дело № 2а-5227/2025 

УИД: 66RS0001-01-2025-004323-24

Мотивированное 

решение

 изготовлено 19.08.2025

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 19.08.2025 

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Коростелевой М.С., 

при секретаре Кузнецовой М.И., 

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством видеоконференц-связи административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению "Следственный изолятор №1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области", Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился с административным иском к Федеральному казенному учреждению "Следственный изолятор №1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области" (далее – ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области) о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование административного иска указано, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области в период с 30.01.2006 по 11.03.2008. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 убыл из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области в ФКУ ИК-18 ГУФСИН России по ЯНАО, при этом в нарушение требований ч.1 ст. 394 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и ч.2 ст. 75 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, администрация ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области не поставила в известность родственников административного истца о том, куда направляют административного истца для отбывания наказания. Неизвещение родственников об отбытии ФИО1 в иное учреждение причинило вред административному истцу и его родственникам, которые были в неведении куда был направлен административный истец. 

ФИО1 просит суд взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Протокольным определением суда к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России, в качестве заинтересованного лица привлечено ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по Свердловской области.

В судебном заседании, организованном с помощью видеоконференц-связи ФИО1 доводы административного иска поддержал. Просил удовлетворить административный иск в полном объеме. Указал о том, что его мать была извещена о прибытии в ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО сотрудниками учреждения ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО ДД.ММ.ГГГГ. В октябре 2008 года мать ФИО1 приехала к административному истцу на свидание в ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО и сообщила о том, что была извещена о том, где отбывает ФИО1 наказание только ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО, показала ФИО1 уведомление об извещении, пояснила о том, что ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области не направило в ее адрес сведений куда отправляют ФИО1 для отбытия наказания. Также просил восстановить срок на подачу настоящего административного иска в суд, поскольку с материалами личного дела был ознакомлен только в мае 2025 года.

В судебном заседании представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России ФИО2 против доводов административного иска возражала. Просила отказать в удовлетворении требований административного истца. Указала, что обстоятельства, заявленные административным истцом в административном иске не нашли своего подтверждения. Кроме того, административным истцом пропущен срок на обращения с настоящим административным иском в суд. 

Представитель заинтересованного лица ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по Свердловской области в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом. 

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле о времени и месте судебного заседания, руководствуясь положениями ч. 6 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело в их отсутствие. 

Заслушав объяснения административного истца, представителя административных ответчиков, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В Российской Федерации в силу ст. 17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ч. 1 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5).

Указанные нормы введены в действие Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №494-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее по тексту - Закон №494-ФЗ) и применяются с ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как следует из материалов дела, ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В обоснование своих требований ФИО1 указывает о том, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 убыл из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области в ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО, при этом в нарушение требований ч.1 ст. 394 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и ч.2 ст. 75 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, администрация ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области не поставила в известность родственников административного истца о том, куда направляют административного истца для отбывания наказания.

Согласно ч.1 ст. 394 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации после вступления в законную силу приговора, по которому осужденный, содержащийся под стражей, приговорен к аресту или лишению свободы, администрация места содержания под стражей в соответствии со ст. 75 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации извещает одного из близких родственников или родственников осужденного о том, куда он направляется для отбывания наказания.

В соответствии с ч. 2 ст. 75 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация следственного изолятора обязана поставить в известность одного из родственников по выбору осужденного о том, куда он направляется для отбывания наказания.

Исходя из прямого толкования данной нормы, обязанность извещения одного из родственников об убытии для отбывания наказания, возникает только после того, как осужденный укажет одного из родственников поставить в известность о том, куда он направляется для отбывания наказания.

Согласно справке ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области от ДД.ММ.ГГГГ поскольку ФИО1 убыл вместе с личным делом, информацией о выборе осужденного об извещении родственников, изложенной в письменном заявлении администрация ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области не располагает. Кроме того, указывают, что накопительные дела с вышеуказанными извещениями за 2008 год уничтожены за истечением срока хранения (л.д. 14).

Согласно ответу на судебный запрос из ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО следует, что личное дело ФИО1 сведений об извещении родственников об убытии ДД.ММ.ГГГГ не содержит, также не имеется заявления ФИО1 о необходимости извещения родственников (л.д. 43). 

Сам административный истец ФИО1 не представил доказательств обращения с заявлением в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области об извещении одного из родственников об убытии для дальнейшего отбывания наказания.

Из объяснений ФИО1 в судебном заседании следует, что к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области с заявлением о необходимости извещения своей матери куда он направляется для дальнейшего отбытия наказания он не обращался, поскольку считает, что извещение родственников куда направляется осужденный для отбытия наказания является обязанностью ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области.

Согласно справке ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области от ДД.ММ.ГГГГ журналы регистраций, заявлений и жалоб обвиняемых, подозреваемых и лиц, содержащихся под стражей в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области за период с 2006 по 2008 годы уничтожены в соответствии с утвержденным порядком. 

Частью 1 статьи 4 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность, а также право на обращение в суд в защиту прав других лиц или в защиту публичных интересов в случаях, предусмотренных данным Кодексом и другими федеральными законами.

В определении от 20.04.2017 №737-О Конституционный Суд Российской Федерации указал, что в соответствии с ч 1. ст.218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин может обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, должностного лица, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности. По смыслу приведенного законоположения гражданин обладает правом оспорить в указанном порядке такие действия и решения государственных органов, должностных лиц, которые носят персонифицированный характер и непосредственно касаются прав, свобод и законных интересов гражданина, которые, как он полагает, были нарушены.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 19.07.2016 №1727-О, в развитие закрепленной в ст. 46 Конституции Российской Федерации гарантии на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина ч. 1 ст. 4 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации устанавливает, что каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, а ч. 1 ст. 128 того же Кодекса определяет, что гражданин может обратиться в суд с требованием об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, должностного лица, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности. Тем самым процессуальное законодательство, конкретизирующее положения ст. 46 Конституции Российской Федерации, исходит, по общему правилу, из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований предполагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат, и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения.

