УИД 31RS0015-01-2024-001306-74 Дело № 1-9/2025

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации 20 марта 2025 года город Новый Оскол 

Новооскольский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Клюева А.В., 

при секретарях судебного заседания: Р.Е.Д., Н.А.Д., помощнике судьи Т.А.Н.,

с участием: государственных обвинителей Д.В.А. и Д.М.С.,

подсудимого Д.С.В. и его защитника – адвоката Л.М.С., 

потерпевшего Ш.Д.Э., законного представителя несовершеннолетней потерпевшей Ш.Е.Д. - Ш.О.О., представителя несовершеннолетнего гражданского истца Ш.К.Д. - Ш.О.О., представителя потерпевших и гражданского истца – адвоката Т.Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению:

Д.С.В., родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, гражданина России, работающего водителем АО «Приосколье», со средним общим образованием, вдовца, в браке не состоящего, имеющего на иждивении малолетнего сына и несовершеннолетнюю дочь, не судимого, -

по ч.1 ст.264 УК РФ,

установил:

Д.С.В., управляя автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено на 111-м километре автодороги «М-2 «Крым» Москва – Тула – Орёл – Курск – Белгород – граница с Украиной, соединительная дорога «Белгород-М-4-Дон» при таких обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ в 23-м часу Д.С.В., управляя технически исправным автомобилем «Шевроле Круз» с государственным регистрационным знаком № (далее - г.р.з.) и двигаясь по вышеуказанному участку автодороги со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> со скоростью 70 км/ч, проявив преступную небрежность, в нарушение п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее - ПДД РФ), выбрал ненадлежащую скорость, не обеспечивающую безопасность дорожного движения, при этом не учёл интенсивность движения, особенности транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, и то, что скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения ПДД РФ, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, мог и должен был предвидеть наступление общественно опасных последствий, которые могли возникнуть при нарушении им ПДД РФ.

Д.С.В. не придал допущенным нарушениям должного значения и в нарушение п. 11.1 ПДД РФ, не убедившись в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, приступил к обгону автомобиля «БАЗ 6403-010» г.р.з. № в составе с полуприцепом тяжеловозным «ЧМЗАП» г.р.з. №, двигавшегося в соответствии с ПДД РФ в попутном направлении, после чего не завершив начатый манёвр, в нарушение п. 1.4 ПДД РФ устанавливающего правостороннее движение транспортных средств, продолжил движение по встречной полосе, на которой допустил столкновение с двигавшимся в соответствии с ПДД РФ во встречном ему направлении автомобилем «ВАЗ 21100» г.р.з. № под управлением Ш.Д.Э., от которого автомобиль «Шевроле Круз» г.р.з. № приобрёл вращающий момент, что привело к сближению и контакту элементами кузова с полуприцепом тяжеловозным «ЧМЗАП» г.р.з. №, а также вследствие потери курсовой устойчивости контакту передней частью кузова и левой боковой частью автомобиля «БАЗ 6403-010» г.р.з. №. 

В результате дорожно-транспортного происшествия водителю автомобиля ВАЗ Ш.Д.Э. были причинены телесные повреждения в виде оскольчатого перелома локтевого отростка левой локтевой кости со смещением, вывиха левого предплечья кпереди; перелома шейки левой бедренной кости с угловым смещением; рваной раны области правого коленного сустава по медиальной стороне; рваной раны области левого коленного сустава по латеральной стороне, квалифицирующиеся в совокупности, за счёт перелома шейки левой бедренной кости, как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи (п. 6.11.5 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека).

Пассажиру автомобиля ВАЗ малолетней Ш.Е.Д. были причинены телесные повреждения в виде 

<

данные изъяты>, квалифицирующихся в совокупности, за счёт 

<

данные изъяты>, как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи (п. 6.11.8 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека).

Таким образом, Д.С.В. грубо нарушил требования пунктов 10.1, 11.1 и 1.4 Правил дорожного движения РФ, что привело к дорожно-транспортному происшествию, повлекшему за собой причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью Ш.Д.Э. и Ш.Е.Д.

Между нарушением Д.С.В. Правил дорожного движения РФ и причинением Ш.Д.Э. и Ш.Е.Д. тяжкого вреда здоровью имеется прямая причинно-следственная связь.

В судебном заседании подсудимый Д.С.В. заявил о частичном признании вины, при этом, исходя из данных им в судебном заседании показаний о том, что виновником дорожно-транспортного происшествия себя не считает, фактически вину не признал. По обстоятельствам дела показал, что является профессиональным водителем и имеет значительный стаж вождения. ДД.ММ.ГГГГ в 23-м часу, управляя полностью технически исправным автомобилем «Шевроле Круз» г.р.з. № вместе со своей знакомой М.М.В. ехал по автодороге М-2 «Крым» Москва – Тула – Орёл – Курск – Белгород – граница с Украиной, соединительная дорога «Белгород-М-4-Дон» из 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>. Подъезжая к 

<

адрес> на спуске двигался со скоростью 50 км/ч, при движении на подъём, убедившись в отсутствии попутных транспортных средств, ускорился до 70 км/ч. На подъёме, в 10-15 метрах впереди от его автомобиля, неожиданно для себя увидел препятствие «чёрное пятно», как впоследствии ему стало известно автомобиль «БАЗ» в составе с полуприцепом тяжеловозным «ЧМЗАП», которое воспринял как опасность для своего движения, в связи с чем принял меры к торможению, однако понимая, что столкновения не избежать, а также принимая во внимание наличие справа металлического ограждения дороги и кювет, принял решение объехать находившееся на автодороге впереди него транспортное средство. Выехав на встречную полосу движения, увидел свет фар ехавшего ему навстречу автомобиля, в связи с чем, с целью избежать столкновения, приблизился к автомобилю «БАЗ» в составе с полуприцепом «ЧМЗАП», находившемуся справа от него на правой полосе движения, после чего произошло столкновение с встречным автомобилем «ВАЗ 21100» под управлением Ш.Д.Э.

Несмотря на занятую Д.С.В. позицию его вина подтверждается показаниями потерпевшего, законного представителя потерпевшей и свидетелей в судебном заседании, заключениями экспертов, вещественными доказательствами, протоколами осмотров места дорожно-транспортного происшествия, транспортных средств, а также иными документами.

Так, по сообщению, поступившему ДД.ММ.ГГГГ в дежурную часть ОМВД России по Новооскольскому городскому округу, в 22 час. 30 мин. от диспетчера ЕДДС – на автодороге в районе 

<

адрес> ДТП с пострадавшими (т. 1 л.д. 31).

Потерпевший Ш.Д.Э. в судебном заседании показал, что имеет водительское удостоверение категории «В, В1», в своём пользовании имел автомобиль «ВАЗ 21100» г.р.з. №. ДД.ММ.ГГГГ в 23-м часу, управляя автомобилем «ВАЗ 21100» г.р.з. №, по автодороге М-2 «Крым» Москва – Тула – Орёл – Курск – Белгород – граница с Украиной, соединительная дорога «Белгород-М-4-Дон», следовал домой в 

<

адрес> со стороны 

<

адрес>. Также в салоне автомобиля находились его супруга – Ш.О.О. и малолетние дети: сын - Ш.К.Д. и дочь - Ш.Е.Д., в детских креслах. В связи с неблагоприятными погодными условиями в виде тумана управлял указанным автомобилем со скоростью не более 60 км/ч. Следуя по автодороге, на спуске увидел, что ему навстречу едет военный тягач, у которого были включены фары и проблесковый маячок. Во время разъезда с автомобилем военного назначения, он увидел, что из-за прицепа последнего на его полосу движения выехал легковой автомобиль. Во избежание столкновения произвёл экстренное торможение и принял к обочине правее. В этот момент произошло столкновение, в результате которого ему и его детям были причинены телесные повреждения, с которыми они были доставлены в лечебные учреждения. Полагал, что причиной дорожно-транспортного происшествия является нарушение водителем Д.С.В. ПДД РФ, выразившихся в выезде на встречную полосу движения и допущенном столкновении.

Ш.О.О., являющаяся законным представителем несовершеннолетней потерпевшей Ш.Е.Д., в судебном заседании подтвердила обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, изложенные потерпевшим Ш.Д.Э. и полагала, что причиной дорожно-транспортного происшествия является нарушение водителем Д.С.В. ПДД РФ, выразившихся в выезде на встречную полосу движения и допущенном столкновении. 

