Судья 1 инстанции – Тонконогова А.П. № 22-3288/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

4 декабря 2025 года г. Иркутск

Судебная коллегия по уголовным делам Иркутского областного суда в составе председательствующего Морозова С.Л., судей Иванова Е.В., Осипова Д.Ю.,

при секретаре судебного заседания Григорьевой А.А., с участием прокурора Яжиновой А.А., осужденного ФИО2, защитника – адвоката Тучина С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционными жалобами осужденного ФИО2 и защитника – адвоката Ермаковой Н.А. на приговор Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 1 июля 2025 года, которым

ФИО2, родившийся Дата изъята в 

<

адрес изъят>,

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ на 7 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 1 год с установлением ограничений: не изменять место жительства и не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу изменена с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу со взятием под стражу в зале суда.

Зачтено в срок отбытия наказания время содержания ФИО2 под стражей с 1 июля 2025 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

По докладу судьи Морозова С.Л., заслушав стороны, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 признан виновным в совершении в период с вечернего времени 10 июня, но не позднее 13 часов 10 минут 11 июня 2012 года, в г. Иркутске при изложенных в приговоре обстоятельствах, умышленного причинения ФИО1 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшей.

В суде первой инстанции ФИО2 виновным себя в совершении преступления признал.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 просит приговор отменить и возвратить уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, при этом указывает следующее. Приговор суда он считает незаконным, несправедливым, необъективным. В приговоре не указано по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из них и отверг другие. Надуманность выводов суда и неполнота предварительного следствия выражается в том, что согласно заключению экспертов № 1717/А-12 и показаниям свидетелей, на период встречи с ФИО1 у нее уже имелись повреждения в виде поверхностной ушиблено-рваной раны верхнего века справа, ссадины верхней губы слева, кровоподтёков в разных частях тела и конечностей, которые образовались в пределах одних суток, от воздействия тупых предметов, что не исключает получения телесных повреждений погибшей при иных обстоятельствах, которые всесторонне не были исследованы органом предварительного следствия и судом. Кроме того, травма живота: кровоподтёки передней поверхности живота справа: в правом подреберье (1), в околопупочной области справа (2), разрывы печени; кровоизлияния в брыжейку толстого кишечника, сопровождавшаяся обильной кровопотерей, согласно заключению экспертов составляет не менее одних суток, то есть образовались до их встречи с погибшей. Данные противоречия не устранены судом первой инстанции, необходимо возвратить дело прокурору, поскольку он, то есть ФИО2, тихонько толкнул погибшую.

В дополнении к апелляционной жалобе осужденный ФИО2 так же просит направить уголовное дело на дополнительное расследование и указывает следующее. Умысла на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1 у него не было, он пнул, а точнее толкнул ее ногами, и считает, что ее смерть наступила не от его действий. ФИО1 уже была избита, ее тело было в синяках, однако следствие не установило, кто нанес ей остальные телесные повреждения. Не отработана версия избиения ФИО1 ее несовершеннолетним племянником, который в 2012 году допрошен без законного представителя и педагога, что являлось нарушением ст. 425 УПК РФ. Время наступления смерти ФИО1 указано 11 июня 2012 года в 15 часов, однако другие люди могли избить ее. Учитывая, что ФИО1 была полураздета, хотя, когда он, то есть ФИО2, уходил в 6 утра она была одета, то не проверена версия изнасилования, не взяты необходимые анализы, не изымалась одежда на наличие следов преступления. Не учтены показания в качестве свидетеля соседки, что утром 11 июня 2012 года ФИО1 была в компании двоих мужчин, при этом следствием не установлено, кто это был и что они делали у дверей квартиры. С 2012 года по уголовному делу ничего не изменилось, кроме показаний свидетеля, который является заместителем начальника отдела полиции и высказал свое личное предположение о виновности ФИО2, что является недопустимым доказательством.

