Дело № 2-405/2020 

УИД № 22RS0013-01-2019-006573-44

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 июля 2020 года г. Бийск, Алтайский край

Бийский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего: Иванниковой О.И., 

при секретаре: Каковиной А.Н.,, 

с участием прокурора Харина Ю.В., истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, в котором просит взыскать с ответчика ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 350000 рублей.

В обоснование заявленных требований ссылается, что 30 декабря 2018 года в 22 часа 00 минут ответчик ФИО3, управляя автомобилем Ниссан АД, регистрационный знак ХО84СН, двигался по ул. Советская со стороны ул. Машиностроителей в направлении дома № 1/1 по ул. Приморская, г. Бийск. У дома № 1/1 по ул. Приморская, в г. Бийске, подъезжая к нерегулируемому пешеходному переходу, перед которым снижало скорость движущееся в попутном направлении транспортное средство, не остановился, тем самым не уступил дорогу и совершил наезд на истца, как на пешехода, переходящего проезжую часть слева направо по ходу движения автомобиля по нерегулируемому пешеходному переходу, обозначенному дорожными знаками 5.19.1 и 5.19.2, чем нарушил пункты 1.5, 14.1, 14.2 Правил дорожного движения РФ.

Вина ответчика в совершении административного правонарушения установлена вступившим в законную силу постановлением Бийского городского суда Алтайского края от 13 сентября 2019 года.

В результате дорожно-транспортного происшествия (далее по тексту – ДТП) ФИО1 были причинены телесные повреждения, которые относятся к повреждениям средней тяжести, установленные заключением эксперта № 91 от 14 января 2019 года, согласно которому у ФИО1 обнаружены телесные повреждения: сочетанная травма головы, конечностей, включающая в себя рвано-ушибленные раны правого надбровья и верхнего века правого глаза (2), перегородки носа (1), ссадина левой голени (1), которые могли быть причинены воздействиями тупых твердых объектов, возможно деталями движущегося автомобиля при ударах таковыми в области нижних конечностей с последующим падением потерпевшего и ударах либо об автомобиль, либо о дорожное покрытие в условиях ДТП, имевшего место 30 декабря 2018 года, что подтверждается характером телесных повреждений, данными медицинских документов. Для заживления подобных ран обычно требуется срок не свыше 3-х недель, поэтому вышеуказанные телесные повреждения в совокупности причинили легкий вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья (по медицинским критериям п.п. 8.1. Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194 н от 24 апреля 2008 года). Также получение телесных повреждений установлено дополнительным заключением эксперта № 91/132 от 05 сентября 2019 года, согласно выводам которого у потерпевшего ФИО1 обнаружены телесные повреждения: сочетанная травма головы, конечностей, включающая в себя рвано-ушибленные раны правого надбровья и верхнего века правого глаза (2), перегородки носа (1); ссадина левой голени (1), которые могли быть причинены воздействиями тупых твердых объектов, каковыми могли явиться детали транспортного средства, как при ударе таковыми, так и при ударе о таковые и дорожное полотно, что возможно в условиях ДТП. Данные телесные повреждения входят в единый комплекс транспортной травмы и поэтому, в совокупности причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья сроком не более 3-х недель (по медицинским критериям п.п. 8.1. Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194 н от 24 апреля 2008 года). Учитывая морфологические признаки телесных повреждений (наличие рубцовой ткани в области ран), а также учитывая данные предоставленных медицинских документов, давность причинения повреждений не противоречит дате ДТП (30 декабря 2018 года). 

Кроме того, вследствие ДТП истец получил травму в виде закрытых переломов межмыщелкового возвышения правой большеберцовой кости (1), головки правой малоберцовой кости (1), ушиб правого коленного сустава (1), которые впоследствии судебно-медицинская экспертиза не смогла связать с датой ДТП в связи с недостаточным количеством клинических данных в первичный период после ДТП - по своей сути - в связи с пороком оформления медицинских документов работниками медицинских учреждений.

