Дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Моршанск 29 октября 2020 года

Моршанский районный суд Тамбовской области в составе:

федерального судьи Туевой А.Н.

при секретаре Дементьевой Д.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, администрации Алгасовского сельсовета Моршанского района Тамбовской области, специалисту администрации Алгасовского сельсовета Моршанского района Тамбовской области ФИО3 и администрации Моршанского района Тамбовской области о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратилась с иском к ФИО2, администрации Алгасовского сельсовета Моршанского района Тамбовской области, специалисту администрации Алгасовского сельсовета Моршанского района Тамбовской области ФИО3 и администрации Моршанского района Тамбовской области о признании завещания недействительным.

В исковом заявлении указала, что 6 ноября 2013 года ФИО3 – специалистом Алгасовского сельсовета Моршанского района Тамбовской области было удостоверено завещание ФИО5, по которому все принадлежащее ему имущество завещал ФИО6 14 апреля 2017 года ФИО5 умер. Указанное завещание считает недействительным, поскольку оно не подписано завещателем, так как подпись, как реквизит документа отсутствует, а указаны ФИО5 только полностью фамилия, имя и отчество; завещатель плохо писал, в силу проблем со зрением и имел нарушения мозговой деятельности. Ссылаясь на положения гражданского кодекса, считает, что совершение завещания от имени наследодателя иным лицом является основанием признания завещания недействительным, и просит признать завещание недействительным и применить последствия недействительности сделки.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, о времени, дате и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, в своем исковом заявлении просила рассмотреть дело с участием ее представителя по доверенности ФИО7 путем проведения видео-конференцсвязи.

В судебном заседании путем проведения видео-конференцсвязи представитель ФИО1, действующий на основании доверенности, ФИО7 исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ФИО2 и ее представитель по доверенности ФИО8 в телефонограмме просили рассмотреть дело в их отсутствие. Ранее в судебном заседании пояснили, что ответчик ФИО2, являясь социальным работником, ухаживала за ФИО5 О том, что ФИО5 был намерен подписать завещание в ее пользу, она не знала, он в ее отсутствие самостоятельно ходил в администрацию сельсовета. Позже дома он ей завещание показал, и оно осталось у него. Когда приехала истец - дочь ФИО5, он сказал ей о наличии завещания, и она забрала его себе, о чем ФИО9 узнал только после ее отъезда. Дочь обещала забрать ФИО5 к себе, и для улучшения жилищных условий ФИО5 снял и передал ей один миллион рублей, однако после от нее новостей не было. Поскольку завещание у ФИО5 пропало, в 2016 году ФИО5 он оформил договор дарения на ФИО2 своего жилого дома и земельного участка, признанный Решением суда недействительным. Зрение у ФИО5 стало ухудшаться к концу жизни, умер он ДД.ММ.ГГГГ. На момент написания завещания он самостоятельно передвигался, читал и писал. От представителя сельсовета известно, что он самостоятельно прочел завещание, подписал завещание собственноручно, указав полностью фамилию, имя и отчество. Собственноручная подпись человека может состоять как из графических образований, так и полного написания фамилии, имени и отчества, при этом гражданин не обязан каждый раз расписываться одинаково, кроме того при оспаривании завещания имеет значение именно полное написание фамилии, имени и отчества. Закон не запрещает оформлять завещание на социального работника. Считали завещание соответствующим нормам закона, просили в удовлетворении требований истца отказать.

Представитель ответчика Администрации Моршанского района Тамбовской области ФИО10, действующая на основании доверенности, просила рассмотреть дело в отсутствие их представителя. 

Представитель ответчика Администрации Алгасовского сельсовета Моршанского района Тамбовской области о времени, дате и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в телефонограмме просили рассмотреть дело в отсутствие их представителя. 

Ответчик ФИО3 о времени, дате и месте судебного заседания извещена надлежащим образом. В своем письменном заявлении просила рассмотреть дело в ее отсутствие, ввиду плохого состояния здоровья, подтвердив, что ФИО5 приходил в администрацию Алгасовского сельсовета Моршанского района самостоятельно, собственноручно написал в завещании в пользу ФИО2 свои фамилию, имя и отчество. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует пункт 3 статьи 1 ГК РФ, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии со статьей 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем составления завещания. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Согласно статье 1119 ГК РФ, завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. 

Согласно части 2 статьи 1118 ГК РФ завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. 

По общим правилам, касающихся формы и порядка совершения завещания, установленным пунктом 1 статьи 1124 ГК РФ завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. 

