Дело № 2-5532/2025

УИД 35RS0010-01-2025-003147-67

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Вологда 

12 августа 2025 года 

Вологодский городской суд Вологодской области в составе:

председательствующего судьи Закутиной М.Г.

при секретаре Долгановой А.В.,

с участием:

- истца ФИО2,

- представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «Сибиряк» (далее – ООО «Сибиряк») о восстановлении трудовых прав,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с иском, в котором просит признать трудовыми отношения между ним и ООО «Сибиряк», взыскать с ООО «Сибиряк» в свою пользу заработную плату в размере 253 021 руб., компенсацию юридических расходов в размере 15 000 руб., сумму неосновательного обогащения за период с 28 ноября 2024 года по день вынесения решения по делу, сумму неосновательного обогащения в размере со дня принятия судом решения по делу по день фактического исполнения обязательства, компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. В обоснование указывает, что осуществлял трудовую деятельность в ООО «Сибиряк» в качестве водителя по трудовому договору от 05 июня 2024 года. При трудоустройстве ему были обещаны: оклад в размере 60 000 руб., доплаты за рейсы на ближайшие расстояния - в размере 5 руб. за 1 км, за рейсы на дальние расстояния - в размере 3 руб. за 1 км, за рейсы по г. Вологде и ближайшим районам – 2 500 руб., за разгрузку груза - 500 руб., суточные - 700 руб. Километраж считался согласно путевому листу. С июня по август 2024 года все выплаты осуществлялись работодателем в полном объеме. Фактическая выплата зарплаты за период с сентября по ноябрь 2024 года составила 15 000 руб. Причиненный моральный вред выражается в глубоком душевном переживании, поскольку всегда добросовестно относился к своим трудовым обязанностям.

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержал, просил суд удовлетворить.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Сибиряк» по доверенности ФИО3 частично согласился с исковыми требованиями по основаниям, изложенным в письменном возражении на исковое заявление, согласно которым ответчик не отрицает наличие между сторонами трудовых отношений, поэтому в данных требованиях нет необходимости. Условиями трудового договора был предусмотрен оклад в размере 17 000 руб. Доплат, указанных истцом, в трудовом договоре не предусматривалось. Истцом не представлено доказательств оклада в размере 60 000 руб. и установленных надбавках за рейсы, разгрузку груза; информация об этом, предоставленная истцом, не соответствует действительности. Согласны с задолженностью по заработной плате согласно уточненному расчету в размере 39 856 руб. 30 коп., процентами за задержку выплаты заработной платы в размере 14 850 руб. 91 коп. Оснований для применения ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется. Заявленный размер морального вреда не соответствует действительности, истец не подтвердил наличие у него физических и нравственных страданий. Требование о взыскании судебных расходов необоснованно.

Заслушав явившихся участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований, при этом суд исходит из следующего.

05 июня 2024 года между ООО «Сибиряк» (работодателем) и ФИО2 (работником) заключен трудовой договор №, по условиям которого работник был принят на работу на должность водителя с 05 июня 2024 года.

Копия трудового договора представлена в материалы дела как истцом, так и ответчиком, представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа тождественны между собой, в ходе судебного разбирательства факт трудовых отношений между сторонами ответчиком не оспаривался.

В соответствии со ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. 

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 ТК РФ).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами ТК РФ возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (ч. 3 ст. 16 ТК РФ) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель ч. 3 ст. 16 ТК РФ - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

С учетом того, что между истцом и ответчиком трудовой договор был надлежащим образом оформлен работодателем ООО «Сибиряк» при его заключении, суд полагает, что признание в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами не требуется.

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований о признании отношений между ФИО2 и ООО «Сибиряк» трудовыми.

Разрешая исковые требования в части взыскания с ответчика заработной платы, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Как следует из п. 3.1 трудового договора, заключенного между истцом и ответчиком, работнику выплачивается заработная плата в соответствии со штатным расписанием. На момент заключения договора заработная плата состоит из оклада, который составляет 17 000 руб. 