Свидетель М.М.В. в судебном заседании сообщила, что ДД.ММ.ГГГГ в 23 часу на автомобиле «Шевроле Круз» г.р.з. № под управлением Д.С.В. следовала из 

<

адрес> в 

<

адрес> по автодороге, местами на дороге имелся туман, скорость автомобиля составляла 60-70 км/ч. Во время движения автомобиля на подъём, в 10-15 метрах впереди увидела препятствие в виде «тёмного пятна», в этот момент Д.С.В. начал торможение. Не успев затормозить Д.С.В. выехал на встречную полосу движения, при этом увеличив скорость автомобиля. В этот момент увидела двигавшийся по встречной полосе движения автомобиль, который спускался с подъёма. Д.С.В. направил автомобиль правее, после чего произошло столкновение с передней частью двигавшегося навстречу легкового автомобиля. После столкновения автомобиль, в котором она передвигалась, отбросило под передние колёса кабины «трала». После произошедшего дорожно-транспортного происшествия вышла из автомобиля и увидела, что автомобиль под управлением Д.С.В. совершил столкновение с легковым автомобилем и автомобилем военного назначения, на котором размещалась военная техника. Подойдя к легковому автомобилю, с которым произошло столкновение, открыла заднюю левую дверь и взяла на руки девочку, сидевшую в детском удерживающем кресле на заднем пассажирском сидении. Показала, что в месте выезда на встречную полосу движения и столкновения с автомобилем «ВАЗ 21100» на автодороге была нанесена прерывистая линия разметки.

Свидетель И.П.О. в судебном заседании сообщил, что ДД.ММ.ГГГГ года около 22 часов следовал на своём автомобиле «ВАЗ 2115» по автомобильной дороге из 

<

адрес> в 

<

адрес>. По пути следования было темно, местами на автодороге был туман. На одном из участков автодороги, на подъёме, увидел аварийный сигнал остановки автомобиля, в связи с чем снизил скорость до остановки своего автомобиля. Остановившись за автомобилем «Фольксваген Поло» с включенным аварийным сигналом увидел, что на автодороге произошло дорожно-транспортное происшествие, на месте ДТП, слева от него, на проезжей части, находился автомобиль «ВАЗ 21100» с сильными повреждениями в передней части. Водитель автомобиля «ВАЗ» был зажат в салоне, иных пассажиров в салоне указанного автомобиля не видел. В связи с имевшимся задымлением под повреждённым капотом автомобиля «ВАЗ», отключил клеммы аккумулятора и попытался помочь водителю, однако извлечь водителя из салона своими силами не получилось. О происшествии сообщил в дорожно-патрульную службу. Также в месте ДТП на автодороге располагались автомобиль «Шевроле» и военный «трал» (кабина и прицеп). Автомобиль «Шевроле» стоял поперёк автодороги передней частью к кабине «трала», непосредственно около кабины. На прицепе «трала» видел следы соприкосновения «чиркания». Хвостовая часть «трала» находилась до знака «Обгон запрещен», кабина «трала» и автомобиль «Шевроле» после знака. Автомобиль «ВАЗ» располагался на проезжей части до знака «Обгон запрещён». До знака «Обгон запрещён» на автодороге была нанесена прерывистая линия разметки, после знака сплошная линия разметки. Автомобиль «ВАЗ» стоял в зоне прерывистой линии разметки, хвостовая часть «трала» также располагалась в зоне прерывистой линии разметки, при этом кабина «трала» в зоне сплошной линии разметки за знаком «Обгон запрещён». Автомобиль «Шевроле» стоял поперек автодороги непосредственно на сплошной линии. Исходя из обстановки на месте ДТП предположил, что произошло столкновение автомобилей «ВАЗ» и «Шевроле». Далее к месту ДТП прибыли сотрудники экстренных служб, окончания работы которых и возможности проезда он ожидал в своём автомобиле.

Из протоколов осмотров, схемы и фототаблицы места дорожно-транспортного происшествия и участвовавших в нём транспортных средств видно, что местом дорожно-транспортного происшествия является участок, расположенный на 111 километре автодороги М-2 «Крым» Москва – Тула – Орёл – Курск – Белгород – граница с Украиной, соединительная дорога «Белгород-М-4-Дон». Ширина проезжей части составляет 7,6 метра, ширина левой и правой полос 3,8 метра. На проезжей части нанесены линии разметки для разделения встречных потоков транспортных средств (1.2, 1.6, 1.11). К проезжей части автодороги примыкают, справа и слева: боковые поверхности ограничения дорог и обочина. В месте дорожно-транспортного происшествия находятся поврежденные автомобили: 1) Автомобиль «БАЗ 6403-010» г.р.з. № в составе с полуприцепом тяжеловозным «ЧМЗАП» г.р.з. №, на котором размещалась транспортируемая военная техника, расположен на левой полосе движения (по ходу осмотра), передней частью обращен в сторону 

<

адрес>, на автомобиле «БАЗ 6403-010» установлено наличие повреждений переднего левого крыла, левой подножки, переднего бампера, на полуприцепе тяжеловозном «ЧМЗАП» установлено наличие повреждения лакокрасочного покрытия в центральной части платформы с левой стороны, 2) Автомобиль «Шевроле Круз» г.р.з. № расположен на проезжей части автодороги на разделительной полосе, передней частью обращен в сторону 

<

адрес>, на автомобиле обнаружены повреждения заднего бампера, крышки багажника, заднего правого крыла, заднего правого и левого фонарей, задней правой двери, передней правой двери, переднего правого крыла, капота, лобового стекла, переднего бампера, переднего левого крыла, передних левой и правой блокфар, передней левой двери, задней левой двери, заднего левого крыла, крыши, левой боковой стойки, правой боковой стойки, 3) Автомобиль «ВАЗ 21100» г.р.з. №, расположен на правой полосе (по ходу осмотра) проезжей части автодороги, на автомобиле обнаружены повреждения переднего бампера, передних правого и левого крыльев, передних левой и правой блокфар, капота, лобового стекла, крыши, передних левой и правой дверей, задней левой двери, левого порога, решётки радиатора. В ходе осмотра автомобили «Шевроле Круз» и «ВАЗ 21100» изъяты. Автомобиль БАЗ 6403-010» в составе с полуприцепом тяжеловозным «ЧМЗАП» передан представителю Министерства обороны РФ (т. 1 л.д. 35-43, 44, 45-51, 192).

Автомобили «БАЗ 6403-010» г.р.з. № в составе с полуприцепом тяжеловозным «ЧМЗАП» г.р.з. №, «Шевроле Круз» г.р.з. №, «ВАЗ 21100» г.р.з. № осмотрены и признаны следователем вещественными доказательствами по уголовному делу (т.1 л.д. 187-189, 190, 191, т.2 л.д. 26, 120, 151-152, 157-158, 159-160). 

Согласно протоколу осмотра места происшествия – 111-го километра автодороги М-2 «Крым» Москва – Тула – Орёл – Курск – Белгород – граница с Украиной, соединительная дорога «Белгород-М-4-Дон» от ДД.ММ.ГГГГ следователем, по результатам измерения участка автодороги, являвшегося местом дорожно-транспортного происшествия, установлен угол подъёма проезжей части автодороги (т.2 л.д. 35-39). 

Из сведений метеорологической станции второго разряда Новый Оскол ФГБУ «Центрально-Чернозёмное управление по гидрометеорологии и мониторингу» следует, что ДД.ММ.ГГГГ наблюдались следующие метеорологические явления: видимость (огни) 200 метров, влажность воздуха 98%, температура воздуха +0,4С, штиль, пасмурно, туман 200 метров (т.2 л.д. 78). 

Согласно результатам освидетельствования, у водителей Ш.Д.Э., К.А.В. и Д.С.В. состояние алкогольного опьянения не установлено (т.1 л.д. 54, 55, 58, 59, т.2 л.д. 122, 123).

По заключению судебной автотехнической экспертизы:

место столкновения (точка контакта) автомобилей «Шевроле Круз» и «ЛАДА» расположено на полосе движения автомобиля «ЛАДА»;

место столкновения (точка контакта) автомобилей «Шевроле Круз» и «ЧМЗАП» расположено на полосе движения в направлении 

<

адрес>.

Угол между продольными осями автомобиля «ЛАДА» и «Шевроле Круз» в момент столкновения составлял около 160°+170°;

угол между продольными осями автомобиля «Шевроле Круз» и полуприцепа «ЧМЗАП» в момент столкновения составлял около 5°+10°;

угол между продольными осями автомобиля «Шевроле Круз» и автомобиля «БАЗ» в момент столкновения составлял около 5°+15°.

