Дело № 2-10/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

с. Исянгулово 20 февраля 2018 года

Кугарчинский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Ибрагимовой И.Р.,

при секретаре Ильченбаевой А.Ю., 

с участием истца ФИО1,

ответчиков ФИО2, ФИО2 и ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО2 и ФИО3 о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, признании недействительными свидетельства о праве собственности; применении последствий недействительности сделки, восстановлении права собственности на жилой дом и земельный участок,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением (с последующими уточнениями требований), мотивируя тем, что она являлась собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ею были подписаны договора дарения указанного жилого дома с земельным участком с ФИО2, ФИО2 и ФИО3, которые являются ее родными детьми. С момента заключения договора дарения, который был зарегистрирован в Управлении Росреестра, ответчики отказываются от возложенных на них обязанностей по содержанию жилого дома с земельным участком. Расходы по содержанию жилого дома с земельным участком несет она. Ответчики никогда не проживали и не появлялись в этом доме. На момент подписания договора она была введена в заблуждение. В силу возраста она страдает плохим зрением. Ответчики воспользовались ее плохим состоянием здоровья и обманным путем убедили ее подписать договор дарения. На момент подписания договора ответчики уверяли, что она подписывает договор ренты. В обмен на дом ответчики обещали ухаживать за ней до ее смерти, помогать материально, однако на протяжении нескольких лет помощи от них она не получала. Заключая договор дарения не предполагала, что лишается единственного места жительства. У ответчиков есть свое место жительства. Просит признать договор дарения от 29 мая 2014 года, заключенный между ней и ФИО4 ФИО5, ФИО2 З. недействительным; признать свидетельства о праве собственности на недвижимое имущество недействительными; применить последствия недействительности сделки в виде признания последующих договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ недействительными; восстановить право собственности на указанный жилой дом и земельный участок. 

Истец ФИО1 на судебном заседании уточненные требования поддержала в полном объеме. Показала, что действительно подарила в 2014 году дом двум своим сыновьям. В 2016 году после того как она поняла, что осталась без прав на собственное жилье, она попросила сыновей подарить ей обратно по 1/3 своей доли жилого дома и земельного участка. После этого в 2017 году она подарила свою часть доли указанного имущества дочери. При заключении договора дарения с сыновьями в 2014 году они ей обещали, что она будет проживать в доме всегда, сыновья будут ухаживать за ней помогать оплачивать квартплату. Однако ответчики свои обещания не выполняют, ей не помогают, коммунальные услуги не оплачивают. При заключении договора она предполагала, что права на жилой дом перейдут ответчикам только после ее смерти. В настоящее время она лишилась своего единственного места жительства. Также показала, что в период заключения договора дарения в 2014 году она находилась в состоянии стресса после смерти мужа. В тот период к ней приходил старший сын и уговаривал отписать им дом, говорил, что чужие люди могут обманным путем отобрать у нее жилье. Просит восстановить ее право собственности на указанный жилой дом и земельный участок. 

Ответчик Хаматшин Ринат З. на судебном заседании исковые требования не признал, показал, что он не просил мать подарить ему часть дома, мать сама настояла на заключении данного договора дарения. Он не препятствует проживанию матери в доме. В помощи матери никогда не отказывал. Показал, что после заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в спорный дом не вселялся, коммунальные услуги не оплачивает, так как в доме не проживает. Также показал, что при заключении договора дарения какие либо обязательства он на себя не брал. По какой причине мать подарила ему долю в спорном имуществе пояснить не смог. 

Ответчик ФИО2 З. на судебном заседании исковые требования не признал, показал, что на заключении договора дарения настояла его мать. Показал, что при заключении договора дарения какие либо обязательства он на себя не брал, после заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в спорный дом не вселялся, коммунальные услуги не оплачивает. Также показал, что данный дом был подарен матерью с перспективой на то, что распоряжаться домом и проживать там он сможет после смерти матери. Кроме того, показал, что в 2016 году после того, как мать стала обвинять их в том, что осталась без жилья он и брат подарили обратно матери часть жилого дома и земельного участка. 

Ответчик ФИО3 на судебном заседании иск признала, показала, что не возражает в удовлетворении заявленных требований. Согласна вернуть матери свою часть дара если ее братья вернут матери дом и земельный участок.

Третье лицо УФС регистрации, кадастра и картографии по РБ на судебное заседание не явилось, извещено надлежащим образом. 

Суд, выслушав мнения сторон, изучив материалы дела и исследовав доказательства, приходит к следующему.

Ст. 153 ГК РФ установлено, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Положениями ст. 421 ГК РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В соответствии с п. 1 ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами, действующим в момент его заключения (императивное регулирование гражданского оборота).

Таким образом, в силу установленного правового регулирования граждане свободны в приобретении и осуществлении гражданских прав и обязанностей, руководствуясь своей волей и действуя в своем интересе, в том числе, посредством вступления в договорные правоотношения путем выбора формы, вида договора, определении его условий (ст. ст. 1, 421, 434 ГК РФ), а с учетом правового содержания ст. 153 ГК РФ, а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лиц, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий. Указанное предполагает, что при вступлении в договорные отношения независимо от вида договорной формы воля стороны должна быть направлена на достижение определенного правового результата.

