Дело № 10-1906/2024 Судья Шишкина Е.Е.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 29 марта 2024 года 

Челябинский областной суд в составе председательствующего судьи Гладковой С.Я.

при ведении протокола помощником судьи Утарбековой Р.Ф., 

с участием: 

прокурора Гаан Н.Н.,

осужденного ФИО2 и адвоката Янина Д.Г.,

осужденной ФИО3 и адвоката Новикова А.М., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора ЗАТО г. Озерска ФИО4, апелляционной жалобе осужденного ФИО2 (с дополнениями), совместной апелляционной жалобе потерпевших Потерпевший №5, Потерпевший №4, Потерпевший №2, Потерпевший №3, Потерпевший №7 на приговор Озерского городского суда Челябинской области от 29 января 2024 года, которым

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка 

<

адрес>, несудимая,

- осуждена по ч. 1 ст. 285 УК РФ (четыре преступления) к наказанию в виде штрафа в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей в доход государства за каждое преступление. На основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ по преступлению, совершенному в 2017 году, освобождена от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности трех преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО3 назначено окончательное наказание в виде штрафа в размере 100000 (сто тысяч) рублей в доход государства с перечислением по реквизитам, указанным в резолютивной части приговора.

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец д. 

<

адрес>, несудимый,

- осужден по ч. 1 ст. 285 УК РФ (четыре преступления) к наказанию в виде лишения свободы на срок один год за каждое преступление. На основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ по преступлению, совершенному в 2017 году, освобожден от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности трех преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО2 назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок один год шесть месяцев. На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком в два года с возложением обязанностей, перечисленных в резолютивной части приговора. 

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена осужденным без изменения.

В отношении ФИО3 мера процессуального принуждения в виде временного отстранения от должности главного бухгалтера Муниципального бюджетного учреждения Озерского городского округа «Культурно-досуговый центр» до вступления приговора в законную силу оставлена прежней. 

С осужденных ФИО2, ФИО3 солидарно в счет возмещения материального ущерба взыскано: в пользу потерпевшей Потерпевший №1 – 171990 (сто семьдесят одна тысяча девятьсот девяносто) рублей, в пользу потерпевшей Потерпевший №2 – 206010 (двести шесть тысяч десять) рублей, в пользу потерпевшей Потерпевший №3 – 209510 (двести девять тысяч пятьсот десять) рублей, в пользу потерпевшей Потерпевший №4 – 73360 (семьдесят три тысячи триста шестьдесят) рублей, в пользу потерпевшей Потерпевший №5 – 206010 (двести шесть тысяч десять) рублей, в пользу потерпевшей Потерпевший №6 – 132650 (сто тридцать две тысячи шестьсот пятьдесят) рублей, в пользу потерпевшей Потерпевший №7 – 76400 (семьдесят шесть тысяч четыреста) рублей.

Сохранен наложенный арест на принадлежащий ФИО1 автомобиль Фольксваген «Поло», 2013 года выпуска до исполнения приговора в части гражданского иска, обратив взыскание на данное имущество в счет погашения гражданского иска.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступления: прокурора Гаан Н.Н., поддержавшей доводы апелляционного представления, осужденного ФИО2 и его адвоката Янина Д.Г., поддержавших доводы апелляционной жалобы (с дополнениями), осужденной ФИО3 и адвоката Новикова А.М., возражавших против изменения либо отмены приговора, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 и ФИО3 признаны виновными в том, что, являясь должностными лицами, использовали свои служебные полномочия вопреки интересам службы, из корыстной заинтересованности, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций и охраняемых законом интересов общества и государства.

