Копия.

Судья Овсейко Н.Н. 22- 1515/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ижевск 07 сентября 2021 года 10 декабря 2013 года

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Муллануровой Э.З.,

с участием прокурора Носкова А.С.,

переводчика ФИО1,

осужденного ФИО2,

защитника, по соглашению, адвоката Сафарова Э.Р., 

потерпевшего КНА 

представителя потерпевшего, по доверенности, АВН

при помощнике судьи в качестве секретаря судебного заседания Стяжкиной Н.В., секретаре судебного заседания Ложкиной И.Н., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление и дополнения к нему помощника прокурора Индустриального района г. Ижевска УР Марковой М.В., апелляционную жалобу потерпевшего КНА., возражения потерпевшего на апелляционное представление, на приговор Индустриального районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 12 мая 2021 года, которым ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

данные изъяты> несудимый, осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к лишению свободы сроком на 1 года с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года; постановлено обязать осужденного незамедлительно явиться по вызову территориального органа уголовно-исполнительной системы и исполнить полученное предписание о самостоятельном следовании к месту отбывания наказания за счет средств государства.

Мера пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу. 

По делу решена судьба вещественных доказательств.

Изучив доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления, дополнений к нему, возражений потерпевшего на апелляционное представление, дополнения, заслушав выступления участников процесса, прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления и дополнений к нему, потерпевшего и его представителя, поддержавших доводы апелляционной жалобы и возражений, осужденного и защитника, отозвавших доводы апелляционной жалобы защитника, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 приговором суда признан виновным в том, что он, являясь лицом управляющим автомобилем, нарушил правила дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Согласно приговора, преступление ФИО2 совершено ДД.ММ.ГГГГ в период времени 

<

данные изъяты> на проезжей части дороги, ведущей от 

<

адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

Осужденный ФИО2 вину в совершенном преступлении по предъявленному ему обвинению признал частично, не отрицая факта дорожно-транспортного происшествия, факта превышения им скоростного режима, наезда на пешехода, указал, что не располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода, в связи с тем, что пешеход выскочил на дорогу неожиданно для него из-за препятствия (припаркованного автомобиля).

В апелляционном представлении помощник прокурора Индустриального района г. Ижевска Маркова М.В. считает, что приговор суда является незаконным и необоснованным, подлежит отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, неправильного применения уголовного закона, существенного нарушения уголовно-процессуального закона и несправедливости приговора. При этом указывает, что судом не в полной мере мотивирован вопрос о назначении ФИО2 наказания, не учтены все обстоятельства как смягчающие так и отягчающие наказание, не приведены мотивы по которым суд принял во внимание выводы экспертизы, проведенной в ходе предварительного расследования, а не в ходе судебного заседания, поверхностно дан анализ показаниям свидетелей обвинения, письменным доказательствам, в противовес показаниям подсудимого ФИО2 Просит приговор суда отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства.

В дополнениях к апелляционному представлению помощник прокурора Индустриального района г. Ижевска Маркова М.В. отмечает, что во вводной части приговора судом указано, что на иждивении ФИО2 несовершеннолетних детей не имеет, тогда как в описательно-мотивировочной части приговора в качестве обстоятельств смягчающих ФИО2 наказание, судом учтено наличие у него несовершеннолетнего ребенка. По ее мнению необходимо дополнить вводную часть приговора сведениями о личности ФИО2 в части сведений о наличии у него на иждивении несовершеннолетнего ребенка. 

Кроме того обращает внимание на то, что при назначении наказания ФИО2 судом учтены обстоятельства, смягчающие и отягчающие подсудимому наказание; вместе с тем, обстоятельств отягчающих наказание подсудимому, в соответствии со ст. 63 УК РФ, по делу не установлено. В связи с чем полагает, что указание на обстоятельства, отягчающие наказание подсудимому, подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора.

Кроме того, указывает, что в описательно-мотивировочной части приговора судом не мотивировано решение о непризнании в качестве обстоятельства смягчающего наказание ФИО2 активного способствования расследованию преступления. При этом уточняет, что именно с участием ФИО2 был проведен следственный эксперимент, протокол которого признан судом допустимым доказательством и положен в основу обвинительного приговора.

Просит приговор суда отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства.

В апелляционной жалобе потерпевший КНА выражает несогласие с приговором Индустриального районного суда г. Ижевска УР от 12 мая 2021 года. По его мнению, суд правильно установил механизм дорожно-транспортного происшествия, совершенного ФИО3, полно исследовал доказательства по делу, анализ и существо которых подробно приведены им в приговоре, пришел к правильному выводу о доказанности вины осужденного. При этом указывает, что назначенное судом наказание ФИО3 считает несправедливым вследствие его чрезмерной мягкости, так как оно не соответствует характеру, тяжести и степени общественной опасности совершенного ФИО2 преступления, а также личности осужденного. 

