РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 февраля 2018 года г.Ангарск

Ангарский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Шишпор Н.Н., при секретаре Алиметовой С.Г., с участием прокурора Кульгавой Д.А., истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела № 2-514/2018 по иску ФИО1 к АО «Каравай» о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

В обоснование заявленных требований истец указал, что 01.12.2014 он был принят в АО «Каравай» на кондитерский участок производства оператором линии в производстве пищевой продукции; 12.11.2016 переведен на участок упаковки №1 производства № 1 машинистом расфасовочно-упаковочных машин третьего разряда; уволен 03.10.2017.

Условия работы были очень тяжелыми, заключалось это в том, что скорость работы была высокой, производственный процесс был напряженным. В связи с данными условиями труда на своем рабочем месте в ночь на 2 декабря 2016 он сорвал спину, с 02.12.2016 по 13.12.2016 был нетрудоспособен, ему поставлен диагноз- хроническая вертеброгенная люмбалгия. В настоящее время у него постоянно болит спина, он не может работать в условиях, где необходимо применять физическую силу.

В результате незаконных действий ответчика, который создавал условия напряженного и тяжелого производственного процесса, был причинен вред его здоровью, в связи с чем, он вынужден был уволиться. На основании изложенного, просит взыскать с ответчика в качестве компенсации морального вреда 150 000 рублей.

В судебном заседании истец заявленные требования поддержал по тем доводам, которые изложены в исковом заявлении, дополнив, что в ночную смену 02.12.2016 он сорвал спину, так как скорость движения ленты, по которой двигался хлеб, который он складывал в шефлоты, была очень высокая; он не успевал, шефлоты скапливались, он толкнул 2-3 стопки с хлебом и сорвал спину. Ночную смену он доработал, затем ему был оформлен больничный лист. Работодателя о случившемся факте он в известность не ставил, служебное расследование не проводилось. Фактически с настоящим иском он обратился, чтобы получить компенсацию за свою небольшую заработную плату, которую он получал.

Представитель ответчика – ФИО2, действующая на основании доверенности, иск не признала, поддержав доводы письменных возражений, которые приобщены к материалам дела.

Суд, выслушав пояснения истца и представителя ответчика, заключение прокурора Кульгавой Д.А., полагавшей иск не подлежащим удовлетворению, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 ГК РФ. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, из анализа указанных правовых норм следует, что моральный вред компенсируется в случае нарушения или посягательства на личные нематериальные блага ( права) граждан; компенсация морального вреда по общему правилу допускается при наличии вины причинителя вреда ( за исключением случаев, предусмотренных ст. 1100 ГК РФ).

В судебном заседании установлено и материалами дела подтверждается, что с 01.12.2014 ФИО1 был принят в АО «Каравай» на должность оператора линии в производстве пищевой продукции 6н разряда на кондитерский участок производства № 1; с 12.11.2016 переведен на должность машиниста расфасовочно-упаковочных машин 3н разряда участок упаковки №1 производства №1. Приказом от 03.10.2017 уволен по собственному желанию.

В обоснование заявленных требований истец указал, что на рабочем месте 02.12.2016 сорвал спину, был нетрудоспособен, объясняя это неблагоприятными условиями труда.

В соответствии со ст. 37 п.3 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. В случае если все же работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами ( ст.22,212 ТК РФ).

Виды, объем и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральным законом ( ст. 184 ТК РФ).

Ответственность работодателя заключается в возмещении работнику причиненного вреда в том числе, путем выплаты компенсации морального вреда.

В соответствии с частью 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно ст. 229.1 Трудового кодекса РФ несчастный случай, о котором не было своевременно сообщено работодателю или в результате которого нетрудоспособность у пострадавшего наступила не сразу, расследуется в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, по заявлению пострадавшего или его доверенного лица в течение одного месяца со дня поступления указанного заявления.

Согласно ст. 230 Трудового кодекса РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

На основании ст.3 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом в случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

В соответствии со ст.227 Трудового кодекса РФ расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли: в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе, во время установленных перерывов.

Установлено, что ФИО1 работал в ночную смену с 1 на 2 декабря 2016года; в период с 02.12.2016 по 13.12.2016 был нетрудоспособен.

Как следует из медицинской карты амбулаторного больного 02.12.2016 ФИО1 обращался в медицинское учреждение с жалобами на боль в спине, ограничение движений, назначено амбулаторное лечение, установлен диагноз – вертеброгенная люмбалгия хронического течения; 13.12.2016 выписан к труду, выдана справка по месту работы с ограничением подъема тяжести до 10 кг на 1 месяц.

