АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Уфа 14 марта 2019 года

Верховный Суд Республики Башкортостан в составе

председательствующего Каримова Ф.М.

при секретаре Насыровой В.З.

с участием 

прокурора Козаева Л.С.,

осужденного ФИО1, его адвоката Алтыншиной Г.Д..,

адвоката представляющего интересы осужденного ФИО2, 

рассмотрел в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1, представлению государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Кировского района г.Уфы ФИО6 на приговор Кировского районного суда г.Уфы от 28 ноября 2018 года в отношении

ФИО1 ФИО22, дата года рождения, проживающего в адрес, ранее судимого: 

- 20 декабря 2016 года по ч.1 ст. 158, п.«в» ч.2 ст. 158 (4 преступления) УК РФ с применением ч.2 ст.69 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года; постановлением президиума Верховного Суда Республики Башкортостан от 27 февраля 2019 года приговор изменен, по двум преступлениям действия ФИО1 переквалифицированы на ч.1 ст.158 УК РФ с назначением соответствующего наказания, смягчено наказание по одному из преступлений и назначено окончательное наказание по ч.2 ст.69 УК РФ в виде 2 лет лишения свободы;

- 9 марта 2017 года по ч.1 ст. 166 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года; 

- 11 января 2017 года по ч.1 ст. 158 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с удержанием 5% из заработной платы в доход государства, постановлением от 5 сентября 2017 года неотбытое наказание в виде 5 месяцев 25 дней исправительных работ заменено лишением свободы сроком на 1 месяц 25 дней, наказание отбыто, 

осужденного по п.п.«а,б,в» ч.2 ст. 158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы. На основании ст.74 УК РФ условное осуждение ему по приговорам от декабря 2016 года и 9 марта 2017 года отменено, на основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по указанным приговорам окончательно назначено 5 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 

Срок отбытия наказания исчислен с 28 ноября 2018 года. Зачтено в срок наказания время содержания ФИО1 под стражей с 16 ноября 2016 года до 10 марта 2017 года и с 31 января по день вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ из расчета один содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в колонии общего режима.

ФИО2 ФИО23, дата года рождения, проживающего в адрес, не судимого, 

осужденного по п.п.«а,б,в» ч.2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы. С применением ст.73 УК РФ наказание сочтено условным с испытательным сроком 1 год 6 месяцев. На осужденного возложены обязанности, предусмотренные ч.5 ст.73 УК РФ. 

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в краже из металлического гаража мотоцикла и велосипеда, общей стоимостью 239 650 рублей, совершенного по предварительному сговору группой лиц, с причинением значительного ущерба потерпевшему ФИО24. 

Преступление совершено в ночь на дата в адрес при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Осужденный ФИО1 в своей апелляционной жалобе с дополнениями оспаривает обоснованность юридической оценки инкриминированного ему деяния, а также свою причастность к преступлению. Со ссылкой на отказ осужденного ФИО2 от своих показаний, данных в качестве подозреваемого, считает недоказанным совершение преступления группой лиц по предварительному сговору. Приводит доводы относительно незаконной постройки гаража, в связи с чем приходит к выводу, что признак совершения кражи с незаконным проникновением в хранилище вменен ему ошибочно. Считает, что суд не учел требования закона при установлении значительности причиненного ущерба. Не доказал корыстный мотив преступления, то, что именно он повредил замок гаража, а ФИО2 смотрел по сторонам. Со ссылкой на отсутствие документов о приобретении велосипеда «...» потерпевшим, его показания, протокол опознания им велосипеда «...», приходит к выводу, что изъятый велосипед не принадлежит потерпевшему, и этот велосипед ошибочно признан вещественным доказательством по делу. Отмечает, что показания свидетеля Свидетель №1 согласуются с его показаниями и опровергают показания ФИО2. Не соглашается с мнением суда о достоверности показаний свидетеля Свидетель №3, данных на предварительном следствии. Анализируя показания свидетелей ФИО15, Свидетель №2, подсудимого ФИО2, его явку с повинной, протокол осмотра места происшествия, заключения экспертов, указывает, что они не доказывают его причастность к преступлению. К такому же выводу приходит, анализируя собственные показания, согласующиеся, по его мнению, с показаниями свидетелей Свидетель №5, Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3 в суде и другими доказательствами. Со ссылкой на состояние здоровья, возможный самооговор либо оказанное давление оспаривает достоверность показаний ФИО2. Отмечает, что суд неверно оценил его личность, семейные проблемы, не мотивировал, по какой причине отменил условное осуждение по предыдущему приговору. Не соглашается с решениями суда об отказе в удовлетворении его ходатайств, в удостоверении замечаний на протоколы судебного заседания, с которыми его своевременно не знакомили. Приводит перечень постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, которые остались невыполненными судом.