В апелляционной жалобе адвокат Ермакова Н.А. в защиту осужденного ФИО2 просит приговор суда изменить, наказание смягчить, применить положения ст. ст. 64, 73 УК РФ, при этом указывает следующее. Приговор не отвечает требованиям ч. 4 ст. 7, ст. 297 УПК РФ, назначенное наказание несправедливое вследствие чрезмерной суровости. Судом не учтена в полной мере совокупность смягчающих обстоятельств, таких как отсутствие судимости (не указано в приговоре), полное признание вины, явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления. Судом не учтены в должной степени данные о личности ФИО2, его возраст, инвалидность по заболеванию сердца, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, а также наличие сына, участвовавшего в специальной военной операции и находящегося на лечении в связи с ранением, противоправность поведения потерпевшей, что явилось поводом для совершения преступления. Защитник не соглашается с выводом суда об отсутствии в действиях ФИО2 активного способствования раскрытию и расследованию преступления, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, которое по мнению защитника выразилось в написании ФИО2 явки с повинной, даче им показаний о признании вины, участии в проверке показаний на месте, в ходе которой он подробно пояснял о преступлении и показывал какие действия им совершены. Защитник не соглашается с выводом суда, что ФИО2 давал показания под давлением улик, поскольку на момент написания явки с повинной ему не было известно о том, что в уголовном деле имеются доказательства его вины. Преступление совершено в условиях неочевидности, только явка с повинной и показания ФИО2 способствовали его раскрытию. С учетом совокупности смягчающих обстоятельств и давности преступления у суда имелась возможность назначить наказание с применением ст. 64 УК РФ.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО2 и защитник – адвокат Тучин С.В. просили отменить приговор суда по доводам апелляционной жалобы и дополнения к ней осужденного и возвратить уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Прокурор Яжинова А.А. возражала удовлетворению апелляционных жалоб и полагала приговор подлежащим оставлению без изменения.

Изучив уголовное дело, заслушав стороны, проверив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Оснований к возвращению уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в порядке ст. 237 УПК РФ у суда первой инстанции не имелось и такого рода ходатайств от сторон в ходе судопроизводства не поступало. По доводам апелляционных жалоб не усматривает этих оснований и суд апелляционной инстанции.

Нарушений закона, которые бы препятствовали суду принять итоговое решение по уголовному делу, не имеется. Ссылка в жалобе осужденного на необходимость проведения дополнительного расследования безосновательна и не соответствует требованиям уголовно-процессуального закона.

Обстоятельства, подлежащие в силу ст. 73 УПК РФ доказыванию по уголовному делу, судом установлены на основании исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, которые оценены в соответствии с требованиями закона, в том числе с точки зрения их достаточности для постановления приговора.

Выводы суда об умышленном причинении ФИО2 потерпевшей ФИО1 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть последней, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в судебном заседании, поскольку подтверждаются исследованными доказательствами в их совокупности.

Уголовное дело рассмотрено в соответствии с порядком установленным уголовно-процессуальным законом, при этом соблюдена процедура судопроизводства и обеспечена реализация прав участников уголовного судопроизводства без какого-либо их ограничения, включая право ФИО2 на защиту, а также презумпцию невиновности.

Приводимая в апелляционной жалобе осужденного версия о причинении ФИО1 телесных повреждений, повлекших ее смерть, иными лицами опровергается исследованными судом первой инстанции доказательствами.

Вопреки доводам жалобы осужденного выводы суда не содержат существенных противоречий, которые могли повлиять на решение вопроса о виновности ФИО2 и в приговоре указано по каким основаниям положены в основу приговора одни доказательства и отвергнуты другие, которые с ними не согласуются.

Так суд проанализировал показания ФИО2 данные им в ходе судебного следствия о нанесении им сильного удара двумя ногами в область живота потерпевшей ФИО1 от которого она упала с кровати на пол.