Перед столкновением автомобиль «ЛАДА» двигался по автодороге «Белгород-М4 Дон-Москва-Воронеж-Ростов на Дону-Краснодар-Новороссийск» (в настоящее время автодорога М-2 «Крым» Москва – Тула – Орёл – Курск – Белгород – граница с Украиной, соединительная дорога «Белгород-М-4-Дон») в сторону 

<

адрес>, автомобиль «Шевроле Круз» двигался во встречном направлении. В районе 111-го километра указанной автодороги в результате выезда автомобиля «Шевроле Круз» на полосу проезжей части, предназначенную для встречного движения, траектории транспортных средств пересеклись;

в момент столкновения первоначальный контакт происходил между передней левой частью кузова автомобиля «ЛАДА» и левой боковой частью кузова автомобиля «Шевроле Круз», в процессе взаимодействия происходило взаимное внедрение, деформация и разрушение контактирующих кузовных элементов транспортных средств и связанное с этим сближение их центров масс;

угол между продольными осями транспортных средств в момент столкновения составлял около 160°+170°;

исходя из конечного положения автомобиля «БАЗ» с полуприцепом «ЧМЗАП» и габаритных размеров автомобиля «Шевроле Круз» (ширина 1,8 м.) следует, что место столкновения (точка контакта) автомобиля «Шевроле Круз» и автомобиля «ЛАДА» расположено на полосе движения автомобиля «ЛАДА»;

растратив кинетическую энергию автомобиль «Лада» занял конечное положение, зафиксированное в материалах дела;

далее происходил контакт между задней правой частью автомобиля «Шевроле Круз» и левой боковой частью полуприцепа «ЧМЗАП»;

угол между продольными осями транспортных средств в момент столкновения составлял 5°+10°;

исходя из конечного положения автомобиля «БАЗ» с полуприцепом «ЧМЗАП» следует, что место их столкновения (точка контакта) расположено на полосе движения в направлении 

<

адрес>;

далее, в результате потери курсовой устойчивости автомобиля «Шевроле Круз» произошёл контакт между передней правой частью кузова автомобиля «Шевроле Круз» и левой боковой частью автомобиля «БАЗ»;

место столкновения автомобиля «Шевроле Круз» с автомобилем «БАЗ» расположено на полосе движения в направлении 

<

адрес> в месте их конечного положения;

в результате эксцентричного удара автомобиль «Шевроле Круз» приобрёл вращающий момент, направленный «по ходу часовой стрелки», что привело к его развороту;

растратив кинетическую энергию автомобиль «Шевроле Круз» занял конечное положение, зафиксированное в материалах дела;

после контакта между передней правой частью кузова автомобиля «Шевроле Круз» и левой боковой частью автомобиля «БАЗ» последний продвинулся на незначительное расстояние (около 1,0 м. – длина царапины на капоте автомобиля «Шевроле Круз») занял конечное положение, зафиксированное в материалах дела;

Столкновение произошло на полосе движения автомобиля «ЛАДА», т.е. водитель именно данного автомобиля имел преимущество для движения в данной ситуации;

решение вопроса о возможности предотвращения столкновения водителем автомобиля «Шевроле Круз», в данной ситуации, когда данный автомобиль должен был согласно п.11.1 ПДД РФ - «прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии», нецелесообразно с технической точки зрения, поскольку для избежание дорожно-транспортного происшествия, указанному водителю достаточно было действовать согласно п.п. 1.3, 11.1 ПДД РФ.

Водитель автомобиля «Шевроле Круз» Д.С.В. должен был действовать в сложившейся обстановке согласно п.п. 1.3, 11.1 ПДД РФ.

Водитель автомобиля «Лада» Ш.Д.Э. должен был действовать в сложившейся обстановке согласно п.п. 10.1 ПДД РФ.

Водитель автомобиля «БАЗ» в составе с полуприцепом «ЧМЗАП» К.А.В. должен был действовать в сложившейся обстановке согласно п.п. 23.5 ПДД РФ (т.2 л.д. 42-53).

Согласно представленному в судебное заседание ФКУ «Управление автомобильной магистрали Москва-Харьков Федерального дорожного агентства» проекту организации дорожного движения на участке «км 110+000 – км 111+000» автодороги М-2 «Крым» Москва – Тула – Орёл – Курск – Белгород – граница с Украиной, соединительная дорога «Белгород-М-4-Дон», действовавшему на ДД.ММ.ГГГГ, на участке 111 километр (110 км. + 698-948 м.) указанной автодороги проектом предусмотрена дорожная разметка 1.5 (приложение 2 к ПДД РФ). Разметка 1.6 (приложение 2 к ПДД РФ) предусмотрена на участке 111 километр (110 км. + 598-698 м.) автодороги. Знак 3.20 «Обгон запрещен» ПДД РФ установлен на участке 111 километр (110 км. + 598 м.) автодороги. Разметка 1.11 (приложение 2 к ПДД РФ) нанесена на участке 111 километр (110 км. + 298-598 м.) автодороги. 

В соответствии с заключением судебно-медицинского эксперта, у Ш.Д.Э. при поступлении с ДД.ММ.ГГГГ в стационар лечебного учреждения, были выявлены: оскольчатый перелом локтевого отростка левой локтевой кости со смещением, вывих левого предплечья кпереди; перелом шейки левой бедренной кости с угловым смещением; рваная рана области правого коленного сустава по медиальной стороне; рваная рана области левого коленного сустава по латеральной стороне, квалифицирующиеся в совокупности, за счёт перелома шейки левой бедренной кости, как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи (п. 6.11.5 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека). Эти повреждения могли образоваться в дату обращения за медицинской помощью от воздействия тупых предметов, в том числе в салоне легкового автомобиля при столкновении двух движущихся автомобилей (т. 1 л.д. 198-199).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, у Ш.Е.Д. при поступлении с ДД.ММ.ГГГГ в стационар лечебного учреждения были выявлены: 

<

данные изъяты>, квалифицирующиеся в совокупности, за счёт 

<

данные изъяты>, как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода оказания (п. 6.11.8. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённых Приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008 г.). Эти повреждения могли образоваться в дату обращения за медицинской помощью от воздействия тупых предметов, в том числе в салоне легкового автомобиля при столкновении двух движущихся автомобилей (т. 1 л.д. 208-209).

Показания, данные в судебном заседании подсудимым Д.С.В. о том, что он управлял автомобилем с разрешённой скоростью, а причиной выезда на встречную полосу движения и как следствие дорожно-транспортного происшествия явилось нарушение ПДД РФ водителем автомобиля «БАЗ» в составе с полуприцепом тяжеловозным «ЧМЗАП» К.А.В., выразившееся в отсутствии работающих задних габаритов и световых сигналов на полуприцепе, в связи с чем он своевременно не обнаружил препятствие на своей полосе движения, суд признаёт не состоятельными. В нарушение требований ПДД РФ подсудимый Д.С.В. не учёл интенсивность движения, видимость в направлении движения, избрал скорость для своего движения, не обеспечивающую возможности постоянного контроля за движением управляемого им транспортного средства, а при возникновении опасности для движения не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, а также не убедился в безопасности манёвра и двигался по полосе, предназначенной для встречного движения. При должной внимательности и предусмотрительности Д.С.В. мог и должен был оценить дорожную обстановку таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. 

Заявления стороны защиты о нарушении водителем К.А.В. Правил дорожного движения РФ носят голословный характер. Каких-либо данных, свидетельствующих о возможном нарушении им ПДД РФ, в судебном заседании не установлено. Кроме того, действиям водителя К.А.В. дана уголовно-правовая оценка, по результатам рассмотрения сообщения о преступлении в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст.264 УК РФ отказано по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, о чём вынесено соответствующее постановление следователем, с которым суд соглашается (т. 2 л.д. 82-87). 

Суд убеждён, что именно действия водителя Д.С.В. состоят в прямой причинной связи с произошедшим столкновением и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшим, что носит явный и очевидный характер.

Показания подсудимого Д.С.В. и свидетеля М.М.В. о том, что автомобиль «Шевроле Круз» под управлением Д.С.В. первоначально столкнулся с полуприцепом «ЧМЗАП» и уже после этого с автомобилем «ВАЗ 21100», опровергнуто заключением автотехнической судебной экспертизы, в соответствии с которым в момент столкновения первоначальный контакт происходил между передней левой частью кузова автомобиля «ВАЗ 21100» и левой боковой частью кузова автомобиля «Шевроле Круз», далее происходил контакт между задней правой частью и левой боковой частью полуприцепа «ЧМЗАП», в результате потери курсовой устойчивости автомобиля «Шевроле Круз» далее произошёл контакт между передней правой частью кузова автомобиля «Шевроле Круз» и левой боковой частью автомобиля «БАЗ». 

Причину занятой Д.С.В. позиции, суд усматривает в желании подсудимого избежать ответственности за совершённые противоправные действия, результатом которых явилось причинение тяжкого вреда здоровью потерпевших, и как следствие этого возмещения причинённого вреда.

Показания свидетелей М.М.В. и И.П.О. принимаются судом в той части, в которой они соотносятся с установленными в судебном заседании обстоятельствами дорожно-транспортного происшествия. 

Судом признаются не состоятельными и не принимаются в качестве доказательств показания свидетеля М.М.В. о том, что Д.С.В., управляя автомобилем, в целях недопущения столкновения с другим транспортным средством был вынужден выехать на встречную полосу движения автодороги, поскольку управляя автомобилем, являющегося источником повышенной опасности, в нарушение требований ПДД РФ, Д.С.В. не учёл интенсивность движения, видимость в направлении движения, избрал скорость для своего движения, не обеспечивающую возможности постоянного контроля за движением управляемого им транспортного средства, а при возникновении опасности для движения не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, а также не убедился в безопасности манёвра и двигался по полосе, предназначенной для встречного движения. 

