Судья ФИО Дело №

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

<

адрес> 05 декабря 2025 года

Новосибирский областной суд в составе:

председательствующего судьи ФИО,

при секретаре ФИО,

с участием прокурора ФИО,

адвоката ФИО,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе с дополнениями адвоката ФИО в защиту осужденного ФИО на приговор Центрального районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении

ФИО, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина РФ, ранее не судимого,

УСТАНОВИЛ:

по приговору суда ФИО осужден по ч.2 ст. 167 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год.

На основании ч.2 ст. 53.1 УК РФ назначенное ФИО наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами на срок 1 год с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства.

До вступления приговора в законную силу ФИО сохранена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Срок наказания исчислен со дня прибытия осужденного в исправительный центр, куда ФИО должен следовать самостоятельно, за счет государства.

Разрешен вопрос относительно вещественных доказательств по делу.

Обжалуемым приговором ФИО признан виновным и осужден за умышленное повреждение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога.

Преступление совершено им в период времени с 19 часов до 21 часа ДД.ММ.ГГГГ на территории 

<

адрес> при обстоятельствах, установленных приговором суда.

Вину по предъявленному обвинению ФИО признал.

На приговор суда адвокатом ФИО в защиту осужденного ФИО подана апелляционная жалоба и дополнения к ней, в которых защитник просит приговор суда отменить, прекратить уголовное дело в отношении ФИО на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ.

В обоснование приводит доводы о несоответствии выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании, неправильном применении уголовного закона, существенном нарушении уголовно-процессуального закона, несправедливости назначенного осужденному наказания.

Ссылаясь на пленарные разъяснения, изложенные в п.6 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем», приводит суждения об отсутствии в действиях ФИО состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 167 УК РФ, так как ни органом предварительного следствия, ни судом не доказан общеопасный способ поджога. Как следует из материалов дела, ФИО разбил стекло автомобиля, после чего открыто, на глазах у потерпевшей, в светлое время суток (с учетом летнего периода) с помощью зажигалки осуществил поджог не самого автомобиля, а салона автомобиля, припаркованного около железного забора, при этом показания допрошенных лиц, в частности свидетеля ФИО1, не содержат сведений об имевшейся угрозе распространения огня на другие объекты либо угрозе жизни и здоровью людей.

Отмечает, что горела передняя часть салона автомобиля, при этом возгорание было потушено с помощью огнетушителя, а умыслом ФИО не охватывалось повреждение автомобиля общеопасным способом. Выводы суда об обратном считает предположительными и выходящими за рамки предъявленного ФИО обвинения.

Считает, что отсутствие в обвинительном заключении и приговоре конкретных признаков поджога как общеопасного способа совершения преступления исключает квалификацию действий осужденного ФИО по ч.2 ст. 167 УК РФ.

Оспаривая наличие в действиях осужденного диспозитивного признака преступления, совершенного с причинением значительного ущерба, указывает, что точный размер причиненного потерпевшей ущерба не установлен, судебная товароведческая экспертиза по делу не проведена, явка с повинной, предъявление обвинения и допрос ФИО в качестве обвиняемого проведены следователем в один и тот же день – последний день срока предварительного следствия.

Ссылаясь на имущественное положение потерпевшей, представленные последней декларации о доходах, счетах и объектах недвижимости, ставит под сомнение выводы суда о причинении потерпевшей ФИО значительного ущерба.

Приводит суждения о том, что поврежденный автомобиль не является предметом первой необходимости и источником заработка для потерпевшей, при этом соотношение размера причиненного ущерба со стоимостью самого автомобиля и стальным заработком потерпевшей ФИО не дает оснований для признания указанного страховой компанией ущерба значительным.

Обращает внимание, что в нарушение требований закона при описании в приговоре преступного деяния, инкриминированного ФИО, не указаны способ и механизм образования повреждения стекла передней левой двери автомобиля, которое образовалось в результате нетермического воздействия, следовательно, стоимость указанного стекла - 26 262 рубля не могла учитываться при определении общего размера материального ущерба от поджога автомобиля.

Считает ошибочным и противоречащим закону отказ суда в прекращении уголовного дела в отношении ФИО в связи с примирением с потерпевшей.

Высказывается о невозможности назначения ФИО наказания в виде принудительных работ, ссылаясь на неудовлетворительное состояние здоровья последнего.

В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора 

<

адрес> ФИО просит приговор суда в отношении ФИО оставить без изменения как законный, обоснованный и справедливый, а апелляционную жалобу адвоката ФИО – без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции адвокат ФИО доводы апелляционной жалобы с дополнениями и ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с примирением с потерпевшей поддержала, прокурор ФИО предлагала приговор суда изменить по иным основаниям, не связанным с доводами апелляционной жалобы, при этом возражала против прекращения уголовного дела в связи с примирением с потерпевшей.