Мотивы признания судом этих показаний ФИО2 достоверными, являются по мнению судебной коллегии достаточно убедительными, поскольку они в полной мере согласуются с его же показаниями в ходе досудебного производства при проверке на месте и с изложенным им в явке с повинной, а также с показаниями свидетеля Свидетель №4 и других допрошенных по делу лиц, объективно подтверждаются заключениями судебно-медицинских, дактилоскопической, судебно-психиатрической экспертиз, информацией, содержащейся в протоколе осмотра места происшествия, которые в совокупности друг с другом подтверждают умышленный характер действий ФИО2, приведших к причинению потерпевшей тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни в виде закрытой тупой травмы живота: кровоподтёки передней поверхности живота справа: в правом подреберье (1), в околопупочной области справа (2), разрывы печени; кровоизлияния в брыжейку толстого кишечника, сопровождавшейся обильной кровопотерей, от которых и наступила смерть.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного в приговоре приведены сведения об обнаружении у ФИО1 так же и иных телесных повреждений, которые не стоят в причинной связи с наступлением смерти и не вменялись ФИО2 поскольку получены ею при иных обстоятельствах и в иное время, при этом имеется оценка как данного факта, так и позиции осужденного об отсутствии умысла на причинение потерпевшей тяжкого вреда здоровью.

Нельзя оставить без внимания, что материалы уголовного дела содержат сведения о правовом решении по фактам причинения ФИО1 телесных повреждений, не причинивших вреда здоровью, племянником потерпевшей Свидетель №1 и иными лицами то есть по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 116 УК РФ, в связи с чем следователем выносились постановления о выделении материалов из уголовного дела (т. 2 л. д. 40-44).

В свою очередь, суд первой инстанции обоснованно установил, что ФИО1 причинена закрытая тупая травма живота именно действиями ФИО2, а не иных лиц.

При этом об их умышленности свидетельствует механизм нанесения ФИО2, удара обеими ногами в живот ФИО1 с приложением силы, характер и локализация телесных повреждений возникших от этого удара по жизненно важной части тела животу, что привело к причинению опасного для жизни вреда здоровью в виде закрытой тупой травмы живота: кровоподтеков передней поверхности живота справа: в правом подреберье (1) в околопупочной области справа (2), разрывы печени; кровоизлияния в брызжейку толстого кишечника, сопровождавшейся обильной кровопотерей.

Не вызывает сомнений правильность вывода суда о том, что именно указанная закрытая тупая травма живота, а не иные телесные повреждения, повлекла смерть потерпевшей. То обстоятельство, что смерть ФИО1 не охватывалась умыслом ФИО2 при умышленном причинении им тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, исходя из требований ст. 27 УК РФ, не освобождает виновного от уголовной ответственности за такие последствия.

В приговоре сделан обоснованный вывод о наличии неосторожной формы вины ФИО2 к данному последствию его умышленных действий, что в полной мере соответствует положениям уголовного закона.

Суд обоснованно сослался в приговоре на показания ФИО2 в судебном заседании об обстоятельствах его встречи с ФИО1 и иными лицами, их совместного распития спиртного, последующего нанесения им удара ногами ФИО1 при обстоятельствах, которые полностью соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам дела, изложенным при описании преступного деяния в приговоре, а также на согласующиеся с этими показаниями сведения, содержащиеся в явке с повинной и протоколе проверки показаний ФИО2 на месте, исследованных в судебном заседании с участием сторон.

Допустимость этих доказательств не оспаривалась, при этом сам ФИО2 подтвердил добровольный характер своих показаний и явки с повинной, что полностью соответствует материалам дела, свидетельствует об отсутствии самооговора.

