Дело №2-150/2021

УИД 80RS0002-01-2021-000163-09

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

п. Могойтуй 16 июля 2021 года 

Могойтуйский районный суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Цыцыковой Д.В. единолично

при секретаре Кузьминой О.В.,

с участием истца-ответчика ФИО1, её представителя по доверенности ФИО2,

представителей ответчика-истца СПК «Племенной завод «Догой», действующего по должности, ФИО3, по доверенности ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к сельскохозяйственному производственному кооперативу «Племенной завод «Догой» об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации за невыплаченные отпускные, компенсации морального вреда, понуждении ответчика уплатить страховые взносы, внести запись об увольнении в трудовую книжку, судебных расходов,

встречному иску сельскохозяйственного производственного кооператива «Племенной завод «Догой» к ФИО1 о взыскании арендной платы в размере 945000 руб. и расходов по оплате государственной пошлины в размере 6000 руб., 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, с последующим уточнением, обосновав его следующим. 1 июля 2016 г. она была принята чабаном в «Племколхоз Догой» на основании приказа №6 от 01.07.2016г., что подтверждается записью в ее трудовой книжке, трудовой договор с ответчиком не составлялся. После внесения записи о приеме на работу с 1 июля 2016 г. она приступила в работе в качестве чабана. Местом работы является животноводческая стоянка СПК «Племенной завод «Догой» в местности 

<

адрес>». Животноводческая стоянка, строения и сооружения находятся на балансе ответчика. В ее трудовые обязанности входила работа по выращиванию и откорму сельскохозяйственных животных, осуществление кормления, поения овец, выгон и загон животных на прогулку и на пастбище, доставка, подготовка кормов к скармливанию, раздача кормов, чистка кормушек. Подача овец на стрижку, бонитировку и купание их после стрижки в дезинфицирующем растворе. Уборка и дезинфекция помещений. Уборка кошар от навоза, вырезка кизяка вручную. Участие в проведении профилактических мероприятий по предупреждению заболеваний животных. Наблюдение за поголовьем, прием окотов и другие работы. Уход за кооперативными животными истец осуществляет по настоящее время. Трудовые отношения с ответчиком подтверждаются также приказом №6 от 30.06.2016г. с формулировкой «Принять ФИО1 чабанкой маточной отары. Приступить к работе с 1 июня 2016 г.», фактом наличия кооперативных овец на животноводческой стоянке 

<

адрес>, за которыми она осуществляла уход, справкой СПК «Племенной завод «Догой» о доходах №104 от 5 ноября 2019 г. о том, что она работает в данной организации, справкой о доходах №111 от 17 декабря 2019 г., справкой перерасчета кооперативных овец в СПК «Племенной завод «Догой» по состоянию на 30 января 2019 г., согласно которой за ней числились 324 головы овец, гуртовыми ведомостями о перемещении овец, описью основных средств СПК «Племенной завод «Догой», актом перерасчета скота и основных средств ответчиком от 5 марта 2020 г. Заработная плата ответчиком ей выплачивалась в 2016, 2017 годах. С ее заработной платы производились ответчиком отчисления в страховые фонды в указанные периоды, выплачивались больничные, социальные выплаты от работодателя. Заработная плата равнялась 1 МРОТ, которая выплачивалась ответчиком в денежной и в натуральной форме. С 1 января 2018 г. ответчик прекратил выплачивать ей заработную плату, производить отчисления во внебюджетные фонды под предлогом, что она больше не является ни работником, ни членом кооператива. Кроме этого, 31 марта 2020 г. ответчик издал незаконный приказ, что она больше не является ни работником, ни членом кооператива. Членом кооператива СПК «Племенной завод «Догой» она действительно не являлась, участие в голосовании по повесткам общего собрания СПК не принимала. Принята в хозяйство ответчика в качестве работника на должность чабана. С 1 января 2018 г. по 5 февраля 2021 г., по день составления расчета Забайкальской краевой лаборатории судебных экспертиз, задолженность ответчика по заработной плате составляет 851 718,47 руб. Запись об увольнении в ее трудовой книжке и окончательный расчет ответчик не производит. 31 марта 2020 г. ответчик в ее трудовую книжку внес запись №3 о том, что она вновь принята чабанкой на основании приказа №6 от 1.07.2016г., подпись ответчика под данной записью отсутствует, но проставлена печать СПК «Племенной завод «Догой», что также указывает на нарушение ее трудовых прав. Согласно приложенной к исковому заявлению выписки из Книги учета движения трудовых книжек и вкладышей, трудовая книжка ФИО1 хранилась у ответчика СПК «Племенной завод «Догой» и была ей выдана 17.11.2020г. В полученной трудовой книжке, несмотря на записи о приеме на работу чабаном, отсутствует запись об увольнении. Ответчик мотивирует отсутствие записи об увольнении в трудовой книжке тем, что она не являлась ни работников, ни членом кооператива. 19 марта 2021 г. ФИО1 направляла в адрес ответчика претензию о выплате заработной платы с просьбой об увольнении по собственному желанию. На претензии ответчик не реагирует, заработную плату не выплачивает, попытки истца урегулировать спор в досудебном порядке результата не дают. Последним днем работы считает дату 19 марта 2021 г., когда она обратилась к работодателю с просьбой о выплате заработной платы и увольнении по собственному желанию. Незаконными действиями работодателя ей причинены нравственные страдания, которые выражаются в отсутствии денежных средств для существования, в ограниченном питании детей, в чувстве тревоги за будущее семье, на иждивении 

<

данные изъяты>. В связи с отсутствием записи в трудовой книжке об увольнении она не может трудоустроиться. Причиненный моральный вред с учетом длительности оценивает в 100 000 руб.