Заявляет, что суд, определяя наказание ФИО2, фактически не учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления и не применил в отношении него в качестве обстоятельства, отягчающего наказание наступление тяжких последствий в результате совершенного преступления, предусмотренного п. б ч. 1 ст. 63 УК РФ. Отмечает, что в результате ДТП, совершенного ФИО2, погибла не только его жена, но и его не родившееся дочь. Ссылается на протокол патологоанатомического вскрытия №126 от 24 июня 2019 года, согласно которого плод развивался хорошо, никаких патологий у плода не выявлено. 

Не согласен с указанными в приговоре обстоятельствами, которые суд признал смягчающими наказание ФИО2, считает, что они признаны таковыми не обоснованно. Указывает, что в судебном заседании ФИО2 фактически свою вину в совершении наезда на пешехода не признал, а признал только факт превышения им установленной скорости движения, но, вопреки имеющимся в материалах уголовного дела доказательствам, продолжал утверждать, что не имел технической возможности избежать наезда на пешехода, так как она вышла на проезжую часть дороги неожиданно для него. 

Ему не понятно какую помощь ФИО2 оказал потерпевшей непосредственно после совершения преступления, если, согласно данным карты вызова станции скорой медицинской помощи от 21 июня 2019 года на станцию Скорой помощи он не звонил, сообщение о ДТП было принято от НИИ на видеозаписи с видеорегистратора видно, что после наезда ФИО2 пошел в сторону потерпевшей, но при этом не взял с собой даже аптечку, чтобы оказать первую медицинскую помощь. При этом ссылается на п. 2.6 Правил дорожного движения, согласно которого водитель, причастный к ДТП, обязан принять меры для оказания первой помощи пострадавшим. Обращает внимание на то, что ДТП произошло в непосредственной близости от 1 РКБ и ФИО2 еще до приезда Скорой помощи мог бы обратиться к врачам, чтобы они оказали медицинскую помощь его жене.

Кроме того указывает, что относительно состояния здоровья подсудимого и его близких родственников, в материалах дела нет никаких доказательств, что ФИО2 и его близкие родственники страдают какими-либо заболеваниями; инвалидность сожительницы и наличие у нее заболеваний также документально не подтверждены, как и то, что у нее имеется несовершеннолетний ребенок, который находится на материальном содержании ФИО2

Также оспаривает признанное смягчающим обстоятельством противоправное поведение потерпевшей, явившееся поводом к преступлению. При этом уточняет, что переход для пешехода КЕА был бы безопасен, если бы водитель ФИО2 двигался с разрешенной на данном участке дороги скоростью 40 км/час; пешеход не могла предполагать, что на участке дороги с ограниченной скоростью движения водитель будет двигаться со значительным превышением скорости. Ссылается на п. 4.3 Правил дорожного движения, фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия, дополнительного осмотра места происшествия и отмечает, что пешеход КЕА переходила дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участке без разделительной полосы и ограждений, то есть в полном соответствии с требованиями п. 4.3 Правил дорожного движения.

Помимо этого уточняет, что на предварительном следствии и в суде ФИО2 сначала все делал для того, чтобы уйти от уголовной ответственности; им была избрана позиция отрицания очевидных фактов, подтвержденных достоверными доказательствами. По его мнению, при назначении наказания суд не учел то обстоятельство, что нарушение водителем ФИО2 требований дорожного знака 3.24 «Ограничение скорости движения 40 км/час» было совершено им сознательно, так как он в суде признал, что дорожный знак «Ограничение скорости 40 км/час» он видел, понимал, что двигается с превышением разрешенной скорости и при этом продолжал двигаться со значительным ее превышением. Отмечает, что именно данное нарушение явилось основной причиной дорожно-транспортного происшествия, так как при движении со скоростью 40 км/час, водитель располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода. Заявляет, что суд не дал должной оценки тому обстоятельству, что ФИО2 неоднократно совершал административные правонарушения. Считает, что ФИО2 является лицом, склонным к совершению правонарушений. 

Ссылается на положения ч. 2 ст. 43 УК РФ, постановление Пленума ВС РФ №17 от 29 июня 2010 года «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве». При этом указывает, что суд при вынесении приговора в большей степени учел интересы подсудимого и полностью проигнорировал его мнение о необходимости назначения ФИО2 максимально строгого наказания, которое он указал в своей речи в прениях.

Просит приговор суда изменить, включить в приговор в качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО2 наступление тяжких последствий в результате совершенного им преступления, исключив при этом из приговора указание о наличии обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2 и назначить ему наказание в виде реального лишения свободы сроком на 5 лет с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 3 года.