Не соглашается с решениями суда об отказе в удовлетворении ходатайств: о вызове в судебное заседание экспертов-психиатров; об изменении порядка исследования доказательств, установленного самим судом с учетом мнения сторон; об отказе в производстве аудиозаписи судебного заседания притом, что микрофоны в зале судебного заседания имелись; о вызове потерпевшего для повторного допроса и других ходатайств, направленных на установление истины по делу, чем было нарушено его право на защиту. Просит пересмотреть все ходатайства и удовлетворить. 

Обжаловал также постановление суда от 4 октября 2018 года, которым было отказано в удовлетворении его замечаний на протокол судебного заседания от дата. Ввиду неполноты протокола считает постановление необоснованным, просит его отменить, замечания удовлетворить.

Обжаловал постановление суда от 21 января 2019 года, которым было отказано в удовлетворении его замечаний на протокол судебного заседания от дата. Отмечает, что он указал на то, что его ходатайство о повтором вызове потерпевшего осталось не рассмотренным и не была дана возможность повторно допросить потерпевшего, чем нарушены его права. Данное обстоятельство не отражено в полной мере в протоколе. Ссылку суда на ч.2 ст.260 УК РФ считает несостоятельной.

Просит приговор отменить, его оправдать по предъявленному обвинению либо вернуть уголовное дело прокурору.

В апелляционном представлении с учетом дополнения ставится вопрос об изменении приговора в связи с его несправедливостью. По мнению государственного обвинителя, суд не в полной мере учел требования ст.60 УК РФ, назначил осужденным мягкое наказание, которое не будет способствовать достижению целей наказания. Предлагается усилить наказание ФИО1, увеличить испытательный срок ФИО2. Кроме того, предлагается исключить из обвинения осужденных хищение велосипеда, поскольку ФИО2 отрицает хищение, а показания потерпевшего противоречивы. 

Осужденный ФИО1 представил возражения апелляционному представлению, указав на то, что доводы представления не имеют юридической силы.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции

осужденный ФИО1 и его адвокат поддержали апелляционную жалобу и изложенные в ней требования в полном объеме. 

Защитник осужденного ФИО2 просит приговор оставить без изменения. 

Прокурор просил исключить из обвинения хищение велосипеда, при этом усилить наказание, назначив ФИО1 4 года лишения свободы за преступление, окончательно 7 лет, увеличив испытательный срок ФИО2.

Проверив материалы уголовного дела, исследовав дополнительные документы, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, суд второй инстанции приходит к следующему. 

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и основан на правильном применении уголовного закона.

Обжалованный приговор указанным требованиям закона отвечает не в полной мере.

В судебном заседании подсудимый Ховрин вину не признал. Пояснил, что помогал продать мотоцикл и велосипед ФИО2 и незнакомому мужчине. Кражу не совершал. 

ФИО2 предъявленное обвинение признал частично, признал факт совместной с ФИО1 кражи мотоцикла, отрицал кражу велосипеда, дал показания об обстоятельствах совершенного преступления и последующей продажи мотоцикла. 

Суд в приговоре дал оценку показаниям осужденных, а также другим исследованным доказательствам, привел мотивы, по которым принял одни из доказательств и отверг другие и вопреки позиции ФИО1 пришел к обоснованному выводу о причастности осужденных к инкриминируемому деянию.

Доводы ФИО1 о недопустимости показаний ФИО2 ввиду его психической неполноценности, их противоречивости, получения под давлением, о самооговоре голословны, а потому приняты быть не могут. Показания ФИО2 об обстоятельствах совершения кражи и последующей реализации похищенного, данные, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, последовательны, достаточно подробны, логичны, значимых противоречий не содержат. Определенное насилие к нему было применено при задержании. Сведений же о том, что он давал показания под принуждением материалы уголовного дела не содержат. Сам он указывает на добровольность написания явки с повинной и дачи искренних показаний. Это же обстоятельство подтверждают его мама Свидетель №4, допрошенный судом оперуполномоченный полиции ФИО25. 

