Дело № 1-79/2018 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

25 мая 2018 года г.Пенза

Судья Первомайского районного суда г.Пензы Пилясов Д.А., 

при секретаре судебного заседания Поволяевой В.В., с участием:

государственного обвинителя - помощника прокурора Первомайского района г.Пензы Занадолбина А.С.,

подсудимых ФИО1 и ФИО2,

защитников - адвоката Пензенской областной коллегии адвокатов № 3 Алексеева М.А., предъявившего удостоверение № 669 и ордер от 17.05.2018 г. № 1163 (по назначению), и адвоката адвокатского кабинета Альбанской Е.Г., предъявившей удостоверение № 504 и ордер от 17.05.2018 г. № 15 (по назначению),

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, ..., несудимого, под стражей по настоящему делу не содержавшегося, находящегося под подпиской о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, пп.А, Б ч.2 ст.158, п.Б ч.2 ст.158 УК РФ, и

ФИО2, ... судимого:

- 16 февраля 2015 года Первомайским районным судом г.Пензы по п.А ч.2 ст.158 УК РФ к 1 году 3 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

- 16 апреля 2015 года мировым судьёй судебного участка № 2 Первомайского района г.Пензы по ст.319 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с удержанием 10% из заработной платы в доход государства, на основании ч.5 ст.69 УК РФ, с применением п.В ч.1 ст.71 УК РФ, к 1 году 4 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, освобождённого от наказания 13 июля 2015 года на основании п.5 Постановления ГД ФС РФ от 24.04.2015 г. № 6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» (без снятия судимости);

- 2 декабря 2015 года мировым судьёй судебного участка № 6 Первомайского района г.Пензы по ч.1 ст.158 УК РФ к 9 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, освобождённого 1 сентября 2016 года по отбытии срока наказания с установлением административного надзора на 3 года, по настоящему делу под стражей не содержавшегося, находящегося под подпиской о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, пп.А, Б ч.2 ст.158 УК РФ,

установил:

Органом предварительного следствия ФИО1 и ФИО2 обвиняются в покушении на кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в хранилище.

ФИО1, кроме того, обвиняется в краже, то есть тайном хищении чужого имущества, с незаконным проникновением в хранилище.

В ходе судебного разбирательства по инициативе суда на обсуждение сторон поставлен вопрос о возвращении уголовного дела прокурору на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ.

Подсудимые ФИО1, ФИО2 и их защитники Алексеев М.А. и Альбанская Е.Г. полагали необходимым уголовное дело возвратить прокурору для устранения недостатков.

Государственный обвинитель Занадолбин А.С. также согласен с возвращением уголовного дела прокурору, поскольку обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ.

Заслушав участников судебного разбирательства, прихожу к следующему:

В соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Согласно пп.3, 4 ч.1 ст.220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает: существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела; формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление.

По смыслу закона при квалификации действий как совершение хищения чужого имущества группой лиц по предварительному сговору следует выяснять, имел ли место такой сговор соучастников до начала действий, непосредственно направленных на хищение чужого имущества, состоялась ли договорённость о распределении ролей в целях осуществления преступного умысла, а также какие конкретно действия совершены каждым исполнителем и другими соучастниками преступления. Под незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище следует понимать противоправное в них вторжение с целью совершения хищения. При этом необходимо выяснять, с какой целью лицо оказалось в хранилище (жилище, помещении), а также когда возник умысел на завладение чужим имуществом (п.9, абз.1 п.18, абз.1 п.19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 г. № 29).

По настоящему уголовному делу указанные требования закона в полной мере не соблюдены. В частности, формулировка предъявленного подсудимым обвинения не соответствует описанию их фактических действий и другим обстоятельствам дела.

Так, в обвинительном заключении указано: «… ФИО2 обнаружил, что в стене гаража … имеется повреждение, через которое проник внутрь данного гаража и изнутри открыл его ворота, через которые в данный гараж зашёл ФИО1, тем самым ФИО1 и ФИО2 незаконно проникли в вышеуказанный гараж…». Далее из обвинения следует, что «…затем ФИО2 обнаружил в гараже жёсткую автомобильную сцепку, которую решил тайно похитить совместно с ФИО1. Реализуя свой преступный умысел, направленный на тайное хищение имущества Г., группой лиц по предварительному сговору, Мулин предложил ФИО1 вынести жёсткую автомобильную сцепку из гаража, на что ФИО1 ответил согласием, тем самым вступив с ним в преступный сговор…».

Таким образом, в обвинении не указано, с какой именно целью ФИО2 и ФИО1 проникли в гараж, а также не конкретизировано, в какой момент между подсудимыми состоялся сговор о совершении хищения и в чём именно данный сговор заключался. Указанные обстоятельства препятствуют правильной квалификации действий подсудимых

Кроме того, по обоим фактам инкриминируемых ФИО1 преступлений в обвинении указан один и тот же период времени - с 9 до 15 часов 17.05.2017 г. В связи с этим из данного обвинения невозможно сделать вывод о хронологической последовательности действий ФИО1, что также влияет на правильность юридической оценки. При этом ссылка в обвинении на то, что Галкин совершил кражу двери после совершения преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, пп.А, Б ч.2 ст.158 УК РФ, противоречит фактическим обстоятельствам дела и доказательствам, приведённым следователем в обвинительном заключении, в частности показаниям самого ФИО1 относительно момента возникновения у него умысла на кражу двери.

Вышеуказанные обстоятельства в своей совокупности препятствуют вынесению судом законного и обоснованного приговора или иного решения на основе имеющегося обвинительного заключения. 

При этом допущенные нарушения являются существенными, их, без ущемления прав участников судебного разбирательства и несоблюдения положений ст.252 УПК РФ, что недопустимо, в судебном заседании устранить невозможно. 

При таких обстоятельствах уголовное дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Оснований для изменения или отмены ранее избранной в отношении ФИО1 и ФИО2 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не имеется. 

Руководствуясь п.1 ч.1 ст.237 и ст.256 УПК РФ, судья

постановил:

Уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, пп.А, Б ч.2 ст.158, п.Б ч.2 ст.158 УК РФ, и ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, пп.А, Б ч.2 ст.158 УК РФ, возвратить прокурору Первомайского района г.Пензы для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения - подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Пензенского областного суда через Первомайский районный суд г.Пензы в течение 10 суток со дня вынесения постановления.

Судья Д.А. Пилясов