№ 1-246/2024

УИД 37RS0023-01-2024-002453-36

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Шуя Ивановской области 19 декабря 2024 года

Шуйский городской суд Ивановской области в составе председательствующего судьи Бештоева Р.А., 

при секретаре судебного заседания К. и ведении протокола судебного заседания помощником судьи К., 

с участием государственных обвинителей Мугу А.Х., К.,

потерпевшей П., 

подсудимого ФИО1,

его защитника – адвоката Г., представившей удостоверение № и ордер №,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело в отношении:

ФИО1, родившегося (данные изъяты), судимого:

- ДД.ММ.ГГГГ Шуйским городским судом 

<

адрес> по ч. 1 ст. 162 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима, освобожденный ДД.ММ.ГГГГ по отбытии срока наказания,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

Ш. совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

В период времени с 12 часов ДД.ММ.ГГГГ по 4 часа 43 минуты ДД.ММ.ГГГГ в ходе ссоры между ФИО1 и У., находившимся по адресу: (адрес), в связи с внезапно возникшими личными неприязненными отношениями у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на причинение смерти У., то есть на ее убийство.

Реализуя свой преступный умысел, в вышеуказанные дату, период времени и месте Ш., осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения смерти У. и желая наступления таких последствий, подошел к лежащей на полу У. и, действуя умышленно, с целью убийства У. с силой нанес последней своими ногами, обутыми в сланцы, не менее 4 (четырех) ударов в область головы, то есть в области расположения жизненно-важных органов человека, и незамедлительно после нанесения ударов потерпевшей, осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде смерти У. и желая наступления таких последствий, действуя умышленно, с целью убийства У. своими руками схватил за шею У. и приподнял ее с пола, после чего с силой в течение длительного периода времени сдавливал руками шею потерпевшей до тех пор, пока У. не перестала оказывать сопротивление вследствие дефицита кислорода в организме, то есть удушения. 

В результате преступных действий Ш. причинил У. следующий вред здоровью: 

<

данные изъяты> имеет критерии средней степени тяжести вреда здоровью.

Смерть У. наступила на месте преступления через непродолжительный промежуток времени от травмы шеи от сдавления кожи, мягких тканей, сосудисто-нервных пучков, гортани с развитием кислородного голодания мозга, урежением сердечных сокращений, то есть в результате умышленных действий ФИО1

В судебном заседании подсудимый Ш. вину в совершении преступления признал частично, указывая, что умысла убивать У. у него не было, при этом не оспаривал, что от его действий наступила смерть У. Указал, что с 2019 года проживал с У. по адресу: (адрес). ДД.ММ.ГГГГ У. выписали из больницы, где она проходила лечение. По указанному адресу ДД.ММ.ГГГГ около 21 часа они перекусили, и он лег спать, в это время У. попросила его лечь к стене, чтобы ей было удобнее вставать, не перешагивая через него, поскольку у нее была сломана нога. Он лег ближе к стене и усн

<

адрес> около 23 часов от сильного храпа и сапа и, присев на диван, он увидел, что У. лежит на полу, вследствие чего он стал на нее кричать, чтобы она легла на кровать, поскольку у нее имелся ряд заболеваний. У. сообщила ему, что она упала с лестницы и не может встать, что болит нога и онемела правая рука. Встав с дивана и одев резиновые тапки, он включил свет, подошел к лежащей на полу У. и стал на нее кричать, говорил, что вызовет СМП. У. так же в ответ начала на него кричать, говорила, что СМП ей не нужна и что устала лежать в больнице. Отметил, что У. лежала на подушке, на которой уже имелись засохшие пятна бурового цвета, а также была укрыта покрывалом от кресла. Указал, что вокруг подушки на паласе также были пятна темно-бурового цвета. Вследствие возникшей злости на нее и конфликта между ними он к ней подошел и нанес 3-5 несильных удара ступней правой ноги, обутой в тапок, в область лица сверху вниз. После нанесения ударов у У. пошла кровь из носа и губы. После этого он присел, взял шею У. обеими руками и сжал ее, после чего положил обратно на подушку. Пояснил, что в момент нанесения ударов и удушения У. ничего не говорила, никаких звуков не издавала, привстать не пыталась. После этого У. перевернулась на правый бок, укрылась покрывалом от кресла, закашляла, сказала, что сейчас ляжет спать. Далее он выключил свет и лег обратно спать. Проснувшись около 3-4 часов утра, он заметил, что У. так же лежит на полу без движения. Он начал ее звать, однако У. ничего не отвечала. Подумав, что она лежит без сознания, он позвонил в СМП. Диспетчер сообщила ему, что надо брызнуть водой в лицо У., что он и сделал. Далее он протер ей лицо, однако она в сознание не пришла. После этого он обул кроссовки и с мобильным телефоном вышел на улицу встречать СМП. Спустя некоторое время он опять позвонил в СМП, на что ему ответили, что СМП уже выехала. После он вернулся в дом, повторно звал У., однако она никаких признаков жизни также не подавала. До приезда СМП он перенес тело У. на диван. Позже подъехала СМП, два фельдшера зашли в дом, одна из них осмотрела У. и сказала, что она мертва. После этого он подошел к У., обнял ее и заплакал, на что второй фельдшер сказала ему отойти, и он ушел в другую комнату и стал звонить П., которой он сообщил о смерти У. после падения с лестницы. Позже приехали сотрудники полиции, осмотрели дом, им он пояснил, что У. упала с лестницы. После этого его доставили в следственный комитет, где он дал чистосердечное признание в том, что нанес несколько ударов У. в область лица правой ногой, обутой в резиновый сланец, и схватил за шею на фоне конфликта. Отметил, что раны на затылке у У. он заметил лишь после приезда СМП во время осмотра. При этом указал, что во время нанесения им ударов У. ее голова лежала на подушке, об пол или другие предметы головой она не ударялась. Указал, что образование кровоподтеков, ссадин, рану левого локтевого сустава и разгибательный перелом 8 ребра от его действий не признает, поскольку У. падала и могла их получить в результате падения, поскольку у нее нога была сломана, а также сама У. незадолго до смерти ему поясняла, что упала с лестницы. При этом указал, что при нем У. не падала. Когда он ложился спать ДД.ММ.ГГГГ, он на теле У. никаких повреждений не заметил, поскольку она была одета, а с момента выписки ее из больницы ДД.ММ.ГГГГ он ее без одежды так же не видел, отметив лишь, что на лице у У. имелись старые повреждения, при этом на боли в ребрах она не жаловалась. Кроме того, указал, что после смерти У. полы в комнате дома он не мыл. Пояснил, что с У. у них были хорошие отношения, ранее ее не избивал, мог лишь пару раз во время ссор нанести несильный удар по лицу (пощечина). Указал, что явки с повинной писал добровольно, без оказания на него давления. 

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, в связи с наличием существенных противоречий были оглашены показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого (Т. 2 л.д. 109-115) и обвиняемого (Т. 2 л.д. 132-139, 149-152, 167-175), в том числе с просмотром в судебном заседании видеозаписи допроса (Т. 2 л.д. 116), а также при проверке показаний на месте подозреваемого ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ вместе с просмотром в судебном заседании видеозаписи проверки показаний на месте (Т. 2 л.д. 119-125, 126). 

Из показаний подозреваемого и обвиняемого ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (Т. 2 л.д. 109-115, 132-139) следуют сведения аналогичные, данным им в судебном заседании показаниям. Так же отметил, что ни он, и ни У. в этот день спиртные напитки не употребляли, в состоянии опьянения не находились. Кроме того, указал, что У. ДД.ММ.ГГГГ выписали из больницы, у нее была сломана нога, и он осуществлял за ней уход. О смерти У. он в этот же день сообщил её тете П. У. умерла от его действий. Убивать ее не хотел. Показания повторять не желает.