Просит установить факт трудовых отношений между ней и СПК «Племзавод «Догой» с 1 июля 2016 г. по 19 марта 2021 г.; взыскать с СПК «Племзавод «Догой» задолженность по заработной плате за отработанный период с 1 января 2018 г. по 5 февраля 2021 г. в сумме 552 336,02 руб.; сумму компенсации за задержку по выплате заработной платы за отработанный период в размере 102 245,26 руб.; обязать СПК «Племзавод «Догой» уплатить с ее заработной платы страховые взносы в размере 191 730,41 руб.; взыскать сумму компенсаций за невыплаченные отпускные за период с 1 января 2018 г. по 5 февраля 2021 г. в размере 5 406,78 руб.; внести запись об увольнении в трудовую книжку по собственному желанию с 19 марта 2021 г.; взыскать компенсацию морального вреда в сумме 100 000 руб.; взыскать судебные расходы в размере 4 000 руб. за проведение расчетов по заработной плате Забайкальской краевой лабораторией судебных экспертиз.

В возражении на иск ФИО1 представитель ответчика указал, что исковые требования не подлежат удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям. Несмотря на наличие в книге приказов неподписанного приказа №6 о приеме истицы на работу чабанской с 1.07.2016г., она с кооперативом в трудовых отношениях фактически не состояла. Данный приказ от 30.06.2016г. не только не подписан председателем кооператива, но и вписан в книгу приказов задним числом, т.е. после этой даты издавались приказы с 1 по 21 июля 2016г. В качестве работника истица от кооператива в подотчет животных и иное имущество в качестве чабана не принимала. 30.01.2019г. пересчет овец у ФИО1 кооператив не производил. Эта работа проведена без участия представителей кооператива иными лицами (представителями администрации АБАО). В 2016-2017г.г. кооператив истице не начислял зарплату как работнику кооператива. ФИО1 в качестве владельца ЛПХ с 31.01.2017г. состоит с кооперативом в гражданско-правовых отношениях по договору аренды имущества и извлекает выгоду для себя от владения и использования арендованного имущества.

Представителем ответчика СПК «Племзавод «Догой» ФИО3 подано встречное исковое заявление, которое мотивировано следующим. 31 января 2017 г. ФИО1 в качестве владельца ЛПХ заключила с ПК «Догой» (ныне СПК «Племзавод «Догой») договор №9 аренды имущества, в том числе сельскохозяйственных животных по 31 декабря 2017 г. с условием последующей пролонгации ( п.2.1). Срок выплаты арендной платы с 01 по 30 сентября текущего года предусмотрен продукцией в виде ярок и баранчиков в размере 35 % от маточного поголовья овец на начало года (п.п. 5.1 и 5.2). ФИО1 принято основное имущество истца по акту от 31 января 2017 г. и принят заказ на производство продукции в виде сельскохозяйственных животных. Полагает, что ФИО1 с 31 января 2017 г. по настоящее время состоит в гражданско-правовых отношениях, а не в трудовых. В заказе на производство продукции, принятом и подписанным ФИО1 сумма арендной платы составляет 315000 руб. или 105 голов молодняка овец (п.6), оставшаяся часть поголовья овец в виде ярок, баранчиков и валухов остается у неё в качестве дохода от аренды имущества. За 2018, 2019 и 2020г.г. арендная плата в денежном выражении либо в натуральной форме не внесена, общая сумма в денежном выражении составляет 945000 руб. или 315 голов овец в живом виде. Принятые ФИО1 овцематки в количестве 301 головы ДД.ММ.ГГГГ года рождения с 31 января 2017 г. по настоящее время находятся у нее в подотчете. 05 ноября 2019 г. ФИО1 дана расписка о том, что она получила 243 ягнят ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что в переводе на денежные средства составляет 486000 руб. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что между сторонами продолжают оставаться гражданско-правовые отношения. Из договора аренды не вытекает осуществление оплаты труда, а наоборот ФИО5 должна производить оплату. В связи с чем, отсутствуют трудовые отношения. Просит взыскать с ФИО1 в пользу СПК «Племзавод «Догой» 951000 руб., в том числе арендную плату в денежном выражении в сумме 945000 руб. и расходы по оплате госпошлины- 6000 руб. 

В возражении на встречные исковые требования представитель ФИО2 указал, что договор аренды заключен на 11 месяцев с 1 февраля по 31 декабря 2017 г. Договор сторонами не исполнялся, в нарушение п.5.3 акты о приеме-передачи выполненных работ (услуг) не подписывались, овцы Петровой в качестве дохода от аренды имущества Петровой не передавались. Договор заключен формально, являлся лишь прикрытием возникших трудовых отношений, что подтверждается приказами о приеме на работу Петровой на должность чабана, записями в трудовой книжке, фактом хранения ответчиком трудовой книжки с 1 июля 2016 г. по 17 ноября 2020 г., проводимыми страховыми отчислениями, показаниями свидетелей, актами осмотра и пересчета скота, докладными и письменными доказательствами. Ответчик не желал выплачивать заработную плату истцу и производить обязательные бюджетные отчисления. По условиям п.1.2 Договора аренды стороны обязаны были ежегодно подписывать заказа на производство сельскохозяйственной продукции путем подписания дополнительных соглашений и при наличии заказов на производство в 2018, 2019, 2020 гг. договор аренды мог действовать и быть пролонгирован. Никакой переписки по поводу пролонгации или определения заказа на производство после 31 декабря 2017 г. сторонами не велась, претензий по поводу задолженности по арендной плате в рамках гражданско-правовых отношений не предъявлял. Расписка, датированная 5 ноября 2019 г. о передаче Петровой 243 голов ягнят является фиктивной, Петровой не заполнялась, паспортные данные не указаны, отсутствуют необходимые реквизиты, сумма и количество переданного имущества указаны без расшифровки. Положениями СПК, регулирующими порядок оплаты труда, выдача заработной платы путем составления расписки, не предусмотрено и является нарушением бухгалтерского учета, а также договором аренды передача имущества по расписке не предусматривалась. Согласно письму Министерства сельского хозяйства Забайкальского края приплод овец отражается в соответствующих актах. 

