Дело №2-3935/2019 18 сентября 2019 года

(78RS0003-01-2018-002570-12) 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Богачевой Е.В.,

при секретаре Плотникове А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Дадаевой Екатерине Викторовне о признании соглашений об оказании юридической помощи недействительными или ничтожными,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в Дзержинский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ответчику Дадаевой Е.В. о признании соглашений об оказании юридической помощи от 03.08.2015 №1/8, 19.08.2015 №3/8, 06.09.2015 №1/9 недействительными или ничтожными.

В обоснование своих требований истец указал, что между ответчиком ФИО2 и ФИО3 были заключены несколько соглашений, а именно: соглашение об оказании юридической помощи от 03.08.2015 №1/8 по уголовному делу №335146 на стадии предварительного расследования и в суде первой инстанции; соглашение об оказании юридической помощи от 19.08.2015 №3/8 по уголовному делу №358212 на стадии предварительного расследования и в суде первой инстанции; соглашение об оказании юридической помощи от 06.09.2015 №1/9 по уголовному делу №318721 на стадии разбирательства в суде первой и второй инстанций. Данные обстоятельства установлены решением Адвокатской палаты Санкт-Петербурга от 09.07.2018 №769. О данных соглашениях истец узнал из решения Адвокатской палаты СПб. Истец указывает, что требования ч.1 ст.420, ч.1 ст.425, ч.1 ст.432 ГК РФ вышеуказанных статей проигнорированы при заключении указанных соглашений, поскольку он не знал о существовании данных соглашений, не выражал своего согласия на получение юридической помощи от адвоката Дадаевой Е.В. Более того, согласно законодательству РФ обязан получить письменное соглашение от лица, которому оказывает юридическую помощь. Ни одно из соглашений истцом не подписано. Доверитель (ФИО3) не имеет законных оснований при заключении соглашений, утверждать или подтверждать какие-либо обстоятельства, затрагивающие права и законные интересы истца. Кроме того, истец утверждает, что вышеуказанные соглашения являются мнимыми и в соответствии с ч.1 ст.170 ГК РФ ничтожны, поскольку ФИО3 и Дадаева Е.В. познакомились лично в судебном заседании в суде Кировского районного суда СПб 08.10.2015, до этого времени ФИО3 и Дадаева Е.В общались через жену истца – ФИО4, когда все соглашения заключены до фактического знакомства Дадаевой Е.В. и ФИО3 Данные обстоятельства подтверждаются постановлением от 17.04.2018, ФИО3 были подписаны указанные соглашения из жалости к Дадаевой Е.В., в связи с тем, что истцом были направлены жалобы на Дадаеву Е.В. в различные инстанции, после заключения под стражу 17.07.2015 между истцом и ФИО3 возобновилось общение через 3-4 месяца, ФИО3 пришла в СИЗО №1 СПб на краткосрочное свидание с истцом, о каких-либо соглашениях истец с ФИО3 не разговаривали, у истца также имеется объяснения ФИО3 от 22.11.2017, согласно которому ФИО3 и Дадаева Е.В. не заключали никаких соглашений.

Определением Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 08.11.2018 дело передано в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга, по месту жительства ответчика Дадаевой Е.В. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, надлежаще извещен о дате, времени и месте судебного заседания, ходатайств об отложении заседания не направлял.

Ответчик Дадаева Е.В. в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещалась надлежащим образом, представила суду письменные возражения на исковые требования, в которых исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать.

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явилась, надлежаще извещена о дате, времени и месте судебного заседания, ходатайств об отложении заседания не направляла. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствии надлежаще извещенных сторон в порядке ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ).

Изучив и оценив представленные в деле материалы в их совокупности и каждое в отдельности, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии с п.1 ст.421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно ст.25 Федерального закона от 31.05.2002 №63-Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем. Соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу. Вопросы расторжения соглашения об оказании юридической помощи регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации с изъятиями, предусмотренными настоящим Федеральным законом.

В соответствии со ст.6 Федерального закона от 31.05.2002 №63-Ф3 полномочия адвоката, участвующего в качестве представителя защитника доверителя в уголовном судопроизводстве, регламентируются соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации. В случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый соответствующим адвокатским образованием. Форма ордера утверждается федеральным органом юстиции.

Как следует из положений ст.8 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю.

Согласно ст.18 указанного федерального закона вмешательство в адвокатскую деятельность, осуществляемую в соответствии с законодательством, либо препятствование этой деятельности каким бы то ни было образом запрещаются. Истребование от адвокатов, а также от работников адвокатских образований, адвокатских палат или Федеральной палаты адвокатов сведений, связанных с оказанием юридической помощи по конкретным делам, не допускается.

Таким образом, для соглашения адвоката и представителя существенным условием является условие о предмете, который с учетом специфики деятельности адвоката может быть различно сформулирован, но всегда касается оказания юридической помощи и представительства. Наличие такого соглашения всегда подтверждается оформленным ордером адвоката или доверенностью.

