Дело № 1-82/2018

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Калачинск 9 июля 2018 года

Калачинский городской суд Омской области в составе председательствующего судьи Матвеева С.М., при секретаре судебного заседания Игнатовой Т.Н., 

с участием государственного обвинителя, заместителя Калачинского межрайонного прокурора Мареич Н.А., 

защитников подсудимой, адвокатов Ольгина Н.М., Куприной В.А.,

рассмотрев в отрытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1 ..., не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.307 УК РФ, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, являясь свидетелем по уголовному делу, при производстве предварительного расследования дала заведомо ложные показания. Преступление, совершено при следующих обстоятельствах.

10 июня 2017 года в период с 22 часов 15 минут до 23 часов ФИО1 при допросе её в качестве свидетеля дознавателем отделения дознания ОМВД России по Калачинскому району П.Е.В., в помещении служебного кабинета, расположенного по адресу: 

<

...>, будучи уведомлённой о возможности в силу ст.51 Конституции РФ не свидетельствовать против самой себя, своего супруга и других близких родственников, круг которых определён п.4 ст.5 УПК РФ, а также предупреждённой об уголовной ответственности, предусмотренной ст.307 УК РФ, желая ввести дознание в заблуждение относительно обстоятельств совершенного А.А.Г. преступления и формирования доказательств его невиновности, умышленно дала заведомо ложные показания, искажающие фактические обстоятельства расследуемого преступления, относящиеся в соответствии с ч.1 ст.73 УПК РФ к обстоятельствам, подлежащим доказыванию при производстве по уголовному делу и очевидцем которых она непосредственно являлась.

В ходе указанного допроса ФИО1 заявила о том, что 2 апреля 2017 года её супруг А.А.Г., принадлежащим ей грузовым автомобилем марки «ДАF» г\н № (55 регион) не управлял, ключи от этого автомобиля находились у неё, сам автомобиль стоял возле их дома 

<

адрес>. Заведомо ложные показания свидетеля ФИО1 были внесены в протокол, прочитаны и подписаны ею без замечаний.

Продолжая реализовывать преступный умысел, направленный на дачу заведомо ложных показаний, ФИО1 в период с 16 часов 10 минут до 16 часов 40 минут 19 июля 2017 года, при проведении дознавателем очной ставки между ней и свидетелем А.С.В., после разъяснения ей положений ст.51 Конституции РФ и предупреждения об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, дала заведомо ложные показания о том, что ключи замка зажигания от указанного выше автомобиля от дознавателя А.С.В. не получала, ей был передан только брелок сигнализации и ключи грузового прицепа. Её показания были зафиксированы в протоколе очной ставки, который ФИО1 прочитала и подписала без замечаний.

Далее, продолжая действия, направленные на дачу заведомо ложных показаний, ФИО1 в период с 10 часов 30 минут до 11 часов 8 августа 2017 года, при проведении очной ставки со свидетелем А.Д.М., пояснила, что 2 апреля 2017 года принадлежащим ей грузовым автомобилем А.А.Г. не управлял, так как автомобиль с утра находился возле её дома, ключи были у неё.

3 ноября 2017 года при рассмотрении мировым судьёй судебного участка №100 в Калачинском судебном районе Омской области уголовного дела по обвинению А.А.Г. в совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ, показания свидетеля ФИО1 были оглашены в порядке ст. 281 УПК РФ, в связи с неявкой в судебное заседание.

В дальнейшем, ФИО1, зная о ложности своих показаний, имея возможность явиться в суд и заявить об их ложности, в судебное заседание не явилась. О ложности показаний, данных в ходе дознания, не заявила.

Приговором мирового судьи судебного участка № 100 в Калачинском судебном районе Омской области ФИО2 от 27 ноября 2017 года А.А.Г. был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ. Приговор вступил в законную силу 8 декабря 2017 года. 