Истец-ответчик ФИО1 в судебном заседании поддержала заявленные требования, встречный иск не признала, указав, что в 2016 г. устроилась на работу, заработную плату получала. В 2017 г. был заключен договор аренды на один год, все условия выполнены. С приходом нового председателя договор аренды не продлевали, заработную плату не выплачивали. До настоящего времени вместе с супругом осуществляют уход за животными. Расписку 05 ноября 2019 г. она подписала под давлением, под условием, что выплатят ей пособие по беременности и родам. 

Представитель истца-ответчика ФИО2 требования ФИО1 поддержал по основаниям, указанным в исковом заявлений, встречный иск не признал по основаниям, указанным в возражениях. 

Представитель ответчика-истца – председатель СПК «Племзавод «Догой» ФИО3 требования ФИО1 не признал, указав, что имеют место гражданско-правовые отношения, договор аренды пролонгирован. Записи в трудовой книжке, приказ о приеме на работу не подписаны, трудовой договор не заключен, по журналу учета трудовых книжек ФИО5 трудовую книжку не сдавала. Приказ о приеме вписан в книгу позже незаконно, поскольку не соответствует хронологии. В 2019 г. по требованию прокуратуры Петровой выплачено пособие, поскольку данные выплаты компенсируются. В качестве работника ФИО5 животных не принимала, по гуртовым ведомостям, а также по журналам начисления заработной платы не значится. Просит в иске Петровой отказать по доводам, указанным в отзыве, встречные исковые требования удовлетворить по основаниям, указанным в нем.

Представитель СПК ПЗ «Догой» ФИО4 суду пояснила, что трудовая книжка была у Петровой, она с ней подошла и попросила внести запись, что она и сделала. Позже по представлению прокурора в трудовую книжку Петровой она внесла, что запись за №1 недействительна, поскольку за ФИО18 расписалась она. 

Свидетель ФИО7 суду показал, что до 2019 г. работал главным зоотехником СПК «Племзавод «Догой». ФИО5 с 2016 г. работает чабаном на стоянке СПК «ПЗ «Догой» в местности «

<

адрес>», с мужем содержат маточную отару, осуществляют уход. Ранее с чабанами маточных отар заключали договор аренды, с оплатой 65 % приплода чабанам, 35 %- хозяйству. Различий между работниками хозяйства и теми, кто состоял в арендных отношениях, не было, еженедельно он осуществлял контроль, ездил по стоянкам. С 2018 г. договора аренды не перезаключали. 

Из показаний свидетеля ФИО17 в судебном заседании следует, что работала ранее бухгалтером в колхозе. ФИО5 начала работать с 2016 г. чабанкой в местности 

<

адрес> ухаживает за колхозной отарой. С 2017 г. с работниками начались арендные отношения. 

Свидетель ФИО8 суду показал, что с 2008 г. работает чабаном у ответчика. На соседней стоянке с 2016 г. живет ФИО5, ухаживает за колхозными овцами. Работу чабанов, в том числе его и Петровой, курировал главный зоотехник ФИО7 Договор аренды заключали с чабанами с маточной отарой. 

Свидетель ФИО9 суду пояснила, что ранее работала главным бухгалтером СПК ПЗ «Догой». ФИО5 с июля 2016 г. устроилась на работу, приняла маточную отару, ей начислялась и выплачивалась заработная плата. Трудовой договор ни с кем из работников, в том числе и с нею не заключали. В 2017 г. чабаны с маточной отарой перешли на арендные отношения. В этот период заработная плата им не начислялась, осенью они получали натуроплатой- приплод. Проект данного договора составлял нынешний председатель ФИО6, который за свои услуги получил денежные средства. Весной 2017 г. Петровой была начислена компенсация за неиспользованный отпуск. Все расчетные книги, ведомости должны быть. Люди работали круглый год, несмотря на договор аренды, для какой-то гарантии указывали трудового стаж. 

Из показаний свидетеля ФИО18 в судебном заседании следует, что ранее работала инспектором отдела кадров. ФИО5 01 июля 2016 г. была принята чабанкой, производились начисления, трудовая её книжка хранилась в сейфе. Факт отсутствия подписи в приказах, отсутствие записи в книге сдачи-выдачи трудовых книжек объясняет своим упущением. Размер заработной платы чабанов зависел от количества поголовья. В 2017 г. заключили с Петровой договор аренды, продолжала также работать чабанкой, отчисления в соответствующие бюджеты производили в конце года. Отсутствие фамилии Петровой в книге по заработной плате, представленной ответчиком, объяснила тем, что записи она вносила, имелась другая книга. 

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации ст. 2 ТК РФ относит, в том числе, свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Правовые и экономические основы создания и деятельности сельскохозяйственных кооперативов и их союзов определены Федеральным законом от 08.12.1995 №193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации».

Согласно абз. 3 ст. 1 Закона №193-ФЗ сельскохозяйственный кооператив - организация, созданная сельскохозяйственными товаропроизводителями и (или) ведущими личные подсобные хозяйства гражданами на основе добровольного членства для совместной производственной или иной хозяйственной деятельности, основанной на объединении их имущественных паевых взносов в целях удовлетворения материальных и иных потребностей членов кооператива. Сельскохозяйственный кооператив (далее - кооператив) может быть создан в форме сельскохозяйственного производственного кооператива (далее - производственный кооператив) или сельскохозяйственного потребительского кооператива (далее - потребительский кооператив).

