78RS0007-01-2020-001621-60

Дело № 2-1663/2020 29 октября 2020 года

Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

Колпинский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Суворовой С.Б.

с участием помощника судьи Золотовой А.Н.

прокурора Первовой А.Д.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Министерства Финансов РФ в лице Управления Федерального Казначейства по Санкт-Петербургу, ФСИН России о взыскании компенсации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу о взыскании компенсации за нарушение условий содержания, а также за причинение вреда здоровью в размере 1000000 руб. 

В обоснование заявленных требований истец указал, что с 01.06.2017 года он был задержан по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ. 02.06.2017 года Лужским городским судом Ленинградской области в отношении него была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, после чего он содержался в ФКУ СИЗО-6 УФСИН России по СПб и ЛО до вынесения 04.10.2018 года в отношении него оправдательного приговора. В течение 1 года 4 месяцев и 2 дней за исключением периода с 24.06.2017 года по 05.07.2017 года, с 10.08.2017 года по 30.08.2017 года и с 27.09.2017 года по 11.10.2017 года ФИО2 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по СПб и ЛО. В период содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по СПб и ЛО ФИО2 содержался в условиях, не соответствующих ст. 3 Европейской Конвенции по правам человека, а именно: в камере общей площадью менее 8 кв.м вместе с ним содержалось еще трое человек; третью часть камеры занимали раковина и унитаз, который не был ничем отгорожен от остальной части камеры, в т.ч. от спальных мест; на одного человека в камере приходилось не более 1,5-1,7 кв.м; места приема пищи в камере предусмотрены не были, прием пищи осуществлялся сидя на спальных местах; горячая вода в камере отсутствовала; дезинфицирующий инвентарь для уборки и санитарной обработки камеры не предоставлялся; ультрафиолетовая обработка камеры и спальных принадлежностей не производилась; выдавшиеся матрацы были непригодны к использованию, т.к. ранее многократно использовались иными лицами, имели разрывы и сильный запах плесени; предоставлявшаяся пища не всегда была удовлетворительного качества, в отдельные дни пища имела гнилостный запах, была остывшая, приборы для приготовления пищи в камере были запрещены; холодильник в камере отсутствовал, что ограничивало возможность использования продуктов питания, которые передавались родственниками; освещение в камере было низкое, что неблагоприятно воздействовало на зрение; прогулки предоставлялись менее 1 часа в узком дворике на 10 кв.м для нескольких человек; в дождливую погоду во дворике для прогулок были небольшие лужи, в сухую погоду очень много пыли; надлежащая медицинская помощь не предоставлялась, несмотря на наличии у истца ряда заболевания, в т.ч. хронических, в связи с чем обострились имевшиеся у него заболевания, в том числе, сердечно-сосудистой системы, что повлекло причинение вреда здоровью; необходимые лекарства он приобретал за свой счет. 

Впоследующем к участию в деле в качестве соответчиков были привлечены Министерство Финансов РФ в лице Управления Федерального Казначейства по Санкт-Петербургу, ФСИН России.

Поскольку в ходе судебного разбирательства от 14 октября 2020 года истец указал, что в обоснование заявленных требований он ссылается, в том числе, на причинение вреда его здоровью, к участию в деле для дачи заключения привлечен прокурор, на основании ч. 6 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, с учетом заявления требований о компенсации морального вреда, суд перешел к рассмотрению дела по правилам гражданского судопроизводства (л.д. 100-101).

Истец ФИО2 в судебное заседание явился, заявленные требования поддержал в полном объеме. 

Представитель ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России - ФИО3 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, ссылаясь на отсутствие доказательств причинения истцу нравственных страданий и вреда здоровью.

Представитель ответчика Министерства Финансов РФ в лице Управления Федерального Казначейства по Санкт-Петербургу в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен надлежащим образом, ходатайств об отложении в связи с уважительностью неявки в судебное заседание не заявил, представил возражения против удовлетворения заявленных требований. При таких обстоятельствах суд полагает возможным рассмотреть дело в порядке ст. 167 ГПК РФ в отсутствие представителя Министерства Финансов РФ в лице Управления Федерального Казначейства по Санкт-Петербургу.

Изучив материалы дела, выслушав стороны, заключение прокурора, суд приходит к следующему выводу. 