В возражениях на апелляционное представление, апелляционную жалобу защитника – адвоката Сафарова Э.Р. потерпевший КНА указывает, что приведенные доводы в апелляционном представлении и апелляционной жалобе защитника в обосновании просьбы отменить приговор и передать дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции являются необоснованными и несостоятельными. 

Отмечает, что в представлении государственный обвинитель не указывает какие именно существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона были допущены судом, в чем конкретно выразилось несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела и в чем заключается несправедливость приговора – в его чрезмерной мягкости или же чрезмерной суровости. По его мнению, указание в представлении доводов о том, что судом не в полной мере мотивирован вопрос о назначении ФИО2 наказания, не учтены все обстоятельства как смягчающие так и отягчающие наказание, не приведены мотивы по которым суд принял во внимание выводы экспертизы, проведенной в ходе предварительного расследования, а не в ходе судебного заседания, поверхностно дан анализ показаниям свидетелей обвинения, письменным доказательствам, в противовес показаниям подсудимого ФИО2, не соответствует действительности. При этом полагает, что судом всесторонне и объективно оценены все исследованные судебном заседании доказательства, анализ и существо которых подробно приведены в приговоре и оценив всю совокупность доказательств суд пришел к правильному выводу о доказанности вины осужденного ФИО2

Не соглашаясь с доводами апелляционной жалобы защитника, указывает, что не соответствует действительности тот факт, что ФИО2 не оспаривал свою вину, но в суде он признал только нарушение скоростного режима; вину в совершении наезда на пешехода он так и не признал; извинения ему ФИО2 принес только раз в конце судебного заседания и только с одной целью – избежать строгого наказания, с той же целью были переведены денежные средства, но фактически никакой компенсации морального вреда не было и никакой помощи он его семье не оказал, хотя с момента ДТП прошло уже около 2 лет; денежные средства в качестве компенсации морального вреда, он перевел только в конце судебного разбирательства.

Обращает внимание на то как ФИО2 характеризуется как водитель; ФИО2 неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения и в данном случае, видя установленный дорожный знак «Ограничение скорости 40 км/час» продолжал движение со значительным превышением данного ограничения, в связи с чем совершил наезд на пешехода.

Заявляет, что доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы защитника не могут являться основанием для направления дела на новое судебное разбирательство. При этом ссылается на п. 18, 19 постановления Пленума ВС РФ от 27 ноября 2012 года №26 «О применении норм уголовно-процессуального кодекса РФ, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции», ст. 389.17 УПК РФ. Поясняет, что не согласен с размером наказания, который суд первой инстанции назначил ФИО2, ссылаясь на доводы своей апелляционной жалобы.

Просит в удовлетворении апелляционного представления и апелляционной жалобы защитника отказать.

Апелляционная жалоба защитника, адвоката Сафарова Э.Р., отозвана осужденным и его защитником, и предметом рассмотрения не является.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, дополнений, апелляционной жалобы, возражений, заслушав выступления участников процесса, прокурора, поддержавшего и уточнившего доводы апелляционного представления и дополнений к нему, потерпевшего и его представителя, поддержавших доводы апелляционной жалобы и возражений, осужденного и защитника, отозвавших доводы апелляционной жалобы защитника, и выразивших согласие с приговором суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Постановленные по делу обвинительный приговор отвечает требованиям ст.ст.302, 307-309 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционного представления, дополнений к нему, суд первой инстанции верно установил фактические обстоятельства дела, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 

<

данные изъяты> водитель ФИО2, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, и осуществляя движение по проезжей части дороги, ведущей 

<

адрес>, в нарушение требований дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» Приложение 1 к Правилам дорожного движения РФ (ПДД РФ), двигался со скоростью около 69 км/час, что превышала максимально разрешенную скорость для движения на данном участке, и не обеспечивала ему постоянного контроля за движением транспортного средства.

В это время на проезжую часть дороги вышла пешеход КЕА которая стала пересекать указанную проезжую часть справа налево относительно направления движения автомобиля под управлением ФИО2 Проявляя преступную небрежность, нарушая требования дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» Приложение 1 к Правилам дорожного движения РФ (ПДД РФ), п.10.1 абзац 1 ПДД РФ, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть, водитель ФИО2 своевременных мер к снижению скорости не принял, хотя должен был и мог это сделать, тем самым поставил себя в такие условия, при которых избежать наезда на пешехода, продолжавшую пересекать данную проезжую часть, не смог, в результате чего правой передней частью своего автомобиля совершил наезд на пешехода, хотя двигаясь с разрешенной скоростью движения водитель ФИО2 мог избежать наезда на пешехода. 