Статья 1 данного закона определяет, в частности, следующие понятия, используемые в этом Федеральном законе: член кооператива - принимающее личное трудовое участие в деятельности производственного кооператива физическое лицо либо принимающее участие в хозяйственной деятельности потребительского кооператива физическое или юридическое лицо, удовлетворяющие требованиям данного Федерального закона и устава кооператива, внесшие паевой взнос в установленных уставом кооператива размере и порядке, принятые в кооператив с правом голоса и несущие по обязательствам кооператива субсидиарную ответственность (абзац четвертый); работник - лицо, которое не является членом кооператива и привлекается по трудовому договору (контракту) на работу по определенной специальности, квалификации или должности (абзац восьмой).

Согласно п. 1 и п. 2 ст. 40 Закона для осуществления своей деятельности кооперативы вправе нанимать работников. Потребительские кооперативы вправе нанимать работников и из числа своих членов. Трудовые отношения работников в кооперативе регулируются законодательством о труде Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ст. 15 ТК РФ).

Статья 16 ТК РФ к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит заключение трудового договора, фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Статьей 56 ТК РФ предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч.1 ст.67 ТК РФ).

В соответствии с ч.2 ст.67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора (ч.1 ст.68 ТК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (ст.16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 20 и 21 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29.05.2018 №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Не оформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 ТК РФ срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 ТК РФ).

Из приведенных нормативных положений следует, что трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании заключенного ими в письменной форме трудового договора, обязанность по надлежащему оформлению которого возлагается на работодателя.

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений ст. ст. 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 ТК РФ, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу ст.ст. 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. 

Согласно положений статьи 19.1 ТК РФ неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, 1 июля 2016 года ФИО1 принята чабанкой в СПК «Племколхоз «Догой» приказом №6 от 1.07.2016г., что подтверждается записью №1 в ее трудовой книжке. Также имеется запись №2 от 31.03.2020г. о недействительности записи за №1 от 01.07.2016г. и запись №3 от 31.03.2020г. о принятии чабанкой на основании приказа №6 от 1.07.2016г. (л.д.16-17).

Согласно книге приказов за 2016 год, в ней имеется приказ №6 от 30.06. о приеме ФИО1 чабанкой маточной отары, к работе приступить с 1 июля 2016 г. Далее при правильной нумерации внесены приказы от более ранних дат. Ни один из приказов председателем кооператива не подписан (л.д.105-107).

Также представлены книги по зарплате. Так, в указанной книге за 2016 год ФИО1 не значится. В книге за 2017 год ФИО15 значится под №43 (л.д.108-128).

Из представленных в материалы дела докладных чабана ФИО1 на имя председателя СПК «Племзавод Догой» установлено, что 1 июля 2016 г. на стоянку 

<

адрес> привезли 316 колхозных овец, приступает к работе чабана с 1 июля 2016 г.; 15 июля 2016 г. на стоянку привезли 200 л. солярки для проведения уборки кошары и другие нужды; 20.07.2016г. на стоянку привезли 10 брикетов кормовой соли для кормления колхозных овец; 28.08.2016г. на стоянке умер 1 баран, остаток 309 овец; 13.10.2016г. колхозным овцам поставили прививку; 10.04.2017г. произведена кастрация 229 ягнят, окот принят на 76% от 100 овцематок (л.д.147-152).

При проведении общего собрания членов СПК «Племзавод «Догой» 30 апреля 2018 г. под председательством председателя кооператива ФИО10, ФИО1 принимала в нем участие, была избрана секретарем собрания. Решением собрания ФИО11, среди иных лиц, принят в члены кооператива. Утверждены правила внутреннего трудового распорядка для членов и работников сельскохозяйственного производственного кооператива «Племенной завод «Догой», Положение об оплате труда членов и работников кооператива ( л.д.169-187).

На заседании собрания чабанов от 12.12.2018г. председатель правления ФИО3 разъяснил ФИО11 форму и порядок оплаты труда за 2018 год, в том числе налоги, показан расчет налога НДФЛ за 2018 г. только на одного члена. На ФИО13 налоги не начислены исходя из зоотехнической нормы. Протокол подписан председателем ФИО3, гл.бухгалтером и и.о.гл.зоотехника (л.д.154-155). 

В материалы дела представлен электронный листок нетрудоспособности ФИО1 на период с 04.04.2019г. по 21.08.2019г., на котором имеется резолюция руководителя СПК «Племзавод «Догой» от 20.05.2019г. «Для оплаты, исполнить без задержек» (л.д.21).

Согласно справке, выданной 05.11.2019г. СПК «Племзавод «Догой» ФИО1 в том, что она действительно работает в СПК «Племзавод «Догой» и ее доход за 3 месяца с августа по октябрь 2019г. составляет 0,00 руб. (л.д.34).

Из справки, выданной ФИО1 СПК «Племзавод «Догой» 17.12.2019г. следует, что она работает в СПК «Племзавод «Догой» и ее доход за 3 месяца составил 53 278,48 руб. (данная сумма приходится на сентябрь месяц, на октябрь и ноябрь по 0,00 руб.) (л.д.35).

По справке пересчета поголовья овец в СПК «Племзавод «Догой» по состоянию на 30 января 2019 г. за чабаном ФИО1 числилось поголовье в количестве 324 овцематок (л.д. 37).

В гуртовой ведомости за 2019 г. под №10 значится чабан ФИО11, в подотчете которого на 01.07.2019г. находится 512 голов, из них 319 овцематок, 193 молодняка. Согласно докладной ведомость подписала ФИО1, показала договор и сказала, что с января 2017г. стоянка и овцы находятся на аренде (л.д.130-131).

Из акта от 05.03.2020г. о пересчете животных и основных средств, составленного комиссией СПК «Племзавод «Догой», усматривается, что ФИО1 является работником СПК «Племзавод «Догой» (л.д.14).