Заслушав мнение участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы с дополнениями, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Из материалов уголовного дела следует, что предварительное расследование и судебное следствие по нему проведены полно, всесторонне и объективно, без нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, с соблюдением принципов уголовного судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, права на защиту осужденного.

Из протокола судебного заседания видно, что суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Все заявленные сторонами ходатайства, в том числе ходатайства стороны защиты, были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела, с принятием по ним мотивированных решений.

Уголовное дело судом рассмотрено в рамках предъявленного ФИО обвинения, с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ.

Описательно-мотивировочная часть приговора, согласно требованиям п. 1 ст. 307 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, даты, времени и способа его совершения, формы вины осуждённого и последствий преступления.

В соответствии с требованиями п. 2 ст. 307 УПК РФ суд привёл в приговоре убедительные мотивы, по которым принял в качестве допустимых и достоверных одни доказательства и отверг другие.

Несмотря на заявления автора апелляционной жалобы об отсутствии в действиях ФИО состава инкриминированного преступления, вина последнего установлена материалами дела и подтверждается собранными в ходе предварительного расследования и исследованными в судебном заседании доказательствами, которым судом при вынесении оспариваемого приговора дана объективная оценка, при этом выводы суда не содержат предположений, противоречий и основаны на достаточной совокупности исследованных при рассмотрении дела доказательств, которым суд дал надлежащую оценку.

Субъективная оценка произошедшего и анализ доказательств, которые даны автором апелляционной жалобы, не могут быть приняты, поскольку суд первой инстанции, как того требуют положения ст. ст. 87, 88 УПК РФ, оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все доказательства в совокупности - достаточности для вынесения итогового решения по делу. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией осужденного ФИО и его защитника, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению приговора.

Предусмотренные ст. 73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию, судом установлены.

Фактически в жалобе высказывается несогласие не с правилами, а с результатом оценки доказательств, которые суд признал достаточными для вывода о виновности ФИО

Выдвинутые в защиту осужденного доводы, в том числе аналогичные изложенным в настоящей апелляционной жалобе, проверены и обоснованно, с приведением в приговоре убедительных мотивов принятого решения отклонены судом первой инстанции как недостоверные. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции по материалам уголовного дела не усматривается.

Вина осужденного ФИО подтверждается подробно изложенными в приговоре показаниями самого ФИО (с учетом их оценки судом), потерпевшей ФИО, свидетелей ФИО, ФИО1, а также письменными доказательствами, которые подробно и правильно изложены в приговоре, проверены и оценены судом в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ.

Так, из показаний потерпевшей ФИО, данных в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 19 часов 20 минут к ней домой пришел сын ФИО, между ними завязался словесный конфликт, сын начал проявлять агрессию, она выбежала из квартиры, он закрылся внутри. Через несколько минут сын вышел во двор, пошел за ней, она испугалась, так как ранее сын на неё нападал и избивал её. Она позвонила своему родному брату ФИО, который приехал по её адресу проживания, проводил её до квартиры, сам спустился на улицу, где у него со ФИО завязалась драка, затем брат уехал, а сын остался на улице. Через некоторое время она услышала, как сработала сигнализация её автомобиля марки «Лексус NX 250» в кузове серого цвета, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>. Она выглянула в окно и увидела, как сын разбил стекло автомобиля, расположенное с левой стороны переднего сиденья. Она пошла за тревожной кнопкой вызова полиции, а когда вышла на улицу, то обнаружила разбитое стекло и подожженный салон автомобиля, уже потушенный прибывшими на место сотрудниками полиции. Путем поджога автомобиля были повреждены руль, передняя панель, вся электроника. Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ причиненный ущерб составляет 524 008 рублей 50 копеек и является для неё значительным, поскольку её заработная плата не позволяет возместить его в ближайшее время. Указанный автомобиль зарегистрирован на её мать, однако она приобретала его в 2022 году примерно за 4 000 000 рублей на личные денежные средства, полученные от продажи принадлежащей ей квартиры. Поскольку её мать пожилая, перенесла инсульт, не может самостоятельно передвигаться, то для реализации прав её матери в государственных органах оформлена генеральная доверенность на её имя. Исковое заявление подавать не желает, поскольку ущерб возмещен в полном объеме страховой компанией, претензий не имеет, сына прощает, ходатайствует о прекращении уголовного дела в связи с примирением. Желает выдать следователю оптический диск с видеозаписью с камер видеонаблюдения за ДД.ММ.ГГГГ.