Однако экспертным путем было установлено, что, учитывая морфологические признаки телесных повреждений (состояние костных структур на МСКТ коленных суставов), давность причинения данных телесных повреждений не менее, чем три месяца до даты проведения МСКТ (27 мая 2019 года), данные телесные повреждения в совокупности причинили вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья сроком более 21 дня (по медицинским критериям п.п. 7.1 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ №194 н от 24 апреля 2008 года). Поскольку в иное время истцом не было получено никаких травм, это позволяет ему утверждать, что в результате ДТП ФИО1 причинен вред здоровью средней степени тяжести, хотя при наказании виновного лица судом и учтен менее тяжкий вред здоровью.

При наезде автомобилем под управлением ответчика на истца при переходе проезжей части автодороги по пешеходному переходу ФИО1 была причинена сильная физическую боль, повлекшая потерю сознания, а также длительное расстройство здоровья, вынужденное использование посторонней помощи, претерпевание физических страданий во время длительного лечения, которое продолжилось в совокупности более полугода и окончательно здоровье истца не восстановилось до настоящего времени. Также истцом были перенесены нравственные страдания, в том числе - связанные с тем, что был отмечен Новый год в болезненном состоянии, его семья также перенесла нравственные страдания, связанные с тем, что вместе с ФИО1 попал под этот же автомобиль и его отец.

При рассмотрении дела о привлечении ответчика к административной ответственности было установлено, что ФИО3 располагал технической возможностью предотвратить ДТП с момента возникновения опасности, то есть с момента выхода пешеходов на пешеходный переход на проезжую часть. ФИО1 переходил проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу, при этом дорожное полотно было горизонтальное, асфальтированное, покрытие сухое, обработанное, участок дороги имел искусственное освещение, следы шин и торможения не зафиксированы. Таким образом, обзору ФИО3 ничто не препятствовало, истец переходил проезжую часть слева направо по ходу движения автомобиля. При этом, ответчик видел, что перед нерегулируемым пешеходным переходом движущееся в крайнем левом ряду транспортное средство замедлило движение и остановилось. 

Достойной и достаточной компенсацией перенесенных физических и нравственных страданий истец полагает компенсацию в размере 350000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, просил удовлетворить их в полном объеме по изложенным в иске основаниям, дополнительно пояснил, что последствиями ДТП помимо приведенных в исковом заявлении являются ухудшение зрения и потеря обоняния. На момент ДТП у истца имелись алиментные обязательства, которые он в связи с повреждением здоровья не мог исполнять, не мог устроиться на работу. Ответчик принес извинения при рассмотрении дела об административном правонарушении по указанию суда, материальной помощи не оказывал. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения был извещен надлежащим образом, указанное обстоятельство не препятствует проведению судебного разбирательства в его отсутствие. 

Представитель ответчика ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал, в обоснование возражений указал, что заявленная истцом сумма компенсации является завышенной, при определении размера компенсации просил учесть имущественное положение ответчика, который в настоящее время проходит военную службу по призыву, имеет доход около 5000 рублей. ФИО3 был готов возместить истцу понесенные им затраты, однако ФИО1 не стал обращаться к ответчику для разрешения спорной ситуации. Истцом не представлено доказательств претерпевания морального вреда. Указание о том, что ФИО1 отметил Новый год, находясь в болезненном состоянии, перенесение членами семьи нравственных страданий достаточными основаниями компенсации морального вреда не являются. 

Просил учесть, что для проведения экспертизы истцом были представлены дополнительные медицинские документы, которые могут быть подложными. 

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения был извещен надлежащим образом, указанное обстоятельство не является препятствием к рассмотрению дела в его отсутствие. 

