РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 февраля 2018 года г.Ангарск

Ангарский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Прасоловой Ж.А., с участием старшего помощника прокурора города Ангарска Лейдерман Н.Л., при секретаре Волоховой Л.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-16/2018 по иску ФИО1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО2 к ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО4, Муниципальному автономному общеобразовательному учреждению «Гимназия № 8» о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, судебных расходов, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, действующая в интересах несовершеннолетнего ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО4, МАОУ «Гимназия № 8» о взыскании денежной компенсации морального вреда, взыскании денежной компенсации материального вреда, взыскании расходов по уплате государственной пошлины, в обоснование которого указала, что 16.03.2017 в здании МАОУ «Гимназия № 8» в 11-30 часов несовершеннолетний ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ г.р., на перемене между уроками, находясь в игровой комнате, толкнул ее сына ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в результате чего Анатолий упал, сильно ударившись при этом головой об пол. Анатолий заплакал от боли, затем ему стало плохо. Учитель ФИО5 положила его на диван, где он кратковременно терял сознание и частично терял память. При этом, учитель продолжила уроки, не давая Анатолию в течение 2 часов позвонить ей. Всё это время у Анатолия болела голова, его тошнило и примерно в 12-30 его вырвало. Скорую помощь никто не вызвал и даже не сообщил родителям. Медицинскую помощь ребенку в школе не оказали, так как в момент данного происшествия медработник отсутствовал. В 13-30 часов Анатолий сам позвонил ей, после чего она сразу же забрала его домой и уже из дома позвонила в службу скорой медицинской помощи. По телефону ей сказали везти сына в «Ангарскую городскую детскую больницу № 1» в 85 квартале. Анатолия сразу положили в больницу с диагнозом «Закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга», где он пролежал 9 дней. В настоящее время Анатолий продолжает лечение дома, у него иногда случается головокружение, регулярно болит голова, нарушен сон. В результате травмы Анатолий испытал сильные физические и нравственные страдания, получил тяжелое психологическое потрясение, вынужден ограничивать свой привычный образ жизни, не может заниматься спортом; не может полноценно общаться со своими сверстниками, стал отставать от графика учебной программы, предусмотренной образовательным учреждением; не смог участвовать в отчётном концерте в цирковой студии, к которому готовился полгода, а также пропустил отборочные соревнования по дзюдо, и всё это повлияло на его неокрепшую психику. После данного инцидента психологическая атмосфера вокруг Анатолия в школе изменилась, накалилась, в связи с чем, пришлось сменить школу. По факту случившегося, была проведена проверка инспектором ОДН ОП-2 УМВД России по Ангарскому городскому округу капитаном полиции ФИО6, по результатам которой были установлены выше описанные обстоятельства получения травмы Анатолием, однако, в возбуждении уголовного дела было отказано, так как субъект преступления не достиг возраста уголовной ответственности. Она понесла и материальные затраты на лечение сына ФИО2 в размере 1571,60 руб. До настоящего времени ответчик ФИО3 не осознала содеянного своим сыном, прощения не просила, мер для возмещения вреда не принимала. Просит взыскать с ответчика ФИО3 в её пользу компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб., компенсацию материального вреда в размере 785,80 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 200 руб.; взыскать с ответчика МАОУ «Гимназия № 8» в её пользу компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб., компенсацию материального вреда в размере 785,80 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 200 руб..

В ходе судебного разбирательства истец в порядке ст. 39 ГПК РФ уточнила исковые требования, указав, что в связи с полученными результатами судебной экспертизы, снижает размер компенсации морального вреда и просит взыскать с ответчиков по 100 000 руб. с каждого. В остальной части требования не изменились.

В судебном заседании истец уточнила требования и пояснила, что в части требований о взыскании с ответчиков материального ущерба на приобретение лекарственных препаратов, а также требований о возмещении судебных расходов по уплате государственной пошлины она действует в своих интересах, потому, что понесла данные расходы она, просит взыскать данные средства в ее пользу.