Материалами дела установлено, что между Дадаевой Е.В. и ФИО3, являющейся матерью истца, были заключены следующие соглашения:

- на оказание юридической помощи ФИО1 на стадии предварительного расследования и в суде первой инстанции по уголовному делу № 335146, возбужденному 23.01.2015 СУ УМВД России по Московскому району Санкт-Петербурга по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.162 УК РФ (п.1 соглашения от 03.08.2015 №1/08);

- на оказание юридической помощи ФИО1 на стадии предварительного расследования и в суде первой инстанции по уголовному делу №358212, возбужденному 18.05.2015 СУ УМВД России по Фрунзенскому району Санкт-Петербурга (п.1 соглашения от 19.08.2015 №3/08);

на оказание юридической помощи ФИО1 в суде первой и второй инстанции по уголовному делу №318721, возбужденному 17.07.2015 СУ УМВД России по Кировскому району Санкт-Петербурга по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.162 УК РФ (п.1 соглашения от 06.09.2015 №1/09).

В пункте 1.2. вышеназванных соглашений указано, что «доверитель ФИО1 подтверждает, что назначенное лицо, ФИО1, выражает свое согласие на получение юридической помощи от адвоката Дадаевой Е.В.

В связи с заключением данных соглашений Дадаевой Е.В. как адвокатом на стадии предварительного расследования и в судебных инстанциях были выписаны ордера на оказания юридической помощи ФИО1 в установленном законом порядке.

Согласно положениям ст.183 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.

До одобрения сделки представляемым другая сторона путем заявления совершившему сделку лицу или представляемому вправе отказаться от нее в одностороннем порядке, за исключением случаев, если при совершении сделки она знала или должна была знать об отсутствии у совершающего сделку лица полномочий либо об их превышении.

Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

Если представляемый отказался одобрить сделку или ответ на предложение представляемому ее одобрить не поступил в разумный срок, другая сторона вправе потребовать от неуправомоченного лица, совершившего сделку, исполнения сделки либо вправе отказаться от нее в одностороннем порядке и потребовать от этого лица возмещения убытков. Убытки не подлежат возмещению, если при совершении сделки другая сторона знала или должна была знать об отсутствии полномочий либо об их превышении.

Согласно письма от 18.04.2017 №65/ТО/61/7-2344 из ФКУ СИ30-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Дадаева Е.В., как адвокат, так и совместно со следователем посещала ФИО1 в следственных кабинетах ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в следующие даты: 29.07.2015, 10.08.2015, 11.09.2015, 23.09.2015, 15.10.2015, 18.11.2015, 28.12.2015, 25.01.2016, 16.02.2016, 05.04.2016, 18.05.2016, 25.04.2016, 10.06.2016, 11.07.2016, 29.07.2016.

Кроме указанных дат защита ФИО1 в уголовном судопроизводстве велась, в том числе, в период предварительного расследования на территории ИВС, а также в период судебных заседаний в Московском районном суде, Фрунзенском районном суде, Кировском районном суде Санкт-Петербурга, а также в Санкт-Петербургском городском суде в апелляционном порядке при обжаловании приговора Кировского районного суда Санкт-Петербурга.

19.09.2016 ФИО1 на имя начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по СПб и ЛО было направлено заявление с просьбой не допускать адвоката Дадаеву Е.В. к ФИО1 для оказания ему юридической помощи.

Таким образом, судом было установлено, что согласие ФИО1 на получение юридической помощи было выражено конклюдентными действиями, отдельными заявлениями, сделанными в ходе предварительного расследования о согласии на получение защиты в лице указанного адвоката, а также в ходе проведения судебных; заседаний, что в своей совокупности и в соответствии со ст.183 Гражданского кодекса Российской Федерации признается одобрением сделки. 

При этом положениями Федерального закона от 31.05.2002 №63-Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» отсутствует обязанность получить адвокату письменное согласие от назначенного лица (лица, в пользу которого заключено соглашение на оказание юридической помощи) на получение юридической помощи.

Соответственно с 29 июля 2015 года и по 19 сентября 2016 года ни ФИО1, ни ФИО3 не было сделано каких-либо заявлений о некачественном оказании юридической помощи и о не заключении соглашений на оказание юридической помощи ФИО1

Из объяснений третьего лица ФИО5, данных ею Адвокатской палате Санкт-Петербурга, и указанных в решении Адвокатской Палаты Санкт-Петербурга от 09.07.2018, следует, что Дадаева Е.В. работу адвоката выполняла добросовестно.

Согласно ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи, с чем сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Для признания сделки мнимой на основании п.1 ст.170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, ст.170 ГК РФ подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имели намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. Неисполнение одной стороной сделки своих обязательств само по себе не свидетельствует о мнимом характере сделки. 

Вместе с тем, из искового заявления и приложенных к нему документов, письменных возражений следует, что в настоящем случае сделка была в полном объеме исполнена сторонами. Стороны вышеназванных соглашений об оказании юридической помощи намеревались создать соответствующие последствия указанной сделки и эти последствия наступили.

Таким образом, правовые последствия сделок - вышеназванных соглашений, заключенных между Дадаевой Е.В. и ФИО3 наступили, следовательно, они не являются мнимыми.

Также не могут быть применимы положения ч.1 ст.173.1 ГК РФ ввиду того, что в силу закона адвокат не обязан получать письменное согласие назначенного лица на получение юридической помощи. В данном деле согласие ФИО1 было выражено различными способами, в том числе, как и при проведении различного вида следственных и процессуальных действий на стадии предварительного расследования, так и в судебном процессе. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 

Кроме того, суд принимает во внимание, что в соответствии с ч.5 ст.166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56, 67. 194-197 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Дадаевой Екатерине Викторовне о признании соглашений об оказании юридической помощи недействительными или ничтожными отказать. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы.

Судья подпись 

Мотивированное решение изготовлено 23.09.2019.