещать использование, как право на нематериальные иски.

6. Лицензиар имеет право рекламировать свой объект без предложений к продаже.

Суд полагает доводы ответчика необоснованными, поскольку в силу ст. 1233 ГК РФ заключение лицензионного договора не влечет за собой переход исключительного права к лицензиату. Представленное ответчиком заключение специалиста указанные положения закона не опровергает.

Довод о том, что спорный товар был введен в хозяйственный оборот до регистрации патента, поэтому его реализация не является нарушением исключительных прав по патенту №, поскольку спорный товар был произведен в 2020 году, а патент был зарегистрирован 16 февраля 2021 года, является несостоятельным, поскольку, как указано выше, патент Российской Федерации № выдан Федеральной службой по интеллектуальной собственности с датой приоритета 22.11.2019, срок действия патента - до 22.11.2024.

Исследовав представленные доказательства, суд находит доказанным факт принадлежности истцу исключительного права, а также установленным нарушение ответчиком этого права путем реализации контрафактной продукции.

Доказательства, свидетельствующие о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорного объекта интеллектуальной собственности, в деле отсутствуют. Таким образом, судом установлено, что осуществляя продажу без согласия правообладателя, ответчик нарушил исключительные права истца.

В соответствии со ст. 1406.1 ГК РФ в случае нарушения исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости права использования изобретения, полезной модели или промышленного образца, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующих изобретения, полезной модели, промышленного образца тем способом, который использовал нарушитель.

Из пункта 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23 сентября 2015 года, пункта 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Обращаясь с настоящим иском, истец избрал вид компенсации, взыскиваемой на основании п. 1 ст. 1406.1 ГК РФ.

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации в размере 390 000 руб. из расчета: 39 торговых точек * 10 000 руб., при этом, судом не может быть принят указанный расчет, в силу его необоснованности. 

Из материалов дела усматривается, что истцом выбран способ определения компенсации из расчета от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемой по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Установлено, что в период действия патента ответчиком неправомерно использован результат интеллектуальной деятельности истца при продаже продукции с использованием промышленного образца по патенту РФ №.

Факт распространения ответчиком контрафактного изделия подтвержден кассовыми чеками от 31 мая 2024 года.

Определяя размер подлежащей взысканию с ответчика компенсации за нарушение исключительного права на промышленный образец, суд исходит из следующего.

Как указано в абзаце четвертом пункта 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 года № 10, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Конституционный Суд РФ в постановлении от 13 декабря 2016 года № 28-П сформулировал следующие правовые позиции:

- взыскание компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является тем не менее институтом частного права, которое основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК Российской Федерации) и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться так, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота, т.е. с соблюдением требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3, Конституции Российской Федерации);

- нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а в конечном счете - к нарушению ее статьи 21, гарантирующей охрану достоинства личности и не допускающей наказаний, унижающих человеческое достоинство;

- отсутствие у суда, столкнувшегося с необходимостью применить на основании прямого указания закона санкцию, явно - с учетом обстоятельств конкретного дела - несправедливую и несоразмерную допущенному нарушению, возможности снизить ее размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду.

С учетом установленных по делу обстоятельств, заявленный размер компенсации суд находит завышенным.

При определении размера компенсации, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, суд учитывает заявление ответчика о снижении размера компенсации, характер допущенного ответчиком нарушения, степень вины, отсутствие ранее совершенных нарушений, отсутствие доказательств причинения каких-либо крупных убытков правообладателю, а также то, что стоимость товара является незначительной, а незаконное использование объекта интеллектуальной собственности не носило грубый характер, исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, принципов разумности и справедливости, считает возможным определить сумму компенсации в размере 20 000 рублей (из расчета по 10 000 руб. за каждый приобретенный образец товара). 

В качестве средства защиты исключительного права статья 1252 ГК РФ предусматривает возможность предъявления требования, в частности: о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя; о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 ГК РФ; об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю; о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

Довод представителя ответчика о злоупотреблении правом со стороны истца суд считает необоснованным, поскольку доказательства, с достаточной очевидностью свидетельствующие о том, что истец действовал исключительно с намерением причинить вред ответчику либо злоупотребил правом в иных формах, суду не представлено. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Витекс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение исключительного права на промышленный образец в размере 20 000 рублей, в удовлетворении оставшейся части иска отказать.

Решение в течение месяца со дня принятия в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кировский районный суд города Перми. 

Судья Н.Л. Аристова

Мотивированное решение составлено 02 апреля 2025 года.