Преступления имели место в ДД.ММ.ГГГГ годах в 

<

адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном преставлении прокурор ЗАТО г. Озерска ФИО4 выражает несогласие с приговором и просит его отменить по всем основаниям, предусмотренным ст. 389.15 УПК РФ. Оспаривает законность исключения такого квалифицирующего признака преступления «из иной личной заинтересованности», поскольку суд не выяснил мотивы действий осужденных. Усматривает в этом нарушения требований п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре». Полагает неверными выводы суда в этой части, указывая, что по преступлению, совершенному в 2020 году, этот квалифицирующий признак подлежал исключению не в связи с его недоказанностью, а в связи с отсутствием в обвинении его конкретизации. Отмечает, что при установлении факта наличия переписки и информированности ФИО2 суд сослался на приобщенные ФИО3 документы, которые в свою очередь в качестве доказательств в приговоре не приведены, не оценены с точки зрения допустимости. Ходатайство ФИО3 о прекращении уголовного преследования по преступлению, совершенному в 2017 году, суд оставил без разрешения, назначил по нему наказание, от которого осужденную освободил на основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ. Кроме того, суд не в полной мере учел данные о личности ФИО2, что повлекло назначение ему чрезмерно сурового наказания. Полагает, что наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с выполнением административно-хозяйственных и организационно-распорядительных функций в бюджетных учреждениях в отношении осужденного будет отвечать целям наказания.

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный ФИО2 считает приговор незаконным и необоснованным, просит его отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор, признав за ним право на реабилитацию. Также осужденный усматривает нарушение его права на защиту, которые выразились в том, что государственный обвинитель, озвучивая предъявленное обвинение и выступая в прениях, указал на совершение ими всех четырех должностных преступлений из корыстной заинтересованности и иной личной заинтересованности. Тогда как признак «иная личная заинтересованность» вменялся им только по двум преступлениям, совершенным в 2019-2020 годах. Анализируя содержание приговора, не соглашается с включением суммы 76400 рублей, полученной ФИО3 от потерпевшей Потерпевший №7, в состав общей суммы ущерба, поскольку суд пришел к выводу, что иной личной заинтересованности (приобретение мебели и иной обстановки для служебной квартиры) не имелось. Полагает неясным, какие действия ФИО3 образуют состав преступления, если «сама форма ее обращения к потерпевшим не могла служить основанием для признания ее действий незаконными» (цитата из приговора). Утверждает, что стороной обвинения не представлено достаточных доказательств их виновности; по делу не установлены обстоятельства, указанные в ст. 73 УПК РФ, что указывает на незаконность выдвинутого обвинения. Суд неправильно истолковал объективную сторону преступления, предусмотренного ст. 285 УК РФ. В приговоре не отражены конкретные должностные полномочия, которыми он (ФИО2) и ФИО3 злоупотребили; неверно вменен квалифицирующий признак «группа лиц по предварительному сговору», который применительно к ст. 285 УК РФ предусматривает невозможность совершения одного и того же преступления лицами с разными должностными полномочиями; не конкретизированы обстоятельства приобретения обстановки в служебную квартиру, неправильно определен временной период данного приобретения и сбора денежных средств. Указывает, что по смыслу закона и, исходя из сложившейся практики, под злоупотреблением должностными полномочиями понимаются действия лица, входящие в круг его должностных полномочий, при отсутствии обязательных условий или оснований для их совершения. Согласно показаниям потерпевших, полученные ими премии были обоснованными, соответственно, приказы об их выдаче носили законный характер. Иных действий, кроме выдачи законных премий, он (ФИО2) не совершал. Утверждение, что выплаты стимулирующего характера устанавливались в процентном соотношении от оклада работников и в зависимости от показателей эффективности работы не конкретизировано. В удовлетворении ходатайства стороны защиты о направлении в организацию запроса для предоставления сведений о таких показателях, судом было отказано. В связи с чем, по мнению осужденного, нельзя говорить о злоупотреблении полномочиями и наличии причинно-следственной связи между его (ФИО2) действиями по выдаче законных премий и наступившими последствиями в виде хищения ФИО3 денежных средств. Продолжая анализировать объективную сторону преступления, отмечает, что обязательным признаком корыстной заинтересованности является совершение лицом незаконных действий с целью получения выгоды имущественного характера, не связанной с изъятием чужого имущества. Однако, исходя из текста приговора, он (ФИО2) осужден именно за изъятие чужого имущества путем склонения к этому ФИО3 При этом какие должностные полномочия были использованы им (ФИО2) судом не конкретизировано. Ничего кроме как подготовки им приказов о начислении премий судом не указано. Более того, его (ФИО2) действия, по мнению суда, не носили неправомерный характер, поскольку он действовал в пределах своих полномочий, выдавая законные премии. Суд не выяснил, какие права и законные интересы граждан или организаций, либо интересы общества и государства были нарушены, и находится ли это в причинной связи с действиями должностного лица. В приговоре не отражено: какие нормативно-правовые акты устанавливают его (ФИО2) права и обязанности; какими должностными полномочиями он (ФИО2) злоупотребил, поскольку по версии следствия и суда в рамках этих полномочий он действовал законно. Отмечает, что вопреки предъявленному обвинению, действия потерпевших не носили вынужденный характер, поскольку ФИО3 до вынесения приказов о начислении премий получала от них добровольное согласие на передачу ей неопределенной суммы денег; после получения премий потерпевшие, свободно распоряжаясь денежными средствами, передавали осужденной озвученную ею сумму. Предлагая потерпевшим передать денежные средства, ФИО3 не указывала его (ФИО2) в качестве заинтересованного лица. Суд же в приговоре исправляет в указанной части обвинение, чем вновь выходит за его пределы. 

