Дело № 1-45/2025 74RS0019-01-2024-002474-36

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Касли 21 апреля 2025 года

Каслинский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего - судьи Янковской С.Р.,

при секретаре Ершовой Н.В., 

с участием государственных обвинителей - заместителя Каслинского городского прокурора Егоровой А.С., старшего помощника Каслинского городского прокурора Кирьяновой М.Б.,

потерпевшего Г.А.В.,

подсудимой ФИО1, ее защитника адвоката Сокол Т.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданки Российской 

<

данные изъяты>, зарегистрированной и проживающей по адресу: 

<

адрес>, судимости не имеющей,

с мерой пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 в с.Багаряк Каслинского района Челябинской области причинила тяжкий вред здоровью потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

В период с 18 часов 00 минут до 23 часов 03 минут ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1, находящейся в состоянии алкогольного опьянения в квартире по адресу: 

<

адрес>, в ходе совместного распития спиртных напитков с ее супругом Г.А.В., произошел конфликт, в ходе которого у ФИО1 из внезапно возникших личных неприязненных отношений возник преступный умысел, направленный на причинение вреда здоровью последнего.

Реализуя указанный преступный умысел, находясь в указанное время и в указанном месте, ФИО1, действуя умышленно, вооружилась приисканным на месте преступления самодельно изготовленным ножом хозяйственно-бытового назначения. После чего ФИО1, осознавая преступный характер своих действий, действуя умышленно с целью причинения тяжкого вреда Г.А.В., приблизилась к потерпевшему, а затем с силой нанесла последнему используемым в качестве оружия ножом не менее одного удара в жизненно-важную часть тела – грудную клетку потерпевшего, причинив своими умышленными действиями Г.А.В. физическую боль, а также рану груди слева с открытым переломом 11 ребра, проникающую в брюшную полость с повреждением пристеночной брюшины, селезенки, толстой кишки, большого сальника, кровоизлиянием в брюшную полость.

Указанная рана является опасной для жизни человека, создает непосредственную угрозу для жизни, что является медицинским критерием квалифицирующего признака (вред здоровью, опасный для жизни человека) в отношении тяжкого вреда здоровью.

Подсудимая ФИО1 в судебном заседании свою вину в совершении инкриминируемого деяния признала частично, указала, что умысла на убийство не имела, от дачи показаний отказалась, воспользовавшись положениями ст. 51 Конституции РФ. 

Из оглашенных в соответствии в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний ФИО1 в качестве подозреваемой от ДД.ММ.ГГГГ, обвиняемой от ДД.ММ.ГГГГ, полученных с участием защитника, с соблюдением требований УПК РФ, следует, что она проживает по адресу: 

<

адрес>, с супругом Г.А.В. и совместным ребенком. ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время, около 10 часов 00 минут, она совместно с супругом Г.А.В. и сыном Г.П.А. пошли в гости к свекрови, чтобы поздравить ту с днем рождения. Побыв некоторое время в гостях, ближе к 13 часам 00 минутам она, Г.А.В. и Г.Т.М. пришли к ним в квартиру, где продолжили отмечать день рождения. Находясь в квартире, они распивали спиртное, пили пиво. В один из моментов между ней и супругом произошел конфликт на бытовой почве. Около 23 часов 00 минут, в ходе продолжения конфликта на кухне, Г.А.В. толкнул ее руками в область правого плеча. От данного толчка она не устояла на ногах и упала на пол, в ходе падения она ударилась левой частью головы об угол кухонного стола, и у нее тут же хлынула кровь. Она решила, что супруг может ее убить. Она поднялась на ноги. В этот момент А. приблизился к ней и начал замахиваться на нее руками. Она стала отходить назад, чтобы избежать ударов, и таким образом она приблизилась к стиральной машинке. Повернувшись к стиральной машинке, она увидела, что на ней лежит самодельный кухонный нож, она схватила его в свою правую руку и, защищаясь от очередного замаха А., нанесла ему один удар ножом в область его живота слева. Все произошло очень быстро и неожиданно. В момент нанесения удара они стояли лицом друг к другу на расстоянии около 50 см. После нанесения удара она бросила нож на пол на кухне. А. от ножевого ранения повалился на пол, на правый бок и схватился руками за рану. После этого она позвала на кухню свекровь, которая в момент нанесения удара находилась в комнате, и попросила, чтобы та вызвала сотрудников скорой помощи, а сама подручными тряпками обтерла тело А. от крови и попыталась придавить рану на животе А. тканью, чтобы остановить кровотечение. Убивать Г.А.В. она не хотела, нанесла удар ножом, чтобы напугать его. Вину в причинении телесного повреждения Г.А.В. в виде ножевого ранения в область живота признала в полном объеме, в содеянном раскаялась (т.1 л.д. 150-154, 174-175).