Председателем СПК «Племзавод «Догой» вынесен приказ №13 от 31 марта 2020 г. о принятии срочных мер по изъятию у ФИО1 имущества СПК «Племзавод «Догой» с составлением письменных актов о приеме-передаче, перераспределении изъятых с/х животных и имущества кооператива между чабанами и иными членами СПК «Племзавод «Догой». Из данного приказа следует, что ФИО1 проживает на чабанской стоянке, принадлежащей СПК «Племзавод «Догой» в местности 

<

адрес>». В книге приказов СПК «Племзавод «Догой» имеется приказ №6 от 30.06.2016г., который содержит формулировку о принятии ФИО1 чабанкой маточной отары, приступлении к работе с 1 июня 2016г. Приказ не подписан председателем Племколхоза «Догой», не соответствует требованиям ст.68 ТК РФ. Трудовой договор с ФИО1 не заключен. ФИО1 не является ни членом, ни работником СПК «Племзавод «Догой», в связи с чем, отсутствуют основания для расторжения с ней трудовых отношений. ФИО1 пользуется, владеет и распоряжается имуществом СПК «Племзавод «Догой» в виде с/х животных, сельскохозяйственной техники, произведенной продукции и иного имущества (л.д.18). 

В материалы дела также представлено заявление ФИО1 от 18.11.2019г. на имя председателя СПК «Племзавод «Догой» ФИО3 о выдаче справки о доходах по беременности и родам, на которой имеется резолюция руководителя, заявление о выдаче копии трудовой книжки от 19.08.2019г. (л.д.73-74).

Из объяснения ФИО1, отобранного 19.02.2020г. старшим государственным налоговым инспектором отдела камеральных проверок №3 следует, что ФИО1 с 2016 года работает чабаном в СПК «Догой» по трудовому договору. Заработную плату получала в размере около 1 000 руб., кроме этого в виде натуральной оплаты труда в конце года. С мая 2018 г. зарплату не получает. Со слов членов хозяйства узнала, что она уволена, хотя трудовую книжку на руки не получала (л.д.75).

Согласно сведениям Межрайонной ИФНС России № 1 по Забайкальскому краю, справкам о доходах физического лица формы 2-НДФЛ за 2016, 2017гг., СПК «Племенной завод «Догой» производил страховые взносы за ФИО1 В отношении нее отсутствуют сведения о доходах физических лиц по форме 2-НДФЛ за 2018г., 2019г. (л.д.158-160). 

Доводы ответчика о том, что ФИО1 в должности чабана не работала, в трудовых отношениях состоял ее супруг ФИО11 и овцы передавались ему в подотчет, опровергаются записями в трудовой книжке ФИО11, согласно которым 20.08.2014г. он принят на должность водителя автомобиля пожарной команды войсковой части № 

<

адрес> края, откуда он уволен 28.02.2017г., соответственно в должности чабана СПК «Племзавод «Догой» в период с 2016 г. до марта 2017 г. не работал (л.д.163-216). 

Из акта служебного расследования следует, что ФИО1 выведена из реестра членов СПК «Племзавод «Догой» по решению общего собрания членов СПК от 14.02.2019г., ФИО11 стал членом СПК «Племзавод «Догой» на основании решения общего собрания членов Кооператива 30.04.2018г., а 14.05.2018г. он принят чабаном (л.д.218-220).

Из представленных в материалы дела ведомостей следует, что ФИО11 в марте 2018 г. получал овес, сено (л.д.188-193). Представлены расчеты ущерба, протокол заседания собрания, ведомости по ОТФ, кастрации ягнят, акты, докладные затраты на содержание овцепоголовья, реестры настрига шерсти за 2018 -2020г.г., в которых значится чабан ФИО11 (л.д.197-207, 221-223).

Суду представлен договор аренды животноводческой стоянки №9 от 31 января 2017 г., заключенный между Племенным коллективных хозяйством «Догой», в лице председателя правления ФИО12, и владельцем личного подсобного хозяйства ФИО1, согласно которому арендодатель передает в аренду арендатору ФИО1 основные и оборотные средства (приложение №1 к договору), заказ на производство продукции животноводства (приложение №2), скот основного стада – маточное поголовье овец (приложение №3) – овцематки (племенной скот основного стада) ДД.ММ.ГГГГ года рождения в количестве 301 головы, 1 рабочая лошадь. Целевое назначение имущества: производство продукции животноводства на условиях аренды, предусмотренных договором в соответствии с заказом на производство продукции, который составляется на период с 01 февраля по 31 декабря ежегодно. Договор действует с 01 февраля по 31 декабря 2017 года с последующей пролонгацией или до прекращения по согласованию сторон или его расторжения. Арендатор обязуется, в том числе, исполнить заказ на производство продукции животноводства в полном объеме и в установленные договором сроки, своевременно и в полном объеме вносить арендную плату за скот. Установлен срок выплаты арендной платы с 1 сентября по 30 сентября текущего года. Она производится продукцией производства и составляет: ярки текущего года рождения – 30% и баранчики текущего года рождения – 5% от маточного поголовья овец на начало года. Обязанность по арендной плате считается исполненной с даты двустороннего подписания акта приема-передачи молодняка животных или с даты поступления денежных средств в кассу или на расчетный счет Племколхоза «Догой». Предусмотрены основания прекращения договора. Договор, акт приема-передачи основных и оборотных средств, заказ на производство продукции животноводства на 2017 год, акт приема-передачи скота в аренду на 2017 года подписаны сторонами (л.д. 132-139).

Из описи основных средств на 01.01.2018г. СПК «Племзавод «Догой» установлено, что за ФИО1 основные средства не числятся (л.д.38-43).

Оценив представленные в дело доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, с учетом приведенных норм права, регулирующих спорные правоотношения, в том числе договор аренды от 31.01.2017г., суд приходит к убеждению, что между ФИО1 и СПК «Племзавод «Догой» сложились трудовые отношения с 1 июля 2016 г., с выполнением истцом трудовой функции чабана, в виду того, что характер, объем, периодичность и продолжительность действий истца в интересах ответчика свидетельствуют о наличии между сторонами трудовых отношений, поскольку работник был допущен к работе с ведома руководителя кооператива, на протяжении длительного периода времени выполнял трудовые обязанности чабана, выполняемая им функция носила постоянный характер, выполнение трудовой функции требовало личного участия истца, за выполнение трудовой функции истцу выплачивалась заработная плата за 2016 и 2017 год.

