<

.......>

П Р И Г О В О Р

И м е н е м Р о с с и й с к о й Ф е д е р а ц и и

г.Тюмень 

<

.......>

Тюменский областной суд в составе:

председательствующего судьи Батуриной Н.Н., 

при помощнике судьи Шешуковой А.В., секретаре Новиковой Т.В., 

с участием:

государственных обвинителей Бадритдинова И.И., Кирюхиной И.Г., 

подсудимого ФИО37, 

защитников - адвокатов Мешкореза С.П., Минасяна М.Д., Ялдышева Е.С., Оганесяна Г.М., 

а также потерпевшей ФИО1, представителя потерпевшей – главного специалиста отдела по опеке, попечительству и охране прав детства Управления социальной защиты населения 

<

.......> и 

<

.......> ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО37, 

<

.......>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО37 совершил убийство ФИО4 и ФИО3 (ФИО3), то есть умышленно причинил смерть другому человеку, двум лицам. 

Преступление совершено им в г.Тюмени при следующих обстоятельствах:

В период времени с 00 часов 45 минут по 02 часов 30 минут 17 апреля 2023 года ФИО37, находясь в помещении вагона-бытовки, расположенного напротив 

<

.......> 

<

.......>, в котором проживали ФИО4 и ФИО3 (ФИО3), где в ходе распития спиртных напитков, возник словесный конфликт с ФИО4, в результате которого ФИО4 оскорбил его нецензурными словами и нанес ему несколько ударов кулаком в грудь, а также с ФИО3 (ФИО3), которая пыталась нанести ему удар ножом, испытывая личные неприязненные отношения к ФИО4 и ФИО3 (ФИО3), возникшие из-за указанного конфликта, решил совершить их убийство.

С целью реализации преступного умысла, в указанное время, в указанном месте, ФИО37, в ответ на противоправное поведение потерпевших, испытывая к ФИО3 (ФИО3) личные неприязненные отношения, вызванные возникшим конфликтом, вооружившись неустановленным следствием твердым тупым предметом с преобладающей поверхностью, пригодным для причинения человеку телесных повреждений, несовместимых с жизнью, действуя умышленно, с целью причинения ФИО3 (ФИО3) смерти, осознавая, что нанесение им ударов в жизненно-важную часть человеческого организма - голову, может привести к смерти потерпевшей, нанес указанным предметом не менее 10 ударов в область головы ФИО3 (ФИО3), причинив ей открытую черепно-мозговую травму в виде фрагментарно-оскольчатого перелома теменных, височных, клиновидной, лобной, правой скуловой костей черепа, перелома нижней челюсти справа; кровоизлияния в правый желудочек головного мозга, субарахноидальных кровоизлияний: в лобно-теменно-височной области справа и в лобно-височной области слева; кровоизлияний в мягких тканях головы, нижней челюсти и шеи справа, множественных ран волосистой части головы, раны в проекции нижней челюсти справа, причинившую тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни. 

Продолжая реализацию своего преступного умысла, ФИО37, находясь в указанное время, в указанном месте, в ответ на противоправное поведение потерпевших, испытывая к ФИО4 личные неприязненные отношения, вызванные возникшим конфликтом, используя неустановленный в ходе следствия твердый тупой предмет с преобладающей поверхностью, пригодный для причинения человеку телесных повреждений, несовместимых с жизнью, действуя умышленно, с целью причинения смерти ФИО4, осознавая, что нанесение ударов в жизненно важные части человеческого организма – голову и грудную клетку, может привести к смерти потерпевшего, нанес указанным предметом не менее 8 ударов в область головы и не менее 3 ударов в область грудной клетки ФИО4, причинив ему открытую черепно-мозговую травму в виде фрагментарно-оскольчатых переломов клиновидной, левой височной, теменных, решетчатой, лобной костей черепа, кровоизлияния в желудочки головного мозга, тотальных субарахноидальных кровоизлияний над полушариями головного мозга, перелома правого мыщелкового отростка нижней челюсти, одной раны в лобно-теменной области слева, трех – в затылочно-теменной области слева, двух – в теменной области по срединной линии тела, причинившую тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, а также тупую травму грудной клетки в виде переломов левых ребер - 2-4-го по среднеключичной линии, 2-го между среднеключичной и передней подмышечной линиями, 4-6-го, 8-го, 10-го по передней подмышечной линии, 7-9-го по средней подмышечной линии, 3-го,10-го и 11-го по задней подмышечной линии, 3-го по лопаточной линии, причинившую тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни. 

Смерть ФИО3 (ФИО3) наступила через непродолжительный период времени на месте происшествия от указанной открытой черепно-мозговой травмы. 

Смерть ФИО4 наступила через непродолжительный период времени на месте происшествия от открытой черепно-мозговой травмы в виде множественных переломов костей свода и основания черепа. 

Непосредственно после наступления смерти ФИО4 и ФИО3 (ФИО3), опасаясь разоблачения и желая избежать уголовной ответственности за совершенное преступление, с целью скрыть следы совершенного убийства ФИО4 и ФИО3 (ФИО3), используя открытый источник огня, ФИО37 поджег предметы, имевшиеся в помещении вагона-бытовки.

В судебном заседании подсудимый ФИО37 вину в совершении убийства ФИО4 и ФИО3 (ФИО3) не признал, по существу предъявленного обвинения пояснил, что около 21.00 часа 16 апреля 2023 года он пришел в вагончик, в котором проживали ФИО4 и ФИО3, которая в это время спала. В ходе распития спиртных напитков, между ним и ФИО4 возник словесный конфликт, в результате которого ФИО4 оскорбил его и нанес ему несколько ударов кулаком в грудь. На шум в вагончике проснулась ФИО3, которая пыталась нанести ему удар ножом. Испугавшись этого, он взял металлическую трубу и нанес ей 2-3 удара по левой руке, а также один удар в область ребер слева, выбив нож из ее руки. После этого ФИО3 упала на пол и уснула. По его требованию ФИО4 открыл входную дверь, которая была закрыта на щеколду и, когда он выходил из вагончика, ФИО4 ударил его сзади. На улице он поднял доску и стал пугать ФИО4, чтобы он зашел обратно в вагончик. Они схватили доску руками и стали перетягивать каждый на себя. Затем он согласился на предложение ФИО4 продолжить распивать спиртное, они зашли в вагончик, где в ходе распития спиртного ФИО4 снова нанес ему два удара кулаком руки в грудь. После этого, он нанес ФИО4 трубой 3 удара по левой руке и ребрам слева, от которых ФИО4 упал и уснул. Он проверил, что ФИО4 и ФИО3 дышат, и около 01.00 часа 17 апреля 2023 года ушел домой, где постирал свою одежду. На следующий день он был задержан сотрудниками полиции в той же одежде, в которой был ночью у потерпевших в вагончике. Когда он пришел в вагончик, у ФИО4 и ФИО3 телесных повреждений он не видел, от нанесенных им ударов крови у потерпевших не было. Об убийстве потерпевших и поджоге их вагончика, ему ничего не известно, удары по головам ФИО4 и ФИО3 он не наносил, когда потерпевшие падали на пол после нанесенных им ударов трубой, головой они не ударялись. Признает, что мог причинить телесные повреждения ФИО4 в области ребер. 

Исследовав и оценив представленные сторонами обвинения и защиты доказательства, показания потерпевшей и представителя потерпевшего, свидетелей, экспертов и письменные материалы уголовного дела, суд пришел к выводу, что виновность ФИО37 в совершении преступления, изложенного в описательной части приговора, установлена бесспорно. Несмотря на избранную подсудимым позицию, его виновность полностью подтверждается совокупностью представленных суду доказательств.

Так, из исследованных в судебном заседании на основании п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ показаний ФИО37, данных им в период предварительного расследования, установлено, что 17 апреля 2023 года около 02.00 часов он пришел в вагончик, в котором проживали ФИО4 и его жена ФИО3. В ходе распития спиртных напитков ФИО4 стал выражаться в его адрес нецензурной бранью и нанес ему два удара кулаком в грудь. В этот момент проснулась ФИО3 взяла нож и побежала на него. Он взял у печки металлическую трубу, ударил ФИО3 2-3 раза трубой сзади по левому плечу и 2 раза по левой руке, после чего нож выпал у нее из рук, а она упала на пол, ударившись об пол затылком, и уснула. Затем ФИО4 снова ударил его кулаком в грудь, на что он трубой нанес ФИО4 2 удара сзади по правому плечу и 2 удара по рукам. После этого ФИО4 упал на ФИО3 и уснул. Признаков жизни они после этого не подавали. Далее, он ушел из вагончика, домой пришел в 03.00 часа (т.6 л.д.69-76).

В присутствии защитника ФИО37 заявил явку с повинной, согласно которой 17 апреля 2023 года около 02.00 часов в вагончике убил ФИО4 и его жену ФИО3, а также совершил поджог их жилища (т.6 л.д.77-78). 

В целях обнаружения и фиксации следов преступления, а также доказательств, требующих незамедлительного закрепления, изъятия и исследования, следователем проведены неотложные следственные действия – проверка показаний ФИО37 на месте, в ходе которой в присутствии защитника, с применением видеофиксации он подтвердил ранее данные показания, изложив обстоятельства совершенного преступления. 

Так, ФИО37 указал, что в ходе распития спиртных напитков между ним и ФИО4 возник словесный конфликт, в результате чего ФИО4 нанес ему 2 удара кулаком в область груди. Из-за конфликта проснулась ФИО3, которая взяв нож, направилась в его сторону. ФИО37 продемонстрировал на манекене, каким образом с целью выбить нож из рук ФИО3, взял у печки металлическую трубу и нанес ФИО3 удары по рукам, а когда она повернулась к нему спиной, удары в области лопаток. После этого, ФИО3 упала на пол, ударившись затылком и уснула. В это время ФИО4 снова нанес ему удары в область груди, на что он нанес ФИО4 металлической трубой удары по рукам и в области лопаток сзади. ФИО4 упал на пол рядом со ФИО3. При этом, он убедился, что они дышат. Кроме того, ФИО37 в кустах у вагончика указал палку со следами вещества бурого цвета, которой преграждал выход из вагончика ФИО4. Далее, ФИО37 пояснил, что, уходя из вагончика, поджег простынь зажигалкой, чтобы скрыть улики совершенного преступления. Домой он ушел по улице вокруг вагончика, при этом по дороге выбросил сигарету. На следующий день он добровольно обратился к сотрудникам полиции и сообщил об убийстве потерпевших (т.6 л.д.79-82). 

Оглашенные показания подсудимый ФИО37 подтвердил в части произошедшего с потерпевшими конфликта, возникшего в ходе распития спиртного, указал, что возвращался домой по проулку 

<

.......>, показания в ходе предварительного следствия он дал после оказанного на него психологического и физического давления со стороны сотрудников полиции и следователя. 

В судебном заседании изучены видеозаписи допроса ФИО37 в ходе следствия и проверки его показаний на месте, которыми достоверно зафиксирован ход указанных следственных действий, в результате которых ФИО37 самостоятельно, добровольно, в присутствии защитника Минасяна М.Д. изложил обстоятельства совершенного им убийства ФИО4 и ФИО3 (ФИО3). 

В протоколах данных следственных действий описаны те же обстоятельства, которые визуально наблюдал суд при их воспроизведении. Данных, свидетельствующих о том, что подсудимый давал показания под давлением сотрудников правоохранительных органов, указанные видеозаписи не содержат, как и не содержат фактов нарушения права на защиту.

Признавая показания подсудимого ФИО37, данные им в ходе предварительного следствия допустимыми доказательствами по делу и оценивая их как достоверные, суд исходит из того, что допрос ФИО37 проводился следователем в присутствии защитника, являющегося гарантом соблюдения требований уголовно-процессуального закона и прав подозреваемого, обвиняемого при производстве следственных действий. ФИО37 своевременно разъяснены его права в соответствии с процессуальным статусом, включая положения ст.51 Конституции РФ, право не свидетельствовать против самого себя и то, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств, даже в случае отказа от этих показаний, а также созданы необходимые условия для реализации прав. Замечаний относительно порядка производства допроса ни от подсудимого, ни от защитника не поступило. Напротив, перед дачей показаний ФИО37 сообщил, что давления со стороны сотрудников полиции на него не оказывалось, ст.51 Конституции РФ ему разъяснена и понятна, жалоб на здоровье не поступало. 