Оснований сомневаться в достоверности данных показаний потерпевшей ФИО суд первой инстанции обоснованно не нашел. Вопреки доводам адвоката, в основном и главном, а именно в том, что осужденный, разозлившись на неё, подошел к припаркованному у дома её автомобилю «Лексус», разбил стекло автомобиля, через которое проник рукой в салон и поджег салон, после чего произошло возгорание автомобиля, в результате которого автомобиль получил повреждения, на восстановление которых потребовалось 524 008 рублей 50 копеек, показания ФИО были последовательными и категоричными. Отсутствовали какие-либо противоречия в показаниях потерпевшей относительно места преступления, конкретного лица, участвовавшего в нем, его конкретных действий и наступивших последствий. Потерпевшая ФИО как в момент обращения с заявлением о преступлении, так и в ходе последующих неоднократных допросов на стадии предварительного следствия последовательно утверждала, что именно её сын ФИО повредил путем поджога принадлежащий ей автомобиль, причинив ей значительный ущерб.

Вышеприведенные показания потерпевшей ФИО в части, положенной судом в основу приговора, полностью подтверждаются показаниями на стадии предварительного следствия свидетеля ФИО., который пояснил о том, что работает в Центральном ОВО в должности старшего полицейского. ДД.ММ.ГГГГ он находился на рабочем месте, когда около 20 часов 10 минут получил информацию от дежурного о том, что по адресу: 

<

адрес> мужчина поджег автомобиль марки «Лексус». Прибыв по указанному адресу, он доложил обстановку дежурному, горела передняя часть салона автомобиля, в связи с чем им были приняты меры по пожаротушению с использованием огнетушителя из служебного автомобиля. После того, как огонь был потушен, объявился собственник автомобиля (женщина), которая сообщила, что данный автомобиль поджег её сын, с которым у неё возник конфликт незадолго до произошедшего, назвала адрес проживания сына: 

<

адрес>, после чего туда выдвинулся другой экипаж, виновное лицо было задержано.

Согласуются с приведенными показаниями и показания свидетеля ФИО, который, будучи допрошенным на стадии предварительного следствия, пояснил, что работает в должности старшего полицейского второго взвода роты полиции Центрального ОВО по 

<

адрес> – филиала ФКГУ «УВО ВНГ России по 

<

адрес>». ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 30 минут, будучи на дежурстве, получил информацию «ориентировку» о том, что по 

<

адрес> мужчина, одетый в черную кофту, темно-синие джинсы, белые кроссовки совершил поджог автомобиля марки «Лексус», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, путем разбития левого переднего стекла. В ходе патрулирования на 

<

адрес> был замечен гражданин, подходивший под данную ориентировку, который при виде патрульного автомобиля изменил траекторию движения и начал скрываться в сторону улиц Фрунзе – Романова. От дежурного была получена информация, что данный гражданин может находиться по 

<

адрес> В квартире по указанному адресу был обнаружен ФИО, который сам открыл дверь, после чего был задержан и доставлен в отдел полиции № «Центральный».

О правдивости показаний вышеуказанных лиц свидетельствует и тот факт, что они в полной мере подтверждаются:

-протоколом принятия заявления о преступлении от потерпевшей ФИО от ДД.ММ.ГГГГ, в котором последняя сообщила обстоятельства, при которых ДД.ММ.ГГГГ около 19 часов 20 минут её сын ФИО после возникшего между ними конфликта камнем разбил окно её автомобиля «Лексус NX 250», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, после чего поджег салон автомобиля, который был потушен вызванными ею сотрудниками полиции, в результате чего автомобилю причинены повреждения путем поджога, примерную стоимость ущерба оценила в 1 500 000 рублей (т.1 л.д. 8);

-протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, согласно которому осмотрен автомобиль марки «Лексус NX 250» в кузове серого цвета, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, расположенный на прилегающей к 

<

адрес> территории, у которого разбито стекло левой передней двери, в салоне имеются повреждения, образовавшиеся в результате возгорания, следы применения средств пожаротушения (напыление порошком белого цвета); обнаружены и изъяты пятна вещества бурого цвета с передней левой двери автомобиля на марлевый тампон и фрагменты оплетки руля (т.1 л.д. 9-14);

-протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у потерпевшей ФИО изъят оптический диск с видеозаписью с камер видеонаблюдения за ДД.ММ.ГГГГ, установленных по адресу: 

<

адрес>, а также копия экспертного заключения № (т.1 л.д. 43-45);

-протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен изъятый у потерпевшей ФИО оптический диск с видеозаписью, на которой запечатлен внутренний двор прилегающей к 

