УИД: 56RS0023-01-2022-004345-61 №1-12/2023

П Р И Г О В О Р

 

Именем Российской Федерации

г. Новотроицк 17 июля 2023 года

Новотроицкий городской суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Ивлева П.А.

при секретарях Бердниковой Ю.В., Кривенко Ю.С. и Бутяевой А.А.,

с участием: государственных обвинителей помощника прокурора г.Новотроицка Базанова А.В. и старших помощников прокурора г.Новотроицка Забайрацкого А.В., ФИО1,

подсудимого ФИО2,

защитников - адвокатов Санжиевой И.А. и Ломанова А.А., 

потерпевших П.А.С. и Ф.А.А. (данные о личности обоих засекречены),

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке материалы уголовного дела в отношении ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина России, образование среднее специальное, состоящего в зарегистрированном браке, имеющего малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированного в 

<

адрес>, судимого 30.03.2017 года Ясненским районным судом Оренбургской области по ч.1 ст.228, п.«б» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.69 УК РФ на 8 лет 4 месяца лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, начало срока 30.03.2017 года с зачетом содержания под стражей с 12.11.2016 по 29.03.2017 года включительно, отбывавшего наказание в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области. По настоящему уголовному делу мера пресечения – подписка о невыезде, неотбытый срок наказания: 1 год 7 месяцев 24 дня лишения свободы и 1 год ограничения свободы, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.321 УК РФ,

у с т а н о в и л :

ФИО2 совершил дезорганизацию деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, то есть угрозу применения насилия в отношении осужденного с целью воспрепятствовать исправлению осужденного, при следующих обстоятельствах: ФИО2, будучи осужденным приговором Ясненского районного суда Оренбургской области от 30.03.2017 по п.«б» ч.3 ст.228.1, ч.1 ст.228, ч.3 ст.69 УК РФ к 8 годам 4 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, отбывал наказание в виде лишения свободы в федеральном казенном учреждении «Исправительная колония №5 Управления Федеральной службы исполнения наказания по Оренбургской области», (далее по тексту ФКУ ИК-5), расположенном по адресу 

<

...>, где содержался в камере, расположенной в здании при едином помещении камерного типа (ЕПКТ).

В период с 16 до 20 часов 02 июля 2022 года на территории ФКУ ИК №5 УФСИН РФ по Оренбургской области ФИО2, отбывая дисциплинарное взыскание в камере ЕПКТ, умышленно незаконно не желая соблюдать установленные правила поведения в исправительных учреждениях и с целью дезорганизации деятельности вышеуказанного исправительного учреждения, противопоставляя себя установленному порядку, условиям исполнения и отбывания наказания, в нарушение ч.3 п.17 Приказа Министерства юстиции РФ от 16.12.2016 №295 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», запрещающего осужденным проводить забастовки или оказывать иные групповые неповиновения, высказывал отбывающим наказание в ФКУ ИК-5 осужденным П.А.С. и Ф.А.А. (данные о личности, которых засекречены), а также другим осужденным требования о поддержании его действий по отказу от приема пищи с целью принуждения администрации учреждения улучшить питание осужденных, а также выдвижения различных требований администрации учреждения для воспрепятствования исправлению указанных осужденных. 

Кроме того, с целью дезорганизации деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества, и воспрепятствования исправлению осужденных ФИО2 высказал угрозы применения в отношении осужденных П.А.С. и Ф.А.А. (данные о личности обоих засекречены) насилия, не опасного для их жизни и здоровья, в случае их отказа поддержать вышеуказанные незаконные требования, вследствие чего П.А.С. и Ф.А.А. (данные о личности обоих засекречены) вместе с другими содержащимися в камерах ЕПКТ осужденными приняли участие в акции массового отказа осужденных от приема пищи, то есть поддержали незаконные требования ФИО2, нарушающие:

- ст.13,14 Закона РФ от 21.07.1993 №5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», согласно которым учреждения, исполняющие наказания, обязаны: обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях; обеспечивать охрану здоровья осужденных; для чего вправе: осуществлять контроль за соблюдением режимных требований на объектах учреждений, исполняющих наказания, и территориях, прилегающих к ним; требовать от осужденных и иных лиц исполнения ими обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации, и соблюдения правил внутреннего распорядка учреждений, исполняющих наказания;