Истец, представитель истца ФИО7, действующая на основании доверенности, в судебном заседании поддержали заявленные требования, по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО3, представитель ответчика ФИО8, действующая на основании доверенности, иск не признали, представили письменные возражения на иск, уточненный иск, доводы которых поддержали в полном объеме. Письменные возражения приобщены к материалам дела.

Представитель ответчика МАОУ «Гимназия № 8» ФИО9, действующая на основании прав по должности, иск не признала, представила письменные возражения на иск, доводы которых поддержала в полном объеме. Письменные возражения приобщены к материалам дела. Дополнительно пояснила, что гимназия создала безопасные условия для пребывания детей, учитель находилась на рабочем месте и исполняла свои обязанности, организовала деятельность детей по группам. Когда произошла ситуация с ребенком истца, она сразу подошла, помогла подняться, спросила про его самочувствие. Поскольку ребенок адекватно отвечал на вопросы, пришел на урок и отвечал, учитывая отсутствия внешних признаков недомогания, она не стала звонить родителям и не обратилась за медицинской помощью. Учителю продленного дня рассказала о случившемся и просила понаблюдать за ребенком, но когда Толе стало плохо, сразу вызвали маму. Она предлагала от своего имени возместить моральный вред в размере 700 руб. истцу.

Третье лицо ФИО5 иск не признала, пояснила, что во время перемены 16 марта 2017 года разделила детей на группы, определила им занятия, Толя не знал чем себя занять. Когда раздавала тетради, услышала крик. Пришла в игровую, Толя лежал на ковре, рядом никаких предметов не было. Протянула ему руку, помогла подняться, он назвал ее по имени и отчеству. Уложила его на диван, детей отправила в класс. Толя сказал, что не видел кто его толкнул, а дети пояснили, что он бегал за Артемом и Петей Плиско, тыкал в них елкой и обзывал девочками. Когда начался урок, Толя пришел в класс, сел за парту, отвечал на вопросы. Когда пришла воспитатель группы продленного дня ФИО10, она попросила понаблюдать за Толей. Во время обеда, Толю стошнило и воспитатель позвонила маме, потом ей и она уже сообщила руководству. Дети не говорили, чтобы Толя терял сознание. Толя всегда требовал к себе всеобщего внимания, появлялись слезы, если он не получал этого внимания. Поскольку жалоб от Толи не было, он вел себя адекватно, она не сообщила о случившемся сразу родителям, а попросила воспитателя понаблюдать за ребенком.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, изучив материалы дела и представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с Конституцией РФ право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 21 статьи 20, статья 41 Конституции РФ).

В развитие положений Конституции РФ приняты соответствующие законодательные акты, направленные на защиту здоровья граждан и возмещение им вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья. Общие положения, регламентирующие условия, порядок, размер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, содержатся в главе 59 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под нематериальными благами статья 150 ГК РФ среди прочих благ предусматривает жизнь и здоровье, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, которые являются неотчуждаемыми и непередаваемыми иным способом.

Согласно статье 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными параграфом 4 главы 59 и статьи 151 ГК РФ.

Статья 1064 ГК РФ предусматривает, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Судом установлено, что родителями несовершеннолетнего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются истец ФИО1 и ФИО11.

Родителями несовершеннолетнего ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является ответчик ФИО3.

Данные обстоятельства подтверждаются свидетельствами о рождении детей, копии которых имеются в материалах дела.

На период учебного 2016-2017 года ФИО12 и ФИО4 являлись учениками 1 «г» класса МАОУ «Гимназия № 8».

Согласно п. 2.2 Устава муниципального автономного общеобразовательного учреждения «Гимназия № 8» (Далее – МАОУ) предметом и основной целью деятельности общеобразовательного учреждения является оказание услуг по реализации предусмотренных законами и нормативными правовыми актами Ангарского городского округа полномочий в сфере образования – осуществление образовательной деятельности по основным образовательным программам дошкольного образования, начального общего, основного общего, среднего общего образования.