Протокол допроса ФИО37, а также других следственных действий, проводившихся с участием подсудимого, не содержат каких-либо заявлений или ходатайств, в которых бы сообщалось об оказанном на допрашиваемое лицо давлении со стороны следователя, оперативных сотрудников, об ограничении или нарушении его законных прав, невозможности участвовать в следственных действиях или ознакомиться с содержанием протоколов. 

Таким образом, заявление ФИО37 в суде о том, что показания в ходе предварительного расследования он давал после оказанного на него физического и психологического давления, опровергаются содержанием протокола его допроса, собственноручными подписями ФИО37, его защитника, отсутствием замечаний у подсудимого и защитника по окончании допроса и проверки показаний на месте. 

Версия подсудимого ФИО37 о том, что показания в ходе предварительного расследования были даны им после оказанного на него сотрудниками полиции физического и психологического давления проверялась судом и не нашла своего подтверждения. Указанная версия опровергается итогами проверки, в результате которой по заявлению ФИО37 о применении к нему недозволенных методов расследования уголовного дела со стороны сотрудников полиции, вынесено постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела на основании п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ – в связи с отсутствием событий преступлений, предусмотренных ст.285, ст.286, ст.302 УК РФ. Данное постановление исследовано в судебном заседании с участием сторон. Суд не усматривает оснований ставить под сомнение выводы, изложенные в указанном постановлении, поскольку проверка проведена в соответствии с требованиями ст. 144 УПК РФ.

Кроме того, выводы суда о явной надуманности и голословности доводов ФИО37 подтверждаются и показаниями свидетеля ФИО5 (следователя следственного отдела по Центральному АО г.Тюмень СУ СК РФ по 

<

.......>), из которых в судебном заседании установлено, что весной 2023 года он был включен в состав следственной группы по расследованию уголовного дела в отношении ФИО37, допрашивал его в качестве подозреваемого, осуществлял проверку его показаний на месте, производил дополнительный осмотр места происшествия – вагончика, находившегося 

<

.......>, а также выносил постановление об отсечении кистей рук неопознанного трупа женщины. ФИО37 добровольно, в присутствии защитника, с применением видеозаписи, давал показания об обстоятельствах дела, психологического либо физического давления на него никто не оказывал, об оказанном ранее давлении ни ФИО37, ни защитник не сообщали. Сведения о совершенном преступлении, изложенные в протоколах допроса и проверки показаний на месте, стали известны непосредственно из показаний ФИО37 Перед началом допроса бесед с ФИО37 он не проводил. Жалобы на состояние здоровья ФИО37 не высказывал. После ознакомления с протоколами, замечаний и заявлений ни от защитника, ни от ФИО37 не поступало. 

Изложенные показания свидетеля ФИО5 согласуются и с показаниями свидетеля ФИО6 

<

.......> с учетом его показаний в ходе предварительного расследования, исследованных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ (т.5 л.д.145-147,148-151), из которых следует, что 17 апреля 2023 года в утреннее время он в составе следственно-оперативной группы выезжал на место происшествия по сообщению об обнаружении в металлическом вагончике по 

<

.......> трупов мужчины и женщины с признаками насильственной смерти. В ходе опроса лиц, находившихся на месте происшествия, был установлен ФИО37, который доставлен в отдел полиции для разбирательства. При этом, ФИО37 был обут в мокрые туфли, на вопрос о причине этого, указал, что постирал туфли. В момент доставления на ФИО37 были именно те туфли, которые впоследствии были у него изъяты. Кроме того, свидетель пояснил, что впоследствии осуществлял оперативное сопровождение следственного действия – проверки показаний ФИО37 на месте, где подсудимый в вагончике указал об известных ему обстоятельствах преступления. Физического либо психологического воздействия на ФИО37 никто не оказывал. 

Задержание ФИО37 в порядке ст.ст.91-92 УПК РФ и последующие допросы были проведены с участием профессионального защитника, которому он не заявлял о незаконных методах ведения оперативно-розыскной деятельности и следствия, равно как и в последующем не обжаловал действия сотрудников полиции руководителю следственного органа либо прокурору ни лично, ни через своего защитника; не отразил свои возможные замечания в оспариваемых протоколах задержания и допросов, напротив, засвидетельствовал объем и правильность изложения своих показаний, подписал их собственноручно. Каких-либо убедительных и объективных данных, свидетельствующих в пользу подсудимого, в судебном заседании не установлено. 

На всей стадии предварительного следствия подсудимый был реально обеспечен защитником, который участвовал во всех следственных действиях. При этом, суд обращает внимание на то, что версия о применении недозволенных методов ведения расследования со стороны сотрудников полиции при его задержании была выдвинута подсудимым только в судебном заседании. В обоснование своей правовой позиции стороной защиты не приведены юридически значимые доводы, позволяющие поставить под сомнение добровольность волеизъявления ФИО37 при производстве приведенных следственных действий. Суд отмечает, что ни в ходе предварительного расследования, ни в судебном заседании ФИО37 не признавал вину в совершении преступления в полном объеме, не пояснял о нанесении ударов по головам потерпевших, указывал только об ударах по их телам и поджоге вагончика.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание в совокупности исследованные доказательства, суд приходит к выводу, что доводы подсудимого ФИО37 о применении к нему недозволенных методов ведения расследования на досудебной стадии производства по делу не нашли своего подтверждения.

В связи с этим, суд признает достоверными признательные показания ФИО37, данные подсудимым в ходе предварительного следствия, в части конфликта с потерпевшими, нанесении ударов потерпевшим твердым предметом, в том числе и по их рукам и спине, последующем поджоге вагона-бытовки, которые получены в строгом соответствии с нормами действующего уголовно-процессуального законодательства РФ, поскольку они последовательны, даны непосредственно после задержания в присутствии профессионального защитника, содержат индивидуальные особенности и детали, в том числе о посткриминальных событиях, которые могли быть известны лишь непосредственному очевидцу или исполнителю преступления, которыми не располагали ни следователь, ни оперативные сотрудники, и подтверждаются совокупностью, исследованных в судебном заседании доказательств. 

В материалах дела не содержится и суду не представлено каких-либо данных о том, что подсудимый в ходе допроса и при проведении с ним проверки показаний на месте был вынужден давать показания против самого себя. Каких-либо данных, свидетельствующих об ограничении прав подсудимого на стадии предварительного расследования, либо о применении незаконных методов расследования, судом не установлено. 

Таким образом, показания подсудимого ФИО37 в ходе предварительного следствия получены следователями с соблюдением требований статей 16, 46, 164, 189, 194 УПК РФ, регламентирующих порядок допроса подозреваемого и проверки его показаний на месте происшествия. В связи с этим, суд не находит оснований для исключения из числа доказательств по уголовному делу вышеуказанных протоколов следственных действий с участием ФИО37, его показаний, поскольку в результате принятых судом мер по проверке доводов подсудимого, в том числе о вынужденности первоначальных показаний, в ходе судебного следствия не установлено ни одно из обстоятельств, предусмотренных ст.75 УПК РФ.

Лишь частичное признание вины ФИО37 в ходе предварительного расследования, суд расценивает как избранную позицию защиты от обвинения в совершении особо тяжкого преступления, с целью избежать справедливого наказания за совершенное преступление, а показания подсудимого в судебном заседании о непричастности к убийству потерпевших, суд считает недостоверными, они опровергаются собранными по делу доказательствами. 

Исходя из изложенного, к показаниям подсудимого, данным им в судебном заседании, которые не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, суд относится критически, отдавая предпочтение его показаниям на следствии в той части, в которой они объективно подтверждаются и согласуются со следующими доказательствами. 

Из показаний потерпевшей ФИО1, с учетом ее показаний, данных в ходе предварительного расследования, исследованных в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ (т.5 л.д.67-70), следует, что ФИО4 являлся ее родным братом. В 90-х годах он привез из Украины девушку, которая по цыганским обычаям стала его женой, ее звали ФИО3, в таборе ее называли ФИО3. ФИО4 и ФИО3 проживали в вагончике, злоупотребляли спиртными напитками, из-за этого ФИО4 не приняли в табор, на жизнь он зарабатывал, выполняя мелкие работы по хозяйству у русских цыган. Когда ФИО4 и ФИО3 выпивали, у них бывали скандалы, они могли поругаться, иногда бить друг друга кулаками. При этом, они не были конфликтными, никому не мешали. Обозрев в судебном заседании справки по лицу (т.5 л.д.26,28) опознала по фотографии брата ФИО4 и женщину по имени ФИО3, проживавшую совместно с ее братом, и представлявшуюся данными ее родной сестры ФИО3, которой в настоящее время уже нет в живых. 17 апреля 2023 года около 03.00 часов ей сообщили, что горит вагончик, в котором после тушения огня были обнаружены тела ФИО4 и ФИО3. В таборе говорили, что ФИО37 признался, что убил и поджог ФИО4 и ФИО3. После обозрения видеозаписи с камеры видеонаблюдения, расположенной напротив вагончика, уверенно опознала в мужчине на записи ФИО37 по походке, росту и телосложению. 

Заключением эксперта 

<

.......> установлено, что потерпевшая ФИО1 и ФИО4 являются полнородными братом и сестрой с вероятностью 99,9% (т.2 л.д.62-67). 

Аналогичные показаниям потерпевшей в судебном заседании пояснил и свидетель ФИО7, о том, что ФИО4 являлся родным братом его матери ФИО1, его супруга ФИО3 сестрой его матери не являлась. ФИО4 и ФИО3 жили в вагоне-бытовке по 

<

.......>, употребляли спиртные напитки, конфликтными не были. С ними в вагончике также проживал племянник ФИО4 – Свидетель №1. 17 апреля 2023 года около 03.00 часов ему сообщили о пожаре в вагоне-бытовке, в котором погибли ФИО4 и ФИО3. В ту ночь Свидетель №1 не было дома, он находился в кафе. В дневное время ему стало известно, что ФИО37 задержан сотрудниками полиции за совершение поджога вагончика.

Данные показания также согласуются с показаниями свидетеля Свидетель №1, с учетом его показаний в ходе следствия, исследованных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ (т.5 л.д.80-82,83-86,87-92), из которых в судебном заседании установлено, что около 10-15 лет он проживал в вагончике по 

<

.......> совместно с дядей ФИО4 и тетей ФИО3 которую также звали ФИО3, документов, удостоверяющих личности, у них не было. Около 19.00 часов 16 апреля 2023 года он ушел в кафе, в вагончике оставались ФИО4 и ФИО1, они вдвоем распивали спиртные напитки. В ходе распития спиртного между ними могли возникать незначительные конфликты, однако по отношению к другим людям они были спокойными, неконфликтными. Несколько раз до случившегося к ним в вагончик приходил ФИО37, распивал с ФИО4 спиртные напитки. Около 03.00-04.00 часов 17 апреля 2023 года в кафе приехал брат ФИО7 и сообщил о пожаре в вагончике, где сгорели дядя и тетя ФИО57. Обозрев видеозапись, опознал в мужчине, который шел по дорожке вдоль забора, ФИО37 по походке и телосложению. Оглашенные показания Свидетель №1 подтвердил, объяснив противоречия давностью событий, указав, что походка человека на видеозаписи похожа на походку ФИО37, однако точно сказать не может. 

Вместе с тем, суд критически относится к показаниям свидетеля Свидетель №1 в судебном заседании в части неуверенности в опознании на видеозаписи ФИО37, поскольку Свидетель №1 является лицом, заинтересованным в благоприятном для подсудимого исходе дела, так как состоял с ним в дружеских отношениях, которые повлияли на объективность и достоверность изложенных в судебном заседании показаний. Свидетель предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств, даже в случае отказа от данных показаний. Показания свидетеля Свидетель №1 в ходе предварительного следствия не вызывают сомнений суда в их достоверности, так как они согласуются с другими доказательствами по делу.

Так, из показаний свидетеля ФИО8, с учетом показаний в ходе предварительного следствия, оглашенных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ (т.5 л.д.204-207), следует, что он является бароном табора цыган. 17 апреля 2023 года к нему пришли цыгане и сообщили, что ФИО37 забрали сотрудники полиции. В отделе полиции он встречался с ФИО37, который на его вопрос, зачем он убил ФИО4 и ФИО3 пояснил, что не понимает, как это произошло, был пьяный. ФИО4 и ФИО1 жили в вагончике-бытовке на 

<

.......>, злоупотребляли спиртными напитками, к табору отношения не имели, жили отдельно, зарабатывали на жизнь помогая русским цыганам по хозяйству. Оглашенные показания свидетель ФИО8 подтвердил, объяснил противоречия давностью событий, дополнительно пояснил, что в отделе полиции ФИО37 не сообщал ему об убийстве им потерпевших. Кроме того, пояснил, что ФИО4 был родным братом ФИО1, его женой была ФИО3, в вагончике также проживал Свидетель №1. 