К показаниям свидетеля ФИО1 данным ею в ходе предварительного расследования 10 июня 2017 года, 19 июля 2017 года, 8 августа 2017 года мировой судья отнесся критически, признав их недостоверными и противоречащими другим доказательствам.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 вину в инкриминируемом деянии не признала. Пояснила, что А.А.Г. её супруг. 12 апреля 2017 года ОД ОМВД России по Калачинскому району в отношении мужа было возбуждено уголовное дело по ст.264.1 УК РФ. 

10 июня 2017 года она была допрошена дознавателем П.Е.В. в ОМВД России по Калачинскому району в качестве свидетеля по факту того, что мужа задержали за управление автомобилем в состоянии алкогольного опьянения. Ей разъяснялись права и обязанности свидетеля, в том числе положения ст.51 Конституции РФ. Была предупреждена по ст.307 УК РФ, об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. От дачи показаний не отказывалась. 

При допросе её в качестве свидетеля пояснила, что в собственности имеет грузовой тягач седельный марки 647491 «DAF» г.н. № регион 55. Данный автомобиль используется по договору аренды для грузоперевозок, управлял им муж-А.А.Г.

2 апреля 2017 года у мужа был выходной. Автомобиль находился на стоянке заправочной станции, расположенной возле их дома. Муж до обеда занимался ремонтом автомобиля. В обед пришёл домой, и она заметила, что он находится в состоянии алкогольного опьянения. Сказал, что выпил в автомобиле со знакомым. Между ними возник скандал, так как на следующий день нужно было везти груз. Муж кинул ей ключи от автомобиля. Положила их на полку в прихожей. А. сказал, что пойдет дальше ремонтировать автомобиль, и ушёл. Она находилась дома с полуторагодовалым рёбенком и не могла постоянно следить за действиями мужа. 

Около 16 часов приехала с учёбы старшая дочь и сказала, что А. задержали сотрудники полиции. Выглянула в окно и увидела стоящий возле дома автомобиль и возле него мужа с сотрудниками полиции. Вышла к ним. В какое время муж перегнал автомобиль от стоянки к дому, не знает, возможно, до обеда. Поэтому подумала, что он никуда не ездил.

Сотрудник полиции А.С.В. передал ей брелок сигнализации и связку ключей от грузового прицепа автомобиля. Позже приехал отец мужа К.Г.И.. По его совету попросила одного из мужчин, стоящих возле полицейских - А.Д.М. отогнать автомобиль на стоянку. Зашла в дом и взяла с полки ключи зажигания. Передала их А.. Тот угнал автомобиль на территорию АТП-36 г. Калачинска.

Во время допроса говорила дознавателю, что постоянно не следила за мужем. Ввести дознавателя в заблуждение не пыталась и не считает, что говорила неправду. Муж в разговоре с ней постоянно отрицал факт управления автомобилем в состоянии опьянения. 

В ходе очных ставок с дознавателем А. и свидетелем А. подтвердила свои показания, пояснив, что дознаватель не отдавал ей ключ от замка зажигания, а только брелок сигнализации и связку ключей от грузового прицепа. Свидетелю А. давала ключи от автомобиля, которые взяла дома на полке.

О том, что в действительности с автомобилем было два комплекта ключей зажигания, узнала от мужа, только когда в марте 2018 года отношении неё возбудили уголовное дело по ст.307 УК РФ. Несмотря на то, что акт приёма-передачи подписывала она, но принимал автомобиль муж, и она не интересовалась, сколько там ключей. При рассмотрении уголовного дела её в мировой суд не вызывали и повесток не получала. В это время находилась в Калачинске и никуда не выезжала. При вызове обязательно бы явилась в суд и дала такие же показания.

Несмотря на позицию подсудимой, её вина в совершении указанного преступления подтверждается показаниями свидетелей, допрошенных в судебном заседании.

Так, свидетель П.Е.В. в суде пояснил, что в его производстве находилось уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ в отношении А.А.Г.. В ходе дознания им была допрошена жена подозреваемого, ФИО1. Перед началом допроса ей были разъяснены права свидетеля, предусмотренные ч.4 ст.56 УПК РФ, а также разъяснена ст.51 Конституции РФ, но она этим правом не воспользовалась. Кроме этого, ФИО1 была предупреждена об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст.308 УК РФ и за дачу заведомо ложных показаний по ст.307 УК РФ. 