- ст.11, ч.11 ст.12, ч.1 ст.13 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации от 08.01.1997 №1-ФЗ, согласно которым осужденные обязаны: соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов (ч.2); выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания (ч.3); вежливо относиться к персоналу, иным лицам, посещающим учреждения, исполняющие наказания, а также к другим осужденным (ч.4); при осуществлении прав осужденных не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний, а также ущемляться права и законные интересы других лиц; осужденные имеют право на личную безопасность;

- Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденные приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16.12.2016 №295, согласно которым: осужденные имеют право на охрану здоровья и личную безопасность (п.13); осужденные обязаны исполнять требования законов Российской Федерации и настоящих Правил, соблюдать распорядок дня, установленный в исправительном учреждении, выполнять законные требования работников уголовно-исполнительной системы (п.16); осужденным запрещается проводить забастовки или оказывать иные групповые неповиновения (п.17); в каждом исправительном учреждении устанавливается регламентированный распорядок дня, который, помимо прочего, включает в себя время приема пищи (п.п.20,21); осужденные обеспечиваются по установленным нормам трехразовым горячим питанием (п.29); осужденные, содержащиеся в камерах ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, ТПП, пищу принимают в камерах или на объектах работы в специально оборудованных помещениях для приема пищи, отвечающих санитарным требованиям (п.32);

- Распорядок дня для осужденных, содержащихся в помещении камерного типа, в едином помещении камерного типа ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области, утвержденный приказом ИК-5 от 11.05.2022 №110-ос «Об установлении распорядка дня осужденных, содержащихся в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области» (приложение №3), согласно которому для осужденных, содержащихся в камерах помещения ЕПКТ ИК-5, установлено время ужина с 18 до 19 часов и время завтрака с 06 до 07 часов. 

В вышеуказанный период осужденные П.А.С. и Ф.А.А. (данные о личности обоих засекречены), отбывая наказание в виде лишения свободы и находясь в камере ЕПКТ ФКУ ИК-5, учитывая агрессивное поведение ФИО2 и его авторитет в криминальной среде, а также нахождение осужденных в замкнутом пространстве, восприняли угрозы ФИО2 о применении насилия для себя реально, в связи с чем, опасаясь за свои жизнь и здоровье, а также реализацию данных угроз, отказались принимать пищу на ужин 02.07.2022 года и на завтрак 03.07.2022 года, то есть совершили действия, нарушающие правила внутреннего распорядка в исправительном учреждении, а 03.07.2022 года написали в администрацию исправительного учреждения заявления об оказанном на них давлении со стороны ФИО2 и отказались выполнять незаконные требования ФИО2

Таким образом, своими умышленными действиями ФИО2 совершил дезорганизацию деятельности ФКУ ИК-5 УФСИН РФ по Оренбургской области, обеспечивающего изоляцию от общества, высказал угрозу применения насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении осужденных П.А.С. и Ф.А.А. (данные о личности обоих засекречены), в целях воспрепятствования их исправлению и тем самым совершил действия, направленные не дезорганизацию деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества. 

