ГСК: Минаев Е.В. № 44г-50/19 

Калоева З.А. (докл.)

Шишова В.Ю.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

СУДА КАССАЦИОННОЙ ИНСТАНЦИИ

г. Ставрополь 14.02.2019

Президиум Ставропольского краевого суда в составе:

председательствующего Переверзевой В.А., 

членов президиума: Блинникова В.А., Бурухиной М.Н., 

ФИО1, ФИО2, ФИО3,

секретаря судебного заседания Ениной С.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью коммерческо-производственная компания «Славия» к ФИО4 ФИО25 об истребовании имущества из чужого незаконного владения,

направленное в президиум определением судьи краевого суда Товчигречко М.М. от 29.01.2019 по кассационной жалобе ИП ФИО5 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 23.05.2018,

заслушав доклад судьи Товчигречко М.М., 

установил:

общество с ограниченной ответственностью коммерческо-производственная компания «Славия» (далее по тексту - ООО КПК «Славия») обратилось в суд с указанным иском, в обоснование которого сослалось на постановление Арбитражного суда Ставропольского края от 09.08.2012, которым договор купли-продажи от 18.02.2010, заключенный между ООО КПК «Славия» и ООО «Группа Сервис», признан недействительным и указало, что в результате последующих сделок принадлежащие истцу объекты недвижимости – склад с административно-бытовыми помещениями, склад, склад, гараж, распложенные по адресу: 

<

адрес>, незаконно выбыли из владения общества помимо его воли и перешли в собственность ФИО6 Просили суд истребовать из чужого незаконного владения у ФИО6 в пользу ООО КПК «Славия» указанные объекты недвижимого имущества.

Решением Промышленного районного суда города Ставрополя от 21.11.2017 в удовлетворении указанных исковых требований отказано в полном объеме.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 23.05.2018 данное решение суда отменено, вынесено новое решение, которым иск ООО КПК «Славия» удовлетворен, истребованы из чужого незаконного владения ФИО6 объекты недвижимости, расположенные по адресу: 

<

...>:

- склад с административно-бытовыми помещениями, инвентарный номер 16721, литер «Д», этаж 1, назначение: нежилое здание, общая площадь 155,9 кв.м., кадастровый (или условный номер) №;

- склад, инвентарный номер 16721, литер «С», этаж 1, назначение: нежилое здание, общая площадь 288,5 кв.м., кадастровый (или условный номер) №;

- склад, инвентарный номер 16721, литер «В», этаж 1, назначение: нежилое здание, общая площадь 147,9 кв.м., кадастровый (или условный номер) №;

- гараж, инвентарный номер 16721, литер «Г1», этаж 1, назначение: нежилое здание, общая площадь 150,6 кв.м., кадастровый (или условный номер) №.

В кассационной жалобе третьим лицом ИП ФИО5 ставится вопрос об отмене обжалуемого постановления суда апелляционной инстанции в связи с неправильным применением судом норм материального права, нарушением норм процессуального права.

По запросу судьи краевого суда от 27.11.2018 дело истребовано в суд для проверки в кассационном порядке. Исполнение постановленного по делу решения приостановлено 25.01.2019 до окончания производства в суде кассационной инстанции.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителя ИП ФИО7 – ФИО8, представителя ФИО6 – ФИО9, представителя ФИО10 – ФИО11, поддержавших доводы кассационной жалобы, представителя ООО КПК «Славия» - ФИО12, просившую отказать в удовлетворении кассационной жалобы, президиум краевого суда находит, что имеются основания для отмены апелляционного определения и направления дела на новое апелляционное рассмотрение. 

В соответствии с требованиями ст. 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГПК РФ) основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такого характера нарушения были допущены при рассмотрении гражданского дела.

