РЕШЕНИЕ

16 мая 2017 г. г. Самара

Судья Приволжского окружного военного суда Сирота Дмитрий Анатольевич при секретаре Алексеевой Т.И., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу привлеченного к административной ответственности ФИО1 на постановление судьи Саратовского гарнизонного военного суда от 28 марта 2017 г., вынесенное в отношении военнослужащего, в Вольском военном институте материального обеспечения, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП Российской Федерации),

установил:

в 6 часов 10 минут ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО1, управлявший автомобилем «ВАЗ-21102» с государственным регистрационным знаком «№», возле 

<

адрес> был остановлен сотрудниками полиции дорожно-постовой службы отдела Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации по Вольскому району (далее - ДПС ОГИБДД). Указанные должностные лица, полагая, что ФИО1 находится в состоянии опьянения, предложили ему пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. В ходе проведенного с согласия ФИО1 освидетельствования было установлено, что он в нарушение п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения. 

В соответствии с постановлением судьи Саратовского гарнизонного военного суда от 28 марта 2017 г. ФИО1 признан виновным в совершении правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 1 ст. 12.8 КоАП Российской Федерации, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок один год восемь месяцев.

Не согласившись с таким судебным постановлением, привлеченный к административной ответственности ФИО1 подал жалобу, в которой просит оспариваемый судебный акт отменить в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено это постановление, и производство по делу прекратить, поскольку в его действиях отсутствует состав вмененного ему административного правонарушения. 

В подтверждение своей позиции автор жалобы, цитируя положения ст. 50 Конституции Российской Федерации и ч. 2 ст. 26.2 КоАП Российской Федерации, утверждает, что судья положил в основу обжалуемого решения недопустимые доказательства, такие как протоколы об административном правонарушении и об отстранении от управления транспортным средством, а также акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с результатом освидетельствования на бумажном носителе. Указанный бумажный носитель получен инспекторами ДПС ОГИБДД в его отсутствие, что видно из исследованной в судебном заседании видеозаписи. Как считает ФИО1, по представленной должностными лицами видеозаписи невозможно установить все произошедшие события. 

Сославшись на ст. 6, 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) и ст. 25.1 КоАП Российской Федерации, ФИО1 в жалобе утверждает, что оформление документов производилось сотрудниками полиции в отсутствие его защитника, тем самым он был лишен права на квалифицированную защиту. Данное нарушение его прав судья оставил без внимания, тем самым он был лишен на объективное и справедливое судебное разбирательство, гарантированное положениями Конвенции.

Кроме того, в жалобе отмечается, что судья игнорировал судебную практику Европейского Суда по правам человека, касающуюся санкции ст. 12.8 КоАП Российской Федерации, выраженную в вынесенном по делу постановлении «ФИО2 и другие против России», а также вопреки постановлению, вынесенному по делу «Карелин против России», не удовлетворил его ходатайство о привлечении к участию в настоящем деле прокурора. В результате чего, по мнению автора жалобы, судья взял на себя функцию государственного обвинителя и потерял свою беспристрастность. При этом назначенное ему административное наказание в отсутствие сведений о наличии отягчающих вину обстоятельств является несправедливым.

В заключение жалобы ФИО1 обращает внимание на недопустимость вынесения судьей постановления не от имени Российской Федерации, что непосредственно следует из содержания копии оспариваемого судебного решения. Также лицо, привлеченное к административной ответственности, полагает, что не может надлежащим образом защищать свои права от действий государственных органов и должностных лиц, поскольку в России отсутствует административный суд, в связи с этим имеет место нарушение его права на эффективное средство правовой защиты, предусмотренное ст. 13 Конвенции.

Изучение материалов дела об административном правонарушении и доводов лица, привлеченного к административной ответственности, позволяет прийти к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 12.8 КоАП Российской Федерации управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, - влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

В соответствии с п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, водителю запрещается управление транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Приведенные правовые нормы указывают на то, что для привлечения к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 12.8 КоАП Российской Федерации, правовое значение имеет факт нахождения лица, управляющего транспортным средством, в алкогольном опьянении.

Как установлено судьей гарнизонного военного суда и подтверждается материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес> водитель ФИО1 в нарушение требований п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации управлял транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, чем совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.8 КоАП Российской Федерации.

Основанием полагать, что водитель ФИО1 находился в состоянии опьянения, являлось наличие у него признаков опьянения: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы и нарушение речи.

Данные признаки указаны в п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. № 475, и являются достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находился в состоянии опьянения.

В связи с установлением наличия признаков опьянения с применением видеозаписи сотрудниками полиции ДПС ОГИБДД водителю ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, от прохождения которого указанный водитель не отказался, и освидетельствование с ним установленным порядком было проведено. При таких данных оснований для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование не имелось. 