<

адрес> территории, ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 07 минут из-за угла дома выходит мужчина, одетый в черную кофту, темно-синие джинсы и белые кроссовки, направляется в сторону припаркованного автомобиля в кузове серого цвета марки «Лексус NX 250», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, подходит к автомобилю и с силой ударяет по левому переднему стеклу каким-то предметом, после чего у автомобиля срабатывает сигнализация, а мужчина продолжает наносить неоднократные удары по левому переднему стеклу, после чего разбивает стекло автомобиля, достает из кармана штанов какой-то предмет, правой рукой через разбитое стекло проникает в салон автомобиля, а затем уходит в сторону дома, при этом участвовавшая в осмотре потерпевшая ФИО опознала на данной видеозаписи в мужчине своего сына ФИО; также осмотрено заключение эксперта-техника № от ДД.ММ.ГГГГ, содержащего подробный расчет стоимости восстановительного ремонта автомобиля марки «Лексус NX250», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, на общую сумму 524 008 рублей 50 копеек (т.1 л.д. 46-59);

-протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у потерпевшей ФИО изъят автомобиль марки «Лексус NX 250» в кузове серого цвета, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> (т.1 л.д. 78-80);

-протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен автомобиль марки «Лексус NX 250», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, расположенный на участке местности во дворе 

<

адрес>, у которого отсутствует стекло левой передней двери, в салоне имеются повреждения торпеды в виде деформации пластика, рулевого колеса и центральной консоли автомобиля, присутствуют следы копоти и нагара, на передних сиденьях автомобиля и дверных картах имеется пепел серого цвета. Данные повреждения салона автомобиля на вид характерны для воздействия высокой температуры (т.1 л.д. 81-85);

-заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на представленном пожарном мусоре (фрагментах оплетки руля), изъятом в ходе осмотра места происшествия, обнаружены следы измененных (испаренных) нефтепродуктов, выпускаемых по техническим условиям, - вероятно, так называемой «жидкости для розжига»; в связи с высокой степенью испарения определить точный вид исходного нефтепродукта не представляется возможным (т.1 л.д. 133-137);

-протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен бумажный конверт, внутри которого находится пожарный мусор (фрагменты оплетки руля, поврежденные огнем), изъятый в ходе осмотра места происшествия (т.1 л.д. 139-141);

-заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому очаг пожара располагался в передней части салона автомобиля «Лексус NX 250», расположенного на прилегающей к 

<

адрес> территории, при этом причиной возникновения горения автомобиля послужил источник открытого огня (пламя спички, факела, зажигалки и т.д.), возможно, с применением интенсификаторов горения – легковоспламеняющихся жидкостей, горючих жидкостей (т.1 л.д. 147-149);

-протоколом явки с повинной ФИО от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время, находясь на прилегающей к 

<

адрес> территории, он путем поджога повредил автомобиль марки «Лексус», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, принадлежащий его матери ФИО, а зажигалку, которой поджигал, выбросил, где именно, не помнит, в содеянном раскаивается, вину признает полностью (т.1 л.д. 172).

Всем исследованным в судебном заседании доказательствам суд дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, с точки зрения их относимости, допустимости, достаточности для постановления обвинительного приговора в отношении ФИО

Нарушений правил оценки доказательств не допущено.

Никаких достоверных сведений, свидетельствующих о том, что фактические обстоятельства по делу установлены на основании недопустимых доказательств, об искусственном создании доказательств, из материалов дела не усматривается.

Показания потерпевшей ФИО, свидетелей ФИО ФИО и самого осужденного ФИО верно отражены в приговоре суда и, наряду с другими доказательствами, получили объективную оценку в качестве доказательств виновности ФИО в совершении преступления, при этом, очевидно, что их смысл и содержание соответствуют друг другу, каких-либо существенных противоречий в показаниях вышеуказанных лиц, способных повлиять на выводы суда о виновности ФИО в совершении преступления, не имеется, при этом оснований для оговора последнего у потерпевшей и свидетелей не усматривается.

Родственные отношения между потерпевшей ФИО и осужденным ФИО не свидетельствуют об оговоре ФИО потерпевшей и не ставят под сомнение обоснованность выводов суда о том, что ФИО путем поджога умышленно повредил имущество своей матери, причинив последней значительный ущерб.

Каких-либо существенных противоречий в показаниях названных потерпевшей, свидетелей, требующих их истолкования в пользу осужденного ФИО, которые могли бы повлиять или повлияли на выводы суда о доказанности вины осужденного или квалификацию его действий, по делу судом первой инстанции не установлено, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции. Имевшиеся в показаниях потерпевшей ФИО противоречия в части принадлежности автомобиля и значительности для неё причиненного ущерба устранены судом после оглашения в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ её показаний, данных на предварительном следствии, которые та подтвердила в судебном заседании.

При этом судом дана правильная оценка изменению потерпевшей ФИО в судебном заседании показаний в части значительности для нее ущерба, обусловленному желанием помочь своему родному сыну ФИО избежать уголовной ответственности за содеянное.