В соответствии с п.1 ст. 1073 ГК РФ за вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (малолетним), отвечают его родители (усыновители) или опекуны, если не докажут, что вред возник не по их вине.

В силу п. 3 указанной статьи, если малолетний гражданин причинил вред во время, когда он временно находился под надзором образовательной организации, медицинской организации или иной организации, обязанных осуществлять за ним надзор, либо лица, осуществлявшего надзор над ним на основании договора, эта организация либо это лицо отвечает за причиненный вред, если не докажет, что вред возник не по их вине при осуществлении надзора.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» в случае причинения вреда малолетним (в том числе и самому себе) в период его временного нахождения в образовательной организации (например, в детском саду, общеобразовательной школе, гимназии, лицее), медицинской организации (например, в больнице, санатории) или иной организации, осуществлявших за ним в этот период надзор, либо у лица, осуществлявшего надзор за ним на основании договора, эти организации или лицо обязаны возместить причиненный малолетним вред, если не докажут, что он возник не по их вине при осуществлении надзора.

В соответствии с ч. 6 ст. 28 Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» образовательная организация обязана осуществлять свою деятельность в соответствии с законодательством об образовании, в том числе, создавать безопасные условия обучения, воспитания обучающихся, присмотра и ухода за обучающимися, их содержания в соответствии с установленными нормами, обеспечивающими жизнь и здоровье обучающихся.

Частью 7 статьи 28 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» предусмотрено, что образовательная организация несет ответственность в установленном законодательством Российской Федерации порядке за невыполнение или ненадлежащее выполнение функций, отнесенных к ее компетенции, за реализацию не в полном объеме образовательных программ в соответствии с учебным планом, качество образования своих выпускников, а также за жизнь и здоровье обучающихся.

16 марта 2017 года в 11.30 час. в игровой комнате МАОУ «Гимназия № 8» во время перемены между уроками ученик 1 «г» класса ФИО4 толкнул ученика того же класса ФИО2, который упал, ударился головой об пол, вследствие чего ему был причинен вред здоровью в виде закрытой черепно-мозговой травмы.

В тот же день ФИО2 была оказана специализированная медицинская помощь в ОГАУЗ «Ангарская городская детская больница №1». 

Согласно карте стационарного больного № 3894 ФИО12 находился на лечении в травматологическом отделении с 16 по 25 марта 2017 года с диагнозом: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга; выписан с улучшением, рекомендовано наблюдение у невролога по месту жительства.

Из амбулаторной карты № 79533 ОГАУЗ «Ангарская городская детская больница №1» следует, что в период с 27 марта по 31 июля 2017 года ФИО12 наблюдался у невролога по месту жительства, в качестве лекарственных препаратов прописаны кортексин и кавинтон.

На основании приказа МАОУ «Гимназия № 8» от 17.03.2017 № 743/у по факту травмы, полученной 16.03.2017 учащимся 1 «г» класса ФИО2 было проведено служебное расследование и по результатам составлен Акт 21 марта 2017 года.

В ходе расследования комиссия пришла к выводам, что полученная ФИО13 Толей травма является следствием недостаточного присмотра за детьми классным руководителем ФИО5 по объективным причинам: учителю необходимо было подготовиться к следующему уроку, а так как помещение состоит из кабинета для занятий и игровой комнаты, она не могла держать в поле зрения всех детей класса. 

Также комиссией установлено неумение ФИО13 Толи устанавливать дружеские отношения с одноклассниками, некорректное поведение мальчика непосредственно перед травмой спровоцировало реакцию ФИО4.

По ходатайству стороны ответчика МАОУ «Гимназия № 8» в судебном заседании были допрошены свидетели.