Приведенные показания ФИО1 подтвердила при проверке показаний на месте от ДД.ММ.ГГГГ, указав, где располагался нож, как она его взяла, и где находились она и Г.А.В., когда она наносила ему удар (т. 1 л.д. 155-164).

Виновность ФИО1 в совершении преступления подтверждается показаниями потерпевшего Г.А.В., свидетеля Г.Т.М., данными в ходе судебного следствия, свидетелей С.Ю.В., П.А.А., данными в ходе предварительного расследования и оглашенными в ходе судебного следствия с согласия сторон в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, а также материалами уголовного дела.

Потерпевший Г.А.В. в судебном заседании пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он, супруга и его мама отмечали день рождения его матери - Г.Т.М. Около 12 часов дня он с супругой пришли в дом его мамы, находились там не более получаса, после чего решили все вместе пойти к ним домой, по адресу: 

<

адрес>, чтобы отметить день рождения. Дома они выпили бутылку водки, объемом 0,5 литра на троих, на кухне, после чего пошли в комнату смотреть телевизор. Примерно через 4 часа он ходил кормить кур у матери и взял еще бутылку водки объемом 0,5 литра. Они продолжили распивать водку. Часов в шесть или семь он ходил еще раз кормить кур, на обратном пути встретил знакомых и с ними выпил еще водки. Сколько выпил, он не помнит, полагает, что находился между средним и сильным состоянием опьянения. Придя домой, он поругался с женой, подошел к мойке, чтобы попить воды, она ему что-то сказала, после чего он возмутился и толкнул ее в плечо. ФИО1 упала в сторону стола, ударилась левым виском об угол стола. Дальше он ничего не помнит, очнулся в больнице. Позже супруга ему сказала, что в этот день нанесла ему удар ножом. На лечении в больнице находился около месяца. Жену простил, охарактеризовал ее исключительно с положительной стороны, полагал, что супруга не хотела его убивать, просил ее не наказывать.

Из оглашенных в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний потерпевшего Г.А.В., ранее данных при производстве предварительного расследования, следует, что после употребления водки на улице со своими знакомыми, пришел домой в состоянии сильного алкогольного опьянения. Из-за того, что он напился, между ним и ФИО1 произошел конфликт, в какой-то момент он толкнул ее. ФИО1 не удержалась на ногах и упала на пол, а при падении ударилась головой о стол или плиту. В месте удара головой у ФИО1 пошла кровь. После этого ФИО1 поднялась, подошла к стиральной машине, которая стояла на кухне, и взяла с нее нож, затем, держа нож в правой руке, ФИО1 подошла к нему и нанесла ножом удар в левую часть тела. От данного удара он испытал физическую боль и из раны сразу пошла кровь. Во время нанесения удара ножом ФИО1 ему ничего не говорила. В этот момент его мама – Г.Т.М. находилась в другой комнате, и что произошло, не видела. После получения ранения он лег на диван или на пол. Г.Т.М. или ФИО1 вызвали скорую помощь (т.1 л.д.116-119, 120-121).

Оглашенные показания потерпевший Г.А.В. подтвердил в части, настаивал на том, что они пили водку. Кроме этого пояснил, что не помнит, чтобы рассказывал следователю о том, что супруга взяла нож и ударила его, так как находился в состоянии шока, и этих событий не помнит. Также не согласился с показаниями о том, что после ранения он лег на диван или на пол. Настаивал на показаниях, данных в суде.