В результате данного ДТП потерпевшей КЕА. были причинены телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни, повлекшие по неосторожности наступление ее смерти 21.06.2019г., и которые находятся в прямой причинной связи с вышеуказанными нарушениями водителем ФИО2 требований дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» Приложение 1 к Правилам дорожного движения РФ (ПДД РФ), п.10.1 абзац 1 ПДД РФ. 

Вопреки доводам апелляционного представления, судом всесторонне и объективно оценены все исследованные судебном заседании доказательства, анализ и существо которых подробно приведены в приговоре и оценив всю совокупность доказательств по делу, суд пришел к правильному выводу о доказанности вины осужденного ФИО2, и выводы свои подробно мотивировал.

Виновность осужденного нашла свое подтверждение, как в частично признательных показаниях самого осужденного, данных в ходе судебного заседания, так и в его оглашенных показаниях, данных на предварительном следствии. 

Так, в ходе судебного заседания ФИО2, не отрицая факта ДТП с его участием и наезда на пешехода, не отрицая факта превышения скоростного режима «около 69 км\час», при установленном ограничении «40 км\час», пояснил, что не располагал возможностью избежать наезда на пешехода, поскольку пешеход выскочила на дорогу неожиданно для него, из за припаркованных на обочине машин. 

Несмотря на доводы осужденного о том, что он не располагал возможностью избежать наезда на пешехода, выводы суда первой инстанции о доказанности вины ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждаются совокупностью доказательств, а именно показаниями свидетелей ВИН, КРП, ПНС, СИЗ протоколами осмотра места происшествия, протоколами проверки показаний на месте, протоколами осмотра видеофайлов видеорегистратора, заключениями судебно-медицинской, автотехнической экспертиз и другими письменными доказательствами, исследованными в ходе судебного заседания. 

Так, исходя из показаний свидетеля ВИН очевидца ДТП, а также его оглашенных показаний, подтвержденных свидетелем в судебном заседании, он показал, что его автомобиль был припаркован на правой обочине, по ходу движения автомобиля подсудимого. За автомобилем ВИН., на обочине, без заезда на край асфальта, стояла пара легковых автомобилей, среди них грузовых автомобилей, высоких джипов, микроавтобусов, автомобилей наподобие «Газели», не было. Автомобиль потерпевшей «Мазда», припарковался перед ним. Из водительского места автомобиля вышла девушка, поставила машин под охрану и шагом направилась к краю проезжей части. Дойдя до правого края проезжей части, девушка, не останавливаясь, сразу вышла на проезжую часть и направилась на противоположную сторону дороги. Сделав несколько шагов по проезжей части, девушка была сбита автомобилем «Нива», который следовал со стороны СХВ. Указанные показания подтверждены свидетелем, в ходе следственного эксперимента, проведенного с его участием, который исследован в ходе судебном заседании.

Показания свидетеля ВИН. не противоречат показаниям свидетелей КРП, ПНС, СИЗ допрошенных в судебном заседании.

Объективно показания свидетеля ВИН подтверждаются протоколом осмотра места происшествия, с приложениями к нему и схемой ОМП, протоколом осмотра видеофайлов видеорегистратора, изъятого у свидетеля ВИН который был установлен на его автомобиле, а также подтверждаются просмотренной в судебном заседании папкой видеофайлов с видеорегистратора, на которой четко видно, что на правой обочине, по ходу движения автомобиля подсудимого, до автомобиля свидетеля ВИН отсутствуют припаркованные грузовые автомобили, высокие джипы и микроавтобусы, и иные препятствия, ограничивающие обзорность.

Согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, обнаруженные при судебно-медицинской экспертизе телесные повреждения потерпевшей КЕА квалифицируются как единый комплекс, причинивший в совокупности тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни, они состоят в прямой причинной связи с наступившей смертью. 

Согласно выводам заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, следам торможения, зафиксированным на месте ДТП, соответствует скорость движения технически исправного автомобиля 

<

данные изъяты> перед началом торможения в данной дорожной обстановке 69 км\час. Экспертом установлено, что в данной дорожной обстановке, если в момент нажатия на педаль тормоза скорость движения автомобиля 

<

данные изъяты> составляла 40 км\час, то водитель данного автомобиля располагал бы технической возможностью торможением избежать наезда на пешехода. В данной дорожной ситуации, при выборе скоростного режима и при возникновении опасности для движения, водитель должен был руководствоваться требованиями дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» Приложение 1 к Правилам дорожного движения РФ (ПДД РФ) и требования п.10.1 абзац 1 ПДД РФ. 