Свидетель ФИО10 суду показала, что когда она пришла на работу в 11.50 час. 16 марта 2017 года, Толя сидел за партой, отвечал на вопросы, все шло в обычном режиме. Учитель ФИО5 рассказала ей об инциденте между детьми и попросила понаблюдать за Толей. При ней он жалоб не высказывал, не падал. Во время обеда его стошнило и она сразу позвонила маме ребенка. После звонка мама пришла через 15 минут и забрала сына.

Свидетель ФИО14 суду показала, что работает заместителем директора по воспитательной работе. О конфликте узнала от ФИО5, которая рассказала, что на перемене один мальчик, приставая к другому, упал. В районе 16.00 час. она сообщила об этом директору, к этому времени уже знали, что ребенок попал в больницу. У директора ФИО5 написала докладную, рассказала о случившемся, назначили расследование. Директор при ней звонила маме Толи, справлялась о его здоровье, предлагала помощь, лекарства, но истец отказалась. На следующий день провели опрос детей в присутствии психолога. Выяснилось, что Толя тыкал в Петю и ФИО15 игрушечной елкой, назвал их девочками. Они неоднократно просили его прекратить, но он не переставал приставать к ним. Когда его толкнули, он упал. На крик пришла учитель, помогла подняться и уложила его на диван. Когда начался урок, Толя пришел в класс, отвечал как обычно, жалоб не высказывал. Затем учитель попросила воспитателя ФИО10 понаблюдать за ребенком, а когда его вырвало, позвонила маме, которая пришла и забрала ребенка.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям допрошенных свидетелей.

По факту получения телесных повреждений ФИО2 ОП-2 УМВД России по Ангарскому городскому округу 09 июня 2017 года вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления. 

В рамках доследственной проверки было проведено медицинское освидетельствование. Согласно Акту судебно-медицинского освидетельствования № 854 от 19.05.2017 врач-судмедэксперт не смог определить степень тяжести вреда, причиненного здоровью ФИО2, поскольку освидетельствование проводилось только по представленным медицинским документам. Об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения врач-эксперт не предупреждался.

В соответствии со статьей 79 ГПК РФ по делу проведена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено ГБУЗ Иркутское областное бюро судебно-медицинской экспертизы.

Согласно заключению экспертизы № 5 от 12.01.2018 года у ФИО2 обнаружено повреждение: «Черепно-мозговая травма в форме сотрясения головного мозга», которое расценивается как причинившее легкий вред здоровью. Однако, этот вид черепно-мозговой травмы относится к легким формам диффузного повреждения головного мозга и не может сопровождаться длительными выраженными неврологическими нарушениями. Вместе с тем, ребенок сразу после травмы нуждался в ежедневном осмотре врачом-нейрохирургом и суточном наблюдении врачом-анестезиологом-реаниматологом с наблюдением и уходом среднего и младшего медицинского персонала в отделении стационара. ФИО16 диагнозы: эмоциональная лабильность, вегето-сосудистая дистония, а также головокружения, нарушения сна, панические атаки, невозможность общаться со сверстниками не являются следствием причиненной ему черепно-мозговой травмы в форме сотрясения головного мозга. Имеющиеся в настоящее время тревожно-депрессивная реакция, расстройства приспособительных реакций не обусловлены произошедшим 16.03.2017 года падением и выставленным диагнозом сотрясения головного мозга. Какие-либо последствия перенесенной черепно-мозговой травмы в виде сотрясения головного мозга отсутствуют. Каких-либо медицинских противопоказаний, вследствие полученной черепно-мозговой травмы в форме сотрясения головного мозга, у ФИО2 в настоящее время не установлено. Препараты кавинтон и кортексин в рамках установленного ФИО2 диагноза «Черепно-мозговая травма в форме сотрясения головного мозга» были назначены правильно.

Заключение судебной медицинской экспертизы исследовано в судебном заседании, у суда не возникает сомнений в его объективности, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение подготовлено компетентными специалистами, по определению суда.

Суд не может согласиться с доводами представителя ответчика о наличии противоречий между экспертным заключением и выводами, содержащимися в акте судебно-медицинского освидетельствования. 