Свидетель Г.Т.М. в судебном заседании пояснила, что она проживает в 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ у нее был день рождения. К ней в гости пришли её сын С. со снохой А.. Они пили чай. Около 12-ти часов они пошли в дом сына. Там они выпили немного пива, были в легкой степени опьянения. Около семи часов вечера С. ушел закрыть кур, они с А. смотрели телевизор. Саши долго не было, около девяти он пришел пьяненький, начал что-то говорить, «буровить». Она ушла в комнату, а С. с А. остались в кухне. В последующем она услышала, как те ругались, затем грохот, потом услышала «ой,ой,ой», выскочила из комнаты и увидела, что С. лежит на правом боку, А. стоит на коленях, держит на его животе полотенце и кричит, что надо вызвать скорую. Они обе звонили в скорую. Скорая помощь приехала быстро, забрала сына. Она спросила у А., что случилось, та рассказала, что в состоянии аффекта она схватила нож, сын стоял рядом, она его стукнула ножом в бок. Про отношения между сыном и снохой пояснила, что живут дружно, ссоры бывают, спиртное употребляют нечасто, в основном по праздникам. 

Как следует из оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля С.Ю.В., она работает фельдшером скорой помощи в 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ она находилась на работе. В 23 часа 03 минуты на стационарный телефон пункта скорой помощи в 

<

адрес> поступил звонок от ФИО2, которая сказала, что по адресу: 

<

адрес> Г.А.В. ножевое ранение. Когда они приехали в квартиру, Г.А.В. лежал на полу в кухне, просил, чтобы она поставила ему укол, так как ему было больно. Г.А.В. пояснил, что ФИО1 ударила его ножом. Она поставила ему обезболивающий укол, осмотрела рану. Рана располагалась в области живота, края у раны были ровные, но кровотечение было незначительное, на полу кухни крови не было. Она обработала рану, наложила на рану асептическую повязку и отвезла его в приемный покой ГБУЗ «Каслинская районная больница» (т.1 л.д.141-142).

Как следует из оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля П.А.А., он работает хирургом хирургического отделения ГБУЗ «Районная больница г. Касли». ДД.ММ.ГГГГ он находился на суточном дежурстве. В 00 часов 40 минут бригадой скорой помощи в приемный покой был доставлен Г.А.В. с проникающим колото-резаным ранением грудной клетки и брюшной полости, состояние у него было тяжелое. Г.А.В. находился в состоянии алкогольного опьянения. Он принял решение оперировать Г.А.В. В ходе операции произведено удаление селезенки, ушивание раны толстой кишки, остановка внутрибрюшного кровотечения, санация и дренирование брюшной полости. Послеоперационный период у Г.А.В. осложнился левосторонним гидротораксом, поэтому Г.А.В. был переведен в г.Челябинск (т.1 л.д.143-144).

Виновность ФИО1 в совершении преступления, кроме того, подтверждается материалами дела в томе №:

- сведениями КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым в 01 час 30 минут от С.Г.А. поступило сообщение о том, что ДД.ММ.ГГГГ в приемный покой поступил гр.Г.А.В. с ножевым ранением в область живота (л.д.15);

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, с фототаблицей, согласно которому осмотрена 

<

адрес>. В ходе осмотра на кухонном столе обнаружен и изъят нож с рукоятью, обмотанной изолентой белого цвета. На металлическом клинке указанного ножа имеются пятна бурого цвета (л.д. 18-25);

- картой вызова скорой помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой в 23 часа 03 минуты поступил вызов для оказания помощи в связи с полученным Г.А.В. ножевым ранением по адресу: 

<

адрес> (л.д.35-38);

- журналом учета вызова скорой медицинской помощи, в котором под номером 780 от ДД.ММ.ГГГГ имеется запись о том, что в 23 часа 03 минуты ФИО1 позвонила и вызвала бригаду скорой помощи в связи с получением Г.А.В. ножевого ранения (л.д.39-41);

- протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, с фототаблицей, согласно которому осмотрен нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ. В ходе осмотра установлено, что общая длина ножа 270 мм, длина клинка 155 мм, длина рукояти 115, толщина лезвия 2,6 мм. Рукоятка обмотана изоляционной лентой белого и зеленого цвета. На клинке имеется наслоения вещества бурого цвета, к которым применена тест-полоска «Гемофан», цвет полоски изменился на зеленый, что указывает на наличие в веществе – гемоглобина, что позволяет сделать вывод о том, что на клинке кровь (л.д.56-59). Данный предмет признан и приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства (л.д.63);

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на клинке ножа, изъятого ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия, обнаружены следы крови человека, исследованием ДНК которых установлено, что кровь произошла от Г.А.В. (л.д.86-95);

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Г.А.В., ДД.ММ.ГГГГ., имела место рана груди слева с открытым переломом 11 ребра, проникающая в брюшную полость с повреждением пристеночной брюшины, селезенки, толстой кишки, большого сальника, кровоизлиянием в брюшную полость. Указанная рана образовалась в результате, как минимум, однократного травматического воздействия предметом, имеющим свойство острого, возможно в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении о назначении экспертизы, является опасной для жизни человека, создающей непосредственно угрозу жизни, что является медицинским критерием квалифицирующего признака (вред здоровью, опасный для жизни человека) в отношении тяжкого вреда здоровью (л.д. 99-100).

В судебном заседании исследовались материалы, характеризующие личность потерпевшего Г.А.В., из которых следует, что он 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. л.д. 123-124, 125-127, 130, 131). 

Оценив всю совокупность добытых и исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, с учетом их относимости, допустимости и достоверности, а все собранные доказательства в совокупности с учетом достаточности для разрешения уголовного дела, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимой ФИО1 в причинении тяжкого вреда здоровью Г.А.В.

У суда не имеется причин считать, что ФИО1, признавая вину в причинении телесных повреждений потерпевшему, оговорила себя.

Оценивая показания потерпевшего Г.А.В. и свидетелей, суд находит их непротиворечивыми, взаимодополняющими, достоверными и кладет в основу приговора. Какой-либо личной заинтересованности потерпевшего либо свидетелей в постановлении обвинительного приговора, оговоре ФИО1, искусственном создании доказательств обвинения, судом не установлено. Напротив, потерпевший не желает привлечения ФИО1 к ответственности, что подтверждает отсутствие у него мотивов для ее оговора. 

Суд не находит оснований сомневаться в выводах, проведенных по делу экспертиз. Как следует из материалов уголовного дела, постановления о проведении экспертиз вынесены уполномоченным лицом в рамках расследования уголовного дела, при этом имеют все необходимые реквизиты и подписи должностного лица. Со всеми постановлениями и заключениями экспертов в ходе предварительного расследования подсудимая и её защитник были ознакомлены, отводов экспертам не заявили. 

Судом не было установлено процессуальных нарушений, связанных с производством экспертиз. Экспертам были разъяснены права и обязанности, они предупреждались об уголовной ответственности, каждое заключение соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, научно обосновано, надлежащим образом мотивировано, ясно, каких-либо оснований сомневаться в правильности выводов не имеется. Заинтересованность экспертов в исходе дела не установлена. Нарушений требований ФЗ «О государственной экспертной деятельности в РФ» при производстве экспертиз судом не усматривается.

Приведенные выше доказательства не находятся в противоречии между собой, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства происшедшего. Оснований не доверять этим доказательствам у суда не имеется.

Давая юридическую оценку действиям подсудимой ФИО1, суд исходит из следующего.

Как установлено судом, после совместного употребления спиртного и употребления спиртного Г.А.В. вне дома, между ФИО1 и Г.А.В. на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений возникла ссора, в ходе которой Г.А.В. толкнул ФИО1, отчего та упала и ударилась головой. ФИО1 сразу поднялась на ноги. После чего, ФИО1, увидев на стиральной машинке нож, схватила его в свою правую руку и нанесла им один удар Г.А.В. в область грудной клетки. При этом взаимное расположение Г.А.В. и ФИО1 друг по отношению к другу органом предварительного расследования в описании инкриминируемого деяния не указано. 