Подсудимый ФИО2 виновным себя в совершении преступления не признал и показал, что он по приговору суда отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области. В 2020 году его переводили для отбывания наказания на тюремный режим, откуда он 14.06.2022 года вернулся в ФКУ ИК-5, но почти сразу был помещен в камеру штрафного изолятора при ЕПКТ за мелкое нарушение. В камере содержался один и имел возможность разговаривать по трубам отопления с осужденными, содержащимися только в соседних с ним камерах. Знает, что в других камерах содержались по 1-2 человеку. В камере слева от него содержался Ш.А.А., с которым он по трубам иногда разговаривал на бытовые темы. В камере справа осужденные менялись часто, и он их не знает. В летнее время возможно перекрикиваться через открытые окна, но это тоже слышат далеко не все камеры. Каждый день выводили на прогулки, где в прогулочные дворики заводили только покамерно, и с другими осужденными переговариваться было запрещено. В прогулочных двориках нет крыши, поэтому если кричать, то в других двориках слышно, но во время прогулок громко играет музыка, которая не дает разговаривать, а сами прогулки контролируют сотрудники администрации, которые, если осужденные пытаются переговариваться, сразу прекращают прогулку. Все это делало в ЕПКТ контакты с другими осужденными невозможными. Уборку коридора между камерами ЕПКТ осуществляет осужденный под контролем сотрудника администрации, поэтому с ним тоже разговаривать невозможно. Кормили их 3 раза в день по графику. Ужин был с 18 до 19 часов. Пищу в камеры приносил раздатчик из числа осужденных, который передает порцию в камеру через окошко в двери. Это все также контролирует сотрудник администрации, снимая все на видеорегистратор, поэтому переговариваться с этим осужденным кроме как на бытовые темы тоже невозможно. Питание в ЕПКТ было плохое, давали постоянно гнилую картошку с очистками, из-за чего у него болел желудок, поэтому 02.07.2022 года отказался от ужина. За день до этого из-за болей в желудке обращался к врачу и ему делали укол. Когда отказался от ужина, пришли представители от руководства администрации, которым он объяснил причину отказа и попросил заменить картошку крупами. Знает, что в тот день от пищи отказались и другие осужденные. Вечером, после отказа от ужина по трубам разговаривал с ФИО3, но только на бытовые темы. Вопросы, связанные с голодовкой, с ним не обсуждал. Сам никого из осужденных отказаться от пищи не призывал и никому не угрожал и не имел возможности кому-либо угрожать в условиях постоянного контроля со стороны сотрудников администрации. «Авторитетом» среди осужденных себя не считает. Сам в начале отбывания наказания за нарушения был помещен в отряд со строгими условиями содержания, где познакомился с некоторыми из осужденных. Затем его стали помещать в ШИЗО и ЕПКТ, где он знал, что содержались и осужденные, с которыми он познакомился в отряде, в том числе Ш..

Вину не признает, так как преступления не совершал, но раскаивается, если своими действиями, защищая свои права, создал проблемы. Никому из осужденных не угрожал и никого отказываться от пищи не призывал, сам ничего лишнего не требовал, а только выражал свое мнение, заботясь о своем здоровье. Старается поддерживать корректные отношения со всеми. Считает, что уголовное дело в отношении него сфабриковали. Потерпевшие являются осужденными и его оговаривают по указанию администрации за обещание освободить их пораньше или за предоставление иных благ. 

Виновность подсудимого ФИО2 в совершении преступления подтверждается следующими доказательствами:

Показаниями в судебном заседании потерпевшего П.А.С. (данные о личности засекречены) о том, что в июле 2022 года он отбывал наказание в виде лишения свободы в камере в помещении ЕПКТ при ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области. В это же время в одной из соседних камер содержался осужденный ФИО2, который придерживается преступных традиций и обладает авторитетом среди осужденных. Сам лично знал ФИО2, которого по этой фамилии называли другие осужденные, лично общался с ним на территории колонии, знал, что он лишение свободы отбывал в г.Казани. ФИО2 начал призывать других осужденных на всеобщую голодовку, выкрикивая свои призывы через открытые окна камер, выходящие на улицу, либо через систему труб отопления, так как если говорить громко, прислонившись к трубам отопления, то голос слышно в 1-2 соседних камерах. Крики в окно слышны на территории всего ЕПКТ. Его ФИО2 также, общаясь с ним лично через систему отопления, просил поддержать голодовку и принять в ней участие. Его питание и условия содержания устраивали, но, когда ответил ФИО2, что не хочет участвовать в голодовке, ФИО2 лично ему стал угрожать физической расправой: сказал, что найдет способ повлиять на него и расправиться. Поскольку ФИО2 за отказ от участия в голодовке угрожал ему физической расправой, дал согласие и двое суток не принимал пищу, участвуя в голодовке вместе с другими осужденными. Призывая к голодовке, ФИО2 говорил осужденным, чтобы они причиной отказа от пищи называли отсутствие аппетита. Угроз ФИО2 опасался, так как ФИО2 ранее в колонии зарекомендовал себя отрицательно, мог передать свои требования о физической расправе над отказавшимися от голодовки другим осужденным, поэтому боялся, что с ним могли расправиться при перемещениях по ЕПКТ, во время прогулок или после перевода в отряд на общую территорию колонии. Позже решил обраться с заявлением в администрацию учреждения и прекратил голодовку, так как сотрудники исправительной колонии вызвали его на беседу, сказали, чтобы он не боялся, и гарантировали его безопасность. 