Несоблюдение установленных законом правил о письменной форме завещания и его удостоверение влечет за собой недействительность завещания.

В силу части 3 статьи 1125 ГК РФ завещание должно быть собственноручно подписано завещателем. 

Порядок нотариального удостоверения завещания установлен статьей 1125 ГК РФ.

Пункт 7 статьи 1125 ГК РФ предусматривает, что в случае, когда право совершения нотариальных действий предоставлено законом должностным лицам органов местного самоуправления и должностным лицам консульских учреждений Российской Федерации, завещание может быть удостоверено вместо нотариуса соответствующим должностным лицом с соблюдением правил настоящего Кодекса о форме завещания, порядке его нотариального удостоверения и тайне завещания.

Согласно статье 37 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Верховным Советом РФ 11 февраля 1993 года №4462-1 (в редакции Федерального закона №43-ФЗ от 05.04.2013 года), в случае, если в поселении или расположенном на межселенной территории населенном пункте нет нотариуса, соответственно глава местной администрации поселения и специально уполномоченное должностное лицо местного самоуправления поселения или глава местной администрации муниципального района и специально уполномоченное должностное лицо местного самоуправления муниципального района имеют право совершать нотариальные действия, в том числе удостоверять завещания.

Статьей 39 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате установлено, что порядок совершения нотариальных действий главами местных администрацией поселений и специально уполномоченными должностными лицами местного самоуправления поселений, главами местных администраций муниципальных районов и специально уполномоченными должностными лицами местного самоуправления муниципальных районов устанавливается Инструкцией о порядке совершения нотариальных действий, утверждаемой Министерством юстиции Российской Федерации.

Приказом Минюста РФ от 27 декабря 2007 года №256 (редакция от 03.08.2009 года) утверждена Инструкция о порядке совершения нотариальных действий главами местных администраций поселений и муниципальных районов и специально уполномоченными должностными лицами местного самоуправления поселений и муниципальных районов.

Согласно пункту 27 Приказа Минюста РФ от 27 декабря 2007 года №256 должностные лица местного самоуправления удостоверяют завещания дееспособных граждан с соблюдением установленных Кодексом и Основами правил о форме завещания, порядке его удостоверения и тайне завещания.

В соответствии с пунктом 21 Инструкции все нотариальные действия, совершаемые должностными лицами местного самоуправления, регистрируются в реестре для регистрации нотариальных действий, форма которого утверждена Приказом Министерства юстиции РФ №99 от 10 апреля 2002 года «Об утверждении Форм реестров для регистрации нотариальных действий, нотариальных свидетельств и удостоверительных надписей на сделках и свидетельствуемых документах.

В силу пункта 28 Инструкции завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов должностным лицом местного самоуправления. При написании или записи завещания могут быть использованы технические средства (компьютер, пишущая машинка). Завещание, записанное должностным лицом местного самоуправления со слов завещателя, до его подписания должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии должностного лица.

Как предусмотрено частью 1 статьи 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). 

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права и законные интересы которого нарушены этим завещанием (часть 2 статьи 1131 ГК РФ). 

Как установлено в ходе судебного разбирательства, истец ФИО1 является дочерью ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО5 умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти № ДД.ММ.ГГГГ Его единственным наследником по закону является ФИО1 - дочь истца.

Как следует из сообщения нотариуса г. Моршанска и Моршанского района Тамбовской области ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ, наследственное дело после смерти ФИО5 было открыто в установленные законом сроки, согласно письменного заявления ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ и ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, в результате чего ДД.ММ.ГГГГ выданы свидетельства о праве на наследство по закону дочери наследодателя – ФИО1 на ? долю в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные: 

<

адрес>.

Согласно имеющемуся в материалах дела завещанию от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенному специалистом администрации Алгасовского сельсовета 

<

адрес> ФИО3, ФИО5 завещал все принадлежащее ему имущество ФИО2

В завещании указано, что текст завещания записан со слов ФИО5, завещание полностью прочитано до подписания и собственноручно подписано завещателем в присутствии специалиста администрации Алгасовского сельсовета 

<

адрес> ФИО3 Личность завещателя установлена, дееспособность проверена. Содержание статьи 1149 ГК РФ разъяснено завещателю. Завещание зарегистрировано в реестре за №, взыскана госпошлина.