Судом правильно положены в основу приговора показания об известных им обстоятельствах дела:

– потерпевшего Потерпевший №1 – сына ФИО1 и свидетеля Свидетель №1 – ее племянника об известных им обстоятельствах общения с нею;

– свидетеля Свидетель №4 о фактах совместного распития спиртных напитков со своими знакомыми по адресу: 

<

адрес изъят>, обстоятельствах их взаимодействия, в том числе ФИО2 и ФИО1, которые уединялись в комнате, обнаружения затем в этой комнате трупа ФИО1;

– свидетелей Свидетель №3, Свидетель №2 – сотрудников полиции, об обстоятельствах обнаружения трупа женщины по адресу: 

<

адрес изъят>. Данных о заинтересованности указанных лиц в исходе дела, что поставило бы под сомнение достоверность сообщенных ими сведений, судебная коллегия не усматривает.

Кроме того, обоснованно положены в основу приговору иные сведения, подтверждающие установленные судом фактические обстоятельства дела, в частности, содержащиеся в протоколах следственных действий и заключениях экспертиз, в том числе в протоколе осмотра места происшествия от 11 июня 2012 года 

<

адрес изъят> об обнаружении трупа женщины и изъятии следов пальцев рук, в заключении дактилоскопической экспертизы о том, что след пальца руки, изъятый на отрезок ленты скотч размером 39x36 мм оставлен большим пальцем левой руки ФИО2, в заключениях первичной и дополнительных судебно-медицинских, а также в акте судебно-медицинского исследования трупа ФИО1

Вопреки апелляционной жалобе осужденного выводы судебно-медицинского эксперта о давности причинения ФИО1 телесных повреждений опасных для жизни в виде закрытой тупой травмы живота, о времени наступления смерти, а также о давности причинения иных телесных повреждений, которые оценены как не причинившие вреда здоровью, полностью согласуются с обстоятельствами, установленными судом и опровергают приводимую в апелляционной жалобе позицию осужденного о непричастности к инкриминируемому деянию, в том числе ввиду избиения потерпевшей иными лицами.

В частности, экспертом указано, что учитывая данные судебно-гистологического исследования давность причинения закрытой тупой травмы живота, от которой наступила смерть ФИО1 не менее 4-6 часов, но не более 1-х суток ко времени наступления смерти потерпевшей, тогда как давность причинения остальных повреждений в виде поверхностной ушибленно-рваной раны верхнего века справа, ссадины верхней губы слева и многочисленных кровоподтеков век, кожи верхней губы, нижней челюсти слева, и иных областях тела и конечностей первые часы, но не более 1-х суток ко времени наступления смерти. Кроме того, потерпевшая после причинения ей закрытой тупой травмы живота жила, и не исключено, что она могла совершать активные действия в течении промежутка времени, исчисляемого часами. Остальные повреждения, обнаруженные при исследовании трупа, на наступление смерти не повлияли и не препятствовали совершению активных действий. Учитывая характер локализацию, механизм образования и давность причинения повреждений, входящих в комплекс закрытой тупой травмы живота, не исключено, что она могла сформироваться при обстоятельствах, указанных ФИО2 в ходе его допроса в качестве подозреваемого и в ходе проверки показаний на месте.

Оценка заключений судебно-медицинского эксперта по результатам исследования трупа ФИО1 в приговоре приведена, оснований полагать ее ненадлежащей, а выводы эксперта недостоверными, по доводам апелляционных жалоб, не имеется.

Анализ исследованных по делу доказательств, в том числе показаний самого ФИО2, что он ударил ФИО1 ногами, поскольку увидел, что она пыталась, пока он спал, забрать его денежные средства, позволил суду правильно прийти к выводу о том, что действия осужденного носили целенаправленный характер, между ним и потерпевшей имел место конфликт, возникли неприязненные отношения, что побудило ФИО2 умышленно причинить тяжкие телесные повреждения ФИО1, от которых по неосторожности наступила ее смерть.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые давали бы основания для признания полученных доказательств недопустимыми, судебная коллегия не усматривает. При этом со ссылкой осужденного в жалобе на недопустимость показаний сотрудников полиции, судебная коллегия согласиться не может, поскольку эти доказательства получены без нарушения закона, и вопреки доводам ФИО2 касаются только тех обстоятельств дела, которые могли выясняться у сотрудников правоохранительных органов с учетом установленных законом ограничений, и не связаны с предположениями о виновности ФИО2