Согласно ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Из материалов дела следует, что ФИО2 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области с 24.06.2017 года по 05.07.2017 года, с 10.08.2017 года по 30.08.2017 года, с 27.09.2017 года по 11.10.2017 года (л.д. 36). 

В ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО2 содержался в следующих камерах: с 24.06.2017 года – в камере 840, площадью 8 кв.м; с 26.06.2017 года– в камере 871, площадью 8 кв.м; с 05.07.2017 года – в камере 588, площадью 8 кв.м; с 10.08.2017 года – в камере 840, площадью 8 кв.м; с 11.08.2017 года – в камере 568, площадью 8 кв.м; с 27.09.2017 года – в камере 843, площадью 8 кв.м; с 29.09.2017 года – в камере 343, площадью 8 кв.м; с 03.10.2017 года – в камере 327, площадью 8 кв.м; с 06.10.2017 года – в камере 329, площадью 8 кв.м; 11.10.2017 года переведен в другое учреждение (л.д. 37).

Как следует из представленных суду справок ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, все камерные помещения, в которых содержался ФИО2, оборудованы: двухуровневыми кроватями с полками для вещей, столом, скамейками (2 шт.), шкафом для продуктов, вешалкой для верхней одежды, полкой для туалетных принадлежностей, настенным зеркалом, светильниками дневного и ночного освещения, санитарным узлом, водопроводной водой, соответствующей санитарным нормам и подаваемой централизованно из городской сети, радиатором системы водяного отопления. Также предусмотрено дневное (естественное) освещение (имеются окна), розетки для подключения электроприборов, вызывная сигнализация, имеются (оборудованы) вентиляционные отдушины, веник, совок, радиодинамик, бачок с регулярно обновляемой, в соответствии с графиком замены, питьевой водой, установленный на подставке (л.д. 31). 

В период пребывания ФИО2 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в камерных помещениях, где он содержался, отсутствовали холодильник и телевизор в связи с отсутствием возможности их предоставить (л.д. 29).

С целью предупреждения возникновения инфекционных заболеваний в учреждении ежемесячно проводились: профилактическая дезинфекция, дезинсекция и дератизация силами специализированной организации на основании договоров. В период содержания ФИО2 санитарная обработка камер проводилась ежемесячно, по эпидемическим показаниям и при выявлении насекомых и грызунов (л.д. 110).

Кроме того, снабжение учреждения водопроводной водой производилось централизованно из городской сети на основании договора с ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга», соответствующей санитарным нормам и стандартам ГОСТ и СанПин. Ввиду отсутствия горячей воды в камерных помещениях по адресу: Санкт-Петербург, Арсенальная наб., д. 7, в камерные помещения выдавались водонагревательные приборы по заявлению лиц, содержащихся в камере, в порядке очередности (л.д. 34).

Камерные помещения, где содержался ФИО2, были оборудованы санитарным узлом: унитазом, бачком со сливным механизмом, раковиной (все в исправном состоянии), санитарный узел расположен на уровне пола, в удаленном месте камеры, и отдален от стола на расстоянии не менее 2-х метров, огражден перегородкой, изготовленной из древесно-стружечной плиты в металлическом каркасе высотой 1 м 50 см, что обеспечивало приватность (л.д. 33).

Согласно Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденным приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 № 189, ФИО2 был обеспечен индивидуальным спальным местом, которым пользовался только он. При поступлении в СИЗО-1 в соответствии с вышеуказанным приказом он получал норму вещевого довольствия подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы, а именно: постельные принадлежности – матрац, подушку, одеяло, постельное белье – две простыни, наволочку; полотенце; столовую посуду и столовые приборы – миску (на время приема пищи), кружку, ложку, а также получил индивидуальные средства гигиены: мыло, зубную щетку, зубную пасту, одноразовую бритву. По просьбам лиц, содержащихся под стражей, в камерные помещения выдавались письменные принадлежности для написания заявлений, а также настольные игры. Предметы верхней одежды по сезону подозреваемым, обвиняемым, осужденным выдаются исключительно на период прогулки (л.д. 30).

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как предусмотрено п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Соответствующая правовая позиция нашла отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 года № 84-КГ17-6.

Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в статье 7 установлено, что следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы относятся к местам содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых. 

На основании ст. 22 того же Федерального закона подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется право приобретать по безналичному расчету продукты питания, предметы первой необходимости, а также другие промышленные товары.

