Судья 1 инстанции Мухамедзянова А.М. № 22-2727/2024

Судья докладчик – Несмеянова О.Н.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

27 августа 2024 года г. Иркутск 

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе: председательствующего судьи Несмеяновой О.Н.,

при ведении протокола помощником судьи Девятириковой Е.Д.,

с участием прокурора Власовой Е.И.,

защитников подсудимого ФИО1 – адвоката Лескиной А.А., 

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Пановой Н.О., апелляционной жалобе адвоката Лескиной А.А. на постановление Кировского районного суда г. Иркутска от 3 июля 2024 года о возвращении уголовного дела в отношении

ФИО1, (данные изъяты), обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ,

прокурору 

<

адрес изъят> для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Изложив содержание апелляционного представления, апелляционной жалобы, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Кировского районного суда г.Иркутска от 3 июля 2024 года уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ возвращено прокурору 

<

адрес изъят> для устранения препятствий его рассмотрения судом на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ в связи с тем, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального кодекса РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

На указанное постановление государственным обвинителем Пановой Н.О. принесено апелляционное представление, поскольку считает вынесенное постановление подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, наличием существенных нарушений уголовно-процессуального закона. 

В обоснование доводов представления, приводя положения ст.237 УПК РФ, ст. 220 УПК РФ, считает, что нет оснований для утверждения о том, что при составлении обвинительного заключения допущены нарушения требований УПК, поскольку, по мнению автора представления, обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст.220 УПК РФ и содержит подробное описание преступного деяния по признакам преступления, инкриминируемого ФИО1 по ч.1 ст.187 УК РФ, в том числе, место и время совершенного преступления, его способ, сведения об умысле, направленного на неправомерное осуществление, распоряжение третьими лицами счетом (данные изъяты) В обход используемых банком систем идентификации клиента и защиты компьютерной информации, общественно-опасные последствия, причиненные противоправными действиями ФИО1, повлекшие неправомерный оборот денежных средств с расчетного счета, открытого на (данные изъяты) а также содержит формулировку обвинения с указанием части, статьи УК РФ.

Полагает, что орган предварительного расследования верно исходил из совокупности полученных доказательств по уголовному делу при определении прямого умысла ФИО1 на охраняемые посредством уголовного закона отношения. Считает, что в ходе расследования уголовного дела установлено, что по расчетным счетам общества имелся оборот денежных средств на сумму (данные изъяты), тем самым установлен факт приема, выдачи, перевода денежных средств по расчетным счетам (данные изъяты), а также общественно-опасных последствий, повлекших неправомерный оборот средств платежей. 

Считает, что судом не приняты во внимание положения ч.1 ст.305, ст.307 УПК РФ, возвращение уголовного дела по указанным судом основаниям является необоснованным затягиванием уголовного судопроизводства, нарушений требований ст.6.1 УПК РФ. 

Указывая на заявленное адвокатом Лескиной А.А. ходатайство о наличии оснований для переквалификации действий ФИО1 на ч.1 ст.173.1 УК РФ и необходимости прекращения уголовного дела, полагает, что суд в нарушении п.3 ч.8 ст.246 УПК РФ, принял решение о возвращении уголовного дела прокурора в порядке ст.237 УПК РФ.

Просит постановление отменить, направить уголовное дело для рассмотрения по существу в другом составе.

В апелляционной жалобе адвокат Лескина А.А. в интересах подсудимого ФИО1 полагает, что постановление является незаконным и необоснованным в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона и неправильном применении уголовного закона. Приводя положения п.3 ч.1 ст.254, ч.1 ст.28 УПК РФ, показания, изложенные в протоколе дополнительного допроса подозреваемого ФИО1 от Дата изъята , считает, что в действиях ФИО1 усматриваются признаки преступления небольшой тяжести, предусмотренного ч.1 ст.173.1 УК РФ, вместе с тем, по мнению автора жалобы, вопреки ч.2 ст.252 УК РФ, позиции прокурора, изменившего обвинение, суд принял решение по ч.1 ст.187 УК РФ. Указывает, что резолютивная часть обжалуемого постановления не содержит сведений о результатах рассмотрения ходатайства стороны защиты о переквалификации действий ФИО1 с ч.1 ст.187 УК РФ на ч.1 ст.173.1 УК РФ. 