Так, анализируя приведенные выше показания потерпевшей ФИО в стадии предварительного следствия в части, принятой судом за основу приговора, а также её версию, возникшую в последующем, согласно которой причиненный ущерб в размере стоимости восстановительного ремонта автомобиля не является для неё значительным, следователь убедила её в необходимости указать о значительности ущерба для получения страховой выплаты, суд апелляционной инстанции, равно как и суд первой инстанции, признает данную версию недостоверной и неправдивой, поскольку неоднократные допросы в качестве потерпевшей проводились в условиях, исключающих какое-либо принуждение, о чем поясняла допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО, подтверждая, что никакого воздействия с её стороны на потерпевшую не оказывалось, потерпевшая давала показания, в том числе о значительности причиненного ей ущерба, свободно и самостоятельно, права и обязанности ей разъяснялись, протоколы допроса она подписала после ознакомления с ними, замечаний не имела.

При этом из содержания исследованных судом первой инстанции протоколов допроса потерпевшей ФИО от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ следует, что каждый раз она допрашивалась с соблюдением процедуры, установленной ст. ст. 189-190 УПК РФ, в условиях, исключающих какое-либо воздействие на неё посторонних лиц, при этом ей разъяснялись процессуальные права, предусмотренные ст. 42 УПК РФ, а также положения ст. 51 Конституции РФ о праве не свидетельствовать против самой себя и своих близких родственников, к числу которых относится ФИО, с предупреждением об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Достоверно зная, что может не давать показаний против своего сына ФИО, потерпевшая ФИО, тем не менее, подробно поясняла об обстоятельствах совершенного в отношении неё сыном преступления, а также значительности для неё причиненного в результате умышленного повреждения автомобиля ущерба. Версия об обратном была озвучена потерпевшей спустя несколько месяцев после обращения с заявлением о преступлении, в ходе дополнительного допроса в судебном заседании.

Каких-либо объективных обстоятельств, препятствовавших ФИО в установленном порядке отказаться от участия в данных следственных действиях, выразив своё несогласие с порядком проведения допросов в качестве потерпевшей, в том числе по причине нарушения процедуры допроса, оказанного на неё должностными лицами правоохранительных органов давления, стороной защиты не представлено и судом первой инстанции не установлено.

Между тем правильность и добровольность изложения ФИО своих первоначальных показаний в протоколах допроса от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ удостоверены её собственноручными подписями, при этом замечания и дополнения к указанным протоколам не поступили, тогда как о вынужденном характере показаний ФИО в результате оказанного на неё следователем психологического воздействия объективно ничто не свидетельствует.

При таких обстоятельствах основания для выводов о том, что потерпевшая ФИО давала первоначальные показания, изобличающие ФИО, в стрессовой ситуации, под неким влиянием следователя, заблуждаясь в юридической терминологии, у суда первой инстанции отсутствовали, а потому причин не доверять показаниям ФИО на стадии предварительного следствия в той части, в которой они положены судом в основу приговора, а также признавать их недопустимым доказательством, не имеется.

При таких обстоятельствах ссылки автора жалобы на имеющиеся в материалах дела справки о доходах и имуществе потерпевшей ФИО не опровергают правильность выводов суда о том, что причиненный действиями ФИО ущерб в размере 524 008 рублей 50 копеек является для потерпевшей значительным, соответствует предусмотренному законом формальному критерию определения значительного ущерба в соответствии с примечанием 2 к ст. 158 УК РФ.

Вопреки доводам защитника суд дал всем приведенным в приговоре доказательствам, в том числе показаниям потерпевшей ФИО, свидетеля ФИО надлежащую оценку и привел мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие, в том числе измененные в судебном заседании показания потерпевшей ФИО в части, противоречащей совокупности иных, положенных в основу приговора доказательств. Проверка доказательств, их оценка проведены судом в точном соответствии с требованиями статей 87, 88, 240 УПК РФ, судом выяснены обстоятельства, указанные в ст. 73 УПК РФ, необходимые для правильного разрешения дела по существу.

Нарушений уголовно-процессуального закона, регламентирующих процедуру осмотра предметов, оформления соответствующих процессуальных документов, которые могли бы повлечь признание их недопустимыми доказательствами, а также обстоятельств недобросовестного фиксирования их результатов, суд первой инстанции не установил, приведя к тому убедительные мотивы.

Все изъятые при производстве следственных действий предметы впоследствии осмотрены следователем с соблюдением требований статей 166, 180 УПК РФ, о чем составлены соответствующие протоколы осмотра. Результаты осмотра, в том числе, отражены в соответствующих протоколах осмотра, осмотренные предметы, в том числе изъятый при производстве выемки у потерпевшей ФИО оптический диск с видеозаписью с камер видеонаблюдения, впоследствии признаны вещественными доказательствами. Протоколы следственных действий оформлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуальных норм. Указанные в протоколах осмотра сведения подтверждаются материалами дела. Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что следователем или другими лицами в процессуальные документы либо вещественные доказательства (видеозапись) внесены ложные (не соответствующие действительности) сведения, судом первой инстанции не установлено, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Заключения экспертов верно признаны судом допустимыми доказательствами, поскольку судебные экспертизы проведены в соответствии с требованиями ст. ст. 195-199 УПК РФ, экспертам разъяснены их права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, выполнены экспертами, обладающими специальными знаниями и назначенными в установленном законом порядке, оформлены надлежащим образом, научно обоснованы.

