Гражданское дело №

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

город ФИО4 Томской области 11 мая 2017 года

Стрежевской городской суд Томской области в составе:

председательствующего судьи Чукова Н.С.,

при секретаре Синегиной И.Ф., с участием

помощника прокурора города Стрежевого Петрушина А.И.,

представителя истца ФИО1, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ

ответчика ОАО «Сургутнефтегаз» в лице представителя ФИО2, действующей по доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

без участия истца ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО3 к Открытому акционерному обществу «Сургутнефтегаз» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 обратился в Стрежевской городской суд с иском к Открытому акционерному обществу «Сургутнефтегаз» (далее ОАО «Сургутнефтегаз») о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью профессиональным заболеванием, мотивировав свои требования следующим образом. 

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал в ОАО «Сургутнефтегаз» бурильщиком капитального ремонта скважин 7 разряда в Цехе ремонта скважин №, на подъемнике «Кардвелл», в течение 6 лет 4 месяцев. 

Согласно данным санитарно-гигиенической характеристики (далее СГХ) № от ДД.ММ.ГГГГ, работая у ответчика бурильщиком КРС, истец подвергался воздействию неблагоприятных метеофакторов, поскольку бурение скважин на нефть и газ связанно с постоянным пребыванием работающих буровой бригады на открытой местности и воздействию повышенных уровней вибрации. Согласно п. 24 заключения СГХ условия работы истца у ответчика не отвечали гигиеническим требованиям, работа истца в указанных профессиях относится к тяжелому физическому труду, в связи с чем у него развилось профессиональное заболевание. 

В соответствии с п.п. 18, 20 акта о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ причиной профессионального заболевания послужили повышенные уровни общей вибрации в течение длительного периода времени. Согласно заключению № «Центра профпатологии» г. Томска от ДД.ММ.ГГГГ истцу был установлен диагноз: « Согласно справке серии МСЭ-2008 № от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена стойкая потеря трудоспособности, которая составила .

Факт того, что заболевание истца носит профессиональный характер и имеет причинно-следственную связь работы у ответчика, подтверждается решением Сургутского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ.

Истец неоднократно обращался в больницу в г. Стрежевом за медицинской помощью в связи с полученными в ходе трудовой деятельности у ответчика профессиональными заболеваниями, с такими диагнозами как: . В связи с полученным истцом по вине ответчика профессионального заболевания истец постоянно испытывает физическую боль, его мучают судороги, болит спина, поясница, ноги, болят руки, плечи колени, выкручивает суставы, отчего испытывает трудности в передвижении, что причиняет, помимо физических страданий, еще и нравственные. Истец испытывает трудности в быту, не может ходить, постоянно принимает лекарственные препараты и мази, проходит лечение в больнице, из-за чего чувствует себя неполноценным человеком. Профессиональное заболевание носит длящийся характер, имеет необратимый процесс, в связи с чем, считает, что ему причинен неизгладимый моральный вред.

ФИО3 просит суд взыскать в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием с ОАО «Сургутнефтегаз» в размере рублей, судебные расходы, связанные с составлением нотариальной доверенности на ведение гражданского дела в суде рублей.

Истец ФИО3, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, обратившись с заявлением о рассмотрении дела в свое отсутствие с участием представителя по доверенности ФИО1

В соответствии с ч. 5 ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 – ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, приведенным в исковом заявлении. 

Представитель ответчика ОАО «Сургутнефтегаз» ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании с исковыми требованиями ФИО3 не согласилась по основаниям, изложенным в письменных возражениях. Полагает, что является несостоятельным довод истца о том, что при работе у ответчика он подвергался неблагоприятным метеофакторам. Причиной профессионального заболевания истца послужило воздействие общей вибрации, превышающей ПДУ. Данные, указанные в СГХ свидетельствуют об отсутствии в период работы в Обществе воздействия на истца вредных факторов (тяжести условий труда вибрации и шума), превышающих предельно допустимые уровни, что также подтверждается картой аттестации №. Не соответствует действительности довод истца о том, что выявленное у него профессиональное заболевание имеет причинно-следственную связь с его работой в ОАО «Сургутнефтегаз» и это подтверждается решением Сургутского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ. Факт установления профессионального заболевания в период работы истца в ОАО «Сургутнефтегаз» не свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между профессиональным заболеванием и работой в УКРСиПНП. Истец работал в ОАО «Сургутнефтегаз» в качестве бурильщика капитального ремонта скважин вахтовым методом, ему предоставлялся ежегодный отпуск, в отдельные периоды истец был нетрудоспособен. С учетом исключения периодов нетрудоспособности, отдыхающих вахт, очередных отпусков, фактический период работы истца в Обществе составил 2 года 4 месяца 25 дней. 