Полагает, что признак «иная личная заинтересованность» не нашел подтверждение материалами уголовного дела, поскольку действия ФИО3 никак не могут быть связаны с карьеризмом, приукрашиванием дел в МБУ «КДЦ» и его позитивным преобразованием. Анализирует обвинение, связанное с изъятием денежных средств на приобретение обстановки в служебную квартиру, усматривает в нем противоречия; органы следствия не указали юридически значимые обстоятельства, такие как адрес квартиры, размер денежных средств, затраченный на приобретение предметов обстановки и т.п. Утверждает, что приобретением имущества занималась только ФИО3

Утверждает, что аудиозапись разговора ФИО3 с оперативным сотрудником является недопустимым доказательством, поскольку фактически был проведен допрос осужденной без соблюдения процессуального порядка, а сама беседа носила провокационный характер. Иные документы, содержащие анализ проведенных оперативно-розыскных мероприятий также относятся к недопустимым доказательствам. Выводы суда о совершении преступлений в составе группы лиц по предварительному сговору основаны на неверном толковании норм закона, противоречат разъяснениям Верховного Суда РФ и сложившейся судебной практике. Согласно ст. 32 УК РФ, под соучастием понимается совместное совершение несколькими лицами одного преступления. Данный квалифицирующий признак не нашел должного отражения в приговоре, поскольку не были раскрыты конкретные действия каждого из осужденных, которые являлись бы преступными сами по себе и относились к их должностным полномочиям. Исходя из смысла положений ст. 285 УК РФ, преступными являются действия должностного лица, направленные на злоупотребление своими должностными полномочиями, а не чужими. В связи с наличием у него (ФИО2) и ФИО3 разных полномочий, непонятно каким образом были совершены вменяемые им преступления. Вновь настаивает, что его действия по подписанию законных приказов о выдаче премий не образуют состава должностного преступления.