Суд не принимает во внимание показания свидетеля ФИО8 в судебном заседании в части отрицания о сообщении ФИО37 об убийстве потерпевших, так как указанные показания продиктованы заинтересованностью свидетеля в исходе дела, поскольку ФИО37 является членом табора цыган, которым он руководит, также в данном таборе проживают члены семьи подсудимого. Вопреки доводам стороны защиты в ходе судебного следствия не установлено ни одно из обстоятельств, предусмотренных ст.75 УПК РФ, свидетельствующих о порочности показаний свидетелей Свидетель №1 и ФИО8 в ходе предварительного следствия, основания для признания показаний данных свидетелей недопустимыми доказательствами отсутствуют. 

Кроме того, согласно показаниям свидетеля ФИО9, с учетом показаний в ходе предварительного следствия, оглашенных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ (т.6 л.д.11-15), установлено, что в вагончике напротив ее дома проживали двое цыган ФИО4 и ФИО3, так они представлялись. Они злоупотребляли спиртными напитками, но агрессивно себя никогда не проявляли, могли ругаться между собой, причинить друг другу телесные повреждения, она видела у ФИО4 царапины, у ФИО3 синяк, более серьезных телесных повреждений у них не видела. 17 апреля 2023 года в ночное время она проснулась от шума на улице, в окно увидела, что вагончик охвачен огнем, к тому времени соседи вызвали пожарных. Оглашенные показания свидетель полностью подтвердила, объяснив противоречия давностью событий, также пояснила, что с вечера 16 апреля 2023 года ФИО3 и ФИО4 были в состоянии опьянения, ссор и скандалов в вагончике в тот день она не слышала. Впоследствии от пожарных и следователя узнала, что в сгоревшем вагончике обнаружены их трупы. 

В судебном заседании свидетель ФИО10 (следователь первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ 

<

.......>) указала, что в ее производстве непродолжительное время находилось уголовное дело в отношении ФИО37, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.105 УК РФ, которое было передано ей уже с установленными в результате дактилоскопической экспертизы данными личности погибшей женщины как ФИО3. В ходе производства следственных и процессуальных действий от ФИО37, либо от его защитников заявлений о применении в отношении ФИО37 недозволенных методов расследования не поступало. 

Свидетель ФИО11 (оперуполномоченный ОУР УМВД России 

<

.......>) в судебном заседании показал, что в силу должности он занимается установлением личностей неопознанных трупов, в том числе работал по неопознанному трупу, обнаруженному после пожара в вагончике по 

<

.......>, передавал в морг постановление следователя об отсечении кистей рук трупа, для получения отпечатков пальцев в экспертном учреждении, после чего выносил постановление о назначении дактилоскопической экспертизы, которое с отсеченными санитарами кистями рук трупа передал в ЭКЦ. В результате экспертизы была установлена личность трупа женщины как ФИО3 В тоже время, свидетель указал, что в протоколе его допроса, исследованном на основании ч.3 ст.281 УПК РФ (т.1 л.д.195-197), следователь изложил общий порядок, предусмотренный в случае, если личность трупа не установлена более 10 дней, регламентированный положениями Приказа МВД России №117дсп от 01 марта 2018 года «Об утверждении положения об организации и осуществлении розыска и идентификации лиц», о котором он пояснял в ходе допроса. Однако, дело по установлению личности трупа в данном случае им не заводилось, так как личность ФИО3 была установлена раньше указанного срока. 

Данные обстоятельства подтверждаются ответом начальника отделения ОУР УМВД России по г.Тюмени ФИО12 об отсутствии дела по установлению личности трупа женщины, обнаруженного после пожара, так как личность ФИО3 была установлена в течение 10 дней. 

Эксперт ФИО13 в судебном заседании пояснил, что проводил дактилоскопическую экспертизу поступивших для исследования кистей рук человека со следами термического воздействия, в результате которого был получен отпечаток ладонной поверхности большого пальца (заключение эксперта 

<

.......> от 

<

.......>). В результате проверки полученного отпечатка пальца по АДИС «Папилон» личность человека была установлена, к заключению эксперта приложена информационная карта.

Однако, суд признает недопустимым доказательством заключение эксперта 

<

.......> от 

<

.......> (т.1 л.д.203-206), полученное с существенным нарушением требований уголовно-процессуального закона, поскольку указанное экспертное исследование назначено 

<

.......> ненадлежащим должностным лицом – оперуполномоченным, в производстве которого возбужденное 17 апреля 2023 года уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ не находилось, в состав следственной группы он не включался, поручения следователя в порядке п.4 ч.2 ст.38 УПК РФ не получал, в том числе не содержит данного поручения о назначении дактилоскопической экспертизы и постановление следователя об отсечении кистей рук трупа и проведении мероприятий по идентификации трупа от 17 апреля 2023 года. Более того, подлинник данного постановления следователя в материалах дела отсутствует. 

Вместе с тем, данное решение суда не ставит под сомнение доказанность виновности ФИО37 в совершении инкриминируемого преступления, поскольку она подтверждается совокупностью других доказательств, отвечающих требованиям допустимости. 

Суд считает необоснованными доводы защитников о том, что личность потерпевших по делу не установлена, с учетом объема принятых мер. Так, согласно выводам заключения эксперта 

<

.......> от 

<

.......>, установлено, что биостатистический анализ характера совпадений аллельных состояний STR-локусов аутосомной ДНК ФИО4 и ФИО3 (ФИО3) показал, что предположение о том, что ФИО4 является полнородным братом (сиблингом) ФИО1(С.) в 0,000003 (LR) раз более вероятно, чем предположение, что они являются случайно взятыми лицами. Полученный результат в рамках данного исследования может быть признан свидетельством против биологического родства. 

Биостатистический анализ характера совпадений аллельных состояний STR-локусов аутосомной ДНК ФИО1 и ФИО3 (ФИО3) показал, что предположение о том, что ФИО1 является полнородной сестрой (сиблингом) ФИО3 (С.) в 0,0000008 (LR) раз более вероятно, чем предположение, что они являются случайно взятыми лицами. Полученный результат в рамках данного исследования может быть признан свидетельством против биологического родства. 

Согласно информационным картам, представленным как ИЦ ГУ МВД России по 

<

.......>, так и ИЦ ГУВД России по 

<

.......> выявлена идентификация отпечатков пальцев рук дактилоскопической карты ФИО3 с дактилоскопической картой ФИО3. 

В целях устранения сомнений в личности потерпевшей, судом назначена дактилоскопическая экспертиза, в результате которой заключением эксперта 

<

.......> от 

<

.......> установлено, что отпечатки пальцев рук на дактилоскопических картах на имя ФИО3 и на имя ФИО3 полностью идентичны и оставлены одним лицом. 

Таким образом, вопреки доводам защитников судом достоверно установлено, что потерпевшими по делу являются ФИО4 и ФИО3 (ФИО3), которые совместно постоянно проживали в вагоне-бытовке, а также именно данные лица находились в вагоне-бытовке в ночь с 16 на 17 апреля 2023 года, указанный факт не оспаривает и подтвердил сам подсудимый ФИО37 

Кроме того, судом установлено, что потерпевшие документы, удостоверяющие их личности на территории Российской Федерации, не получали, поэтому в отсутствие сведений о близких родственниках ФИО3 (ФИО3), более точное определение ее личности не представляется возможным. В тоже время, указанные обстоятельства не исключают наличие события преступления.

В связи с установленными судом обстоятельствами об отсутствии родства между потерпевшей ФИО1 и ФИО3 (ФИО3), в качестве представителя потерпевшей ФИО3 признана главный специалист отдела по опеке, попечительству и охране прав детства ФИО2, которая в судебном заседании пояснила, что в соответствии с доверенностью представляет интересы потерпевшей, на учетах в отделе по опеке и попечительству ФИО3 не состояла, характеризующие данные в отношении потерпевшей ей известны из материалов уголовного дела. 

Кроме того, в подтверждение вины подсудимого свидетельствуют объективные данные, находящиеся в материалах уголовного дела и, исследованные при судебном разбирательстве.

Согласно рапортам должностных лиц, 17 апреля 2023 года в 02 часа 46 минут поступило сообщение о возгорании металлического вагончика, расположенного напротив 

<

.......>, в котором после тушения пожара обнаружены 2 трупа (т.1 л.д.41,43,81).

В ходе осмотра места происшествия, осмотрен металлический вагончик, находящийся напротив 

<

.......>, в котором обнаружены 2 трупа: первый труп мужчины, лежавший на спине, резко обугленный с обширными дефектами мягких тканей и костей; второй труп женщины, резко обугленный с обширными дефектами мягких тканей, изъяты фрагмент электропровода, фрагмент пожарного мусора, которые осмотрены (т.1 л.д.54-62,97-112).

Свидетель ФИО14 (старший следователь следственного отдела по Центральному АО г.Тюмень СУ СК РФ по Тюменской области) суду пояснила, что 17 апреля 2023 года работая в составе следственной группы, производила первоначальный осмотр места происшествия, в ходе которого были обнаружены 2 трупа, а также выемку одежды ФИО37, составляла протоколы указанных следственных действий, после составления протокола выемки от ФИО37 и его защитника замечаний не поступило. Кроме того, ни от ФИО37, ни от защитников не поступали заявления о применении недозволенных методов расследования со стороны сотрудников правоохранительных органов. 

В результате осмотра участка местности в 10 метрах от 

<

.......>, где расположен металлический вагончик, имеющий, как и пристрой к нему, следы термического воздействия, установлено, что при входе в вагончик на полу обнаружен прогар дощатого покрытия пола. Следы наибольшего термического воздействия наблюдаются внутри вагончика возле входа. В ходе осмотра изъяты: кирпич, лежавший отдельно от кладки печи, при входе в вагончик – клинок ножа без рукоятки и нож с рукояткой, в месте прогара – образцы пожарного мусора, на прилегающей к вагончику территории - металлическая трубка, на внешней поверхности которой обнаружены пятна вещества бурого цвета, в куче веток обнаружены доска и полимерный фрагмент со следами вещества бурого цвета, также изъяты зонды со смывами вещества с данных предметов, контрольный смыв, указанные предметы осмотрены (т.1 л.д.63-79, 97-112). 

При исследовании газоанализатором «Колион-1В» концентрация следов легковоспламеняющихся и горючих жидкостей в точках детектирования не превышает естественный фон (т.1 л.д.82-88). 

Показания подсудимого ФИО37 в ходе предварительного следствия о поджоге им зажигалкой простыни перед выходом из вагончика с целью скрыть следы совершенного преступления, соответствуют комплексному заключению экспертов 

<

.......>, согласно которому установлено, что очаг пожара, произошедшего 17 апреля 2023 года в металлическом вагончике, находившегося напротив 

<

.......>, расположен внутри вагончика, в северо-западной его части, при входе. Технической причиной возникновения пожара в данном случае мог послужить открытый источник огня (пламя спички, зажигалка и т.п.). На представленных образцах пожарного мусора следов нефтепродуктов и горюче-смазочных материалов не обнаружено. На представленном участке медной жилы, и металлическом контакте следов аварийного режима работы (короткого замыкания, токовых перегрузок, больших переходных сопротивлений) не обнаружено (т.2 лд.44-54). 

Эксперты ФИО15 и ФИО16, проводившие комплексную экспертизу, в судебном заседании подтвердили выводы заключения, при этом эксперт ФИО16 пояснил, что принимал участие в первоначальном осмотре места происшествия, в ходе которого обнаружены обгоревшие трупы, находившиеся на полу левее от очага пожара. Согласно термическим повреждениям было установлено место первоначального горения – при входе, где обнаружен прогар в полу. От печки следов горения не было. Между открытым источником огня и полом возможно был промежуточный материал. Возгорание от нефтепродуктов, исключено в результате экспертизы. Эксперт ФИО15 пояснил, что участвовал в ходе дополнительного осмотра места происшествия, применял газоанализатор, оказывал следователю помощь в фиксации обстановки и предметов, имеющих значение для расследования дела, в результате осмотра установлено место наибольшего горения внутри металлического вагончика. 

В ходе осмотра участка местности в 15 метрах от 

<

.......> обнаружена и изъята доска с гвоздями со следами вещества бурого цвета, доска разделена на фрагменты, а также осмотрена (т.1 л.д.91-96,97-112). 