Допрошенный в судебном заседании эксперт ААВ проводивший экспертизу № от ДД.ММ.ГГГГ, подтвердил ее выводы. Пояснив, что проводил экспертизу, исходя из представленных следователем исходных данных, представленных материалов уголовного дела, согласно которых была определена скорость движения транспортного средства 69 км\час, в данной дорожной ситуации, исходя из представленных исходных данных, в частности записи видеорегистратора, водитель мог видеть пешехода до выхода на проезжую часть. В ходе проведения экспертизы было установлено, что в данной дорожной обстановке, если в момент нажатия на педаль тормоза скорость движения автомобиля 

<

данные изъяты> составляла 40 км\час, то водитель данного автомобиля располагал бы технической возможностью торможением избежать наезда на пешехода. 

Оснований сомневаться в выводах автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, не имеется, поскольку они надлежаще мотивированы, аргументированы, не содержат каких либо противоречий и неточностей. Для производства экспертизы эксперту представлены материалы уголовного дела в достаточном объеме для дачи заключения. 

Вопреки доводам апелляционного представления, судом первой инстанции тщательно исследовались в судебном заседании выводы экспертизы№ от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной в ходе предварительного расследования, и выводы дополнительной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной в ходе судебного заседания, допрошены эксперты их проводившие. Судом в приговоре мотивированы выводы о том, почему суд принял во внимание выводы экспертизы, проведенной в ходе предварительного расследования, а не в ходе судебного заседания. 

Эксперт ШСА проводивший дополнительную экспертизу № от ДД.ММ.ГГГГ, пояснил в судебном заседании, что отвечая на поставленные вопросы, при расчетах использовал исходные данные, указанные и заложенные в самих вопросах, содержащихся в постановлении. Так, в постановленном на разрешение эксперта вопросе уже было заложено условие, что «до выхода пешехода на проезжую часть он не попадал в поле зрение водителя». При этом эксперт пояснил, что изучая представленные на экспертизу материалы уголовного дела, запись видеорегистратора, он не обнаружил никаких предметов, препятствующих обзору водителя. 

Принимая во внимание, что в ходе рассмотрения дела, в судебном заседании не установлено появление пешехода на проезжей части из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность подсудимого, судом обоснованно не принято во внимание заключение дополнительной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, выводы в этой части мотивированны, у суда апелляционной инстанции нет оснований с ними не согласится.

Вопреки доводам апелляционного представления и дополнений к ним, судом первой инстанции дана оценка показаниям подсудимого ФИО2, оспаривающего свою вину, в части того, что он не располагал возможностью избежать наезда на пешехода, поскольку обзор ему закрывали припаркованные на обочине автомобили, как способу защиты, с данной оценкой согласна и судебная коллегия.

Все представленные доказательства суд проверил и оценил в соответствии с требованиями ст.87,88 УПК РФ, сопоставил их между собой и дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела и постановления обвинительного приговора.

У суда апелляционной инстанции допустимость приведенных в приговоре доказательств, сомнений также не вызывает, поскольку они собраны по делу с соблюдением требований ст.ст.74, 86 УПК РФ, согласуются между собой. Обстоятельства, которые в соответствии со ст.73 УПК РФ подлежали доказыванию, установлены судом полно и верно.

Согласно материалам уголовного дела, предварительное расследование и судебное разбирательство проведены в соответствии с требованиями закона, при этом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им прав. Каких либо сведений о нарушении принципов равенства и состязательности сторон, протокол судебного заседания и материалы уголовного дела не содержат.

Ходатайства, заявленные в ходе предварительного и судебного следствия, надлежащим образом рассмотрены и по ним приняты мотивированные решения, с учетом представленных по делу доказательств, наличия либо отсутствия реальной необходимости в производстве заявленного процессуального действия с целью правильного разрешения дела, а судом - с учетом положений ст.252, 256 УПК РФ.

То, что произведенная судом оценка доказательств и принятые по ходатайствам решения не совпадают с позицией осужденного и стороны защиты, не свидетельствует о нарушении требований уголовно-процессуального закона и не влечет отмены приговора. 

Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно и основаны на совокупности доказательств, которые были получены в установленном законом порядке. 

Проанализировав и оценив исследованные доказательства, суд обоснованно признал ФИО2 виновным по тем фактическим обстоятельствам, которые указаны в приговоре, и правильно квалифицировал его действия по ч.3 ст.264 УК РФ, и решение о квалификации действий осужденного в приговоре подробно мотивировал.

Оснований для иной квалификации и оценки доказательств, судебная коллегия не усматривает. 

Согласно положениям ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать указание на обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания. Однако данное требование закона, судом выполнено не в полной мере.

Так, решая вопрос о назначении наказания ФИО2, суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, данные о его личности, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а также обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание.

