<

данные изъяты>

РЕШЕНИЕ

 № 7-9/2021 

Санкт-Петербург 18 марта 2021 года

Судья 1-го Западного окружного военного суда (Санкт-Петербург, ул. Кирочная, д. 35 А, литер «А») ФИО1 при помощнике судьи Доля С.Н., 

с участием ФИО2 и его защитника-адвоката Исакаса Д.И., представителя по доверенности потерпевшего ФИО7 – ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО2 на постановление судьи 224 гарнизонного военного суда от 11 января 2021 года по делу об административном правонарушении, которым 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> ФИО2, 

<

данные изъяты>

признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее КоАП РФ), и ему назначено административное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 признан виновным в нарушении Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее ПДД), повлекшем причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, при следующих, изложенных в обжалуемом постановлении, обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ около 20 часов 15 минут ФИО2, управляя транспортным средством – автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, на 

<

адрес>, в нарушение п. 8.1, 11.1 и 11.2 ПДД при совершении обгона впереди идущего автомобиля 

<

данные изъяты>, г.р.з. №, под управлением ФИО14, не убедившись в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, начал выполнять обгон, что привело к столкновению с автомобилем 

<

данные изъяты>, г.р.з. №, под управлением ФИО7, совершавшим обгон автомобиля под управлением ФИО2а. В результате столкновения автомобиль 

<

данные изъяты> изменил траекторию движения и съехал с дороги в кювет, а автомобиль под управлением ФИО2а совершил столкновение с двигавшимся впереди него автомобилем 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО14, после чего съехал с дороги в кювет. В результате дорожно-транспортного происшествия (далее ДТП) водителю автомобиля 

<

данные изъяты> ФИО7 был причинен средней тяжести вред здоровью.

В своей жалобе ФИО2, выражая несогласие с вынесенным постановлением, просит его отменить и прекратить производство по делу. 

ФИО2 утверждает, что в связи с обжалованием им определения судьи Сестрорецкого районного суда Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ о передаче дела по подведомственности судья гарнизонного военного суда был обязан возвратить дело в районный суд для его последующего направления в Санкт-Петербургский городской суд. Однако, получив соответствующий запрос, судья военного суда проигнорировал его и продолжил рассмотрение дела, допустив тем самым нарушение права на судебную защиту. 

Высказывая несогласие с выводом судьи о виновности в совершении административного правонарушения, ФИО2 указывает на содержащееся в материалах дела противоречие относительно места столкновения транспортных средств, которому при рассмотрении дела не была дана надлежащая правовая оценка. Ссылаясь на фототаблицу к протоколу осмотра места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 отмечает, что столкновение произошло на разделительной линии разметки, а не на полосе, предназначенной для встречного движения транспорта, как в своих объяснениях и показаниях указывал потерпевший ФИО7 

Выражая критическое отношение к показаниям свидетеля ФИО9, находившейся в автомобиле потерпевшего ФИО7, ФИО2 утверждает, что в момент столкновения она отвернулась к ребенку, находившемуся на заднем сидении, поэтому не могла дать четких пояснений относительно обстоятельств случившегося. 

Что касается свидетеля ФИО8, то он, давая показания, неправильно назвал марку автомобиля, принадлежащего Москалюку, а его указание на то, что непосредственно перед столкновением ему удалось увидеть планку г.р.з. автомобиля ФИО2а вызывает сомнения при том, что по утверждению ФИО2а такая планка на его автомобиле отсутствует. 

Эти противоречия в ходе рассмотрения дела устранены не были. В частности, судьей гарнизонного военного суда необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств защитника ФИО2а о допросе в качестве свидетелей сотрудников дорожно-патрульной службы, составивших протокол осмотра места совершения административного правонарушения и схему ДТП, и о назначении по делу комплексной трасологической и автотехнической экспертизы. Что касается ходатайства о назначении такой экспертизы, поданного самим Москалюком через приемную военного суда ДД.ММ.ГГГГ, то оно вовсе оставлено судьей без разрешения. 

По мнению ФИО2а, имеющееся в материалах дела заключение судебно-медицинского эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №-адм., не может являться надлежащим доказательством причинения ФИО7 средней тяжести вреда здоровью, поскольку сам потерпевший в проведении экспертизы не участвовал, а вывод о длительности расстройства его здоровья, обусловленный периодом утраты им трудоспособности, не может быть признан обоснованным. 

