Дело № 2-3258/2025

УИД № 58RS0027-01-2025-005616-11

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

9 декабря 2025 года г. Пенза

Октябрьский районный суд г. Пензы в составе

председательствующего судьи Тюриной Е.Г.,

при секретаре Астафьевой Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по иску прокуратуры Октябрьского района г. Пензы в интересах ФИО2 к ИП ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Прокурор Октябрьского района г. Пензы обратился в интересах ФИО2, просил взыскать с ИП ФИО3 компенсацию морального вреда в пользу ФИО2 в размере 100 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указал, что 10 июня 2025 между ИП ФИО3 и ФИО2 заключен трудовой договор №, в соответствии с которым последний принят на должность оператора станков. В соответствии с п. 1 трудового договора место работы определено по адресу ИП ФИО1: 

<

адрес>. Датой начала работы является 10 июня 2025. В период с 14 час. 30 мин. до 15 час. 00 мин. 21 июля 2025 оператор станков ФИО2 при исполнении своих трудовых обязанностей на рабочем месте (работал на сверлильно-присадочном центре с ЧПУ KDT KD-610H), расположенном по адресу: 

<

адрес>, получил производственную травму .... Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести ...», повреждения, полученные ФИО2, относятся к легкой категории: .... Полученная травма привела к потери трудоспособности оператора станков ФИО2, в результате которой он испытал сильную физическую боль и нравственные страдания. Также на месте травмы образовалось уплотнение, убрать которое возможно только лишь путем хирургического вмешательства. При этом одновременно установлено, что Средневолжской межрегиональной территориальной государственной инспекцией труда проводилось расследование сокрытого легкого несчастного случая, произошедшего с ФИО2 В ходе вышеуказанного расследования было установлено, что причиной несчастного случая с ФИО2 стали нарушения абз. 12 ч. 3 ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации (работодатель обязан обеспечить организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты), п.п. 2 п. 5 ч. 1 Правил по охране труда в лесозаготовительном, деревообрабатывающем производствах и при выполнении лесохозяйственных работ, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 23.09.202С №н (работодатель обеспечивает контроль за соблюдением работниками требований инструкций по охране труда), п.п.п. 4 п.п. 1.3.1 и п. 1.3 раздела 1 руководства по эксплуатации сверлильно-присадочного центра с ЧПУ KDT KD-610H (перед пуском станка следует убедиться в отсутствии посторонних людей или предметов поблизости от станка), абзаца 1 пункта 2.11 раздела 2 руководства по эксплуатации сверлильно-присадочного центра с ЧПУ KDT KD-610H (в процессе работы станка персонал должен находиться за пределами зоны, ограниченной пунктирной линией (800 мм)), абзаца 3 пункта 2.11 раздела 2 руководства по эксплуатации сверлильно-присадочного центра с ЧПУ KDT KD-610H (оператор обязан контролировать рабочий процесс, при возникновении любой нештатной ситуации следует незамедлительно останавливать станок). Таким образом, руководствуясь положениями статей 151, 1101 ГК РФ, статьи 237 Трудового кодекса РФ, ФИО2 получил травму ... непосредственно при исполнении им трудовых обязанностей, в результате неправомерных действий других работников, при осуществлении деятельности, создающей опасность, в связи с чем ответственным за причиненный ФИО2 вред является ИП ФИО3 как работодатель независимо от вины причинителя вреда.

Представитель истца – старший помощник прокурора Октябрьского района г. Пензы – Мартышкина Ю.В., действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить.

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования по доводам, изложенным в исковом заявлении, поддержал в полном объеме.

Ответчик ИП ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно, надлежащим образом.