Истец основывает свои исковые требования о недействительности завещания на том, что вышеуказанное завещание не подписано завещателем, так как подпись, как реквизит документа отсутствует, а завещателем написаны только полностью фамилия, имя и отчество, а также, поскольку завещатель писал плохо и не ровно, в силу проблем со зрением и имел нарушения мозговой деятельности, поэтому в силу своего заболевания не мог прочесть завещание и подписать его самостоятельно и выразить свою волю, то есть его волеизъявление находилось в прямом, корыстном интересе со стороны ФИО2, вынудившей завещателя совершить данное действие. При этом довод истца о подписании завещания иным лицом, противоречит доводу истца о том, что собственноручный почерк завещателя в завещании плохой и неровный, поскольку второй довод, исключает возможность не совершения действий по подписанию завещания самим ФИО5

Вместе с тем, по ходатайству истца определением Моршанского районного суда Тамбовский области от ДД.ММ.ГГГГ по данному делу были назначены почерковедческая экспертиза, производство которой было поручено ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста России и судебно-медицинская (посмертная) экспертиза, с целью определения заболеваний у ФИО5, влекущих значительное снижение и полное угасание функций на дату совершения завещания, и возможности самостоятельного прочтения и подписания ФИО5 завещания, производство которой поручено Независимой судебно-медицинской экспертизе индивидуальный предприниматель ФИО12.

Согласно сообщению ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста России и судебно-медицинская (посмертная) экспертиза от ДД.ММ.ГГГГ о невозможности дать заключение по причине недостаточности материалов для проведения исследования и дачи заключения, в виду отсутствия сопоставимых рукописных записей ФИО5 по графическому изображению в представленных истцом договоре на предоставление гарантированных государством социальных услуг в отделении социального обслуживания на дому от ДД.ММ.ГГГГ и договоре № о предоставлении социальных услуг от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно заключению эксперта № посмертной экспертизы, оконченной ДД.ММ.ГГГГ, на основании данных медицинских документов экспертом установлено, что последнее обращение ФИО5 в медицинское учреждение было ДД.ММ.ГГГГ по поводу артрита, не обращение с апреля 2004 года до момента написания завещания могло быть обусловлено как его стабильным состоянием, так и личным нежеланием обращаться в медучреждения. Согласно выводам эксперта, после операции по замене хрусталика правого глаза (ДД.ММ.ГГГГ) острота зрения с коррекцией составила 0,25 на оба глаза, то есть с очками он мог самостоятельно писать и читать. Имеющиеся у ФИО5 заболевания в виде атеросклеротического кардиосклероза и острого артрита правого плечевого сустава и мелких суставов правой кисти, не исключали возможности чтения, короткого письма в виде «ФИО5» и написания собственной подписи. С апреля 2004 года ФИО5 за медицинской помощью в медучреждения не обращался, ввиду чего при отсутствии достоверных объективных данных об остроте зрения у ФИО5 на период написания завещания экспертным путем ответить на этот вопрос (№) не представляется возможным. 

Результаты данной судебной экспертизы, судом признаются допустимыми и достоверными доказательствам по делу, в виду того, что данная экспертиза проведена с соответствии с требованиями Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" экспертом, обладающим достаточной квалификацией и необходимыми познаниями, имеющим достаточный стаж работы, а само заключение содержит ссылки на методическую литературу, использованную при производстве экспертизы, эксперту разъяснены права и обязанности, предусмотренные статьей 85 ГПК РФ, он также предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 307 УК РФ. Сторонами результаты экспертизы не оспаривались. Заключение содержит выводы с ответом на вопрос о возможности с очками самостоятельного чтения и письма ФИО5 после операции (ДД.ММ.ГГГГ). При этом достоверных доказательств того, что зрение и состояние здоровья ФИО5 резко ухудшилось к ДД.ММ.ГГГГ стороной истца не представлено, как не содержится и в медицинских документах, исследованных в суде и на основании которых сделаны экспертом выводы.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 3 статьи 67 ГПК РФ оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу части 3 статьи 10 ГК РФ, в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Таким образом, разумность участников гражданских правоотношений, то есть осознание ими правовой сути и последствий совершаемых действий предполагается, пока не доказано обратное.

Рассматривая данный спор, суд исходит из презумпции дееспособности наследодателя, в том числе добросовестности действий специалиста администрации, удостоверившего завещание и проверившего волю наследодателя на распоряжение имуществом.

Как было указано выше, оспаривая завещание, в обоснование заявленных требований истец и ее представитель также указывают на наличие у наследодателя болезни, связанные со зрением и нарушением мозговой деятельности.

Между тем, в материалы дела не представлено ни одного достоверного и допустимого доказательства этому обстоятельству. При этом экспертом помимо состояния остроты зрения установлено у ФИО5 наличие заболевания, связанного с артритом, документальных подтверждений нарушения мозговой деятельности стороной истца суду не представлено.