Судебная коллегия соглашается с выводами суда о достоверности показаний потерпевшего и свидетелей, полагает правильным указание на данные и другие приведенные в приговоре доказательства как подтверждающие выводы суда о виновности осужденного, учитывая, что показания допрошенных лиц согласуются между собою, заключениями экспертов и иными объективными сведениями. Не усматривается из материалов дела так же и сведений о самооговоре или об оговоре ФИО2

Исходя из установленных фактических обстоятельств уголовного дела, суд правильно квалифицировал действия ФИО2 по ч. 4 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей.

Судебная коллегия признает юридическую оценку содеянного ФИО2 не подлежащей изменению.

Психическое состояние осужденного проверено надлежащим образом. С учетом сведений о его психическом здоровье, выявленном комиссией судебно-психиатрических экспертов, вывод суда о признании ФИО2 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности за содеянное, сомнений не вызывает.

При назначении наказания, суд обоснованно признал смягчающими наказание обстоятельствами и надлежащим образом учел их в приговоре – наличие малолетнего ребенка (на момент совершения преступления), противоправность поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления, признание подсудимым своей вины (посредством дачи показаний по делу, участия в проверке показаний на месте), раскаяние в содеянном, состояние здоровья, возраст подсудимого, состояние здоровья сына подсудимого (с учетом получения ранения в ходе участия в СВО).

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника то, что ФИО2 является не судимым, не достаточно для признания этого факта смягчающим наказание обстоятельством как самостоятельно, так и в совокупности с указанными выше обстоятельствами. Отсутствие в приговоре ссылки на этот факт также нельзя признать существенным нарушением, влекущим смягчение виновному наказания.

Суд пришел к правильному выводу, что исправление осужденного невозможно без изоляции от общества, надлежаще мотивировав это в приговоре, и назначил наказание в виде реального лишения свободы, с применением дополнительного наказания в виде ограничения свободы. Судебная коллегия также не находит оснований для применения к ФИО2 условного осуждения в соответствии со ст. 73 УК РФ.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, что влекло бы необходимость применения ст. 64 УК РФ суд обоснованно не усмотрел, не усматривает таковых и судебная коллегия.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Вывод суда о том, что явка с повинной учитывается в качестве смягчающего наказание обстоятельства в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, а не как обстоятельство, предусмотренное п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, не соответствует требованиям уголовного закона, исходя из обстоятельств данного дела.

Так ФИО2 19 сентября 2023 года письменно заявил о явке с повинной при этом указал, что летом 2012 года из-за того, что ФИО1 хотела похитить его денежные средства, он схватил ее за руку и ударил двумя ногами в область живота, отчего она упала на пол.

Суд первой инстанции в приговоре сослался на указанное заявление о явке с повинной как доказательство, подтверждающее виновность ФИО2 в преступлении, предусмотренном ч. 4 ст. 111 УК РФ, за которое ему назначено наказание.

Признав явку с повинной допустимым и достоверным доказательством и положив в основу приговора суд фактически счел ее добровольной.

Вопреки выводам суда сам по себе тот факт, что ФИО2 обратился с явкой с повинной только в 2023 году, не исключает ее значение как обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, принимая во внимание, что данных о вынужденном характере написания явки с повинной, в том числе при задержании по подозрению в совершении преступления, материалы уголовного дела не содержат, в приговоре о наличии таких данных не указано.

Как следует из материалов уголовного дела, после возбуждения уголовного дела по факту обнаружения трупа ФИО1 длительное время осуществлялось его расследование. Предварительное следствие приостановлено 18 января 2013 года ввиду неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого (т. 1 л. д. 169). 19 сентября 2023 года поступила явка с повинной ФИО2 (т. 1 л. д. 176). Производство следствия возобновлено только после поступления заявления о явке с повинной от ФИО2 (т. 1 л. д. 177).