Выслушав пояснения участников процесса, заключение участвующего в деле прокурора Харина Ю.В., полагавшего, что требования истца подлежат удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, допросив свидетеля ФИО5, суд приходит к выводу об удовлетворении в части требований истца в связи с нижеследующим.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ч. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в том числе использование транспортных средств, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

При разрешении спора установлено, что 30 декабря 2018 года в 22 часа 00 минут ответчик ФИО3, управляя автомобилем Ниссан АД, регистрационный знак ХО84СН, двигался по ул. Советская со стороны ул. Машиностроителей в направлении дома № 1/1 по ул. Приморская, г. Бийск. У дома № 1/1 по ул. Приморская, в г. Бийске, подъезжая к нерегулируемому пешеходному переходу, перед которым снижало скорость движущееся в попутном направлении транспортное средство, не остановился, тем самым не уступил дорогу и совершил наезд на истца ФИО1 и ФИО6, как на пешеходов, переходящих проезжую часть слева направо по ходу движения автомобиля по нерегулируемому пешеходному переходу, обозначенному дорожными знаками 5.19.1 и 5.19.2, чем нарушил пункты 1.5, 14.1, 14.2 Правил дорожного движения РФ.

В результате ДТП истец ФИО1 получил телесные повреждения.

Постановлением Бийского городского суда Алтайского края от 13 сентября 2019 года ФИО3 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее по тексту – КРФ об АП), ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев (л.д. 170-175). 

В ходе административного расследования, а также в ходе рассмотрения административного дела № 5-419/2019 назначались судебно-медицинские экспертизы.

Согласно заключению эксперта КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № 91 от 14 января 2019 года (л.д. 53-54) у потерпевшего ФИО1 обнаружены телесные повреждения: сочетанная травма головы, конечностей, включающая в себя рвано-ушибленные раны правого надбровья и верхнего века правого глаза (2), перегородки носа (1), ссадина левой голени (1), которые могли быть причинены воздействиями тупых твердых объектов, возможно деталями движущегося автомобиля при ударах таковыми в области нижних конечностей с последующим падением потерпевшего и ударах либо об автомобиль, либо о дорожное покрытие, в условиях ДТП, имевшего место 30 декабря 2018 года, что подтверждается характером телесных повреждений, данными медицинских документов. Для заживления подобных ран обычно требуется срок не свыше 3-х недель, поэтому вышеуказанные телесные повреждения в совокупности причинили легкий вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровью (по медицинским критериям п.п. 8.1 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194 н от 24 апреля 2008 года). 

В соответствии с дополнительным заключением эксперта КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № 91/132 от 05 сентября 2019 года (л.д. 70-72) у потерпевшего ФИО1 обнаружены телесные повреждения: сочетанная травма головы, конечностей, включающая в себя рвано-ушибленные раны правого надбровья и верхнего века правого глаза (2), перегородки носа (1); ссадина левой голени (1), которые могли быть причинены воздействиями тупых твердых объектов, каковыми могли явиться детали транспортного средства, как при ударе таковыми, так и при ударе о таковые и дорожное полотно, что возможно в условиях ДТП. Данные телесные повреждения входят в единый комплекс транспортной травмы и поэтому в совокупности причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья сроком не более 3-х недель (по медицинским критериям п.п. 8.1 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194 н от 24 апреля 2008 года). Учитывая морфологические признаки телесных повреждений (наличие рубцовой ткани в области ран), а также учитывая данные предоставленных медицинских документов, давность причинения повреждений не противоречит сроку ДТП (30 декабря 2018 года). Указанные в медицинских документах в качестве диагноза «Закрытые переломы межмыщелкового возвышения правой большеберцовой кости (1), головки правой малоберцовой кости (1), ушиб правого коленного сустава (1) связать с датой ДТП не представляется возможным в связи с недостаточным количеством клинических данных в первичный период после ДТП. Учитывая морфологические признаки телесных повреждений (состояние костных структур на МСКТ коленных суставов), давность причинения данных телесных повреждений не менее, чем три месяца до даты проведения МСКТ (27 мая 2019 года). Данные телесные повреждения в совокупности причинили вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья сроком более 21 дня (по медицинским критериям п.п. 7.1 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194 н от 24 апреля 2008 года). Указанный в медицинских документах в качестве диагноза «Частичный разрыв передней крестообразной связки правого коленного сустава» в достаточной мере объективными и клиническим данными не подтвержден, следовательно, оценка степени причиненного вреда здоровью касательно него не дается (по медицинским критериям п. 27 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194 н от 24 апреля 2008 года).