В совместной апелляционной жалобе потерпевшие Потерпевший №5, Потерпевший №4, Потерпевший №2, Потерпевший №3, Потерпевший №7 не соглашаются с приговором, полагая его несправедливым вследствие чрезмерной мягкости наказания, назначенного ФИО1 Указывают, что в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 года № 1 «О судебном приговоре» подлежало учету то обстоятельство, что ФИО3 на протяжении четырех лет действовала с прямым умыслом, в корыстных целях, используя свое должностное положение, отказалась от совершения преступления по не зависящим от неё обстоятельствам. В период производства по уголовному делу на них со стороны ФИО3 было оказано давление, что повлекло отстранение последней от должности. Считают, что осужденная не раскаялась в содеянном, поскольку не принесла им извинений и не возместила причиненный им ущерб в полном объеме. В ходе следствия пыталась принудить их написать заявления о прекращении уголовного дела с целью уклонения от наказания. Указывают, что они опасаются работать совместно с ФИО3, которую не лишили права работать в должности главного бухгалтера. Оспаривают выводы суда о наличии у ФИО3 смягчающих наказание обстоятельств, утверждая, что таковые отсутствовали. Активное способствование расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления со стороны осужденной фактически являлось её попыткой минимизировать свою преступную роль и переложить свою вину на ФИО2 Медицинских документов, подтверждающих неудовлетворительное состояние здоровья ФИО3, суду не представлено. Фактически иждивенцев у осужденной не имеется, поскольку несовершеннолетних детей у неё нет, родители получают пенсию, мама трудоустроена с оплатой труда. Будучи отстраненной от должности главного бухгалтера, ФИО3 состояла на иной должности, обязанности по которой не выполняла, однако получала заработную плату. Отягчающим наказание обстоятельством должна быть признана особо активная роль осужденной, продумавшей совершенные ею преступления. Назначенное наказание в виде штрафа, размер которого значительно меньше суммы ущерба, по мнению потерпевших, не будет отвечать целям наказания, в том числе предупреждению совершения ФИО3 новых преступлений. Считают, что суд необоснованно оставил без внимания мнение потерпевших о назначении виновной наказания в виде лишения права занимать определенные должности. Настаивают, что нахождение ФИО3 на должности главного бухгалтера негативно отразится на их дальнейшей трудовой деятельности, а также не отвечает интересам МБУ «КДЦ», где они работают. В связи с чем потерпевшие просят изменить приговор, назначив ФИО3 более строгое наказание, лишив её права занимать должности, связанные с управлением финансовой деятельности.

Выслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО2 и ФИО3 в совершении должностных преступлениях основаны на совокупности исследованных в ходе судебного следствия доказательств, которые приведены в описательно-мотивировочной части приговора. 

Оценка доказательств проведена судом по правилам главы 11 УПК РФ, с приведением мотивов, по которым суд принял во внимание одни доказательства и отверг другие. Все доказательства признаны судом допустимыми и достоверными.

В основу обвинительного приговора правомерно положены: показания осужденной ФИО3, потерпевших Потерпевший №5, Потерпевший №4, Потерпевший №2, Потерпевший №3, Потерпевший №7, Потерпевший №6, свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13, письменные доказательства, подтверждающие начисление потерпевшим годовых премий в 2017, 2018, 2019, 2020 годах, часть денежных средств из которых по требованию главного бухгалтера ФИО3 передавалась последней и предназначались, в том числе для директора учреждения ФИО2

При этом из последовательных показаний ФИО3 следовало, что именно по указанию директора ФИО2 она определила круг лиц из числа подчиненных им сотрудников муниципального учреждения, которым будет начислена годовая премия в большом размере и которые часть денежных средств будут должны передать ей, а она - ему (ФИО2). Все потерпевшие, за исключением Потерпевший №6 (двоюродная сестра осужденной ФИО3) утверждали, что передавали часть полученных ими годовых премий вынужденно, опасаясь негативных последствий от руководства в дальнейшем.

Доводы осужденного ФИО2, отрицавшего наличие договоренности с ФИО3 о получении таким способом денежных средств от подчиненных им сотрудников, передачу ему денежных средств осужденной ФИО3 обоснованно подвергнуты судом критической оценке, как противоречащие исследованным доказательствам.

Причин для оговора его со стороны ФИО3 и потерпевшими суд не установил, не находит таковых и суд апелляционной инстанции. 