Факт совершения ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП Российской Федерации, подтверждается: протоколом об административном правонарушении ДД.ММ.ГГГГ в котором изложено существо совершенного им в указанный день административного правонарушения (л.д. 2); протоколом об отстранении его от управления транспортным средством «ВАЗ-21102» с государственным регистрационным знаком «№» (л.д. 3); актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и бумажным носителем с показаниями технического средства измерения (в выдыхаемом ФИО1 воздухе установлено наличие абсолютного этилового спирта в концентрации 1,018 мг/л) (л.д. 4-5); исследованной в судебном заседании видеозаписью (л.д. 10, 54); объяснениями, данными в ходе судебного заседания сотрудниками полиции ДПС ОГИБДД ФИО4 и ФИО5, пояснившие о том, что они ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес> остановили автомобиль под управлением ФИО1, который находился в алкогольном опьянении, на что указывали признаки: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы и нарушение речи, а также освидетельствование на алкогольное опьянение, которое ФИО1 добровольно прошел и с его результатами был полностью согласен (л.д. 47-54); иными материалами дела, которым была дана оценка на предмет относимости, допустимости, достоверности и достаточности согласно ст. 26.11 КоАП Российской Федерации.

При таких обстоятельствах судья гарнизонного военного суда правильно признал ФИО1 виновным в совершении названного выше административного правонарушения. 

В ходе рассмотрения дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП Российской Федерации, вопреки мнению автора жалобы, при рассмотрении дела судьей на основании всестороннего, полного, объективного и своевременного анализа собранных по делу доказательств были установлены предусмотренные ст. 26.1 названного Кодекса все юридически значимые обстоятельства совершения ФИО1 административного правонарушения.

Доводы жалобы ФИО1 о том, что сотрудники полиции при оформлении документов об административном правонарушении лишили его права на защиту и бумажный носитель с результатами освидетельствования был получен ими в его отсутствие, не могут быть признаны состоятельными. Как видно из содержания протокола об административном правонарушении, ФИО1 надлежащим образом сотрудниками полиции были разъяснены его права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП Российской Федерации, в том числе право на пользование юридической помощью защитника. Таким правом он в добровольном порядке не воспользовался, на предоставлении ему защитника не настаивал и был полностью согласен с правильно составленными в отношении него протоколами об административном правонарушении, об отстранении от управления транспортным средством, актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, а также с его результатами, отраженными на бумажном носителе (наличие абсолютного этилового спирта в концентрации 1,018 мг/л), о чем свидетельствуют его подписи на всех перечисленных документах (л.д. 2-5). 

Кроме того, о несогласии с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и о наличии иных нарушений допущенных сотрудниками полиции ДПС ОГИБДД во время оформления ими документов, ФИО1 мог изложить в виде своих замечаний и возражений в вышеуказанных протоколах и акте. Однако сведений о его несогласии с результатами освидетельствования на алкогольное опьянение соответствующий акт не содержит, равно не имеется никаких замечаний в отношении других документов.

Суждения автора жалобы относительно видеозаписи также несостоятельны, поскольку на исследованной в ходе судебного заседания видеозаписи, вопреки его мнению, зафиксированы все действия, совершенные сотрудниками полиции, в том числе проведение с ФИО1 освидетельствования на алкогольное опьянения. Указанным обстоятельствам судьей дана надлежащая оценена в обжалованном постановлении.

Необоснованными являются доводы жалобы о том, что судья гарнизонного военного суда взял на себя функцию государственного обвинителя. Из материалов дела видно, что все доказательства по делу были представлены сторонами или истребованы судьей по ходатайству ФИО1 и его защитника Вологина А.Б. Исследование доказательств по делу, проверка их допустимости, относимости и достаточности не могут свидетельствовать об осуществлении судьей несвойственной ему функции обвинения, а также рассматриваться как несовместимые с судебной функцией, что полностью соответствует принципу состязательности. Сторонам были предоставлены равные возможности для отстаивания своих позиций. В ходе судебного разбирательства Вологин осуществлял защиту ФИО1, в связи с этим право на его защиту реализовано и не было нарушено. Оснований полагать о личной заинтересованности, предвзятости и необъективности судьи не имеется, что подтверждается отсутствием в материалах дела заявлений сторон об отводе судьи.

Ссылки в жалобе на судебные решения Европейского Суда по правам человека не опровергают выводов судьи гарнизонного военного суда и не влекут отмену оспариваемого постановления.

Что касается ходатайства ФИО1 о необходимости участия в судебном заседании прокурора, то на основании ч. 2 ст. 25.11 КоАП Российской Федерации судья обоснованно отказал в его удовлетворении. 

Иных доводов, которые могут служить поводом к отмене или изменению обжалуемого постановления, жалоба лица, привлеченного к административной ответственности, не содержит.

Утверждение ФИО1 о необходимости прекратить производство по делу в связи с отсутствуем в его действиях состава вмененного административного правонарушения является несостоятельным, так как при имеющихся в материалах дела неоспоримых доказательствах виновность ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП Российской Федерации, в судебных заседаниях надлежащим образом установлена.

Административное наказание назначено ФИО1 с учетом положений ст. 4.1 КоАП Российской Федерации в пределах санкции ч. 1 ст. 12.8 названного Кодекса. 

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену состоявшегося судебного акта, при рассмотрении дела судьей гарнизонного военного суда не допущено.

При таких обстоятельствах сомнений в своей законности обжалуемое постановление не вызывает, оно является правильным и оснований для его отмены или изменения, вопреки приведенным в жалобе доводам, которые не могут быть признаны убедительными, не усматривается.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП Российской Федерации,

решил:

постановление судьи Саратовского гарнизонного военного суда от 28 марта 2017 г., вынесенное по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП Российской Федерации, в отношении ФИО1, оставить без изменения, а жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

"Согласовано"

"Судья Приволжского окружного военного суда"