№ 2-3599/2018 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 июня 2018 года г. Оренбург

Ленинский районный суд города Оренбурга в составе:

председательствующего судьи Кириченко А.Д., 

при секретаре Слиповичевой Н.А.,

с участием истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием видеоконференцсвязи гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Оренбургской области, Управлению судебного департамента по Оренбургской области о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд к Министерству финансов РФ в лице УФК по Оренбургской области, Управлению судебного департамента по Оренбургской области, в котором просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей.

В обоснование своих требований указывает, что с 20 ноября 2003 года отбывает наказание в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области по приговору Волгоградского областного суда от 17 января 2003 года. В октябре 2074 года он обратился в Соль-Илецкий районный суд Оренбургской области с ходатайством в порядке пункта 6 статьи 397 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации об освобождении от отбывания наказания в связи с тяжёлым заболеванием и одновременно ходатайствовал о проведении закрытого судебного заседания по тому основанию, что предметом судебного разбирательства является материал, содержащий медицинскую информацию о состоянии его здоровья, которую он не желает разглашать в открытом судебном заседании, то есть публично. Однако, в удовлетворении ходатайства суд ему отказал и исследовал медицинскую документацию в открытом судебном заседании 01 ноября 2017 года в присутствии публики. 

В связи с чем, полагает, что таким образом произошло вмешательство в его частную жизнь, что привело к нарушению статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и причинению ему морального вреда, поскольку он испытывал чувство унижения, неполноценности. Причинённый моральный вред он оценивает в размере 150000 рублей.

Определением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 03.05.2018 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено Управление судебного департамента в Оренбургской области. 

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице УФК по Оренбургской области, Управления судебного департамента по Оренбургской области в судебное заседание не явились, извещены судом о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом. Согласно представленным в материалы дела отзывам в удовлетворении исковых требований просили отказать. 

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ судом определено рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о судебном заседании. 

В судебном заседании ФИО1 заявленные исковые требования поддержал, просил суд их удовлетворить в полном объёме.

Выслушав истца, проверив материалы дела и оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

На основании норм статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 16 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

На основании пунктов 1 и 3 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со статьей 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Принимая во внимание, что обязанность по возмещению причинённого судом вреда в порядке пункта 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 12.1 части 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации на конкретный орган, юридическое лицо или гражданина не возложена, то в этом случае от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Согласно части 2 статьи 33 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 года № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» финансирование судов общей юрисдикции осуществляется на основе утвержденных федеральным законом нормативов и указывается отдельными строками в федеральном бюджете.

Согласно Положению о Министерстве финансов Российской Федерации, утверждённому Постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 2004 года № 329 «О Министерстве финансов Российской Федерации», оно осуществляет координацию и контроль деятельности находящихся в его ведении Федеральной налоговой службы, Федеральной службы финансово-бюджетного надзора и Федерального казначейства.

В соответствии со статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Для возложения на ответчика ответственности по компенсации истцу морального вреда, предусмотренного статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо наличие совокупности следующих условий: факта наступления вреда, наличия причинно - следственной связи между противоправными действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями, наличия вины причинителя вреда.

В соответствии с положениями статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, и сторонами не оспаривалось, что приговором судебной коллегии Волгоградского областного суда от 17 января 2003 года с учётом определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 22 мая 2007 года ФИО1 осужден по пунктам «а, в, д, ж» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации к пожизненному лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Отбывая наказание в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области, где содержится по настоящее время, ФИО1 обратился в Соль-Илецкий районный суд Оренбургской области с ходатайством об освобождении от дальнейшего отбывания наказания в связи с тяжёлой болезнью, препятствующей отбыванию наказания.

Из протокола судебного заседания Соль-Илецкого районного суда Оренбургской области от 18 октября 2017 года следует, что в ходе судебного разбирательства ФИО1 не просил о рассмотрении дела в закрытом судебном заседании в порядке статьи 241 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона «О медицинской тайне» в связи с оглашением его медицинской информации.

Таким образом, доводы истца о том, что данное ходатайство им заявлялось, и судом первой инстанции в его удовлетворении незаконно отказано, не нашли своего подтверждения. Суд также учитывает, что замечаний на данный протокол судебного заседания ФИО1 не подавал. 

Также установлено, что поданное в порядке пункта 6 статьи 397 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации ходатайство судом рассмотрено в открытом судебном заседании, и постановлением Соль-Илецкого районного суда Оренбургской области от 01 ноября 2017 года в удовлетворении ходатайства ФИО1 об освобождении от дальнейшего отбывания наказания в связи с тяжёлой болезнью отказано.

Судом установлено, что при рассмотрении вопроса об освобождении истца от дальнейшего отбывания наказания в связи с тяжёлой болезнью, препятствующей отбыванию наказания, в зале Соль-Илецкого районного суда Оренбургской области присутствовали: состав суда, участвующий в деле прокурор и адвокат. 

Таким образом, судом установлено, что личные неимущественные права истца на сохранение в тайне медицинской информации о нём при разрешении ходатайства в порядке пункта 6 статьи 397 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации нарушены не были. Сведения об имеющихся у ФИО1 заболеваниях лицам, не имеющим к ним допуск в силу закона, разглашены не были, распространение такой информации ввиду проведения открытого судебного разбирательства не произошло. Оснований полагать обратное не имеется, поскольку истцом в нарушении возложенной на него статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязанности не представлено доказательств в обоснование заявленных доводов.