Обращает внимание суда, что инвалидность истцу не установлена, степень утраты трудоспособности составляет %, с учетом состояния здоровья он может продолжать заниматься трудовой деятельностью.

Просит суд отказать ФИО3 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В заключении по делу помощник прокурора города Стрежевого Петрушин А.И. пояснил, что требование ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда с ОАО «Сургутнефтегаз» является обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению. Полагает, что представленными доказательствами подтверждена работа истца у ответчика во вредных условиях и наступление профессионального заболевания, как итога этой работы. Считает доказанной вину ответчика в возникновении у истца профессионального заболевания. Компенсацию морального вреда истцу ответчиком находит разумной в размере рублей.

Заслушав стороны, заключение прокурора, изучив материалы дела и представленные доказательства, суд находит иск подлежащим частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Конституцией Российской Федерации охраняются труд и здоровье граждан, устанавливаются гарантии социальной защиты (ч. 2 ст. 7); каждому гарантируется социальное обеспечение в предусмотренных законом случаях (ч. 1 ст. 39). 

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причинённый работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены трудовым законодательством, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ. Обязанность обеспечения безопасных условий и охраны труда работника согласно ст. 212 ТК РФ возлагается на работодателя. 

Согласно ст.ст. 3, 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под профессиональным заболеванием понимается хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредных производственных факторов и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности. Возмещение застрахованному лицу морального вреда, причинённого в связи с профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. 

Указанная норма направлена на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В судебном заседании установлено, что истец осуществлял трудовую деятельность с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ОАО «Сургутнефтегаз» УКРСиПНП в качестве бурильщика капитального ремонта скважин 7 разряда на подъемнике «Кардвелл».

ДД.ММ.ГГГГ истец уволен из ОАО «Сургутнефтегаз» по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ в связи с выходом на пенсию по старости.

Профессиональное заболевание впервые выявлено у ФИО3 в период его работы в ОАО «Сургутнефтегаз» УКРСиПНП.

Указанные обстоятельства не оспариваются ответчиком и подтверждены в судебном заседании сведениями, отражёнными в трудовой книжке истца № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 6-27); в санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 28-44).

Рассматривая требования ФИО3, суд исходит из следующего.

Согласно п. 30, п. 32 Постановления Правительства РФ от 15.12.2000 № 967 «Об утверждении Положения о расследовании и учёте профессиональных заболеваний» надлежащим документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве, является Акт о случае профессионального заболевания.

Актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного Главным государственным санитарным врачом по ХМАО-Югре в г. Сургуте и Сургутском районе, установлено, что по результатам проведенного расследования истцу ДД.ММ.ГГГГ установлен заключительный диагноз: . Заболевание профессиональное (л.д. 45-47).

Указанный акт подписан членами комиссии УКРС и ПНП ОАО «Сургутнефтегаз» с приложением возражений о невозможности установления причинно-следственой связи заболевания ФИО3 с производством (л.д. 50-52).

Из возражений главного врача ООО П. к акту № от ДД.ММ.ГГГГ о случае профессионального заболевания следует, что в связи с тем, что запрашиваемые материалы (выписка из истории болезни, копия амбулаторной карты, результаты исследований и обследований ФИО3) не были предоставлены, не представляется возможным установить связь заболевания ФИО3 с профессией (л.д. 48).