Судами установлено и из материалов дела следует, что ООО КПК «Славия» на праве собственности принадлежали вышеуказанные объекты недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

18.02.2010 между ООО КПК «Славия» (продавец), в лице генерального директора ФИО13, и ООО «Группа Сервис» (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимости по цене 12000000 рублей, в соответствии с которым спорное недвижимое имущество, расположенное по адресу: 

<

адрес>, а так же иное недвижимое имущество: нежилые административные помещения №№ 192, 252-267 общей площадью 302,7 кв.м. литер «А», нежилые административные помещения №№ 43-47, 70-75 общей площадью 227,9 кв.м. литер «А1», расположенные по адресу: 

<

адрес>, переданы в собственность ООО «Группа Сервис» по акту приема-передачи 26.02.2010 (Т. 1 л.д. 37-38, 39).

20.08.2010 между ООО «Группа Сервис» (продавец) и ФИО5 (покупатель), КБ «Юниаструм Банк» (банк) заключен договор купли-продажи № 34-10/3/КМБ спорного недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

адрес>, по цене 7100000 рублей, приобретаемого за счет кредитных средств. Переход права собственности на указанное имущество зарегистрирован Управлением Росреестра по Ставропольскому краю, с указанием обременения (ипотека) в силу закона (КБ «Юниаструм Банк») (Т. 1 л.д. 42-44).

В соответствии заключенным 20.11.2014 между ФИО5 (продавец) и ФИО10 (покупатель) договором купли-продажи вышеуказанного недвижимого имущества по цене 7 700000 рублей, данное имущество передано по акту приема-передачи 20.11.2014 ФИО10, которым в последующем оно на основании договора дарения 02.11.2016 передано ФИО6 (одаряемая), о чем Управлением Росреестра по Ставропольскому краю произведена регистрация перехода права собственности за ФИО6 (Т. 1 л.д. 45-46, 47-48, 128-130). 

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 12.11.2010 по заявлению ООО КПК «Славия» в отношении общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО14 (Т. 3 л.д. 3-6).

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 13.10.2011 ООО КПК «Славия» признано несостоятельным (банкротом). Данным решением конкурсным управляющий утвержден ФИО14, а с 18.05.2017 - ФИО15 (Т. 1 л.д. 49-52, Т. 3 л.д. 7-10, 17-18).

В ходе мероприятий конкурсного производства ООО КПК «Славия», конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с иском о признании договора купли-продажи от 18.02.2010, заключенного между ООО КПК «Славия» и ООО «Группа Сервис» недействительным.

09.08.2012 определением Арбитражного суда Ставропольского края в рамках дела № А63-8838/2010 о несостоятельности (банкротстве) общества по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» договор купли-продажи от 18.02.2010 признан недействительным. Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления задолженности ООО КПК «Славия» перед ООО «Группа Сервис» по договору купли-продажи от 18.02.2010 в размере 12 000 000 рублей. Восстановлена задолженность ООО «Группа Сервис» перед ООО КПК «Славия» в размере 12 000 000 рублей (Т. 1 л.д. 18-25).

В качестве основания к признанию сделки от 18.02.2010 недействительной Арбитражный суд Ставропольского края в определении 09.08.2012, сославшись на ее совершение ООО КПК «Славия» в преддверии банкротства, перепродажу имущества за короткий срок, а также на существенную разницу в стоимости сделок, пришел к выводу о том, что указанная сделка отвечает признакам подозрительной сделки. Суд признал доказанным нанесение ущерба кредиторам и должнику совершенной сделкой, так как рыночная стоимость имущества значительно выше цены договора, в связи с чем, оспариваемая сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Суд также признал доказанным то обстоятельство, что покупатель ООО «Группа Сервис» знало о выводе активов должника.

Обращаясь 21.06.2017 в суд с иском об истребовании указанного недвижимого имущества у ФИО6, конкурсный управляющий ООО КПК «Славия», ссылался на незаконность владения последней спорным имуществом в силу недействительности сделки купли-продажи, заключенной 18.02.2010 между ООО КПК «Славия» и ООО «Группа Сервис» и указал, что в результате ряда последовательных сделок спорное недвижимое имущество перешло в собственность ФИО6 и находится в её фактическом владении.