Истец с очевидностью и разумностью не указал, на каких известных ему фактах он основывает свое заявление о том, что ФИО5 в 2013 году не мог самостоятельно читать и писать, а формальное описание диагнозов заболеваний выявленных у ФИО5 на момент его смерти в 2017 году, без всестороннего изучения состояния здоровья завещателя на момент совершения завещания, не может быть принято судом в силу положений статьи 67 ГПК РФ, как доказательство подтверждающее невозможность подписания завещания ФИО5 в данный период.

Также, как следует из письменных пояснений ответчика ФИО3, представленных ею по настоящему делу, ФИО5 приходил в администрацию Алгасовского сельсовета Моршанского района самостоятельно, собственноручно написал в завещании в пользу ФИО2 свои фамилию, имя и отчество. 

Между тем, стороной истца, в нарушение требований статьи 56 ГПК РФ, не было представлено суду доказательств, подтверждающих факт прямой корыстной заинтересованности специалиста администрации Алгасовского сельсовета Моршанского района Тамбовской области ФИО3 в составлении и заверении оспариваемого завещания.

В тоже время, сторона истца, предоставляя для проведения почерковедческой экспертизы в качестве образца подписи ФИО5 договор № о предоставлении социальных услуг от ДД.ММ.ГГГГ, подтверждает наличие способности ФИО5 собственноручно писать не только на момент подписания оспариваемого завещания – ДД.ММ.ГГГГ, но и в более поздний период, как минимум – 2016 год.

Вместе с тем, исходя из анализа положений ГОСТ Р 7.0.97-2016 подпись физического лица включает в себя собственноручную подпись лица и расшифровку подписи (инициалы, фамилия). Подпись физического лица представляет собой личный удостоверительно-идентификационный знак конкретного человека, выполняемый им в документах собственноручно в виде графического изображения, состоящего из букв фамилии, имени, отчества, а иногда и иных графических образований в удостоверительных целях. Требования стандарта не являются строго обязательными для применения и носят рекомендательный характер, направляя единые подходы к оформлению документации.

Подпись завещателя свидетельствует о ее волеизъявлении. В тоже время целях обеспечения осуществления воли завещателя, защиты прав наследников, проведения графологической экспертизы при возникновении споров после открытия наследства, а также в целях выработки единой правоприменительной практики целесообразно написание завещателем полностью от руки своего имени, включающего фамилию, собственно имя, а также отчество (пункт 1 статьи 19 ГК РФ) (пункт 41 Методических рекомендаций по удостоверению завещаний, принятию нотариусом закрытого завещания, вскрытию и оглашению закрытого завещания (утв. решением Правления Федеральной нотариальной палаты Протокол № от 1-ДД.ММ.ГГГГ);

Таким образом, довод стороны истца о недопустимости подписания завещания путем собственноручного написания завещателем полных фамилии, имени и отчества при отсутствии буквенно-штриховой транскрипции, свидетельствующего, по их мнению, об отсутствии подписи завещателя в завещания, не может быть признан состоятельным.

Вместе с тем, как следует из материалов проверки по заявлению ФИО1, Постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела МОМВД России «Моршанский», в том числе от ДД.ММ.ГГГГ, в рамках проверки ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 лично были даны объяснения, согласно которым ФИО5 в 2013 году обратился в Администрацию Алгасовского сельсовета Моршанского района с просьбой составить завещание, по которому все имущество после его смерти переходит ФИО2 Он был вменяемым, дееспособным, а решение его добровольным и самостоятельным. Никаких претензий к ФИО2 он не имеет. При этом текст объяснений был зачитан ФИО5 вслух в присутствии дочери ФИО1 Со всеми фактами и обстоятельствами, указанными в объяснении он был полностью согласен. 

Также в постановлении МОМВД России «Моршанский» об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, представленном стороной истца, по указанному материалу проверки по заявлению ФИО1 установлено, что в 2013 году в отделении филиала ПАО «Сбербанк России» в 

<

адрес> ФИО5 по собственной инициативе оформил доверенность на ФИО2 для получения его пенсии, которую он приходил оформлять и подписывать лично. В рамках проверки была допрошена также ФИО3, пояснившая, что ФИО5 самостоятельно приходил в сельсовет с просьбой составить завещание в пользу ФИО2 Проверкой установлено, что при составлении завещания ФИО2 не присутствовала. ФИО3, как специалистом сельсовета была проведена предварительная беседа с ФИО5 на предмет выяснения добровольности подписания завещания, что было подтверждено заместителем администрации сельсовета ФИО13 При составлении завещания от ДД.ММ.ГГГГ в сельсовете расписывался лично. Установлено, что ухудшение состояния здоровья ФИО5 произошло с 2014 по 2016 годы.