Санитарно-гигиеническая характеристика (СГХ) условий труда работника при подозрении у ФИО3 профессионального заболевания № составлена ДД.ММ.ГГГГ на основании извещения ОГАУЗ «Стрежевская городская больница» № от ДД.ММ.ГГГГ и проведена в ОАО «Сургутнефтегаз» Управление по капитальному ремонту скважин и повышению нефтеотдачи пластов. В соответствии с данной СГХ общий стаж работы ФИО3 в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 25 лет 3 месяца, из которых в профессии бурильщик капитального ремонта – 22 года.

Работая помощником бурильщика и бурильщиком капитального ремонта скважин на подъемнике «Кардвелл», подвергался воздействию шума. Эквивалентный уровень шума составляет 81 дБ А, при ПДУ=80 д БА превышение на 1 д БА. 

Работая помощником бурильщика и бурильщиком капитального ремонта скважин на подъемнике «Кардвелл», подвергался воздействию повышенных уровней вибрации. Эквивалентный корректированный уровень виброскорости по оси Z, составляет 120 дБ, при ПДУ=115 дБ, превышение на 5 дБ. 

Пунктом 24 СГХ в заключении о состоянии условий труда установлено, что условия труда на рабочих местах ФИО3 не соответствуют гигиеническим требованиям: уровни шума превышали ПДУ на 1-16 дБА, уровни общей вибрации превышали ПДУ на 3-8 дБ, уровни локальной вибрации превышали ПДУ на 4 дБ и по показателям тяжести условий труда (л.д. 28-44). 

Таким образом, в соответствии с п.п. 18, 20 акта о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ причиной профессионального заболевания, послужили воздействие общей вибрации, превышающей ПДУ (л.д. 45-47).

Указанные обстоятельства также установлены решением Сургутского городского суда ХМАО-Югры от ДД.ММ.ГГГГ, которым частично удовлетворены исковые требования прокурора города Сургута в интересах ФИО3 к ОАО «Сургутнефтегаз», в соответствии с которым признан тот факт, что характер заболевания, возникшего у ФИО3 – , является профессиональным.

Решение суда не обжаловалось и вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 62-64).

В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно п. 4.4 СГХ № от ДД.ММ.ГГГГ средства индивидуальной защиты повышенных уровней общей вибрации не выдаются и не применяются. 

Согласно заключению ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 находился в отделении «Центр профпатологии» ОГАУЗ «ТОКБ» с целью первичной экспертизы связи заболевания с профессией, очередного переосвидетельствования по профессиональному заболеванию перед МСЭ. Истцу дано заключение, согласно которому ему противопоказан труд с вибрацией, физическим, статико-динамическим перенапряжением (л.д. 53).

Справкой МСЭ-2008 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 на основании Акта № от ДД.ММ.ГГГГ в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ установлена степень утраты профессиональной трудоспособности %, сроком с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 55).

Таким образом, судом установлено наличие у истца в профессионального заболевания, которое впервые диагностировано в период работы истца в ОАО «Сургутнефтегаз» (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ).

В судебном заседании нашел подтверждение то обстоятельство, что вред здоровью истца причинён в связи с работой ответчика – во вредных условиях, в условиях повышенных уровней общей вибрации.

Установлено, что в связи с профессиональными заболеваниями истец испытывает физическую боль, вынужден проходить лечение, лишён возможности вести активный образ жизни. Наличие профессионального заболевания существенно ограничило его право на труд, в связи с чем, истец испытывает физические и нравственные страдания, компенсация за которые (моральный вред) подлежит взысканию с ответчика.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности гражданина, подлежит возмещению причинителем вреда. Установленная данной нормой презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

В порядке ч. 1 ст. 151 ГК РФ если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из положений ст.ст. 212, 209 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Условия труда – совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника. Вредный производственный фактор – производственный фактор, воздействие которого на работника может привести к его заболеванию.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств отсутствия вины в возникновении у истца профессионального заболевания и причинения ему морального вреда, ответчик не представил.

Профессиональное заболевание впервые установлено истцу в период его работы в ОАО «Сургутнефтегаз» согласно акту о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ. Данное обстоятельство предусматривают ответственность ОАО «Сургутнефтегаз» за вред, причинённый здоровью истца. Стаж работы истца в ОАО «Сургутнефтегаз» составил 6 лет 3 месяца 25 дней. 