С целью объективного установления степени вреда, причиненного здоровью ФИО7, защитником Исакасом Д.И. и самим Москалюком заявлялись ходатайства о назначении по делу повторной судебно-медицинской экспертизы, однако в удовлетворении первого из них судьей необоснованно отказано, а в отношении второго никакого процессуального решения не принято. 

В заключение жалобы ФИО2 ссылается на нарушения, допущенные должностным лицом при составлении протокола об административном правонарушении, которые, по его мнению, свидетельствуют о недопустимости протокола в качестве доказательства по делу. 

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы, выслушав объяснения ФИО2 и его защитника-адвоката Исакаса Д.И. в обоснование жалобы, выступление представителя потерпевшего ФИО7 - ФИО6, возражавшего против удовлетворения жалобы, прихожу к следующему.

Частью 2 ст. 12.24 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение ПДД или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, то есть неопасного для жизни длительного расстройства здоровья или значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть. 

В соответствии с п. 8.1 ПДД перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Пунктами 11.1 и 11.2 ПДД предусмотрено что водитель, прежде чем начать обгон, обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии, и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения. 

Водителю запрещается выполнять обгон в случае, если следующее за ним транспортное средство начало обгон. 

Как видно из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ примерно в 20 часов 15 минут на 

<

адрес> ФИО2, управляя транспортным средством 

<

данные изъяты>, вследствие нарушения перечисленных пунктов ПДД, допустил столкновение с автомобилем 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО7, в результате которого произошло ДТП, повлекшее причинение потерпевшему средней тяжести вреда здоровью. 

Произошедшее событие и его последствия подтверждаются доказательствами, исследованными и оцененными судьей гарнизонного военного суда в ходе рассмотрения настоящего дела, в том числе протоколом об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1, л.д. 4), протоколом осмотра места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ с приложенными к нему фототаблицей и схемой ДТП (т. 1, л.д. 9-20), телефонограммой скорой медицинской помощи поселка Песочного от ДД.ММ.ГГГГ № (т. 1, л.д. 36), заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №-адм. (т. 1, л.д. 40-42), а также объяснениями потерпевших ФИО7 и ФИО16, свидетелей ФИО9, ФИО8 и другими материалами дела. 

Из материалов дела видно, что при оформлении вышеназванных документов ФИО2 не сообщил инспекторам ГИБДД, что он является военнослужащим.

Оценивая приведенные в жалобе ФИО2а утверждения о недопустимости перечисленных доказательств, прихожу к следующему.

Как видно из схемы ДТП, приложенной к протоколу осмотра места совершения административного правонарушения (т. 1, л.д. 20), Москалюком и потерпевшим ФИО7 обозначены разные места столкновения транспортных средств. По версии ФИО2а столкновение произошло на линии разметки, разделяющей попутный и встречный потоки, а не на полосе, предназначенной для движения транспортных средств встречного направления, как указал потерпевший ФИО7 

Проверенная в ходе административного расследования и при рассмотрении дела в суде версия ФИО2а своего подтверждения не нашла. 

В частности, из объяснений и показаний в суде свидетеля ФИО8 следует, что столкновение автомобиля под управлением ФИО2а с автомобилем под управлением ФИО7 произошло именно на полосе, предназначенной для встречного движения в момент совершения последним обгона. ФИО8 уточнил, что перед столкновением автомобиль под управлением ФИО2а на две трети корпуса выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, при этом свидетель указал, что в этот момент ему удалось увидеть планку г.р.з. автомобиля ФИО2а (т. 1, л.д. 26, т. 2, л.д. 73-75).

Наличие этой планки, вопреки утверждению ФИО2а, нашло свое подтверждение в приобщенных к делу фотографиях с места ДТП (т. 2, л.д. 10, 11). 

Приведенные показания свидетеля ФИО8 согласуются с показаниями свидетеля ФИО9, данными ею как в ходе административного расследования, так и при рассмотрении дела в суде. ФИО9, хотя и не являлась очевидцем столкновения автомобилей, показала, что оно произошло в момент, когда ее супруг ФИО7 совершал маневр обгона (т. 1, л.д. 24, т. 2, л.д. 75-77).

Эти показания свидетелей ФИО8 и ФИО9 подтверждают версию, высказанную потерпевшим ФИО7 относительно обстоятельств ДТП (т. 1, л.д. 24, т. 2, л.д. 70-72). Оснований не доверять этим показаниям не усматривается. 