Изученными судом документами установлено, что ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ занимал должность директора МБУ «КДЦ», в соответствии с должностной инструкцией был обязан: осуществлять внутренний контроль хозяйственных операций, бухгалтерского учета и составления бухгалтерской отчетности учреждения; формировать фонд оплаты труда (в пределах установленных средств) с разделением его на базовую и стимулирующую части, обеспечивать выплату в полном размере заработной платы, пособий и иных выплат работникам учреждения; обеспечивать целевое и эффективное использование денежных средств учреждения; обеспечивать работникам учреждения социальные гарантии в соответствии с законодательством Российской Федерации; организовывать и координировать реализацию мер по повышению мотивации работников к качественному труду, в том числе на основе их материального стимулирования; обеспечивать достижение установленных ежегодных значений показателей средней заработной платы работников учреждений культуры по Челябинской области (том №, л.д. 30-38).

ФИО3 в МБУ «КДЦ» с ДД.ММ.ГГГГ состояла в должности главного бухгалтера, и в соответствии с должностной инструкцией была обязана: обеспечивать законность, своевременность и правильность оформления документов, расчеты по заработной плате, правильное отчисление средств на материальное стимулирование работников МБУ «КДЦ»; осуществлять контроль за соблюдением порядка оформления первичных и бухгалтерских документов, расчетов и платежных обязательств, расходования фонда заработной платы; принимать меры по предупреждению недостач, незаконного расходования денежных средств, нарушений финансового и хозяйственного законодательства (том №, л.д. 31-37).

Таким образом, осужденные являлись должностными лицами, выполнявшими организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в муниципальном бюджетном учреждении.

Нашло свое подтверждение в ходе судебного следствия и то, что в результате противоправных действий осужденных были существенно нарушены: 

- права и законные интересы граждан - потерпевших, которым был причинен материальный ущерб, и которые не в полной мере реализовали свое конституционное право на получение вознаграждения за труд;

- охраняемые законом интересы общества и государства, выразившиеся в дискредитации и подрыве авторитета МБУ «КДЦ» как муниципального бюджетного учреждения, в формировании негативного общественного мнения среди жителей г. Озерска Челябинской области, сотрудников и работников учреждений культуры о коррумпированности и вседозволенности должностных лиц муниципальных бюджетных учреждений, использующих занимаемые ими должности вопреки интересам службы, в угоду корыстным интересам, в противоречии с целями и задачами органов.

Суд апелляционной инстанции полагает, что правильно установив фактические обстоятельства совершения осужденными должностных преступлений, суд дал им неверную юридическую оценку, посчитав, что они злоупотребили своими должностными полномочиями.

Между тем по смыслу закона ответственность по ст. 285 УК РФ наступает за действия (бездействие) должностных лиц, совершенных вопреки интересам службы в пределах своей компетенции. Очевидно, что в компетенцию директора и главного бухгалтера муниципального бюджетного учреждения не входили полномочия по изъятию части денежных средств, полученных сотрудниками учреждения в виде годовой премии, а значит, они не могли ими злоупотребить. 

В то же время ФИО2 не предъявлялось обвинение в нарушении требований локальных актов, регулирующих порядок определения размера премий по итогам работы за год, которые подлежали выплате сотрудникам муниципального бюджетного учреждения. Не установлено таких нарушений и в ходе судебного разбирательства. Исходя из пояснений потерпевших, премии по итогам года были начислены и выплачены им на законных основаниях, с учетом объема проделанной ими работы. ФИО2 в силу занимаемой должности директора МБУ «КДЦ» был наделен полномочиями по изданию приказов о премировании.

Однако изложенное не означает отсутствие в действиях ФИО2 и ФИО3 состава должностных преступлений, поскольку достоверно установлено, что требования к сотрудникам учреждения о передаче части полученных денежных средств и получения от них этих сумм являлись заведомо незаконными; эти действия совершены должностными лицами за пределами своих должностных полномочий и это повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства.