Последовательность показаний ФИО2 свидетельствует и о том, что он, вопреки утверждениям ФИО1, не был сильно пьян, помнит обстоятельства кражи.

Комиссия экспертов-психиатров пришла к выводу, что ФИО2 какими-либо психическими заболеваниями не страдает. Обнаруженные у него некоторые изменения психической деятельности выражены не столь значительно, не лишали его возможности осознавать фактически характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, как во время совершения преступления, так и после. Он может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них показания. Заключение сомнений не вызывает, поскольку дано квалифицированными специалистами, что не оспаривается участниками процесса. 

Достоверность показаний ФИО2 о краже и причастности к ней ФИО1 устанавливается не только их последовательностью, но и тем, что они подтверждаются иными доказательствами.

Так, протоколом осмотра места происшествия, заключением эксперта, установившего повреждение замка, показаниями потерпевшего подтверждается хищение мотоцикла путем взлома замков гаража.

По показаниям свидетеля Свидетель №4 она утром увидела во дворе мотоцикл, в парадной велосипед. Сын сказал, что мотоцикл оставили знакомые, в последующем уточнил, что оставил ФИО1.

Свидетель Свидетель №3 на предварительном следствии показала, что велосипед ей предложил и продал ФИО1. Она же показала, что ФИО1 попросил ее предоставить дачный участок для хранения его мотоцикла. Указанный мотоцикл в несколько разобранном состоянии был изъят на даче.

Свидетель Свидетель №2 в своих показаниях подтвердил, что ФИО2 позвал его помочь загрузить мотоцикл, пообещав за это 2 тыс. рублей. Это мероприятие происходило под руководством ФИО1, который заказал им такси, говорил, где встретиться с грузовой машиной.

Свидетель №1 суду показал, что, работая таксистом, подвез подсудимого ФИО2 с другим парнем до садов в адрес, где их задержали. Отметил, что ФИО2 дорогу до дачи знал плохо, несколько раз останавливались, чтобы сориентироваться.

Допрошенный судом оперуполномоченный ФИО25 суду пояснил, что к ним обратился потерпевший ФИО24, который в социальной сети нашел свой украденный мотоцикл, выставленный на продажу по запчастям, общался с продавцом о его покупке. Они продолжили переписку, договорились о встрече для приобретения мотоцикла, тогда и были задержаны ФИО2 и Свидетель №2. После этого ФИО2 созвонился с ФИО1, договорился передать ему деньги. Они контролировали встречу. ФИО1 навстречу к ФИО2 направил Свидетель №3 и Свидетель №5, сам остался в автомобиле, но был замечен и задержан. 

Показания ФИО2 согласуются в части и с показаниями ФИО1. Со слов ФИО2, ФИО1 предложил мотоцикл поставить на время у него во дворе, поскольку он сам может оказаться под подозрением. Такая позиция ФИО1 логична, поскольку он в отличие от ФИО2 неоднократно судим за кражи. 

На следующий день ФИО1 приехал с Свидетель №3, Свидетель №5 и забрал велосипед для Свидетель №3. Через несколько дней ФИО1 увез мотоцикл. После этого ФИО2 забыл про мотоцикл. Увидел его зимой, когда ездили к Свидетель №3 на дачу готовить шашлыки. Позже ФИО1 попросил его передать мотоцикл покупателю, получить за него деньги. Тогда он был задержан. 

Со слов ФИО1 он самостоятельно продал деталь от мотоцикла, вырученные деньги оставил себе, о продаже ФИО2 не сообщил. Он же, выложив в социальную сеть, нашел покупателя на мотоцикл, договорился с ним о деталях продажи, организовал поездку ФИО2 на дачу для реализации мотоцикла, то есть в отличие от ФИО2 активно занимался сбытом похищенного имущества. 

Анализ приведенных и иных собранных по уголовному делу и исследованных в судебных заседаниях судов первой и второй инстанций доказательств приводит к выводу, что ФИО1 инициировал кражу, вовлек в преступление ФИО2, затем стал реализовывать похищенное, пытаясь при этом оставаться в стороне с целью избежать возможной ответственности.