При этом, как закреплено в п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Указанные принципы закрепляют добросовестность и разумность действий сторон, их соответствие действительному смыслу заключаемого соглашения, справедливость условий заключенной ими сделки; то, что стороны действуют по отношению друг к другу, основываясь на началах равенства и автономии воли, и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах. Участники гражданского оборота, являясь субъектами отношений по сделке, несут риск наступления неблагоприятных последствий, если не имеется законных оснований к недействительности сделки.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Из материалов дела усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 ФИО5, ФИО2 З. и ФИО1, был заключен договор дарения, согласно которому ФИО1 передала безвозмездно ФИО4 ФИО5 и ФИО2 З. в долевую собственность по ? доле каждому жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>.

Согласно договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ Хаматшин Ринат З. и ФИО2 З. подарили ФИО1 по 1/3 доли спорного жилого дома и земельного участка.

Согласно договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подарила принадлежащую ей 1/3 доли спорного жилого дома и земельного участка ФИО3

Обращаясь в суд с иском, ФИО1 ссылалась на то, что была введена в заблуждение относительно природы заключенного ДД.ММ.ГГГГ договора дарения, а именно при заключении договора предполагала, что оставит свое имущество в виде жилого дома и земельного участка сыновьям после смерти взамен на то, что они при жизни будут за ней ухаживать, оплачивать коммунальные расходы, также указывала, что на момент заключения договора дарения в 2014 году она не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

По смыслу вышеприведенных правовых норм, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

В ходе рассмотрения дела судом была назначена судебно-психиатрическая экспертиза. Перед экспертами были поставлены следующие вопросы: страдала ли ФИО1 каким-либо психическим заболеванием (расстройством) в период оформления договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, могла ли она понимать значение своих действий и руководить ими? В каком психическом и физическом состоянии находилась ФИО1 в период оформления договора дарения ДД.ММ.ГГГГ, могла ли она при отсутствии у нее психического заболевания, и наличии иных заболеваний, с учетом состояния здоровья, индивидуально-психологических особенностей личности, заблуждается в отношении природы сделки, совершенной ДД.ММ.ГГГГ? 

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов ГБУЗ Республиканская клиническая психиатрическая больница .... от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в настоящее время обнаруживает признаки Органического психического расстройства с умеренным снижением психических функций, эмоционально-волевыми нарушениями, со склонностью к бредообразованию в связи с сосудистым заболеванием головного мозга. Однако уточнить степень изменения психических функций и выраженность эмоционально-волевых нарушений на интересующий суд период времени - на момент оформления договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ не представляется возможным в связи с отсутствием описания ее психического состояния в медицинской документации, а также отсутствием свидетельских показаний, характеризующих психическое состояние ФИО1 на тот период времени.

В силу пункта 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно пункту 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Таким образом, дарение имущества предполагает наличие волеизъявления дарителя, намеревающегося безвозмездно передать принадлежащее ему имущество иному лицу именно в качестве дара, а не по какому-либо другому основанию.

Судом установлено и не отрицалось ответчиками, что между истцом и ответчиками ФИО4 ФИО5 и ФИО2 З. имелась устная договоренность о заключении сделки на условиях пожизненного проживания ФИО1 в спорном жилом доме и оставления им жилого дома после ее смерти.

Эти обстоятельства следуют не только из утверждений истца, но и из показаний ответчиков, которые не отрицали тот факт, что ФИО1 и после заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ продолжала пользоваться спорным имуществом как своим собственным. 

В соответствии ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

Собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения.

Стороны не оспаривали то обстоятельство, что прием - передача спорного жилого дома и земельного участка не производилась, ФИО1 постоянно проживала и продолжает проживать в данном жилом доме, неся бремя его содержания.

В силу пункта 3 статьи 572 ГК РФ договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя, ничтожен.

В ходе рассмотрения дела ответчики указывали на отсутствие у них намерений претендовать на спорное помещение при жизни матери, вселиться в жилой дом либо распорядиться спорным имуществом каким-либо образом.

В судебном заседании ответчик ФИО2 З. пояснил, что доля в доме была подарена ему матерью с перспективой на будущее, и что распоряжаться домом и проживать там он сможет после смерти матери.

Также, сторонами не отрицалось, что ФИО1 не собиралась фактически при жизни передавать свой дом кому-либо из ответчиков, так как проживать в ином жилом помещении, либо жить с кем-либо из детей она не намеревалась, другого жилья она не имела. 

Учитывая возраст ФИО1, состояние ее здоровья, нуждаемость в помощи и заботе родных и близких, существенным условием для нее являлась уверенность в том, что дети будут оказывать ей помощь до конца жизни, а дом перейдет в собственность ответчиков после ее смерти.