Показания свидетелей М.М.В. и И.П.О., в части сообщенных ими сведений о не работавших задних габаритах и световых сигналах на полуприцепе «ЧМЗАП», судом также не принимаются как несостоятельные, поскольку они опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, в судебном заседании, при исследовании протокола осмотра места происшествия, фототаблицы (т.1 л.д. 35-51) и цветных фотографий места ДТП (на оптическом диске (т.2 л.д. 26, с/з), установлено, что на указанном полуприцепе присутствуют задние габариты, световые сигналы и светоотражатели, которые не имеют значительных загрязнений. Тот факт, что на момент осмотра они не находились в работающем состоянии, не свидетельствует о том, что в таковом состоянии они находились в момент дорожно-транспортного происшествия.

Показания свидетеля И.П.О., в указанной части, суд признаёт не соответствующими требованиям относимости доказательств (ст. 88 УПК РФ), поскольку сообщённые им сведения, относительно наличия на полуприцепе «ЧМЗАП» работавших задних габаритов и световых сигналов не относятся к событию дорожно-транспортного происшествия, поскольку непосредственным очевидцем события ДТП он не являлся, а прибыл на место происшествия позднее.

Показания свидетеля М.М.В., в части сообщённых ею в судебном заседании сведений, противоречащих установленным в судебном заседании обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия, суд оценивает как желание помочь своему знакомому Д.С.В. в условиях привлечения его к уголовной ответственности за совершённое преступление. 

Протокол осмотра места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и схема места происшествия, вопреки доводам стороны защиты, в соответствии со ст. 88 УПК РФ, являются относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами, в полной мере отвечают требованиям ст. ст. 164, 166 УПК РФ. 

Представленные стороной защиты доводы о том, что согласно обвинению местом происшествия является 111 километр указанной автодороги, при этом в протоколе осмотра места ДТП указывается на 110 км. + 700 м., т.е. место происшествия в обвинении не конкретизировано, а по мнению стороны защиты, с учётом произведенных ДД.ММ.ГГГГ подсудимым и защитником замеров, в не соответствующем уголовно-процессуальному закону порядке, место происшествия находится на 110 км. + 760 м., судом не принимаются, поскольку являются необоснованными. По убеждению суда, исследованными в судебном заседании протоколом осмотра места происшествия, фототаблицей и схемой места происшествия, заключением автотехнической судебной экспертизы, а также иными исследованными доказательствами, объективно установлено место дорожно-транспортного происшествия, которое соответствует 111 километру указанной автодороги. Кроме того, стороной защиты в судебном заседании высказано суждение, обоснованное ссылками на исследованные в судебном заседании доказательства, о том, что место столкновения автомобилей «Шевроле Круз» и «ВАЗ 21100» расположено на 110 км. + 700 м. автодороги, то есть на 111 километре указанной автодороги.

Установленные в судебном заседании противоречия между сведениями, отраженными в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, схеме к нему и проектом организации дорожного движения на участке «км 110+000 – км 111+000» указанной автодороги, относительно места нанесения на автодороге линий горизонтальной разметки 1.11 и 1.6 (приложения 2 к ПДД РФ), не свидетельствует об их недопустимости в качестве доказательств по делу, поскольку протокол и схема выполнены непосредственно на месте происшествия, исходя из установленных на месте данных, подлежащих в соответствии со ст. 87 УПК РФ сопоставлению с другими доказательствами. 

Доводы защиты, что в протоколе осмотра места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и прилагаемой к нему схеме отсутствуют подписи К.А.В. опровергаются указанными документами, в которых в качестве иного участвующего лица указан К.А.В., о чём свидетельствуют его подписи на всех листах протокола и схеме, при этом УПК РФ не содержит норм, в соответствии с которыми участвовавшие в следственном действии лица при выполнении подписи указывают свою фамилию. 

Исследованный в судебном заседании проект организации дорожного движения на участке «км 110+000 – км 111+000» автодороги М-2 «Крым» Москва – Тула – Орёл – Курск – Белгород – граница с Украиной, соединительная дорога «Белгород-М-4-Дон» (далее Проект), истребованный судом по ходатайству стороны защиты, вопреки доводам защиты о его недопустимости в качестве доказательства, является относимым, допустимым и достоверным доказательством. Проект представлен заместителем директора филиала ФКУ «Упрдор Москва-Харьков» в 

<

адрес> В.А.М. в качестве приложения к сопроводительному письму, имеющему дату и исходящий номер, подписанному должностным лицом его представившим, содержит указание на то, что он действовал на период ДД.ММ.ГГГГ, т.е. на момент события дорожно-транспортного происшествия. Проект имеет письменные пояснения, цифровые и графические обозначения, позволяющие установить обстановку на исследованном участке автодороги. 

Представленные стороной защиты доводы о том, что при производстве осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 35-39) следователь, применяя измерительную рулетку и строительные уровни, не привлёк для участия соответствующего специалиста, что ставит под сомнение объективность замеров, судом отвергаются, поскольку применение рулетки и строительных уровней не требует специальных познаний и навыков, указанные измерительные приборы бытового назначения и повсеместного применения. Не указание индивидуальных признаков измерительных приборов также не свидетельствует о нарушении измерений, поскольку ход и результаты следственного действия засвидетельствованы участвовавшими в нём понятыми путём выполнения подписей в протоколе. Указание следователем в протоколе об использовании фотоаппарата и впоследствии не применении фотосъемки, участие начальника СО ОМВД России по Новооскольскому городскому округу в осмотре места происшествия, не свидетельствует о нарушениях при производстве следственного действия, поскольку, в соответствии со ст.38 УПК РФ следователь самостоятельно направляет ход расследования, соответственно при производстве следственного действия самостоятельно определяет круг участников следственного действия, а также вид и перечень применяемых технических средств. Следственное действие выполнено в соответствии со ст. ст. 164, 176, 177 УПК РФ, протокол составлен в соответствии с требованиями статьи 166 УПК РФ. 

Что касается доводов стороны защиты об обвинительном уклоне осуществлявшегося следователем предварительного расследования и нарушении права Д.С.В. на защиту, выразившихся в отклонении ходатайств стороны защиты о производстве следственных и процессуальных действий по уголовному делу, в том числе с участием подсудимого, изложении в постановлениях о назначении экспертиз сведений о нарушении Д.С.В. требований ПДД РФ, то таковые носят несостоятельный характер, поскольку следователь, в соответствии со ст. 38 УПК РФ, является должностным лицом уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной настоящим кодексом, самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий, принятие итогового решения по делу, направленного в суд с обвинительным заключением, в его компетенцию не входит. При рассмотрении уголовного дела по существу Д.С.В. и его защитнику судом были созданы все условия, чтобы они могли приводить любые доводы в защиту подсудимого, бремя опровержения которых лежало на стороне обвинения (ч. 2 ст. 14 УПК РФ).

Письменные доказательства по делу получены в соответствии с требованиями закона и соответствуют им по форме и содержанию. 

Протоколы следственных действий отвечают нормам статей 164 и 166 УПК РФ.

Автотехническая судебная экспертиза назначена и проведена в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом, выполнена экспертом, обладающим специальными знаниями и опытом. Заключение эксперта, вопреки доводам защиты, противоречий не содержит, отвечает требованиям статьи 204 УПК РФ, содержит ответы на поставленные вопросы, а также мотивированные разъяснения, по которым отдельные вопросы экспертом не были решены. 

Заключение эксперта основано на исследовательской части, содержит ссылки на примененные методы исследования, актуальные литературные источники и другие необходимые данные, в том числе заверено подписями эксперта, записи, удостоверяющие то, что ему разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и он предупреждён об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Ходатайство эксперта, которому поручалось проведение экспертизы, о предоставлении объектов исследования и дополнительных сведений, разрешено следователем в установленном законом порядке и частично удовлетворено, после чего эксперту следователем представлены дополнительные материалы. Эксперт не воспользовался предоставленным ему п.6 ч.3 ст.57 УПК РФ правом возвратить постановление о назначении экспертизы следователю без исполнения, то есть представленные на экспертизу материалы дела и объекты исследования были достаточны для производства экспертизы и дачи соответствующего заключения.

Поскольку нарушений уголовно-процессуального закона при получении названного заключения судебной автотехнической экспертизы не установлено, то отсутствуют основания для признания данного доказательства недопустимым.

Судебно-медицинские экспертизы в отношении потерпевших Ш.Д.Э. и Ш.Е.Д. назначены и проведены в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом, надлежащим экспертом, обладающим специальными знаниями и опытом, давшим ответы на все поставленные перед ним вопросы, исходя из предоставленных в его распоряжение материалов уголовного дела. Заключения экспертов противоречий не содержат.