Таким образом, право на обращение за судебной защитой не является абсолютным и судебной защите подлежат только нарушенные, оспариваемые права, свободы и законные интересы.

Для принятия заявления к производству суда достаточно того, что заявитель выступил в защиту своего нарушенного права, в то время как для удовлетворения требований заявителя недостаточно одного только установления нарушения законодательства. Такое нарушение должно приводить к нарушению прав заявителя. При этом решение суда в силу требований о его исполнимости должно приводить к реальному восстановлению нарушенного права, либо устранять препятствия к реализации названного права.

Подпунктом 1 пункта 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, судом принимается решение об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и об обязанности административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление.

При этом решение о признании бездействия незаконным своей целью преследует именно восстановление прав административного истца, о чем свидетельствует императивное предписание процессуального закона о том, что, признавая решение, действие (бездействие) незаконным, судом принимается решение об обязании административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление.

Таким образом, решение, принимаемое в пользу административного истца, обязательно должно содержать два элемента: признание незаконным решения, действия (бездействие) и указание на действия, направленные на восстановление нарушенного права.

Приведенные выводы соотносятся с положениями ст. 3 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, согласно которой одной из задач административного судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, прав и законных интересов организаций в сфере административных и иных публичных правоотношений, а равно с положениями ч. 1 ст. 4 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, согласно которому каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность, а также право на обращение в суд в защиту прав других лиц или в защиту публичных интересов в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

Административное процессуальное законодательство не содержит в себе института установления юридически значимого факта, которым по своей природе является решение суда о признании бездействия (действия или решения) незаконным в условиях, когда отсутствует способ восстановления прав, либо когда такие права восстановлены до принятия решения судом.

ФИО1 утверждая о нарушении его прав оспариваемым бездействием административного ответчика, не представил этому доказательств и не заявлял требований о восстановлении нарушенных прав.

Из объяснений ФИО1 следует, что ДД.ММ.ГГГГ он убыл из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области в ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО, по прибытию в ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО, ДД.ММ.ГГГГ администрация ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО уведомило его мать о том, что ФИО1 прибыл в ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО для дальнейшего отбытия наказания, в октябре 2008 года его мать приезжала в ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО на свидание к ФИО1

Обращение ФИО1 в суд с административными исками только ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствует также о том, что его права и законные интересы оспариваемым бездействием административного ответчика нарушены не были, поскольку его родственники располагали информацией о месте его нахождения.

Принимая во внимание, что за период содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 к администрации учреждения с заявлением об извещении кого-либо из родственников при убытии из учреждения в иное учреждение не обращался, в настоящее время все журналы уничтожены в связи с истечением сроков хранения, какого-либо незаконного бездействия сотрудников ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области судом не установлено, само обращение ФИО1 в суд имело место по прошествии 17 лет, при этом каких-либо доказательств того, что действиями (бездействиями) сотрудников ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО1 были причинены какие-либо физические и нравственные страдания, были нарушены личные неимущественные права в материалы дела не представлено, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания соответствующей компенсации.

Разрешая ходатайство административного истца о восстановлении пропущенного процессуального срока на обращение с настоящим административным иском в суд, суд приходит к следующему.

Статьей 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (часть 1). Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании (часть 5).

Как уже было отмечено, ФИО1 просит восстановить пропущенный процессуальный срок на обращение с настоящим административным иском в суд, ввиду того, что ознакомился с личным делом только в мае 2025 года.

Лицам, пропустившим установленный настоящим Кодексом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен (ч. 1 ст. 95 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Обязанность доказывания соблюдения срока обращения в суд возлагается на лицо, обратившееся в суд (ч. 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Из объяснений ФИО1 в судебном заседании следует, что в октябре 2008 года, когда его мать приезжала в ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО на свидание к ФИО1, она ему сообщила о том, что была извещена о том, где отбывает ФИО1 наказание только ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО, показала ФИО1 уведомление об извещении от ДД.ММ.ГГГГ, пояснила о том, что ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области не направило в ее адрес сведений куда отправляют ФИО1 для отбытия наказания.

В суд с настоящим административным иском ФИО1 обратился ДД.ММ.ГГГГ (л.д.6) передав свой административный иск администрации ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО, который был отправлен АО "Почта России" ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 8), то есть практически спустя 17 лет после того, как ему стало известно от матери, что извещение куда отправляют ФИО1 для отбытия наказания было направлено только ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО, что ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области не направило в адрес матери извещения.

Данных об объективных препятствиях для своевременного оспаривания бездействия ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области и как следствие обращения с административным иском о взыскании компенсации морального вреда, материалы дела не содержат.

Сам по себе тот факт, что ФИО1 ознакомился с личным делом только в мае 2025 года не является основанием для восстановления административному истцу пропущенного процессуального срока на подачу настоящего иска в суд, поскольку административный истец, зная от своей матери еще в 2008 году о том, что ее уведомило только ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО, не был лишен возможности раньше ознакомиться с материалами личного дела и обратиться в суд в разумные сроки, а не спустя 17 лет. 

Таким образом, суд приходит к выводу о пропуске без уважительных причин срока обращения с указанными административными исковыми требованиями.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 в полном объеме.

Руководствуясь статьями ст. 175 – 180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении административных исковых требований ФИО1 к Федеральному казенному учреждению "Следственный изолятор №1 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области", Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний о взыскании компенсации морального вреда отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья М.С. Коростелева