По показаниям потерпевшего, ФИО1 приблизилась к нему, когда он развернулся к мойке, и момент нанесения удара он не видел. Между тем, по оглашенным показаниям Г.А.В., данным в ходе предварительного расследования, ФИО1 ударила его в область брюшной полости. Что согласуется с показаниями свидетеля С.Ю.В., которой Г.А.В. сам рассказал, что его ударила ножом ФИО1, и она увидела рану в области живота. 

Далее, по показаниям подсудимой - Г.А.В. приблизился к ней, замахиваясь руками, она, защищаясь, взяла нож и нанесла им один удар в область живота Г.А.В. слева, при этом они находились лицом друг к другу, после чего Г.А.В. упал на правый бок.

Свидетель Г.Т.М. подтвердила, что, услышав грохот и крики, пришла в кухню и увидела Г.А.В. лежащим на правом боку.

Из вышеуказанного заключения судебно-медицинского эксперта № усматривается напряжение, болезненность в области живота, в числе выводов заключении эксперта указано, что причинение травматического воздействия предметом, имеющим свойства острого, возможно в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении, при этом во вводной части заключения указаны исходные обстоятельства дела о взаимном расположении ФИО1 и Г.А.В. в момент нанесения удара - стоя напротив. 

Кроме того, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, у ФИО1 имела место рана волосистой части головы, которая могла возникнуть в срок, указанный в постановлении о назначении экспертизы, от не менее чем одного травматического воздействия, квалифицирующаяся по признаку кратковременного расстройства здоровья как повлекшая легкий вред здоровью (л.д.104-105).

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО1 нанесла удар ножом Г.А.В. в положении стоя напротив по отношению к потерпевшему, что не выходит за пределы предъявленного обвинения, и подтверждает картину произошедшего, описанную подсудимой: ее действия в виде удара ножом носили ответный характер по отношению к действиям потерпевшего, толкнувшего ее с такой силой, что она упала и ударилась головой. Показания же потерпевшего в судебном заседании, утверждавшего, что он не видел момент нанесения ему удара ФИО1 не согласуются с указанными доказательствами и расцениваются судом как вызванные стремлением помочь ФИО1 избежать ответственности за содеянное, умалив доказательственную базу.

Суд приходит к выводу, что именно предшествовавшее поведение Г.А.В. повлекло нанесение ему ФИО1 удара ножом, которое носило оборонительный, а не нападающий характер.

Квалифицируя эти действия ФИО1 как покушение на убийство, сторона обвинения обосновала это следующим. Вышеуказанные действия ФИО1 по нанесению удара потерпевшему в жизненно важный орган повлекли за собой телесное повреждение, повлекшее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Выбранные ФИО1 способ и орудие преступления - нож, используемый для убоя скота, характер и локализация нанесенного потерпевшему телесного повреждения в область жизненно важного органа человека, перелом ребра потерпевшего свидетельствовали о достаточной силе удара и тем самым - об умысле ФИО1 на причинение смерти Г.А.В.. Утверждение подсудимой о нежелании причинения смерти потерпевшему опровергается, по мнению стороны обвинения, тем, что нанося с достаточной силой удар ножом в жизненно важный орган, подсудимая тем самым предвидела возможность наступления смерти потерпевшего и желала ее наступления.

С такими выводами суд согласиться не может ввиду нижеизложенного.

По смыслу уголовного закона при убийстве умысел виновного направлен на лишение потерпевшего жизни.

В силу правовой позиции, изложенной в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г. N 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)», если убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.). По смыслу уголовного закона и указанной правовой позиции, покушение на убийство возможно только с прямым умыслом виновного, о направленности которого следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного, в частности учитывать не только способ и орудие преступления, но и количество, характер и локализацию телесных повреждений, предшествующее преступлению, и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Вывод о наличии умысла ФИО1 на причинение смерти Г.А.В. обоснован только выбранным способом и орудием преступления, тяжкими последствиями по признаку опасности для жизни и здоровья от нанесенного удара, а также мотивами недоведения убийства до конца своевременно оказанной медицинской помощью.