Из показаний обвиняемого ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (Т. 2 л.д. 149-152) следует, что У. он нанес от 3 до 5 ударов сланцем, надетым на ноге по лицу. Перед тем как он лег спать около 22 часов у У. на лице, руках, ногах, спине кровоподтеков, ссадин не было. ДД.ММ.ГГГГ перед тем, как она уехала на лечение в хирургическое отделение, У. упала с лестницы во дворе на своих ходунках и их сломала. От падения у нее на лице и туловище образовались гематомы. ДД.ММ.ГГГГ он забрал ее из больницы, на тот момент времени у нее остался небольшой след на левой щеке. ДД.ММ.ГГГГ он был у У. дома, съездил домой за машинкой для стрижки волос. ДД.ММ.ГГГГ весь день он был дома с У. Также, когда он проснулся 29 августа 2024 года около 23 часов, он увидел на лице У. рассечение на лице в области носа. У нее была кровь. Он проснулся от ее храпа и громкого дыхания. Горел свет в прихожей и дверь в комнату была прикрыта. Поэтому он посчитал, что она не выходила из комнаты. На тот момент времени он видел у У. рассечение на лице, гематомы под глазами, кровь на подушке. Он разозлился на то, что У. не ложится на диван и ногой сверху вниз нанес 2-3 удара. Затем руками он обхватил шею и стал сжимать. Когда он стал душить У., он считает, что она уже была мертва и умерла она не от его побоев. У. он не убивал, смерти У. он не желал, он ее любил. Душил У. несколько секунд, потом положил ее на подушку, она не двигалась.

Из показаний обвиняемого ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (Т. 2 л.д. 167-175) следует, что с обстоятельствами совершения преступления согласен частично, указал, что нанес У. 3-5 ударов ногой, обутой в сланец по голове и лицу. Травма шеи и головы образовались от его действий, поскольку нанес ногой удары У., а затем двумя руками схватил ее за шею. При этом указал, что травма груди в виде перелома ребра, кровоподтеки, ссадины на теле и локтевом суставе у У. образовались в результате ее падения ДД.ММ.ГГГГ со ступеней в коридоре, о чем ему известно со слов самой У. Пояснил, что у У. нога была сломана, она плохо ходила и могла упасть, при этом факт падения он сам не наблюдал. Указал, что смерть У. наступила от его действий, однако убивать не хотел. Следы крови на его сланце имеются, поскольку он наносил удары ногой, обутой в сланец, в кроссовках он ходил по комнате, и, возможно, на них попала кровь, на белых кедах кровь образовалась давно, а на одежде кровь могла образоваться в результате переноса У. на диван. Также указал, что У. вытирала кровь, когда упала, в связи с чем на полотенце образовалась ее кровь, при этом полы в комнате он не мыл. 

В своем заявлении от ДД.ММ.ГГГГ (Т. 1 л.д. 56) Ш., после разъяснения ему всех предусмотренных законом прав, в том числе права воспользоваться помощью защитника, а также положения ст. 51 Конституции РФ, признается в том, что ДД.ММ.ГГГГ он находился у своей знакомой по адресу: (адрес). Находясь в спальне дома в вечернее время, он лежал на кровати, а У. на полу, на паласе. Он стал требовать у У., чтобы она встала и легла на кровать. Из-за его требований произошла ссора. Он подошел к У., ее голова лежала на полу – на паласе. Он ее около 5 раз ударил правой ногой по голове. Удары наносил сверху вниз. Затем он схватил У. руками за шею, а именно, левой рукой сзади шеи, а правой рукой спереди, после чего с силой сдавил ее шею руками, потом положил ее на пол и лег спать на кровать. Через некоторое время он проснулся и увидел, что У. лежит там же, где он ее оставил. Подойдя к ней, он пытался ее растормошить, но признаков жизни она не подавала. Он принес ее на кровать и вызвал скорую помощь.

Кроме того, Ш. ДД.ММ.ГГГГ обратился в СО по 

<

адрес> СУ СК России по 

<

адрес> и добровольно сообщил о совершенном им преступлении, о чем был составлен протокол явки с повинной (Т. 2 л.д. 93-96). Указал сведения, аналогичные показаниям, данным им ДД.ММ.ГГГГ в качестве подозреваемого. Кроме того пояснил, что он проснулся от громкого хрипа и сильного дыхания. На его требование встать У. начала вставать, она сидела на ягодицах на полу в сгибнутом состоянии. Также подтвердил, что в момент нанесения ударов по лицу У. ударялась затылком об пол, у нее пошла кровь из затылка, которую он заметил после нанесения ударов, и посинели глаза. Также схватил обеими руками за шею У., приподнял ее и со злости сжал ей шею. Проснувшись около 3 часов ночи и увидев, что У. лежит без сознания, он испугался, начал ее тормошить, и поскольку ее голова вся была в крови, он вытер лицо и щеки влажными салфетками, при этом заметил на лице рассечение. Отметил, что по другим частям тела У. удары он не наносил, она могла сама упасть, поскольку у нее нога была сломанной и она плохо ходила. В судебном заседании также просмотрена видеозапись дачи явки с повинной (Т. 2 л.д. 97), которая соответствует письменному протоколу явки с повинной. 

После оглашения протокола явки с повинной и просмотра видеозаписи протокола явки с повинной Ш. пояснил, что давал их добровольно, без какого-либо на него давления. При этом указал, что образование повреждений на затылочной части головы У. от его действий не подтверждает, пояснив, что поторопился в данной части при даче показаний, поскольку был растерянный, испугался, что человек умер от его действий. 

Согласно протоколу проверки показаний на месте подозреваемого ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (Т. 2 л.д. 119-125) в ходе проверки Ш. подтвердил ранее данные им ДД.ММ.ГГГГ показания, указав, что дал их добровольно, без какого-либо принуждения, и также пояснил, что после обнаружения У. без сознания у нее вокруг глаз были синяки, разбита губа и было рассечение на голове в области затылка, которые образовались от нанесенных им ударов. Прибыв по адресу: (адрес) подозреваемый Ш. на манекене продемонстрировал, как лежала на полу в комнате дома по указанному адресу У., где он сам спал, а также каким-образом наносил удары правой ногой, обутой в тапок, схватил за шею обеими руками, приподнял и сжимал шею У. Также показал, как перенес тело У. с пола на диван. В ходе проверки показаний на месте Ш. пояснил, что У. какое-либо сопротивление не оказывала. В судебном заседании также просмотрена видеозапись проверки показаний на месте (Т. 2 л.д. 125), которая соответствует письменному протоколу.

После оглашения протокола проверки показаний на месте и просмотра видеозаписи Ш. также указал, что участвовал, все показывал добровольно, замечаний на протокол не поступило, при этом также указал, что образование повреждений на затылочной части головы У. от его действий не подтверждает, поскольку ее голова лежала на подушке, также пояснил, что поторопился дать такие показания при проверке показаний на месте. 

Вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается достаточной совокупностью относимых и допустимых доказательств, которые были исследованы в судебном заседании.