Полагает, что постановление не отвечает требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, в связи с чем, подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство. 

В судебном заседании прокурор Власова Е.И., защитник подсудимого ФИО1 – адвокат Лескина А.А. поддержали доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы в полном объеме, просили обжалуемое решение отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение. 

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, выслушав мнения участников процесса, находит постановление суда законным и обоснованным по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 4 ст. 7, ст. 297 УПК РФ судебное решение должно быть законным, обоснованным и мотивированным и признается таковым, если оно постановлено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основано на правильном применении уголовного закона. 

Органом предварительного расследования, ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 187 УК РФ, в том, что в период времени с Дата изъята по Дата изъята , более точная дата и время органами предварительного следствия не установлены, ФИО1 от имени (данные изъяты), действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью получить денежное вознаграждение, сбыл неустановленному в ходе следствия лицу электронные средства и электронный носитель информации, предназначенный для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств по банковскому счету (данные изъяты) открытым в (данные изъяты), что повлекло неправомерный оборот средств платежей.

В соответствии с ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд при осуществлении производства по уголовному делу вправе по собственной инициативе решать вопрос о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, когда в досудебном производстве допущены нарушения уголовно-процессуального закона, не устранимые в судебном заседании, в том числе, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, то есть когда обвинительное заключение не соответствует требованиям УПК РФ, из-за чего исключается возможность постановления судом приговора или иного итогового решения.

Такие основания для возвращения данного уголовного дела прокурору судом первой инстанции установлены.

Так, в соответствии с требованиями ст. ст. 171, 220 УПК РФ, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении должны быть указаны, в том числе, существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, а также перечень доказательств, подтверждающих обвинение.

Обвинительное заключение является итоговым процессуальным актом (документом), формулирующим на основе собранных доказательств, а также норм материального права обвинение в отношении конкретного лица, завершающим предварительное следствие по уголовному делу, на основании которого суд, в соответствии со ст. 252 УПК РФ, определяет пределы судебного разбирательства, поэтому он должен полностью соответствовать установленным ст. 7 УПК РФ требованиям и содержать необходимые сведения, предусмотренные ст. 220 УПК РФ, в которых на основе собранных доказательств, а также норм материального права сформулировано обвинение в отношении конкретного лица с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за инкриминируемое деяние (преступление).

По смыслу ст. 220 УПК РФ, требованиям уголовно-процессуального законодательства будет соответствовать такое обвинительное заключение, в котором изложены все предусмотренные законом обстоятельства, в том числе, существо обвинения с обязательным указанием в полном объеме подлежащих доказыванию и имеющих значение по делу данных о деянии, указанном в формулировке обвинения.

Статья 73 УПК РФ содержит перечень обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу.

Вместе с тем, составленное по уголовному делу в отношении ФИО1 обвинительное заключение не может быть признано соответствующим указанным требованиям уголовно-процессуального закона.

Частью 1 статьей 187 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за неправомерный оборот средств платежей, а именно: за изготовление, приобретение, хранение в целях сбыта, а равно сбыт поддельных платежных карт, распоряжений о переводе денежных средств, документов или средств оплаты (за исключением случаев, предусмотренных ст. 186 УК РФ), а также электронных средств, электронных носителей информации, технических устройств, компьютерных программ, предназначенных для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств.

Таким образом, диспозицией указанной статьи уголовного закона установлены обязательные признаки объективной стороны неправомерного оборота средств, платежей, которые, соответственно, должны быть отражены следователем в предъявленном обвинении и в составленном затем по делу обвинительном заключении.

Как обоснованно указал суд в постановлении, в предъявленном ФИО1 обвинении отсутствуют данные о том, что умыслом обвиняемого охватывалось то, что переданные (сбытые) им электронные средства, электронные носители информации были предназначены для неправомерного осуществления, распоряжения третьими лицами счетами (данные изъяты), в обход используемых банком систем идентификации клиента и защиты компьютерной информации, не приведено, что именно с использованием полученных от ФИО1 электронных средств и электронных носителей информации неправомерно осуществлялись прием, выдача и переводы денежных средств, что свидетельствует о допущенных органом следствия нарушениях норм уголовно-процессуального закона при составлении обвинительного заключения.