Каждое из вышеизложенных заключений экспертов является полным, научно обоснованным, основанным на результатах непосредственных исследований и выполнено компетентными лицами, имеющими соответствующую квалификацию и специальное образование, их правильность и объективность сомнений у суда не вызывает.

Оценивая вышеизложенные доказательства, суд признаёт их относимыми, допустимыми, достоверными, они не противоречат и дополняют друг друга, в своей совокупности достаточны для установления виновности Д.С.В..

В судебном заседании подсудимый вёл себя адекватно, обстоятельно отвечал на поставленные вопросы, активно занимал защитную позицию, свободно ориентировался в происходящем процессе и не дал суду оснований усомниться в своей психической полноценности.

Суд полагает, что в обвинении ошибочно указан государственный регистрационный знак «№» автомобиля «БАЗ 6403-010» г.р.з., который подлежит изменению на «№», что установлено представленными доказательствами, не является существенным изменением предъявленного обвинения и этим не ухудшается положение подсудимого, не нарушается его право на защиту, поскольку оно не лишило его возможности защищаться от него, приводить свои доводы и представлять доказательства, опровергающие данное обвинение.

Суд не принимает в качестве доказательств, представленные стороной обвинения рапорт госинспектора ДН ОГИБДД ОМВД России по Новооскольскому городскому округу К.Р.Н. от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 29-30) об обнаружении признаков преступления, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Ш.Д.Э. от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 88-91), поскольку указанные документы являются процессуальными, свидетельствующими о сообщении должностного лица об обнаружении признаков преступления, а также принятом следователем процессуальном решении в отношении потерпевшего, т.е. не имеют доказательственного значения. 

Судом не принимаются в качестве доказательств, представленные стороной защиты: постановление о возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 1), рапорты госинспектора ДН ОГИБДД ОМВД России по Новооскольскому городскому округу К.Р.Н. от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 27-28, 29-30), ходатайство Ш.О.О. от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 122), постановление об удовлетворении ходатайства от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 123), ходатайства защитника Л.М.С. от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, (т.1 л.д. 144, т.1 л.д. 147, т. 1 л.д. 150-151, т.1 л.д. 172, т.1 л.д. 173, т.1 л.д. 174-176, т.1 л.д. 177-178, т.2 л.д. 13-15, т.2 л.д. 19), постановления об отказе в удовлетворении ходатайств от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, (т.1 л.д. 145, 148, 152, 179, 181, 183-184, 186), постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 1, т.2 л.д.20), постановление о частичном удовлетворении ходатайства от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 16-17), справка об отсутствии видеозаписи от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.21), ходатайство эксперта от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 32), постановление о частичном отказе в удовлетворении ходатайства от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 33), протокол ознакомления Д.С.В. и его защитника с заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.54), запрос от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 57), ответ на запрос от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 59-60), постановление о назначении комплексной медицинской судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 61-62), ходатайство о приобщении к материалам дела доказательств, а также сведений характеризующих личность обвиняемого (т.2 л.д. 185), жалобы в порядке ст. 124 УПК РФ от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 213-214, 217-228), жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 215-216, 229-240), постановления Новооскольского районного суда Белгородской области об отказе в принятии жалоб Д.С.В. от ДД.ММ.ГГГГ (с/з), постановления Новооскольского районного суда Белгородской области об отказе в удовлетворении жалобы Д.С.В. от ДД.ММ.ГГГГ (с/з), апелляционного постановления Белгородского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ (с/з), поскольку указанные документы являются процессуальными, свидетельствующими о поводе, основании и начале расследования по уголовному делу, назначении и производстве судебных экспертиз, разрешении заявленных при расследовании ходатайств, обжаловании решений следователя и суда, а следовательно, они не устанавливают наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве расследования, либо иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. 

Представленное стороной защиты в качестве доказательства заключение судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 88-89) выполнено в ходе расследования по делу об административном правонарушении в порядке, предусмотренном Кодексом об административных правонарушениях РФ, т.е. указанная экспертиза проведена не в порядке, установленном УПК РФ и согласно ст. 75 УПК РФ не может использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

Судом не принимается в качестве доказательства представленное стороной защиты заключение судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Д.С.В. (т.2 л.д. 6-7), поскольку установленные у него повреждения были получены им в результате собственных неосторожных действий в результате совершения преступления, т.е. в силу положений ст. 88 УПК РФ не является относимым доказательством к предмету судебного разбирательства. 

Доказательства стороны защиты: видеозапись произведенного подсудимым Д.С.В. в ДД.ММ.ГГГГ осмотра автомобиля, содержащуюся на компакт-диске (т.3 л.д. 1), фотографии места происшествия, выполненные ДД.ММ.ГГГГ подсудимым и его защитником (с/з), суд признаёт не соответствующими требованиям ст. 88 УПК РФ о допустимости доказательств, поскольку получены не в процессуальном порядке, установленном УПК РФ, соответственно они не имеют юридической силы и согласно ст. 75 УПК РФ не могут использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ. 

Представленные сторонами в качестве доказательства сведения о привлечении потерпевшего Ш.Д.Э. к административной ответственности по ст.12.18 КоАП РФ (ДД.ММ.ГГГГ, штраф оплачен (т.2 л.д. 155, 156) в силу требований ст. ст. 73, 74 УПК РФ таковыми не являются, поскольку не являются сведениями, на основе которых суд, в порядке, определённом законом устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, то есть не относимы к предмету судебного разбирательства. 

В соответствии с п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 г. № 1090, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В соответствии с п. 11.1 ПДД РФ, прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Пункт 1.4 ПДД РФ устанавливает на дорогах правостороннее движение транспортных средств.

Нарушение вышеуказанных Правил дорожного движения водителем Д.С.В., вопреки доводам стороны защиты, привело к дорожно-транспортному происшествию, повлекшему причинение тяжкого вреда здоровью Ш.Д.Э. и Ш.Е.Д.

Проанализировав представленные сторонами в судебном заседании доказательства, суд исключает из объёма обвинения Д.С.В. ссылку на нарушение им п.9.1(1) ПДД РФ и горизонтальной разметки 1.11 (приложение 2 к ПДД РФ) по следующим основаниям. 

Как следует из оглашённого в судебном заседании обвинения, протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия и схемы к нему, место дорожно-транспортного происшествия находилось на 111 километре автодороги М-2 «Крым» Москва – Тула – Орёл – Курск – Белгород – граница с Украиной, соединительная дорога «Белгород-М-4-Дон», место столкновения автомобилей «ВАЗ 21100» и «Шевроле Круз» располагалось на 111 километре, на участке «110 км. + 700 м.», в зоне действия разметки 1.11 (приложения 2 к ПДД РФ), запрещающей выезд на встречную полосу движения, начинавшейся до знака 3.20 «Обгон запрещён», установленного на 111 километре (110 км. + 598 м.) указанной автодороги. 

Подсудимый Д.С.В. в судебном заседании сообщил, что при выезде на встречную полосу движения и в момент столкновения с автомобилем «ВАЗ 21100» линию разметки 1.11 (приложение 2 к ПДД РФ) не пересекал, нарушения п.9.1(1) ПДД РФ не допускал. Показания подсудимого в судебном заседании подтвердили свидетели М.М.В. и И.П.О.

Согласно исследованному в судебном заседании проекту организации дорожного движения на участке «км 110+000 – км 111+000» указанной автодороги, действовавшего на период ДД.ММ.ГГГГ, линия разметки 1.11 (приложение 2 к ПДД РФ) нанесена на 111 километре (110 км. + 298-598 м.), т.е. после знака 3.20 «Обгон запрещён» (направление движения в сторону 

<

адрес>). 

Изложенные обстоятельства указывают на противоречия относительно нарушения Д.С.В. требований п.9.1(1) ПДД РФ и линии разметки 1.11 (приложение 2 к ПДД РФ), которые стороной обвинения в судебном заседании не опровергнуты, в связи с чем, в соответствии с положениями ч.3 ст.14 УПК РФ толкуются судом в пользу подсудимого.

Также суд исключает из объёма обвинения Д.С.В. ссылку на нарушение им п. 1.3 ПДД РФ, поскольку этот пункт ПДД РФ относится к «Общим положениям» и не устанавливает конкретное предписание, нарушение которого образует объективную сторону преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ.

Органами предварительного расследования и государственным обвинителем в суде действия Д.С.В. квалифицированы, в том числе как повлекшие по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, выразившегося в неизгладимом обезображивании лица Ш.К.Д.

Вместе с тем, суд находит квалификацию действий подсудимого в данной части неверной, по следующим основаниям.