В силу п. 3.2. трудового договора заработная плата выплачивается работнику не реже чем каждые полмесяца - до 15 и до 30 числа каждого месяца путем перечисления работнику денежных средств на его расчетный счет.

Вместе с тем, как указывает истец, при заключении трудового договора ему была обещана выплата оклада в размере 60 000 руб., а также доплат: за рейсы на ближние расстояния – 5 руб. за 1 км, за рейсы на дальние расстояния – 3 руб. за 1 км, за рейсы по г. Вологде и близлежащим районам – 2 500 руб., за разгрузку груза – 500 руб., суточные – 700 руб.; километраж считался согласно путевым листам.

Данные обстоятельства в ходе судебного разбирательства подтвердил допрошенный в качестве свидетеля ФИО1

Согласно расчету истца его заработная плата за период с 01 сентября 2024 года по 27 ноября 2024 года составляет: оклад 174 285 руб. (60 000 руб. + 60 000 руб. + 54 285 руб.), доплаты за рейсы 93 736 руб. (44 869 руб. + 40 321 руб. + 8 546 руб.); с учетом выплаченной суммы 15 000 руб. задолженность по заработной плате составляет 253 021 руб.

В ходе судебного разбирательства ответчик указал, что согласно трудовому договору заработная плата истца состояла из оклада 17 000 руб., за разъездной характер работы выплачивались суточные.

Оценив представленные сторонами доказательства, суд принимает во внимание лишь тот размер заработной платы, который установлен трудовым договором. При этом учитывает, что ФИО2 было достоверно известно об условиях заключенного в письменном виде трудового договора и, как следствие, о размере заработной платы (оклада); выплата неофициальной части заработной платы трудовым законодательством не предусмотрена. Доказательств того, что локальными правовыми актами работодателя установлены иные обязательные доплаты к заработной плате, не предоставлено.

Кроме того, сам по себе факт выплаты неофициальной части заработной платы (в виде премии или т.п.), в случае его доказанности, не является основанием для её взыскания и не влечет правовых последствий, поскольку из ТК РФ следует, что закон придает юридическое значение только официальной части заработной платы (ст. 136 ТК РФ), вследствие чего даже при установлении достаточных данных о выплате неофициальной части заработной платы ранее данное обстоятельство не может повлечь за собой взыскания таких сумм в качестве оплаты труда работника.

Вопреки доводам истца судом не могут быть приняты во внимание показания свидетеля, поскольку какого-либо соглашения об обязательности спорных выплат между истцом и ответчиком не достигнуто, доказательств обратному не представлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии у ответчика перед истцом задолженности по заработной плате в заявленном им размере.

Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства ответчик подтвердил наличие перед истцом задолженности по заработной плате за сентябрь-ноябрь 2024 года в размере 39 856 руб. 30 коп. (сентябрь – 7 128 руб. 30 коп., октябрь – 22 128 руб. 30 коп., ноябрь – 10 600 руб.).

Проверив уточненный расчет ответчика от 11 августа 2025 года, суд признает его верным, за исключением общей суммы задолженности, поскольку при суммировании заработной платы за сентябрь-ноябрь 2024 года её общий размер составляет 39 856 руб. 60 коп.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца задолженности по заработной платы за сентябрь-ноябрь 2024 года в размере 39 856 руб. 60 коп.

Разрешая исковые требования в части взыскания с ответчика в пользу истца неосновательного обогащения, предусмотренного статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), суд приходит к следующему.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно подчеркивал, что в силу природы гражданско-правовых отношений сама по себе возможность применения санкции, предусмотренной пунктом 1 ст. 395 ГК РФ, направлена на защиту имущественных интересов лица, чьи денежные средства незаконно удерживались. При этом применение положений ст. 395 данного Кодекса в конкретных спорах зависит от того, являются ли спорные имущественные правоотношения гражданско-правовыми, а нарушенное обязательство - денежным, а если не являются, то имеется ли указание законодателя о возможности их применения к этим правоотношениям (определения от 19 апреля 2001 года № 99-О, от 25 ноября 2010 года № 1535-О-О, от 20 декабря 2018 года № 3183-О и др.).