Заключением эксперта 

<

.......> установлено, что на фрагментах доски обнаружены следы крови: брызги, капли, пятна (т.3 л.д.48-54). 

В результате экспертных исследований 

<

.......>, 

<

.......> на зонде со смывом с доски со свалки веток, марлевом тампоне со смывом с полимерного фрагмента, кирпиче, на фрагментах доски найдена кровь человека, происхождение которой не исключается от ФИО4 с вероятностью не ниже 99,9 % (т.2 л.д.78-83,93-100). 

Эксперт ФИО17 в судебном заседании пояснила, что при изготовлении заключения 

<

.......> и переносе значений локусов из заключения эксперта 

<

.......> от 

<

.......>, которым определялись генетический профиль ФИО37 и его кровное родство с сыном (т.2 л.д.108-110), она ошибочно перенесла в заключение эксперта 

<

.......> часть локусов сына ФИО37 Однако, указанное обстоятельство не влияет на выводы заключения, она полностью подтверждает выводы заключения эксперта 

<

.......>, так как на исследуемых объектах установлена только кровь потерпевшего ФИО4 Кроме того, к заключению приложена электрофореграмма в виде таблицы, в которой указаны верные значения локусов ФИО37 Также пояснила, что эксперт вправе самостоятельно определить методику исследования и в пределах своей компетенции расширить объем исследования.

Вопреки доводам защитника, оснований для признания заключения эксперта 

<

.......> недопустимым доказательством, не имеется. Оспариваемое заключение соответствует требованиям ст.204 УПК РФ, содержит полные ответы на все поставленные вопросы, находящиеся в компетенции эксперта, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные. Перед проведением исследования эксперту были разъяснены права, а также она предупреждена об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, что подтверждается соответствующими подписями. Основания ставить под сомнение выводы эксперта, обладающего специальными познаниями и имеющего соответствующий стаж, отсутствуют. 

Допущенная при оформлении заключения ошибка, выразившаяся в переносе иной части данных, носит очевидный технический характер, на что в судебном заседании указала допрошенный эксперт ФИО17, полностью подтвердившая выводы экспертизы. Данный недочет не порождает сомнений относительно выводов эксперта и не умаляет процессуальную значимость и доказательственное значение данного заключения эксперта. 

Согласно заключениям экспертов 

<

.......>, 

<

.......> установлено, что на представленной на исследование трубе обнаружена кровь человека, след содержащий кровь произошел от одного лица мужского генетического типа. Происхождение следа от ФИО4 и ФИО18 исключается. След крови с трубы произошел от ФИО37 (т.2 л.д. 166-168, 199 – 201). 

Установленные судом фактические обстоятельства о характере и последовательности действий подсудимого ФИО37, направленных на убийство потерпевших, локализации нанесенных потерпевшим повреждений подтверждаются заключениями судебно-медицинских экспертиз, исследованных при судебном разбирательстве. В результате судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО4 обнаружена открытая черепно-мозговая травма в виде фрагментарно-оскольчатых переломов клиновидной, левой височной, теменных, решетчатой, лобной костей черепа, кровоизлияния в желудочки головного мозга, тотальных субарахноидальных кровоизлияний над полушариями головного мозга, перелома правого мыщелкового отростка нижней челюсти, ран 

<

.......> в лобно-теменной области слева, 

<

.......> в затылочно-теменной области слева, 

<

.......> в теменной области по срединной линии тела. 

Данная травма у ФИО4. возникла непосредственно перед смертью от не менее восьми (места локализации ран 

<

.......> теменная область справа, нижняя челюсть справа) ударных воздействий по голове тупым (-ми) предметом (-ми), достоверно высказаться о конструктивных особенностях которых по имеющимся данным не представляется возможным и причинила тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни. 

Посмертно, труп ФИО4 подвергся воздействию высокотемпературного фактора, каким могло быть открытое пламя, поэтому установить весь объем черепно-мозговой травмы не представляется возможным.

Смерть ФИО4 наступила в результате данной открытой черепно-мозговой травмы в виде множественных переломов костей свода и основания черепа. 

При экспертизе трупа ФИО4 также обнаружена тупая травма грудной клетки в виде переломов левых ребер 2-4-го по среднеключичной линии, 2-го между среднеключичной и передней подмышечной линиями, 4-6-го, 8-го, 10-го по передней подмышечной линии, 7-9-го по средней подмышечной линии, 3-го, 10-го и 11-го по задней подмышечной линии, 3-го по лопаточной линии, которая возникла незадолго до смерти от не менее трех локальных разнонаправленных ударных (ударно-компрессионных) взаимодействий мест их локализации и твердого тупого предмета (предметов) по грудной клетке слева с ограниченной контактной поверхностью, не оставившей признаков, пригодных для индивидуальной идентификации и причинила тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни. 

После получения открытой черепно-мозговой травмы возможность выполнять активные целенаправленные действия ФИО4 исключается. После получения тупой травмы грудной клетки в виде множественных переломов ребер выполнение активных действий ФИО4 не исключается со значительными ограничениями. 

Высказаться о давности смерти ФИО4 не представляется возможным в связи с обугливанием трупа. 

В крови трупа ФИО4 обнаружен этиловый спирт в концентрации 4,1 промилле, следовательно, на момент смерти ФИО4 находился в состоянии алкогольного опьянения (т.1 л.д.213-236). 

Эксперт ФИО22 в судебном заседании подтвердил выводы заключения, дополнительно пояснил, что в связи с обугливанием трупа достоверно высказаться о конструктивных особенностях предмета, которым были причинены телесные повреждения потерпевшему, и количестве предметов, невозможно. Черепно-мозговая травма возникла непосредственно перед смертью ФИО4, в период от нескольких секунд до десятка секунд. Выполнение активных действий ФИО4 после причиненных ему телесных повреждений на голове исключается, человек с указанными в заключении травмами головы не двигается, нанести кому-либо удары не может. Кроме того, при установленных травмах из ран головы было достаточное не фонтанирующее кровотечение. Образование у ФИО4 обнаруженных телесных повреждений исключается при однократном падении с высоты собственного роста, а также при нанесении удара по руке, спине, как указал ФИО37 

Экспертными заключениями 

<

.......>, 

<

.......> установлено, что каждая из ран обнаруженные на кожном препарате с головы трупа ФИО4 возникла в результате однократного травмирующего воздействия. В ранах 

<

.......> обнаружены отдельные признаки, характерные для ушибленных, что не исключает возможность образования указанных ран в результате ударных воздействий отдельными элементами представленных на экспертизу керамического кирпича или доски (их плоской поверхностью). 

Перелом на своде черепа является локально-конструкционным, который возник в результате как минимум одного ударного (ударно-компрессионного) взаимодействия (удар предметом либо удар о предмет) области приложения силы и тупого твердого предмета с преобладающей (выходящей за пределы зоны контакта ) поверхностью, что не исключает возможность образования перелома в результате ударного воздействия отдельными элементами керамического кирпича или доски (их плоской поверхностью) и исключает возможность образования перелома в результате ударного воздействия отдельными элементами представленной трубы. 

На 2-11-м левых ребрах от трупа ФИО4 обнаружены переломы 

<

.......>. Переломы 

<

.......> – «разгибательные», которые возникли в результате не менее трех локальных разнонаправленных ударных (ударно-компрессионных) взаимодействий мест их локализации и твердого тупого предмета (предметов) с ограниченной контактной поверхностью, не оставившей признаков, пригодных для индивидуальной идентификации. Конструктивные особенности представленного керамического кирпича и доски (три сходящиеся плоскости – углы, торцевые части доски) не исключают возможность причинения указанных переломов ребер в результате ударных воздействий представленными предметами (кирпичом и/или доской). Переломы 

<

.......> - «сгибательные», являются конструкционными и возникли вследствие общей деформации грудной клетки от воздействий в удаленные от зон переломов области. В связи с образованием дефектов в краях переломов 

<

.......>, отсутствием осколков и отломков костной ткани в их краях, вследствие выраженной повторной травматизации, достоверно установить их размер и механизм образования не представляется возможным (т.2 л.д.229-246, т.3 л.д.26-41). 

В результате судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО3 (ФИО3) обнаружена открытая черепно-мозговая травма в виде фрагментарно-оскольчатого перелома теменных, височных, клиновидной, лобной, правой скуловой костей черепа, перелома нижней челюсти справа; кровоизлияния в правый желудочек головного мозга, субарахноидальных кровоизлияний: в лобно-теменно-височной области справа и в лобно-височной области слева; кровоизлияний в мягких тканях головы, нижней челюсти и шеи справа, множественных ран волосистой части головы, раны в проекции нижней челюсти справа. 

Данная травма у ФИО3 возникла непосредственно перед смертью от не менее чем 10-ти травмирующих воздействий: переломы черепа возникли от ударных (ударно-компрессионных) взаимодействий (удар предметом либо удар о предмет) в области приложения силы (условные центры зон воздействий 

<

.......> (на правых височной кости и теменной кости) и 

<

.......> (на левой теменной кости) и тупого твердого предмета с преобладающей (выходящей за пределы зоны контакта) поверхностью в зоне воздействия 

<

.......> и тупого твердого предмета с удлиненной травмирующей поверхностью в зоне воздействия 

<

.......>; перелом нижней челюсти возник в результате ударного (-ых) (ударно-компрессионного) взаимодействия (удар предметом либо удар о предмет) места локализации перелома и тупого твердого предмета, не оставившего следов для его идентификации. В связи с выраженными признаками действия высокой температуры (деформация и уплотнение кожного препарата) и видоизменения ран на голове, достоверно установить их характер и механизм образования не представляется возможным. 

Открытая черепно-мозговая травма причинила тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни. Смерть ФИО3 наступила в результате данной открытой черепно-мозговой травмы. 

После получения данной открытой черепно-мозговой травмы возможность выполнять активные целенаправленные действия ФИО3 исключается. Высказаться о давности смерти ФИО3 не представляется возможным в связи с обугливанием трупа. Посмертно труп ФИО3 подвергся воздействию высокотемпературного фактора, каким могло быть открытое пламя. 

В крови трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации 3,8 промилле, следовательно, на момент смерти ФИО3 находилась в состоянии алкогольного опьянения (т.2 л.д.3-25). 

В судебном заседании эксперт ФИО19 полностью подтвердил выводы заключения и указал, что высказаться каким именно предметом были причинены телесные повреждения невозможно, как и утверждать сколько именно было таких предметов. После причинения указанных в заключении телесных повреждений смерть ФИО3 наступила в короткий промежуток времени в пределах от нескольких секунд до 1 минут, в зависимости в какой промежуток времени причинены телесные повреждения, при этом выполнение каких-либо целенаправленных действий ФИО3 исключено, с учетом массивных повреждений головного мозга, переломов, кровоизлияния. Установленные не менее 10 повреждений на голове дают обильное кровотечение, кровь из ран будет обильно течь, но не фантанировать. Получение указанных в заключении телесных повреждений исключается при падении с высоты собственного роста, а также при нанесении ударов по рукам, лопатке, как указал подсудимый ФИО37 Кроме того, эксперт исключил возможность взаимного нанесения ударов ФИО3 и ФИО4 при описанных телесных повреждениях. Согласно результатам экспертизы, у ФИО3 установлена тяжелая степень опьянения.

Экспертными заключениями 

<

.......>, 

<

.......> установлено, что каждая из ран обнаруженные на кожном препарате с головы ФИО3 возникла в результате однократного травмирующего воздействия. В указанных ранах обнаружены отдельные признаки, характерные для ушибленных, что не исключает возможность образования ран в результате ударных воздействий отдельными элементами керамического кирпича или доски. 

Перелом на своде черепа является локально-конструкционным, который возник в результате как минимум двух ударных (ударно-компрессионных) взаимодействий (удар предметом либо удар о предмет) в области приложения силы (условные центры зон воздействия 

<

.......> и 

<

.......>) и тупого твердого предмета с преобладающей (выходящей за пределы зоны контакта) поверхностью в зоне воздействия 

<

.......> и тупого твердого предмета с удлиненной травмирующей поверхностью в зоне воздействия 

<

.......>. Конструктивные особенности представленного керамического кирпича и доски (плоские поверхности – преобладающие поверхности, ребра (две сходящиеся плоскости)- удлиненные предметы) не исключают возможность причинения фрагментарно-оскольчатого перелома костей черепа ФИО3 в результате ударных воздействий представленными предметами (кирпичом и/или доской). Конструктивные особенности представленной трубы исключают возможность причинения переломов костей черепа ФИО3 в результате ударных воздействий представленной трубы (т.2 л.д.206-221, т.3 л.д.6-19). 