Оценивая указанные постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в качестве одних из доказательств по делу, с учетом совокупности всех доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства, суд приходит к выводу, что завещание было подписано ФИО5 добровольно и собственноручно, волеизъявление ФИО5 в завещании изложено четко, ясно, каких-либо фраз и выражений, из которых можно сделать вывод об иной воле завещателя, не содержит. При этом доказательств обратного стороной истца суду не представлено.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о наследовании» даны разъяснения, согласно которым завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных ГК РФ требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в это момент дееспособностью в полном объеме (пункт 2 статьи 1118 ГК РФ), недопустимости совершения завещания через представителя либо двумя или более гражданами (п.п.3 и 4 ст. 1118 ГК РФ), письменной формы завещания и его удостоверения (п.1 ст. 1124 ГК РФ), обязательного присутствия свидетеля при его составлении, подписании, удостоверении или передаче завещания нотариусу в случаях, предусмотренных п.3 ст. 1126, п. 2 ст. 1127 и аб.2 п. 1 ст.1129 ГК РФ (п.3 ст. 1124 ГК РФ), в других случаях, установленных законом.

В Пленуме ВС РФ также указано, что в силу п. 3 ст.1131 ГК РФ не могут служить основанием недействительности завещания отдельные нарушения порядка составления завещания, его подписания или удостоверения, например, отсутствие или неверное указание времени и места совершения завещания, исправления и описки, если судом установлено, что они не влияют на понимание волеизъявления наследодателя. 

В ходе судебного разбирательства не установлено, а стороной истца не представлено доказательств, что при составлении и подписании спорного завещания имели место нарушения, повлиявшие на волеизъявление завещателя.

Кроме того, после составления завещания ДД.ММ.ГГГГ до дня смерти завещатель ФИО5 свое волеизъявление не отменял, другое завещание не составлял, о намерении отменить или составить другое завещание никому не заявлял.

В тоже время, то обстоятельство, что ответчик ФИО2 являлась социальным работником на основании договора на предоставление гарантированных государством социальных услуг в отделении социального обслуживания на дому от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного ФИО5 и ТОГКУ СОН «Комплексный центр социального обслуживания населения по Моршанскому району и городу Моршанску», не влечет недействительность завещания, поскольку в силу действующего законодательства наследодатель свободен в реализации права по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных гражданским кодексом, включить в завещание иные распоряжения.

При этом как следует из совокупности доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства, в том числе материалов проверки МОМВД России «Моршанский», в действиях ФИО2 не установлено нарушения трудового права и условий трудового договора, при этом суду не представлено доказательств, свидетельствующих о заинтересованности ФИО2 в составлении завещания ФИО5 на ее имя, и того, что ФИО2 было организовано посещение администрации сельсовета ФИО5 с целью составления оспариваемого завещания.

Таким образом, при отсутствии каких-либо объективных данных, указывающих на то, что наследодатель в момент составления завещания страдал нарушениями зрения и мозговой деятельности, препятствующих его личному присутствию при составлении завещания, выражении собственной воли, чтению и подписанию завещания, у суда нет оснований подвергать сомнению подлинность подписи наследодателя и добросовестность поведения специалиста администрации Алгасовского сельсовета Моршанского района Тамбовской области ФИО3, в связи, с чем суд считает заявленные исковые требования не основанными на законе.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

С учетом изложенного, суд считает, что основания для признания недействительным завещания, составленного ФИО5 в пользу ФИО2, удостоверенного специалистом администрации Алгасовского сельсовета Моршанского района Тамбовской области ФИО3, и зарегистрированного в реестре № ДД.ММ.ГГГГ, отсутствуют.

С учетом изложенного, суд считает необходимым в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, администрации Алгасовского сельсовета Моршанского района Тамбовской области, специалисту администрации Алгасовского сельсовета Моршанского района Тамбовской области ФИО3 и администрации Моршанского района Тамбовской области о признании завещания недействительным, отказать.

Руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, администрации Алгасовского сельсовета Моршанского района Тамбовской области, специалисту администрации Алгасовского сельсовета Моршанского района Тамбовской области ФИО3 и администрации Моршанского района Тамбовской области о признании завещания недействительным, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Моршанский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме: 2 ноября 2020 года.

Федеральный судья: А.Н. Туева