Допрошенная в судебном заседании потерпевшая П. пояснила, что У. была её племянницей, при этом с кем она проживала, не знает. ДД.ММ.ГГГГ ей на мобильный телефон позвонил Ш., которого она ранее не знала, и сообщил о смерти У., указав, что последняя пошла во двор, упала и умерла. Прибыв по месту жительства У., ей сообщили, что произошло убийство. Зайдя в дом, она на паласе увидела кровяные пятна, на подушке была кровь, на диване в комнате увидела тело У., у которой руки и ноги были согнутые. Указала, что в августе У. проходила лечение в больнице из-за сломанной ноги, откуда она выписалась ДД.ММ.ГГГГ, при этом она ее навещала и видела следы телесных повреждений у У.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Г. указала, что в августе она работала фельдшером ССМП ОБУЗ «Шуйская ЦРБ». Рано утром в конце августа поступил вызов о том, что у женщины перебита голова, кровотечение. Она вместе с фельдшером У. выехали по адресу, где констатировали смерть женщины. В доме кроме ФИО1 никого не было. Пояснила, что женщина лежала на кровати на боку, без признаков жизни. Она обнаружила на голове у женщины три раны в области затылка и теменной области – диаметром 3-5 см., а крови не было, поскольку со слов ФИО1, он вытер ее влажными салфетками. При них Ш. звонил родственникам У., сообщал о ее смерти. Указала, что на кровати были следы крови, а Ш. им сообщил, что он пришел к У. около 2-х часов ночи и обнаружил ее лежащей на полу после падения с лестницы, после чего он помог ей дойти до кровати и вызвать СМП. Отметила, что Ш. переживал и нервничал. 

В судебном заседании с согласия сторон были оглашены показания свидетеля Г., данные ею на стадии предварительного следствия, в связи с наличием противоречий в части даты, времени, места, в которых она сообщила, что в 4 часа 43 минуты ДД.ММ.ГГГГ на ССМП поступил вызов по адресу: (адрес), к У. ввиду нахождения последней без сознания. Бригада СМП направилась по указанному адресу и прибыли в 5 часов. На улице их встретил Ш., которого она ранее не знала. При проходе в прихожую и помещение кухни заметила, что деревянные доски пола блестели, и она поняла, что пол был недавно помыт. На полу были разводы с полосами красного цвета, она считает, что это была кровь. Они прошли в комнату, которая находится слева из смежной комнаты дома. На полу она увидела пятна красного цвета, как она поняла, это была кровь. На диване лежала женщина, которая была одета в футболку и штаны. Женщина лежала на правом боку, лицом вверх, руки согнуты в локтях, лежали у головы, ноги согнуты в коленных суставах. Она не двигалась, звуков никаких не издавала. На лице, волосистой части головы было много спекшейся крови. На вопрос, что произошло с женщиной и говорила ли она с ним, Ш. ответил, что он обнаружил У. в таком состоянии ДД.ММ.ГГГГ около 4 часов утра, когда пришел к ней домой, и что У. сказала ему, что она упала с лестницы в хозяйственной постройке. Они прошли к дивану и стали осматривать женщину. Кожные покровы были бледные, на ощупь тело было холодным. При осмотре лица установлены множественные гематомы мягких тканей, под обоими глазами были тоже гематомы. В области переносицы имелась ушибленная рана размером примерно 1*0,5 см. При осмотре головы, на затылочной части обнаружены 3 раны, скальпированные с рваными краями, размером примерно 5*0,5 см, 3,0*3,0 и 1,0*1,0 см. В области спины, левом боку имелись множественные ссадины, гематомы, на локтях имелись ссадины. Волосистая часть головы была в крови. Рот женщины был приоткрыт, во рту была кровь. Дыхание отсутствовало, тоны сердца не выслушивались, зрачки расширены, на свет не реагировали, корнеальный рефлекс отсутствовал. Трупное окоченение было слабо выражено в мышцах области лица, в других группах мышц окоченения не было. В 5 часов 1 минуту У. констатирована смерть. Пока они ждали сотрудников полиции, Ш. сидел в соседней комнате и звонил, как она поняла, родственнику У., и в ходе разговора он сказал, что У. умерла, и попросил прийти к ней в дом. Пока они оформляли документы, приехали сотрудники полиции (Т. 1 л.д. 98-101). 

Оглашенные показания свидетель Г. подтвердила в полном объеме, пояснила, что могла многое к настоящему времени забыть ввиду давности рассматриваемых событий.

Допрошенный в судебном заседании свидетель оперуполномоченный ОУР МО МВД России «Шуйский» С. указал, что около 6 часов в конце ДД.ММ.ГГГГ года в дежурную часть поступило сообщение по факту обнаружения трупа женщины по адресу: (адрес). Вместе с участковым уполномоченным полиции Б. проехали по указанному адресу, где их встретил Ш. Зайдя в дом, он увидел труп У., который лежал на кровати с синяками и гематомами в области лица, затылочной части головы и всему телу, в том числе и на шее. О выявленных признаках насильственной смерти он сообщил в дежурную часть и в следственный комитет, после чего Ш. стал нервничать. Указал, что при входе в прихожую заметил, что полы были влажные, и он понял, что пол был помыт, также у входа в углу лежала сырая тряпка. Пройдя в комнату, он заметил пятна крови на стенах, на дверных косяках и тумбочке. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель участковый уполномоченный полиции Б. указал, что ДД.ММ.ГГГГ около 6 часов поступило сообщение о том, что по адресу: (адрес), обнаружен труп У. После этого они вместе с С. выехали по указанному адресу, где их встретил Ш. и сообщил, что в доме лежит женщина. Они зашли в дом, и ему показалось, что в доме убирались, помыли полы недавно. В доме кроме ФИО1 никого не было. Не подходя к У. из первой комнаты дома, он заметил, что она лежит на боку, спиной к нему. С. подошел к трупу, сфотографировал и, указав на признаки насильственной смерти, вызвал сотрудников следственного комитета. После этого он пошел делать обход соседей, допрашивать их. 

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля У. следует, что ДД.ММ.ГГГГ он работала в должности фельдшера ССМП ОБУЗ «Шуйская ЦРБ». От диспетчера станции скорой медицинской помощи ей стало известно, что в 4 часа 43 минуты ДД.ММ.ГГГГ поступил вызов по адресу: (адрес), к У. Повод к вызову - У. находится без сознания. Бригада на спецавтомобиле ССМП направилась по указанному адресу. В 05 часов 00 минут они прибыли по адресу вызова. На улице их встретил незнакомый ей мужчина. По внешнему виду ей показалось, что он был трезвым, запаха спиртного от него не чувствовала. Мужчина представился, но его личные данные она уже не помнит. Он сказал, что он сожитель У. Они прошли в частный одноэтажный дом. Прошли в комнату, где был диван, мебельная стенка, 2 кресла. Она обратила внимание на то, что в коридоре и кухне, комнатах доски пола блестели. Она так поняла, что пол в доме был недавно помыт. На полу около дивана она увидела пятна красного цвета, как она поняла, что это была кровь. Пятна тоже были потертые. На диване в комнате лежала незнакомая ей женщина, которая была одета в футболку и штаны. Женщина лежала на правом боку, лицом вверх, руки согнуты в локтях, лежали у головы, ноги согнуты в коленных суставах, на ноге была повязка. Женщина не двигалась, звуков никаких не издавала. На лице, волосистой части головы она увидела кровь. Они прошли к дивану и стали осматривать женщину. Кожные покровы были бледные, на ощупь тело было холодным. При осмотре лица установлены множественные кровоподтеки мягких тканей, под обоими глазами были гематомы. В области переносицы имелась ушибленная рана размером примерно 1*0,5 см. При осмотре головы, на затылочной части обнаружены 3 раны, скальпированные с рваными краями, размером примерно 5*0,5 см, 3,0*3,0 и 1,0*1,0 см. Волосистая часть головы была в крови. Рот женщины был приоткрыт, во рту была кровь. Дыхание отсутствовало, тоны сердца не выслушивались, зрачки расширены, на свет не реагировали, корнеальный рефлекс отсутствовал. Трупное окоченение было слабо выражено в мышцах области лица, в других группах мышц окоченения не было. В 05 часов 01 минуту У. констатирована смерть. Они сказали мужчине, что ввиду обнаружения телесных повреждений у У. и ее смерти, будет вызвана полиция. Мужчина говорил, что он знает и все понимает. Пока они ждали сотрудников полиции, данный мужчина сидел в соседней комнате. Она слышала, что он позвонил кому-то, как она поняла, родственнику У., и в ходе разговора он сказал, что У. умерла, и попросил прийти к ней в дом. Выйдя на улицу, увидела, что к дому приехали сотрудники полиции. Они с ФИО1 прошли в дом. Она прошла за ними и пояснила, что У. мертва. После этого она уехала с указанного адреса. Сотрудники полиции оставались в доме (Т. 1 л.д. 102-105).