Кроме того, о том, что ФИО1 заблуждалась относительно природы сделки, свидетельствует и то обстоятельство, что совершая сделку она передала в собственность ответчикам единственное жилье, и утратила право владения, пользования и распоряжения данным имуществом, включая юридическое право проживания в этом доме.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что совокупность вышеприведенных обстоятельств указывает на ничтожный характер сделки (договора дарения) в силу ст. 572 ГК РФ, поскольку истица предполагала, что передача имущества перейдет к ответчикам только после ее смерти, что также подтверждает заблуждение ФИО1 относительно природы сделки.

Совершенные ФИО1 действия по подписанию договора при установленных обстоятельствах сами по себе не свидетельствуют о возможности в достаточной мере воспринимать и усваивать поступающую информацию либо делать выводы на основании определенных сведений. 

Договор дарения был совершен в простой письменной форме без участия нотариуса, сведений о том, что договор дарения зачитывался сторонам вслух не имеется, разъяснение содержания договора не входит в обязанности специалиста Управления федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан, принимающего от участников сделки для совершения регистрационных действий комплект документов.

Доводы ответчика ФИО4 ФИО5 о пропуске истцом срока исковой давности не являются основанием для отказа истцу в удовлетворении заявленных требований в виду следующего.

В силу положений статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Согласно правилам статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются Гражданским кодексом Российской Федерации и иными законами.

Так, специальные сроки исковой давности и особые правила их исчисления установлены, в том числе, при рассмотрении требований о признании сделок недействительными статьей 181 ГК РФ.

В силу пункта 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из объяснения ответчиков ФИО2 З. и ФИО4 ФИО5 следует, что их действия по возвращению части спорного имущества истцу в феврале 2016 года были связаны с тем, что мать осознав, что осталась без доли в жилом доме просила их подарить ей часть доли обратно. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что до января 2016 года ФИО1 не понимала последствий совершенной ею сделки. В связи с чем суд признает началом течения срока исковой давности момент заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

С настоящим иском ФИО1 обратилась в суд ДД.ММ.ГГГГ, т.е. за пределами срока исковой давности, предусмотренного законом для обращения в суд за защитой нарушенного права.

Вместе с тем согласно статье 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Из материалов дела, в частности из заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов ГБУЗ Республиканская клиническая психиатрическая больница .... от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что в период между совершением сделки в 2014 году и подачей иска в суд ФИО1 страдала гипертонической болезнью, стенокардией напряжения, неоднократно наблюдалась у терапевта, обращалась с жалобами на повышение АД, головные боли, тошноту, головокружение, сербцебиение, одышку при нагрузке, слабость, шум в ушах, в 2016 году перенесла острый гастроэнтерит, лечилась стационарно, в 2017 году наблюдалась терапевтом с жалобами на повышение АД, носовое кровотечение, изжогу, головные боли, слабость, шум в ушах. Состояние ее оценивалось как относительно удовлетворительное. В настоящее время обнаруживает признаки Органического психического расстройства с умеренным снижением психических функций, эмоционально-волевыми нарушениями, со склонностью к бредообразованию в связи с сосудистым заболеванием головного мозга. 

Суд полагает, что у ФИО1 имелись уважительные причины, связанные с ее личностью, преклонным возрастом, юридической безграмотностю, наличием родственных доверительных отношений между ней и ответчиками, которые препятствовали своевременному обращению в суд с указанными исковыми требованиями и полагает, что срок исковой давности ФИО1 пропущен по уважительной причине и подлежит восстановлению.

В силу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Поскольку договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ является недействительным, суд полагает необходимым признать недействительными и последующие договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в отношении спорной квартиры, возвратив стороны по ним в первоначальное положение.

Что касается исковых требований ФИО1 о признании недействительными свидетельства о праве собственности ответчиков на спорное имущество, то они удовлетворению не подлежат, поскольку указанные документы не порождают права и обязанности на недвижимое имущество, являются правоподтверждающими и аннулируются в случае признания сделки, на основании которой они выданы, недействительной.

На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчиков подлежит к взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере в размере 3301 рублей по 1100 рублей с каждого.

Кроме того, в соответствии с заявлением главного врача ГБУЗ Республиканская клиническая психиатрическая больница ФИО6 о возмещении понесенных расходов, с ответчиков в пользу учреждения подлежат взысканию расходы на производство экспертизы в размере 18000 рублей по 6000 рублей с каждого.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО2 и ФИО3 удовлетворить частично.

Признать недействительными:

- договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>., заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1, ФИО2, ФИО2, 

- договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>., заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2, ФИО2, ФИО1, 

- договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>., заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3.

Прекратить право собственности ФИО2, ФИО2 и ФИО3 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>.

Признать право собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>., за ФИО1.

В остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с ФИО2, ФИО2 и ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3301 рублей по 1100 рублей с каждого.

Взыскать с ФИО2, ФИО2 и ФИО3 в пользу ГБУЗ Республики Башкортостан Республиканской клинической психиатрической больницы расходы, связанные с проведением судебно-психиатрической экспертизы, в размере 18000 рублей по 6000 рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Башкортостан через Кугарчинский межрайонный суд РБ в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий И.Р. Ибрагимова

Мотивированное решение изготовлено 26 февраля 2018 года.