Заявлением о том, что осужденный П.А.С. (данные о личности засекречены) просит привлечь к уголовной ответственности осужденного ФИО2, который в ШИЗО ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области неоднократно угрожал ему физической расправой в случае, если он не откажется от приема пищи. (т.1 л.д.23)

Показаниями в ходе следствия и в судебном заседании потерпевшего Ф.А.А. (данные о личности засекречены) о том, что он отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-5 г.Новотроицка и в июле 2022 года содержался в ШИЗО при ЕПКТ, где в камере №3 содержался также осужденный ФИО2, который пользуется авторитетом среди осужденных и в криминальном мире, может оказать физическое воздействие на осужденных, которые окажут ему неповиновение, содействовать в изменении их статуса, поэтому осужденные его побаиваются и стараются к нему прислушиваться. Сам лично ФИО2 не знал, но слышал о нем от других осужденных. 02.07.2022 года слышал, как осужденный ФИО4 через окно и по батареям на своем родном языке разговаривал с осужденным К. из камеры №7, а затем на русском языке стал говорить другим осужденным, что осужденный ФИО2 требует от всех осужденных отказаться от приема пищи, чтобы добиться послабления режима. Сам знает, что ФИО2 ранее находился в тюрьме в другой области и, прибыв в ИК-5, решил повлиять на администрацию исправительной колонии, чтобы добиться ослабления режима. Призывая к голодовке, ФИО2 учил отвечать сотрудникам администрации, что голодовку они объявили, так как: «Пища не соответствует нормам, и из-за этого имеются проблемы со здоровьем». ФИО4 требования ФИО2 передал другим осужденным, перекрикиваясь через окно, вентиляцию и по трубам, а также разъясняя, что ФИО2 угрожал, что если кто его не поддержат, то тому будет плохо, поэтому поддержал голодовку. Сам воспринимал угрозы ФИО2 серьезно, боялся, что осужденный ФИО2 может его избить, либо подослать с этой целью других осужденных. Его самого условия содержания устраивали: кормили хорошо, давали витамины, поэтому оснований жаловаться не было. Однако сам, опасаясь угроз, отказался от приема пищи на ужин. Долго без еды не продержался, побоялся за свое здоровье, поэтому написал заявление на имя начальника колонии, понимая, что администрация примет меры для его защиты. Знает, что требования ФИО2, переданные посредством межкамерной связи, поддержали и объявили голодовку в ЕПКТ более 20 осужденных. (т.1 л.д.49-53)

Заявлением о том, что осужденный Ф.А.А. (данные о личности засекречены) просит привлечь к уголовной ответственности осужденного ФИО2, который в ШИЗО ФКУ ИК-5, имея авторитет среди осужденных, подбивает осужденных на голодовку и угрожает физической расправой тем, кто его не поддержит. (т.1 л.д.40)

Показаниями в судебном заседании свидетеля Т.Л.Н. (данные о личности засекречены) о том, что в июле 2022 года он, отбывая наказание в виде лишения свободы, содержался в камере при ЕПКТ ФКУ ИК-5 г.Новотроицка. Находясь в камере, слышал голос осужденного ФИО2, который призывал других осужденных поддержать его требование о голодовке и угрожал физической расправой тем, кто призыв к голодовке не поддержит. О том, что все это говорил именно ФИО2, понял, так как знает его лично и узнал его голос. Слышал, как требования ФИО2 о голодовке и угрозы другие осужденные передавали друг другу, перекрикиваясь через стены, окна и системы вентиляции, по трубам. Слышал также, что ФИО2 называл конкретных осужденных, которым высказывал угрозы, но в настоящее время этих осужденных не помнит. ФИО2 объединил осужденных в проведении голодовки. Самого все по питанию устраивало, но участие в голодовке принял добровольно, а не под влиянием угроз. Хотели ли голодовать другие осужденные, кто участвовал в голодовке, не знает.