Экспертное заключение выполнено на основании определения суда квалифицированными специалистами, предупрежденными судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Экспертам были представлены материалы гражданского дела, все медицинские документы ребенка. Экспертами проведен осмотра ребенка.Акт освидетельствования, не является заключением эксперта, не содержит выводов, прямо противоположных тем, которые содержатся в экспертном заключении, поскольку содержит лишь суждение о невозможности точно и однозначно высказаться по поставленным вопросам только по представленным документам.

По смыслу положений ст. 1073 ГК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в пункте 14 Постановления от 26.01.2010 № 1, в случае причинение вреда малолетнему, в том числе самому себе, в период его временного нахождения в образовательной организации последние обязаны возместить причиненный вред, если они не докажут, что он возник не по их вине при осуществлении надзора, поскольку действия малолетних лишены юридического значения, за них отвечает воспитательное учреждение, обязанное обеспечить безопасные условия пребывания детей.

Исходя из изложенного, для освобождения от обязанности по возмещению вреда, ответчику надлежало доказать создание им безопасных условий во время проведения уроков и во время перемены воспитанников и отсутствие вины в наступлении неблагоприятных последствий.

Актом формы Н-2 о несчастном случае с учеником ФИО2 от 20.03.2017 подтверждается, что классный руководитель 1 «г» класса ФИО5 допустила нарушение правил охраны труда и техники безопасности вследствие недостаточного присмотра за детьми.

Указанный акт подписан всеми членами комиссии по расследованию несчастного случая в учреждении, никем не оспорен, является действующим. 

Согласно п.3.11 должностных обязанностей учителя начальных классов, утвержденных МАОУ «Гимназия № 8», учитель обеспечивает охрану жизни и здоровья обучающихся во время образовательного процесса.

Образовательные, медицинские и иные организации, где малолетний временно находился, а также лица, осуществляющие над ним надзор на основании договора, в силу п. 3 ст. 1073 ГК РФ отвечают за неосуществление должного надзора за малолетним в момент причинения им вреда.

Указанной правовой нормой устанавливается презумпция виновности учреждения, обязанного осуществлять надзор за малолетним, причинившим вред во время нахождения под надзором данного учреждения. Такой надзор должен осуществляться в течение всего периода нахождения малолетних в такой организации, в том числе во время прогулок, в иное свободное от мероприятий время.

Под виной МАОУ «Гимназия № 8» в данном случае, понимается неосуществление должного надзора за несовершеннолетним в момент причинения вреда. 

При этом не имеет значения, причинен ли вред ребенку в результате его собственных действий либо в результате действий других лиц, поскольку действия малолетних лишены юридического значения. Поэтому доводы представителя ответчика о том, что вред здоровью был причинен в результате того, что учитель начальных классов была занята раздачей тетрадей и не могла охватить взором всех детей в силу особенностей расположения класса, не может свидетельствовать об отсутствии вины учреждения, поскольку ответчиком не было принято достаточных мер для охраны здоровья ребенка.

Кроме того, вина ответчика подтверждается и его действиями по привлечению учителя ФИО5 к материальной ответственности.

Анализируя совокупность приведенных выше доказательств, суд приходит к выводу, что ФИО2 был причинен легкий вред здоровью по время перемены в МАОУ «Гимназия № 8», при падении ребенка на пол, что свидетельствует об отсутствии надлежащего и должного надзора за детьми учителем во время перемены между уроками.

Ответчик МАОУ «Гимназия № 8» не представил суду доказательств того, что вред ФИО2 причинен не по его вине, а по иной причине и при других обстоятельствах. 

При таких данных, руководствуясь приведенными выше нормами закона, на основании анализа предоставленных доказательств, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных истцом требований о взыскании морального вреда с МАОУ «Гимназия № 8», как образовательной организации, где несовершеннолетний ФИО12 находился 16.03.2017 под надзором временно, но этот надзор за ним не был осуществлен должным образом, так как на перемене ребенку причинен вред здоровью.