Между тем, причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему путем нанесения одного удара ножом в область грудной клетки может свидетельствовать о наличии умысла на убийство только в том случае, если имеются и другие доказательства, подтверждающие данный вывод. Таких доказательств в деле нет. 

Напротив, в ходе предварительного следствия и судебного заседания ФИО1 последовательно отрицала наличие у неё умысла на убийство Г.А.В., мотивируя свои действия в тот момент внезапно возникшей неприязнью к потерпевшему из-за словесного конфликта и действий потерпевшего, толкнувшего ее, отчего она упала и ударилась головой. Установлено, что подсудимая и потерпевший являются супругами, длительное время (27 лет) проживают совместно, имеют двух детей, один из которых проживает с родителями. Показаниями самого потерпевшего, положительно характеризующего как супругу, так и сложившиеся между ними отношения, так и показаниями свидетеля Г.Т.М. подтверждается мирный характер длительных брачных отношений Г.. Кроме того, из анализа показаний подсудимой, потерпевшего и свидетеля Г.Т.М., находившейся в момент инкриминируемого события в соседней комнате, следует, что удар ножом носил внезапный характер и при этом намерений убить Г.А.В. подсудимая не высказывала ни ранее, ни в тот момент, когда схватила нож как предмет, случайно попавшийся ей под руку. При этом то обстоятельство, что нож, используемый в семье для разделки мяса и убоя поросят, оказался не обычным ножом хозяйственно-бытового назначения, а кустарно изготовленным и имеющим в этой связи большую убойную силу, во-первых, надлежащими доказательствами по делу не подтверждено, во-вторых, использование такого ножа не подтверждает наличие умысла на убийство, поскольку объективно установлено, что ФИО1 не специально приискала такое орудие, как обладающее большими убойными качествами, а данный нож попался ей под руку как предмет, обычно используемый в обиходе семьи, и в том числе в указанный день. Далее, после удара Г.А.Л. сразу отбросила нож, дальнейших ударов не наносила, напротив, оказала потерпевшему первичную помощь, а также незамедлительно, вместе с Г.Т.М., вызвала скорую медицинскую помощь. 

Приведенные стороной обвинения показания С.К.Г. содержат мнение эксперта о том, что обычно травмы такого рода, какая получена потерпевшим, без оказания медицинской влекут наступление смерти вследствие массивной кровопотери, которое носит вероятностный и обобщённый характер.

Вместе с тем, по делу установлено, что ФИО1 после нанесения потерпевшему одного удара не предпринимала действий, ведущих к достижению преступной цели - причинить смерть потерпевшему, при наличии реальной возможности их совершить, поскольку каких-либо препятствий для этого не имелось.

Напротив, ФИО1 сама оказала Г.А.В. неотложную помощь, что, как показал специалист А.В.М. в судебном заседании, в совокупности со своевременно оказанной медицинской помощью, которая незамедлительно вызвана самой ФИО1 и по ее просьбе - Г.Т.М., в данном случае сыграло значительную роль и предотвратило наступление смерти. 

Как следует из показаний свидетеля Г.Т.М., потерпевший после причиненных телесных повреждений держался за бок, находился в сознании, упал, но «ойкал», был доступен к контакту с окружающими, с их помощью спустился в машину скорой помощи. Показаниями свидетеля С.Ю.В. также подтверждается, что Г.А.В. находился в сознании, просил поставить обезболивающий укол, самостоятельно оделся и спустился в машину скорой помощи. 

При таких обстоятельствах у подсудимой ФИО1 не имелось объективных оснований полагать, что от содеянного ею неизбежно наступит смерть потерпевшего, и вместе с тем, при наличии умысла, имелась объективная возможность довести реализацию умысла до конца. Показания подсудимой об отсутствии желания причинить смерть подтверждаются показаниями потерпевшего и очевидца её постпреступного поведения Г.Т.М., указавших, что Г.А.В. после достижения преступного результата в виде одного ножевого ранения самостоятельно бросила нож на пол и стала оказывать неотложную помощь, вызвала скорую медицинскую помощь.

Такие вышеуказанные объективные данные не согласуются с изложенными в обвинении выводами о причинах, по которым ФИО1, имея прямой умысел на убийство Г.А.В., не довела свое преступное намерение до конца.

