Дело № 22-1538/2025 Судья Мельник Т.В.

УИД 33RS0014-01-2024-002022-63

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

28 июля 2025 года г. Владимир

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего Иванкива С.М.,

при секретаре Королевой Я.О.,

с участием:

прокурора Смирновой Е.В.,

осужденного Смирнова Е.В.,

защитника – адвоката Калашниковой М.С.,

представителя потерпевшего Ш. – адвоката Тюриной К.О.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Смирнова Е.В. и его защитника Калашниковой М.С. на приговор Муромского городского суда Владимирской области от 10 апреля 2025 года в отношении

Смирнова Е.В., ****

осужденного по ч.1 ст.264 УК РФ к ограничению свободы на срок 1 год.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ установлены Смирнову Е.В. ограничения: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не изменять место жительства, не выезжать за пределы территорий муниципальных образований ****.

Возложена на осужденного обязанность являться один раз в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы. 

Срок отбывания наказания в виде ограничения свободы постановлено исчислять со дня постановки осужденного на учет уголовно-исполнительной инспекцией.

Приняты решения по гражданскому иску и о судьбе вещественных доказательств.

Взысканы со Смирнова Е.В. в пользу Ш. в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, денежные средства в размере 800 000 рублей.

Взысканы со Смирнова Е.В. в доход федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с выплатой денежных средств потерпевшим Ш. на покрытие расходов по оплате услуг представителя – адвоката Тюриной К.О. в размере 75 000 рублей.

Изложив содержание приговора, апелляционных жалоб и возражений на них, заслушав выступления осужденного Смирнова Е.В. и защитника Калашниковой М.С., поддержавших апелляционные жалобы по изложенным в них доводам об отмене обвинительного приговора и вынесении оправдательного приговора, представителя потерпевшего – адвоката Тюриной К.О., полагавшей приговор оставить без изменения, прокурора Смирновой Е.В. об освобождении Смирнова Е.В. от наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования, суд апелляционной инстанции

установил:

Смирнов Е.В. признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено 25 апреля 2023 года **** при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Защитник Калашникова М.С. в интересах Смирнова Е.В. в апелляционной жалобе выражает несогласие с приговором, считая его незаконным в связи с постановлением его с существенными нарушениями уголовного закона и уголовно-процессуального права. При этом указывает, что сторона защиты и осужденный до 22 апреля 2025 года не получили мотивированный приговор ввиду чего отсутствует возможность ознакомиться с полным текстом приговора и выводами суда. Также защитник утверждает, что при поступлении дела в суд и повторно 25 февраля 2025 года заявлялись обоснованные ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору на основании ст.237 УПК РФ, так как на досудебной стадии допущены многочисленные нарушения которые не были устранены в судебном заседании, однако суд рассмотрел дело по предъявленному обвинению и имеющимся доказательствам. Считает, что вывод суда о месте совершения преступления и столкновении автомобилей – **** не подтверждается доказательствами – схемой дорожно-транспортного происшествия, показаниями Смирнова Е.В. на предварительном следствии и в суде, протоколом проверки показаний на месте, фотоматериалами с места дорожно-транспортного происшествия, заключениями специалистов, показаниями специалиста К., заключением эксперта №203 и допросом эксперта Я., показаниями понятого Н. в суде. Суд не учел обстоятельства, которые могли бы повлиять на указанный вывод, а именно, конечное расположение автомобилей **** после их столкновения относительно неподвижных объектов, заключения специалистов, отсутствие осколков на полосе движения в сторону ****, отсутствие розлива жидкости на полосе движения автомобильной дороги ****, наличие элипсной осыпи осколков непосредственного у передней части автомобильной дороги ****, которые свидетельствуют о том, что столкновение автомобилей произошло за пределами проезжей части автодороги **** Отмечает, что эксперт в заключении №203 сделал вывод о наиболее вероятном месте столкновения автомобилей **** на стороне дороги в направлении ****, однако обосновал свой вывод показаниями свидетелей С.1, В. и потерпевшего Ш., согласно их версии место столкновения автомобилей находится на расстоянии более чем 30 метров от конечного расположения автомобилей, которая не нашла подтверждения с помощью компьютерного моделирования. Полагает, что вывод суда относительно показаний Смирнова Е.В. не соответствует обстоятельствам дела, поскольку данные показания о механизме и месте дорожно-транспортного происшествия подтверждены материалами дела. 

Считает адвокат, что суд не учел скорость движения и траекторию движения второго автомобиля **** под управлением В., а заявленные ходатайства в указанной части безосновательно отклонил. 

Обращает внимание защитник, что суд в приговоре не указал, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, принял одни из этих доказательств и отверг другие - показания Смирнова Е.В. и заключения специалистов ООО ****. Вывод суда о том, что Смирнов Е.В., не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, начал осуществлять маневр поворота налево, не убедившись в его безопасности, при этом не проявил необходимой внимательности и предусмотрительности, тем самым допустил небрежность, сделан с нарушением требований Уголовного кодекса РФ, так как в действиях Смирнова Е.В. отсутствовала небрежность, начиная маневр, он убедился в его безопасности и добросовестности, надеялся на соблюдение всеми участниками ПДД РФ, в том числе требований о соблюдении скоростного режима. Считает, что существенное превышение скоростного режима водителем автомобильной дороги **** привело к столкновению транспортных средств. Указывает, что обвинение, заявляя о нарушении Смирновым Е.В. правил дорожного движения без учета всей совокупности имеющихся значение для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, ставит вопрос о виновности Смирнова Е.В. на основании лишь факта совершения им маневра поворота налево. Между тем отмечает, что в силу ч.2 ст.5 УК РФ объективное вменение, то есть уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается. Также указывает, что вывод суда относительно заключения специалиста №1171 от 2 мая 2024 года не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку данное заключение не оспаривает автотехническую экспертизу №203, не дает рецензию на заключение эксперта №№ 203 и 302, а проверяет версию обвинения о месте и угле столкновения автомобилей. Указанное заключение специалиста №1171 и справка специалиста ООО **** от 22 мая 2024 года получены на основании адвокатского запроса с соблюдение требований закона, специалист ООО **** К. имеет стаж работы 22 года в автотехнической сфере, в области трассологоческой и автотехнической экспертизы, состоит в государственном реестре экспертов-**** и данный специалист в судебном заседании 28 января 2025 года не давал рецензию на выводы судебно-медицинского эксперта, а поддержал свои выводы, то есть специалист К. был надлежащим образом предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Таким образом, защитник утверждает, что на стадии предварительного следствия экспертами ЭКЦ УМВД РФ **** проведены две экспертизы №№203 и 302 и стороной защиты представлены заключения специалиста, содержащие расчеты скорости обоих автомобилей, место их столкновения, исходя из конечного расположения, отраженного в схеме дорожно-транспортного происшествия от 25 апреля 2023 года и иных материалов дела. Несмотря на то, что в распоряжении экспертов ЭКЦ УМВД РФ отсутствовали методики экспертного исследования для ответов на поставленные вопросы, применяемые иными экспертами **** и иных субъектов РФ, именно указанные экспертные заключения легли в основу обвинительного приговора. Вследствие чего в материалах дела имеются два заключения специалиста и две экспертизы, противоречащие друг другу, при этом проведенные автотехнические экспертизы №№203 и 302 имеют противоречия в выводах и описательной части. Отмечает, что суд в нарушение требований ст.207 УПК РФ при наличии обоснованного ходатайства о назначении повторной судебной экспертизы отказал в удовлетворении этого ходатайства.