Разрешая спор по существу и отказывая в удовлетворении данного иска, суд первой инстанции, применив нормы ст.ст. 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) исходил из того, что покупатель спорного недвижимого имущества по сделке от 20.08.2010 ФИО5 является добросовестным приобретателем, заключенная им позднее сделка купли-продажи от 20.11.2014 с ФИО10, а так же последующая сделка – договор дарения от 02.11.2016 с ФИО6 не могут квалифицироваться как недействительные по признаку их заключения не правомочными лицами. Кроме того, суд первой инстанции указал, что истцом предъявлены исковые требования за пределами срока, установленного ст. 196 ГК РФ, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска. 

Судебная коллегия, установив, что договор купли-продажи от 18.02.2010 между ООО КПК «Славия» и ООО «Группа Сервис» признан Арбитражным судом недействительным и указав, что в связи с этим ООО «Группа Сервис» не могло его отчуждать, не согласилась с выводами суда первой инстанции о добросовестности ФИО5 как приобретателя по возмездной сделке от 20.08.2010, сославшись на приобретение им имущества в результате перепродажи в короткий срок и через сделку по заниженной цене, признанной недействительной. 

В обоснование выводов о недобросовестности последующих приобретателей спорного имущества, судебная коллегия указала, что ФИО10 стал его собственником, не проявив должной степени осмотрительности и совершив сделку купли-продажи от 20.11.2014 в период рассмотрения арбитражным судом исковых требований ООО КПК «Славия» к ИП ФИО5 об истребовании из чужого незаконного владения имущества, и далее имущество было им отчуждено по договору дарения от 02.11.2016 ФИО6, которая приходится ему матерью. 

Таким образом, придя к выводу о недобросовестности вышеуказанных приобретателей спорного имущества, а так же что о нарушении своего права истец узнал не ранее вступления в силу определения Арбитражного суда Ставропольского края от 09.08.2012, то есть – 24.08.2012, и с иском об истребовании имуществу у ИП ФИО5 обратился в установленный ст. 196 ГК РФ срок - 04.03.2014, суд апелляционной инстанции отменил решение суда с вынесением нового решения об удовлетворении исковых требований ООО СПК «Славия» об истребовании спорного имущества у ФИО6 

Вместе с тем, с выводами суда апелляционной инстанции согласиться нельзя по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Пунктом 1 статьи 302 ГК РФ установлено, что если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Абзацем 1 пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что, по смыслу п. 1 ст. 302 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Из приведенных положений закона и акта его толкования следует, что по общему правилу зарегистрированное право собственности лица, владеющего имуществом, приобретенным по сделке не у истца, а у другого лица, может быть оспорено истцом путем истребования этого имущества по основаниям, предусмотренным ст. 302 ГК РФ, с установлением всех необходимых для этого обстоятельств, в том числе связанных с защитой прав добросовестного приобретателя, и с соответствующим распределением обязанностей по доказыванию.

Таким образом, одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию при обращении в суд с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения, является установление факта выбытия имущества из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, по воле или помимо их воли.

При этом согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ истец должен доказывать выбытие имущества из его владения помимо воли.

Ответчик - добросовестный приобретатель вправе предъявить доказательства выбытия имущества из владения собственника по его воле.

В соответствии с п. 1 ст. 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Согласно абз. 1 п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Из содержания указанной статьи Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что по общему правилу юридическое лицо, заключая договор в целях установления прав и обязанностей, тем самым проявляет свою волю и интерес.

То же касается и ссылки суда на установленные вступившим в законную силу судебным постановлением Арбитражного суда допущенные нарушения законодательства при заключении договора купли-продажи от 18.02.2010, поскольку действующее законодательство – ст. 302 ГК РФ - не связывает возможность ее применения и истребования имущества от добросовестного приобретателя с действительностью договора (сделки), во исполнение которого передано имущество.