Как указано в приговоре, без ссылки на конкретные части статьи 61 УК РФ, обстоятельствами смягчающими наказание ФИО2, суд признал: признание вины, раскаяние в содеянном, частичное добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления, оказание помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления, совершение иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему (предлагал помощь после ДТП, принес извинения потерпевшему), а также состояние здоровья подсудимого и его близких родственников, инвалидность сожительницы, наличие у нее заболеваний, наличие несовершеннолетнего ребенка, поскольку подсудимый принимает участие в его воспитании и содержании.

Кроме того, обстоятельством смягчающим наказание подсудимого, в соответствии с п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ, суд признал противоправность поведения потерпевшей, явившегося поводом для совершения преступления.

Вместе с тем, соглашаясь с доводами апелляционной жалобы потерпевшего, суд апелляционной инстанции полагает, что приговор суда в отношении ФИО2 необходимо изменить, исключив из описательно –мотивировочной части приговора указание на признание в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ, - противоправность поведения потерпевшей, явившегося поводом для совершения преступления, поскольку эти выводы суда не основаны как на положениях закона, так и установленных судом фактических обстоятельствах дела. 

В судебном заседании достоверно установлено, что именно нарушение водителем ФИО2 требований дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» Приложение 1 к Правилам дорожного движения РФ (ПДД РФ), требования п.10.1 абзац 1 ПДД РФ, находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями. Указанное нашло свое отражение в установочной части приговора, где нет указания на противоправность поведения потерпевшей, явившегося поводом для совершения преступления.

Суд первой инстанции, делая вывод о том, что в данной ситуации поводом для совершения преступления послужила противоправность поведения потерпевшей, не учел, что преступление, предусмотренное ч.3 ст.264 УК РФ, относится к категории неосторожных, а не умышленных. 

Кроме того, ссылаясь, в обоснование своих выводов, на постановление следователя от ДД.ММ.ГГГГ об установлении в действиях пешехода факта административного правонарушения предусмотренного ч.1 ст.12.30 КОАП РФ, суд первой инстанции не учел, что в силу ст.90 УПК РФ, указанное постановление следователя, при установленных обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, не может иметь для суда преюдициального значения. 

Часть 1 ст.12.30 КОАП РФ предусматривает административную ответственность, за нарушение пешеходом ПДД, повлекшее создание помех в движении транспортных средств.

Согласно Правил дорожного движения РФ, обязанности пешеходов регламентируются Разделом 4 ПДД РФ. В соответствии с п.4.5 ПДД, на нерегулируемых пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть после того, как оценят расстояние до приближающегося транспортного средства, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен. При пересечении проезжей части вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств.

Исходя из анализа совокупности, исследованных в ходе судебного заседания доказательств, судом достоверно установлено, что пешеход (потерпевшая КЕА.), при пересечении проезжей части вне пешеходного перехода, не выходила на проезжую часть из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, вследствие чего, в данной дорожной ситуации, не создавала помеху для движения транспортного средства ФИО2

Следовательно, в действиях пешехода не усматривается совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст.12.30 КОАП РФ, предусматривающего административную ответственность, за нарушение пешеходом ПДД, повлекшее создание помех в движении транспортных средств. 

Однако, при пересечении проезжей части вне пешеходного перехода, хотя и в соответствии с требованиями п.4.3 ПДД, под прямым углом к краю проезжей части на участке без разделительной полосы и ограждений, в то же время пешеход допустила нарушение п.4.5 ПДД, перед выходом на проезжую часть, не убедилась в том, что переход будет для нее безопасен.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции полагает необходимым признать указанное обстоятельство смягчающим наказание подсудимого, согласно ч.2 ст.61 УК РФ, а также дополнить установочную часть приговора, указанием на нарушение потерпевшей п.4.5 ПДД (перед выходом на проезжую часть не убедилась в безопасности перехода).

Кроме того, исходя из разъяснений содержащихся в ч.2 п.28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ перечень обстоятельств, смягчающих наказание, не является исчерпывающим. В качестве обстоятельства, смягчающего наказание, суд вправе признать признание вины, в том числе и частичное, раскаяние в содеянном, наличие несовершеннолетних детей при условии, что виновный принимает участие в их воспитании, материальном содержании и преступление не совершено в отношении их, наличие на иждивении виновного престарелых лиц, его состояние здоровья, наличие инвалидности, государственных и ведомственных наград, участие в боевых действиях по защите Отечества и др.

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции полагает возможным признать обстоятельствами смягчающими наказание подсудимого, согласно ч.2 ст.61 УК РФ, частичное признание вины в содеянном, состояние здоровья подсудимого, состояние здоровья и инвалидность сожительницы, наличие на иждивении подсудимого несовершеннолетнего сына сожительницы. 