Кроме этого, защитник утверждает, что суду с учетом всех обстоятельств дела следовало передать гражданский иск Ш. для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, поскольку к рассмотрению заявленных требований необходимо привлечь иных лиц, в том числе водителя ****, страховую компанию, собственников транспортных средств. При этом полагает чрезмерной взысканную сумму компенсации морального вреда в пользу Ш. в размере 800 000 рублей. 

По изложенным доводам защитник Калашникова М.С. приговор в отношении 

Смирнова Е.В. отменить и вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе и дополнительной апелляционной жалобе осужденный Смирнов Е.В. выражает несогласие с приговором, считая его незаконным ввиду нарушения норм уголовно-процессуального закона, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела. Приводит доводы, аналогичные доводам апелляционной жалобы защитника Калашниковой М.С. При этом указывает, что, несмотря на положения ст.ст. 298, 312 и его ходатайства, ему не вручена копия приговора, возможность ознакомиться с протоколом судебного заседания, аудиозаписью хода судебного заседания и материалами уголовного дела не представлена. Следовательно, нарушено его конституционное право на доступ к правосудию, защищаться всеми законными способами, приводить доводы и представлять доказательства. 

Также осужденный утверждает, что он изначально давал по делу последовательные правдивые показания, не нарушал ПДД, двигался по хорошо известной ему автомобильной дороге по работе, соблюдал требования дорожных знаков и разметки, заблаговременно начал перестроение для выезда на другую автомобильную дорогу, убедившись в безопасности маневра, был уверен, что в результате объективного расследования будут установлены обстоятельства дорожно-транспортного происшествия и его доводы о том, что происшествие произошло из-за совокупности нарушений водителем **** только подтвердиться. Отмечает, что дорожно-транспортное происшествие произошло в районе примыкания двух автодорог ****, где особая конфигурация дороги, значительное превышение скорости водителем **** и его необоснованный маневр вправо, в результате чего он фактически догнал его автомобиль и столкнулся с ним, когда он уже фактически находился на обочине сельской дороги за пределами автомобильной дороги ****, а не на траектории движения встречного автомобиля. Фактически водитель, который двигался со стороны **** в сторону **** перед местом пересечения дорог поднялся в горку, его обзорность была ограничена, поэтому на его пути обоснованно для снижения аварийности установлены дорожные знаки. Считает осуждённый, что если бы водитель **** двигался с допустимой на данном участке автодороги скоростью и не сделал маневр вправо, догнал его уже за пределами автомобильной дороги ****, то дорожно-транспортное происшествие не произошло. Полагает осужденный, что именно совокупность нарушений водителя **** привела к дорожно-транспортному происшествию. Отмечает, что его доводы подтверждаются показаниями водителя ****, протоколом осмотра места происшествия, фотоматериалами в деле и запрошенными стороной защиты, пояснениями эксперта К.1, заключением ООО **** показаниями свидетелей. Однако утверждает, что доводы стороны защиты безосновательно проигнорированы, расследование велось необъективно с грубыми нарушениями Уголовно-процессуального кодекса РФ и его конституционных прав, обвинение основано на противоречивых показаниях заинтересованных лиц, объективных доказательств его вины не имеется. Считает, что судом надлежащая оценка действиям потерпевшего Ш. не дана, поскольку характер причиненных ему травм мог быть иным, если бы тот строго соблюдал требования п.5.1 ПДД РФ, водитель **** грубо нарушил ПДД РФ и подверг опасности жизнь и здоровье других людей, так как не должен был превышать скорость и совершать манёвр, проследить, чтобы был пристегнут ремнем безопасности перевозимый им пассажир. Указывает, что предположение следствия и суда о загораживании грузовиком ему обзора для манёвра является безосновательным. Судом не принят во внимание факт отсутствия объективных данных о техническом состоянии автомобиля **** перед дорожно-транспортным происшествием, так как заявления представителя потерпевшего, потерпевшего и водителя **** об исправности ничем не подтверждается. Однако их автомобиль был технически исправен, и он был пристегнут ремнем безопасности, он ехал с разрешенной скоростью, убедился в безопасности манёвра, в пределах всей зоны видимости никого не было. При этом осужденный обращает внимание, что постановление о привлечении к уголовной ответственности и обвинительное заключение не отвечают требованиям Уголовно-процессуального кодекса РФ о необходимости описания в них всех признаков состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ. Обвинительное заключение составлено с нарушением п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ, что влечет невозможность вынесения приговора и является основанием для возвращения уголовного дела прокурору. Отмечает, что следствием утрачено важное вещественное доказательство – запись из видеорегистратора с его автомобиля в день дорожно-транспортного происшествия, протокол осмотра дорожно-транспортного средства составлен с грубыми нарушениями в части записи его показаний, схема дорожно-транспортного происшествия составлена неточно, не проведен следственный эксперимент с его участием, не установлен момент возникновения опасности, ему не разъяснено существо предъявленного обвинения, в том числе место совершения преступления. В приговоре не дана оценка доводам о том, что имелись основания для возвращения уголовного делу прокурору, поскольку органом следствия не выполнены указания прокуратуры, а ходатайство защиты об изъятии блока управления автомобиля **** судом оставлено без удовлетворения. Более того, осужденный указывает, что судом не дана оценка несоблюдению водителем **** пунктов 12.9, 10.1 и 24.7 ПДД РФ, нарушение которых подтверждается схемой дорожно-транспортного происшествия, показаниями В., Ш.. Отмечает, что В. неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение ПДД РФ, в том числе в день дорожно-транспортного происшествия, когда он превысил скорость на 30 км/ч, то есть В. систематически не соблюдал действующие законы и правила. Утверждает, что скорость **** перед дорожно-транспортным происшествием была минимум 128,5 км/ч, что подтверждает ООО ****. Вывод суда о том, что превышение скорости не находится в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, является несостоятельным и противоречит предъявляемым к водителю в процессе управления транспортным средством требованиям ПДД РФ и выводам постановления Пленума Верховного Суда РФ. Считает, что судом необоснованно приняты во внимание показания заинтересованных лиц – свидетелей В., С.1, Д.1, потерпевшего Ш., следователя К.2 и не дана оценка выявленным защитой противоречиям и лжи в показаниях свидетелей обвинения. 

Отмечает, что сторона защиты обращалась с ходатайством о предоставлении данных о привлечении В. к административной ответственности, записи с камер по пути следования **** из **** в ****, однако данные ходатайства безосновательно отклонены. Судом не дана оценка факту предварительного сговора следователя и свидетеля Н. перед допросом того в суде. 