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля А. и О. подтверждается факт совместного проживания У. и ФИО1 по адресу: (адрес)(Т. 1 л.д. 114-119, 121-126).

Вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается также исследованными в судебном заседании материалами уголовного дела.

Так, ДД.ММ.ГГГГ в МО МВД России «Шуйский» поступило сообщение о происшествии, в котором сообщалось об обнаружении по адресу: (адрес), трупа У., возможно криминал, СМП на месте просит вызвать полицию (Т. 1 л.д. 55), что также подтверждено сведениями (Т. 2 л.д. 25-26) и диском с аудиозаписью, осмотренным ДД.ММ.ГГГГ (Т. 2 л.д. 27-30), полученными из ОГКУ «Управление по обеспечению защиты населения и пожарной безопасности 

<

адрес>», осмотренным также в судебном заседании. 

Факт совместного проживания ФИО1 с У. и наличие между ними скандалов кроме показаний свидетелей также подтверждается характеристикой участкового уполномоченного полиции (Т. 1 л.д. 68). 

В ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ с применением фотофиксации и с участием потерпевшей П., специалиста Л., следователя-криминалиста К. эксперта Е. осмотрено место происшествия, зафиксирована обстановка. На деревянном полу, на расстоянии 35 см от порога и 110 см от правой стены обнаружено пятно красно-бурого цвета, с пятна на марлевый тампон делается смыв; на полу, на расстоянии 90 см от левого окна и 100 см от левой стены обнаружено пятно красно-бурого цвета, с которого на марлевый тампон делается смыв. При визуальном осмотре комнаты № установлено, что на кресле лежит подушка со следами красно-бурого цвета, подушка изъята и упакована в коробку, при визуальном осмотре паласа обнаружены пятна красно-бурого цвета, на расстоянии 80 см от порога и 220 см от левой стены сделан вырез с паласа. На расстоянии 140 см от порога и 245 см от левой стены с паласа сделан вырез. При визуальном осмотре дивана обнаружены пятна красно-бурого цвета, с ткани дивана сделан вырез ткани, который упакован в конверт. На стенке обнаружен мобильный телефон в корпусе черного цвета, который изымается и упаковывается в конверт. На диване расположен труп женщины – У. Труп лежит на правом боку, ногами на юг, головой на север. Рот открыт, глаза закрыты. Во рту имеются выделения красного цвета, в ушах имеются выделения красного цвета. Правая верхняя конечность расположена под туловищем, согнута в локтевом суставе под углом ближе к 30°. Кисть сжата в кулак. Левая верхняя конечность согнута в локтевом суставе под углом ближе к 90°. Левая верхняя конечность расположена под правой. На лице, голове, шее, верхних и нижних конечностях и груди имеются множественные ссадины и кровоподтеки. В области лица, левой верхней конечности располагаются раны линейной формы. В затылочной области головы имеется группа ран неправильной звездчатой формы. С трупа изымается одежда, также изъят мобильный телефон (Т. 1 л.д. 21-50), которые были осмотрены ДД.ММ.ГГГГ (Т. 2 л.д. 52-72).

ДД.ММ.ГГГГ в присутствии защитника – адвоката - у ФИО1 изъяты образцы отпечатков пальцев рук для сравнительного исследования (Т. 1 л.д. 142-144), по результатам исследования экспертом установлено, что следы пальцев рук, изъятые на липкие ленты №, №, № в ходе осмотра места происшествия, для идентификации личности пригодны. След пальца руки, откопированный на липкую ленту №, оставлен большим пальцем левой руки ФИО1, след пальца руки, откопированный на липкую ленту №, оставлен указательным пальцем правой руки ФИО1, а след пальца руки, откопированный на липкую ленту №, оставлен средним пальцем левой руки ФИО1 (Т. 1 л.д. 148-151). 

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что смерть У. наступила в результате травмы шеи от сдавления кожи, мягких тканей, сосудисто-нервных пучков, гортани с развитием кислородного голодания мозга, урежением сердечных сокращений. На трупе У. обнаружены:

- травма шеи: кровоподтек с ссадиной на переднебоковой средней трети шеи, массивные кровоизлияния в толще мягких тканей и переднебоковых поверхностях средней трети шеи, перелом подъязычной кости справа, которое образовалось в результате, вероятно, 1-го кратного травматического воздействия какого-либо тупого твердого предмета (предметов) с местом приложения воздействующей силы в область передней и правой боковой поверхностей шеи, в направлении спереди назад и справа налево, на что указывает: локализация повреждений и кровоизлияний в мягких тканях выше указанных областей, наличие массивных кровоизлияний в мягких тканях шеи. Данный вред здоровью сопровождался нарушением анатомической целостности верхних дыхательных путей и развитием механической асфиксии, имел давность от момента воздействия до наступления смерти не более 10-15 минут. Данное повреждение, согласно п. ДД.ММ.ГГГГ «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», имеет критерии тяжкого вреда здоровью, по признаку опасности для жизни человека, вызвавший расстройство жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и обычно заканчивается смертью, находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти пострадавшего; 

- ушибленные раны головы. Этот вред, причиненный здоровью, образовался от трехкратного воздействия твердого предмета и, согласно п. 8.1 «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», имеет медицинские критерии Легкого вреда здоровью, как обязательно, без лечения, влекущее кратковременное расстройство здоровья менее 21 дня; имели давность в пределах 3 часов на момент смерти пострадавшей; 

- травма головы в виде пластинчатой субдуральной гематомы. Этот вред, причиненный здоровью, образовался от однократного воздействия твердого предмета и, согласно п. 7.1 «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», имеет медицинские критерии средней степени тяжести вреда здоровью, как обязательно, без лечения, влекущее длительное расстройство здоровья свыше 21 дня, имела давность в пределах 3-х часов на момент смерти пострадавшей. 

Все указанные повреждения причинены в период времени от нескольких минут и не более 3-х часов, при этом У. могла передвигаться, разговаривать после получения травмы головы до и в момент травмы шеи, но до момента потери сознания (Т. 1 л.д. 157-159). При осмотре самого ФИО1 какого-либо вреда его здоровью не установлено (Т. 1 л.д. 163). 

Допрошенный в судебном заседании судебный эксперт Е. подтвердил выводы заключения № от ДД.ММ.ГГГГ (Т. 1 л.д. 157-159), которые были им даны в ходе предварительного расследования. Кроме того указал, что при идеальном падении из вертикального положения, стоя, руки по швам, падении лицом вперед, весь комплекс указанных повреждений одновременно невозможно получить. Пояснил, что кровоподтеки имели давность не более суток на момент смерти, в п. 6 указан интервал времени. Кровоподтеки и ссадины причинены в течение одних суток, но интервал времени между ними не более трех часов. 

ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 также изъяты образец буккального эпителия, срезы ногтевых пластин с кистей правой и левой рук, смывы с левой и правой рук для сравнительного исследования. Кроме того у ФИО1 изъяты мобильный телефон марки TECNO SPARK 10 модель TECNO KI5g, футболка, брюки камуфляжные, жилет, трусы и носки черные, пара черных кроссовок, пара сланцев, пара белых кед (Т. 1 л.д. 175-178, 181-185, 188-192, Т. 2 л.д. 42-46), которые были осмотрены ДД.ММ.ГГГГ (Т. 2 л.д. 52-72), а ДД.ММ.ГГГГ года в ходе выемки у эксперта Е. изъяты срезы ногтевых пластин с правой и левой кистей, образец крови, смывы с правой и левой рук с трупа У. (Т. 2 л.д. 33-38).

По результатам проведенной экспертизы, установлено, что на двух марлевых тампонах со смывами с пола комнаты №, на двух вырезах с ковра, на двух вырезах с дивана, на ногтевых срезах с правой и левой руки трупа У., на полотенце, на подушке, на футболке У., на штанах У., на двух марлевых тампонах со смывами с правой и левой руки трупа У., на футболке ФИО1, на брюках ФИО1, на трусах ФИО1, на паре носков ФИО1, на левой кроссовке ФИО1, на паре сланцев ФИО1, на паре кед ФИО1 обнаружена кровь человека, и наблюдается полное совпадение генотипических аллельных комбинаций данных объектов между собой и с генотипическими аллельными комбинациями образца крови У., что указывает на то, что данные биологические следы могли произойти от У. Происхождение биологических следов от ФИО1 исключается. Препараты ДНК, выделенные из биологических следов на марлевом тампоне со смывами с правой ФИО1, на ногтевых срезах с правой и левой руки ФИО1, принадлежат Ш. Препарат ДНК, полученный из биологических следов на марлевом тампоне со смывом с левой руки ФИО1 представляет собой смесь не менее чем двух индивидуальных ДНК мужского и женского генетического пола. В биологических следах на смыве с левой руки ФИО1 присутствуют биологические следы У. в смеси с биологическим материалом ФИО1 (Т. 1 л.д. 198-244).

Согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, возможность образования телесных повреждений в виде травмы головы и шеи у потерпевшей У. при механизме, указанном ФИО1 в ходе следственных действий, не исключается. Оценить возможность образования иных телесных повреждений (кроме головы и шеи) у потерпевшей У., указанных в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, по показаниям подозреваемого ФИО1, данным в ходе следственных действий, нельзя, ввиду отсутствия в этих показаниях какой-либо информации относительно указанных повреждений (Т. 2 л.д. 2-7).

Из карты вызова скорой медицинской помощи установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 4 часа 43 минуты скорая помощь вызвана по адресу: (адрес), к У., поскольку последняя находилась без сознания. По приезде сотрудниками скорой помощи констатирована смерть У. в 5 часов 1 минуту, о чем было сообщено в МВД (Т. 2 л.д. 11).

Факт нахождения У. на момент вызова СМП без сознания и вызов СМП ФИО1 установлены в результате осмотра ДД.ММ.ГГГГ диска с аудиозаписью, полученного из ОБУЗ «Станция скорой медицинской помощи 

<

адрес>», из которого следует, что по адресу: г. (адрес), У. лежит в помещении указанного дома без сознания, при этом у неё имелось кровотечение, которое Ш. остановил и обтер её влажными салфетками (Т. 2 л.д. 17-21), которое было прослушано в судебном заседании. Кроме того, при осмотре телефона ФИО1 установлено, что в списке информационного содержимого «Вызовы» имеется запись исходящего вызова на № (Т. 2 л.д. 75-79). 

Указанные доказательства, исследованные в судебном заседании, суд находит собранными в соответствии с требованиями норм уголовно-процессуального закона. Оценив исследованные доказательства в соответствии со ст. 87, 88 УПК РФ, суд считает их относимыми, допустимыми, достоверными, достаточными для постановления обвинительного приговора.

Время, место произошедших событий, не оспариваются сторонами, не вызывают правого спора и установлены достаточной совокупностью приведенных выше доказательств.

Проанализировав показания подсудимого, потерпевшей, свидетелей, изучив письменные материалы уголовного дела, суд считает, что вина подсудимого ФИО1 в совершении преступления нашла свое полное подтверждение.

Оценивая показания подсудимого ФИО1, данные в ходе судебного заседания и на предварительном следствии на предмет их достоверности, суд считает, что более правдивыми являются его показания, данные на следствии ДД.ММ.ГГГГ, т.к. они являются более последовательными и согласующимися как между собой, так и с другими доказательствами по делу. 

Подсудимый Ш. в ходе предварительного следствия свою вину признавал частично, указав, что нанес У. 3-5 удара в область головы и лица, то есть в области расположения жизненно-важных органов человека, при этом У. ударялась головой об пол, и незамедлительно после нанесения ударов потерпевшей своими руками схватил за шею У. и приподнял ее с пола, после чего с силой в течение длительного периода времени сдавливал руками шею У. В судебном заседании Ш. не отрицал причастности к убийству У. и что смерть последней наступила именно от его действий, однако указал, что У. головой об пол не ударялась, поскольку лежала на подушке и в момент удушения он ее не приподнимал. 

Несмотря на не подтверждение в указанной части подсудимым своих показаний, данных им на стадии следствия, оснований не доверять им у суда не имеется. Они были даны ФИО1 в присутствии его защитника, перед допросом ему были разъяснены права, предусмотренные ст. 46 УПК РФ, и положения ст. 51 Конституции РФ, а также то, что в последующем данные показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае последующего отказа от них. Каких-либо нарушений при их получении не установлено. В связи с чем в совокупности с иными доказательствами по делу суд находит показания подсудимого о непричастности к травме головы и затылочной части обусловленными защитой от предъявленного обвинения, стремлением избежать наказание за содеянное, что подтверждается противоречивыми и непоследовательными показаниями об обстоятельствах преступления.

Также позиция подсудимого ФИО1 противоречит его показаниям, данным на стадии предварительного следствия в качестве подозреваемого, протоколу его явки с повинной и протоколу проверки показаний на месте от ДД.ММ.ГГГГ, в которых он указывал, что У. после каждого удара головой затылком ударялась об пол, у нее пошла кровь из затылка, которую он заметил после нанесения ударов, и посинели ее глаза. У У. в месте рассечения головы потекла кровь по всей голове. Также вследствие возникшей злости и ненависти к У., он схватил ее руками за заднюю часть шеи левой рукой, а правой рукой схватил за переднюю часть шеи, приподнял её из положения лежа в полусидя и сдавил ей шею на несколько секунд, после чего положил ее обратно на подушку, выключил свет и лег спать. При этом не указывал, что У. с ним разговаривала после этого. Проснувшись утром около 3-4 часов утра, он включил свет и понял, что У. лежит без сознания. Данные обстоятельства Ш. подтвердил также при проверке показаний на месте. 

Показания ФИО1 были получены с соблюдением требований п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, а также п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, в присутствии защитника, с разъяснением Ш. его процессуальных прав, положений и значения ст. 51 Конституции РФ, в том числе, права не свидетельствовать против себя самого.