Поскольку, судом установлено, что подсудимый ФИО2 фактически вину признал частично. Представленными медицинскими документами, а также показаниями свидетелей БНВ, СДА,ЮМВ подтверждается наличие заболеваний у подсудимого, наличие заболеваний и инвалидность сожительницы, с которой он фактически проживает около трех лет по одному адресу и ведет совместное хозяйство. Исходя из показаний указанных свидетелей и представленных документов (паспорта, свидетельства о рождении, платежных документов), также установлено наличие совместно проживающего несовершеннолетнего ребенка сожительницы, в воспитании и материальном содержании которого принимает участие подсудимый ФИО2

Кроме того, исходя из разъяснений, содержащихся в ч.2 п.30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», под действиями, направленными на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему (п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ), следует понимать оказание в ходе предварительного расследования или судебного разбирательства по уголовном делу какой либо помощи потерпевшему (например, оплату лечения), а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего. 

Принимая во внимание, вышеуказанные разъяснения, суд апелляционной инстанции полагает необходимым уточнить описательно-мотивировочную часть приговора, признав в качестве смягчающих наказание обстоятельств, в соответствии п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, - оказание иной помощи потерпевшему, непосредственно после совершения преступления (принятие мер по вызову скорой помощи), совершение иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему (принесение извинения потерпевшему, предложение помощи после ДТП, осуществление денежного перевода на имя потерпевшего до востребования).

Указанные смягчающие наказание обстоятельства, которые выразились в принятие мер по вызову скорой помощи, принесение извинения потерпевшему, предложение помощи после ДТП, осуществление денежного перевода на имя потерпевшего до востребования, подтверждаются показаниями свидетеля ВИН показаниями подсудимого, платежными документами, исследованными в судебном заседании.

Вместе с тем, подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание в качестве смягчающего наказание обстоятельства ФИО2, согласно ст.61 УК РФ, – признание вины и раскаяние в содеянном, частичное добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления, состояние здоровья близких родственников подсудимого, наличие несовершеннолетнего ребенка подсудимого. 

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что подсудимый полностью вину в совершенном преступлении не признал, поясняя, что потерпевшая вышла на проезжую часть из-за стоящего транспортного средства, ограничивающего его обзорность, вследствие чего он ее не видел сразу, и отрицая, вследствие чего, наличие у него технической возможности избежать наезда на пешехода. При указанных обстоятельствах, в действиях подсудимого отсутствует признание вины и раскаяние в содеянном. 

Кроме того, потерпевшим не было заявлено исковых требований о возмещении материального и морального вреда, вследствие чего, действия подсудимого по денежному переводу потерпевшему определенной суммы, по своему усмотрению, не может расцениваться, как частичное добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления.

В ходе рассмотрения дела судом не установлено наличие заболеваний у близких родственников подсудимого, исходя из круга лиц, определенных п.4 ст. 5 УПК РФ, а также наличие у него самого несовершеннолетнего ребенка. 

Исключение ряда смягчающих наказание обстоятельств, влечет соразмерное усиление наказания подсудимого.

Вопреки доводам апелляционного представления и дополнений, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для внесения изменений во вводную часть приговора, поскольку документально брак подсудимого не расторгнут, наличие у подсудимого малолетних и несовершеннолетних детей, не установлено. 

Согласно приговора, отягчающих наказание обстоятельств по делу судом первой инстанции, не установлено.

Вместе с тем, соглашаясь с доводами апелляционной жалобы потерпевшего, суд апелляционной инстанции полагает возможным признать в качестве отягчающего наказание обстоятельства, согласно п. «б» ч.1 ст.63 УК РФ, наступление тяжких последствий в результате совершения преступления. При этом, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В ходе рассмотрения дела установлено, что потерпевшая КЕА., ДД.ММ.ГГГГ г.р., находилась на восьмом месяце беременности, беременность протекала без осложнений, патологий у плода не выявлено. 

В результате совершения дорожно-транспортного происшествия подсудимым ФИО2 потерпевшей КЕА были причинены телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни, повлекшие по неосторожности наступление ее смерти, кроме того вышеуказанные обстоятельства повлекли тяжкие последствия в виде внутриутробной гибели плода, в сроке беременности 32 недели. Внутриутробная гипоксия плода произошла в результате преждевременной отслойки плаценты. Указанное подтверждено в ходе судебного заседания показаниями потерпевшего КНА протоколом патологоанатомического вскрытия плода, мертворожденного № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Указанные установленные судом последствия, в виде внутриутробной гибели плода, в сроке беременности 32 недели, с учетом всех обстоятельств дела в их совокупности, суд апелляционной инстанции признает тяжкими, поскольку они повлекли гибель жизнеспособного плода (в сроке беременности 32 недели). 