Согласно ст. 23 названного Федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. По заявлению подозреваемых и обвиняемых радиовещание в камере может быть приостановлено либо установлен график прослушивания радиопередач. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 названного Федерального закона.

Приказом Минюста России от 14.10.2005 года № 189 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее – Правила). 

Согласно п. 40 Правил подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами: миской (на время приема пищи), кружкой, ложкой; одеждой по сезону (при отсутствии собственной); книгами и журналами из библиотеки СИЗО. Указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование на период содержания под стражей. 

В соответствии с п. 42 Правил камеры СИЗО оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями (камеры для содержания беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей, - только одноярусными кроватями); столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности) (абзац введен приказом Минюста России от 31.05.2018 № 96); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

На основании п. 43 Правил при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Согласно п. 44 Правил подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются ежедневно бесплатным трехразовым горячим питанием по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации.

В соответствии с п. 45 Правил не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Для женщин и несовершеннолетних возможность помывки в душе предоставляется не менее двух раз в неделю продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе. В случае если подозреваемый или обвиняемый участвовал в судебном заседании, следственных действиях или по иной причине в установленное время не смог пройти санитарную обработку, ему предоставляется возможность помывки в душе в день прибытия либо на следующий день.

В силу п. 134 Правил подозреваемые и обвиняемые, в том числе водворенные в карцер, пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа. Продолжительность прогулки устанавливается администрацией СИЗО с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств. В случае если подозреваемый или обвиняемый участвовал в судебном заседании, следственных действиях или по иной причине в установленное время не смог воспользоваться ежедневной прогулкой, по его письменному заявлению ему предоставляется одна дополнительная прогулка установленной продолжительности.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статья 99 УИК РФ). В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

В настоящем случае камеры, в которых содержался истец, были оборудованы двухуровневыми кроватями, был предоставлен матрас, нормами содержания требования к материалу изготовления мебели не установлены, в связи с чем само по себе их изготовление из металла не обуславливает нарушение прав истца, при этом доказательств причинения ему какого-либо вреда ввиду оборудования камер данным типом мебели не представлено.

Также в камерах имелись унитаз со сливным бачком и раковина, вопреки доводам истца он был отгорожен, о чем представлена справка. При этом суд также принимает во внимание, что истец находился в камерах с лицами одного пола. 

Само по себе нахождение стола в камере, которая имеет площадь 8 кв.м, неизбежно субъективно может оцениваться как его нахождение рядом с унитазом, расположенным в той же камере, однако нахождение данных объектов материально-бытового обеспечения в каждой камере направлено на соблюдение гарантий прав лиц, содержащихся в следственном изоляторе, не может расцениваться как нарушение прав таких лиц. Конкретное место размещения окон, мебели Правилами не регламентируется. В камерах имелось две скамьи, что не свидетельствует о невозможности приема пищи при наличии стола, который, как указано в справке СИЗО-1, находился на расстоянии не менее 2 м от унитаза. 

Вышеназванными Правилами предоставление в камеры телевизоров и холодильников обусловлено наличием у учреждения соответствующей возможности обеспечения данных объектов, которая, согласно справкам СИЗО-1 и объяснениям представителя, в данном случае отсутствовала, что также не может быть расценено как прямое нарушение прав истца, в том числе с учетом наличия радиоточки. 

Сторонами не оспаривалось, что холодное водоснабжение в камеры обеспечивалось, а также из справки следует, что представлялась питьевая вода. Факт отсутствия горячего водоснабжения не опровергался, однако, представлены сведения о выдаче водонагревательных приборов, что не противоречит п. 42 Правил, и данное обстоятельство подтверждено объяснениями истца о наличии водонагревательного прибора. 

Также в ходе рассмотрения дела истец пояснил, что ввиду неоднократных нарушений условий содержания, ему, в том числе, не оказывалась надлежащим образом медицинская помощь, что привело к ухудшению его состояния здоровья и ухудшению ряда заболеваний.