Показаниями в ходе следствия и в судебном заседании свидетеля Ш.К.В. (данные о личности засекречены) о том, что 02.07.2022 года он отбывал наказание в виде лишения свободы в камере при ЕПКТ ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области и примерно в 18 часов по межкамерной связи через трубы отопления услышал, как кричал осужденный ФИО2, призывая всех осужденных отказаться от приема пищи и объявить голодовку. Знает, что осужденный ФИО2 пользуется авторитетом в криминальных кругах и в случае, если его требования поддержаны не будут, может физически расправиться с осужденным лично либо это могут сделать по его наводке другие осужденные, поэтому многие осужденные его побаиваются. Осужденный ФИО2 прибыл в ИК-5 из тюрьмы другой области и пытался добиться послабления режима, к чему также подговаривал других осужденных, понимая, что его поддержат, так как боятся. Сам лично со ФИО2 не общался, но лично слышал, как ФИО2 посредством межкамерной связи, призывая осужденных к голодовке, кричал: «Если сотрудники будут спрашивать, почему не принимаете пищу, поясняйте, что пища не соответствует нормам, что в ней нет 5% того, что необходимо организму». Также, ФИО2 просил передать его слова всем другим осужденным между камерами через окна или через трубы. Одновременно ФИО2 угрожал, что, если кто его не поддержит, то он тому сделает плохо, к тому будет «подход» и с того будет «спрос», то есть расправятся физически. Осужденные поддержали требование ФИО2 и отказались от приема пищи. Его лично питание и условия содержания устраивали, но опасаясь физической расправы, рисковать не стал, требование ФИО2 поддержал и от приема пищи отказался. Знает, что случаи физического насилия к осужденным со стороны других осужденных в колонии ранее бывали неоднократно. Сам ФИО2 содержался в камере ШИЗО или ЕПКТ, но мог просьбу о физической расправе над кем-то передать другим осужденным, которые освобождались из ШИЗО и уходили в отряд. О том, что кричит именно ФИО2, знал, так как знал его голос и слышал, как во время общения другие осужденные называли его по прозвищу «Сказка». Вечером, уже после отказа осужденных от ужина, слышал, как ФИО2 по трубам разговаривал с Ш., обсуждая результаты голодовки. (т.1 л.д.57-61)

Показаниями в судебном заседании свидетеля Н.Е.Т. о том, что на территории ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области он работает в должности начальника филиала «Туберкулезная больница-2» ФКУЗ МСЧ-56 ФСИН России. 02.07.2022 во время режимного мероприятия «Ужин» осужденные из ШИЗО/ПКТ/ЕПКТ отказались от приема пищи. Ему об этом доложили около 20 часов вечера, но никто из осужденных за медицинской помощью к дежурному фельдшеру или медсестре, которые находятся постоянно при ШИЗО/ПКТ/ЕПКТ, не обратился, хотя всех, кто отказался от приема пищи, выводили из камер для беседы. В последующем по факту голодовки никто из осужденных жалоб также не предъявил. Подчиненные ему медицинские работники постоянно осуществляют контроль качества питания осужденных, берут пробы пищи. Замечаний по качеству пищи не было. 