Исходя из разъяснений, содержащихся в абзаце 6 п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», по смыслу ст.63 УК РФ, обстоятельства, отягчающие наказание, учитываются при назначении наказания за преступления с любой формы вины, если иное прямо не предусмотрено законом или не вытекает из него. Таким образом, тяжкие последствия могут возникнуть при совершении как умышленных, так и неосторожных преступлений.

В ходе рассмотрения дела судом установлена связь между совершенным подсудимым преступным деянием и реально наступившим тяжким последствием (внутриутробной гибели жизнеспособного плода, в сроке беременности 32 недели). Указанные тяжкие последствия не являются признаком состава преступления предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ.

Поскольку в результате совершенного ФИО2 преступления, наступила гибель жизнеспособного плода (в сроке беременности 32 недели), суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что данное обстоятельство повлекло тяжкие последствия, которые согласно п. «б» ч.1 ст.61 УК РФ, относятся к отягчающим обстоятельствам.

При этом, учитывая, что вопрос о признании обстоятельств отягчающими или смягчающими согласно закону решается судом и не зависит от того указаны или нет конкретные обстоятельства смягчающими или отягчающими в обвинительном заключении, суд апелляционной инстанции полагает необходимым дополнить установочную часть приговора, указанием на наступление тяжких последствий в результате совершения преступления, выразившихся во внутриутробной гибели жизнеспособного плода, в сроке беременности 32 недели.

С учетом фактических обстоятельств и общественной опасности совершенного преступления, наличия по делу отягчающих наказание обстоятельств, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для применения положений ст.53.1 УК РФ, а также соглашаясь с выводами суда первой инстанции, не усматривает оснований для применения положений ст.ст.63, 73 УК РФ, а также для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

Вывод о возможности исправления осужденного только в условиях изоляции от общества, а также назначение дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, должным образом мотивированы в приговоре.

Поскольку у подсудимого ФИО2 установлено отягчающее обстоятельство, требования ч.1 ст.62 УК РФ к нему не применимы, и назначенное наказание подлежит усилению, а доводы апелляционной жалобы потерпевшего КНА доводы апелляционного представление, дополнения к нему, удовлетворению в части.

Других оснований для изменения приговора судом апелляционной инстанции не установлено. В остальном приговор является законным и обоснованным. Нарушений требований норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28,389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции, 

П О С Т А Н О В И Л :

приговор Индустриального районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 12 мая 2021 года в отношении ФИО2, - изменить.

Дополнить установочную часть приговора, указанием на нарушение потерпевшей п.4.5 ПДД, перед выходом на проезжую часть не убедилась в безопасности перехода.

Дополнить установочную часть приговора, указанием на наступление тяжких последствий в результате совершения преступления, внутриутробная гибель жизнеспособного плода, в сроке беременности 32 недели.

Уточнить описательно-мотивировочную часть приговора, признав в качестве смягчающих наказание обстоятельств, в соответствии п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, - оказание иной помощи потерпевшему, непосредственно после совершения преступления (принятие мер по вызову скорой помощи), совершение иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему (принесение извинения потерпевшему, предложение помощи после ДТП, осуществление денежного перевода на имя потерпевшего до востребования).

Признать в качестве смягчающих наказание обстоятельств, согласно ч.2 ст.61 УК РФ, частичное признание вины в содеянном, нарушение потерпевшей п.4.5 ПДД (не убедилась в безопасности перехода проезжей части), состояние здоровья подсудимого, состояние здоровья и инвалидность сожительницы, наличие на иждивении подсудимого несовершеннолетнего сына сожительницы. 

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ, - противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание в качестве смягчающего наказание обстоятельства ФИО2, согласно ст.61 УК РФ, – признание вины и раскаяние в содеянном, частичное добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления, состояние здоровья близких родственников подсудимого, наличие несовершеннолетнего ребенка. 

Признать в качестве отягчающего наказание обстоятельства, согласно п. «б» ч.1 ст.63 УК РФ, наступление тяжких последствий в результате совершения преступления.

Исключить ссылку на применение ч.1 ст.62 УК РФ

Усилить назначенное ФИО2 наказание по ч.3 ст.264 УК РФ до 02 (двух) лет лишения свободы.

В остальной части указанный приговор суда, - оставить без изменения.

Апелляционное представление, дополнения к апелляционному представлению помощника прокурора Индустриального района г. Ижевска УР Марковой М.В., апелляционную жалобу потерпевшего КНА - удовлетворить в части.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его вынесения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции – судебную коллегию по уголовным делам шестого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, установленной главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления настоящего апелляционного постановления в законную силу, а осужденным содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии настоящего постановления.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий :

Копия верна. Судья :