Об этом же свидетельствуют показания Свидетель №4 об угрозах и давлении со стороны ФИО1, который, находясь в следственном изоляторе, звонил ей, затем присылал СМС-сообщения, в воцапе, направлял к ней сожительницу Свидетель №5. Показания ФИО15 в этой части подтверждаются копией ее жалобы в адрес начальника СИЗО, ответом последнего, скриншотом письма ФИО1, в котором он оказывает давление и высказывает угрозы в адрес ФИО2 с целью получить от него нужные ему показания, который представила суду ФИО15 (л.д.№... т.№...). Содержание письма не оставляет сомнений в том, что оно интересно только ФИО1. 

Представленные суду стороной обвинения и положенные в основу приговора доказательства судом проверены в ходе судебного следствия, суд в приговоре дал им надлежащую оценку и обоснованно признал совокупность доказательств достаточным для признания ФИО1 и ФИО2 виновными в совершении инкриминируемого им деяния.

Допустимость приведенных в приговоре в обоснование выводов о виновности ФИО1 и ФИО2 доказательств сомнений не вызывает, поскольку они собраны по делу с соблюдением требований ст. 74, 86 УПК РФ, в том числе явка с повинной ФИО2, от которой он не отказывается, протокол очной ставки между ФИО2 и ФИО1, протокол допроса свидетеля Свидетель №3, исключить из числа доказательств которые просит ФИО1. Указанные документы составлены в соответствии с предъявляемыми требованиями. 

Довод ФИО1 о том, что он лишь помогал ФИО2 и некоему другому лицу продать велосипед и мотоцикл опровергается приведенной выше совокупностью доказательств.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №5, сожительница ФИО1, дала подробные показания об обстоятельствах помощи ФИО1 ФИО2 по продаже мотоцикла и велосипеда, соответствующие показаниям ФИО1, указывая, что с ФИО1 не разлучались, она присутствовала при разговорах. Учитывая ее близость к ФИО1, суд обоснованно не принял ее показания как лица, заинтересованного в исходе дела. К тому же ее показания опровергаются аналогично показаниям ФИО1. 

Довод ФИО1 о недоказанности предварительного сговора на кражу ввиду отказа от своих показаний ФИО2 является необоснованным. ФИО2 при допросе в качестве подозреваемого, а также в суде пояснял, что ФИО1 открыл ворота гаража, при этом ничего не распиливал и не ломал. Они проникли в гараж и вытащили мотоцикл. Совместные действия по завладению чужим имуществом вкупе с показаниями ФИО2 о просьбе ФИО1 помочь ему вытащить мотоцикл, находящийся в гараже, указывают на совершение преступления группой лиц по предварительному сговору и с незаконным проникновением в помещение. Довод о размещении гаража без соответствующего разрешения значения для юридической оценки деяния не имеет.

Вопреки мнению ФИО1 показания Свидетель №1 не опровергают показаний ФИО2. Оценка показаниям других лиц судом дана верная. Показания ФИО1, свидетелей Свидетель №5, Свидетель №3 в судебном заседании не перевешивают доказательства, положенные в основу обвинительного приговора как подтверждающие виновность ФИО1. 

Протокол судебного заседания составлен в соответствии со ст.259 УПК РФ, его части вручались ФИО1, поданные им замечания полно рассмотрены председательствующим в соответствии со ст.260 УПК РФ, в связи с чем оснований для пересмотра соответствующих постановлений от 4 октября 2018 года и 21 января 2019 года не имеется. Ссылка суда на ч.2 ст.260 УК РФ в постановлении от 21 января 2019 года, очевидно, является опиской, не влияющей на суть принятого решения. 

Ходатайства, заявленные ФИО1 в период судебного разбирательства, судом рассмотрены с вовлечением участников процесса, по ним приняты мотивированные решения в соответствии со ст.271 УПК РФ. Суд апелляционной инстанции соглашается с мнением суда первой инстанции о том, что исследованных доказательств достаточно для принятия решения по существу предъявленного обвинения.

Другие доводы апелляционной жалобы также не находят своего объективного подтверждения, не влекут отмены приговора.

Действия осужденных по пп. «а, б» ч.2 ст.158 УК РФ как кража, совершенная группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, квалифицированы верно. 

В то же время довод осужденного ФИО1 о неверной оценке их действий как причинивших значительный ущерб потерпевшему является обоснованным.

Данный признак преступления является оценочным и подлежит доказыванию, как и другие признаки состава преступления. Между тем, в материалах уголовного дела не содержится данных об имущественной состоятельности потерпевшего и его семьи. Суд в нарушение требований ст.307 УПК РФ в приговоре также не привел мотивов признания этого признака доказанным. При таких обстоятельствах пункт «в» части 2 ст.158 УК РФ подлежит исключению из приговора с соразмерным смягчением назначенного осужденным наказания.