В судебном заседании эксперт ФИО20 подтвердил выводы заключений и указал, что индивидуальных признаков предметов, которыми были причинены телесные повреждения потерпевшим установлено не было, только групповые. В связи с этим, с учетом указанных признаков, это может быть как один предмет, так и разные предметы. 

Таким образом, совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, судом достоверно установлены локализация и количество ударов, нанесенных ФИО37 неустановленным следствием тупым твердым предметом: потерпевшей ФИО3 не менее 10 ударов в область головы и потерпевшему ФИО4 не менее 8 ударов в область головы и не менее 3 ударов в область грудной клетки.

Объективным подтверждением этому также являются и показания экспертов в судебном заседании, проводивших экспертные исследования, указавших достоверное количество ударных воздействий, в результате которых были причинены телесные повреждения каждому потерпевшему. 

То обстоятельство, что предмет, используемый ФИО37 в качестве орудия преступления в ходе следствия не установлен, не вызывает сомнения в его виновности в совершении преступления, поскольку факт нанесения подсудимым ударов тупым твердым предметом потерпевшим достоверно установлен всей совокупностью доказательств по делу, в том числе заключениями экспертов и их показаниями в судебном заседании. 

Версия ФИО37 о том, что он не наносил потерпевшим ударов по голове, от причиненных именно ФИО37 телесных повреждений крови у потерпевших не было, судом тщательно проверялась и не нашла своего подтверждения, данная версия стороны защиты опровергается объективными доказательствами, исследованными в судебном заседании. 

В результате выемки у ФИО37 изъяты одежда и обувь: футболка, кофта, бейсболка, штаны, туфли, которые осмотрены в день изъятия (т.1 л.д.183-186,187-193). 

Вопреки доводам защитника осмотр следователем изъятых предметов одежды до их направления на экспертное исследование не противоречит требованиям уголовно-процессуального закона, который не содержит категорического запрета на производство данного следственного действия до проведения экспертизы. Осмотр одежды и обуви ФИО37 произведен надлежащим должностным лицом – следователем, в пределах его полномочий, с применением технических средств фиксации хода и результатов следственного действия в соответствии с требованиями ст.ст.170,176,177,180 УПК РФ в целях обнаружения следов преступления, фиксации индивидуальных признаков и особенностей изъятых предметов. 

Довод защитника о возможных манипуляциях следователя с одеждой и обувью ФИО37, в результате которых на туфлях ФИО37 оказалась кровь потерпевшего, суд считает голословным, поскольку на момент направления одежды и обуви на экспертизу, а также назначения экспертизы вещественных доказательств, у следователя отсутствовали сведения, кому именно принадлежит кровь на смывах с предметов, обнаруженных на месте происшествия. 

Кроме того, вопреки доводам стороны защиты, отсутствие на конвертах, в которые упакованы: клинок ножа, металлический нож, зонды со смывами вещества, печати следственного органа, не влечет признание протокола осмотра места происшествия, а также проведенных по ним экспертных исследований недопустимыми доказательствами по делу, поскольку не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Как следует из содержания заключения эксперта 

<

.......> на исследование поступили те же предметы, которые были изъяты на месте происшествия, при этом на упаковках имеется пояснительный текст и подпись следователя, целостность упаковок не нарушена. Факт направления на экспертизы именно изъятых на месте происшествия предметов сторонами не оспаривается. 

Суд критически относится к утверждению защитника о наличии крови на конверте с вещественными доказательствами, поскольку происхождение вещества буро-коричневого цвета на конверте с клинком ножа и ножом, экспертным путем не устанавливалось. Вместе с тем, в результате экспертизы как на клинке ножа, так и на ноже также обнаружены пятна вещества коричнево-черного цвета, однако на изъятых в ходе осмотра места происшествия клинке ножа и металлическом ноже кровь не обнаружена (заключения экспертов 

<

.......>, 

<

.......> т.2 л.д.78-83,147-151). 

Указанные доводы защитника Мешкореза С.П. об умышленном характере действий следователя направленных на фальсификацию доказательств, основываются на предположениях, не подтверждаются объективными доказательствами. Суд обращает внимание, что производство указанных следственных действий, не привело к утрате доказательств или появлению новых доказательств по делу. 

Заключением эксперта 

<

.......> установлено, что на представленных для исследования туфлях ФИО37 найдена кровь (т.2 л.д.73-76,85-89).

С целью определения принадлежности обнаруженной на туфлях подсудимого крови установленным ранее экспертным путем генотипам ФИО4, ФИО3 ФИО37, следователем по делу назначена повторная молекулярно-генетическая судебная экспертиза, в результате которой согласно выводам заключения эксперта 

<

.......> установлено, что на туфлях ФИО37 в объектах 

<

.......> обнаружены следы крови человека. След в объекте 

<

.......> (левая туфля), в котором установлено наличие крови человека образован в результате смешения биологического материала как минимум трех человек. Присутствие биологического материала ФИО4 в данном смешанном следе не исключается (т.2 л.д.121-138). 

Эксперт ФИО21, проводившая экспертное исследование, в судебном заседании подтвердила выводы данного заключения, при этом пояснила, что сомнения в определении генотипов ФИО37, ФИО4 и ФИО3 отсутствовали, в связи с этим новое исследование образцов крови подсудимого и потерпевших при проведении повторной экспертизы не требовалось. Техническая ошибка, допущенная при изготовлении заключения эксперта 

<

.......>, которое было представлено для проведения экспертизы, не повлияла на выводы ее заключения. Кроме того, изучив заключение эксперта 

<

.......>, представленное по ходатайству эксперта судом в порядке п.2 ч.2 ст.57 УПК РФ, поскольку на данное заключение имеется ссылка в заключении эксперта 

<

.......>, эксперт дополнительно подтвердила выводы экспертного заключения 

<

.......> При этом, вопреки доводам защитника, указанное ходатайство эксперта удовлетворено судом в пределах предоставленных законом полномочий, разрешение данного ходатайства эксперта не требовало обсуждения с участниками процесса, так как не относится к числу вопросов, подлежащих обязательному обсуждению со сторонами. 

Также эксперт ФИО21 в судебном заседании указала, что по делу назначена именно повторная экспертиза, так как имелись сомнения в тех чувствительных методиках, которые использовались при первичной экспертизе, и не позволили определить принадлежность следов крови. В данном экспертном учреждении иные химические реагенты, более чувствительные приборы, позволяющие установить следы при минимальном содержании биологического материала. В тоже время, при проведении экспертизы, эксперт вправе самостоятельно определять методику исследования. 

Вопреки доводам защитника оснований для признания заключения эксперта 

<

.......> недопустимым доказательством, не имеется, так как в постановлении имеется указание на основание для ее проведения, а именно определение принадлежности генотипа обнаруженной крови, при этом отсутствие в постановление о назначении повторной экспертизы ссылки на ст.207 УПК РФ не влечет признание заключения эксперта недопустимым доказательством, поскольку не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Доводы защитника не ставят под сомнение данное заключение эксперта. При этом, в ходе предварительного следствия сторона защиты, своевременно ознакомленная с постановлением о назначении повторной экспертизы, не возражала против назначения и проведения по делу указанного экспертного исследования. 

Оспариваемое заключение соответствует требованиям ст.204 УПК РФ, содержит полные ответы на все поставленные вопросы, находящиеся в компетенции эксперта, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные. Перед проведением исследования эксперту были разъяснены права, а также она предупреждена об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, что подтверждается соответствующими подписями. Основания ставить под сомнение выводы эксперта, обладающего специальными познаниями и имеющего соответствующий стаж, отсутствуют. 

Несостоятельной также является и версия защитника о том, что кровь потерпевшего попала на туфли ФИО37 в момент проверки его показаний на месте, так как одежда и обувь были изъяты после проведения указанного следственного действия, поскольку уголовно-процессуальный закон не содержит указания об обязательном изъятии предметов одежды подозреваемого либо обвиняемого до проведения с ним следственных действий, ход предварительного следствия определяется следователем самостоятельно в соответствии со ст.38 УПК РФ, запрета на проведение неотложного следственного действия - проверки показаний на месте в одежде и обуви, в которой был задержан подозреваемый, закон не содержит. Более того, кровь потерпевшего обнаружена не на подошве туфель подсудимого, а на верхней поверхности, что также исключает возможность ее попадания на месте происшествия при проведении следственного действия. 

Таким образом, неубедительное утверждение ФИО37 в судебном заседании о том, что от причиненных им телесных повреждений потерпевшим, у них не было крови, опровергается экспертными заключениями. Обнаруженная на туфлях подсудимого кровь потерпевшего ФИО4, которая, как пояснил в судебном заседании эксперт ФИО22, могла быть только из ран, обнаруженных у потерпевшего ФИО4 на голове, свидетельствует о явной неправдоподобности версии подсудимого ФИО37 о том, что он не убивал потерпевших и не причинял телесных повреждений на их головах, от которых ФИО4 и ФИО3 скончались на месте происшествия. 

Суд критически относится к утверждению защитника со ссылкой на показания экспертов о том, что в случае нанесения обнаруженных у потерпевших телесных повреждений именно ФИО37, на его одежде должно было быть много следов крови, вместе с тем кровь потерпевшего обнаружена только на туфлях подсудимого. Однако, данное утверждение защитника является необоснованным, так как показания экспертов ФИО19 и ФИО22 таких выводов не содержат, эксперты указали, что из ран на головах потерпевших было достаточное не фонтанирующее кровотечение, что не свидетельствует о том, что кровь обязательно должна быть на одежде ФИО37, при этом как пояснил подсудимый, после возвращения домой, он постирал всю одежду, в которой находился в вагончике. 

Основываясь на непосредственно исследованных и проверенных в судебном заседании доказательствах судом достоверно установлен период времени совершения ФИО37 преступления. Из показаний свидетеля ФИО23, с учетом его показаний в ходе предварительного расследования, оглашенных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ (т.5 л.д.199-203), следует, что 16 апреля 2023 года около 23.00 часов к нему в гости пришел его знакомый ФИО37, чтобы поздравить с Пасхой. Они выпили пива, после чего пришел брат ФИО37 – ФИО24 и забрал его домой. Через 10 минут ФИО37 вернулся к нему, сказав, что хочет еще выпить алкоголь. Около 00.00 часов 17 апреля 2023 года пришла мать ФИО37, после чего ФИО37 ушел домой. На следующий день он узнал, что ночью горел вагончик, в котором сгорели ФИО4 и ФИО3 Впоследствии в таборе стало известно, что их убили, в этом признался ФИО37, которого задержали сотрудники полиции. Оглашенные показания свидетель подтвердил, объяснив противоречия давностью событий. 

Согласно показаниям свидетеля ФИО24, с учетом показаний в ходе предварительного следствия, исследованных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ (т.5 л.д.170-173), в судебном заседании установлено, что 16 апреля 2023 года около 23.00 часов он приводил ФИО37 домой из гостей, по просьбе его жены. После того, как он вернулся домой, через 15-20 минут вновь по телефону жена ФИО37 сообщила, что ФИО37 ушел из дома. Второй раз ФИО37 из гостей забирала его мама. Однако, после этого жена ФИО37 снова сообщила, что ФИО37 ушел из дома. Около 02.30 – 03.00 часов 17 апреля 2023 года ему сообщили, что на 

<

.......> горит вагончик. Приехав на место пожара, от пожарных он узнал, что нашли два трупа, погибли ФИО4 и ФИО3 Позвонив ФИО37, он узнал, что ФИО37 находится дома. 17 апреля 2023 года в дневное время он пришел домой к ФИО37, где его жена сказала, что ФИО37 пошел в полицию признаваться по поводу трупов и пожара. На представленной видеозаписи с камер видеонаблюдения человек похож на ФИО37 Охарактеризовал ФИО37 как общительного человека, который вырос в цыганском таборе, зарабатывал на жизнь расклеиванием объявлений, сбором талонов. 

Оглашенные показания в части опознания на видеозаписи ФИО37, а также пояснений жены ФИО37, что он пошел признаваться по поводу трупов, свидетель ФИО24 не подтвердил, указав, что на видеозаписи лица человека не видно, супруга ФИО37 сообщила только то, что ФИО37 ушел на место пожара. 