Поскольку профессиональное заболевание истца возникло не одномоментно, а в результате длительного, многократного воздействия на организм вредных производственных факторов, решением Стрежевского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ частично удовлетворены исковые требования ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, с ОАО «Томскнефть» ВНК, АО «Сибирская Сервисная компания», являвшихся работодателями истца до работы в ОАО «Сургутнефтегаз».

Согласно положению о расследовании и учёте профессиональных заболеваний, утверждённых постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967, акт о случае профессионального заболевания, является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве. 

Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ составлена в соответствии с требованиями, предусмотренными Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №.

Оценивая указанное доказательство, суд исходит из положений ст.ст. 67, 71 ГПК РФ, а также из того, что изложенные в характеристике сведения стороной ответчика ОАО «Сургутнефтегаз» не опровергнуты в судебном заседании. 

Ссылки ответчика на отсутствие доказательств, подтверждающих данные, внесённые в СГХ условий труда истца, не принимаются судом во внимание, поскольку бремя доказывания несоответствия этих сведений действительности возлагается на ответчика, который не опроверг их содержание в установленном законом порядке.

Доводы ОАО «Сургутнефтегаз» о том, что истец добровольно осуществлял трудовую деятельность во вредных условиях, периодически проходил медицинские осмотры и признавался годным, суд находит несостоятельными, поскольку данные обстоятельства не влияют на право истца в получении компенсации морального вреда, а лишь свидетельствуют о степени вины работодателя. Из п. 19 Акта о случае профессионального заболевания следует, что вины работника в получении им профессионального заболевания не имеется.

Ссылки представителя ответчика на карты аттестации рабочего места бурильщика капитального ремонта скважин №, № не принимаются судом во внимание, поскольку согласно п. 20 Акта о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ на рабочем месте истца имело место воздействие общей вибрации, превышающей ПДУ (л.д. 46).

Исходя из оценки всех исследованных доказательств по делу, суд приходит к выводу о наличии вины ответчика в причинении морального вреда истцу.

В судебном заседании установлено и подтверждено материалами дела, что вред здоровью истца причинён в связи с работой, в том числе у ответчика в период времени ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в условиях воздействия общей вибрации, превышающей ПДУ. 

Доказательств наличия предусмотренных действующим законодательством оснований для освобождения ответчика от ответственности – грубой неосторожности или умысла истца, которые бы содействовали возникновению или увеличению вреда, а также, подтверждающих, что истец продолжал выполнение работы во вредных условиях, нарушая какие-либо запреты врачей или работодателя, ответчиком суду не предоставлено. При этом данное обстоятельство, само по себе, не может рассматриваться в качестве основания для освобождения ответчика от возмещения компенсации морального вреда.

Возникновение профессионального заболевания возможно лишь при условиях труда, которые характеризуются наличием на рабочем месте вредных производственных факторов, превышающих гигиенические нормативы и способных оказывать неблагоприятное воздействие на здоровье работника.

В соответствии с п. 3.1 Санитарных норм СН 2.2.4/2.1.8.566-96, утверждённых постановлением Госкомсанэпиднадзора РФ от 31.10.1996 № 40, предельно допустимый уровень (ПДУ) вибрации – это уровень фактора, который при ежедневной (кроме выходных дней) работе, но не более 40 часов в неделю в течение всего рабочего стажа, не должен вызывать заболеваний или отклонений в состоянии здоровья, обнаруживаемых современными методами исследований в процессе работы или в отдаленные сроки жизни настоящего и последующих поколений.

Доказательств, подтверждающих тот факт, что в период работы истца у ответчика на него не оказывалось воздействие вредных производственных факторов, суду не представлено. 

Доводы ответчика о том, работодатель обеспечил необходимые условия труда, не обоснованы. Именно на работодателе лежит обязанность обеспечить надлежащие условия труда работника (ст. 212 ТК РФ). Работник не обеспечивался средствами защиты от вибрации, доказательств, свидетельствующих об обратном, ответчик не представил. 

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причинённый работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а при отсутствии соглашения – в судебном порядке.

Суду не представлены доказательства наличия между истцом и ответчиком соглашений о порядке возмещения работнику работодателями морального вреда.