Между тем действующее законодательство не содержит положений о возможности применения норм п. 1 ст. 395 ГК РФ в части возложения на должника обязанности по уплате процентов на сумму долга к отношениям, связанным с уплатой работодателем в пользу работника процентов (денежной компенсации) за несвоевременную выплату заработной платы.

На обеспечение же защиты собственно трудовых прав работников, нарушенных задержкой выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, а равно выплатой их не в полном размере, направлено правовое регулирование, установленное статьей 236 ТК РФ (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 февраля 2008 года № 74-О-О, от 27 января 2011 года № 15-О-О, от 25 мая 2017 года № 1098-О, от 27 февраля 2018 года № 352-О, от 25 июня 2019 года № 1735-О, от 24 декабря 2020 года № 3013-О, от 24 февраля 2022 года № 287-О и др.).

При этом предусмотренные частью 1 ст. 236 ТК РФ проценты (денежная компенсация), подлежащие уплате работодателем в случае несоблюдения им установленного срока выплаты причитающихся работнику денежных средств или выплаты их в установленный срок не в полном размере, являются мерой материальной ответственности работодателя, призванной компенсировать работнику негативные последствия нарушения работодателем его права на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы и тем самым отвечающей предназначению данного вида ответственности как элемента механизма защиты указанного права работника. 

С учетом изложенного суд полагает возможным применить к отношениям сторон нормы ст. 236 ТК РФ, а не п. 1 ст. 395 ГК РФ, как направленные на защиту собственно трудовых прав работника, нарушенных задержкой выплаты заработной платы.

Проверив уточненный расчет процентов по ст. 236 ТК РФ, представленный ответчиком 11 августа 2025 года, суд признает его верным, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца проценты (денежную компенсацию) за нарушение работодателем установленного срока выплаты заработной платы по состоянию на 08 августа 2025 года в размере 14 850 руб. 91 коп.

Кроме того, с учетом положений ч. 1 ст. 236 ТК РФ, согласно которым проценты подлежат начислению по день фактического расчета включительно, суд полагает необходимым взыскать с ООО «Сибиряк» в пользу ФИО2 проценты (денежную компенсацию) за нарушение работодателем установленного срока выплаты заработной платы за сентябрь-ноябрь 2024 года из расчета одной сто пятидесятой ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от невыплаченной суммы заработной платы 39 856 руб. 60 коп. за каждый день задержки, начиная с 09 августа 2025 года по день фактического расчета включительно.

Разрешая исковые требования в части взыскания компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как разъяснено в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», работник в силу ст. 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.). Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст. 237 ТК РФ).

В силу п. 47 вышеназванного постановления суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Поскольку ООО «Сибиряк» нарушены нормы трудового законодательства в части обеспечения права истца на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, требования истца о возмещении морального вреда являются обоснованными. 

Вместе с тем, суд считает сумму заявленных требований в части взыскания компенсации причиненного морального вреда завышенной и не нашедшей документального подтверждения в материалах дела. Учитывая обстоятельства дела, объем и характер причиненных работнику нравственных страданий (ФИО2 находится в состоянии глубокого душевного переживания, так как всегда добросовестно относился к своим трудовым обязанностям), истец вынужден был обратиться в суд за защитой своих прав, вместе с тем, доказательств наличия физических страданий (заболеваний и т.п.) ввиду невыплаты зарплаты истец не представил, принимая во внимание степень вины работодателя, а также требования разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб.

Разрешая исковые требования в части взыскания с ответчика расходов на оплату услуг представителя, суд исходит из следующего.

Из ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) следует, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 17 июля 2007 года № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. 