Вопреки доводам адвоката размер причиненного ущерба установлен правильно на основании заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому общий размер расходов на восстановление автомобиля «Лексус NX250», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, составляет 524 008 рублей 50 копеек. Данное экспертное заключение подготовлено в рамках рассмотрения страховой компанией АО «АльфаСтрахование» страхового случая, экспертом-техником, имеющим специальное образование и необходимые навыки с целью установления размера расходов на восстановительный ремонт в отношении повреждений транспортного средства. Из содержания указанного заключения эксперта усматривается, что при определении метода и вида работ по восстановлению поврежденного транспортного средства – автомобиля «LEXUS NX250», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, при возможных нескольких технологических и организационных вариантах их выполнения выбирается вариант, при котором наиболее полно будут восстановлены до аварийные свойства и внешний вид указанного транспортного средств, а стоимость ремонта будет иметь наименьшее значение (т.1 л.д. 62-74). Таким образом, представленное потерпевшей ФИО заключение эксперта-техника, которым определен размер причиненного преступлением ущерба, соответствует требованиям закона и процессуальных прав осужденного ФИО не нарушает.

Оснований для проведения судебной товароведческой экспертизы, о чем указывает в апелляционной жалобе адвокат, у суда первой инстанции при указанных обстоятельствах не имелось. При этом, как следует из протокола судебного заседания, ни осужденным ФИО, ни его защитником размер стоимости восстановительного ремонта поврежденного автомобиля и, соответственно, размер причиненного ущерба не оспаривались, в связи с чем ходатайств о назначении и проведении дополнительной судебной товароведческой экспертизы стороной защиты не заявлялось.

Доводы адвоката об обратном, в том числе иное толкование ею достоверности доказательств, в том числе содержания заключения эксперта, по убеждению суда апелляционной инстанции, обусловлено стремлением автора жалобы изложить собственный анализ доказательств в контексте избранной позиции защиты с целью убеждения в незаконности получения следствием доказательств, что не соответствует действительности.

Все утверждения защитника, приведенные в апелляционной жалобе, суть которых сводится к отсутствию у ФИО умысла на повреждение чужого имущества и, как следствие, отсутствию в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 167 УК РФ, тщательно проверялись судом первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку опровергаются совокупностью исследованных доказательств.

Изложенные в жалобе многочисленные доводы об отсутствии для потерпевшей реального ущерба, его незначительности для ФИО, поджоге салона автомобиля изнутри, что якобы не может свидетельствовать об общеопасном способе повреждения имущества, представляют собой повторение позиции стороны защиты, доведенной до суда первой инстанции, которой в судебном решении после тщательной проверки доказательств дана надлежащая оценка, оснований не согласиться с которой у судебной коллегии не имеется.

Данные выдвинутые в защиту осужденного ФИО версии о его невиновности в умышленном повреждении чужого имущества путем поджога обоснованно отклонены судом первой инстанции как недостоверные, а изменение позиции потерпевшей ФИО на стадии рассмотрения дела в суде первой инстанции относительно значительности причиненного ущерба свидетельствует, по убеждению суда апелляционной инстанции, лишь о её намерении оказать содействие в освобождении близкого родственника от уголовной ответственности. Оснований сомневаться в том, что имущество потерпевшей ФИО было повреждено путем поджога, равно как и в оценке стоимости его восстановления, вопреки утверждениям адвоката, не имеется, поскольку указанное подтверждается совокупностью согласующихся между собой доказательств, в частности, показаний потерпевшей ФИО и осужденного ФИО, согласившихся со стоимостью восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, установленной заключением эксперта-техника, показаний потерпевшей ФИО, указавшей на причинение ей значительного ущерба, а содержание протоколов осмотра места происшествия и предмета (автомобиля) с приложенными к ним фототаблицами взаимодополняют эти показания и свидетельствуют о повреждении имущества потерпевшей.