28 ноября 2024 года перед судебным заседанием установлен факт общения свидетеля С.1 и потерпевшего Ш.. В приговоре показания свидетеля Н. отражены без важных уточнений защиты правдивых ответов о фактах, месте нахождения осколков и пятне на дороге, о его действиях и следователя на месте осмотра происшествия. В приговоре изложены не все показания, а только носящие обвинительный уклон. Оценка показаниям свидетелей обвинения не дана, сопоставление доказательств обвинения говорит о его невиновности. 

Обращает внимание ФИО1, что объективных данных о том, что осколки транспортного средства находились на проезжей части, зафиксировано не было, не зафиксировано и наличие двух пятен жидкостей на проезжей части в месте дорожно-транспортного происшествия. Установлен факт наличия только одного пятна жидкости на асфальтовой поверхности, которое располагалось около автомобиля ****. Полагает осужденный, что вывод суда о недостоверности показаний всех свидетелей защиты, не подтверждается доказательствами, рассмотренными в суде, и основан на предположении. Утверждает, что свидетели Д., Б. и С. дали суду правдивые показания, которые подтверждаются другими материалами дела. Позиция суда о том, что отсутствует доказательственная информация по существу преступления в показаниях указанных свидетелей, поскольку они не являлись очевидцами дорожно-транспортного происшествия, является нарушением принципов оценки доказательств.

Кроме этого, осужденный указывает, что в декабре 2023 года ему было предъявлено обвинение, однако по делу не проведены автотехническая экспертиза, проверка показаний на месте, следственный эксперимент и не допрошены свидетели защиты. Следователем были назначены две экспертизы в ЭКЦ МВД без цели установления объективных обстоятельств по делу, в основу положены противоречивые показания свидетеля С.1, водители и пассажира **** В заключениях экспертов ЭКЦ МВД указано, что они не имеют возможности ответить на поставленные вопросы, так как не обладают соответствующими методиками, все выводы носят вероятностный характер. При этом на основании запроса защиты экспертом ООО **** уполномоченным проводить соответствующее исследование, выполнено компьютерное моделирование обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, вследствие чего версия следствия об обстоятельствах вмененного ему преступления, не подтвердилась. Обвинением не опровергнуты фактически установленные аккредитованными государством экспертами скорость, манёвр и место столкновения. Отмечает, что даже с учетом показаний свидетеля С.1, на которых строится все обвинение, его действия были безопасными и к дорожно-транспортному происшествию привести не могли, превышение скорости водителем **** находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями. Полагает, что автотехнические экспертизы проведены неполно, ответы экспертами на все поставленные вопросы не даны. Считает, что суд необоснованно отверг по формальным основаниям, как полученное с нарушением процедуры уголовно-процессуального закона заключение специалиста К. №1171. Отмечает, что судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о назначении судебной автотехнической экспертизы. 

Кроме того, осужденный утверждает, что судом нарушены правила исследования доказательств, так как при назначении экспертизы в ЭКЦ МВД следователем не представлены фотографии с места дорожно-транспортного происшествия, выполненные сотрудниками ГИБДД и свидетелем защиты. На основании ходатайства стороны защиты запрошены и исследованы фотографии с места дорожно-транспортного происшествия, выполненные сотрудниками ГИБДД, однако следователь данные фото в уголовное и административное дело не приложил. Данные материалы и фото, сделанные свидетелем защиты, приобщены только после ходатайства защиты. Вместе с тем суд и следствие проигнорировал объективные обстоятельства и оценку им не дал. 

Обращает внимание осуждённый, что 11 февраля 2025 года суду передана флешка с фотографиями с места дорожно-транспортного происшествия, выполненная сотрудниками ГИБДД и свидетелем защиты. В материалах дела отсутствует судебное решение о выемке данной флешки и способе ее доставки эксперту ЭКЦ. Допрос эксперта ЭКЦ МВД Я. в суде проведен по видеосвязи, который сообщил об осмотре им флешки, переданной следователем. Учитывая, что допрос проводился по видеосвязи, эксперт не обозревал указанные фотографии, то есть не представилось возможным установить факт непосредственного исследования им данных фотографий. Следовательно, сторона защиты была лишена возможности обратить внимание на особенности данных фотографий и задать эксперту важные для установления обстоятельств по делу вопросы. В связи с этим просит осужденный показания эксперта Я. в суде от 17 февраля 2025 года по видео признать недопустимыми доказательствами. Утверждает, что судом не соблюдены требования чч.2,3 и 4 ст.14, ч.4 ст.302 УПК РФ. Меры к всестороннему, полному и объективному рассмотрению дела не приняты, его версия не проверена. К тому же осужденный указывает, что защитник подавал замечания на протокол судебного заседания и аудиозапись хода судебного заседания, которые судом отклонены, а поданные им замечания удостоверены судом частично. 

Таким образом, Смирнов Е.В. утверждает, что протокол судебного заседания не в полной мере и недостоверно отражает показания допрошенных в суде лиц (свидетелей, специалиста и эксперта) в юридически значимых моментах. 

По изложенным доводам осуждённый Смирнов Е.В. просит приговор отменить и вынести оправдательный приговор, а также снизить размер компенсации морального вреда до 100 000 рублей.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного Смирнова Е.В. и защитника Калашниковой М.С. государственный обвинитель Климов Н.В. приводит мотивы о необоснованности доводов жалоб, поскольку вина Смирнова Е.В. в совершении преступления подтверждается совокупностью всех доказательств, исследованных на стадии судебного следствия, которые полностью согласуются между собой и соответствуют требованиям относимости, допустимости, достоверности и достаточности. Считает, что назначенное осужденному наказание отвечает требованиям ст.ст.6,43,60 УК РФ и является справедливым, а гражданский иск удовлетворен в соответствии с требованиями разумности, справедливости, имущественным и семейным положением Смирнова Е.В. В связи с изложенным государственный обвинитель Климов Н.В. утверждает, что приговор является законным и обоснованным и оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного Смирнова Е.В. и защитника Калашниковой М.С. потерпевший Ш. и его представитель – адвокат Тюрина К.О. утверждают, что приговор является законным и обоснованным, а назначенное наказание отвечает требованиям ст.ст. 6,43,60 УК РФ и является справедливым. Отмечают, что гражданский иск удовлетворен в соответствии с требованиями разумности, справедливости, имущественным и семейным положением Смирнова Е.В. Считают, что основания для отмены или изменения приговора отсутствуют. Утверждают, что доводы Смирнова Е.В. о невиновности в совершении преступления обоснованно расценены судом как желание избежать уголовной ответственности. Просят приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражения на них, выступления осужденного, защитника, представителя потерпевшего и прокурора, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда о доказанности виновности Смирнова Е.В. в совершении преступления, за которое он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в судебном заседании, и основан на совокупности доказательств, исследованных судом и приведенных в приговоре. 