В целом показания свидетеля ФИО24 в ходе предварительного следствия не вызывают сомнений суда в их достоверности, поскольку согласуются с другими доказательствами по делу. Вместе с тем, суд критически относится и не принимает во внимание показания свидетеля ФИО24 в судебном заседании в указанной части, поскольку ФИО24 является лицом, явно заинтересованным в благоприятном для подсудимого исходе дела, так как несмотря на то, что биологически они не являются родственниками, они с ФИО37 выросли в одной семье, считают себя братьями, проживают в одном таборе, фактически состоят в близких родственных отношениях, которые повлияли на объективность и достоверность изложенных в судебном заседании показаний. При этом, как пояснил свидетель, какого-либо давления в ходе допроса на него никто не оказывал, следователь записывала в протокол сведения, которые он сообщил, отвечая на вопросы.

Более того, показания свидетеля ФИО24 данные в ходе предварительного следствия, полностью согласуются с протоколами осмотров предметов и документов, в ходе которых осмотрены детализации телефонных соединений абонентского номера ФИО24, согласно которым установлено, что в 23 часа 28 минут 16 апреля 2023 года, в 00 часов 00 минут, 00 часов 01 минуту, 00 часов 21 минуту и 02 часа 58 минут 17 апреля 2023 года ФИО24 осуществлялись вызовы абоненту, находящемуся в пользовании ФИО37 и его супруги ФИО16 (т.4 л.д.221-225, т.5 л.д.165-168). 

Согласно данным сотового оператора ПАО «МТС», сведения о детализации соединений абонентского номера ФИО24 представлены по местному времени (т.4 л.д.220).

Свидетель ФИО7 суду пояснил, что 

<

.......> в ночное время сын Виктор сообщил ему, что произошел пожар в вагончике, а около 13.00-13.30 часов стало известно, что ФИО37 задержан сотрудниками полиции. При выяснении обстоятельств произошедшего он узнал, что ФИО84 и его мать дважды приводили ФИО37 домой из гостей. Со слов жены ФИО37 ему известно, что затем ФИО37 взял бутылку водки и снова ушел из дома, вернулся домой около 03.00-04.00 часов. Погибшие ФИО4 и его супруга ФИО3 злоупотребляли спиртными напитками, работали у русских цыган. После случившегося от цыган он узнал, что ФИО37 ранее несколько раз ходил в вагончик к ФИО57 распивать спиртное. ФИО37 биологически не является его родственником, с 07 месяцев он воспитывал ФИО37, считает его сыном, может охарактеризовать ФИО37 как спокойного, неконфликтного человека. 

Таким образом, доводы ФИО37 о том, что он находился в вагончике в период с 21.00 часов 16 апреля 2023 года до 01.00 часа 17 апреля 2023 года опровергаются показаниями приведенных свидетелей, данными детализации телефонных соединений и подтверждают вывод суда о надуманности и недостоверности версии ФИО37 о непричастности к совершению убийства потерпевших. 

Не свидетельствуют об обратном и показания свидетеля защиты ФИО25 с учетом его показаний в ходе предварительного расследования, исследованных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ (т.5 л.д.239-243), согласно которым 17 апреля 2023 года около 01 часа 30 минут он с супругой вернулся домой и лег спать, при этом слышал, что у соседей в вагоне-бытовке, в котором проживали цыгане ФИО4 и ФИО3, играла музыка, пели песни. Около 03.00 часов его разбудили соседи, он вышел на улицу и увидел, что горит вагон-бытовка. Свидетель ФИО25 по приезду домой очевидцем каких-либо действий потерпевших не являлся, только слышал шум из вагончика, лично потерпевших в ночь с 16 на 17 апреля 2023 года не видел. 

Более того, выводы суда о доказанности виновности ФИО37 в совершении убийства ФИО4 и ФИО3 в установленный судом период времени, подтверждаются протоколом выемки, в результате которой у свидетеля ФИО26 изъят диск с записями с камер видеонаблюдения, в ходе осмотра которых установлено, что съемка осуществляется камерой, расположенной напротив металлического вагончика, в котором проживали ФИО4 и ФИО3 В 00 часов 45 минут 17 апреля 2023 года в сторону вагончика проходит мужчина в темной одежде. В 02 часа 30 минут возле вагончика видно свечение, в 02 часа 34 минуты начинается возгорание вагончика. В результате осмотра записан дубликат указанной видеозаписи, направленный в Криминалистический центр Следственного комитета Российской Федерации, где проведено криминалистическое улучшение видеозаписей, повышено качество визуального восприятия внешности мужчины, зафиксированного на видеозаписи (т.3 л.д.77-81, 82-89, 226-232, 237-242). 

После обозрения именной данной видеозаписи в ходе предварительного следствия потерпевшая ФИО1, свидетели Свидетель №1, ФИО27 опознали ФИО37 в мужчине, который прошел по тропе в сторону вагончика, по походке, росту и телосложению. При этом, вопреки версии ФИО37 о том, что он ушел из вагончика потерпевших в 01.00 часов 17 апреля 2023 года и прошел также по проулку 

<

.......>, опровергается содержанием данной видеозаписи, так как в период с 01.00 до 02.00 часов 17 апреля 2023 года его проход в обратном направлении в указанном месте, как и других лиц, не зафиксирован. 

Согласно показаниям свидетеля ФИО28, с учетом его показаний в ходе предварительного расследования (т.5 л.д.221-226), оглашенных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, следует, что по соседству с ним, в вагончике, расположенном напротив 

<

.......> проживали двое цыган, которых он знает как ФИО36 и ФИО3, которые злоупотребляли спиртными напитками, но были безобидные. Также периодически с ними проживал молодой человек, возможно сын. 17 апреля 2023 года он проснулся около 03.00-03.30 часов от света машин экстренных служб. Выйдя на улицу, увидел, что горел вагон-бытовка, в котором после тушения нашли трупы потерпевших, от сотрудников полиции узнал, что произошло убийство. Когда он разговаривал с сотрудниками полиции к ним подошел ФИО37, попросил закурить. Сотрудники полиции стали выяснять, где находился ФИО37 ночью с 16 на 17 апреля 2023 года, на что ФИО37 пояснил, что был в данном вагончике и распивал спиртные напитки с ФИО36 и ФИО3 После этого, ФИО37 и сотрудники полиции уехали в отдел полиции. Кроме того, сообщил, что по просьбе сотрудников полиции, он передал им жесткий диск с видеозаписями с камеры видеонаблюдения, установленной на углу забора его 

<

.......>, в обзор которой попадает тропинка от 

<

.......> к 

<

.......>. Техническая возможность просмотра и изъятия видеозаписей отсутствовала, поскольку из-за пожара в вагончике, в его доме произошло замыкание, отсутствовало электроснабжение. 

Из показаний свидетеля ФИО26 (оперуполномоченного ОП-6 УМВД России по г.Тюмени), с учетом его показаний в ходе следствия (т.3 л.д.72-74), исследованных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, установлено, что 17 апреля 2023 года он по распоряжению руководителя прибыл на место происшествия, где после тушения пожара в вагоне-бытовке у 

<

.......>, обнаружены два трупа, установленные как ФИО4 и ФИО3 с признаками насильственной смерти. В ходе подомового обхода территории им установлены камеры видеонаблюдения, одна из которых зафиксировала, что около часа ночи в сторону вагона-бытовки проследовал мужчина, а около 03.00 часов, когда он уходил, произошло возгорание вагон-бытовки. Устройство с записями с камер видеонаблюдения было получено у владельца дома, где были установлены камеры, впоследствии диск с указанными видеозаписями он выдал следователю. 

В ходе дополнительного осмотра места происшествия осмотрен проулок от 

<

.......> до 

<

.......>, где установлено, что на углу забора 

<

.......> закреплена видеокамера наружного наблюдения, объектив которой направлен вдоль указанного проулка, тропинка по проулку входит в обзор видеокамеры (т.3 л.д.91-103). 

В результате осмотра 

<

.......> обнаружен сервер, на который осуществляется запись с указанной камеры видеонаблюдения, специалистом на диск скопирована запись за период с 12.00 до 13.00 часов 26 сентября 2023 года, в результате осмотра которой установлено, что на видеозаписи зафиксирована пешеходная дорожка (тропа) по 

<

.......> (т.3 л.д.149-156,157-161). 

При таких обстоятельствах, установлено, что видеозапись на которой зафиксирован 17 апреля 2023 года в 00 часов 45 минут проход ФИО37 к вагончику потерпевших, осуществлялась именно данной видеокамерой, закрепленной на углу забора 

<

.......>. 

Следственным экспериментом установлено, что поверхность пешеходной дорожки (тропы), проходящей по 

<

.......>, относительно горизонтальной плоскости в целом является ровной, за исключением одного места, в котором при движении от места расположения камеры, перепад высоты поверхности тропинки относительно горизонтальной плоскости составил 2,5 см (т.3 л.д.138-148). 

В ходе выемок у свидетелей - сотрудников ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тюменской области ФИО29 и ФИО30 изъяты диски с видеозаписями с камер видеонаблюдения в помещениях СИЗО-1, зафиксировавших свободный проход ФИО37 в следственном изоляторе (т.3 л.д.111-115,116-120,126-128,129-136). 

Заключением эксперта 

<

.......> установлено, что расчетное значение роста человека с учетом неизвестного значения толщины подошвы обуви и толщины волосяного покрова или головного убора, запечатленного во фрагменте видеозаписи находится в диапазоне от 

<

.......> см и включает неизвестные значения толщины обуви и толщины волосяного покрова или головного убора. В результате экспертного исследования выполнена цифровая обработка фрагментов видеозаписей, полученные результаты сохранены на оптические диски, которые осмотрены (т.3 л.д.174-217,218-223). 

Согласно сведениям, представленным из филиала МЧ 

<

.......> ФКУЗ МСЧ-72 ФСИН России (т.3 л.д.105), при поступлении в СИЗО-1 ФИО37 проходил медицинский осмотр, зафиксирован его рост 

<

.......>. Следовательно, рост ФИО37 соответствует параметрам, установленным экспертным путем у мужчины на видеозаписи, направлявшегося к вагончику потерпевших. 

Из показаний свидетеля ФИО31 в судебном заседании установлено, что он является собственником строительной базы, расположенной по адресу: 

<

.......>, по периметру территории которой расположены камеры видеонаблюдения, одна из камер фиксирует въезд на базу с 

<

.......>. 17 апреля 2023 года в дневное время по просьбе сотрудников полиции он добровольно предоставил им возможность просмотра на мониторе записей с камер видеонаблюдения за указанный сотрудниками полиции период времени. На записи с камеры видеонаблюдения зафиксирован человек, у которого имеется свечение, человек уходит, при этом на соседнем доме сработали датчики движения на его перемещение. В связи с тем, что техническая возможность фиксации видеозаписи на другой носитель отсутствовала, сотрудником полиции данная видеозапись была записана на сотовый телефон, чтобы исключить утрату записи. 

Свидетель ФИО35 (заместитель начальника ОУР УМВД России по г.Тюмени) в судебном заседании показал, что 17 апреля 2023 года в дежурную часть поступило сообщение о том, что в результате пожара в вагончике, расположенного по 

<

.......>, обнаружены 2 трупа. В ходе оперативно-розыскных мероприятий обнаружены 2 видеокамеры, установленные на ближайших домах. Из просмотренной видеозаписи следовало, что из вагончика выходит мужчина, в его руках видно светящийся предмет, который он выбрасывает, после этого начинается возгорание. Других людей в указанный промежуток не зафиксировано. Техническая возможность изъятия видеозаписи отсутствовала, поэтому с целью сохранения доказательства, видеозапись была записана им на свой сотовый телефон, который впоследствии был изъят следователем, осмотрен, видеозапись скопирована на диск. 

В результате осмотра мобильного телефона свидетеля ФИО35 обнаружена и записана на диск видеозапись с камеры видеонаблюдения от 17 апреля 2023 года, в ходе осмотра которой установлено, что в 02 часа 32 минуты 07 секунд от вагончика движется человек, у которого видно мерцание. В 02 часа 32 минуты 20 секунд источник огня отделяется от фигуры человека, затем гаснет, возле соседнего строения включается освещение, в 02 часа 32 минуты 41 секунду справа от видеокамеры у 

<

.......> видно возрастающее возгорание (т.4 л.д.6-10,13-19).

Указанные доказательства согласуются с показаниями ФИО37 в ходе предварительного следствия при проверке его показаний на месте о том, что перед выходом из вагончика он поджег зажигалкой простынь, после чего вышел и пошел домой вокруг вагончика по 

<

.......>, при этом выбросил сигарету. 