Соответствующее разъяснение содержится в абз. 2 п. 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», согласно которому недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, сама по себе не свидетельствует о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Исходя из смысла вышеприведенной нормы права (п. 1 ст. 302 ГК РФ) и разъяснений Пленума, суду для правильного разрешения спора следовало установить факт выбытия имущества из владения собственника по воле или помимо его воли, возмездность (безвозмездность) приобретения имущества, а также осведомленность приобретателя о неправомерности отчуждения имущества лицом, у которого оно было приобретено.

Между тем, данное обстоятельство суд апелляционной инстанции оставил без исследования и правовой оценки.

Из определения Арбиражного суда Ставропольского края от 09.08.2012 следует, что заключенный между ООО КПК «Славия» и ООО «Группа Сервис» договор купли-продажи от 18.02.2010 признан недействительным по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» как совершенный в преддверии банкротства и отвечающий признакам подозрительной сделки. 

Из указанного судебного постановления не следует, что судом исследовался и был решен вопрос о выбытии спорного имущества по воле собственника или помимо этой воли, применительно к требованиям п. 1 ст. 302 ГК РФ.

При этом судом не исследован вопрос о том, на основании каких именно решений и каких органов управления общества было отчуждено спорное имущество и достаточно ли оснований для признания выбытия имущества из обладания истца на основании этих решений правомерным, совершенным по воле собственника.

Кроме того, отменяя решение районного суда, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ФИО5 не является добросовестным приобретателем. При этом обстоятельств, которые могли бы вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца на его отчуждение, судом апелляционной инстанции не установлено.

Так, п. 5 ст. 10 ГК РФ следует, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 разъяснено, что в силу п. 2 ст. 8 ГК РФ (действовавшей на момент приобретения спорного имущества ФИО5) права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом.

Аналогичные положения закреплены в п. 2 ст. 8.1 ГК РФ.

Лицо, указанное в государственном реестре в качестве правообладателя, признается таковым, пока в установленном законом порядке в реестр не внесена запись об ином (п. 6 ст. 8.1 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (действовавшего на момент возникновения спорных отношений) государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним является юридическим актом признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права.

Признавая ФИО5 добросовестным приобретателем, суд первой инстанции в обоснование данного вывода сослался на приобретение им спорного имущества по возмездному договору от 20.08.2010, за счет представленного банком ФИО5 кредита под залог приобретаемых помещений. При этом на момент заключения данной сделки ООО КПК «Славия» не находилось в стадии банкротства, каких-либо обременений в отношении данного имущества судом не установлено. 

С учетом данных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии доказательств умысла на причинение истцу ущерба при совершении ФИО5 сделки в августе 2010 по приобретению спорного имущества.

Из установленных судом обстоятельств следует, что ФИО5 участником признанной арбитражным судом сделки от 18.02.2010 не являлся и в отношения по приобретению спорного имущества с ООО КПК «Славия» не вступал, права в отношении данного недвижимого имущества приобрел по договору купли-продажи, заключенному с ООО «Группа Сервис».

На момент приобретения ФИО5 спорного недвижимого имущества ее собственником согласно данным ЕГРП, на которые покупатель был вправе полагаться, являлось ООО «Группа Сервис» (Т. 1 л.д. 136, 196, Т. 2 л.д. 60).