Вместе с тем, размер заявленной истцом компенсации морального вреда к ОАО «Сургутнефтегаз» суд находит завышенным, не соответствующим тем нравственным и физическим страданиям, которые ФИО3 вынужден претерпевать в связи с полученным профессиональным заболеванием.

В соответствии с п. 8 Постановления Пленума ВС РФ № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при определении компенсации морального вреда должны учитывается требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, с учётом объёма и характера причинённых работнику нравственных или физических страданий, степени вины каждого работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание обстоятельства причинения вреда здоровью ФИО3 ответчиком (при исполнении работником трудовых обязанностей); характер его заболеваний; продолжительность лечения; ограничение в связи с заболеваниями в определённой степени возможности вести активный и полноценный образ жизни; степень утраты им профессиональной трудоспособности; учитывает характер физических и нравственных страданий, которые претерпевает истец в связи с наличием заболевания; степень вины ОАО «Сургутнефтегаз» использовавшего технику с повышенным уровнем вибрации, неумышленное причинение им вреда здоровью истца; принятие ответчиком определённых мер по обеспечению безопасных условий и охране труда; стаж работы истца у ответчика; неблагоприятные метеорологические условия, существующие в местности, где истец проживал и трудился, и которые не зависят от волеизъявления ответчика; отсутствие вины работника.

Кроме того, судом учитывается, что истец частично утратил профессиональную трудоспособность, нуждается в лечении, что также следует из представленной медицинской документации (л.д. 57-59).

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает стаж работы истца во вредных условиях у ответчика, поскольку профзаболевание обусловлено длительностью воздействия вредных производственных факторов и находится в прямой зависимости от этого показателя. 

Суд считает подтверждённым фактический стаж работы истца во вредных условиях труда, учитываемый при определении размера компенсации морального вреда, периоды работы истца у ответчика ОАО «Сургутнефтегаз» в течение 6 лет 3 месяцев 25 дней. 

При таких обстоятельствах суд находит разумной и справедливой компенсацию причинённых истцу нравственных и физических страданий в связи с профессиональными заболеваниями с ОАО «Сургутнефтегаз» рублей, считая заявленные ФИО3 размеры компенсации необоснованно завышенными, не соответствующими тем нравственным и физическим страданиям, которые он вынужден претерпевать в связи с полученными профессиональными заболеваниями.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ.

Согласно ч. 1 ст 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В порядке ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе и расходы на оплату услуг представителей.

В силу положений ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся также иные расходы, признанные судом необходимыми. 

Согласно ст. 53 ГПК РФ полномочия представителей оформляются доверенностью в соответствии с законом.

В связи с обращением в суд истец ФИО3 понес расходы по оформлению нотариальной доверенности представителю в сумме рублей, что подтверждается квитанцией к реестровому № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 66).

В силу п. 2 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.012016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Доверенность № от ДД.ММ.ГГГГ выдана ФИО3 на имя представителя ФИО1, оригинал доверенности приобщен к материалам дела (л.д. 65).

Заявленные к возмещению расходы истца по оформлению нотариальной доверенности представителю в размере рублей суд признаёт необходимыми и подлежащими взысканию с ответчика в пользу истца. 

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой при обращении в суд был освобождён истец, взыскивается судом с ответчика ОАО «Сургутнефтегаз» в доход бюджета муниципального образования городской округ ФИО4 в размере рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО3 к Открытому акционерному обществу «Сургутнефтегаз» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью профессиональным заболеванием, удовлетворить частично.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Сургутнефтегаз» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью профессиональным заболеванием в размере 52 000 (пятьдесят две тысячи) рублей и судебные расходы в размере рублей.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Сургутнефтегаз» в доход бюджета муниципального образования городской округ ФИО4 государственную пошлину в размере рублей.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд путём подачи апелляционной жалобы, представления прокурора через Стрежевской городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий: подпись Н.С.Чуков

Верно. Судья: _____________________ Н.С.Чуков

СПРАВКА

Решение по гражданскому делу № принято в окончательной форме 16.05.2017.

Судья Н.С.Чуков