Данные обстоятельства не указаны в обвинительном заключении, что обоснованно принято во внимание судом при принятии обжалуемого постановления о возвращении уголовного дела прокурору.

Предъявленное таким образом обвинение порождает для суда неопределенность в вопросе о том, в каком именно преступлении обвиняется ФИО1, и как следствие – осуществление неправомерного приема, выдачи и перевода денежных средств.

В этой связи следует согласиться с выводами суда о наличии нарушения требований уголовно-процессуального закона, которое не может быть устранено судом и исключает возможность постановления приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения.

Суд, выявив нарушения положений ст. 220 УПК РФ, допущенные следователем при составлении обвинительного заключения в отношении ФИО1, обоснованно посчитал данное обстоятельство препятствием для рассмотрения дела по существу и правомерно принял решение о возврате уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Таким образом, как правильно указал суд, составленное обвинительное заключение не содержит необходимых сведений относительно обстоятельств, подлежащих обязательному установлению по уголовному делу, что препятствует определению точных пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст. 252 УПК РФ, ущемляет гарантированное подсудимому право знать, в чем именно он обвиняется, исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения. 

В связи, с чем суд обоснованно указал, что не может самостоятельно устранить данные нарушения в ходе рассмотрения дела, поскольку в соответствии с ч. 3 ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования и не выступает на стороне обвинения или стороне защиты, а лишь создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, а выявленные нарушения закона являются существенными, создают неопределенность обвинения, нарушая право на защиту обвиняемого, и не могут быть устранены в суде, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения. 

Вопреки доводам апелляционных представления и жалобы, выявленные недостатки обвинительного заключения являются существенными и неустранимыми в ходе судебного разбирательства, исключают возможность постановления судом приговора или принятия иного решения на основе данного заключения и нарушают право ФИО1 на защиту.

Необходимо отметить, что на данной стадии суд апелляционной инстанции не дает оценки допустимости и достоверности представленных сторонами доказательств, поскольку такая оценка может быть дана только при рассмотрении дела по существу. 

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на принятие законного, обоснованного и мотивированного решения, апелляционной инстанцией не установлено, постановление суда мотивировано и соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Иные доводы, изложенные в апелляционном представлении и жалобе, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, не опровергают их, сводятся к несогласию с выводами суда, изложенными в обжалуемом постановлении, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены обжалуемого решения.

Обсуждая доводы стороны защиты о том, что судом не рассмотрено ходатайство о переквалификации действий ФИО1 на ч.1 ст.173.1 УК РФ и прекращении уголовного дела, суд апелляционной инстанции отмечает, что суд при вынесении обжалуемого постановления, возвращая уголовное дело прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, пришел к выводу о том, что по данному уголовному делу невозможно принять итоговое решение, в связи с чем, говорить о переквалификации действий ФИО1 в настоящее время не представляется возможным. Ходатайство адвоката Лесковой А.А. было заявлено в нарушении УПК РФ, в стадии обсуждения вопроса о возвращении уголовного дела прокурору, который был постановлен судом, при выслушивании мнения сторон, суд правомерно не рассмотрел ходатайство об изменении квалификации с ч.1 ст. 187 УК РФ на ч.1 ст. 173.1 УК РФ, т.к. предъявленное обвинение, по ч.1 ст. 187 УК РФ не соответствует требованиям закона, является порочным и суд пришел к выводу о невозможности постановления приговора, а также вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение принятого решения, в том числе по доводам апелляционных представления и жалобы, судом апелляционной инстанции не установлено. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Кировского районного суда г.Иркутска от 3 июля 2024 года о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ, прокурору 

<

адрес изъят> для устранения препятствий его рассмотрения судом, в порядке ст. 237 УПК РФ, оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Пановой Н.О., апелляционную жалобу адвоката Лескиной А.А. – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в г. Кемерово в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. 

Председательствующий: О.Н. Несмеянова

Копия верна. Судья О.Н. Несмеянова