Ш. в судебном заседании дал непоследовательные и взаимоисключающие показания и указанная позиция не согласуется с другими доказательствами, в том числе, с экспертными заключениями, с показаниями ФИО1, данными в ходе предварительного следствия, в том числе при проверке показаний на месте. Так в разных судебных заседаниях подсудимый по-разному описывал одни и те же обстоятельства, им давались взаимоисключающие ответы на одни и те же вопросы, задаваемые стороной защиты и обвинения. Такую позицию подсудимого суд объясняет его правом на защиту, желанием улучшить свое положение и смягчить свою ответственность за содеянное. С учетом изложенного, суд пришел к выводу, что показания подсудимого являются достоверными только в той части, в которой они согласуются с совокупностью других доказательств по делу.

В судебном заседании были просмотрены видеозаписи протокола проверки показаний на месте, явки с повинной, допроса ФИО1 в качестве подозреваемого, каких-либо нарушений, либо несоответствия печатному тексту протоколов суд не усматривает.

Согласно видеозаписи протокола проверки показаний на месте, Ш. самостоятельно и последовательно сообщает о произошедших событиях, отвечает на многочисленные уточняющие вопросы. Какого-либо незаконного воздействия на подсудимого в ходе его допроса на предварительном следствии, просмотренные видеозаписи не содержат, отсутствуют какие-либо обстоятельства, позволяющие поставить под сомнение процедуру получения этих доказательств.

Протоколы допросов ФИО1 и проверки его показаний на месте от ДД.ММ.ГГГГ имеют подписи, как ФИО1, так и его защитника, что подтверждает согласие участников следственного действия с изложенными в них данными. Каких-либо замечаний в ходе допросов ФИО1, проверки его показаний на месте со стороны последнего, равно как и его защитника, не поступило.

Ш. добровольно давал показания о преступлении, сообщив, в частности, мотив и цели его совершения, а также детальные сведения о способе причинения им смерти потерпевшей, которые нашли свое подтверждение показаниями свидетелей и результатами проведенных экспертных исследований.

Заявление подсудимого о совершенном им преступлении от 30 августа 2024 года, который судом признается в качестве явки с повинной, также получено с соблюдением требований закона, т.к. это заявление было написано ФИО1 добровольно, при разъяснении ему всех предусмотренных законом прав, в том числе права воспользоваться помощью защитника, что в судебном заседании подтвердил сам подсудимый и подтвердил содержание, написанного им заявления.

Непосредственной причиной смерти У., согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ, явилась травма шеи от сдавления кожи, мягких тканей, сосудисто-нервных пучков, гортани с развитием кислородного голодания мозга, урежением сердечных сокращений.

При этом суд пришел к однозначному выводу о том, что смерть У. наступила именно в результате действий ФИО1 и находится в непосредственной причинно-следственной связи с его противоправными действиями. Ш. действовал с прямым умыслом с целью убийства У., при этом осознавал и предвидел, что в результате данных насильственных действий с неизбежностью наступит смерть потерпевшей, и желал этого.

Судом достоверно установлено, что мотивом совершения подсудимым с прямым умыслом убийства У. явились личные неприязненные отношения, возникшие вследствие словесной перепалки между ФИО1 и У., из-за громкого храпа и сильного дыхания последней. 

Кроме того, о наличии у подсудимого прямого умысла на совершение преступления свидетельствуют и конкретные обстоятельства убийства У., в частности, способ причинения телесных повреждений, их локализация и непосредственно травма шеи от сдавления кожи, мягких тканей, сосудисто-нервных пучков, гортани с развитием кислородного голодания мозга, урежением сердечных сокращений.

Заявление подсудимого об отсутствии у него умысла на убийство У. опровергнуты совокупностью других доказательств, в том числе выводами заключения эксперта о причине смерти У.

Судом достоверно установлено, что со стороны У. отсутствовало посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни и здоровья подсудимого, отсутствовали какие-либо иные обстоятельства, вызывающие необходимость обороны от действий погибшей. Никаких телесных повреждений потерпевшая Ш. не причиняла и не покушалась на его жизнь и здоровье.

В ходе предварительного следствия по уголовному делу свидетели У., А., О., а в судебном заседании свидетели С., Б. и Г. давали последовательные показания относительно всех известных им обстоятельств произошедшего, показания высказаны категорично, без каких-либо сомнений, которые объективно соотносятся с совокупностью иных доказательств по делу, изобличая причастность ФИО1 к совершению преступления в отношении У. 

Показания свидетелей обвинения не основаны на догадках, они указали источники их осведомленности, подтверждая причастность ФИО1 к совершенному преступлению, перед допросами свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, нарушений требований уголовно-процессуального законодательства судом не установлено.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям потерпевшей П., поскольку её показания не противоречивы, согласуются с показаниями подсудимого и свидетелей, а также обстоятельствами совершенного преступления, письменными материалами дела, получены в соответствии с требованиями УПК РФ, сопровождались разъяснением прав и ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Суд не установил при исследовании доказательств какого-либо оговора ФИО1 со стороны потерпевшей и свидетелей относительно обстоятельств и условий совершения данного преступления.

При оценке показаний свидетелей С. и Б. суд учитывает, что сотрудник полиции может быть допрошен в суде только по обстоятельствам проведения того или иного следственного или процессуального действия при решении вопроса о допустимости доказательства, а не в целях выяснения содержания показаний допрошенного подозреваемого или обвиняемого. Поэтому показания указанных свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно со слов ФИО1, в приговоре не приведены и не используются в качестве доказательств виновности подсудимого.

Суд полагает, что ряд несущественных противоречий в показаниях допрошенных лиц, не влияющих на установление юридически значимых обстоятельств по уголовному делу, зависит исключительно от их субъективного восприятия события преступления и обусловлен давностью произошедшего.

Наличие причиненных У. телесных повреждений, их локализация, механизм образования и степень тяжести установлены на основании проведенных по делу и исследованных судом судебных экспертиз. 

У суда нет оснований не доверять выводам экспертов, а также для признания исследованных судом заключений экспертов недопустимыми доказательствами, и подвергать их выводы сомнению, поскольку данные экспертизы проведены в установленном законом порядке, их выводы даны компетентными экспертами, имеющими большой практический опыт в данной области, данные выводы мотивированы, дополняют друг друга и не противоречат между собой, согласуются с совокупностью иных доказательств, взятых судом в основу приговора, по мнению суда, их выводы достаточны для принятия решения по делу.

Установленные судом обстоятельства причинения смерти У. и последующее поведение подсудимого прямо свидетельствуют о том, что при совершении убийства все его действия носили последовательный, продуманный и целенаправленный характер, что исключает его нахождение в состоянии аффекта, отсутствие сопротивления со стороны У. на физическое насилие ФИО1 также объективно исключает нахождение последнего в условиях необходимой обороны.

Следственные действия по уголовному делу проведены с соблюдением требований действующего уголовно-процессуального законодательства и процедуры их проведения, уполномоченными на то лицами, ход и результаты которых закреплены в соответствующих протоколах и удостоверены подписями участников следственных действий.

Суд признает законным проведение оперативно-розыскных мероприятий, поскольку они осуществлялись для решения задач, определенных в ст. 2 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных соответственно статьями 7 и 8 указанного Федерального закона.

При таких обстоятельствах каких-либо оснований для признания недопустимыми или недостоверными доказательств, представленных стороной обвинения, суд не усматривает, все представленные доказательства суд признает относимыми и кладет их в основу приговора.