При привлечении ФИО3 к административной ответственности судьей не принято за основу дополнительное заключение эксперта № 91/132 от 05 сентября 2019 года в части выводов о том, что у потерпевшего ФИО1 указанные в медицинских документах в качестве диагноза «Закрытые переломы межмыщелкового возвышения правой большеберцовой кости (1), головки правой малоберцовой кости (1), ушиб правого коленного сустава (1)» в совокупности причинили вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья сроком более 21 дня (по медицинским критериям п.п.7.1 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194 н от 24 апреля 2008 года), поскольку ФИО3 в протоколе об административном правонарушении причинение средней тяжести вреда здоровья ФИО1 не вменялось, и судья не может ухудшать положение лица, в отношении которого ведется производство по делу. Кроме того, эксперт не может связать причинение данных телесных повреждений с датой ДТП в связи с недостаточным количеством клинических данных в первичный период после ДТП. Учитывая морфологические признаки телесных повреждений (состояние костных структур на МСКТ коленных суставов), давность причинения данных телесных повреждений не менее, чем три месяца до даты проведения МСКТ (27 мая 2019 года). 

Обстоятельством, смягчающим административную ответственность, судьей признано и учтено признание вины (при составлении протокола об административном правонарушении и при предыдущем рассмотрении дела), раскаяние, принесение извинений потерпевшим.

Поскольку истец ФИО1 в обоснование требований ссылался на то, что при проведении предыдущих исследований экспертами причиненные ему телесные повреждения были установлены не в полном объеме, по ходатайству истца судом была назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению экспертов КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинских экспертиз» № 59-ПЛ/2020 от 24 апреля 2020 года (л.д. 113-122) у ФИО1 при обращении его в травмпункт после ДТП, произошедшего 30 декабря 2018 года, обнаружены ушибленные раны правой надбровной области, правого века и кончика носа с распространением на носовую перегородку.

Эти повреждения образовались от действия твердых тупых предметов и, судя по характеру и локализации, могли возникнуть одновременно (30 декабря 2018 года при ДТП) от удара в лицо выступающими частями движущегося автомобиля или при падении потерпевшего с высоты собственного роста и ударе лицом о твердую поверхность дорожного покрытия; в данном случае в совокупности причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью не более 21 дня, так как для их заживления необходим срок не свыше трех недель (п.п. 8.1 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194 н от 24 апреля 2008 года).

При изучении представленной на экспертизу мультиспиральной компьютерной томограммы (МСКТ) коленных суставов, проведенной 27 мая 2019 года (через пять месяцев после ДТП), выявлен консолидирующийся перелом головки правой малоберцовой кости с незначительным смещением костных отломков с нечеткой, не полностью прослеживаемой (из-за «костной мозоли») линией перелома и признаками отека костного мозга в головке правой малоберцовой кости, обнаруженными при проведении 11 апреля 2019 года магнитно-резонансной томографии (МРТ), что в совокупности свидетельствует о возникновении перелома правой малоберцовой кости от 3 до 9 месяцев до проведения вышеуказанных исследований.

Принимая во внимание обнаружение у ФИО1 болезненного отека мягких тканей правой голени при его осмотре 11 января 2019 года (через 12 дней после ДТП) врачом-хирургом, установившим диагноз «Ушиб мягких тканей правой голени. Перелом берцовых костей?», наличие в этой же области перелома головки правой малоберцовой кости с признаками продолжающейся консолидации (срастания), судебно-медицинская экспертная комиссия считает, что травма правой голени у ФИО1 могла возникнуть 30 декабря 2018 года в момент ДТП от воздействия твердых тупых предметов, каковыми могли быть выступающие части движущегося легкового автомобиля. Любой перелом кости для своего заживления (консолидации) всегда требует срок более трех недель, и поэтому имевшийся у ФИО1 перелом головки правой малоберцовой кости причинил вред здоровью средней тяжести, повлекший за собой длительное расстройство здоровья, продолжительностью свыше 21-го дня (п.п. 7.1 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194 н от 24 апреля 2008 года).