Судом апелляционной инстанции данные обстоятельства оставлены без внимания и надлежащей оценки при вынесении решения, тогда как в обоснование вывода о недобросовестности ФИО5 судебная коллегия указала на то, что ФИО5 должен был знать об отсутствии у ООО «Группа Сервис» права на отчуждение спорного имущества, а так же ее приобретение по заниженной цене, сославшись на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 09.08.2012, то есть принятого после приобретения имущества ФИО5

Вместе с тем, указанным определением Арбитражного суда установлено, что сумма спорной сделки всего имущества, в частности расположенного по 

<

адрес>, являющегося предметом первоначальной сделки от 18.02.2010 должна быть выше 12000000 рублей, тогда как ФИО5 приобрел по сделке только часть указанного имущества, расположенного по 

<

адрес> за 7100000 рублей и согласно представленного ответчиком, в качестве доказательств его добросовестности при совершении сделки по приобретению данного имущества, отчета об оценке от 25.04.2015, подготовленного ООО «НИКЕ», рыночная стоимость данного имущества составляет 7550700 рублей, что не получило оценки суда апелляционной инстанции при вынесении нового решения (Т. 3 л.д. 58-228). 

Судом первой инстанции ФИО10 так же признан по возмездной сделке от 20.11.2014 добросовестным приобретателем спорного имущества, находящегося на момент совершения сделки более четырех лет во владении и собственности ФИО5, о чем произведена регистрация права в ЕГРП 27.08.2010 (Т. 1 л.д. 100, 133, 169). 

Суд апелляционной инстанции, не согласившись с выводами суда о добросовестности приобретателя ФИО10, сослался на заключение им указанной сделки в период рассмотрения арбитражным судом исковых требований ООО КПК Славия» к ИП ФИО5 об истребовании из чужого незаконного владения имущества.

Вместе с тем, указанная сделка от 20.11.2014 совершена после принятия Арбитражным судом Ставропольского края решения от 14.07.2014 об отказе в удовлетворении указанных исковых требований ООО КПК «Славия», предъявленных к ИП ФИО5, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2014, вступившим в законную силу с момента его принятия. (Т. 3 л.д. 27-29, 30-34).

Также президиум не может согласиться с выводом суда апелляционной инстанции об исчислении срока исковой давности с момента вступления в законную силу определения Арбитражного суда Ставропольского края от 09.08.2012.

Так, к искам об истребовании недвижимого имущества из чужого незаконного владения применяется общий срок исковой давности, исчисляемый со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (ст. 200 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как разъяснено в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (п. 1 ст. 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что изменение состава лиц, уполномоченных действовать от имени юридического лица, не влияет на исчисление срока исковой давности по требованиям такого юридического лица.

Запись о праве собственности ФИО5 в отношении спорного имущества произведена в ЕГРП 27.08.2010. 

В связи с введением процедуры наблюдения, ФИО14 был утвержден временным управляющим ООО КПК «Славия» - 12.11.2010.

Согласно представленной суду копии договора о передаче прав и обязанностей (о перенайме) по договору аренды земельного участка под спорными объектами по адресу: 

<

адрес>, заключенного между арендатором данного участка по договору аренды от 30.10.2008 № 6903 – ООО КПК «Славия» и ИП ФИО5, его условия содержат информацию о приобретении спорного имущества ФИО5, по договору купли-продажи от 20.08.2010, заключенному с ООО «Группа Сервис», являвшемся собственником данного имущества на основании договора купли-продажи от 18.02.2010, заключенном с ООО КПК «Славия». Указанные договор перенайма заключен с ФИО7 истцом 04.02.2011, тогда как первоначально истец обратился с иском в суд об истребовании имущества только 04.03.2014, то есть за пределами срока установленного п. 1 ст. 196 ГК РФ (Т. 2 л.д. 137-138). 

Допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального права представляются существенными по смыслу ст.387 ГПК РФ.

С учетом изложенного, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 23.05.2018 нельзя признать законным, так как оно принято с существенным нарушением норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, что является в силу ст.387 ГПК РФ основанием для его отмены в кассационном порядке с направлением дела на новое рассмотрение в ином составе судей.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 ГПК РФ, президиум Ставропольского краевого суда

постановил:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 23.05.2018 отменить, дело направить на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

Приостановление исполнения апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 23.05.2018, принятого на основании кассационного определения судьи Ставропольского краевого суда от 25.01.2019 - отменить.

Председательствующий: В.А. Переверзева

ФИО16