Признавая отношения трудовыми, суд учитывает разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям». В п. 21 разъяснено, что при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений ст.ст.2, 67 ТК РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Ответчик не представил достаточных доказательств возникновения между сторонами гражданско-правовых отношений на основании заключенного гражданско-правового договора, не может суд признать таковыми документы, представленные работодателем. 

В соответствии со ст. 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Как пояснила ФИО1 и свидетели, после заключения договора аренды, она выполняла те же функции, что и ранее.

Суд также оставляет без внимания п.8.5 договора аренды о том, что после вступления договора в действие отменяются все предшествующие договоренности и взятые обязательства, как устные, так и письменные, если таковые имели место между сторонами за исключением случаев, прямо предусмотренных настоящим договором.

При наличии приказа о приеме на работу и записи в трудовой книжке, предусмотрен установленный трудовым законодательством порядок расторжения трудового договора, чего не сделано работодателем. 

Из содержания представленных в материалы дела доказательств, в том числе показаний свидетелей, сведений, представленных налоговой инспекцией за 2016-2017г.г. усматривается, что ФИО1 лично, под контролем ответчика, выполняла работу чабана в интересах ответчика, за указанные года ей выплачивалась заработная плата, производились отчисления страховых взносов. Принимая во внимание то, что в силу ч.3 ст.19.1 ТК РФ неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений, суд приходит к выводу о том, что между сторонами имели место трудовые отношения.

Разрешая требование о взыскании заработной платы, суд приходит к следующему. 

В соответствии с ч. 1 ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В силу ст. 133 ТК РФ месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

В субъекте Российской Федерации региональным соглашением о минимальной заработной плате может устанавливаться размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (ст. 133.1 ТК РФ).

Согласно ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Согласно ст. 139 ТК РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

В развитие ст. 139 Трудового кодекса РФ постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 №922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» утверждено «Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы».

Согласно имеющегося в материалах дела Положения об оплате труда членов и работников СПК «Племзавод «Догой» форма, система и порядок оплаты труда членов кооператива определяется Кооперативом самостоятельно. Что касается работников, то их трудовые отношения в Кооперативе согласно Положению регулируются законодательством о труде Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами Забайкальского края (л.д.183-187).

Выплата заработной платы производится в денежной форме в валюте Российской Федерации (в рублях) (ч. 1 ст. 131 ТК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 131 ТК РФ в соответствии с коллективным договором или трудовым договором по письменному заявлению работника оплата труда может производиться и в иных формах, не противоречащих законодательству Российской Федерации и международным договорам Российской Федерации. Доля заработной платы, выплачиваемой в неденежной форме, не может превышать 20 процентов от начисленной месячной заработной платы.

Одной из основных государственных гарантий по оплате труда работников является гарантия ограничения оплаты труда в натуральной форме (ст. 130 ТК РФ).

Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена (ч. 6 ст. 136 ТК РФ).

Положением об оплате труда Кооператива оплата труда чабанов маточной отары установлена 1 раз в конце года в натуральной форме по следующей схеме: по соотношению 25% приплода остается кооперативу, 75% остается чабанам в качестве натуроплаты за труд в конце года. Доходы от сдачи шерсти выплачиваются чабанам в виде фуража пропорционально сданной шерсти с учетом произведенных затрат кооперативом на стрижку овец.

Однако доля заработной платы в денежной форме не менее 80 %, которая не должна быть менее МРОТ, в соответствии с нормами действующего трудового законодательства должна выплачиваться ежемесячно не реже чем каждые полмесяца.

В соответствии с ч. 1 ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. 

По информации Межрайонной ИФНС России №1 по Забайкальскому краю, сведения о доходах физических лиц по форме 2-НДФЛ за 2018г., 2019г., 2020г. в отношении ФИО1 отсутствуют (л.д.36).

Согласно расписке ФИО1 от 5 ноября 2019 г., она, как работник СПК «Племзавод «Догой», получила оплату труда за 2019 г. в полном объеме в натуральной форме, а именно: ягнят 75% от овцематок 324 голов на 01.01.2019г., т.е. 243 ягнят. Полученная натуральная форма оплаты за 2019 г. при переводе в денежные средства составляет 486000 руб. (л.д.246).

Из расчета оплаты труда чабанов маточного поголовья за 2019 г. следует, что на 01.01.2019г. поголовье овцематок ФИО11 составляло 324 головы, 75 % (в головах) составляет 243, в денежном выражении – 486000 руб.

В судебном заседании ФИО15 пояснила, что ее принудили написать данную расписку под условием, что иначе не выплатят пособие по беременности и родам. В июне 2019 года она родила ребенка и после подписания данной расписки ей выплатили декретные в сумме, других выплат с 2018 г. она не получала.

Указанное свидетельствует о том, что заработная плата в период времени с 1 января 2018 г. истцу не выплачивалась, доказательств обратного-соответствующих ведомостей, ответчиком не представлено.

Установив наличие трудовых отношений между истцом и ответчиком, суд приходит к выводу об удовлетворении требования о взыскании с ответчика задолженности по заработной плате за период, указанный ФИО1, с 01 января 2018 г. по 5 февраля 2021 г. согласно представленного истцом расчета, с учетом того обстоятельства, что между сторонами не заключался трудовой договор, где должен оговариваться размер заработной платы, исходя из одного МРОТ в 2019 г. в размере 11280 руб., в 2020 г. в размере 12130 руб., в 2021 г. в размере 12 792 руб. 