Судя по данным амбулаторной карты, ФИО1 дважды (11 января и 22 февраля 2019 года) осматривался врачом-окулистом, выявившим снижение остроты зрения правого глаза 0,5 с коррекцией (-1,0) до 0,9 и установившим диагноз «Миопия 1 степени правого глаза». Миопическая болезнь, характеризующаяся нарушением функции зрения, является самостоятельным заболеванием, не связанным с полученными ФИО1 в декабре 2018 года при ДТП телесными повреждениями. Ухудшение состояния здоровья человека, вызванное заболеванием (в данном случае «миопической болезнью»), согласно п. 24 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194 н, не рассматривается как причинение вреда здоровью.

В связи с отсутствием в представленных на экспертизу медицинских документах объективных сведений о состоянии органа обоняния у ФИО1 как до получения им телесных повреждений, так и после произошедшего в декабре 2018 года ДТП, установить, имеется ли у него в настоящее время нарушение функции обоняния, не представляется возможным.

Указанное заключение экспертизы признается судом допустимым доказательством при разрешении спора, поскольку оно соответствует требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также положениями Федерального закона «О государственной судебно – экспертной деятельности в Российской Федерации». 

Эксперты предупреждены об уголовной ответственности, ими даны ответы на поставленные судом вопросы. 

Судебно–медицинская экспертиза проведена комиссионно экспертами, имеющими продолжительный стаж работы по специальности, высшую категорию или ученую степень – начальником КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», судмедэкспертом высшей категории, доктором медицинских наук, профессором, главным внештатным специалистом по судебно-медицинской экспертизе Министерства здравоохранения Алтайского края ФИО7, стаж работы 36 лет; заведующим отделом сложных (комиссионных и комплексных) экспертиз КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», судмедэкспертом высшей категории, кандидатом медицинских наук, доцентом ФИО8, стаж работы 21 год; судмедэкспертом высшей категории отдела сложных (комиссионных и комплексных) экспертиз КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО9, стаж работы 46 лет, главным внештатным специалистом ортопедом-травматологом Министерства здравоохранения Алтайского края, заведующим отделением тяжелой сочетанной травмы КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи», врачом ортопедом-травматологом высшей категории, доктором медицинских наук, профессором кафедры специализированной хирургии, урологии, травматологии и офтальмологии ФГБОУ ВО «Алтайский государственный медицинский университет» ФИО10, стаж работы 39 лет, главным внештатным специалистом по детской офтальмологии Сибирского Федерального округа, главным внештатным специалистом по офтальмологии Министерства здравоохранения Алтайского края, экспертом в области офтальмологии Росздравнадзора, ассистентом кафедры глазных болезней ФГБОУ ВО «Алтайский государственный медицинский университет», заведующим вторым офтальмологическим отделением КГБУЗ «Алтайская краевая офтальмологическая больница, врачом-офтальмологом высшей категории, заслуженным врачом Российской Федерации ФИО11, стаж работы 35 лет, врачом-рентгенологом высшей категории КГБУЗ «Диагностический центр Алтайского края», кандидатом медицинских наук, доцентом кафедры онкологии, лучевой терапии и лучевой диагностики с курсом ДПО ФГБОУ ВО «Алтайский государственный медицинский университет» ФИО12, стаж работы 25 лет.

Выводы экспертного исследования каких-либо противоречий, неястностей, вероятностного характера не содержат. 

Как следует из экспертного заключения комиссии экспертов КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», экспертами проводился анализ представленных на исследование медицинских документов, на основании которых, исходя из совокупности сведений, в них содержащихся, экспертами дано заключение. 