В ходе допроса ФИО1 пояснила, что 2 апреля 2017 года у А.А.Г. был выходной, и занимался ремонтом принадлежащего ей грузового автомобиля. В обед пришёл домой пьяный. Затем вновь ушёл ремонтировать автомобиль. Муж в этот день автомобилем не управлял. Ключи от замка зажигания находились у неё.

В ходе очных ставок со свидетелями А.С.В. и А.Д.М., свидетель ФИО1 подтвердила свои показания, сказав, что ей дознаватель А. не передавал ключ от замка зажигания, а также сказала, что действительно передала А. ключ от зажигания, для того, чтобы тот отогнал автомобиль на стоянку. 

Согласно показаниям свидетеля К.А.В., он в качестве представителя ООО «Магазин ГСМ», составлял договор купли-продажи транспортного средства без марки 647491 2012 года выпуска тип ТС-грузовой тягач-седельный г/н № регион 55. Покупателем являлась ФИО1. Она же и подписывала договор купли-продажи и акт приёма-передачи автомобиля. Это происходило в здании МФЦ г.Калачинска, и находились они там, в течение полутора часов. Забирал автомобиль и проверял его комплектность её муж- А.А.Г. с территории бани №1 г.Калачинска. 

Как пояснил суду свидетель А.С.В., 2 апреля 2017 года он составе следственно-оперативной группы выезжал на место происшествия, расположенное по ул. 

<

адрес> вблизи дома 

<

адрес>. На правой обочине по ходу движения в направлении г. Омска стоял грузовой автомобиль - тягач седельный без прицепа марки «DAF», а через дорогу находился патрульный автомобиль ГИБДД. Сотрудники ГИБДД пояснили, что водитель А.А.Г. управлял автомобилем марки «DAF» в состоянии алкогольного опьянения. А.А.Г. действительно находился в сильном алкогольном опьянении, так как он шатался, вел себя неадекватно. На неоднократные требования сесть в патрульный автомобиль, А.А.Г. не соглашался. Инспектор ГИБДД пояснил, что А.А.Г. отказался пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. Он составил протокол осмотра места происшествия. Кроме того, на месте происшествия была жена А.,- ФИО1. При передаче автомобиля Алиева написала расписку в служебном автомобиле ГИБДД, где были установлены две видеокамеры. Алиева на камеру пояснила, что муж в тот день находился в состоянии алкогольного опьянения, и она видела как он на данном автомобиле отъехал от дома и, проехав несколько метров, был задержан сотрудниками ГИБДД. Также ФИО1 сказала, что ключи от автомобиля находятся у сотрудников ГИБДД и попросила их забрать. Сказала, что брелок сигнализации на шее у мужа. Сотрудники ГИБДД передали ему ключи от зажигания автомобиля, которые он отдал ФИО1. 

Свидетель А.Д.М. суду показал, что 2 апреля 2017 года в первой половине дня проезжал на грузовом автомобиле ГАЗель через виадук, расположенный по ул. Калачинской в г. Калачинске. Во встречном направлении двигался грузовой автомобиль тягач седельный чёрного цвета. Водитель ехал практически по встречной полосе, поэтому едва избежал столкновения. Развернулся, и поехали за ним. Возле АЗС на ул. Вокзальной увидел сотрудников ГИБДД, которые остановили этот автомобиль и пытались вытащить водителя из кабины. Как оказалось, это был А.А.Г.. Он был в состоянии опьянения. Сотрудники полиции попросили заглушить двигатель грузового автомобиля. Он выключил зажигание и отдал им ключ. Второй ключ и брелок от сигнализации находился на шее у А.А.Г., на шнурке с логотипом марки авто. Через некоторое время ФИО1 просила его отогнать автомобиль на территорию АТП-36 и отдала именно те ключи, которые он вытащил из замка зажигания и передал сотрудникам ГИБДД. Это было уже после того, как сотрудники полиции уехали. 