В ходе осмотра места происшествия осмотрен участок местности, расположенный вдоль 

<

.......>, на стенах которого имеется две камеры видеонаблюдения, зафиксированные в сторону домов 

<

.......> по 

<

.......> движении вдоль 

<

.......> установлено, что на данном доме расположены фонари уличного освещения, включающиеся при движении объекта рядом с домом. Установлено соответствие объектов осмотра и изъятой у свидетеля ФИО35 видеозаписи (т.4 л.д.21-28).

Кроме того, следственным экспериментом установлена возможность прямого прохода от 

<

.......> по 

<

.......> к тропинке, ведущей к дому 

<

.......> по 

<

.......>, попадающей в обзор камеры видеонаблюдения, рядом с которым находился вагон-бытовка потерпевших, продолжительность такого прохода составляет 5 минут. Кроме того, установлена возможность прохода от вагончика, располагавшегося напротив 

<

.......> до места проживания ФИО37 от 

<

.......>, в направлении 

<

.......>, продолжительность прохода составила 14 минут (т.4 л.д.156-165,166-172). 

Доводы стороны защиты об отсутствии сведений о точном времени, зафиксированном на видеозаписях, суд считает несостоятельными, так как из подробного изучения приведенных доказательств следует, что период времени на видеозаписях соответствует показаниям свидетелей, осмотру детализации, содержанию рапортов должностных лиц о поступивших сообщениях о пожаре, и является достоверно установленным. 

Сопоставив все изложенные выше доказательства, суд приходит к твердому убеждению, что версия подсудимого ФИО37 о том, что он не убивал потерпевших и не совершал поджог их вагончика, а нанес им только удары по рукам, спине и ребрам, после которых они уснули, не соответствует установленным фактическим обстоятельствам дела, так как опровергается исследованными по делу и изложенными доказательствами. Указанная версия подсудимого, искажающая объективную действительность, продиктована желанием ФИО45 избежать справедливого наказания за совершенное преступление. 

Детально проанализировав совокупность исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, судом достоверно установлено, что ФИО37 в период времени с 00 часов 45 минут до 02 часов 30 минут 17 апреля 2023 года пришел в вагончик к потерпевшим, где на почве личных неприязненных отношений, возникших в результате конфликта с потерпевшими, нанес неустановленным следствием тупым твердым предметом потерпевшей ФИО3 не менее 10 ударов в область головы, потерпевшему ФИО4 не менее 8 ударов в область головы и не менее 3 ударов в область грудной клетки, от травм головы они скончались на месте происшествия, после чего перед выходом из вагончика ФИО37 поджег простынь, и проследовал домой по 

<

.......>. 

Таким образом, суд пришел к выводу, что причинение смерти потерпевшим другим лицом и при иных обстоятельствах, исключается. Сомнения в виновности ФИО37 в совершении убийства двух лиц ФИО4 и ФИО3 у суда отсутствуют. 

Разрешая ходатайство защиты о признании недопустимым доказательством видеозаписей с камер видеонаблюдения, суд полагает необходимым обратить внимание, что к числу недопустимых статья 75 УПК РФ относит доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ. При этом, не любое нарушение, а лишь существенное влечет недопустимость доказательства (п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №51 от 19 декабря 2017 года «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)»). 

Вопреки доводам стороны защиты, получение данных видеозаписей оперативными сотрудниками при реализации ими своих полномочий, предусмотренных Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 года №144-ФЗ по принятию мер, направленных на сбор доказательств, с целью установления истины по делу, при отсутствии технической возможности изъятия видеозаписей с камер видеонаблюдения, не свидетельствует о существенном нарушении уголовно-процессуального закона, либо фальсификации доказательств, поскольку оспариваемые видеозаписи были получены у владельцев камер видеонаблюдения, предоставивших к ним доступ сотрудникам правоохранительных органов в добровольном порядке, впоследствии видеозаписи выданы следователю, сохранены на оптических носителях, осмотрены в установленном законом порядке, признаны вещественными доказательствами по уголовному делу в соответствии с требованиями ст.81, ст.82 УПК РФ, таким образом получили свое доказательственное значение. Протоколы осмотров видеозаписей, а также сами записи непосредственно были исследованы с участием сторон в судебном заседании. У суда отсутствуют основания полагать, что оспоренные вещественные доказательства получены при иных обстоятельствах, фактов необходимости создания органами следствия искусственных доказательств по делу судом не установлено. 

Доводы защитников о недопустимости видеозаписей как доказательства виновности ФИО37 суд считает несостоятельными, данные доводы проверены судом как путем исследования процедуры получения спорных доказательств, отраженной в соответствующих протоколах, так и допроса лиц, подтвердивших факты получения у них сотрудниками правоохранительных органов указанных видеозаписей. Суд располагает полной информацией об источнике данных доказательств, что подтверждается допросами свидетелей ФИО28 и ФИО31 При этом, по мнению суда, указанный способ получения видеозаписей не предполагает меньшую степень гарантии законности, не влияет на доказательственную силу видеозаписей, исследованных судом. 

Кроме того, доводы защиты о признании недопустимым доказательством результатов оперативно-розыскного мероприятия – опроса ФИО37, по мнению суда является беспредметными, поскольку в качестве такового стороной обвинения не представлялось, в процессе доказывания виновности ФИО37 не использовалось. 

Несогласие защитника с объемом предварительного расследования по уголовному делу не свидетельствует о нарушении уголовно-процессуального закона следователем, который согласно п.3 ч.2 ст.38 УПК РФ является процессуально самостоятельным лицом, направляет ход расследования и принимает решение о производстве следственных и процессуальных действий. При этом, в ходе судебного разбирательства сторона защиты не лишена возможности представить новые доказательства в обоснование своей позиции, поэтому доводы защитника о неполноте предварительного следствия суд считает несостоятельной. 

Суд также не может согласиться и с утверждением защитника о не конкретизации обвинения, в связи с отсутствием в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого полных установочных данных потерпевших.

Постановление о привлечении ФИО37 в качестве обвиняемого соответствует положениям ч.2 ст.171 УПК РФ, а обвинительное заключение – ст.220 УПК РФ. Доводы же адвоката об обратном фактически основаны на субъективной оценке собранных по делу органом предварительного расследования доказательств, не подтверждающих, по мнению защитника, причастность ФИО37 к преступлению. Однако, данная оценка сама по себе не дает суду оснований для того, чтобы констатировать нарушение уголовно-процессуального закона при составлении постановления о привлечении в качестве обвиняемого. 

Установление судом иной очередности причинения ФИО37 телесных повреждений потерпевшим, не ухудшает положение подсудимого, не нарушает его право на защиту, соответствует требованиям ст.252 УПК РФ. 

Кроме того, судом исследованы в качестве доказательств протоколы осмотра места происшествия (т.1 л.д.114-123), осмотра уголовных дел в отношении ФИО32 и ФИО4 (т.4 л.д.73-102, 104-129), сведения из который приняты в качестве характеризующих данных потерпевших ФИО4 и ФИО3

Законность обысков в жилище, проведенных по делу, установлена судебными решениям, вступившими в законную силу. 

Оценивая в соответствии со ст.88 УПК РФ в совокупности представленные доказательства, исследованные в ходе судебного разбирательства, суд признает каждое из них допустимым, имеющим юридическую силу, поскольку они получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, и достоверными, так как они согласуются между собой, а их совокупность достаточной для вывода о виновности ФИО37 в убийстве ФИО4 и ФИО3 при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

У суда нет оснований ставить под сомнение показания потерпевшей, представителя потерпевшей, свидетелей, экспертов, которые последовательны, согласуются между собой и с другими объективными доказательствами по делу. Все приведенные выше доказательства не противоречат друг другу, показания указанных лиц дополняют и конкретизируют обстоятельства произошедшего, существенных противоречий в показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, которые повлияли или могли повлиять на выводы суда о виновности подсудимого, не имеется. 

Показания получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, после разъяснения потерпевшей, представителю потерпевшей, свидетелям и экспертам их прав, последствий дачи ими показаний в суде и предупреждения их об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний, оснований для оговора данными лицами подсудимого судом не установлено. Все изложенные ими сведения о произошедших событиях полностью согласуются с совокупностью приведенных в приговоре доказательств, объективно подтверждающих преступные действия подсудимого. В связи с этим, показания потерпевшей, представителя потерпевшей, экспертов и свидетелей суд признает правдивыми. 

Суд квалифицирует действия ФИО37 по п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ – как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, двух лиц.

Учитывая, что ФИО37 причинил смерть двум лицам, ни за причинение смерти ФИО4, ни за причинение смерти ФИО3 ФИО37 не был привлечен к уголовной ответственности, суд полагает, что квалифицирующий признак «убийство двух лиц» полностью нашел свое подтверждение в судебном заседании. 

О направленности умысла ФИО37 на убийство ФИО4 и ФИО3 свидетельствуют в своей совокупности избранный способ причинения смерти потерпевшим, целенаправленный, интенсивный, завершенный характер его насильственных действий в отношении каждого из потерпевших, находящихся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде смерти двух человек, множественное количество ударов по их телам, характер и локализация установленных у каждого из потерпевших повреждений в области расположения жизненно-важных органов – голова, а также грудная клетка у потерпевшего ФИО4, предшествующий конфликт с потерпевшими, и как следствие, постпреступное поведение подсудимого, выполнение им действий, направленных на сокрытие совершенного преступления.

Следовательно, совершая убийство ФИО4 и ФИО3 подсудимый действовал с прямым умыслом, он понимал общественно опасный характер своих преступных действий, осознавал, что эти действия приведут к наступлению опасного последствия в виде смерти потерпевших и желал наступление данного последствия. 

Мотивом преступления явились личные неприязненные отношения, возникшие в ходе ссоры ФИО37 с потерпевшими, при распития спиртных напитков. 

В силу возраста и жизненного опыта подсудимый ФИО37 знал и понимал, что в результате нанесения множества ударов тупым твердым предметом по головам потерпевших, может наступить их смерть, в связи с этим суд критически относится к утверждению защитника Минасяна М.Д. о том, что по причине отсутствия образования, неграмотности, асоциализации подсудимого, совершая указанные действия, он не понимал, что может убить потерпевших. При этом, как следует из показаний подсудимого в ходе предварительного следствия, он понимал повышенную общественную опасность совершенного преступления, так как поджигая вагончик, хотел скрыть следы преступления, чтобы никто не узнал о случившемся. 

Более того, согласно выводам заключения комиссии экспертов ФИО37 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которое бы лишало его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал, как на период времени, относящийся к инкриминируемому деянию, так и не страдает таковыми в настоящее время (т.3 л.д.64-70).

Таким образом, оценив все изложенные выше факты, суд приходит к выводу о том, что версия защиты об отсутствии у него умысла на убийство потерпевших не соответствует действительности. 

Суд критически относится и к версии подсудимого и защитника Минасяна М.Д. о превышении пределов необходимой обороны при необходимости защиты своей жизни от действий потерпевших, поскольку, подробно изучив все установленные фактические обстоятельства по делу, суд приходит к выводу о том, что данная версия опровергается исследованными по делу доказательствами.

Так, свидетель ФИО33 

<

.......> судебном заседании пояснила, что толерантность к алкоголю – это устойчивость организма к количеству содержащегося в организме алкоголя, которая зависит от многих факторов и стадии алкоголизма. Установленные у потерпевших показатели наличия алкоголя 3,8 промилле и 4,1 промилле в крови относятся к тяжелой степени опьянения. Состояние человека при указанных показателях характеризуется плохой ориентацией в обстановке, мышечной слабостью, шаткой походкой, при таких дозах человек засыпает, не контролирует свои действия, могут быть непроизвольное мочеиспускание или дефекация, ориентация во всех сферах деятельности сначала снижается, затем утрачивается. Физическая активность быть может, но кратковременная, при этом может проявляться в форме агрессии и раздражительности. 

На основе анализа совокупности добытых доказательств, характера действий подсудимого в юридически значимый период времени, с учетом характера и локализации повреждений, обнаруженных у потерпевших, количества ударов, суд признает установленным отсутствие со стороны потерпевших ФИО4 и ФИО3 реальной угрозы для жизни и здоровья ФИО37 Как следует из показаний ФИО37, потерпевшая ФИО3 пыталась нанести ему удар ножом, который он выбил из ее рук, а потерпевший ФИО4 нанес ему дважды по 2 удара кулаком в грудь. 