Предоставленные ФИО1 дополнительные медицинские документы оценены экспертами в совокупности, само по себе их предоставление не является нарушением установленных требований, их подложность не установлена, а доводы представителя ответчика об этом носят предположительный бездоказательный характер, при этом, не конкретизировано, какой именно из медицинских документов является подложным. 

Таким образом, с учетом заключения экспертов КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинских экспертиз» № 59-ПЛ/2020 от 24 апреля 2020 года, судом установлено, что в результате виновных действий ответчика ФИО3 при использовании им источника повышенной опасности – транспортного средства, причинен легкий и средний тяжести вред здоровью ФИО1 по признаку длительного расстройства здоровья.

Привлечение ФИО3 к административной ответственности в связи с причинением пешеходу ФИО1 телесных повреждений за менее тяжкий вред – легкий, не является основанием для иного вывода, поскольку судьей учитывалось, что ФИО3 в протоколе об административном правонарушении причинение средней тяжести вреда здоровью ФИО1 не вменялось, и судья не может ухудшать положение лица, в отношении которого ведется производство по делу. 

В силу ст. 150 ГК РФ здоровье и личная неприкосновенность относятся к нематериальным благам, принадлежащим каждому гражданину от рождения, и подлежат защите в соответствии с действующим законодательством, теми способами и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального блага и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Следовательно, виновное лицо обязано возместить вред, в том числе, в виде физических и нравственных страданий (моральный вред), возникших у потерпевшего в связи с нарушением его неимущественных прав, включая право на здоровье и личную неприкосновенность, путем денежной компенсации. 

В соответствие со ст. 1101 ГК РФ моральный вред компенсируется в денежной форме, размер компенсации определяется судом.

Из материалов дела следует, что в результате ДТП пешеходу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно заключению экспертов КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинских экспертиз» № 59-ПЛ/2020 от 24 апреля 2020 года в ДТП были причинены телесные повреждения, которые отнесены экспертами к телесным повреждениям, причинившим легкий и средней тяжести вред здоровью.

В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии с п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» при определении компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Суд находит обоснованными доводы истца ФИО1 о том, что он испытывал физические и нравственные страдания, которые выразились в претерпевании боли от полученных телесных повреждений в течение длительного времени, невозможности передвижения и самообслуживания, а также переживаний, приведенных стороной истца, подтвержденных показаниями свидетелей ФИО6, ФИО5, таким образом, ФИО1 причинен моральный вред, который и подлежит компенсации путем взыскания денежной суммы с причинителя вреда ФИО3

Судом при определении размера компенсации морального вреда учитывается также и то обстоятельство, что в результате причиненных телесных повреждений ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, причинен легкий и средней тяжести вред здоровью, а также имущественное положение и возраст ответчика ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, позволяющие ему выплатить денежную компенсацию морального вреда, отсутствие у него иждивенцев.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер и объем причиненных ФИО1 телесных повреждений, обстоятельства их причинения (наличие у ответчика технической возможности предотвратить ДТП с момента возникновения опасности), а также то, что травмы причинены в результате виновных действий ФИО3 при использовании источника повышенной опасности, признание ответчиком вины (при составлении протокола об административном правонарушении и при предыдущем рассмотрении дела), раскаяние, принесение извинений потерпевшему, индивидуальные особенности истца, его возраст, длительность лечения, материальное положение сторон, и находит разумным определить компенсацию морального вреда в сумме 140000 рублей. В остальной части исковые требования удовлетворению не подлежат. При этом, суд не может согласиться с доводами истца в той части, что в результате ДТП у него ухудшилось зрение, и ФИО1 потерял обоняние, поскольку экспертным заключением это не подтверждается. Соответственно, указанные доводы истца при определении суммы компенсации морального вреда не учитываются.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 140000 рублей, судебные расходы в сумме 300 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба, представление прокурора в течение месяца со дня составления судом решения суда в окончательной форме в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края.

Председательствующий Иванникова О.И.