По смыслу уголовного закона, под неизгладимыми изменениями следует понимать такие повреждения лица, которые с течением времени не исчезают самостоятельно (без хирургического устранения рубцов, деформаций, нарушений мимики и прочее, либо под влиянием нехирургических методов) и для их устранения требуется оперативное вмешательство. Данная разновидность тяжкого вреда здоровью имеет место, когда в результате повреждения лицевых тканей или органов (нос, уши, глаза, рот) лицу потерпевшего придается уродливый, отталкивающий, эстетически неприглядный вид, неустранимый терапевтическими методами лечения.

Для установления неизгладимого обезображивания лица необходимо наличие двух обязательных критериев: медицинского, который выражается в неизгладимости внешних изменений лица потерпевшего при обычных методах лечения, и эстетический, который устанавливается судом самостоятельно с учетом оценки произошедших изменений во внешнем облике потерпевшего в сопоставлении с его прежним внешним видом и общепринятыми представлениями о том, как обычно выглядит человеческое лицо.

Факт наличия или отсутствия обезображивания конкретного человека, получившего повреждения лица, которые носят характер неизгладимых изменений, вопреки доводам подсудимого и его защитника, не относится к предмету судебно-медицинского экспертного исследования, а применительно к рассматриваемой правовой ситуации является непосредственно результатом оценки доказательств по уголовному делу, производимой на основании норм УПК РФ.

То есть, обезображиванием лица является не всякое повреждение, оставившее след на лице, а лишь такое изменение естественного вида лица, которое придает внешности потерпевшего крайне неприятный, отталкивающий или устрашающий вид.

Так как указанный квалифицирующий признак, с учетом необходимых доказательств неизгладимости повреждения, устанавливается в судебном производстве, соответственно, именно суд вправе определить степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, выразившегося в неизгладимом обезображивании его лица (п.6.10 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека. Приложение к приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008 г. №194н).

Как следует из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 218-219) выявленные у Ш.К.Д. телесные повреждения: 

<

данные изъяты> (п. 8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённых Приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008 г.). Указанные повреждения могли образоваться в дату обращения за медицинской помощью, не менее чем от двенадцати воздействий тупыми предметами, в том числе в салоне легкового автомобиля при столкновении двух движущихся автомобилей. При осмотре Ш.К.Д. ДД.ММ.ГГГГ были обнаружены рубцы в области 

<

данные изъяты>, которые образовались на месте ран (т.1 л.д. 218, 219).

Из заключения комплексной судебно-медицинской экспертизы (т. 2 л.д. 69-73) следует, что у Ш.К.Д. имели место повреждения: 

<

данные изъяты>, квалифицирующиеся в совокупности, за счёт ран лица, как причинившие лёгкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью до трёх недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно) (п. 8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённых Приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008 г.).

Повреждения, имеющиеся у Ш.К.Д., находятся в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием от ДД.ММ.ГГГГ, последствиями травмы явились неизгладимые рубцы в области лица Ш.К.Д. Степень тяжести вреда, причинённого здоровью человека, выразившегося в неизгладимом обезображивании его лица, определяется судом - согласно п.6.10 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека. Приложение к приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008 г. №194н.

При осмотре у Ш.К.Д. установлено: мимические складки лица и глазницы симметричны, расположение глазных яблок симметрично, глазные щели симметричны, бровные дуги по форме симметричны, углы рта симметричны, визуально контур носа и контур нижней челюсти симметричен. 

Обнаружены в области правой половины носа продольный гипо- и нормотрофический рубец до 2 см. длиной, шириной до 1 мм. вызывающий незначительную деформацию наружного носового хода справа, в области верхней губы определяются продольные нормо- и гипотрофические рубцы от 1 мм. до 2 мм. длинной и деформацию каймы верхней губы слева, в области левой щеки, угла рта слева определяются множественные разрозненные и разнонаправленные нормо- и гипотрофические рубцы, различной величины и формы, не вызывающие деформацию угла рта слева. Степень созревания рубцов не более одного года от получения травмы и соответствует ДД.ММ.ГГГГ Выявленные рубцы не исчезнут самостоятельно, являются неизгладимыми, устранение их возможно хирургическими методами (проведение косметической операции). 

Доводы стороны защиты о том, что заключение комплексной судебной экспертизы является незаконным и необоснованным, поскольку экспертиза выполнена лицами, не являющимися экспертами, осмотр Ш.К.Д. производил привлечённый в качестве эксперта Л.С.Н. (иные эксперты в осмотре не участвовали), фотография Ш.К.Д. не информативна и отредактирована в соответствующей компьютерной программе, отсутствует фотография применённой в ходе экспертизы линейки, эксперты Д.Г.М. и Б.В.В. не выразили в заключении экспертизы своего мнения относительно неизгладимости полученных повреждений и фактически продублировали заключение первоначальной судебно-медицинской экспертизы, Д.С.В. и его защитник не были приглашены на осмотр Ш.К.Д. при его осмотре в ходе проведения экспертизы, чем были лишены права выразить позицию и возражения, суд не принимает и отвергает по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст.57 УПК РФ экспертом является лицо, обладающее специальными знаниями и назначенное в порядке, установленном настоящим Кодексом, для производства судебной экспертизы и дачи заключения.

Согласно ч.1 ст.201 УПК РФ судебная экспертиза, в производстве которой участвуют эксперты разных специальностей, является комплексной. 

Проведение комплексной судебно-медицинской экспертизы в отношении Ш.К.Д., на основании постановления о её назначении от ДД.ММ.ГГГГ, поручено Б.В.В. (врач судебно-медицинской эксперт отдела сложных экспертиз ОГБУЗ «Белгородское бюро судебно-медицинской экспертизы», имеющий высшее медицинское образование, сертификат по специальности «судебно-медицинская экспертиза» от 2020 г.), Д.Г.М. (врач судебно-медицинский эксперт – докладчик, заведующая отделом сложных экспертиз ОГБУЗ «Белгородское бюро судебно-медицинской экспертизы», имеющий высшее медицинское образование, сертификат по специальности и первую квалификационную категорию по специальности «судебно-медицинская экспертиза» от 2020 г.), к производству экспертизы привлечён Л.С.Н. (главный внештатный специалист пластический хирург министерства здравоохранения Белгородской области, кандидат медицинских наук, заведующий ожоговым отделением ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», имеющий высшее образование, сертификат специалиста и высшую квалификационную категорию по специальности «пластическая хирургия» от 2020 г.).

Таким образом, в производстве комплексной судебно-медицинской экспертизы, в соответствии с требованиями ч.1 ст.201 УПК РФ, участвовали судебно-медицинские эксперты ОГБУЗ «Белгородское бюро судебно-медицинской экспертизы» Б.В.В. и Д.Г.М., а также обладающий специальными познаниями в области пластической хирургии и привлечённый в качестве эксперта Л.С.Н. Квалификация и компетентность указанных экспертов, выполнивших комплексную судебно-медицинскую экспертизу, у суда сомнений не вызывает.

В целях ответа на вопросы в области пластической хирургии, поставленных на разрешение комиссии экспертов, членом экспертной комиссии Л.С.Н. произведён осмотр Ш.К.Д. По результатам осмотра у подэкспертного установлено наличие рубцов в области лица (носа, верхней губы, левой щеки), а также сделаны суждения о времени созревания рубцов, наличии признаков неизгладимости и возможности их устранения хирургическими методами (проведения косметической операции). 

В соответствии с ч. 2 ст. 201 УПК РФ в заключении экспертов, участвующих в производстве комплексной судебной экспертизы, указывается, какие исследования и в каком объеме провел каждый эксперт, какие факты он установил и к каким выводам пришел.

В связи с изложенным, проведение привлечённым в качестве эксперта Л.С.Н. осмотра Ш.К.Д. для разрешения вопросов в области пластической хирургии, в отсутствии иных членов экспертной комиссии, не противоречит указанным нормам закона и самой сути комплексной судебно-медицинской экспертизы.

Утверждение о не информативности имеющегося в заключении экспертизы фотоснимка Ш.К.Д. и отсутствии у него названных защитой «серьёзными» повреждений, является мнением стороны защиты, поскольку экспертом, по результатам осмотра и исследования представленных для производства экспертизы фотографий, сделаны соответствующие экспертные выводы.

Мнение защиты о применении экспертом компьютерной программы «AdobePhotoshop CS3» для корректировки цифровых изображений, не свидетельствует о её не оригинальности и искажении, поскольку основано на предположении, т.е. является необоснованным.

Отсутствие в заключении эксперта фотографий измерительной линейки, применявшейся при осмотре Ш.К.Д., а также фотографий производившихся измерений, не противоречит положениям, предусмотренным ч.1 ст.204 УПК РФ, поскольку в заключении приведены сведения о применявшемся методе измерения и соответствующая измерению точность 0,5 мм.