Кроме того, суд также отклоняет доводы истца о разглашении его персональных данных без его согласия.

Согласно части 1 статьи 10 Закона «О персональных данных» обработка специальных категорий персональных данных, касающихся расовой, национальной принадлежности, политических взглядов, религиозных или философских убеждений, состояния здоровья, интимной жизни, не допускается, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи.

Вместе с тем, п. 6 части 2 этой же статьи предусматривает, что обработка указанных в части 1 настоящей статьи специальных категорий персональных данных допускается в связи с осуществлением правосудия.

Поскольку рассмотрение ходатайств осужденных, связанных с исполнением приговора, в том числе освобождения от отбывания наказания в связи с заболеваниями, является неотъемлемой частью осуществления правосудия по уголовным делам, то согласие истца на обработку его персональных данных не требовалось, а оператор персональных данных вправе осуществлять ее обработку.

Кроме того, исходя из существа подданного истцом ходатайства – освобождение от отбывания наказания в связи с тяжёлой болезнью, препятствующей отбыванию наказания, которое предполагает своей целью исследование состояния здоровья заявителя ходатайства, суд приходит к выводу о том, что истец был согласен на обработку судом информации, касающейся состояния его здоровья. 

В силу части 1 статьи 241 УПК РФ разбирательство уголовных дел во всех судах открытое, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей.

Часть 2 названной статьи устанавливает, что закрытое судебное разбирательство допускается на основании определения или постановления суда в случаях, когда:

1) разбирательство уголовного дела в суде может привести к разглашению государственной или иной охраняемой федеральным законом тайны;

2) рассматриваются уголовные дела о преступлениях, совершенных лицами, не достигшими возраста шестнадцати лет;

3) рассмотрение уголовных дел о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности и других преступлениях может привести к разглашению сведений об интимных сторонах жизни участников уголовного судопроизводства либо сведений, унижающих их честь и достоинство;

4) этого требуют интересы обеспечения безопасности участников судебного разбирательства, их близких родственников, родственников или близких лиц.

Таким образом, гласность как общее условие судебного разбирательства распространяется не только на судебное разбирательство, но и на иные заседания суда (по разрешению ходатайств о применении заключения под стражу, домашнего ареста, залога и т.д.), если иное прямо не указано в законе.

Принимая решение о рассмотрении уголовного дела в закрытом судебном заседании, следует иметь в виду, что гласность (открытость, транспарентность) судебного разбирательства является одним из важнейших принципов уголовного судопроизводства, обеспечивающим проведение судебного заседания в точном соответствии с требованиями закона и объективное разрешение уголовного дела, поэтому закрытое судебное заседание должно рассматриваться как исключительное явление, обусловленное наличием обстоятельств, которые перечислены в ст. 241 УПК и не подлежат расширительному истолкованию. Решение о проведении закрытого судебного заседания во всяком случае должно быть мотивировано с приведением конкретных данных, подтверждающих наличие этих обстоятельств.

Открытость и гласность судопроизводства являются гарантией справедливого судебного разбирательства, а также обеспечивают общественный контроль за функционированием судебной власти. Пленум ВС РФ в Постановлении от 13 декабря 2012 г. N 35 "Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов" рекомендует судам создавать необходимые условия для обеспечения открытости и гласности судопроизводства и реализации права на получение информации о деятельности судов. Гласность обеспечивает возможность гражданам, представителям СМИ присутствовать в зале судебного заседания, лично воспринимать ход судебного процесса, что создает реальные возможности для реализации задач уголовного судопроизводства, а также является средством поддержания доверия общества к суду.

В соответствии с пунктом 5 вышеназванного Постановления Пленума ВС РФ проведение разбирательства дела в закрытом судебном заседании возможно только по основаниям, предусмотренным федеральным законом, как в отношении всего судебного разбирательства, так и в отношении соответствующей его части (части 2, 4 статьи 10 ГПК РФ, часть 1 статьи 24.3 КоАП РФ, части 2, 3 статьи 241 УПК РФ).

О проведении разбирательства дела в закрытом судебном заседании суд выносит мотивированное определение или постановление, в котором должны быть указаны конкретные обстоятельства, препятствующие свободному доступу в зал судебного заседания лиц, не являющихся участниками процесса, представителей редакций средств массовой информации (журналистов) (часть 4 статьи 10 ГПК РФ, часть 2 статьи 24.3 КоАП РФ, части 2 и 2.1 статьи 241 УПК РФ).

Таким образом, рассмотрение в открытом судебном заседании ходатайства осужденного ФИО1 об освобождении его от отбывания наказания в связи с наличием заболевания препятствующего такому отбыванию, не свидетельствует о нарушении его прав и причинении ему нравственных страданий, поскольку соответствует условиям и принципам уголовного судопроизводства, установленным действующим законодательством.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что при отсутствии обстоятельств нарушения личного неимущественного права ФИО1, он не вправе требовать компенсации морального вреда, а на Российскую Федерацию не может быть возложена гражданско-правовая ответственность по его возмещению.

При таких обстоятельствах суд в удовлетворении настоящего искового заявления ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по Оренбургской области, Управлению судебного департамента по Оренбургской области о компенсации морального вреда отказывает.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении искового заявления ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Оренбургской области, Управлению судебного департамента по Оренбургской области о компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Ленинский районный суд г. Оренбурга в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

В соответствии со ст. 199 ГПК РФ мотивированное решение по делу составлено 25.06.2018 года, последний день для подачи апелляционной жалобы – 25.07.2018 года.

Судья: подпись. А.Д. Кириченко