В данном случае суду необходимо было учитывать разъяснения, содержащиеся в пункте 19 постановления Пленума Верховного суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении служебными полномочиями и о превышении должностных полномочий», позволяющие разграничить составы преступлений, предусмотренных ст. 285 и ст. 286 УК РФ.

В пункте 19 указано, что в отличие от предусмотренной статьей 285 УК РФ ответственности за совершение действий (бездействия) в пределах своей компетенции вопреки интересам службы ответственность за превышение должностных полномочий (статья 286 УК РФ) наступает в случае совершения должностным лицом активных действий, явно выходящих за пределы его полномочий, которые повлекли существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, если при этом должностное лицо осознавало, что действует за пределами возложенных на него полномочий.

Превышение должностных полномочий может выражаться, например, в совершении должностным лицом при исполнении служебных обязанностей действий, которые:

относятся к полномочиям другого должностного лица (вышестоящего или равного по статусу);

могут быть совершены только при наличии особых обстоятельств, указанных в законе или подзаконном акте (например, применение оружия в отношении несовершеннолетнего, если его действия не создавали реальной опасности для жизни других лиц);

совершаются должностным лицом единолично, однако могут быть произведены только коллегиально либо в соответствии с порядком, установленным законом, по согласованию с другим должностным лицом или органом;

никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать.

Исходя из диспозиции статьи 286 УК РФ для квалификации содеянного как превышение должностных полномочий мотив преступления значения не имеет.

Превышение должностных полномочий ФИО2 и ФИО3 выразилось в совершении ими при исполнении служебных обязанностей действий, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать.

Поскольку виновные действовали группой лиц по предварительному сговору, т.е. между ними до начала совершения преступлений состоялась договоренность о способе совершения преступления, согласно которому именно ФИО3 как главный бухгалтер МБУ «КДЦ» должна была высказать требования к подчиненным сотрудникам о передаче части денежных средств, полученных ими в качестве премии по итогам года, а в дальнейшем - получить эти средства и передать 70% директору ФИО2, то не имеет юридического значения, что непосредственно ФИО2 таких требований не высказывал. Доводы стороны защиты об этом несостоятельны.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции считает необходимым изменить приговор и переквалифицировать действия осужденных по всем четырем преступлениям с ч. 1 ст. 285 УК РФ на ч. 1 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07 декабря 2011 года № 420-ФЗ). Данная юридическая оценка будет соответствовать требованиям уголовного закона; при этом положение осужденных не ухудшается и не нарушается их право на защиту. 

Возможность изменения квалификации при определенных условиях предусмотрена процессуальным законом. В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», указано, что суд вправе изменить обвинение и квалифицировать действия (бездействие) подсудимого по другой статье уголовного закона, по которой подсудимому не было предъявлено обвинение, лишь при условии, если действия (бездействие) подсудимого, квалифицируемые по новой статье закона, вменялись ему в вину, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным (частным) обвинителем обвинения, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимого и не нарушает его права на защиту.

Фактические обстоятельства преступлений существенным образом не изменяются; совершение этих же действий вменялись осужденным в вину. Санкция ч. 1 ст. 285 УК РФ идентична санкции ч. 1 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07 декабря 2011 года № 420-ФЗ).

На момент совершения осужденными должностных преступлений, статья 286 УК РФ не предусматривала наличие таких квалифицирующих признаков как совершение преступления «группой лиц, группой лиц по предварительному сговору», «из корыстной или иной личной заинтересованности». Данные признаки введены Федеральным законом от 14 июля 2022 года № 307-ФЗ, который вступил в силу с 25 июля 2022 года, соответственно, суд апелляционной инстанции не может квалифицировать действия ФИО3 и ФИО2 по другой части ст. 286 УК РФ, которая ухудшает их положение.