Несмотря на несогласие Смирнова Е.В. с предъявленным ему обвинением, его вина в совершении преступления установлена показаниями потерпевшего Ш. в ходе предварительного и судебного следствия, показаниями свидетелей В., С.1, Д.1 в ходе судебного разбирательства, протоколами проверок показаний на месте от 1 декабря 2023 года и 15 января 2024 года, протоколом следственного эксперимента от 4 марта 2024 года, протоколом осмотра места происшествия от 25 апреля 2023 года, заключениями экспертов №250 от 8 июня 2023 

года, №203 от 3 апреля 2024 года, №302 от 15 апреля 2024 года.

Согласно показаниям потерпевшего Ш., 25 апреля 2023 года около 12 часов он совместно с В. выехал на автомобиле **** из **** в ****, двигались по навигатору по автомобильной дороге **** с включенным ближним светом фар, за рулем автомобиля находился В., а он находился на переднем пассажирском сидении, оба были пристегнуты ремнями безопасности. В. скоростной режим не нарушал. Автомобиль **** был технически исправен, в том числе рулевое управление, тормозная система, стеклоочистительные и световые приборы. Не доезжая примерно семи минут до ****, они проехали какой-то населенный пункт, после него имеется естественный изгиб дороги влево при движении в сторону ****, он увидел знак «Главная дорога» в направлении ****, а также знак «Опасный поворот». В этот момент В. снизил скорость до 70 км/ч, продолжил движение по главной дороге, в сторону ****. При прохождении поворота в какой-то момент в их полосу движения из-за грузового автомобиля, который двигался в сторону ****, выехал автомобиль ****, с которым произошло лобовое столкновение. В. руль не выкручивал, чтобы избежать столкновения, так как не успел среагировать, поскольку все произошло очень быстро, неожиданно. От удара автомобиль развернуло, и он вылетел с полосы движения, на которой они находились на асфальтированную обочину. Он потерял сознание, после аварии был зажат в автомобиле, его эвакуировали сотрудники экстренных служб, был госпитализирован, находился в крайне тяжелом состоянии, был в коме девять дней, продолжает проходить лечение.

При проверке показаний на месте потерпевший Ш. указал место столкновения автомобилей - в полосе движения в направлении ****.

По показаниям свидетеля В., 25 апреля 2023 года он совместно с Ш. выехал на автомобиле **** из **** в ****, двигались по навигатору, он находился за рулем, Ш. на переднем пассажирском сидении. Он двигался со скоростью 70 км/ч, перед перекрестком знак ограничение скорости, его скорость была 70 км/ч, правил дорожного движения не нарушал, двигался по главной дороге, видимость была не ограничена. Он видел грузовой автомобиль, который ехал ему навстречу по направлению в ****, двигался посередине полосы, так как был крупногабаритным, к краю не смещался. Неожиданно для него на его полосу движения из за грузового автомобиля выехал автомобиль ****, с которым произошло лобовое столкновение. Он среагировать не успел, нажал только педаль тормоза, все произошло очень быстро. Ранее автомобиль **** он не видел, видел только грузовой автомобиль. Автомобиль **** хотел совершить маневр налево, световые сигналы не подавал. Дорога, по которой он ехал прямая, имеет естественный изгив налево. Автомобиль **** выехал передней частью на его полосу движения из-за грузовика, непосредственно перед ним, только начинал делать маневр, не уступил ему дорогу, столкновение произошло моментально в его полосе движения, за пару секунд. После столкновения он потерял сознание, когда очнулся его автомобиль стоял на обочине по направлению движения в сторону ****, автомобиль Смирнова Е.В. отбросило в кювет, Ш. находился в тяжелом состоянии, выбраться из автомашины сам не мог, их обоих доставили в больницу, где потерпевшего прооперировали. В осмотре места происшествия он не участвовал, помнит, что на дороге в месте столкновения были следы технического масла, также масло было и в месте, где автомобили развернуло после происшествия. До дорожно-транспортного происшествия автомобиль был исправен, после столкновения приборная панель была разбита, стрелка индикатора уровня топлива в бензобаке показывала максимальное количество топлива в 

баке, что не соответствовало действительности.

При проверке показаний на месте свидетель В. указал место столкновения автомобилей - в полосе движения в направлении ****.

Из показаний свидетеля С.1 следует, что 25 апреля 2023 года он двигался по направлению в **** по автомобильной дороге **** со стороны ****, шел в потоке машин, перед ним двигался автомобиль ****, потом автомобиль Смирнова Е.В. ****, потом грузовой автомобиль. Грузовой автомобиль двигался прямо, по своей полосе, не смещался, из-за его габаритов обзора не было. Перед перекрестком автомобиль **** резко повернул налево, и сразу произошло столкновение. К повороту автомобиль **** не готовился, скорость не менял, не притормаживал, «поворотник» не включал, влево не смещался, чтобы посмотреть дорожную обстановку, он шел в потоке, потом резко повернул, и мгновенно произошло столкновение с автомобилем **** Столкновение произошло на полосе встречного движения, удар пришелся в правую переднюю часть автомобиля ****, от удара машины развернуло по инерции, оба автомобиля отлетели более чем на 20 метров, автомобиль **** - на обочину в сторону ****, автомобиль **** остался на асфальте. После происшествия он вышел из машины, вызвал скорую помощь, на месте оставался до приезда сотрудников ГАИ, пассажир автомашины **** был в тяжелом состоянии, терял сознание, на место также прибыли сотрудники МЧС, которые вырезали его из машины, потому что сам выбраться он не мог.

В ходе проверки показаний на месте и следственного эксперимента свидетель С.1 указал место столкновения автомобилей - в полосе движения в направлении ****.

По показаниям свидетеля Д.1, автомобиль ****, которым 25 апреля 2023 года управлял В., принадлежит ей. Автомобиль находился в технически исправном состоянии. Отрицала, что В. управляя автомобилем, превышает скоростной режим, нарушает правила дорожного движения. О дорожно-транспортном происшествии узнала от В., в результате происшествия сильно пострадал Ш., последнему делали операцию, он долгое время находился на лечении.

Из протокола осмотра места происшествия от 25 апреля 2023 года усматривается, что осмотр места дорожно-транспортного происшествия проводился в 15 часов 30 минут, через непродолжительное время после аварии при естественном освещении. Место дорожно-транспортного происшествия установлено на ****, за ориентир взят дорожный знак 15 км., установленный на правой обочине по ходу движения в сторону ****. Дефектов дороги не имеется, дорожное покрытие асфальтированное. На данном участке проезжей части находится У-образный перекресток проезжих частей автомобильной дороги **** и автомобильной дороги ****, по правой обочине по ходу движения в сторону **** установлен дорожный знак «Главная дорога». Автомобиль **** расположен за пределами проезжей части автомобильной дороги ****, передней частью обращен в сторону лесонасаждений, расстояние от заднего левого колеса до левого края проезжей части в сторону **** 93 м., расстояние от переднего левого колеса до того же края проезжей части 12,2 м., расстояние от заднего левого колеса автомобиля до ориентира 300 м. Автомобиль **** расположен за пределами проезжей части автомобильной дороги **** с левой стороны по ходу движения в сторону ****, расстояние от заднего правого колеса автомобиля до левого края проезжей части при движении в сторону **** 2,8 м., расстояние от переднего правого колеса автомобиля до того же края проезжей части дороги 1,8 м. У передней части автомобиля на асфальте имеется розлив технической жидкости, а также пластмассовые части навесных элементов. Место столкновения находится на полосе движения в сторону ****, в месте столкновения имеется розлив жидкости. Также отражены повреждения на данных транспортных средствах и их локализация. 