Также, вопреки утверждению стороны защиты, судом верно установлено совершение ФИО преступления в условиях, создающих возможность распространения огня на другие объекты и возникновение угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, чужому имуществу, поскольку об опасности перекидывания огня на другие объекты свидетельствуют как показания допрошенных лиц о том, что ФИО через предварительно разбитое стекло передней двери автомобиля, оснащенного горюче-смазочными материалами, совершил поджог его салона с помощью зажигалки, после чего произошло возгорание автомобиля, припаркованного во дворе жилого дома в непосредственной близости с другим автомобилем, что согласуется с содержанием протокола осмотра видеозаписи за ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, на которых запечатлены конкретные действия ФИО по поджогу автомобиля во дворе жилого дома рядом с другим припаркованным автомобилем, при этом возгорание не было сразу локализовано, поскольку ФИО покинул место преступления, не принял мер к тушению, горящий автомобиль был потушен прибывшими сотрудниками полиции с помощью специальных средств, что позволило избежать распространения открытого огня на иные объекты.

Доводы апелляционной жалобы не содержат новых обстоятельств, которые не были предметом оценки суда первой инстанции, по сути, направлены лишь на переоценку доказательств, оснований для которой не усматривается.

Таким образом, суд правильно квалифицировал действия ФИО по ч. 2 ст. 167 УК РФ как умышленное повреждение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога.

Выводы суда являются мотивированными, как в части доказанности вины осужденного ФИО, так и в части квалификации его действий, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм уголовного и уголовно-процессуального законов. Предусмотренных законом оснований для иной правовой оценки действий осужденного, а также для оправдания, прекращения уголовного дела, освобождения от уголовной ответственности и наказания не имеется.

Не может суд апелляционной инстанции согласиться с доводами адвоката о несправедливости приговора в части назначенного ФИО наказания.

Уголовно-правовая трактовка принципа справедливости в УК РФ изложена в статье 6 и предполагает, что наказание, применяемое к лицу, совершившему преступления, должно соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного (часть 1).

Суд первой инстанции, применяя уголовный закон, данный принцип реализовал с учётом, как совершенного преступления, так и личности осужденного.

Вопрос о виде и мере наказания разрешен судом с учетом характера, степени общественной опасности совершенного преступления, которое относится к категории средней тяжести, обстоятельств содеянного, смягчающих наказание обстоятельств, отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, данных о личности ФИО, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, отвечает целям наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ, соразмерно содеянному и с учётом всех обстоятельств дела.

При этом судом в полной мере учтены данные о личности ФИО, перечисленные в приговоре и подтвержденные материалами уголовного дела.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО, суд правильно учел явку с повинной, признание вины, раскаяние в содеянном, положительные характеристики, принесение извинений потерпевшей, его молодой возраст и неудовлетворительное состояние здоровья.

Оснований для признания смягчающими наказание иных обстоятельств, чем установлено судом первой инстанции, не имеется.

Каких-либо смягчающих обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом, сведения о которых имеются в деле, но не учтены судом, не установлено.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что все смягчающие наказание обстоятельства и положительные данные о личности осужденного ФИО не формально приведены в приговоре, а полно, всесторонне исследованы и учтены при назначении наказания.

Выводы суда о применении при назначении ФИО наказания положений ч.1 ст. 62 УК РФ, а также об отсутствии оснований для применения положений ст. ст. 64, 15 ч.6 УК РФ в приговоре мотивированы.

Учитывая, что материалы дела сведений о наличии каких-либо ограничений, предусмотренных ч. 7 ст. 53.1 УК РФ, для назначения осужденному ФИО принудительных работ не содержат, категория совершенного им преступления соответствует требованиям части первой вышеуказанной нормы, а санкция статьи уголовного закона предусматривает данный вид наказания как альтернативу лишения свободы, суд пришел к обоснованному выводу о возможности замены ФИО, который находится в молодом трудоспособном возрасте, ограничений к труду не имеет, лишения свободы принудительными работами.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда, отмечает, что при назначении наказания осужденному суд первой инстанции не допустил формального подхода к оценке обстоятельств, имеющих значение в этом вопросе, обеспечил соблюдение общеправовых принципов справедливости наказания, его индивидуализации и дифференцированности.

Все данные о личности осужденного и другие обстоятельства, влияющие на определение вида и размера наказания, были известны суду и учтены в совокупности при назначении наказания.

Таким образом, все обстоятельства, имеющие отношение к вопросу о назначении наказания, судом были надлежащим образом учтены. Мотивы решения всех вопросов, касающихся назначения вида и размера наказания, мотивированы, и оснований не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции не имеется.

Назначенное ФИО наказание является справедливым и смягчению не подлежит.

Оснований для прекращения уголовного дела в отношении ФИО и его освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшей суд апелляционной инстанции не усматривает исходя из следующего.

В соответствии со ст. 76 УК РФ, лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Согласно ст. 25 УПК РФ на основании заявления потерпевшего суд вправе прекратить уголовное дело в отношении лица, впервые привлекаемого к уголовной ответственности, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Согласно п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», в соответствии со статьей 76 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно при выполнении двух условий: примирения лица, совершившего преступление, с потерпевшим и заглаживания причиненного ему вреда. При разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности судам следует также учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Под заглаживанием вреда понимается имущественная, в том числе, денежная компенсация морального вреда, оказание какой-либо помощи потерпевшему, принесение ему извинений, а также принятие иных мер, направленных на восстановление нарушенных в результате преступления прав потерпевшего, законных интересов личности, общества и государства.