Суд разъяснил истцу его право на уточнение исковых требований, в том числе об установлении факта несчастного случая на производстве, предоставив время для уточнения требований, однако истец пояснил суду, что не намерен уточнять иск, просил принимать решение по имеющимся в деле доказательствам.

Согласно ст.214 Трудового кодекса РФ работник обязан немедленно извещать своего непосредственного или вышестоящего руководителя о любой ситуации, угрожающей жизни и здоровью людей, о каждом несчастном случае, происшедшем на производстве, или об ухудшении состояния своего здоровья, в том числе о проявлении признаков острого профессионального заболевания (отравления).

Из пояснений истца следует, что о произошедшем с ним факте несчастного случая он не поставил в известность работодателя.

В судебном заседании был исследован журнал регистрации несчастных случаев на производстве, в котором отсутствует запись о произошедшем случае с ФИО1

Таким образом, акт о несчастном случае на производстве, не составлялся; иные доказательства, свидетельствующие о наличии вины ответчика в причинении вреда здоровью истца, материалы дела не содержат.

Доводы истца о том, что причиной повреждения вреда здоровья явились тяжелые условия труда, своего подтверждения не нашли.

Согласно проведенной в 2012 году аттестации рабочего места истца по условиям труда, общая оценка условий труда по степени вредности и (или) опасности факторов производственной среды и трудового процесса признаны вредными; по результатам оценки травмобезопасности рабочего места истца условия труда на рабочем месте относятся к классу 1, производственное оборудование соответствует нормативным требованиям; в качестве используемого машинистом расфасовочно-упаковочных машин ( 3 разряда) оборудования указано на автоматическую горизонтальную упаковочную машину Бестром, автоматическую горизонтальную упаковочную машину «Трапеза».

В судебном заседании истец пояснил, что он выполнял работу на автоматической горизонтальной упаковочной машине «Трапеза», указывая, что причиной возникновения боли в спине явилась высокая скорость движения ленты, которую он не мог регулировать.

Оценив указанные доводы, суд не может с ними согласиться.

Как следует из должностной инструкции машиниста расфасовочно-упаковочных машин 3н разряда, главной задачей машиниста является упаковка по установленным планово-экономическим отделом нормам и количеству остывшей хлебобулочной продукции на автомате «Бестром-65» и «Минипак» и маркировка ее самоклеющейся этикеткой; машинист должен знать и соблюдать «Правила охраны труда и техники безопасности» при выполнении работ», устройство и принцип работы обслуживаемого автомата, правила его эксплуатации и ухода за ним, способы устранения неисправностей.

В судебном заседании по ходатайству ответчика был допрошен свидетель ФИО7, работающий наладчиком в АО «Каравай», показавший суду, что истец работал на упаковочной горизонтальной машине «Русская трапеза»; машина упаковывает хлеб, который попадает на выгрузной транспортер- движущуюся ленту, под которым находится лоток. В том случае, если работник не успевает принять хлеб руками, он падает в лоток. Машинисты могут сами задавать темп ленты, регулирующий механизм расположен на машине. Машинист работает в паре с оператором, которого может попросить сбавить скорость движения ленты. Насколько он помнит, в декабре 2016 года поломок машины не было.

Не доверять показаниям свидетеля, у суда оснований не имеется. Таким образом, доводы истца о том, что причиной повреждения здоровья явилась высокая скорость трудового процесса, надлежащими доказательствами не подтверждены.

Установлено также, что в ноябре 2016 ФИО1 проходил медицинский осмотр, по результатам которого в соответствии с заключением от 23.12.2016 признан годным к работе во вредных производственных факторах. Через год, пройдя очередной медицинский осмотр, истец также был признан годным к работе, что подтверждается заключительным актом № 212 от 18.01.2017.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ истец не представил доказательств получения увечья (травмы) или иного повреждения здоровья при исполнении трудовых обязанностей по трудовому договору, следовательно, факт несчастного случая, равно как и наличие профессионального заболевания, возникших по вине ответчика, не подтвержден. 

Таким образом, оценив представленные доказательства, суд находит заявленные требования необоснованными, поскольку факт причинения вреда здоровью истца при работе во вредных условиях труда по вине работодателя не нашел своего подтверждения, следовательно отсутствуют основания для удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска иске ФИО1 к АО «Каравай» о компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Ангарский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение будет изготовлено 15.02.2018.

Судья Шишпор Н.Н.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>