Из объяснений ФИО2а, данных им ДД.ММ.ГГГГ, напротив, следует, что он приступил к совершению маневра обгона впереди идущего автомобиля 

<

данные изъяты> и пытался его завершить, но не успел из-за столкновения с автомобилем 

<

данные изъяты> (т. 1, л.д. 25). 

Факт причинения вреда здоровью ФИО7 нашел свое подтверждение телефонограммой № от ДД.ММ.ГГГГ скорой медицинской помощи поселка Песочного, из которой усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ после ДТП ФИО7 был доставлен в больницу с 

<

адрес>, у него диагностирован закрытый перелом 1-4 пястных костей левой кисти, ссадины лица и правого колена (т. 1, л.д. 36).

ДД.ММ.ГГГГ старшим инспектором ОГИБДД ОМВД России по Курортному району Санкт-Петербурга капитаном полиции ФИО10 вынесено определение о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы по медицинским документам с целью определения тяжести вреда здоровью по наиболее тяжелому повреждению ФИО7 и механизма получения им телесных повреждений. С указанным определением ознакомлены ФИО2 и ФИО7, при этом ФИО2, которому были разъяснены права, предусмотренные ст. 25.1 и 26.4 КоАП РФ, вопросов для эксперта не ставил, относительно проведения экспертизы по медицинским документам без участия потерпевшего ФИО7 возражений не высказывал (т. 1 л.д. 39).

Согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №-адм. у ФИО7 установлен закрытый перелом диафиза третьего пальца и основания второго пальца пястных костей левой кисти, повлекший за собой длительное расстройство здоровья (продолжительностью свыше трех недель), который квалифицирован как вред здоровью средней тяжести. При этом эксперт указал, что повреждения ФИО7 могли быть получены в условиях дорожно-транспортного происшествия внутри салона автомобиля, как указано в определении о назначении экспертизы, а наличие повреждений при осмотре потерпевшего врачами ДД.ММ.ГГГГ, четкие края перелома третьей пястной кости, отек мягких тканей кисти, не исключают возможность их причинения во время, указанное в определении (т. 1, л.д. 40-42). 

Проанализировав указанные обстоятельства, судья гарнизонного военного суда пришел к выводу о наличии прямой причинно-следственной связи между произошедшим ДД.ММ.ГГГГ ДТП и повреждениями здоровья, полученными потерпевшим ФИО7 

Оснований сомневаться в обоснованности приведенного вывода или не соглашаться с заключением судебно-медицинского эксперта не усматривается. 

Согласно ст. 26.11 КоАП РФ судья, член коллегиального органа, должностное лицо, осуществляющее производство по делу об административном правонарушении, оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу. 

Следовательно, судья, рассматривающий дело об административном правонарушении, должен оценить относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также их достаточность и взаимную связь в совокупности. 

С учетом изложенного, вывод судьи о том, что неявка вызывавшихся свидетелей ФИО11 и ФИО12 не является препятствием для рассмотрения дела при наличии иных доказательств, сомнений не вызывает.

На его обоснованность указывает и то, что ходатайство о вызове указанных свидетелей, заявленное защитником Исакасом Д.И., вопреки требованиям ч. 1 ст. 25.6 КоАП РФ, ссылки на обстоятельства, известные указанным лицам и подлежащие установлению, не содержало (т. 2, л.д. 19, 64-65).

Разрешая ходатайство защитника о назначении по делу комплексной автотехнической и транспортно-трасологической экспертизы и отказывая в его удовлетворении, судья гарнизонного военного суда в определении от ДД.ММ.ГГГГ с учетом положений ст. 26.2 и ч. 1 ст. 26.4 КоАП РФ обоснованно исходил из того, что назначение экспертизы является правом, а не обязанностью лица, в производстве которого находится дело, и обуславливается необходимостью в использовании специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле, которая в рамках настоящего дела отсутствовала (т. 2, л.д. 133-134). 

Что касается ходатайства защитника Исакаса Д.И. о назначении по делу повторной судебно-медицинской экспертизы, то оно, как обоснованно указано в определении от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в его удовлетворении, не содержало доводов, позволяющих усомниться в обоснованности представленного в дело заключения или свидетельствующих о противоречивости содержащихся в нем выводов (т. 2, л.д. 128-129). 