Факт перенесенных несовершеннолетним ФИО2 физических и нравственных страданий вследствие полученной им травмы у суда сомнений не вызывает.

Размер компенсации морального вреда в соответствии со ст. 1101 ГК РФ определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу несовершеннолетнего ФИО2 в лице законного представителя ФИО1, суд считает необходимым принять во внимание малолетний возраст пострадавшего, характер и степень перенесенных им физических и нравственных страданий, легкой тяжести вред здоровью, отсутствие негативных последствий для здоровья ребенка, а также требования разумности и справедливости.

Кроме того, суд учитывает и тот факт, что ФИО12 по отношению к другим детям вел себя не корректно, провоцировал их.

Анализируя изложенное, принимая во внимание доводы, как стороны истца, так и стороны ответчика, учитывая, что тяжких последствий для малолетнего не наступило, а ответчик является бюджетным учреждением, считает возможным определить размер компенсации морального вреда в сумме 7 000 рублей, заявленный ко взысканию размер компенсации в 100 000 рублей является завышенным.

Разрешая требования о возмещении имущественного вреда в виде компенсации стоимости лекарственных препаратов с ответчика МАОУ «Гимназия № 8» в сумме 720,80 руб., суд учитывает следующее.

Согласно п.1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Материалами дела подтверждается, что приобретенные истцом ФИО1 лекарственные препараты кавинтон и кортексин были назначены правомерно ребенку и были направлены на восстановление его здоровья в связи с полученной травмой. Прием указанных препаратов, являющихся жизненно необходимыми и важнейшими, бесплатно в рамках ОМС не предусмотрено Постановлением Правительства Иркутской области от 29.12.2016 года «О территориальной программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в иркутской области на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов». Факт приобретения указанных препаратов подтверждается кассовым чеком, имеющимся в материалах дела, и не оспаривался стороной ответчика. Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по приобретению лекарственных препаратов в сумме 720,80 руб..

Принимая решение в части требований истца о взыскании с родителя несовершеннолетнего ФИО4 – ФИО3 компенсации морального вреда, материального вреда и судебных расходов, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда с родителя несовершеннолетнего ребенка, не достигшего четырнадцати лет.

Суд исходит из разъяснений, содержащихся в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», согласно которым

а) родители (усыновители), опекуны, попечители, а также организация для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в которую несовершеннолетний был помещен под надзор (статья 155.1 СК РФ), отвечают в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1073, пунктом 2 статьи 1074 ГК РФ за вред, причиненный несовершеннолетним, если с их стороны имело место безответственное отношение к его воспитанию и неосуществление должного надзора за ним (попустительство или поощрение озорства, хулиганских и иных противоправных действий, отсутствие к нему внимания и т.п.). Обязанность по воспитанию на указанных лиц возложена статьями 63, 148.1 и 155.2 СК РФ.

Образовательные, медицинские и иные организации, где малолетний временно находился, а также лица, осуществляющие над ним надзор на основании договора (пункт 3 статьи 1073 ГК РФ), отвечают только за неосуществление должного надзора за малолетним в момент причинения им вреда;

б) при предъявлении требований о возмещении вреда, причиненного малолетним в период его временного нахождения под надзором образовательной, медицинской или иной организации либо лица, осуществляющего над ним надзор на основании договора, суды должны учитывать, что пределы ответственности родителей (усыновителей), опекунов, попечителей, организаций для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также образовательных, медицинских и иных организаций либо лица, осуществляющего над малолетним надзор на основании договора, на которых в силу статьи 1073 ГК РФ может быть возложена обязанность по возмещению вреда, различны.

Если будет установлено, что ответственность за причинение малолетним вреда должны нести как родители (усыновители), опекуны, организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (статья 155.1 СК РФ), так и образовательные, медицинские, иные организации или лица, осуществляющие над ним надзор на основании договора, то вред возмещается по принципу долевой ответственности в зависимости от степени вины каждого.