В подтверждении указанных доводов истцом представлены: выписка из медицинской карты СПб ГБУЗ «Городская поликлиника №» от ДД.ММ.ГГГГ о состоянии здоровья ФИО1, где указаны диагнозы: 

<

данные изъяты> (л.д. 23); справка СПб ГБУЗ «Городская кожно-венерологический диспансер» от ДД.ММ.ГГГГ с указанием диагноза: экзематид (л.д. 24); выписка из амбулаторной карты СПб ГБУЗ «Городская поликлиника №» от ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует, что у ФИО1 установлены следующие диагнозы

<

данные изъяты>), 

<

данные изъяты> впервые выявленная - ? ДГ 0 степени от ДД.ММ.ГГГГ; открытоугольная 

<

данные изъяты> с жалобами в поликлинику не обращался (л.д. 25). 

Однако, вышеуказанные медицинские документы, представленные истцом не свидетельствуют о возникновении ряда заболеваний, вследствие ненадлежащих условий содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, из них невозможно с достоверностью установить причинно-следственную связь между имевшимися ранее заболеваниями и полученными в результате содержания истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Вместе с тем, ФИО2 от проведения по делу судебной медицинской экспертизы отказался, а суд, не обладая необходимыми познаниями в области медицины, не может установить взаимосвязь перечисленных выше заболеваний и событий, изложенных в исковом заявлении, а также давность заболеваний и их объективные причины возникновения, в связи с чем определить степень вреда здоровью при содержании истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области не представляется возможным. 

Доводы истца о неоказании ему надлежащей медицинской помощи опровергаются добытыми по делу доказательствами. 

Согласно справке ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области медицинская помощь в учреждениях УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области оказывается бесплатно. На основании Федерального закона от 15.07.1995 года № 103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», бесплатное обслуживание содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области включает профилактические осмотры, диспансеризацию, обследование, лечение амбулаторное и стационарное, консультации враче специалистов силами медицинских работников медицинской части ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Медицинская часть ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, располагала достаточными возможностями для обеспечения медицинской помощи и сохранению здоровья заявителя, медицинская часть с больницей располагает цифровыми флюорографическим аппаратом, рентгеновским аппаратом, клинической лабораторией, физиотерапевтическим кабинетов, аптекой с достаточным запасом медикаментов. 

В штате указанной медицинской чести имелись квалифицированные медицинские специалисты. Каждые пять лет медицинские работник проходят повышение квалификации в государственных образовательных учреждениях дополнительного профессионального образования, медицинская академии после дипломного образования Санкт-Петербурга.

В период когда ФИО2 находился в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области медицинская (стоматологическая) помощь оказывалась по заявлению обратившегося лица в полном объеме (л.д. 28 /оборот/).

Согласно справке ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области медицинская помощь в учреждениях УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области оказывается бесплатно. На основание Федерального закона от 15.07.1995 года № 103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлении» бесплатное обслуживание содержащихся в учреждении включает профилактические осмотры, диспансеризацию, обследование, лечение амбулаторное и стационарное, консультации врачей специалистов силами работников ФКУЗ «МСЧ-78», в связи с полной передачей функции по медицинскому обеспечению данному юридическому лицу. 

Больница № 2 филиал ФКУЗ «МСЧ-78» территориально расположенная на территории ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области располагает достаточным возможностям для обеспечения медицинской помощи и сохранению здоровья заявителя – медицинская часть с больницей располагает цифровым флюорографическим аппаратом, рентгеновским аппаратом с томографической приставкой, клинической лабораторией, физиотерапевтическим кабинетом, аптекой с достаточным запасом медикаментов. 

В штате указанной больницы имеются квалифицированные медицинские специалисты. Каждые пять лет медицинские работники проходят повышение квалификации в государственные образовательных учреждениях дополнительного профессионального образования, медицинской академии последипломного образования Санкт-Петербурга (л.д. 111-112).

Между тем, наоборот, из материалов дела следует, что ФИО2 была оказана при необходимости медицинская помощь.

Представленные в материалы дела истцовой стороной фотографии не могут быть приняты судом в качестве подтверждения заявленных истцом обстоятельств, поскольку указанные фотографии не отвечают требованиям достоверности и допустимости, не позволяют установить время и место, где они были совершены (л.д. 50-52).

Как пояснил истец в судебном заседании, на фотографиях изображена камера, похожая на ту, в которой содержался истец, но не его камера.

Также суд полагает, что доводы истца о том, что в камерах отсутствовала вентиляция и истец содержался в одной камере с курящимися сокамерниками, что причиняло вред его здоровью не исследовались судом и подлежат разрешению, поскольку данные основания истцом при подаче иска в суд, не заявлялись, на них истцом было указано лишь в прениях.