Доводы стороны защиты о том, что эксперты Д.Г.М. и Б.В.В. не высказали в заключении мнение относительно выводов эксперта Л.С.Н. о неизгладимости рубцов, выявленных при производстве экспертизы Ш.К.Д., не основаны на положениях ч.2 ст.201 УПК РФ, согласно которым в заключении экспертов, участвующих в производстве комплексной судебной экспертизы, указывается, какие исследования и в каком объеме провел каждый эксперт, какие факты он установил и к каким выводам пришел. Каждый эксперт, участвовавший в производстве комплексной судебной экспертизы, подписывает ту часть заключения, которая содержит описание проведенных им исследований, и несет за неё ответственность.

Выраженные стороной защиты доводы о том, что эксперты Д.Г.М. и Б.В.В. продублировали выводы, изложенные в заключении первоначальной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем их выводы являются необоснованными, судом не принимаются, поскольку для производства комплексной судебно-медицинской экспертизы представлены материалы уголовного дела, в том числе указанное заключение судебно-медицинской экспертизы, использовавшееся экспертами при производстве комплексной судебно-медицинской экспертизы. 

Доводы о необъективности судебно-медицинской экспертизы, выразившейся в не приглашении Д.С.В. и его защитника на осмотр Ш.К.Д., что лишило их возможности убедиться в правильности проведения осмотра, высказать позицию и возражения о наличии неизгладимости на лице пострадавшего, судом отвергаются, поскольку в соответствии с положениями п.5 ч.1 ст.198 УПК РФ лишь подозреваемый, обвиняемый, его защитник, потерпевший и представитель вправе присутствовать с разрешения следователя при производстве судебной экспертизы, давать объяснения эксперту. На период назначения и проведения первоначальной и комплексной судебно-медицинских экспертиз Д.С.В. подозреваемым не являлся, обвинение ему не предъявлялось, следователем разрешения на его участие при производстве судебных экспертиз не давалось, в связи с чем предусмотренных законом оснований для участия стороны защиты при проведении судебно-медицинских экспертиз в отношении Ш.К.Д. не имелось. 

В судебном заседании в порядке, предусмотренном ч.1 ст.179, ч.1 ст.290 УПК РФ произведено освидетельствование Ш.К.Д., по результатам которого в области лица последнего обнаружено наличие рубцов в области носа, верхней губы слева, угла рта слева, различной величины и формы, подробное описание которых приведено в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ.

Доводы стороны защиты, что произведённым в судебном заседании освидетельствованием Ш.К.Д. оказывалось психологическое давление на суд, являются необоснованными, поскольку освидетельствование производилось по результатам разрешения соответствующего ходатайства государственного обвинителя, заявленного в установленном порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 179 и ч. 1 ст.290 УПК РФ, против проведения которого сторона защиты не возражала. 

Вопреки доводам защиты, освидетельствование произведено после исследования в судебном заседании первоначальной и комплексной судебно-медицинских экспертиз, в целях установления наличия (отсутствия) телесных повреждений у Ш.К.Д., а также очной визуальной оценки его внешности судом, на предмет установления признаков обезображивания его лица и не требовало участия врача либо специалиста, поскольку не сопровождалось обнажением свидетельствуемого (ч.2 ст.290 УПК РФ). Перед началом и при производстве освидетельствования от участвующих в судебном заседании сторон ходатайств об участии врача либо специалиста не поступило. По результатам освидетельствования стороны обвинения и защиты выразили суду соответствующие суждения о наличии либо отсутствии признаков обезображивания лица Ш.К.Д.

Исследовав приобщённые к материалам дела фотографии Ш.К.Д. с изображением его лица до и после произошедшего события (т.2 л.д. 64, c/з), произведя в судебном заседании его освидетельствование, суд не усматривает оснований для признания полученных Ш.К.Д. повреждений в области лица как обезображивающих, поскольку данные повреждения не придают лицу неприятного, отталкивающего или устрашающего вида и никоим образом его не обезображивают. Эстетический критерий, сформировавшийся у суда в ходе судебного разбирательства, свидетельствует о явном отсутствии признаков уродливости и непривлекательности лица Ш.К.Д.

В этой связи суд полагает необходимым исключить из обвинения Д.С.В. и квалификации его действий ссылку на причинение тяжкого вреда здоровью человека – Ш.К.Д.

Доводы стороны защиты о перевозке потерпевшим Ш.Д.Э. несовершеннолетнего Ш.К.Д. без специального удерживающего кресла, подтверждённые в судебном заседании показаниями свидетелей М.М.В. и И.П.О., правового значения для квалификации действий подсудимого не имеют, поскольку представленными доказательствами не подтверждён факт причинения тяжкого вреда здоровью Ш.К.Д., в связи с чем он исключен из числа потерпевших по уголовному делу. 

Ввиду изложенного, оценивания совокупность доказательств, собранных на стадии предварительного расследования и исследованных в судебном заседании, основываясь на материалах уголовного дела, суд квалифицирует действия Д.С.В. по ч.1 ст.264 УК РФ, - нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека (Ш.Д.Э. и Ш.Е.Д.). 

Преступление совершено подсудимым по неосторожности. Водитель Д.С.В., управляя транспортным средством, не учёл интенсивность движения, видимость в направлении движения, избрал скорость для своего движения, не обеспечивающую возможности постоянного контроля за движением управляемого им транспортного средства, а при возникновении опасности для движения не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, а также не убедился в безопасности манёвра, двигался по полосе, предназначенной для встречного движения, не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть.

При назначении наказания Д.С.В. суд учитывает все известные на момент постановления приговора значимые обстоятельства - характер и степень общественной опасности содеянного, смягчающие наказание обстоятельства при отсутствии отягчающих, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Суд принимает во внимание данные о личности подсудимого, материальное положение его семьи, состояние здоровья и возраст его близких родственников, которым он помогает по хозяйству, осуществляет уход и извоз на личном автомобиле. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание Д.С.В., суд признаёт:

наличие малолетних детей у виновного: сын - Д.А.С. ДД.ММ.ГГГГ г.р. (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ) (т. 2 л.д. 242);

иные действия, направленные на заглаживание вреда, причинённого потерпевшему, выразившихся в принесении на предварительном следствии и в судебном заседании извинений потерпевшим; частичная компенсация морального вреда, причинённого в результате преступления в сумме 315000 руб. (п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ) (т.2 л.д. 186-188, 244-250, с/з);

наличие на иждивении несовершеннолетней дочери - Д.П.С. ДД.ММ.ГГГГ г.р., ослабленное состояние здоровья, связанное с наличием хронических заболеваний сердечно-сосудистой системы и опорно-двигательного аппарата; оказание материальной помощи и осуществление ухода за близкими родственниками: пожилой матерью - Д.Л.В. ДД.ММ.ГГГГ г.р., являющейся инвалидом 2 группы; братом - Д.Д.В. ДД.ММ.ГГГГ г.р., являющегося инвалидом 2 группы; пожилым отцом - Д.В.С., ДД.ММ.ГГГГ г.р. (ч. 2 ст. 61 УК РФ) (т.2 л.д. 134, 189-193, 241, с/з). 

Оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления, предусмотренного п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, суд не усматривает, поскольку никаких активных действий, направленных на раскрытие и расследование преступления подсудимым совершено не было, факт совершения ДТП был очевиден и установлен сотрудниками правоохранительных органов непосредственно на месте происшествия исходя из дорожной обстановки. Тот факт, что подсудимый Д.С.В. на предварительном следствии активно принимал участие в расследовании, не препятствовал расследованию по уголовному делу, своевременно являлся к следователю для участия в следственных действиях, не свидетельствует о его активном способствовании раскрытию и расследованию преступления, поскольку являлось его процессуальной обязанностью.

Совершение впервые преступления небольшой тяжести вследствие случайного стечения обстоятельств, суд также не может признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, поскольку в судебном заседании установлено, что Д.С.В., управляя источником повышенной опасности, грубо пренебрег Правилами дорожного движения РФ, что привело к причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшим, в связи с чем это не может свидетельствовать о случайном стечении обстоятельств в том смысле, который предусмотрен п. «а» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Доводы защитника о необходимости признания смягчающим наказание обстоятельством - оказание Д.С.В. иной помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления (п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ), суд находит несостоятельными, поскольку подсудимым не предпринято каких-либо действенных мер по оказанию иной помощи потерпевшим непосредственно на месте дорожно-транспортного происшествия. Тот факт, что Д.С.В. созванивался с потерпевшим Ш.Д.Э., приходил к нему, предлагал помощь и передавал денежные средства, не свидетельствует об оказании иной помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления. Указанные действия подсудимого Д.С.В. учтены судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, в качестве иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим. 

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, не установлено.