Доводы жалобы ФИО2а о не рассмотрении заявленных непосредственно им ходатайств о назначении тех же экспертиз на законность обжалуемого постановления не влияют, поскольку эти ходатайства по своему содержанию полностью дублируют ходатайства его защитника Исакаса Д.С., разрешенные установленным порядком.

Кроме того, необходимо учитывать, что приложенные Москалюком к жалобе ходатайства сданы им в приемную 224 гарнизонного военного суда ДД.ММ.ГГГГ, то есть в день рассмотрения дела, в котором ФИО2 не участвовал по причине нахождения на самоизоляции как контактировавший с больным COVID-19, о чем представил письменное ходатайство через своего защитника (т. 2, л.д. 105-107).

При этом ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 непосредственно участвовал в рассмотрении дела, однако ходатайств о назначении экспертиз не заявлял, о ранее поданных через приемную суда ходатайствах судье не сообщал (т. 2, л.д. 124). 

Что касается довода о невозможности рассмотрения дела судьей военного суда по причине подачи Москалюком жалобы на определение судьи Сестрорецкого районного суда Санкт-Петербурга о передаче дела по подведомственности, то данное обстоятельство препятствием для дальнейшего рассмотрения дела в военном суде не являлось. 

Согласно правовой позиции, высказанной Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 9 июля 2020 года № 1638-О, определение судьи о передаче дела об административном правонарушении на рассмотрение по подведомственности является обязательным для суда (судьи), которому оно передано и который обязан рассмотреть соответствующее дело и вынести постановление. Иной подход, по сути, блокировал бы возможность осуществления правосудия и несовместим с правом на судебную защиту, как оно гарантировано Конституцией Российской Федерации, в том числе с учетом права лица на разбирательство его дела судом в разумный срок. В дальнейшем же вопросы, связанные с подведомственностью, подлежат разрешению при проверке постановления по делу об административном правонарушении судьями вышестоящих судов с учетом установленных правил пересмотра. 

В соответствии с ч. 3 ст. 23.1 КоАП РФ и разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в п. 1 постановления от 29 мая 2014 года № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», дела об административных правонарушениях, указанные в ч. 1-2 ст. 23.1 КоАП РФ, в том числе об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 12.24 КоАП РФ и совершенных военнослужащими и гражданами, призванными на военные сборы, рассматриваются судьями гарнизонных военных судов. 

Таким образом, поскольку ФИО2 обладает статусом военнослужащего, дело о совершении им административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, подлежало рассмотрению судьей военного суда. 

При этом, как видно из материалов дела, вопрос о передаче дела по подведомственности в 224 гарнизонный военный суд был инициирован в Сестрорецком районном суде Санкт-Петербурга защитником ФИО2а адвокатом Исакасом Д.И., что подтверждается ходатайством защитника с приложенными к нему копиями контракта о прохождении Москалюком военной службы и удостоверения личности (т. 1, л.д. 127-139). 

Что касается доводов ФИО2а о нарушении предусмотренной ст. 28.2 КоАП РФ процедуры составления протокола об административном правонарушении, то они являются голословными и опровергаются содержанием имеющегося в деле протокола (т. 1, л.д. 4). 

Учитывая изложенное, прихожу к выводу о соблюдении судьей гарнизонного суда требований ст. 1.6 КоАП РФ и отсутствии нарушений при производстве по делу.

Действия ФИО2а по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ квалифицированы правильно, поскольку он, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, в нарушение пунктов 8.1, 11.1 и 11.2 ПДД при совершении обгона впереди идущего автомобиля 

<

данные изъяты>, не убедившись в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, начал выполнять обгон, что привело к столкновению с автомобилем 

<

данные изъяты>, причинив ФИО7 вред здоровью средней тяжести.

Поскольку административное наказание назначено в соответствии со ст. 4.1 КоАП РФ и в пределах санкции ч. 2 ст. 12.24 названного Кодекса, оно признается справедливым.

Срок давности и порядок привлечения к административной ответственности не нарушены.

Оснований для отмены или изменения состоявшегося по делу судебного постановления не усматривается.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. 30.6 и п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ,

Р Е Ш И Л:

постановление судьи 224 гарнизонного военного суда от 11 января 2021 года, вынесенное в отношении ФИО2, по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оставить без изменения, а жалобу ФИО2 – без удовлетворения. 

Судья 1-го Западного окружного военного суда 

ФИО1