Представители ответчика по доверенности ФИО5 в судебном заседании выразила свое несогласие с иском, а также размером заявленной суммы компенсации морального вреда. Указала в отзыве, что ФИО2 был принят на должность оператора станков с 10.06.2025 года (приказ № от 10.06.2025 года), между сторонами был заключен трудовой договор № от 10.06.2025 года. В должностные обязанности ФИО2 входило: выполнение работы на деревообрабатывающих станках; ведение процесса обработки с пульта управления деталей на налаженных станках с программным управлением с одним видом обработки; установка и съем деталей после обработки, наблюдение за работой систем обслуживания станков по показаниям цифровых табло сигнальных ламп. Коробкой Д.В. работал на сверлильно - присадочном центре с ЧПУ. 10.06.2025 года с ФИО2 был проведен вводный инструктаж. С 16.06.2025 года по 19.06.2025 года ФИО2 проходил стажировку. С 20.06.2025 года был допущен к самостоятельной работе. 02.07.2025 года с ФИО2 был проведен повторный инструктаж по профессии и виду работ. Данные обстоятельства отражены в акте по форме Н-1 от 17.09.2025 года и в заключении государственного инспектора труда отдела контроля (надзора) в сфере охраны труда № Средневолжской региональной Гострудинспекции ФИО9 от 04.09.2025 года. 16.06.2025 года в соответствии с протоколом б/н от 16.06.2025 года ФИО2 прошел проверку знаний требований охраны труда по программе обучения: «безопасные методы и приемы выполнения работ при воздействии вредных и (или) опасных производственных факторов, источников опасности, идентифицированных в рамках специальной оценки условий груда и оценки профессиональных рисков», также 16.06.2025 года ФИО6 прошел проверку знаний требований охраны труда по вопросам оказания первой помощи пострадавшим. Считает, что работодателем были предприняты исчерпывающие меры по созданию безопасных условий труда работнику - ФИО2 Несчастный случай с ФИО2 произошел 21.07.2025 года. Согласно протоколу опроса ФИО11 установлено, что после оказания первой помощи ФИО11 спросил у ФИО2, как он смог травмироваться. На что ФИО2 пояснил, что потянулся правой рукой за деталью, и из-за своей невнимательности попал рукой под защитный экран в сверлильную группу, при этом станок находился в работающем режиме. Перчатку зацепило и намотало на сверло. ФИО2 успел выдернуть руку. На вопрос ФИО11 почему ФИО2 не открыл защитный экран и не остановил станок аварийно, ФИО2 ответил, что отвлекся. На предприятии ИП ФИО3 (Мебельная фабрика ... на каждый станок ведется сменный журнал технического состояния станка, учета его неисправностей и фиксация работ по их устранению, в том числе и на сверлильно-присадочный станок с ЧПУ KDT KD-610H. В журнале фиксируются все технические работы, проводимые с оборудованием. Согласно сменного журнала технического состояния станка, учета его неисправностей и фиксации работ по их устранению сверлильно-присадочного станка с ЧПУ KDT KD-610H 21.07.2025 года были проведены следующие технические работы: смазка ручным насосом, смазка сверлильных голов, проверка агрегатов. Перед началом смены по состоянию на 21.07.2025 года сверлильно -присадочный станок с ЧПУ KDT KD-610H был в рабочем состоянии, никаких неисправностей выявлено не было. Отметила, что работодатель предлагал ФИО2 добровольно по соглашению сторон компенсацию морального вреда в размере 25 000 тысяч рублей. На предложение работодателя ФИО2 ответил отказом, запросив сумму в 200 000 рублей, при этом сказав, что такую возможность «заработать» нужно обязательно использовать. В материалах дела отсутствует какое-либо обоснования размера компенсации морального вреда ФИО2, размер нарушенных нематериальных благ, значимость их для ФИО2 (невозможность работать по профессии, невозможность ведения прежнего образа жизни, длительное лечение и т.д., план мероприятий (реабилитации) по восстановлению здоровья и прочее. На основании вышеизложенного, просит суд снизить размер заявленной компенсации морального вреда до 30 000 рублей.

Представитель ответчика ФИО7, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против заявленного размера компенсации морального вреда.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 45 Гражданско-процессуального кодекса РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции РФ труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией РФ ст. 2 Трудового кодекса РФ относит, в том числе, свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ст. 15 Трудового кодекса РФ).

В силу ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом.

В ч. 1 ст. 56 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно ч. 1 ст. 61 Трудового кодекса РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами РФ или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 Трудового кодекса РФ).

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, 10 июня 2025 г. между ИП ФИО3 (работодатель) и ФИО2 (работник) заключен трудовой договор, по условиям которого работник принимается на работу, местонахождение: 

<

адрес> (п.1 договора) с 10 июня 2025 года (п.2 договора), по должности, специальности, профессии оператор станков (п.3 договора). Работник принимается на работу на неопределенный срок (п.5 договора), без испытательного срока (п.6 договора).

Пунктом 7 договора установлены обязательства сторон.

Создание условий для безопасного и эффективного труда возлагается на работодателя (п. 8 договора).

Судом установлено, что 21 июля 2025 г. в производственном цехе по адресу: 

<

адрес> ФИО2 выполнял работу по сверлению отверстий в деталях на сверлильном станке с ЧПУ KD-610Н. Когда одна из деталей застряла в обрабатываемой зоне, ФИО2, не подняв защитный экран и не выключив станок, стал доставать застрявшую деталь. В результате чего получил резанную рану правой руки.

Согласно медицинском заключению ФИО2 21 июля 2025 г. в 16 часов 16 минут поступил в ...», госпитализирован в отделение травматологии. Диагноз: ...; согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории – легкая.

Из выписного эпикриза травмотологического пункта ...» следует, ...

По факту получения травмы ФИО2 Средневолжской межрегиональной территориальной государственной инспекцией труда проводилось расследование сокрытого легкого несчастного случая, составлен Акт о несчастном случае на производстве.