Из материалов дела следует и установлено судом, что в момент причинения вреда несовершеннолетним ФИО4 несовершеннолетнему ФИО2 они находились под надзором образовательного учреждения, во время перемены между уроками.

Согласно ст. 63 Семейного кодекса Российской Федерации родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей. Родители имеют преимущественное право на обучение и воспитание своих детей перед всеми другими лицами.

В силу положений ст. 44 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» родители (законные представители) несовершеннолетних обучающихся имеют преимущественное право на обучение и воспитание детей перед всеми другими лицами. Они обязаны заложить основы физического, нравственного и интеллектуального развития личности ребенка.

Органы государственной власти и органы местного самоуправления, образовательные организации оказывают помощь родителям (законным представителям) несовершеннолетних обучающихся в воспитании детей, охране и укреплении их физического и психического здоровья, развитии индивидуальных способностей и необходимой коррекции нарушений их развития.

Для наступления деликтной ответственности необходимо наличие совокупности обязательных условий: наступление вреда; противоправность (незаконность) поведения причинителя вреда; причинная связь между двумя первыми элементами. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий влечет невозможность наступления данного вида ответственности.

Обосновывая противоправность поведения ФИО4, истец поясняет, что ФИО4 умышленно толкнул Анатолия, заведомо зная о том, какую силу применяет. Таким образом, ФИО1 исходит из того, что несовершеннолетним ФИО4 нарушены правила поведения в школе, отсутствие должного воспитания ребенка со стороны матери, что явилось причиной несчастного случая с ее ребенком. Между тем, допустимых и относимых доказательств тому ею не представлено. 

Напротив, из материалов дела и пояснений представителя гимназии следует, что ФИО4 тихий, спокойный ребенок, в нарушении дисциплины замечен не был, нормы поведения в школе соблюдает. 

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в ст. 12 ГПК РФ, а также положений ст. 56, 57 ГПК РФ, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий не совершения им соответствующих процессуальных действий.

Согласно положениям ст. 55, 56, 67 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. 

Суд, исследовав представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, приходит к выводу о том, что истцом не представлено допустимых и надлежащих доказательств, подтверждающих безответственное отношение родителя ФИО3 к воспитанию своего сына ФИО4, отсутствие должного надзора за ним (попустительство или поощрение озорства, хулиганских и иных противоправных действий, отсутствие к нему внимания и т.п.) или других нарушений при выполнении ответчиком родительских обязанностей.

Также в материалах дела отсутствуют сведения о том, что ФИО4 ранее совершал подобные действия, что учебное заведение предпринимало по отношению к нему и его родителю профилактические меры воспитания, которые не дали должных результатов.

Следовательно, совокупность условий для наступления ответственности родителя ФИО4 – ФИО3 в виде компенсации морального вреда и имущественного ущерба отсутствует. 

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

В силу ст. 98 ГПК РФ с ответчика МАОУ «Гимназия № 8» в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины 200 руб..

Поскольку в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО3 отказано, не подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в сумме 200 руб..

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО2 к Муниципальному автономному общеобразовательному учреждению «Гимназия № 8» о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, судебных расходов – удовлетворить.

Взыскать с Муниципального автономного общеобразовательного учреждения «Гимназия № 8» в пользу ФИО1 в возмещение материального ущерба 720,80 руб., расходы по уплате государственной пошлины 200 руб., всего взыскать 920,80 руб..

Взыскать с Муниципального автономного общеобразовательного учреждения «Гимназия № 8» в пользу ФИО2 в лице законного представителя ФИО1 компенсацию морального вреда 7 000 руб..

В удовлетворении иска ФИО1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО2 к ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО4 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, судебных расходов – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Ангарский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение будет составлено 6 марта 2018 года.

СУДЬЯ Ж.А.Прасолова

...

...

...

...