В ранее действовавшей редакции статьи 286 УК РФ мотив преступления значения не имел. Вместе с тем судом первой инстанции правильно установлено, что осужденные действовали в своих корыстных интересах, желали получить материальную выгоду, поскольку в указанные периоды им не начислялась премия по итогам года либо размер премии являлся незначительным. 

Следует отметить, что такой мотив вмененного осужденным преступления «из иной личной заинтересованности» судом первой инстанции исключен из обвинения, поэтому доводы апелляционной жалобы осужденного об отсутствии этому доказательств, обсуждению не подлежат.

Отсутствует необходимость и в анализе иных доводов апелляционной жалобы ФИО2, касающихся неясности формулировок «злоупотребления должностными полномочиями».

С учетом переквалификации действий ФИО2 и ФИО3 доводы апелляционного представления о допущенных судом нарушениях при постановлении приговора (невыяснения мотивов их действий применительно к признаку «из иной личной заинтересованности», иные правовые основания для исключения этого признака) утратили актуальность и не требуют проверки в апелляционном порядке.

Судебное разбирательство по уголовному делу в отношении ФИО2 и ФИО3 проведено судом первой инстанции с соблюдением требований уголовно-процессуального закона; право сторон на представление доказательств в обоснование своей позиции не нарушено. 

То обстоятельство, что суд не рассмотрел ходатайство подсудимой ФИО3 о прекращении уголовного преследования по преступлению, имевшему место в 2017 году, ввиду истечения сроков давности, не является существенным нарушением УПК РФ, влекущим отмену приговора, на чем настаивает прокурор в своем представлении. 

С учетом непризнания своей вины ФИО2, которому предъявлялось обвинение в совершении этого же преступления в соучастии ФИО3, суд первой инстанции не мог разрешить данное ходатайство по существу, не обозначив свою позицию об обоснованности либо необоснованности предъявленного ФИО3 обвинения. В связи с чем суд правомерно оставил рассмотрение этого вопроса до окончания рассмотрения дела, разрешив вопрос об истечении сроков давности при постановлении приговора. 

Внесение в приговор изменений, в части квалификации действий осужденных, влекут принятие судом апелляционной инстанции решения о назначении виновным наказания.

Суд апелляционной инстанции учитывает обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности виновных, наличие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3 по всем преступлениям, суд апелляционной инстанции признает: полное признание своей вины и раскаяние в содеянном; явку с повинной (в качестве таковой признаны объяснения ФИО3, данные ею ДД.ММ.ГГГГ в ходе ОРМ «Наблюдение»); активное способствование раскрытию и расследованию преступлений (которое выразилось в предоставлении органу предварительного расследования подробной информации об обстоятельствах их совершения), изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступлений – ФИО2; частичное добровольное возмещение имущественного ущерба потерпевшим; положительные характеристики; состояние здоровья осужденной, нахождение на её иждивении членов семьи, в том числе престарелых родителей, состояние их здоровья.

Также суд принимает во внимание, что ФИО3 ранее не судима, разведена, несовершеннолетних детей на иждивении не имеет, на специализированных учетах не состоит, по месту жительства и работы характеризуется положительно. 

Смягчающими наказание обстоятельствами применительно к осужденному ФИО2 по всем преступлениям суд апелляционной инстанции признает: наличие на иждивении двух малолетних детей, оказание материальной помощи иным членам семьи, положительные характеристики, наличие поощрений.

ФИО2 ранее не судим, женат, имеет двух малолетних детей 2010 и ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на специализированных учетах не состоит, по месту жительства характеризуется положительно, будучи директором МБУ «КДЦ» был награжден почетными грамотами, трижды привлекался к дисциплинарной ответственности. 

Совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору в силу п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ является отягчающим наказание обстоятельством.

Вопреки позиции потерпевших, оснований для признания в качестве отягчающего наказание обстоятельства особую активную роль ФИО3 не имеется. 

При назначении осужденным наказания суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для применения положений ст. 64 УК РФ.