Из справки-расчета, составленного Забайкальской краевой лабораторией судебных экспертиз от 05.02.2020г. исходя из размере МРОТ, правильность которого ответчиком не опровергнута, следует, что задолженность по заработной плате в период с 01 января 2018 г. по 31 января 2021 г. составляет 552335,98 руб., сумма компенсации за невыплаченную заработную плату – 102245,26 руб., сумма компенсации за невыплаченные отпускные – 5 406,78 руб., сумма не начисленных страховых взносов во внебюджетные фонды – 191730,41 руб. (л.д.22-28).

В силу ч.1 ст.255 ТК РФ предусмотрено, что женщинам по их заявлению и на основании выданного в установленном порядке листка нетрудоспособности предоставляются отпуска по беременности и родам продолжительностью 70 (в случае многоплодной беременности - 84) календарных дней до родов и 70 (в случае осложненных родов - 86, при рождении двух или более детей - 110) календарных дней после родов с выплатой пособия по государственному социальному страхованию в установленном федеральными законами размере.

Из справки о составе семьи ФИО1 следует, что она имеет следующий состав семьи: ФИО11 – муж, и 

<

данные изъяты> детей, в том числе сын ФИО14, 

<

ДАТА> года рождения (л.д.12). 

Согласно электронному листку нетрудоспособности ФИО1 на период с 04.04.2019г. по 21.08.2019г. отпуск по беременности и родам составил 140 дней.

В сентябре 2019 г. ей выплачено 53 278,48 руб., что следует из справки о доходах (л.д.35).

При изложенных обстоятельствах суд считает необходимым уменьшить сумму задолженности по заработной плате на 53278,48 руб., соответственно ко взысканию подлежит заработная плата в размере 449057,50 руб. 

Кроме того, на основании ст.236 ТК РФ суд считает подлежащими удовлетворению требований о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 суммы компенсации за невыплаченную заработную плату – 102245,26 руб. и суммы компенсации за невыплаченные отпускные – 5 406,78 руб.

Доказательств, подтверждающих выплату истцу заработной платы, за указанный период времени, не представлено.

Касаемо требований истца о возложении на ответчика обязанности по уплате страховых взносов.

Представитель ответчика в судебном заседании не отрицал, что страховые взносы в указанный период за истца работодателем не перечислялись и сведения на него не подавались, в связи с тем, что ФИО5 не являлась работником. 

Принимая во внимание нарушение ответчиком Федерального Закона №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», поскольку ответчик не производил отчисления страховых взносов, суд приходит к выводу об удовлетворении требования истца о возложении на СПК «Племзавод «Догой» обязанности в соответствии с ч.1 ст.5, ст.12 Федерального закона от 24.07.2009 г. №212-ФЗ «О страховых взносах в ПФ РФ, ФСС РФ, ФФОМС» произвести за истца ФИО1 за период с 01 января 2018 г. по 05 февраля 2021 г. соответствующие отчисления (в пределах заявленных требований ч.3 ст.196 ГПК РФ). 

Разрешая требования истца о понуждении ответчика внести запись об увольнении по собственному желанию в трудовую книжку ФИО1 с 19 марта 2021 г., суд приходит к следующему.

Трудовая книжка выдана ФИО1 17 ноября 2020 г., что следует из книги учета движения трудовых книжек и вкладышей к ним Племколхоза «Догой» (л.д.19-20, 166-168), запись об увольнении в ней отсутствует (л.д.16-17).

Согласно ч. 4 ст. 66 ТК РФ в трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе. Сведения о взысканиях в трудовую книжку не вносятся, за исключением случаев, когда дисциплинарным взысканием является увольнение.

В п. 10 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2003г. №225 (далее - Правила) указано, что все записи о выполняемой работе, переводе на другую постоянную работу, квалификации, увольнении, а также о награждении, произведенном работодателем, вносятся в трудовую книжку на основании соответствующего приказа (распоряжения) работодателя не позднее недельного срока, а при увольнении - в день увольнения и должны точно соответствовать тексту приказа (распоряжения).

В соответствии с п. 35 Правил работодатель обязан выдать работнику в день увольнения (последний день работы) его трудовую книжку с внесенной в нее записью об увольнении. При задержке выдачи работнику трудовой книжки по вине работодателя, внесении в трудовую книжку неправильной или не соответствующей федеральному закону формулировки причины увольнения работника работодатель обязан возместить работнику не полученный им за все время задержки заработок.

Согласно п. 45 Правил, ответственность за организацию работы по ведению, хранению, учету и выдаче трудовых книжек и вкладышей в них возлагается на работодателя.

В силу п. 5.1 Инструкции по заполнению трудовых книжек, утвержденной постановлением Минтруда РФ от 10.03.2003г. №69, запись об увольнении (прекращении трудового договора) в трудовой книжке работника производится в следующем порядке: в графе 1 ставится порядковый номер записи; в графе 2 указывается дата увольнения (прекращения трудового договора); в графе 3 делается запись о причине увольнения (прекращения трудового договора); в графе 4 указывается наименование документа, на основании которого внесена запись, - приказ (распоряжение) или иное решение работодателя, его дата и номер.

Таким образом, при внесении записи об увольнении работодатель обязан указать дату увольнения работника.

В соответствии со ст. 80 ТК РФ, работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

ФИО1 представлена претензия от 19 марта 2021 г. в адрес ответчика о выплате заработной платы с просьбой внести в трудовую книжку запись об увольнении по собственному желанию.

В судебном заседании представитель ответчика не отрицал, что запись об увольнении ФИО1 в трудовую книжку не вносилась. Из его пояснений следует, что претензия ФИО1 ими получена в мае 2021 г. На конверте, в котором получена претензия, стоит почтовый штамп 19 мая 2021 г. 