С учетом вышеизложенного, суд не усматривает оснований для взыскания компенсации по вышеизложенным доводам, учитывая отсутствие доказательств причинения вреда здоровью истца, причинения ему нравственных страданий вследствие несоответствия условий содержания истца в СИЗО-1 при наличии вины сотрудников, должностных лиц учреждения, или при наличии их противоправных действий. Обстоятельства дела свидетельствуют о том, что условия содержания истца в целом соотносятся с требованиями Правил, утвержденных приказом Минюста России от 14.10.2005 года № 189, доказательств обратного суду не представлено. 

Вместе с тем, суд принимает во внимание, что в течение всего периода времени содержания в СИЗО-1 истец содержался в камерах площадью 8 кв.м. При этом из представленных справок количественной проверки лиц, содержащихся под стражей и отбывающих наказание, движения по камерам (л.д. 72-98) во временных периодах, когда в них содержался истец, усматривается нахождение в камере 871 четырех человек, в камере 568 - трех-четырех человек, в камере 843 - трех-четырех человек, в камере 327 и 329 - четырех человек. Указанное свидетельствует о нарушении ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» относительно требования о санитарной норме площади на одного человека в размере 4 кв.м.

Как отмечалось в постановлениях Европейского суда по правам человека, в частности, в пункте 122 Постановления Европейского суда по правам человека по делу «Дудниченко (DUDCHENKO) против Российской Федерации» (жалоба № 37717/05) строгая презумпция нарушения статьи 3 Конвенции прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 04 ноября 1950 года) возникает тогда, когда личное пространство, имеющееся в распоряжении задержанного, составляет менее 3 кв.м в учреждениях группового размещения.

Европейский суд по правам человека в своих постановлениях также указывает, что оценка того, имело ли место нарушение требований статьи 3 Конвенции, не может быть сведена к исчислению квадратных метров, которыми располагает заключенный. Данный подход не учитывает тот факт, что практически лишь всеобъемлющий подход к конкретным условиям содержания под стражей может дать точную картину реальной жизни заключенных. Однако если личное пространство, доступное заключенному, не достигает 3 кв.м площади пола в переполненных тюремных камерах, нехватка личного пространства считается столь суровой, что возникает сильная презумпция нарушения требований статьи 3 Конвенции.

В соответствии с п. 15 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ» суды должны учитывать необходимость соблюдения прав лиц, содержащихся под стражей, предусмотренных статьями 3, 5, 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

В данном случае имели место нарушения соответствующих прав истца ввиду переполненности камер, в которых он содержался, в течение 33 дней. Так, при площади камер 8 кв.м в них находились в отдельные периоды 3-4 человека, в связи с чем на каждого приходилось по 2-2,67 кв.м. При этом нахождение истца в камерах с таким уровнем площади личного пространства имело место неоднократно. 

Вместе с тем, суд, при определении размера возможной компенсации истцу причиненного морального вреда, принимает во внимание, помимо того, что иные доводы его искового заявления не были признаны обоснованными, следующее.

Как предусмотрено ч. 1 ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд считает необходимым отметить, что после перехода к рассмотрению дела по правилам гражданского судопроизводства, ответной стороной не было заявлено ходатайства о пропуске истцом сроков для предъявления заявленных требований в суд, оснований для применения срока исковой давности, заявленных ответчиком в рамках административного судопроизводства, у суда не имеется.

Оценив представленные в материалах дела доказательства, учитывая, что в действиях ответчика имеются признаки недобросовестности, а также, принимая во внимание установленные обстоятельства нахождения истца в переполненных камерах следственного изолятора, приходит к выводу о том, что с учетом объема нарушений прав истца, влекущих нравственные страдания, в его пользу подлежит взысканию компенсация в размере 5000 руб.

Учитывая, что указанное выше нарушения в части несоблюдения требований законодательства о санитарной норме площади камер имело место при вине Российской Федерации в лице компетентных органов, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований и о взыскании с Российской Федерации в лице ФСИН за счет средств казны Российской Федерации в пользу истца суммы компенсации в размере 5000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО2 с ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации компенсацию в размере 5000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение одного месяца с даты его изготовления в окончательном виде путем подачи апелляционной жалобы через Колпинский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья: С.Б. Суворова 

Мотивированное решение изготовлено 30.10.2020 года