Согласно заключение эксперта №250 от 8 июня 2023 года, у Ш. выявлены телесные повреждения в виде тупой закрытой черепно-мозговой травмы с ушибом головного мозга средней степени тяжести и кровоизлияниями под мягкие мозговые оболочки затылочных долей мозга; ушиба нижней доли правого легкого, ссадины на грудной клетке слева; перелома боковых масс крестца с обеих сторон, перелома лонной и седалищной костей с обеих сторон, разрыва лонного сочленения; забрюшинной гематомы (скопления крови в забрюшинной клетчатке); закрытого перелома левой бедренной кости в верхней трети, закрытого оскольчатого внутрисуставного перелома костей правой голени (малоберцовая и большеберцовая кости); закрытого перелома внутреннего мыщелка правой бедренной кости, закрытого перелома правой таранной кости и вывиха стопы кзади, ссадины на левом плече. Указанные телесные повреждения были причинены тупыми твердыми предметами или при ударах о таковые, возможно при ударах о выступающие части салона автомашины при обстоятельствах и в срок, изложенных в постановлении, влекут тяжкий вред здоровью, так как являются опасными для жизни и вызвали значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Из заключения эксперта №203 от 3 апреля 2024 года следует, что столкновение транспортных средств, находящихся во встречном направлении, произошло правой передней частью автомобиля **** с правой передней частью автомобиля ****, а их продольные оси в момент столкновения располагались под углом 160 (+/-) 5 градусов относительно друг друга. Место столкновения автомобилей расположено наиболее вероятно на стороне дороги в направлении ****.

Согласно заключению эксперта №302 от 15 апреля 2024 года, в заданной дорожной ситуации водитель автомобиля **** не имел технической возможности путем применения экстренного торможения при скорости движения 70 км/ч предотвратить столкновение с автомобилем ****. Определить скорость движения автомобиля **** экспертным путем не представилось возможным, поскольку отсутствуют данные, позволяющие установить затраты кинетической энергии транспортного средства с момента начала торможения до столкновения.

Кроме того, вина Смирнова Е.В. в совершении преступления подтверждается и другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, достоверность которых сомнений не вызывает, так как они согласуются между собой и подтверждают правильность установленных судом обстоятельств преступления.

В ходе судебного заседания исследованы показания допрошенных лиц, и им дана оценка с точки зрения их относимости к предъявленному обвинению, допустимости, достоверности, а всем собранным и исследованным доказательствам в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела. 

Правильно установив фактические обстоятельства преступления, суд сделал обоснованный вывод о виновности Смирнова Е.В. в его совершении.

Изложенные защитником и осужденным в апелляционных жалобах доводы по существу аналогичны позиции, которую они занимали в ходе судебного разбирательства.

Доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку доказательств об обстоятельствах, установленных и исследованных судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и сводятся, по сути, к несогласию с выводом суда об их достаточности, к иной, нежели у суда, оценке доказательств и фактических 

обстоятельств дела.

Как следует из приговора, судом проанализированы показания Смирнова Е.В. в ходе судебного следствия, а также в ходе предварительного следствия при проведении проверки показаний на месте.

С приведением соответствующих мотивов суд отразил в приговоре, почему он отверг одни доказательства и принял другие, в том числе мотивировал причину, по которой отверг показания Смирнова Е.В., отрицавшего свою вину в совершении преступления, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и обусловлены собственным восприятием события дорожно-транспортного происшествия.

Также суд не согласился с показаниями Смирнова Е.В. о том, что причиной дорожно-транспортного происшествия стали действия водителя автомашины ****, значительно превысившего скоростной режим, отрицавшего нарушение Правил дорожного движения РФ, обоснованно расценив их как способ защиты от предъявленного обвинения и желание избежать уголовной ответственности за содеянное.

При этом суд обоснованно сослался в приговоре на доказательства виновности Смирнова Е.В. в совершении преступления – показания потерпевшего Ш., свидетелей, чьи показания положены в основу обвинительного приговора, в том числе В., С.1 и Д.1, так как они согласуются между собой и подтверждаются совокупностью других доказательств, исследованных в судебном заседании, и получены с соблюдением требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Потерпевшему и свидетелям перед дачей показаний разъяснялись процессуальные права, и они предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и отказ от дачи показаний в соответствии со ст.ст. 307, 308 УК РФ, поэтому у суда были достаточные основания считать их показания достоверными и допустимыми.

Утверждение осужденного о предварительном сговоре следователя и свидетеля Н. перед допросом последнего в суде, носит голословный характер.

Отсутствие некоторых подробностей в изложенных показаниях Н., на правильность оценки показаний и на выводы суда, изложенные в приговоре, не повлияло.

Допрос эксперта Я. в судебном заседании 17 февраля 2025 года произведен посредством использования системы видео-конференц-связи через Октябрьский районный суд г. Владимира (т.5 л.д. 111-117), что не противоречит требованиям уголовно-процессуального закона.

Допрос эксперта Я. в ходе судебного следствия произведен судом в соответствии с требованиями ст.282 УПК РФ. В соответствии со ст.269 УПК РФ председательствующий разъяснил эксперту его права и ответственность, предусмотренные ст.57 УПК РФ, а также эксперт был предупрежден об ответственности по ст.307 УК РФ. В ходе допроса стороны не были лишены возможности задать эксперту вопросы. Показания эксперта Я. соотносятся с другими представленными по делу доказательствами, в связи с чем основания ставить под сомнение достоверность показаний эксперта отсутствуют.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу Смирнова Е.В., которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины последнего, отсутствуют.

Противоречий, существенных для доказывания, оснований для оговора Смирнова Е.В., и причин личной заинтересованности лиц, чьи показания положены в основу обвинительного приговора, в исходе уголовного дела, не установлено, поэтому оснований относиться к показаниям указанных лиц критически, а также признания этих показаний недопустимыми или недостоверными доказательствами, не имеется.

Проверка показаний потерпевшего Ш., свидетелей В. и С.1 на месте проведена в соответствии с требованиями ст.194 УПК РФ, протоколы следственного действия отвечают требованиям ст.166 УПК РФ (т.2 л.д. 48-50, 53-55, т.1 л.д. 137-139)

Перед началом проверки показаний на месте участвующим лицам разъяснены их права, обязанность и ответственность, а также порядок производства проверки показаний на месте. Достоверность сообщенных в протоколах сведений зафиксировано подписями участвующих в следственном действии лиц, в связи с чем суд обоснованно положил указанные доказательства в основу обвинительного приговора. 