Свидетель А.А.Д. суду показал, что ФИО1 приходится ему супругой. У жены в собственности имеется автомобиль марки «DAF» г.н. № регион 55. Договор купли-продажи действительно подписывала жена, однако забирал автомобиль и проверял его комплектность он, так как жена находилась в декретном отпуске и сидела дома с ребёнком.

При получении автомобиля в нём было 2 комплекта ключей от замка зажигания, 2 ключа от ящика с инструментами, 2 брелка от сигнализации и 2 ключа от грузового прицепа. Один ключ от замка зажигания и брелок от сигнализации автомобиля оставил себе, остальные ключи передал жене. О том, что у него имеется второй ключ, жена не знала. 

2 апреля 2017 года утром ремонтировал автомобиль. У него с собой всегда был брелок от сигнализации автомобиля. Когда пошёл ремонтировать автомобиль, дома взял ключи от зажигания, от ящика с инструментами и от грузового прицепа. Около 11 часов пришёл М.Е.Е., чтобы помочь в ремонте автомобиля. С ним в салоне автомобиля употребили спиртное. Около 13 часов М.Е.Е. пошёл домой. Он также пошёл домой обедать. Дома из-за состояния опьянения поругался с женой. Бросил жене на стол ключи от автомобиля. Пообедав, вновь продолжил заниматься автомобилем. Продолжал убираться в автомобиле. Через некоторое время подошёл сотрудник ГИБДД и попросил выйти из автомобиля. Отказался выходить, так как не видел оснований. Тогда инспектор ГИБДД потащил его в патрульный автомобиль. Затем на него надели наручники и предложили освидетельствоваться. Отказался, так как не управлял автомобилем.

После в отношении него возбудили уголовное дело по ст.264.1 УК РФ. В ходе дознания и в мировом суде вину не признавал. Жену дать заведомо ложные показания не просил. Постоянно говорил ей о том, что не управлял автомобилем. В судебном заседании показания жены были оглашены. 

В конце марта 2018 года позвонила ФИО1 и стала расспрашивать, был ли ещё один ключ от замка зажигания от автомобиля марки «DAF», так как в отношении неё возбуждено уголовное дело. Он ответил, что второй ключ находится у неё дома. Приговор мирового судьи не обжаловал.

К показаниям свидетеля А.А.Г. в части того, что ФИО1 изначально не знала о количестве ключей к автомобилю, и она не знала о том, что он управлял автомобилем в состоянии опьянения, суд относится критически, поскольку они противоречат иным доказательствам, представленным стороной обвинения. Его позиция, по мнению суда, обусловлена стремлением помочь подсудимой избежать уголовной ответственности за содеянное.

Также вина подсудимой подтверждается письменными доказательствами, имеющимися в материалах уголовного дела и исследованными в судебном заседании.

Как следует из рапорта заместителя Калачинского межрайонного прокурора Мареич Н.А., при поддержании государственного обвинения по уголовному делу в отношении А.А.Г., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ, в действиях свидетеля ФИО1 установлены признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст.307 УК РФ - заведомо ложные показания свидетеля при производстве предварительного расследования (т.1 л.д.6).

Согласно протоколу судебного заседания от 10.10-27.11.2017 года, 3 ноября 2017 года и 20 ноября 2017 года, с согласия сторон, в связи с неявкой в судебное заседание, были оглашены в порядке ст.281 УПК РФ показания свидетеля ФИО1, данные в ходе дознания по уголовному делу, а также протоколы её очных ставок со свидетелями А.Д.М. и А.С.В., чьи показания также были оглашены в порядке ст.281 УПК РФ (т.1 л.д.10-16).