При этом разумные пределы расходов являются оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не предусматриваются. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

06 января 2025 года между ФИО2 (заказчиком) и Обществом с ограниченной ответственностью «Линия Правосудия» (далее – ООО «Линия Правосудия») (исполнителем) заключен договор об оказании юридических услуг №, по условиям которого исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать ему юридические услуги (консультация, подготовка заявления в трудовую инспекцию, прокуратуру, досудебной претензии, искового заявления), а заказчик обязуется принять и оплатить оказанные ему услуги в соответствии с условиями данного договора; стоимость услуг по договору составила 15 000 руб.

Как следует из банковского ордера № от 06 января 2025 года, ООО «Линия Правосудия» от ФИО2 получено 5 000 руб.

Согласно банковскому ордеру № от 08 января 2025 года ООО «Линия Правосудия» от ФИО2 получено 10 000 руб.

Поскольку основные исковые требования удовлетворены частично, суд полагает, что взыскание с ООО «Сибиряк» в пользу ФИО2 судебных расходов на представителя в разумных пределах является правомерным.

Вместе с тем суд приходит к выводу о необходимости уменьшения заявленной суммы расходов на представителя 15 000 руб., полагая разумным и справедливым взыскать с ООО «Сибиряк» 6 000 руб. 

При определении размера расходов на представителя, подлежащих взысканию, суд учитывает объем и сложность дела, продолжительность его рассмотрения, принимает во внимание объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, а именно: изучение документов, представленных истцом, составление и направление в суд искового заявления.

При этом суд не учитывает при определении суммы расходов на представителя, подлежащих взысканию с ответчика, подготовку представителем заявления в трудовую инспекцию, прокуратуру, досудебной претензии, поскольку данные расходы не являлись необходимыми, у истца имелась возможность обращения в суд и без несения таких расходов.

Так, согласно п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка (например, издержки на направление претензии контрагенту, на подготовку отчета об оценке недвижимости при оспаривании результатов определения кадастровой стоимости объекта недвижимости юридическим лицом, на обжалование в вышестоящий налоговый орган актов налоговых органов ненормативного характера, действий или бездействия их должностных лиц), в том числе расходы по оплате юридических услуг, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (ст.ст. 94ст.ст. 94, 135 ГПК РФ).

В соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, освобождаются истцы по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, а также по искам о взыскании пособий.

Согласно ст. 103 ГПК ИРФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

С учетом удовлетворения исковых требований и освобождения истца от уплаты государственной пошлины при подаче иска с ответчика ООО «Сибиряк» в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина за рассмотрение дела в суде в размере 7 000 руб. (4 000 руб. в соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 333.19 НК РФ – по требованиям имущественного характера, 3 000 руб. в соответствии с подп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ – по требованиям о взыскании морального вреда).

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковое заявление ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Сибиряк» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО2 (паспорт №) задолженность по заработной плате за сентябрь-ноябрь 2024 года в размере 39 856 руб. 60 коп., проценты (денежную компенсацию) за нарушение работодателем установленного срока выплаты заработной платы по состоянию на 08 августа 2025 года в размере 14 850 руб. 91 коп., компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 6 000 руб., всего взыскать 100 707 (сто тысяч семьсот семь) руб. 51 коп.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Сибиряк» в пользу ФИО2 проценты (денежную компенсацию) за нарушение работодателем установленного срока выплаты заработной платы за сентябрь-ноябрь 2024 года из расчета одной сто пятидесятой ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от невыплаченной суммы заработной платы 39 856 руб. 60 коп. за каждый день задержки, начиная с 09 августа 2025 года по день фактического расчета включительно.

Решение в части взыскания заработной платы подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Сибиряк» в доход бюджета государственную пошлину в размере 7 000 (семь тысяч) руб. 

В удовлетворении исковых требований в большем объеме отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд Вологодской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья М.Г. Закутина

Мотивированное решение суда изготовлено 26 августа 2025 года.