Данных о том, что правоохранительные органы до упомянутой явки с повинной располагали сведениями о совершении преступления ФИО2 достаточными для привлечения его к уголовной ответственности, что его самоизобличение было связано с давлением улик, как об этом голословно указал суд в приговоре, в деле не имеется и в приговоре не приведено.

При таких обстоятельствах, учет явки с повинной в качестве смягчающего обстоятельства в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, а не согласно п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ не имеет под собой фактического основания, в связи с чем приговор подлежит в этой части изменению.

Принимая во внимание, что обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2 судом не установлено, учет явки с повинной в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, требует применения правил, предусмотренных ч. 1 ст. 62 УК РФ, согласно которым в данном конкретном случае срок наказания не может превышать двух третей максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Так как судом не учитывались эти льготные правила назначения наказания, предусматривающие необходимость снижения верхнего предела санкции ч. 4 ст. 111 УК РФ, то изложенное влечет смягчение назначенного ФИО2 наказания.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с доводами жалобы защитника о необходимости ввиду явки с повинной и дачи ФИО2 самоизобличающих показаний, признать смягчающим обстоятельством в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ так же активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Каждое из указанных адвокатом действий образует самостоятельное смягчающее обстоятельство, а именно в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – явку с повинной, как указано выше; согласно ч. 2 ст. 61 УК РФ – признание подсудимым своей вины (посредством дачи показаний по делу, участия в проверке показаний на месте), его раскаяние в содеянном.

Однако ни сами по себе, ни в совокупности друг с другом и (или) иными обстоятельствами, эти же действия ФИО2 не могут быть признаны свидетельствующими дополнительно и об активном способствовании раскрытию и расследованию преступления, предусмотренном п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

В приговоре суд правильно указал, что не усматривает в действиях подсудимого наличие такого смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, как активное способствование раскрытию и расследованию преступления, несмотря на наличие признательных показаний по делу подсудимого и написание им явки с повинной.

Судебная коллегия вновь отмечает, что уголовное дело возбуждено в 2012 году по факту обнаружения трупа ФИО1, длительное время расследовалось, так как оставалось не раскрытым, затем производство по делу приостанавливалось ввиду неустановления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого. Согласно исследованным доказательствам, ФИО2 в ходе следствия давал различные показания, в 2012 году в качестве свидетеля изобличающей себя информации не сообщал и впервые заявил о совершенном им преступном деянии в отношении ФИО1 только через одиннадцать лет, то есть в 2023 году.

Таким образом, активного содействия правоохранительным органам, что повлекло бы раскрытие и своевременное расследование преступления без длительных задержек, ФИО2 фактически не оказывал. Дальнейшее его поведение, самоизобличение в преступлении в полной мере учтено в качестве иных смягчающих обстоятельств: явки с повинной – в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, правовые последствия которой выражаются помимо прочего в уменьшении верхнего предела размера возможного наказания при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств; признании подсудимым своей вины (посредством дачи показаний по делу, участия в проверке показаний на месте, его раскаяние в содеянном) – в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ. На основании изложенного, судебная коллегия не усматривает каких-либо иных оснований для изменения, а также для отмены приговора, который в остальном подлежит оставлению без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 1 июля 2025 года в отношении осужденного ФИО2 изменить:

– признать явку с повинной обстоятельством, смягчающим наказание в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ;

– смягчить с учетом положений, предусмотренных ч. 1 ст. 62 УК РФ, наказание до 6 лет 6 месяцев лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 год.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО2 и защитника – адвоката Ермаковой Н.А. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово) через Куйбышевский районный суд г. Иркутска в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения, а осужденным в тот же срок со дня получения копии апелляционного определения.

В случае обжалования осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий С.Л. Морозов

Судьи Е.В. Иванов

Д.Ю. Осипов