Без нарушения требований уголовно-процессуального закона составлен протокол следственного эксперимента от 4 марта 2024 года с участием свидетеля С.1 (т.2 л.д. 107-113).

Следственный эксперимент проведен с соблюдением требований ст.181 УПК РФ, с целью установления траектории движения автомобиля **** непосредственно перед столкновением и расстояния с момента выезда до столкновения, поэтому суд правомерно признал его допустимым доказательством по уголовному делу и положил его в основу приговора.

Протокол осмотра места происшествия от 25 апреля 2023 года и протокол дополнительного осмотра места происшествия от 1 декабря 2023 года (т.1 л.д. 33-39, 149-153) являются допустимыми доказательствами. Указанные следственные действия произведены в соответствии с требованиями ст.ст.164,176, чч.1-4 ст177 УПК РФ. Результаты осмотров участка автодороги **** кроме протоколов, зафиксированы с помощью фотографий. Осмотр места происшествия 25 апреля 2023 года проведен с участием понятых. Протоколы осмотра места происшествия подписаны участвовавшими лицами.

Неточности в замерах, допущенных следователем при составлении протокола осмотра места происшествия, суд признал несущественными, поскольку они не влияют на установление объективных обстоятельств дорожно-транспортного происшествия.

Протокол осмотра предметов от 12 декабря 2023 года (т.1 л.д. 144-147), в соответствии с которым осмотрены автомобили ****, также составлен с соблюдением требований ст.ст.166 и 180 УПК РФ.

Суд правильно использовал в качестве доказательств – заключения экспертов №250 от 8 июня 2023 года, №203 от 3 апреля 2024 года, №302 от 15 апреля 2024 года (т.1 л.д. 95-96, т.2 л.д. 147-158, 179-181), и дал им в приговоре надлежащую оценку, с которой, вопреки доводам апелляционных жалоб осужденного и защитника, суд апелляционной инстанции соглашается

Заключения экспертов №250 от 8 июня 2023 года, №203 от 3 апреля 2024 года, №302 от 15 апреля 2024 года даны в связи с постановлениями следователя К.2 о назначении медицинской судебной экспертизы в отношении Ш., автотехнической судебной экспертизы. В данных постановлениях следователя имеются отметки о том, что экспертам разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст.57 УПК РФ, и они предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Перед проведением экспертных исследований эксперты С.2, Я. и П. также предупреждались об уголовной ответственности за дачу ложного заключения по ст.307 УК РФ. Указанные заключения составлены экспертами соответствующей специальности и стажа работы.

При этом судом в ходе судебного следствия установлено, что в распоряжение экспертов были представлены достаточные материалы, позволяющие объективно и беспристрастно проанализировать обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, связанные с причинением телесных повреждений Ш. Заключения экспертов методически и фактически обоснованы, эксперты обладали достаточной информацией для разрешения поставленных вопросов. При производстве экспертиз исследованы материалы, предоставленные следователем, объем и содержание, которых эксперт посчитал достаточными для экспертного исследования. 

Как следует из материалов уголовного дела, для производства автотехнической судебной экспертизы экспертом Я. следователю было направлено ходатайство о предоставлении цветных фотоизображений с места дорожно-транспортного происшествия на электронном носителе, которое следователем К.2 удовлетворено. В связи с этим следователем К.2 на имя начальника ЭКО МО МВД России **** направлен запрос о предоставлении электронного носителя с цветными изображениями с места дорожно-транспортного происшествия 25 апреля 2025 года на автодороги ****, в ответ на который направлен соответствующий электронный носитель, который передан эксперту для проведения указанной экспертизы. Вследствие чего нарушений в данной части не установлено.

Утверждение относительно заключений №№ 203 и 302 о том, что эксперты не имеют познаний по узким вопросам, в том числе связанным с программным моделированием установления механизма дорожно-транспортного происшествия, включая скорость транспортных средств, судом рассмотрены и отклонены, так как опровергается сведениями о квалификации государственных судебно-медицинских экспертов.

Выводы заключения экспертов №№ 203 и 302 были предметом исследования в судебном заседании с участием сторон, при этом оценка результатов экспертиз дана судом в совокупности со всеми иными доказательствами, полученными в результате расследования уголовного дела. Оснований ставить под сомнение изложенные в экспертных заключениях выводы не имелось. 

В ходе судебного заседания допрошенный эксперт Я. пояснил, что методики, которые он использовал при проведении исследования, отражены в заключении №203. Других методик он не использует. У них в методике утверждены строгие концепции и от этих методик они не могут отойди (т.5 л.д. 112 оборот, 113-117).

Письменные доказательства, полученные в ходе предварительного следствия, на которые суд сослался в приговоре, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, основания для признания их недопустимыми отсутствуют.

Суду было представлено достаточно доказательств, отвечающих требованиям уголовно-процессуального закона РФ. 

Вместе с тем суд не признал в качестве допустимого доказательства по уголовному делу, представленные стороной защиты заключение специалиста №1171 от 2 мая 2024 года и справку специалиста ООО ****, о чем в приговоре привел надлежащие мотивы.

При этом суд в приговоре привел надлежащие мотивы, по которым отверг показания специалиста К., давшего указанное заключение №1171.

Судом в приговоре дана надлежащая оценка результатам краш-тестов автомобиля ****, полученных с сайтов посредством сети Интернет об особенностях систем безопасности, защите при фронтальном ударе, получения травм водителем и пассажиром, которые не опровергают доказательства стороны обвинения и не имеют отношения к конкретной дорожной ситуации.

Кроме этого, суд не принял во внимание протокол опроса автотехника К.1, полученного стороной защиты, о чем в приговоре привел соответствующие мотивы, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

Приобщенным стороной защиты фотографии из материала административного производства, судом не приняты во внимание, так как они не отражают полной картины дорожной обстановки.

Также суд дал надлежащую оценку материалам административного производства, обоснованно указав, что в силу ст.90 УПК РФ они преюдициального значения по данному уголовному делу не имеют вследствие того, что не предопределяют выводы суда о виновности Смирнова Е.В. по уголовному делу.

Более того, в ходе судебного следствия допрошены свидетели защиты С.3 С., Б. и Д., проанализировав показания которых, суд в приговоре также дал им надлежащую оценку. Учитывая, что данные свидетели очевидцами дорожно-транспортного происшествия не являлись, о событии дорожно-транспортного происшествия узнали со слов Смирнова Е.В., указали об отсутствии каких-либо следов технической жидкости, осколков на полосе движения дороги ****, предположили о столкновении за пределами проезжей части дороги, суд обоснованно расценил их недостоверными, обусловленными интересами супружеской солидарности, дружеских и родственных отношений, так как они опровергаются совокупностью исследованных доказательств. Оснований для иной оценки показаний указанных свидетелей суд апелляционной инстанции не находит.

Между тем показания свидетелей С.3 С., Б. и Д. не могут служить основанием для отмены приговора.

В ходе судебного разбирательства судом правильно установлено, что дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения водителем Смирновым Е.В. требований пп. 8.1 и 13.12 ПДД РФ, о чем свидетельствуют исследованные материалы уголовного дела.

Версия о причине дорожно-транспортного происшествия в следствие нарушения скоростного режима автомобилем **** под управлением В., судом проверялась и не нашла своего подтверждения, поскольку автомобиль **** под управлением В. не имел технической возможности избежать столкновения ввиду скоротечности произошедшего, а именно, внезапного появления в непосредственной близости на полосе его движения опасности – автомобиля под управлением Смирнова Е.В., который водитель **** не мог видеть из-за ограничения видимости траектории производимого Смирновым Е.В. опасного маневра находящимся впереди него грузового автомобиля. Как установлено автотехнической экспертизой, движение автомобиля **** не позволило в создавшейся дорожной ситуации предотвратить столкновение, которое произошло по вине водителя Смирнова Е.В.

Доводы стороны защиты о нарушении водителем автомобиля **** требований п.10.1 Правил дорожного движения РФ судом рассмотрены и признаны несостоятельными, так как в ходе судебного разбирательства установлено, что водитель **** двигался по своей полосе движения и дорожно-транспортное происшествие произошло из-за действий водителя ****.

Утверждение стороны защиты о нарушении потерпевшим п.5.1 Правил дорожного движения РФ также судом признано несостоятельным, так как отсутствие ремня безопасности не находится в прямой причинной связи с предотвращением дорожно-транспортного происшествия.

Место столкновения автомобилей **** под управлением Смирновым Е.В. и **** под управлением В. судом установлено на основании исследованных, достоверных и допустимых доказательств.

О том, что место столкновения указанных автомобилей произошло в полосе движения в направлении **** свидетельствуют показания потерпевшего Ш., свидетелей В., С.1, в том числе, изложенные в протокола проверок их показаний на месте, а также протокол осмотра места происшествия, заключение эксперта №203 от 3 апреля 2024 года.

Также о наличии на месте происшествия розлива жидкости свидетельствует протокол осмотра места происшествия с приложенной к нему фото-таблицей от 25 апреля 2023 года, показания свидетелей В. и К.2

Анализ и оценка, приведенных в приговоре доказательств, указывают об отсутствии оснований для сомнения в выводах суда о виновности Смирнова Е.В. в совершении преступления и отсутствии нарушения положений ст.49 Конституции РФ и ст.14 УПК РФ.

Предположительных выводов по установленным действиям осужденного в приговоре не содержится.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, судом установлены правильно. 

Совокупность исследованных и положенных в основу приговора доказательств позволила суду правильно установить фактические обстоятельства совершения преступления и квалифицировать действия Смирнова Е.В. по ч.1 ст.264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. 

Основания для вынесения в отношении Смирнова Е.В. оправдательного приговора отсутствуют.

Обстоятельств, свидетельствующих о неполноте предварительного расследования и судебного следствия, повлиявших на постановление законного и обоснованного решения по делу, не установлено.

В связи с тем, что следователь в силу закона (п.3 ч.2 ст.38 УПК РФ) самостоятельно направляет ход расследования, принимает решение о производстве следственных действий, органы обвинения самостоятельны в определении объема доказательств, которые они представляют суду в подтверждение предъявленного обвинения, то доводы апелляционных жалоб о том, что по делу не проведен ряд следственных действий, о неполноте предварительного следствия, не свидетельствуют о нарушении закона.

Доводы осужденного о том, что в декабре 2023 года ему было предъявлено обвинение по уголовному делу, однако не были проведены автотехническая экспертиза, проверка показаний на месте, следственный эксперимент и не допрошены свидетели защиты, не свидетельствуют о существенном нарушении норм уголовно-процессуального закона, так как окончательное обвинение Смирнову Е.В. по делу предъявлено 22 апреля 2024 года.

Обвинительное заключение содержит все предусмотренные ст.220 УПК РФ положения, включая существо обвинения, место и время совершения преступления, что правильно установлено судом первой инстанции. Обвинение сформулировано ясно и понятно, поэтому не нарушает право осужденного на защиту. 

Оснований, предусмотренных ст.237 УПК РФ, для возвращения уголовного дела прокурору не имеется.

Судом первой инстанции в полной мере выполнены требования ст.15 УПК РФ, согласно которой суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. 

Данных о том, что судебное разбирательство проводилось предвзято, с обвинительным либо формальным уклоном, с нарушением права осужденного на справедливый и беспристрастный суд, с ущемлением его процессуальных прав и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается. 

Заявленные сторонами ходатайства, в том числе о возвращении уголовного дела 

прокурору, назначении повторной автотехнической экспертизы, судом рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Отказ суда в удовлетворении ряда ходатайств не свидетельствует о том, что судебное разбирательство проведено предвзято с нарушением права осужденного на справедливый и беспристрастный суд, с ущемлением его процессуальных прав, поскольку данных фактов из материалов дела не усматривается.

В ходе судебного следствия судом исследованы доказательства, которые явились достаточными для рассмотрения уголовного дела и вынесения итогового решения по нему.

Уголовное дело рассмотрено судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Суд создал все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, что подтверждается материалами дела и протоколом судебного заседания, который соответствует требованиям ст.259 УПК РФ и позволяет провести проверку законности приговора. 

Из материалов уголовного дела следует, что Смирнов Е.В. и защитник Калашникова М.С. копию приговора от 10 апреля 2025 года получили 25 апреля 2025 года (т.5 л.д. 203, 206). Также Смирнов Е.В. совместно с защитником Калашниковой М.С. ознакомлен с материалами уголовного дела 29 апреля 2025 года и им выдана копия аудиозаписи хода судебного заседания (т.5 л.д. 189,190,191). После чего Смирновым Е.В. и защитником Калашниковой М.С. поданы замечания на протокол судебного заседания, по рассмотрению которых судом вынесены постановления от 19 мая 2025 года о частичном удостоверении правильности замечаний осужденного на протокол судебного заседании и отклонении замечаний защитника на протокол судебного заседания (т.5 л.д. 221-223, 224-230)

В протоколе судебных заседаний зафиксирован ход судебного процесса, указаны заявленные ходатайства, возражения, вопросы участвующих в уголовном деле лиц, достаточно подробно записаны их показания, содержание выступлений, отражены принятые судом процессуальные решения и иные значимые для дела обстоятельства. 

Учитывая, что протокол судебных заседаний в совокупности с аудиозаписью хода судебных заседаний отражает ход судебного разбирательства, ставить под сомнение данный протокол судебного заседания и признавать его недопустимым, основания отсутствуют.