С учетом этого суд в каждом конкретном случае должен решить, достаточны ли предпринятые лицом, совершившим преступление, действия для того, чтобы расценить уменьшение общественной опасности содеянного как позволяющее освободить лицо от уголовной ответственности.

Разрешая ходатайство потерпевшей ФИО, суд первой инстанции правильно принял во внимание, что ФИО ранее не судим, вину в совершении преступления средней тяжести признал, характеризуется положительно, принес извинения потерпевшей, которая приходится ему матерью.

Вместе с тем, суд первой инстанции обоснованно исходил из вышеуказанных положений и разъяснений закона, конкретных обстоятельств дела, данных о личности ФИО, который повредил автомобиль потерпевшей путем поджога, с применением открытого огня, в условиях, грозящих его распространением на другие объекты и возникновением угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, при этом какого-либо личного участия в возмещении потерпевшей причиненного ущерба не принимал, стоимость восстановительного ремонта автомобиля была возмещена в полном объеме страховой компанией.

Указанные обстоятельства не позволяют сделать вывод о достаточности принятых осужденным ФИО мер в виде принесения извинений потерпевшей, направленных на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов не только потерпевшей, но и общества и государства, а достигнутое с потерпевшей примирение, по мнению суда апелляционной инстанции, не повлекло уменьшение степени общественной опасности содеянного и личности самого ФИО

При данных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о невозможности прекращения уголовного дела в отношении ФИО и освобождения от уголовной ответственности, поскольку иное решение не будет соответствовать целям и задачам защиты прав и законных интересов потерпевшей, общества и государства, и прекращение уголовного дела в отношении него не будет способствовать восстановлению социальной справедливости.

Кроме того, положения ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ предусматривают право суда, а не обязанность на прекращение уголовного дела в отношении лица, впервые привлекаемого к уголовной ответственности за совершение преступления небольшой или средней тяжести, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела по данному основанию не противоречит закону, поскольку направлено на достижение целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиление их исправительного воздействия, предупреждение новых преступлений, и тем самым, защиту личности, общества и государства от преступных посягательств.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств судом разрешен в соответствии с требованиями ст. ст. 81, 82 УПК РФ.

Вместе с тем, согласно п. 9 ч. 1 ст. 308 УПК РФ в резолютивной части обвинительного приговора должно быть указано решение о зачете времени предварительного содержания под стражей, если подсудимый до постановления приговора был задержан, или к нему применялись меры пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 настоящего Кодекса, или он помещался в медицинскую организацию, оказывающую медицинскую помощь в стационарных условиях, или в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях.

Из материалов дела усматривается, что в период предварительного следствия в отношении ФИО была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, и для установления психического состояния ему была назначена стационарная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

Постановлением Центрального районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО был помещен в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, для производства стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, где он находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, будучи обвиняемым по настоящему уголовному делу.

В силу положений п. 3 ч. 10 ст. 109 УПК РФ в срок содержания под стражей засчитывается время принудительного нахождения лица в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях.

При этом по смыслу закона время принудительного нахождения по решению суда подозреваемого (обвиняемого), в отношении которого мера пресечения в виде заключения под стражу не избиралась, в медицинской организации, оказывающей медицинскую или психиатрическую помощь в стационарных условиях, засчитывается в срок лишения свободы без применения повышающих коэффициентов кратности, указанных в ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, то есть из расчета один день за один день, поскольку в этот период подозреваемый или обвиняемый не находился в условиях изоляции от общества, предусмотренных для лиц, содержащихся под стражей.

Между тем, судом первой инстанции не зачтено в срок лишения свободы время нахождения обвиняемого ФИО в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях в связи с производством в отношении его стационарной судебно-психиатрической судебной экспертизы в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, чем ухудшено положение осужденного.

Допущенное судом первой инстанции нарушение уголовно-процессуального закона является существенным, повлиявшим на исход дела, что является основанием для внесения в приговор в отношении ФИО соответствующих изменений.

Каких-либо нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора либо внесение в него иных изменений, из материалов дела не усматривается.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Центрального районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО изменить.

Зачесть в срок отбытия наказания время нахождения ФИО в психиатрическом стационаре для проведения стационарной судебно-психиатрической экспертизы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день нахождения в психиатрическом стационаре за один день лишения свободы.

В остальной части этот же приговор суда в отношении ФИО оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката ФИО и ходатайство потерпевшей ФИО – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, при этом кассационные жалоба, представление подаются через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий ФИО