Государственным обвинителем в качестве доказательств вины подсудимого был представлен документ, который не может быть положен в основу приговора. Это рапорт следователя СО по 

<

адрес> СУ от ДД.ММ.ГГГГ, поданный на имя и.о. руководителя СО по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес>, где следователем сообщалось об обнаружении ДД.ММ.ГГГГ трупа У. по адресу: (адрес), с признаками насильственной смерти.

Вместе с тем, такой рапорт не является доказательством, поскольку не отвечает требованиям, установленным в ст. 74 УПК РФ, и не может быть положен в основу обвинительного приговора.

Суд не приводит в приговоре в качестве доказательств содержание представленных государственным обвинителем документов: справки об исследовании № от ДД.ММ.ГГГГ (Т. 1 л.д. 53), справки врача-психиатра и врача-нарколога на У. (Т. 1 л.д. 70, 72), постановлений о получении образцов для сравнительного исследования (Т. 1 л.д. 141, 174, 180, 187), копии карты вызова скорой медицинской помощи (Т. 2 л.д. 14), сопроводительного письма ОБУЗ «ССМП» от ДД.ММ.ГГГГ (Т. 2 л.д. 16), постановлений о признании и возвращении вещественных доказательств (Т.2 л.д. 22, 31, 51, 73, 80), постановления о производстве выемки от ДД.ММ.ГГГГ (Т. 2 л.д. 32), постановления о производстве выемки (Т. 2 л.д. 40-41), протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ (Т. 2 л.д. 47-50), расписка П.. (Т. 2 л.д. 74), копии медицинских документов на У., (Т. 2 л.д. 83-89), письмо МО МВД России «Шуйский» от ДД.ММ.ГГГГ (Т. 2 л.д. 91), поскольку содержащаяся в них информация либо не устанавливает обстоятельства, подлежащие доказыванию: время, место и способ совершения преступления, либо фиксирует порядок получения доказательств, существо которых изложено в описательно-мотивировочной части настоящего приговора.

С учетом вышеизложенного, суд считает, что все представленные стороной обвинения доказательства, положенные судом в основу обвинительного приговора, согласуются между собой, а также с исследованными материалами дела, являются объективными, достоверными, допустимыми, относимыми, их совокупность достаточна для принятия решения по делу, так как они полностью подтверждают виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния.

В то же время, проанализировав представленные доказательства, суд, руководствуясь ч. 2 ст. 252 УПК РФ, изменяет предъявленное Ш. обвинение путем исключения из него, как не нашедшие свое достаточное подтверждение в судебном заседании, обвинения нанесение У. не менее 34 ударов в области туловища, грудной клетки, а также верхних и нижних конечностей, в результате которых образовались телесные повреждения в виде кровоподтеков, ссадин на теле У. и указание на ушибленные раны левого локтевого сустава и разгибательный перелом 8 ребра справа по лопаточной линии с повреждением плевры, кровоизлияния мягких тканей груди. По материалам дела не исключается, а обвинением не опровергнуты доводы подсудимого, что ударов У. в область груди, туловища и локтевого сустава он не наносил, а указанные повреждения получены У. вследствие падения из-за перелома ноги.

Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы по трупу У. кровоподтеки и ссадины единственные из иных прижизненных телесных повреждений, описанных экспертом, имеют другую давность причинения, которая составляет в пределах 1 суток на момент наступления смерти. В то время как иные прижизненные телесные повреждения причинены незадолго до наступления смерти (не более 3 часов).

Учитывая, что смерть У. наступила не позднее 4 часов 48 минут ДД.ММ.ГГГГ, указанные телесные повреждения могли быть получены задолго до произошедших событий.

Одновременно суд исключает из предъявленного подсудимому обвинения указание на причинение потерпевшей физической боли, поскольку объективных доказательств этого суду представлено не было.

Данные изменения обвинения не влияют на квалификацию действий подсудимого, не ухудшают положения подсудимого и не нарушают его право на защиту.

Таким образом, действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Квалифицируя действия ФИО1 как убийство, суд принимает во внимание целенаправленный и последовательный характер действий подсудимого, который нанес лежащей на полу У. удары ногами в область головы, то есть в места расположения жизненно важных органов человека, и незамедлительно после нанесения ударов потерпевшей, своими руками схватил за шею У. и приподнял ее с пола, после чего с силой в течение длительного периода времени сдавливал руками шею потерпевшей до тех пор, пока У. не потеряла сознание вследствие дефицита кислорода в организме, то есть удушения. 

Смерть У. наступила на месте преступления через непродолжительный промежуток времени от травмы шеи от сдавления кожи, мягких тканей, сосудисто-нервных пучков, гортани с развитием кислородного голодания мозга, урежением сердечных сокращений, то есть в результате умышленных действий ФИО1

Вопреки доводам подсудимого об отсутствии умысла на причинение смерти У., в ходе рассмотрения дела достоверно установлено, что подсудимый действовал с прямым умыслом, направленным на причинение смерти У., о чем свидетельствует способ совершения преступления, характер и локализация нанесенных ударов, где расположены жизненно важные органы, и удушения, что свидетельствует о том, что он осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность их наступления в виде смерти У. и желал этого. Целенаправленные и осмысленные действия ФИО1 во время совершения преступления, а именно сдавливание жизненно важного органа человека - шеи, вплоть до наступления смерти У., свидетельствуют о наличии у ФИО1 прямого умысла, направленного именно на лишение жизни потерпевшей. Между действиями подсудимого и наступившими последствиями (смертью потерпевшей) имеется прямая причинно-следственная связь. В связи с этим оснований для иной квалификации действий подсудимого у суда не имеется.

С доводом защитника об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, суд не соглашается, поскольку оно опровергается совокупностью приведенных выше доказательств.

Причастность к совершению преступления другим лицом в судебном заседании не установлена.

Судом тщательно проанализированы все доводы стороны защиты, изложенные в ходе судебного заседания, в выступлениях прений сторон. Ни один из этих доводов не является обоснованным и не может поставить под сомнение виновность подсудимого в совершении инкриминируемого ему деяния, так как опровергается совокупностью доказательств по делу, взятой в основу приговора.

Таким образом, допросив подсудимого, потерпевшую, свидетелей, исследовав материалы дела и оценивая изложенное в совокупности, суд считает, что место, время, способ и обстоятельства совершения подсудимым преступления, соответствующий умысел подсудимого на его совершение достоверно установлены в судебном заседании приведенными выше доказательствами, которые свидетельствуют о доказанности вины подсудимого в совершенном им преступлении.

Судом исследованы данные, характеризующие личность ФИО1 Как установлено в судебном заседании, Ш. в браке не состоит, не имеет на иждивении несовершеннолетних детей и престарелых родственников, не работает, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, участковым уполномоченным полиции характеризуется неудовлетворительно.

Согласно характеристике ФКУ ИК-3 УФСИН России по 

<

адрес> Ш., за весь период отбывания наказания нарушений режима содержания не допускал, имел 11 поощрений.

Согласно заключению комиссии судебных психолого-психиатрических экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ Ш. в настоящее время хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдает, как не страдал ими во время совершения инкриминируемого ему деяния. У ФИО1 (данные изъяты) (Т. 1 л.д. 169-171). 