Как следует из приговора мирового судьи судебного участка №100 в Калачинском судебном районе Омской области ФИО2 от 27 ноября 2017 года, в обоснование доказанности вины А.А.Г. в совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ приводятся показания свидетеля ФИО1, оглашённые в порядке ст.281 УПК РФ, которые мировой судья оценил как противоречащие показаниям других свидетелей: М.Е.Е., В.И.Ю., И.В.А., А.С.В., Г.С.М., Р.П.В., М.Ю.В., Н.С.А., А.Д.М., Г.Р.А. и направленные, по его мнению, на стремление увести его от уголовной ответственности (т.1 л.д.17-30).

Согласно копии протокола допроса свидетеля ФИО1 от 10 июня 2017 года, она после разъяснения положений ст.51 Конституции РФ и предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст.307 УК РФ показала, что 2 апреля 2017 года ключи от зажигания автомобиля находились у неё, у А.А.Г. были ключи только от замка дверей, вторых ключей от зажигания у них нет. В тот день А. на автомобиле никуда не ездил.

Из копии протокола очной ставки между свидетелем ФИО1 и свидетелем А.С.В. установлено, что ФИО1 также после разъяснения положений ст.51 Конституции РФ и будучи предупрежденной, об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, отрицала факт передачи ей ключа зажигания дознавателем А.С.В.. Свидетель А. не смог описать ключ от замка зажигания, который передал ФИО1,

Как следует из копии протокола очной ставки между свидетелем ФИО1 и свидетелем А.Д.М., ФИО1 после разъяснения положений ст.51 Конституции РФ и предупреждения об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, вновь утверждала о том, что А.А.Г. не управлял автомобилем, пояснив, что ключи находились у неё. Отрицала показания свидетеля А.Д.М. в части того, что она передала ему именно тот ключ замка зажигания, который он ранее по просьбе инспекторов ГИБДД вытащил из автомобиля (т.1 л.д.90-101).

Согласно материалам уголовного дела № по обвинению А.А.Г. в совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ, свидетель ФИО1 трижды вызывалась в судебное заседание. Причина невручения заказной корреспонденции -истечение срока хранения (том 2 л.д. 59,67,77).

В ходе просмотра видеозаписи с камеры, установленный в салоне патрульного автомобиля сотрудников ГИБДД, имеющейся в материалах уголовного дела 1-162/2017 (том 1 л.д.104) установлено, что при составлении дознавателем А.С.В. протокола осмотра места происшествия, ФИО1 пояснила, что А.А.Г. в тот день находился в состоянии алкогольного опьянения, после ссоры с ней управлял грузовым автомобилем и был задержан сотрудниками ГИБДД. Кроме того, просила дознавателя отдать ей ключи от автомобиля, которые находятся у сотрудников ГИБДД. При этом сказала, что брелок находится у А. на шее. После этого сотрудники ГИБДД передали ключи от зажигания автомобиля А.С.В., а тот, в свою очередь- ФИО1. 

Таким образом, исследовав обстоятельства дела, оценив представленные доказательства, в допустимости которых не возникло сомнений, суд находит вину ФИО1 доказанной.

Её действия органами предварительного расследования по ч.1 ст.307 УК РФ как заведомо ложные показания свидетеля при производстве предварительного расследования, квалифицированы, верно.

Установлено, что ФИО1, являясь свидетелем по уголовному делу и будучи надлежаще уведомленной, о возможности в силу ст.51 Конституции РФ не свидетельствовать против самой себя, своего супруга и других близких родственников, круг которых определен п.4 ст.5 УПК РФ, а также предупреждённой об уголовной ответственности, предусмотренной ст.307 УК РФ, желая ввести дознание в заблуждение относительно обстоятельств совершённого А.А.Г. преступления и формирования доказательств его невиновности, умышленно дала заведомо ложные показания, искажающие фактические обстоятельства расследуемого преступления, относящиеся в соответствии с ч.1 ст.73 УПК РФ к обстоятельствам, подлежащим доказыванию при производстве по уголовному делу и очевидцем которых она непосредственно являлась.