До совершения преступления Д.С.В. по месту жительства характеризовался с положительной стороны: спиртными напитками не злоупотребляет, в нарушениях общественного порядка не замечен, жалоб на своё поведение не имеет. Вдовец, в браке не состоит, проживает по месту регистрации с двумя детьми (сын - Д.А.С. ДД.ММ.ГГГГ г.р., дочь - Д.П.С. ДД.ММ.ГГГГ г.р.). Работает водителем автобуса в АО «Приосколье», где зарекомендовал себя дисциплинированным, добросовестным и исполнительным работником, пользующимся заслуженным уважением в трудовом коллективе. На учётах врачей нарколога, психиатра, фтизиатра, офтальмолога и общей практики ОГБУЗ «Новооскольская ЦРБ» не состоит. Военнообязанный, ограниченно годен к военной службе (категория «В») в связи с заболеванием: «Болезни позвоночника и их последствия, с незначительным нарушением функций». Имеет водительское удостоверение на право управления транспортными средствами (№). Не судим, на период события преступления (ДД.ММ.ГГГГ) неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения РФ (ст.12.9 ч.2 КоАП РФ – 2023 год: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ; ст.12.15 ч.1 КоАП РФ ДД.ММ.ГГГГ, назначавшиеся наказания Д.С.В. исполнены) (т. 2 л.д. 115-121, 124-125, 128-129, 132, 134, 136-139, 141, 144, 145, 194-210, 211, 212, 243).

Д.С.В. совершил преступление небольшой тяжести, в связи с чем оснований для изменения категории совершённого им преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением Д.С.В. во время или после его совершения, либо других обстоятельств, существенно уменьшающих степень его общественной опасности, которые возможно расценить как основания для назначения более мягкого наказания (ст. 64 УК РФ), как не усматривается и возможности исправления подсудимого без реального отбывания наказания (ст. 73 УК РФ).

На основании данных о личности подсудимого, характера, степени общественной опасности совершённого преступления, обстоятельств, смягчающих наказание, а также влияния назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи, суд приходит к выводу о том, что он подлежит наказанию в виде ограничения свободы.

Подсудимый не относится к числу лиц, указанных в ч. 6 ст. 53 УК РФ, которым не может быть назначен названный вид наказания.

На основании ч. 3 ст. 47 УК РФ суд применяет дополнительный вид наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, поскольку с учётом характера, степени общественной опасности совершённого преступления, связанного с совокупностью допущенных нарушений Правил дорожного движения, которые носят грубый характер и представляют повышенную опасность для участников дорожного движения, а также предыдущих многочисленных фактов превышения установленной скорости движения, для достижения целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ, суд признаёт невозможным сохранение за ним названного права.

Д.С.В. занимает должность водителя автобуса, т.е. является профессиональным водителем, осуществляющим перевозку пассажиров, что, с учётом обстоятельств совершённого преступления, грубого нарушения ПДД РФ, наступивших последствий в виде тяжёлого травмирования потерпевших, не препятствует назначению дополнительного вида наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

В соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ, ч. 1 ст. 36 УИК РФ, срок лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами подлежит исчислению с момента вступления приговора суда в законную силу.

Потерпевшим Ш.Д.Э., законным представителем Ш.О.О. в интересах несовершеннолетней потерпевшей Ш.Е.Д. и несовершеннолетнего гражданского истца Ш.К.Д. при рассмотрении уголовного дела в судебном заседании заявлен гражданский иск, в котором просили взыскать с Д.С.В. в свою пользу компенсацию морального вреда причинённого преступлением в размере 3000000 рублей, то есть по 1000000 рублей в пользу каждого, а также сообщено о добровольном возмещении Д.С.В. компенсации причинённого морального вреда в общей сумме 315000 рублей.

Подсудимый Д.С.В. и его защитник заявили о частичном признании гражданского иска, заявив, что сумма исковых требований является чрезмерно завышенной, просили снизить размер компенсации морального вреда либо отказать в его удовлетворении полностью, а также указали о необходимости привлечения третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования - Министерство обороны РФ и военнослужащего Министерства обороны РФ К.А.В., управлявшего автомобилем «БАЗ» в составе с полуприцепом тяжеловозным «ЧМЗАП». 

По заключению государственного обвинителя заявленные исковые требования подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

При установленных в судебном заседании обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, возникшей необходимости в привлечении к разрешению гражданского иска иных лиц, в том числе Министерство обороны РФ, водителя другого транспортного средства, участвовавшего в дорожно-транспортном происшествии и необходимостью в связи с этим в проведении дополнительных расчётов, что связано с отложением судебного разбирательства, на основании ч. 2 ст. 309 УПК РФ, следует признать право за Ш.Д.Э., несовершеннолетними Ш.Е.Д., Ш.К.Д. и их законным представителем Ш.О.О. на удовлетворение исковых требований путем обращения в суд в порядке гражданского судопроизводства. 

Разрешая судьбу вещественных доказательств, суд приходит к следующему:

автомобили: «Шевроле Круз» г.р.з. №, «ВАЗ 21100» г.р.з. № и «БАЗ 6403-010» г.р.з. № в составе с полуприцепом тяжеловозным «ЧМЗАП 99901-0000020» г.р.з. № - подлежат возврату их законным владельцам (п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ).

Процессуальных издержек по делу нет.

В ходе предварительного расследования мера пресечения в отношении Д.С.В. не избрана.

Руководствуясь статьями 304, 307 - 309 УПК РФ, суд

приговорил:

Д.С.В. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, по которой назначить ему наказание в виде ограничения свободы на срок 02 (два) года 06 (шесть) месяцев, на период которых установить следующие ограничения:

запретить без согласия работников Новооскольского межмуниципального филиала ФКУ УИИ УФСИН России по Белгородской области: выезжать за пределы территории Новооскольского муниципального округа Белгородской области, изменять место жительства;

возложить обязанность являться в Новооскольский межмуниципальный филиал ФКУ УИИ УФСИН России по Белгородской области 01 (один) раз в месяц для регистрации в день и время, назначенные работниками филиала, а также по их вызовам.

На основании ч. 3 ст. 47 УК РФ Д.С.В. лишить права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, на срок 03 (три) года.

Срок наказания в виде ограничения свободы Д.С.В. исчислять со дня его постановки на учёт в Новооскольском межмуниципальном филиале ФКУ УИИ УФСИН России по Белгородской области.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, исчислять с момента вступления приговора суда в законную силу.

Признать за Ш.Д.Э., несовершеннолетними Ш.Е.Д., Ш.К.Д. и их законным представителем Ш.О.О. право на удовлетворение исковых требований путем обращения в суд в порядке гражданского судопроизводства. 

Вещественные доказательства:

автомобиль «Шевроле Круз» г.р.з. № возвратить Д.С.В.,

автомобиль «ВАЗ 21100» г.р.з. № возвратить К.А.Н., 

автомобиль «БАЗ 6403-010» г.р.з. № в составе с полуприцепом тяжеловозным «ЧМЗАП 99901-0000020» г.р.з. №, принадлежащие Министерству обороны РФ, возвращённые заместителю командира в/ч № Министерства обороны РФ Л.В.В., после вступления приговора в законную силу, считать возвращенными по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда в течение 15-ти суток со дня провозглашения путём принесения жалобы (представления) через Новооскольский районный суд Белгородской области.

Судья подпись А.В. Клюев

Копия верна

Подлинный документ находится в деле № Новооскольского районного суда Белгородской области.

Судья А.В. Клюев

<

данные изъяты>

Справка: Апелляционным постановлением Белгородского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Новооскольского районного суда Белгородской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Д.С.В. изменен.

Исключено из описательно – мотивировочной части приговора (л.д. 8 абз.1) частицу «не». 

Считать правильным: «Показания свидетелей М.М.В. и И.П.О., в части сообщенных ими сведений о не работавших задних габаритах и световых сигналах на полуприцепе «ЧМЗАП», судом также принимаются как несостоятельные, поскольку они опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами».

Исключено из приговора назначение Д.С.В. в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 3 года.

Этот же приговор в части разрешения гражданских исков законного представителя несовершеннолетней потерпевшей Ш.Е.Д. – Ш.О.О., потерпевшего Ш.Д.Э. – отменен.

Признано за потерпевшим Ш.Д.Э., законным представителем несовершеннолетней потерпевшей Ш.Е.Д. – Ш.О.О. право на удовлетворение гражданского иска о компенсации морального вреда и передать вопрос о размере его возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Гражданский иск законного представителя несовершеннолетнего Ш.К.Д. – Ш.О.О. – оставлен без рассмотрения, разъяснено заявителю право на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства.

В остальном приговор оставлен без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Д.М.С. удовлетворено частично, апелляционную жалобу (основную и дополнительную) осужденного Д.С.В. удовлетворить частично, апелляционная жалоба защитника Д.С.В. - адвоката Л.М.С. оставлена без удовлетворения, апелляционная жалоба потерпевшего Ш.Д.Э. и законного представителя несовершеннолетней потерпевшей Ш.Е.Д. – Ш.О.О. – удовлетворена частично.

Приговор суда вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Судья А.В. Клюев

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