Каких-либо сомнений в том, что во время совершения преступления Ш. мог и осознавал фактический характер и общественную опасность своих действий, мог и руководил ими, у сторон и суда не имеется. В этой связи, принимая во внимание заключение врачей судебно-психиатрических экспертов, обстоятельства содеянного, поведение подсудимого в суде, его характеризующие данные, суд признает ФИО1 в отношении содеянного вменяемым, подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

При назначении наказания суд, в соответствии со ст. 6, 60, 61 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного. А также принимает во внимание принцип справедливости, согласно которому наказание и иные меры уголовного характера должны быть справедливыми, соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 суд признает в соответствии с п. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ - явки с повинной; активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, которое также выразились в участии в проверке показаний на месте, добровольной выдаче одежды и обуви, что позволило существенно расширить и закрепить доказательственную базу по делу; оказание иной помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления (принятие мер к вызову скорой медицинской помощи).

По ч. 2 ст. 61 УК РФ суд признает частичное признание подсудимым вины в совершенном преступлении, раскаяние в содеянном, состояние его здоровья, в том числе особенности его психики.

Иных, смягчающих наказание подсудимого ФИО1, обстоятельств не имеется. 

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ в качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО1, суд учитывает наличие рецидива преступлений, образующийся по приговору Шуйского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, который в соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ является опасным.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое является особо тяжким преступлением, данные о личности подсудимого, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на его исправление, в связи с чем полагает необходимым назначить наказание в виде лишения свободы на определенный срок по ч. 1 ст. 105 УК РФ с применением дополнительного наказания в виде ограничения свободы, так как, по мнению суда, такое наказание обеспечит достижение его целей и окажет достаточное исправительное воздействие. 

Правовых оснований для применения положений ч. 1 ст. 62, ст. 73 УК РФ при назначении наказания не имеется.

Не имеется оснований и для освобождения подсудимого от дополнительного наказания в виде ограничения свободы, поскольку препятствий для его назначения, установленных ч. 6 ст. 53 УК РФ, не имеется и одновременно с этим, характер и тяжесть совершенного подсудимым преступления, данные о его личности, свидетельствуют о необходимости обеспечения после отбытия ФИО1 наказания в виде лишения свободы дальнейшего контроля за его поведением с установлением обязательных ограничений, предусмотренных ч. 1 ст. 53 УК РФ, а также возложением обязанности в виде явки в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Также судом обсужден вопрос о возможности применения в отношении подсудимого положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, однако с учетом конкретных фактических обстоятельств совершенного преступления, степени его общественной опасности, а также учитывая, что судом подсудимому назначается наказание свыше предусмотренного ч. 6. ст. 15 УК РФ, оснований для изменения категории совершенного преступления в отношении ФИО1 не имеется.

При назначении наказания суд руководствуется положениями ч. 1, 2 ст. 68 УК РФ. С учетом данных о личности ФИО1 суд не находит оснований для применения ч. 3 ст. 68 УК РФ.

Также не имеется правовых оснований для замены Ш. наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке, установленном ст. 53.1 УК РФ.

Обстоятельств, исключающих преступность и наказуемость деяния подсудимого, а также обстоятельств, которые могут повлечь за собой освобождение подсудимого от уголовной ответственности либо наказания за совершение данного преступления, не установлено.

Суд не находит совокупность вышеперечисленных смягчающих обстоятельств исключительными и существенно уменьшающими степень общественной опасности совершенного преступления, поскольку они не связаны с его целями и мотивами, а также поведением виновного во время совершения инкриминируемого ему деяния.

Оснований для применения ст. 64 УК РФ с учетом личности подсудимого и конкретных обстоятельств дела суд не находит.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ назначенное наказание Ш. должен отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Поскольку не изменились обстоятельства, послужившие основанием для избрания Ш. меры пресечения в виде заключения под стражу, учитывая адекватность примененной меры пресечения инкриминированному Ш. преступлению и данным о его личности, до вступления приговора в законную силу суд оставляет ему меру пресечения в виде заключения под стражу, которая на основании ч. 2 ст. 97 УПК РФ, необходима также для обеспечения исполнения приговора.

Срок отбытия назначенного наказания надлежит исчислять со дня вступления приговора в законную силу, зачитывая при этом в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, начало срока содержания под стражей суд исчисляет с момента фактического его задержания.

Наличие медицинских противопоказаний, свидетельствующих о невозможности содержания подсудимого в местах лишения свободы, материалы дела не содержат и суду не представлены.

Гражданский иск по делу не заявлен. 

Судьба вещественных доказательств по делу подлежит разрешению в порядке ст. 81, 82 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307–310 УПК РФ, 

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 (девять) лет 6 (шесть) месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 1 (один) год.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ на период отбывания наказания в виде ограничения свободы установить Ш. следующие ограничения:

- в течение одного года после освобождения из мест лишения свободы, без согласия специализированного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, в котором осужденный будет проживать после отбытия наказания в виде лишения свободы;

- не изменять место жительства или пребывания, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить обязанность на ФИО1 являться один раз в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в день, установленный данным органом. 

До вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении ФИО1 в виде заключения под стражу оставить без изменения. 

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ (с даты его фактического задержания) до вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства по делу по вступлению приговора в законную силу: 

- диск с аудиозаписью разговора из ОГКУ «Управление по обеспечению защиты населения и пожарной безопасности 

<

адрес>»; диск с аудиозаписью разговора ФИО1 из ОБУЗ «Станция скорой медицинской помощи 

<

адрес>»; дактилокарта ФИО1, находящиеся в уголовном деле, хранить там же в течение всего срока хранения последнего;

- марлевый тампон № со смывом вещества красно-бурого цвета с пола комнаты №; ватный тампон № со смывом вещества красно-бурого цвета с пола комнаты №; вырез № с ковра в комнате № с веществом красно-бурого цвета; вырез № c ковра в комнате № с веществом красно-бурого цвета; вырез № с комнаты № с дивана с пятнами вещества красно-бурого цвета; вырез № с дивана комнаты № с пятнами вещества красно-бурого цвета; смыв с правой руки ФИО1; смыв с левой руки ФИО1; срезы ногтевых пластин с правой руки ФИО1; срезы ногтевых пластин с левой руки ФИО1; срезы ногтевых пластин правой руки У.; срезы ногтевых пластин левой руки У.; смывы с рук с трупа У.; образец крови с трупа У.; ватная палочка с образцом буккального эпителия ФИО1; темная дактилоскопическая пленка со следом подошвы обуви; 3 липкие ленты со следами пальцев рук, хранящиеся при уголовном деле в камере хранения вещественных доказательств Шуйского городского суда 

<

адрес> – уничтожить;

- футболку, штаны камуфляжные, трусы, пару носков, жилет, пару черных кроссовок, пару сланцев, пару белых кед ФИО1; подушку; махровое полотенце; футболку и штаны У., хранящиеся при уголовном деле в камере хранения вещественных доказательств Шуйского городского суда 

<

адрес> – уничтожить, как не востребованные сторонами;

- мобильный телефон марки TECNO SPARK 10 модель TECNO KI5g, принадлежащий Ш., хранящийся в камере хранения вещественных доказательств СО по 

<

адрес> – вернуть Ш. по принадлежности;

- мобильный телефон марки «Nokia», хранящийся в камере хранения вещественных доказательств СО по 

<

адрес> – уничтожить, как не востребованный сторонами.

Обязанность по уничтожению и возврату вещественных доказательств, хранящихся в камере хранения вещественных доказательств СО по 

<

адрес>, возложить на должностных лиц СО по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес>. 

Приговор может быть обжалован в Ивановский областной суд через Шуйский городской суд 

<

адрес> в течение 15 суток со дня его постановления, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем личном участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции через Шуйский городской суд 

<

адрес> в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу, при условии, что он был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии апелляционного определения и приговора, в случае же пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении, а также в том случае, если приговор не был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, - путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Р.А. Бештоев