Изменение категории преступления невозможно ввиду отягчающего наказание обстоятельства.

Исходя из конкретных обстоятельств совершенного ФИО2 преступлений, личности виновного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о назначении ему наказания в виде лишения свободы с применением положений ст. 73 УК РФ, поскольку его исправление возможно без реального отбывания наказания.

Совокупность смягчающих наказания обстоятельств, положительных сведений о личности осужденной позволяет назначить ей наказание в виде штрафа. Размер штрафа определяется с учетом её материального положения.

С учетом истечения сроков давности по преступлению, совершенному виновными в 2017 году, они подлежат освобождению от наказания. 

Назначение осужденным такого вида наказания как лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, по мнению суда апелляционной инстанции, является невозможной.

По смыслу закона лишение права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления (ч. 1 ст. 47 УК РФ). 

Такое же толкование уголовного закона дано в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания». В частности в нем обращено внимание судом, что лишение права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности только на государственной службе или в органах местного самоуправления. В приговоре необходимо указывать не конкретную должность (например, главы органа местного самоуправления, старшего бухгалтера) либо категорию и (или) группу должностей по соответствующему реестру должностей (например, категорию "руководители", группу "главные должности муниципальной службы"), а определенный конкретными признаками круг должностей, на который распространяется запрещение (например, должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных полномочий).

Из обстоятельств дела следует, что ФИО2 и ФИО3 являлись должностными лицами в муниципальном бюджетном учреждении. Соответственно, им не могло быть назначено наказание в виде запрета занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных полномочий в муниципальных бюджетных учреждениях, на что ориентировал суд государственный обвинитель и на чем настаивают потерпевшие.

Исковые требования потерпевших разрешены судом в соответствии с требованиями гражданского законодательства; внесение в приговор изменений не влечет признание такого решения незаконным.

В целом обвинительный приговор в отношении ФИО2 и ФИО3 соответствует требованиям УПК РФ, оснований для его отмены либо внесения в него иных изменений, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Озерского городского суда Челябинской области от 29 января 2024 года в отношении ФИО3 и ФИО2 изменить.

Действия ФИО3 по преступлениям, совершенным в 2017, 2018, 2019 и 2020 годах переквалифицировать с ч. 1 ст. 285 УК РФ на ч. 1 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07 декабря 2011 года № 420-ФЗ), назначив ей наказание по каждому преступлению в виде штрафа в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей в доход государства. 

На основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ освободить ФИО3 от назначенного ей наказания в виде штрафа в размере 50000 рублей по преступлению, совершенному в 2017 году, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний по трем преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 286 УК РФ, назначить ФИО3 окончательное наказание в виде штрафа в размере 100000 (сто тысяч) рублей в доход государства.

Действия ФИО2 по преступлениям, совершенным в 2017, 2018, 2019 и 2020 годах переквалифицировать с ч. 1 ст. 285 УК РФ на ч. 1 ст. 286 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07 декабря 2011 года № 420-ФЗ), назначив ему наказание по каждому преступлению в виде лишения свободы на срок один год.

На основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ освободить ФИО2 от назначенного ему наказания в виде лишения свободы на срок один год по преступлению, совершенному в 2017 году, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний по трем преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 286 УК РФ, назначить ФИО2 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок один год шесть месяцев.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО2 наказание считать условным с испытательным сроком в один год.

В период испытательного срока возложить на осужденного ФИО2 следующие обязанности: не менять постоянного места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; возместить потерпевшим ущерб, причиненный преступлением.

В остальной части этот же приговор оставить без изменений, апелляционное представление прокурора ЗАТО г. Озерска ФИО4, апелляционные жалобы осужденного ФИО2 (с дополнениями), потерпевших Потерпевший №5, Потерпевший №4, Потерпевший №2, Потерпевший №3, Потерпевший №7 – без удовлетворения.

Решение суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления участвующие в деле лица вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья