Дело № 2-115/2018 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 февраля 2018 года г.Копейск

Копейский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Кузнецовой Е.В.

при секретарях Чигариной С.А., Кайзер А.Е. 

с участием прокурора Харина А.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

встречному иску ФИО3 к ФИО1 о выселении,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском (с учетом уточнений) к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки. В обоснование иска указала, что в конце марта -начале апреля 2017 года к ней домой приехала ранее ее знакомая К.С.С. и попросила у нее в долг 600000 рублей на 2 месяца. На ее ответ, что нет такой суммы, К.С.А. предложила «заложить» квартиру истицы по адресу: АДРЕС за 600000 рублей, а данные деньги передать ей. К.С.С. сказала, что долг вернет с процентами. К.С.С. также пояснила, что, необходимо заключить фиктивный договор купли-продажи своей квартиры, для гарантии возврата займа. От данной сделки никаких последствий не будет, квартира останется в собственности истицы. 15.05.2017 г. к ее дому подъехала К.С.С. и Ф.А., и они втроем поехали в г.Челябинск в МФЦ, где встретили П. и ФИО2. В помещении МФЦ истцу на подпись предоставлены документы: договор купли-продажи, расписку о получении 900000 рублей от продажи квартиры. Данные документы ФИО1 подписала. После этого П. попросила написать еще одну расписку о получении истицей в долг 600000 рублей, которые она берет под проценты у ФИО2. После чего ФИО2 передал К.С.С. в руки деньги в сумме 600000 рублей, К.С.С. деньги пересчитала и забрала себе. Никаких денег в размере 900000 рублей за продажу квартиры и 600000 рублей по договору займа истица не получала ни от ФИО2, ни от К.. Сделка купли-продажи квартиры от 15.05.2017 г. была мнимая, совершенная лишь для вида, без намерения с ее стороны, создать соответствующие ей правовые последствия, намерений отчуждать квартиру у истицы не было. Из квартиры она никуда не выезжала, в настоящее время проживает в ней вместе с тремя малолетними детьми. Оплачивает все коммунальные услуги за квартиру. Другого жилья для проживания не имеет. Истец просит признать договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: АДРЕС заключенный 15.05.2017 г. между ФИО1 и ФИО2 недействительным и применить последствия недействительности сделки. Погасить государственную регистрацию права собственности ФИО2 на квартиру общей площадью 47,9 кв.м.. по адресу: АДРЕС, произведенную 18.05.2017 г. Признать право собственности на эту же квартиру по адресу: АДРЕС за ФИО1 Признать недействительной расписку от 15.05.2017 г. о получении 900000 рублей.

ФИО3 обратилась в суд со встречным иском к ФИО1 о выселении. В обоснование иска указала, что она является собственницей квартиры, расположенной по адресу: АДРЕС на основании договора купли-продажи от 20.10.2017 г. Право собственности на указанную квартиру зарегистрировано в установленном законом порядке. Согласно условиям договора купли-продажи ФИО1 должна была сняться с регистрационного учета в течение 14 рабочих дней с момента подписания настоящего договора. И освободить квартиру. Однако, до настоящего времени ФИО1 продолжает проживать в принадлежащей ей квартире и с регистрационного учета не снялась. Добровольно выселяться из квартиры отказывается. Расходы на содержание жилья не несет.

Истец ФИО1 и ее представитель адвокат Журавлева О.В. исковые требования поддержали в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен.

Представитель ФИО2 представитель адвокат Сергеев Е.Н. исковые требования не признал.

Судом в качестве соответчика по иску ФИО1 была привлечена ФИО3, в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом, просит дело рассмотреть в ее отсутствие с участием представителя по ордеру адвоката Саморуковой Е.В. (л.д.238).

Представитель ФИО3 – адвокат по ордеру Саморукова Е.В. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, с иском ФИО1 не согласилась. 

Третьи лица отдел опеки и попечительства УСЗН администрации Копейского городского округа о времени и месте слушания дела извещены.

В силу ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц. 

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, суд пришел к следующему.

Судом установлено, что квартира АДРЕС находилась в собственности ФИО1 на основании договора купли-продажи от 03.03.2016 г. 

15.05.2017 г. между ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры АДРЕС. По условиям договора указанное недвижимое имущество продано за 900000 рублей. Расчет произведен до подписания настоящего договора. Продавец в подтверждение получения денежных средств в счет оплаты продаваемого недвижимого имущества выдает покупателю расписку (п.3). Право собственности зарегистрировано в Управлении Росреестра по Челябинской области 18.05.2017 г. (л.д.100, т.1).

Впоследствии по договору купли-продажи от 25.10.2017 г. ФИО2 продал указанную квартиру ФИО3 По условиям пункта 3 данного договора указанная квартира оценивается сторонами в сумме 900000 рублей, расчет произведен до подписания настоящего договора, в полном объеме. (л.д.114, т.1).

В соответствии со ст. ст. 454, 549 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130), а покупатель обязуется принять это недвижимое имущество и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Заявляя требования о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 15.05.2017 г., заключенного между ФИО1 и ФИО2, истица указала, что была введена заблуждение при совершении данной сделки, также полагает, что сделка является притворной прикрывает договор займа с залогом квартиры, из спорного жилого помещения не выезжала, проживает в ней с несовершеннолетними детьми, оплачивает все коммунальные услуги за квартиру.

По смыслу п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ притворная сделка - это сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. Такая сделка является ничтожной. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. п. 87, 88 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок.

В силу ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пп. 3 п. 2 статьи 178 ГК РФ, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении природы сделки. 

По смыслу ст. 178 ГК РФ, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

В соответствии с ч. 6 ст. 178 ГК РФ, если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

06.12.2017 г. старшим следователем Главного следственного управления ГУ МВД России по Челябинской области А.Л.В. было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его производству. Поводом для возбуждения уголовного дела послужило заявление ФИО1 о лишении ее права на жилое помещение, путем обмана и злоупотребления доверием. (л.д.146-147, т.1). 

Будучи допрошенной в качестве потерпевшей 11.12.2017 г. ФИО1 дала пояснения, аналогичным объяснениям, приведенным в исковом заявлении и данным в судебном заседании.

Постановлением от 11.12.2017г. ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу НОМЕР (л.д.148-151, т.1).

27.12.2017 г. следователем ГСУ ГУ МВД России по Челябинской области проведена очная ставка между потерпевшей ФИО1 и обвиняемой (подозреваемой) К.С.С., на вопросы следователя К.С.С. подтвердила пояснения ФИО1, которая указала, что К. попросила у нее в долг денежные средства. ФИО4 пояснила К., что у нее такой суммы нет. К. знала, что у нее нет денежных средств, и видела, в каких условиях живет она и ее дети. Кроме того, она является инвалидом и одна воспитывает троих детей. К. предложила ФИО4 взять денежные средства в кредит под залог ее квартиры. К. пояснила, что в настоящее время инвесторы (организации) оформляют договор займа либо залога, что квартира в это время находится в обременении и с ней ничего нельзя сделать. Либо инвесторы (организации) оформляют договор купли-продажи квартиры и одновременно оформляется договор залога или займа. ФИО5 объяснила ей, что пока действует договор залога, то квартиру продать нельзя и ей никто распорядиться не может, то есть договор купли-продажи не действует в этот период времени. К. пояснила, что ей необходимо 600000 рублей и договор займа будет оформлен на нее ФИО4, но оплачивать займ будет К. самостоятельно. К. уверила, что сможет рассчитаться с залогом. В тот момент ФИО4 не понимала и не осознавала, что К. ее обманывает и злоупотребляет ее доверием. Ей было жалко К., и она согласилась, но только с тем, что она и ее дети не пострадают, к не лишатся квартиры. ФИО4 полностью доверяла К.. Поэтому согласилась, так как К. ее убедила, что все будет происходить законно, и ее никто не обманет. 15.05.2017 г. в дневное время К.С.С. и Ф.А. заехали за ней на автомобиле. К.С.С. сказала, что нашла инвестора и необходимо съездить в МФЦ для оформления документов. За управлением автомобиля находилась Ф.А.О. Они подъехали к МФЦ, расположенному по АДРЕС. Ф.А.О. осталась сидеть в автомобиле, ФИО4 и К. зашли в помещение МФЦ, где встретились с П.О., ФИО2. К. представила ее им, а также сказала, что ФИО2 является инвестором, который предоставляет денежные средства в долг. У окна регистратора находилась она, ФИО2 и П.. Когда она увидела на столе договор купли-продажи квартиры, стала спрашивать, почему оформляется договор купли-продажи квартиры, а не договор залога. Кто- то из них, возможно П., стала ее торопить, говорить, что все будет хорошо, «не вникай». Ей показали, где необходимо поставить подпись. Она поставила подписи в указанных документах, не читая их. Кроме того, она подписала напечатанную на компьютере расписку о том, что получила от ФИО2 в счет оплаты за квартиру 900000 рублей. В действительности она данные денежные средства не получала. Ей пояснили, что данную расписку нужно предоставить для регистрации сделки.

К.С.С. данные показания уточнила, пояснила, что при оформлении сделки присутствовали, ФИО4, К., П., ФИО2. При подписании ФИО4 документов присутствовала она, ФИО2 и П.. Действительно, ФИО4 не читала документы, так как доверяла ей. В помещении МФЦ ФИО4 подписывала напечатанную заранее изготовленную расписку о получении денежных средств в размере 900000 рублей. Все документы, а также расписку готовил залогодатель, а именно ФИО2

Далее ФИО1 пояснила, что после того, как они все вышли из помещения МФЦ и направились к автомобилю, ей подали листок бумаги. Затем под диктовку она написала расписку о том, что она берет у ФИО2 денежные средства в размере 600000 рублей под проценты сроком на 6 месяцев. Кто именно диктовал ей, она не помнит. Она кому-то передала расписку, кто-то сходил в МФЦ и сделал копию с расписки, после чего передал расписку ФИО2. Денежные средства ФИО2 передал в тот момент, когда написав расписку, сели в автомобиль, они сидела на заднем сиденье, тот положил ей на колени денежные средства, которые были упакованы пачками в количестве не менее 3-х штук, перемотанные резинкой. На заднем сиденье рядом с ней сидела К.С., которая взяла у нее пачки с денежными купюрами, и стала считать денежные средства, а она наблюдала за подсчетом денежных средств. Возможно, когда К. пересчитывала очередную пачку купюр, то передавала ее ей, и она клала ее на колени. В итоге сумма, переданная ФИО2 составила 600000 рублей. Затем денежные средства в размере 600000 рублей К.С.С. взяла в руки, вышла из автомобиля и пересела на переднее пассажирское сиденье. В момент пересчета денежных средств рядом с автомобилем находился ФИО2 и еще кто-то, она не запомнила. 

К.С.С. пояснила, что какой именно текст надо написать в расписке диктовали ФИО2 и П.. Копия с расписки делала она в помещении МФЦ. Денежные средства ФИО2 передал в тот момент, когда написав расписку, сели в автомобиль, тот передал деньги Е.А., которая сидела на заднем сиденье. Он положил ей на колени денежные средства, которые были упакованы пачками в количестве не менее 3-х штук, перемотанных резинкой (л.д.197-204, т.1).

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ФИО1 была подписана расписка от 15.05.2017 г. о получении денег в сумме 900000 рублей и расписка о получении денег в долг в сумме 600000 рублей под 8 %, подлинная расписка, находится у ФИО2

На л.д.13 имеется копия Договора займа 35/2017, как пояснила сама К.С.С. на очной ставке 27.12.2017 г. данный договор подготовила она, и по ее просьбе вместо ФИО2 подписался посторонний человек, после чего она данный договор передала ФИО4, чтобы та в тот момент не поняла, что ее обманули и не обратилась в полицию. 

На очной ставке 27.12.2017 г. ФИО1 пояснила что, К.С.С. на альбомном листе написала расписку о том, что она взяла 600000 рублей сроком на 6 месяцев у ФИО1, которые обязуется вернуть. При этом присутствовала Ф., которая на указанной расписке подписала «свидетель Ф.». Данная расписка пропала из квартиры ФИО4 в середине октября 2017 г., после визита К.С.С. К.С.С. данные пояснения подтвердила полностью, уточнив, что именно она взяла указанную расписку из квартиры ФИО4. Так же К.С.С. пояснила, что два раза вместе с ФИО1 ездили к П.А., которому передали проценты. В июне и июле 2017 г. передала П. по 48000 рублей, всего передала 96000 рублей. 

В судебном заседании была допрошена в качестве свидетеля У.Я.В., которая пояснила, что к ней обратилась ее знакомая К.С.С., с просьбой помочь найти инвестора, чтобы заложить квартиру ее знакомой ФИО1, так как последней нужны были деньги на шесть месяцев. Она инвестора для К.С.С. не нашла. Позже свидетель созванивалась с К.С.С., та ей сказала, что нашла инвестора, квартиру оформили, сделка прошла, истец заложила квартиру и К.С.С. решила свои финансовые проблемы. Свидетелю известно, что К.С.С. документы для сделки не подготавливала. Между К.С.С. и ФИО1 были доверительные отношения.

Данные пояснения ФИО1 последовательны, не противоречивы, даны как при рассмотрении настоящего гражданского дела в суде, так и при расследовании уголовного дела, подтверждены фактическими обстоятельствами дела, показаниями допрошенной в качестве обвиняемой (подозреваемой) К.С.С. 

Согласно положениям ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

На основании вышеизложенного в совокупности с исследованными обстоятельствами по делу установлено, что ФИО1 намерения продавать принадлежащую ей квартиру по адресу: АДРЕС не имела, полагала, что оформляет договор займа с залогом квартиры, квартира будет в последующем возвращена, денежные средства в размере ни 900000 рублей ни 600000 рублей не получала.

Так же судом не установлен факт получения ФИО1 денежных средств в сумме 900000 рублей, в качестве расчета по договору купли-продажи от 15.05.2017г., поэтому имеющаяся в материалах дела расписка ФИО1 на сумму 900 0000 рублей не может являться доказательством получения ФИО6 денежных средств.

При таких обстоятельствах, суд считает, что обязательства по передаче денег ФИО2 не были исполнены, поэтому суд приходит к выводу об отсутствии основания для взыскания с ФИО1 в пользу ФИО2 денежных средств в сумме 900000 рублей по договору купли-продажи спорной квартиры, заключенному 15 мая 2017 года, в порядке ст.167 Гражданского кодекса РФ при рассмотрении настоящего гражданского дела.

Доводы ФИО1 о том, что она не собиралась продавать квартиру, надлежащими доказательствами не опровергнуты.

Суд не принимает как допустимое доказательство, представленные ответчиком фотографии, поскольку из данных фотографий невозможно определить, кто именно на них изображен (л.д. 207,208, т.1) 

Кроме этого, суд принимает во внимание о том, что ФИО1 является инвалидом 2 группы с заболеванием артрогрипоз, недоразвитость суставов рук и ног, при котором истица не имеет физической возможности взять несколько пачек денежных купюр и пересчитать их.

Суд относится критически к пояснениям Ц.Г.А., П.А.Ю. о том, что у ФИО1 были намерения продать квартиру, поскольку опровергаются пояснениями ФИО1, К.С.С., У.Я.В. 

Квартира по адресу: АДРЕС ФИО2, затем ФИО3 не передавалась, ФИО1 с несовершеннолетними детьми до настоящего времени проживает в спорной квартире, производит оплату жилья и коммунальных услуг.

Оценивая представленные суду доказательства, суд приходит к выводу, о том, что ФИО1 заблуждалась относительно природы сделки и ее последствий, полагая, что спорное имущество ей будет возвращено, данное заблуждение носило существенный характер, намерений на распоряжение спорным недвижимым имуществом, которое является для нее и несовершеннолетних детей является постоянным местом жительством не имела. ФИО2, совершая сделку по приобретению спорной квартиры действовал неосмотрительно, истинную волю собственников на продажу квартиры не выяснял, условия договора с собственниками не обсуждал, квартиру не осматривал.

Вместе с тем, установленные по делу обстоятельства подтверждают возникшие между сторонами отношения по договору займа с залогом квартиры, соответственно имеет место притворность сделки купли-продажи спорной квартиры, поскольку сделка купли-продажи направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Согласно выписки из финансового - лицевого счета, в спорной квартире зарегистрированы: ФИО1 с 19.06.2003 г., несовершеннолетние К.А.А. ДАТА г.р. с 06.02.2012 г., П.Д.В. ДАТА с 10.02.2017 г., П.В.В. ДАТА г.р. с 23.10.2017г. (л.д.167, т.1).

Так же судом установлено, что ФИО1 является опекуном несовершеннолетнего П.В.В. на основании постановления администрации Копейского городского округа от 08.11.2017 г. № 2723-п (л.д. 166а т.1).

В силу ст. 45 и 46 Конституции РФ гарантирующих государственную, в том числе судебную защиту прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации, в случае нарушения прав несовершеннолетних такие права подлежат судебной защите и восстановлению по основаниям и в процедурах предусмотренных законом. 

Согласно п. 4 ст. 292 ГК РФ отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 8 июня 2010 года № 13-П «По делу о проверки конституционности пункта 4 ст. 292 ГК РФ в связи с жалобой гражданки ФИО7» п. 4 ст. 292 ГК РФ в части, определяющей порядок отчуждения жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние члены семьи собственника данного жилого помещения, если при этом затрагиваются их права или охраняемые законом интересы, признан не соответствующим ч. 2 ст. 38, ч. 1 ст. 40, ч. 1 ст. 146, и чч. 2 и 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации в той мере в какой содержащееся в нем регулирование - по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой, - не позволяет при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, обеспечивать эффективную государственную, в том числе судебную защиту прав тех из них, кто формально не отнесен к находящимся под опекой или попечительством или к оставшимся без родительского попечения, но либо фактически лишен его на момент совершения сделки по отчуждению жилого помещения, либо считается находящимся на попечении родителей, при том, однако, что такая сделка - вопреки установленным законом обязанностям родителей - нарушает права и охраняемые интересы несовершеннолетнего. 

Согласно правовой позиции, отраженной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 08 июня 2010 года № 13-П, в силу статей 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 17 (часть 3), согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и во всяком случае их действия не должны приводить к лишению детей жилища. Иное означало бы невыполнение родителями - вопреки предписанию статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации - их конституционных обязанностей и приводило бы в нарушение статьей 55 (части 2 и 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации к умалению и недопустимому ограничению права детей на жилище, гарантированного статьей 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 38 (часть 2). 

В силу ч. 2 ст. 38 и ч.1 ст. 40 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и во всяком случае их действия не должны приводить к лишению детей жилища. 

По смыслу ч. 3 ст. 17, ч. 2 ст. 38 и ч. 1 ст. 40 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее ч. 2 ст. 35 при отчуждении собственником жилого помещения, в котором проживает его несовершеннолетний ребенок, должен соблюдаться баланс их прав и законных интересов. 

Согласно п. 1 ст. 63 СК РФ родители несут ответственность за воспитание и развитее своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом и нравственном развитии своих детей.

В соответствии с п.1 ст.168 Гражданского кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

На основании изложенного суд считает, что в результате отчуждения спорной квартиры, несовершеннолетние К.А.А. ДАТА г.р., П.Д.В. ДАТА, П.В.В. ДАТА р. лишены жилища, за ними не зарегистрировано право собственности на какие-либо жилищные помещения, отчуждение квартиры произведено в нарушение требований закона в отсутствие разрешения органа опеки и попечительства, что влечет нарушение их жилищных прав.

При таких обстоятельствах дела, суд к выводу, что договор купли-продажи квартиры от 15.05.2017 г., по адресу: АДРЕС, заключенный между ФИО1 и ФИО2 следует признать недействительным, применить последствия недействительности сделки.

Поскольку удовлетворены исковые требования ФИО1, то оснований для удовлетворения заявленных ФИО3 о выселении ФИО1. из спорной квартиры, не имеется.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Признать недействительными договор купли-продажи квартиры, распложенной по адресу: АДРЕС, заключенный 15.05.2017г. между ФИО1 и ФИО2.

Применить последствия недействительности сделки: 

Отменить государственную регистрацию права собственности ФИО2 на квартиру по адресу: АДРЕС НОМЕР от 18.05.2017 года.

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу АДРЕС, заключенный 25.10.2017 г. между ФИО2 и ФИО3. 

Погасить запись о государственной регистрации права собственности ФИО3 на квартиру по адресу: АДРЕС НОМЕР от 25.10.2017 года.

Признать за ФИО1 право собственности на квартиру АДРЕС, общей площадью 47,8 кв.м.

Признать расписку от 15.05.2017 г. подписанную ФИО1 на получение денежных средств сумму 900000 рублей безденежной.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО1 о выселении из квартиры, расположенной по адресу: АДРЕС – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Копейский городской суд в течение месяца после изготовления решения в окончательной форме. 

Председательствующий Е.В.Кузнецова