Учитывая данное обстоятельство, а также то, что обращение ФИО1 подано в СПК «Племзавод «Догой» 19 мая 2021 г., течение двухнедельного срока, установленного ст. 80 ТК РФ начинается с этой даты. Поскольку соглашения между сторонами трудового договора об изменении срока расторжения трудового договора не достигнуто, трудовой договор должен быть расторгнут 2 июня 2021 г., соответственно датой увольнения будет являться 2 июня 2021 г.

Принимая во внимание установленные обстоятельства, то, что истец фактически прекратил трудовые отношения с СПК «Племзавод «Догой», инициировал увольнение, однако обязанность по внесению запись об увольнении работника ответчик не выполнил, на ответчика следует возложить обязанность внести в трудовую книжку ФИО1 запись о ее увольнении по ст. 80 Трудового Кодекса РФ по собственному желанию со 2 июня 2021 г.

По требованию истца о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

При этом, из разъяснений, содержащихся в п.63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 РФ «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ» следует, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Судом установлено, что ответчик в нарушение трудового законодательства и прав работника не оформил надлежащим образом с истцом трудовые отношения, не оплатил труд работника, что вызвало необходимость судебной защиты прав. Принимая во внимание, что установлено нарушение трудовых прав истца ФИО1, ее требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда являются обоснованными.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из конкретных обстоятельств дела, принимает во внимание степень физических и нравственных страданий, выразившихся в отсутствии денежных средств для существования, ограниченном питании детей, чувстве тревоги за будущее семьи, имеющей на иждивении 5 детей, трое из которых малолетние, невозможности обратиться за социальными выплатами ввиду отсутствия записи в трудовой книжке об увольнении, обстоятельства, на которых основаны заявленные требования, по установленным в судебном заседании доказательствам, степени вины работодателя, считает подлежащим удовлетворению частично в размере 10 000 рублей, в соответствии ст. 1101 ГК РФ, учитывая требования разумности и справедливости.

Представителем СПК ПЗ «Догой» заявлено о применении срока исковой давности по трудовым спорам.

Статьей 392 ТК РФ установлено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки (часть 1).

Судом установлен факт трудовых отношений ФИО1 в СПК ПЗ «Догой» в период с 01 июля 2016 г. по 02 июня 2021 г., исковое заявление подано 19 марта 2021 г.

Учитывая положения ст.392 ТК РФ, принимая во внимание дату обращения к работодателю с требованием о выплате заработной платы и внесении записи в трудовую книжку, срок, установленный ст.392 ТК РФ, ФИО1 не пропущен.

В связи с тем, что суд приходит к убеждению об обоснованности заявленных ФИО1 требований, встречные исковые требования СПК «Племенной завод «Догой» о взыскании арендной платы удовлетворению не подлежат. 

В соответствии со статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно квитанции (л.д. 33, т.1) истец ФИО1 понесла судебные расходы на проведение расчетов по заработной плате Забайкальской краевой лабораторией судебных экспертиз в размере 4 000 руб., указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в ее пользу.

В силу ч. 2 ст. 88 ГПК РФ федеральными законами о налогах и сборах устанавливаются размер и порядок уплаты государственной пошлины. Государственная пошлина, от уплаты которой был освобожден истец, взыскивается с ответчика, не освобожденного от ее уплаты, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку в соответствии ст. 393 ТК РФ и п. 1 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ истцы по искам о взыскании заработной платы и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений от уплаты государственной пошлины освобождаются, в соответствии с ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Исходя из суммы удовлетворенных исковых требований, с СПК «Племзавод «Догой» в бюджет муниципального района «Могойтуйский район» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 9 567 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

решил:

Исковые требования ФИО1 к сельскохозяйственному производственному кооперативу «Племзавод «Догой» – удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений ФИО1 в СПК «Племзавод «Догой» с 1 июля 2016 года. 

Взыскать с сельскохозяйственного производственного кооператива «Племзавод «Догой» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за отработанный период с 1 января 2018 года по 5 февраля 2021 года в сумме 499057 (четыреста девяносто девять тысяч пятьдесят семь) руб. 54 коп.; сумму компенсации за задержку по выплате заработной платы за отработанный истцом период с 1 января 2018 г. по 5 февраля 2021 г. в размере 102245 (сто две тысячи двести сорок пять) руб. 26 коп., сумму компенсаций за невыплаченные отпускные за период с 1 января 2018 г. по 5 февраля 2021 г. в размере 5406 (пять тысяч четыреста шесть) руб. 78 коп. 

Обязать сельскохозяйственный производственный кооператив «Племенной завод «Догой» уплатить с заработной платы ФИО1 страховые взносы в размере 191730 (сто девяносто одна тысяча семьсот тридцать) руб. 41 коп. на обязательное пенсионное страхование, обязательное социальное страхование, обязательное медицинское страхование за период с 1 января 2018 г. по 5 февраля 2021 г. 

Обязать сельскохозяйственный производственный кооператив «Племенной завод «Догой» внести запись об увольнении в трудовую книжку ФИО1 запись об увольнении по ст.80 ТК РФ по собственному желанию со 2 июня 2021 г.

Взыскать с сельскохозяйственного производственного кооператива «Племенной завод «Догой» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10000 (десять тысяч) рублей. 

Взыскать с сельскохозяйственного производственного кооператива «Племенной завод «Догой» в пользу ФИО1 судебные расходы за составление расчета в размере 4000 (четыре тысячи) руб. 

Взыскать с сельскохозяйственного производственного кооператива «Племенной завод «Догой» в доход муниципального района «Могойтуйский район» государственную пошлину в размере 9567 (девять тысяч пятьсот шестьдесят семь) рублей. 

В удовлетворении встречного иска сельскохозяйственного производственного кооператива «Племенной завод «Догой» к ФИО1 о взыскании арендной платы в размере 945000 руб. отказать.

Решение в части взыскания заработной платы подлежит немедленному исполнению. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда через Могойтуйский районный суд Забайкальского края в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 20 июля 2021 года. 

Председательствующий судья Д.В. Цыцыкова