Согласно заключению государственного инспектора труда в ходе проведения расследования несчастного случая, произошедшего 21 июля 2025 года с ФИО2 установлено, что несчастный случай связан с производством, поскольку травма была получена ФИО2 при исполнении им трудовых обязанностей. Причиной несчастного случая является неудовлетворительная организация производства работ,в том числе необеспечение со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работ, соблюдением трудовой дисциплины, выразившаяся в отсутствии контроля со стороны бригадира столяра ФИО13 за ходом выполнения работ ФИО2 на сверлильно-присадочном центре с ЧПУ KD-610Н. То есть ФИО13 нарушил абз.12 ч.3 ст.214 ТК РФ,п.п.2 п.5 ч.1 «Правил по охране труда в лесозаготовительном….».

Постановлением Средневолжской межрегиональной территориальной государственной инспекции труда № от 23 сентября 2025 г. о назначении административного наказания ФИО13 привлечен к административной ответственности по ст.15.34 КоАП РФ, ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 500 руб.

22 сентября 2025 г. ФИО2 обратился в прокуратуру Октябрьского района г. Пензы с заявлением о предъявлении искового заявления в суд о компенсации морального вреда.

В данном обращении ФИО2 указал, что при исполнении своих трудовых обязанностей получил ..., полученные повреждения относятся к легкой категории. Указал, что в этот день он обратился в травмпункт, где ему наложили восемь швов. В настоящее время испытывает боль в руке, осталось уплотнение на сгибе правой руки,которое требует операционного вмешательства. Считает, что работодатель обязан компенсировать ему в связи с полученной травмой моральный вред, поскольку не обеспечил безопасные условия и охрану труда своих работников. Он и по настоящее время испытывает физические и нравственные страдания и переживания.

В силу положений Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ (абзацы 4, 15 и 16 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса РФ).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 ч. 1 ст. 210 Трудового кодекса РФ).

Частью 1 ст. 214 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников (ч.2 ст. 214 Трудового кодекса РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом РФ, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы 2 и 9 ч. 1 ст. 216 Трудового кодекса РФ).

Исходя из приведенного нормативного правового регулирования работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.

В связи с наличием трудовых отношений между ФИО2 и ИП ФИО1 с 10 июня 2025 года, в том числе на дату получения ФИО2 телесных повреждений при осуществлении работы – 21 июля 2025 г., суд находит, что имеют место правовые основания для признания несчастного случая, произошедшего 21 июля 2025 г., несчастным случаем на производстве.

В силу положений ст. 227 Трудового кодекса РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом.

Согласно ст. 231 Трудового кодекса РФ разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составления соответствующего акта, разногласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд.

В статье 381 Трудового кодекса РФ дано понятие индивидуального трудового спора. Согласно названной норме закона индивидуальный трудовой спор - это неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров (часть 1 статьи 381 Трудового кодекса РФ).

Индивидуальные трудовые споры рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами (статья 382 Трудового кодекса РФ).

Таким образом, споры, связанные с оформлением несчастных случаев на производстве, относятся к индивидуальным трудовым спорам, подлежащими рассмотрению органами по рассмотрению индивидуальных трудовых споров, в частности судом.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 Трудового кодекса РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ», в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе РФ норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса РФ, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 Гражданского кодекса РФ (ст. 1099 Гражданского кодекса РФ).

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса РФ).

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве, суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Поскольку несчастный случай на производстве произошел с ФИО2 в результате неудовлетворительной организации производства работ, в том числе необеспечение контроля со стороны бригадира столяров ФИО13 за ходом выполнения работ ФИО2 на сверлильно-присадочном центре с ЧПУ KD-610Н, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ИП ФИО3 в пользу ФИО2 компенсации морального вреда.

Как указано в абзаце 2 статьи 151 Гражданского кодекса РФ, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Гражданского кодекса РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 Гражданского кодекса Гражданского кодекса РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что истец получил ..., квалифицируемой как легкий вред здоровью, испытал боль, находился на больничном листе в связи с потерей трудоспособности. С учетом конкретных обстоятельств дела, характера и степени нравственных и физических страданий, материального положения сторон, длительности лечения, характера повреждения, последствий полученной травмы, принципа разумности и справедливости, принимая во внимание, что ФИО2 причинен легкий вред здоровью, с учетом возражений ответчика относительно суммы, заявленной ко взысканию, считает возможным определить размер компенсации морального вреда в размере 60 000 руб. Таким образом, исковые требования подлежат частичному удовлетворению. При этом довод представителя ответчика о том, что работодатель предпринял исчерпывающие меры по созданию безопасных условий труда работнику ФИО2, опровергается материалами дела и заключением государственного инспектора труда.

Поскольку исковые требования удовлетворены, а истец в соответствии с требованиями ст. 393 Трудового кодекса РФ освобожден от уплаты государственной пошлины за подачу искового заявления, с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в силу ст. 333.19 Налогового кодекса РФ подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования «город Пенза» в размере 3 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

иск прокуратуры Октябрьского района г.Пензы в интересах ФИО2 к ИП ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ИП ФИО3 (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ ...) компенсацию морального вреда в размере 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ИП ФИО3 (ИНН 

<

***>) в доход бюджета города Пензы госпошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Октябрьский районный суд г. Пензы в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 23 декабря 2025 года.

Судья Е.Г. Тюрина