Также суд второй инстанции считает необходимым исключить из обвинения осужденных хищение велосипеда. ФИО2, чьи показания признаны достоверными, с начала предварительного следствия отрицал хищение велосипеда. Учитывая, что они вдвоем толкали тяжелый мотоцикл, одновременно с мотоциклом забрать велосипед физически не могли. Обвинение в этой части не конкретизировано. Кроме того достоверно не установлена принадлежность изъятого по делу велосипеда потерпевшему ФИО24. Документы на этот велосипед он не предоставил, указал, что он детский, назвал его «.... В суде также показал, что похитили «...». Изъят же велосипед «...». Из материалов дела не видно, что он детский. При таких сомнительных данных, учитывая требования ст.14 УПК РФ, признать бесспорно доказанным обвинение в хищении велосипеда не представляется. 

При назначении наказания суд обоснованно учел степень общественной опасности и характер совершенного преступления, данные о личности ФИО1 и ФИО2, установленные в судебном заседании смягчающие ФИО2 наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, мотивировал назначение наказания в виде лишения свободы. 

Суд второй инстанции вопреки мнению государственного обвинителя соглашается с назначенным наказанием ФИО1 и ФИО2, поскольку оно отвечает требованиям справедливости и статьям 6, 43 ч.2, 60 ч.3 УК РФ, личности виновных. 

ФИО1 ранее неоднократно привлекался к уголовной ответственности. Вопреки суждению осужденного суд в соответствии с ч.4 ст.74 УК РФ мотивировал отмену ему условного осуждения и назначил наказание на основании ст.70 УК РФ. 

Учитывая, что ФИО1 судом кассационной инстанции снижено наказание по приговору от 20 декабря 2016 года, назначенное по настоящему приговору окончательное наказание также подлежит снижению.

Суд при наличии оснований применил ч.1 ст.62 и ст.73 УК РФ при назначении наказания ФИО2, не усмотрел оснований для применения к осужденным ст.64, 15 ч.6 УК РФ, таковых не усматривает и суд второй инстанции.

Согласно п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ ФИО1, осужденному за преступление средней тяжести с присоединением наказаний также за преступления средней тяжести, не отбывавшему лишение свободы до совершения последнего преступления, отбывание наказания в исправительной колонии общего режима может быть определено с приведением в приговоре мотивов принятого решения. Такие мотивы в приговоре отсутствуют, в связи с чем его следует направить для отбывания наказания в колонию-поселение. Соответственно зачесть время содержания под стражей в срок лишения свободы на основании ст.72 УК РФ из соответствия одного дня содержания в следственном изоляторе двум дням отбывания наказания в колонии-поселении. 

В остальном уголовное дело рассмотрено, приговор постановлен с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, норм уголовного закона, оснований для его отмены не имеется. Имеются предусмотренные пп.2, 3, 4 ст.389.15 УПК РФ основания для его изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд второй инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Кировского районного суда г.Уфы от 28 ноября 2018 года в отношении ФИО1 ФИО22 и ФИО2 ФИО23, изменить:

- исключить из обвинения осужденных признак совершения преступления «с причинением значительного ущерба гражданину» (п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ), а также хищение велосипеда;

- смягчить назначенное ФИО1 по пп. «а, б» ч.2 ст.158 УК РФ наказание до 2 лет 3 месяцев лишения свободы;

- на основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговорам от 20 декабря 2016 года и 9 марта 2017 года ФИО1 назначить окончательное наказание в виде 4 лет 8 месяцев лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении;

- зачесть ФИО1 в срок наказания время содержания его под стражей с 16 ноября 2016 года до 10 марта 2017 года и с 31 января 2018 года по 14 марта 2019 года (день вступления приговора в силу) из соответствия одного дня содержания в следственном изоляторе двум дням отбывания наказания в колонии-поселении; 

- смягчить назначенное ФИО2 по п.п. «а, б» ч.2 ст.158 УК РФ наказание до 1 года 6 месяцев лишения свободы. 

В остальной части приговор оставить без изменения, частично удовлетворив апелляционные жалобу и представление.

Настоящее постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Г

Председательствующий п/п

Справка: дело 22-816 Судья: Шаймухаметов Р.Р.