Суд принимает во внимание и другие исследованные доказательства, изложенные выше.

Таким образом, исходя из вышеизложенной правовой позиции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и, учитывая, что прямой умысел на убийство Г.А.В. в действиях ФИО1 не установлен, правовая оценка содеянного ею должна быть дана при таких условиях исходя из фактически наступивших последствий как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему и, с учетом способа его причинения - с использованием предмета, используемого в качестве оружия, а именно: самодельно изготовленного ножа хозяйственно - бытового назначения.

Оценив в совокупности доказательства, представленные сторонами и признанные достоверными, суд, определяя их как полученные с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, приходит к убеждению о достаточности оснований для признания ФИО1 виновной в совершении умышленного преступного деяния в отношенииГ.А.В., а именно: в причинении ему тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, с применением ножа, используемого в качестве оружия, поскольку между преступными действиями ФИО1 и наступившими негативными последствиями для потерпевшего имеется прямая причинная связь.

Таким образом, действия ФИО1 суд квалифицирует по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Суд не соглашается с доводами защиты о квалификации действий подсудимой по ч. 1 ст. 114 УК РФ, поскольку оснований полагать, что ФИО1 умышленно причинила тяжкий вред здоровью потерпевшего при превышении пределов необходимой обороны, не имеется. 

Так, в части 1 статьи 37 УК РФ общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица. Несмотря на то, что Г.А.В. толкнул ФИО1, отчего та упала и получила рану в области волосистой части головы, других действий, которые бы создавали реальную опасность для жизни ФИО1, он не совершал. Так, подсудимая и потерпевший не оспаривали, что ФИО1 имела возможность покинуть место конфликта, однако сама этого не сделала; действия Г.А.В. шли в развитие словесного конфликта, то есть не являлись в данной остановке для неё неожиданными, и она могла и должна была объективно оценить степень и характер опасности действий Г.А.В., которые не являлись нападением, создающим реальную угрозу ее жизни или здоровью. 

При назначении наказания подсудимой ФИО1 в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 7, 43, 60 УК РФ, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершённого ею преступления, обстоятельства его совершения, данные о личности подсудимой, влияние назначаемого наказания на её исправление и условия жизни ее семьи.

Подсудимая совершила преступление, относящееся в соответствии со ст. 15 УК РФ, к категории тяжкого. С учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности суд не находит оснований к применению положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменению категории преступления на менее тяжкую. 

При изучении личности подсудимой судом установлено, что ФИО1 не 

<

данные изъяты> (т.1 л.д.187).

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд в соответствии со ст. 61 УК РФ учитывает: признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшему, мнение потерпевшего, просившего о снисхождении и не желавшего привлечения подсудимой к ответственности, наличие несовершеннолетнего ребенка (ч.2 ст.61 УК РФ); активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче подробных показаний, подкрепленных в ходе проверки показаний на месте (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), оказание первичной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, и вызов скорой помощи, а также совершение иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, в виде помощи в ходе лечения и реабилитации (п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ), противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления (п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ).

В качестве обстоятельства, отягчающего обстоятельства, предусмотренного ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, суд признает совершение преступления Г.А.Л. в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, при этом учитывая следующее.

Потерпевший полагал, что подсудимая, находясь в трезвом состоянии, не могла бы совершить данное деяние, указав, что она не стала бы развивать конфликт, а уложила бы его спать. Далее, из рапорта участкового уполномоченного полиции следует, что ФИО1 периодически употребляет спиртные напитки совместно с супругом. Кроме того, ФИО2 ранее в ДД.ММ.ГГГГ привлекалась к уголовной ответственности по п. «в» ч.2 ст.115 УК Р2Ф за нанесение легкого вреда здоровью Г.А.В., уголовное дело прекращено (т.1 л.д.189-193), и, исходя из описания инкриминируемого деяния, находилась в состоянии алкогольного опьянения. Таким образом, налицо склонность к противоправному поведению подсудимой именно в состоянии алкогольного опьянения, которая именно в таком состоянии утрачивает критический контроль за своими поступками. 