Приговор соответствует требованиям ст.ст. 297,304,307-309 УПК РФ. В нём указаны обстоятельства преступления, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности осужденного в содеянном, мотивированы выводы относительно квалификации преступления и назначенного наказания. Каких-либо противоречий в выводах судом не допущено, они основаны на достоверных доказательствах и полностью соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Доводы о том, что показания допрошенных лиц приведены в приговоре не в полном объеме, не свидетельствует о нарушении норм закона, поскольку их показания приведены в той части, которая относится к предмету доказывания. При этом уголовно-процессуальный закон не требует дословного изложения в приговоре показаний допрошенных лиц. 

Кроме того, неполное, по мнению осужденного, изложение показаний допрошенных лиц, письменных доказательств, на правильность выводов суда не влияют и не свидетельствуют о незаконности принятого судом решения. Все необходимые доказательства нашли свое отражение в обвинительном приговоре и получили надлежащую оценку.

****

При назначении Смирнову Е.В. наказания судом в соответствии с требованиями, предусмотренными ст.ст.6,60 УК РФ, учтены характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, все обстоятельства уголовного дела, в том числе смягчающие обстоятельства, данные о личности осужденного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Как следует из приговора, судом учтено, что Смирнов Е.В. впервые по неосторожности совершил преступление небольшой тяжести против безопасности дорожного движения, на учетах у нарколога и психиатра не состоит, к административной ответственности не привлекался, по месту жительства жалоб на его поведение в быту не поступало, по месту работы характеризуется положительно, имеет благодарности от лица руководства ****, губернатора ****.

При этом судом в достаточной степени учтены обстоятельства, смягчающие наказание Смирнова Е.В., - наличие двоих малолетних детей у виновного, оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в принятии мер к вызову «Скорой помощи», состояние здоровья подсудимого ****, наличие родителей пенсионного возраста.

Обстоятельств, отягчающих наказание Смирнова Е.В., судом не установлено.

Все обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, учтены при решении вопроса о виде и размере наказания Смирнову Е.В., которое отвечает требованиям Уголовного кодекса РФ.

Суд апелляционной инстанции соглашается с мотивами, приведенными в приговоре, о назначении Смирнову Е.В. наказания в виде ограничения свободы.

Срок наказания за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, судом назначен в пределах санкции с учетом требований уголовного закона.

Суд не усмотрел оснований для применения положений ст.64 УК РФ, не находит их и суд апелляционной инстанции, поскольку каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, свидетельствующих о применении положений ст.64 УК РФ, не имеется.

Назначенное Смирнову Е.В. наказание является справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в Уголовном кодексе РФ принципам гуманизма и справедливости, и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Заявленный потерпевшим Ш. гражданский иск о взыскании со Смирнова Е.В. компенсации морального вреда в размере 2 000 000 рублей, судом разрешен в соответствии с требованиями закона.

Удовлетворяя частично заявленные исковые требования потерпевшего к осужденному о взыскании компенсации морального вреда, суд исходил из положений ст.ст. 151, 1101 ГК РФ и принял во внимание, что именно от преступных действий Смирнова Е.В., управляющим автомобилем, то есть источником повышенной опасности, нарушившим несколько пунктов Правил дорожного движения РФ, причинены потерпевшему Ш. физические и нравственные страдания, выразившиеся в получении телесных повреждений, прохождении длительного курса лечения ****, в связи с чем привело к нарушению жизненных планов, связанных с невозможностью продолжения активной трудовой деятельности, обычного образа жизни.

Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию со Смирнова Е.В. в пользу потерпевшего Ш. в размере 800 000 рублей, суд руководствовался требованиями закона, принципами разумности и справедливости, а также учел обстоятельства уголовного дела, при которых был причинен моральный вред, характер и степень причиненных нравственных страданий потерпевшему, реальную возможность его возмещения осужденным, который имеет трудоспособный возраст ****, но вместе с тем имеет двух малолетних детей.

Оснований для уменьшения размера компенсации морального среда, подлежащего взысканию с осужденного в пользу потерпевшего, суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку размер денежной компенсации определен судом в соответствии с обстоятельствами, имеющими значение при его определении, а также требованиями разумности и справедливости.

При рассмотрении вопроса о взыскании со Смирнова Е.В. с доход федерального бюджета процессуальных издержек, связанных с выплатой денежных средств потерпевшим Ш. на покрытие расходов по оплате услуг представителя – адвоката Тюриной К.О. в размере 75 000 рублей суд исходил из требований ч.3 ст.42, ст.131 УПК РФ и положений п.34 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 июня 2010 года №17 (в редакции от 16 мая 2017 года) «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве».

Судом установлено, что между потерпевшим Ш. и адвокатом Тюриной К.О. заключены соглашения об оказании квалифицированной юридической помощи и представления интересов потерпевшего в уголовном судопроизводстве в рамках уголовного дела в отношении Смирнова Е.В.

В рамках указанных соглашений Ш. выплачено адвокату Тюриной К.О. 75 000 рублей, что подтверждается соответствующими квитанциями.

Таким образом, учитывая возраст Смирнова Е.В., его трудоспособность, отсутствие сведений об имущественной несостоятельности, суд принял обоснованное решение о взыскании с осужденного процессуальных издержек в сумме 75 000 рублей в доход Федерального бюджета РФ и не установил оснований для частичного или полного освобождения осужденного от уплаты процессуальных издержек и возмещения их за счет средств федерального бюджета.

Вопреки доводам защитника, оснований для передачи гражданского иска потерпевшего для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства не имелось.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для 

отмены приговора и удовлетворения апелляционных жалоб осужденного Смирнова Е.В. и защитника Калашниковой М.С.

Вместе с тем, исходя из положений ч.8 ст.302 УПК РФ, если к моменту вступления приговора в законную силу истекли сроки уголовного преследования, осужденный освобождается от назначенного наказания.

В соответствии с п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекли два года после совершения преступления небольшой тяжести.

Так, преступление, предусмотренное ч.1 ст.264 УК РФ, совершенное Смирновым Е.В. 25 апреля 2023 года, отнесено уголовным законом (ч.2 ст.15 УК РФ) к категории преступлений небольшой тяжести, и со дня его совершения осужденным к настоящему времени истекли два года.

Таким образом, учитывая, что на момент рассмотрения уголовного дела в суде апелляционной инстанции сроки давности уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, истекли, суд апелляционной инстанции в соответствии с п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ приходит к выводу об освобождении Смирнова Е.В. от назначенного наказания в виде ограничения свободы на срок 1 год и возложенных на него ограничений и обязанности, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Муромского городского суда Владимирской области от 10 апреля 2025 года в отношении осужденного Смирнова Е.В. изменить, на основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ освободить Смирнова Е.В. от наказания, назначенного по ч.1 ст.264УК РФ, в виде ограничения свободы на срок 1 год и возложенных на него ограничений и обязанности, в связи с истечением срока давности уголовного преследования;

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы Смирнова Е.В. и защитника Калашниковой М.С. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через Муромский городской суд Владимирской области в течение 6 месяцев со дня его вынесения.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей Муромского городского суда Владимирской области по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу или представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ. 

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий С.М. Иванкив