В ответ на данные действия, несмотря на то, что необходимость в обороне отсутствовала, ФИО37 нанес не оказывавшим сопротивления потерпевшим, значительно старшим его по возрасту, регулярно употреблявшим спиртные напитки, находившимся в тяжелой степени алкогольного опьянения, тупым твердым предметом по голове ФИО3 не менее 10 ударов, ФИО4 не менее 8 ударов, а также по грудной клетке ФИО4 – не менее 3 ударов, от повреждений на головах потерпевших наступила их смерть. В тоже время, обнаруженные у подсудимого телесные повреждения, как пояснил ФИО37 не имеющие отношения к конфликту с потерпевшими, кроме ран на кистях (т.2 л.д.35-36, т.4 л.д.135-138,139-154), не причинившие вреда его здоровью, также не свидетельствуют о наличии какой-либо угрозы для его жизни и здоровья со стороны потерпевших. 

При таких обстоятельствах, оснований для признания оборонительного характера действий ФИО37 не имеется, поскольку потерпевшие изначально не представляли никакой опасности для ФИО37, который в любой момент имел возможность покинуть вагончик, прекратив конфликт с потерпевшими, однако он этого не сделал, а вооружившись неустановленным тупым твердым предметом наносил потерпевшим удары, от которых они скончались на месте происшествия. Исследовав хронологию события преступления, суд считает, что в момент совершения преступления ФИО37 не находился в состоянии необходимой обороны и превышения ее пределов. 

Таким образом, детально проанализировав исследованные и приведенные выше доказательства суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для иной юридической оценки действий ФИО37, либо оправдания подсудимого, как об этом просят защитники. 

Вопреки доводам защитников, объективность и достоверность заключений экспертов по делу, кроме заключения дактилоскопической экспертизы 

<

.......> от 

<

.......>, которое не относится к доказательствам виновности подсудимого, а также компетентность экспертов, у суда сомнений не вызывают, заключения даны квалифицированными компетентными специалистами со специальными познаниями и навыками в области экспертного исследования, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию экспертов, которым разъяснены права, они предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ. Заключения отвечают требованиям, предъявляемым к заключениям эксперта, предусмотренных ст.204 УПК РФ и Федеральным законом «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» от 31 мая 2001 года №73-ФЗ, содержат подробные данные, описания, которые положены в основу выводов экспертов, выводы экспертиз надлежащим образом достаточно мотивированы и убедительны, непротиворечивы, основаны на материалах дела, объективно подтверждены доказательствами, которые непосредственно исследовались в судебном заседании.

Подвергая сомнению выводы проведенных по делу экспертиз и показаний экспертов, сторона защиты тем самым лишь пытается опорочить заключения экспертов, таким образом старается обесценить доказательства, которые уличают ФИО37 в совершении преступления. 

Позиция стороны защиты, приводящей анализ доказательств, представленных стороной обвинения, основана на собственной их интерпретации и признании их важности для дела без учета установленных ст.ст.87,88 УПК РФ правил оценки доказательств, которыми руководствуется суд. 

Высказанная в ходе судебного разбирательства критическая оценка защитниками предъявленного подсудимому обвинения по смыслу ст. 49 УПК РФ является способом осуществления в установленном уголовно-процессуальным законом порядке защиты прав и интересов подзащитного, но в силу объективных данных, установленных в ходе судебного разбирательства, сомнения адвокатов в виновности подзащитного полностью опровергнуты совокупностью доказательств, представленных стороной обвинения. Доводы, приведенные стороной защиты, не опровергают факта совершения ФИО37 преступления, указанного в описательной части приговора, и не влияют на квалификацию его действий, установленную судом. 

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу подсудимого, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности его вины или на квалификацию его действий, по делу также отсутствуют.

Существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона при собирании доказательств на досудебной стадии, которые могли бы ограничить права подсудимого и повлиять на выводы суда о его виновности в совершении преступления, не допущено. 

В соответствии со ст.6 и ст.60 УК РФ при назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого, обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

ФИО37 совершил особо тяжкое умышленное преступление, направленное против жизни и здоровья, на учетах у врачей психиатра и нарколога не состоит, несмотря на противоречивые характеристики участковых уполномоченных полиции по месту жительства в целом характеризуется удовлетворительно, выполнял работы по сбору металлолома, распространению объявлений, вывозу мусора, по месту прежней работы в 

<

.......> характеризуется положительно, ранее не судим. 

Согласно выводам заключения комиссии экспертов 

<

.......> от 

<

.......> следует, что как в период инкриминируемого деяния, в настоящее время у ФИО37 обнаруживается: умственная отсталость легкой степени с незначительными нарушениями поведения, в связи с неуточненными причинами. В момент времени, относящийся к инкриминируемому деянию, признаков какого-либо временного психического расстройства не обнаруживал: его действия носили целенаправленный завершенный характер, он полностью ориентировался в обстановке, признаков нарушенного сознания не выявлял, сохранил воспоминания на период времени, относящийся к инкриминируемому деянию. Степень психических нарушений у ФИО37 по своей выраженности не достигает глубокого слабоумия, расстройства личности в стадии декомпенсации или психотического состояния, поэтому в период времени, относящийся к инкриминируемому деянию, он мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время ФИО37 также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, ФИО37 способен правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания, осознавать характер своего процессуального положения, исполнять свои процессуальные права и обязанности. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. В момент совершения инкриминируемого деяния ФИО37 в состоянии аффекта и ином эмоциональном состоянии, которое могло бы в существенной степени повлиять на способность ФИО37 адекватно воспринимать обстоятельства, указанные в материалах дела, а также осознавать характер, значение и общественную опасность совершаемых им действий и руководить ими, не находился (т.3 л.д.64-70). 

С учетом выводов комиссии экспертов, объективность и достоверность заключения которых, а также компетентность экспертов у суда сомнений не вызывает, обстоятельств совершенного преступления и поведения ФИО37, как в ходе предварительного следствия, так и судебного разбирательства, суд считает, что ФИО37 является вменяемым и может нести уголовную ответственность и наказание за содеянное. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО37, суд признает частичное признание вины в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, явку с повинной, наличие малолетних детей, которые с сожительницей ФИО37 находились на его иждивении, состояние здоровья подсудимого и членов его семьи, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей - оказание материальной помощи в захоронении ФИО4 и ФИО3 (п. «г,и,к» ч.1 и ч.2 ст.61 УК РФ). 

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО37, не установлено. 

В ходе судебного разбирательства также исследованы характеризующие материалы на погибших ФИО4 и ФИО3 том числе в т.4 л.д.73-102,104-129,131-133, т.5 л.д.26-28,30,33, 36-39,42-43,45-49,51-56-58).

Кроме того, свидетель ФИО34 (участковый уполномоченный полиции ОП-6 УМВД России по г.Тюмени), с учетом его показаний ходе следствия, оглашенных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ (т.5 л.д.153-157), показал, что потерпевшие ФИО4 и ФИО3 проживавшие в вагончике, попадали в поле зрения полиции в связи с семейно-бытовыми конфликтами, ФИО4 привлекался к уголовной ответственности по ст.112 УК РФ. ФИО3 также ему известна как ФИО3, она никогда не документировалась. Как в отношении потерпевших, так и в отношении ФИО37 участковым проводилась профилактическая работа. 

Исходя из установленных фактических обстоятельств дела, суд признает обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого, противоправное поведение потерпевших, явившееся поводом для преступления. Судом принимаются во внимание последовательные показания подсудимого о поведении ФИО4, распивавшего спиртные напитки, вступившего с ФИО37 в словесный конфликт, выражавшегося нецензурной бранью в его адрес, наносившего удары кулаком в область груди ФИО37, а также о поведении ФИО3 пытавшейся нанести ФИО37 удар ножом, и вызвавших на фоне конфликта у подсудимого личные неприязненные отношения (п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ).

Оценивая все обстоятельства дела в их совокупности, с учетом данных о личности подсудимого, влияние назначенного наказания на исправление осужденного, суд пришел к выводу о том, что достижение целей наказания, исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений могут быть достигнуты только в условиях изоляции от общества и считает необходимым назначить ФИО37 наказание в виде реального лишения свободы, предусмотренное санкцией ч.2 ст.105 УК РФ, в соответствии с требованиями ст.6, ст.60 УК РФ, которое будет справедливым, соответствующим характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения, личности виновного, соразмерным содеянному, отвечать целям уголовного наказания, предусмотренным ст.43 УК РФ. 

Учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств, суд считает справедливым не назначать подсудимому ФИО37 максимально строгое наказание в виде пожизненного лишения свободы за совершенное преступление, предусмотренное ч.2 ст.105 УК РФ, поскольку согласно смыслу уголовного закона пожизненное лишение свободы устанавливается только как альтернатива смертной казни за совершение особо тяжких преступлений, посягающих на жизнь, и не может назначаться в случаях, когда суд сочтет возможным не применять смертную казнь, а также не назначать максимальный размер наказания в виде лишения свободы, предусмотренный законом за содеянное.

Суд, в силу требований ч.3 ст. 62 УК РФ, не применяет положения ч.1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания ФИО37, поскольку санкцией ч.2 ст.105 УК РФ предусмотрено пожизненное лишение свободы.

Назначение дополнительного наказания в виде ограничения свободы согласно санкции части 2 статьи 105 УК РФ является обязательным, в связи с этим разрешая вопрос о применении дополнительного наказания в виде ограничения свободы, определяя вид ограничений и обязанностей, срок их установления, суд учитывает обстоятельства дела, данные о личности ФИО37, который является гражданином Российской Федерации, имеет постоянное место жительства.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и самого подсудимого не имеется, поэтому отсутствуют основания для применения ст.64 УК РФ.

Соблюдая требования о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, суд считает, что обстоятельства, установленные в ходе судебного разбирательства и признанные судом смягчающими наказание, не могут быть признаны исключительными ни каждое в отдельности, ни в совокупности.

При назначении наказания суд не усматривает оснований для применения положений ст. 73 УК РФ в отношении подсудимого, поскольку условная мера наказания для виновного в данном случае не будет отвечать целям уголовного наказания, предусмотренным ч.2 ст. 43 УК РФ.

Принимая во внимание фактические обстоятельства совершения преступления и степень его общественной опасности, а также способ, мотив и цель его совершения, степень реализации преступных намерений, а также с учетом того, что фактические обстоятельства совершенного преступления не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ. 

Отбывание наказания подсудимому ФИО37 необходимо назначить в исправительной колонии строгого режима, поскольку он осуждается за совершение особо тяжкого преступления, ранее не отбывал лишение свободы (п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ).

Гражданские иски по данному уголовному делу не заявлены.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств необходимо разрешить в соответствии со ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.303-304,307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО37 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ и назначить наказание в виде 15 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

В соответствии со ст. 53 УК РФ, в период отбывания ограничения свободы установить ФИО37 следующие ограничения: не изменять место жительства или пребывания и не выезжать за пределы территории муниципального образования, в пределах которого осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на ФИО37 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы 2 раза в месяц для регистрации. 

Меру пресечения ФИО37 оставить прежней - содержание под стражей. Срок наказания в виде лишения свободы исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

На основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО37 под стражей с 17 апреля 2023 года до дня вступления приговора суда в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы исполнять самостоятельно. Срок ограничения свободы исчислять со дня освобождения осужденного из исправительного учреждения.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

- кирпич, металлический клинок ножа, нож с рукоятью, образцы пожарного мусора, металлическую трубу, 3 фрагмента доски, 2 гвоздя, фрагмент электропровода, туфли – уничтожить; 

- футболку, кофту, штаны, бейсболку – возвратить по принадлежности ФИО37; 

- DVD-диски, содержащие записи с камер видеонаблюдения, с дубликатом видеозаписи, с файлами после цифровой обработки видеозаписи, с фотоизображениями ФИО37, с материалами оперативно-розыскной деятельности, с записями прохода ФИО37 в следственном изоляторе, сведения о детализации телефонных соединений абонентов – хранить при материалах уголовного дела;

- детализацию телефонных соединений абонентов – хранить при материалах уголовного дела;

- сотовый телефон 

<

.......> - считать возвращенным по принадлежности свидетелю ФИО35

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам во Второй апелляционный суд общей юрисдикции в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, путем подачи апелляционных жалобы, представления в Тюменский областной суд. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками процесса. 

Судья подпись Н.Н. Батурина

<

.......> 

<

.......>