Иных отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, личность виновной, обстоятельства дела, суд считает, что исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновной, её поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не имеется, следовательно, не имеется оснований для применения при назначении наказания положений ст. 64 УК РФ. Равно как и оснований к прекращению уголовного дела суд не находит.

С учетом изложенного и содеянного, конкретных обстоятельств дела, характера, степени общественной опасности преступления, характеристики личности подсудимой, исходя из положений ст. 43 УК РФ, в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденной и предупреждения совершения ею новых преступлений, суд приходит к выводу, что исправление ФИО1 без изоляции от общества невозможно, поэтому назначает ей наказание, связанное с лишением свободы.

Учитывая обстоятельства дела, личность подсудимой, суд считает возможным не назначать ей дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Суд не находит оснований для постановления наказания в виде лишения свободы условным в порядке ст. 73 УК РФ, поскольку это не будет отвечать тяжести содеянного, обстоятельствам дела, данным о личности подсудимой, и целям наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ.

С учетом наличия в действиях подсудимой ФИО1 отягчающего обстоятельства отсутствуют основания для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Вид исправительного учреждения определяется по правилам п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

В силу положений п. 10 ч. 1 ст. 308 УПК РФ при вынесении обвинительного приговора суд принимает решение о мере пресечения в отношении подсудимого до вступления приговора в законную силу.

На стадиях предварительного и судебного следствия в отношении ФИО1 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Учитывая данные о личности подсудимой, вид назначенного наказания, а также в целях обеспечения исполнения приговора, суд считает необходимым до вступления приговора в законную силу изменить ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу, взяв её под стражу немедленно в зале суда.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей до вступления приговора суда в законную силу засчитывается в срок лишения свободы и исчисляется из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вопрос по приобщенным к материалам уголовного дела вещественным доказательствам подлежит разрешению на основании ст.ст. 81-82 УПК РФ. При этом нож, являющийся орудием преступления, подлежит уничтожению, в связи с чем по ходатайству потерпевшего возвращению не подлежит. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307 – 309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 до вступления настоящего приговора в законную силу изменить на заключение под стражу, взяв её под стражу немедленно в зале суда.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу, засчитать в срок лишения свободы время содержания её под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до вступления настоящего приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. 

По вступлении приговора в законную силу, вещественное доказательство: нож, уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Челябинского областного суда в течение 15 суток со дня его оглашения, а осужденной ФИО1, содержащейся под стражей, в тот же срок со дня вручения ей копии приговора, с подачей апелляционной жалобы и представления через Каслинский городской суд Челябинской области.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также вправе ходатайствовать о назначении адвоката, в том числе и за счёт государства, просить о замене адвоката или отказаться от адвоката.

В случае подачи апелляционного представления или апелляционных жалоб другими участниками судопроизводства, затрагивающих интересы осужденного, ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции подается осужденным в течение 15 суток с момента вручения ему копии апелляционного представления либо апелляционных жалоб.

Председательствующий судья: С.Р. Янковская 

Апелляционным определением Челябинского областного суда от 25 июня 2025 года приговор изменен:

- исключено из описательно-мотивировочной части суждение об оборонительном, а не нападающем характере действий ФИО1, и указание на привлечение осужденной к уголовной ответственности в 2017 году по п. "в" ч. 2 ст.115 УК РФ за нанесение легкого вреда здоровью Г.А.В.;

- на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ признать в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1: осуществление ухода за братом, являющимся лицом с ограниченными возможностями здоровья, наличие матери, страдающей серьезными заболеваниями, мнение потерпевшего, не имеющего претензий к осужденной.

Применить при назначении наказания положения ст. 73 УК РФ и считать наказание в виде двух лет лишения свободы условным с испытательным сроком четыре года; возложить на осужденную обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться на регистрацию в указанный орган.

Меру пресечения в виде заключения под стражу отменить, из-под стражи ФИО1 освободить.

В случае отмены условного осуждения зачесть ФИО1 в срок наказания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Кирьяновой М.Б. и апелляционную жалобу адвоката Сокол Т.И. – без удовлетворения.

Приговор вступил в законную силу