Так, в ходе допроса в качестве свидетеля ФИО1 показала, что её муж 2 апреля 2017 года автомобилем не управлял, поскольку ключи от замка зажигания находились у неё. После этого, продолжая действия, направленные на создание А.А.Г. ложного алиби и добиваясь его оправдания, а также в целях воспрепятствования установления истины по делу, в ходе очных ставок со свидетелями А.С.В. и А.Д.М. пояснила, что ключи от замка зажигания от дознавателя не получала, также отрицала факт управления мужем автомобилем, указывая, что ключи от данного автомобиля были у неё.

Доводы ФИО1 о том, что при допросе на предварительном следствии её в качестве свидетеля она рассказала все известные ей события, а потому в её действиях нет состава данного преступления, суд находит не соответствующими действительности, поскольку её вина подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств. 

В частности, её показания, опровергаются приведёнными выше показаниями свидетелей П.Е.В., А.Д.М. и А.С.В., не доверять которым у суда нет оснований, а также исследованной судом записью видеокамеры, установленной в патрульном автомобиле сотрудников ГИБДД, из содержания которой установлено, что ФИО1, безусловно, знала об управлении А.А.Г. 2 апреля 2017 года её грузовым автомобилем, а также, что у А.А.Г. находились ключи замка зажигания.

Таким образом, суд считает, что ФИО1 действуя с прямым умыслом, стремясь помочь А.А.Г. избежать уголовной ответственности, пыталась ввести органы предварительного расследования в заблуждение. При этом её действия могли повлиять на законность и обоснованность судебного решения, поскольку она последовательно заявляла о том, что А.А.Г. не управлял транспортным средством, то есть давала показания, касающиеся существенных обстоятельств, подлежащих доказыванию при рассмотрении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ.

Утверждение ФИО1 о том, что она не вызывалась в судебные заседания к мировому судье, при рассмотрении дела в отношении А.А.Г., также опровергается материалами уголовного дела, как протоколом судебного заседания, так и почтовыми уведомлениями. Исходя из этого, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 не была лишена возможности явиться в судебное заседание и заявить о ложности данных ею показаний.

При назначении наказания ФИО1, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершённого преступления, относящегося к категории небольшой тяжести, личность подсудимой.

Как обстоятельства, смягчающие наказание подсудимой, суд учитывает раскаяние, положительные характеристики, наличие малолетнего ребёнка, состояние её здоровья.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено. 

Принимая во внимание указанные обстоятельства в их совокупности, данные о личности подсудимой, влияние назначенного наказания на исправление осуждённой и иные предусмотренные законом цели наказания, суд считает достаточным назначить ФИО1 наказание в виде штрафа.

Вещественные доказательства по делу: копии протоколов допроса свидетеля ФИО1, копии протоколов очных ставок между свидетелями ФИО1 и А.С.В., ФИО1 и А.Д.М. подлежат хранению в материалах уголовного дела.

В соответствии с п.3 ч.1 ст.309 УПК РФ процессуальные издержки по оплате услуг защитников Ольгина Н.М. и Куприной В.А. в размере 3 795 рублей подлежат отнесению за счёт средств федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.307 УК РФ и назначить ей наказание в виде штрафа, в размере 5 000 рублей, с рассрочкой его выплаты на десять месяцев, с уплатой по 500 рублей ежемесячно. 

Меру процессуального принуждения ФИО1 -обязательство о явке отменить по вступлению приговора в законную силу.

Процессуальные издержки по оплате услуг защитников, адвокатов Ольгина Н.М. и Куприной В.А. в размере 3 795 рублей, отнести за счёт средств федерального бюджета.

Вещественные доказательства: копии протоколов допроса свидетеля ФИО1, копии протоколов очных ставок между свидетелями ФИО1 и А.С.В., ФИО1 и А.Д.М. хранить в материалах уголовного дела, после вступления приговора в законную силу.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке, в Омский областной суд через Калачинский городской суд, в течение 10 суток со дня провозглашения. 

В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления, осуждённая вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также поручать осуществление своей защиты избранному защитнику, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий Матвеев С.М.