Показаниями в судебном заседании свидетеля Е.Д.В. о том, что он работает в должности начальника ЕПКТ ФКУ ИК-5, где в камере за нарушения порядка отбывания наказания содержался осужденный ФИО2, который имеет авторитет в криминальных кругах и может влиять на осужденных, которые его боятся, так как он в преступной иерархии стоит выше них. ФИО2 за нарушения направлялся для отбывания наказания на тюремный режим, по возвращению с которого в беседе заявил, что будет в ИК-5 «менять режим», то есть добиваться послабления режимных требований к осужденным со стороны администрации. После этого заявления в ЕПКТ и ШИЗО начались единоличные отказы осужденных от пищи. Поступала оперативная информация, что ФИО2 угрожал другим осужденным в случае, если они откажутся от его требований. Возможность того, что к осужденному может быть применено насилие, когда он выйдет из камер ШИЗО и ЕПКТ в жилую зону, имеется. Случаи, когда осужденные в жилой зоне применяли насилие друг к другу, периодически выявляются. ФИО2 мог к другим осужденным применить насилие как сам, так и через других осужденных. В камерах осужденные имеют возможность переговариваться и обмениваться информацией, перекрикиваясь по трубам отопления, через вентиляцию, через открытые окна, а также во время прогулок, так как в прогулочных двориках нет крыши. Сотрудники администрации такое общение пресекают, делают осужденным замечания, наказывают их, но полностью исключить общение невозможно. При общении осужденные используют такие выражения, как «подход», «спрос», которые подразумевают возможность применения насилия к осужденному. Вечером 02.07.2022 года, когда после работы ехал домой, ему по телефону доложили, что 25 осужденных в ЕПКТ массово отказались от ужина, поэтому сам сразу вернулся в ЕПКТ, где вместе с другими сотрудниками стал проводить беседы с осужденными и выяснять причины их отказа от приема пищи. В ходе бесед осужденные объясняли отказ от пищи, то болезнью, то плохим качеством питания, но все их жалобы были необоснованными, и никто из них письменного заявления или объяснения причин отказа от приема пищи не дал. Несколько осужденных сообщили, что отказались от приема пищи и приняли участие в массовой голодовке не добровольно, а так как им угрожал ФИО2. Знает, что сам ФИО2 также отказался от ужина, но на завтрак уже пищу принимал. Массовый отказ осужденных от ужина повлек за собой дезорганизацию нормальной работы учреждения, так как потребовалось привлекать дополнительные силы личного состава. По времени ужин значительно растянулся, ряд осужденных пищу получили со значительной задержкой. После того, как провели беседы с осужденными и выдали ужин осужденным, которые не отказались от приема пищи, то сотрудники колонии стали делать обходы территории. При обходе они зафиксировали разговор о прошедшей голодовке, который из своей камеры по трубам отопления вел осужденный ФИО2 с осужденным Ш., содержащимся в соседней камере. 

Показаниями в судебном заседании свидетеля К.А.И., который полностью подтвердил показания свидетеля Е.Д.В. об обстоятельствах выявления ими факта массового отказа 02.07.2022 года от пищи осужденных, содержащихся в камерах ЕПКТ ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области и дополнил, что сам в ФКУ ИК-5 работал начальником отряда ЕПКТ и знает, что в массовой голодовке участие в числе прочих принял и осужденный ФИО2, который, согласно поступившей оперативной информации, и призывал других осужденных к массовому отказу от приема пищи, чтобы добиться послабления условий содержания, а также угрожал осужденным, если те откажутся поддержать его требования о голодовке. ФИО2 состоит на учете как лидер осужденных отрицательной направленности, сам постоянно допускает нарушения, за что переводился на тюремный режим. Сам лично неоднократно слышал, как ФИО2 переговаривался с осужденными, содержащимися в других камерах. Ему делали за это замечания, на которые он реагировал не всегда. 02.07.2022 года из-за объявленной голодовки ужин вместо 18 часов, проводился до 21 часа и часть осужденных получила пищу позже положенного времени.

Показаниями в ходе следствия и в судебном заседании свидетеля С.А.И., который полностью подтвердил показания свидетелей Е.Д.В. и К.А.И. об обстоятельствах выявления ими факта массового отказа 02.07.2022 года от пищи осужденных, содержащихся в камерах при ЕПКТ ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области и дополнил, что сам в ФКУ ИК-5 работал в должности младшего инспектора группы безопасности ЕПКТ, поэтому знает, что в массовой голодовке участие принял и осужденный ФИО2, который содержался в камере №3 и, согласно поступившей оперативной информации, призывал других осужденных к массовому отказу от приема пищи, чтобы добиться послабления условий содержания, а также угрожал осужденным, если те откажутся поддержать его требования о голодовке. Никто из осужденных в связи с голодовкой за медицинской помощью не обращался. Сам лично слышал, как осужденный ФИО2 в камере при ЕПКТ перекрикивался с осужденными в других камерах через вентиляцию или открытые окна, а также во время прогулок. Делал замечания, после чего перекрикиваться прекращали. Знает, что в камерах установлены видеокамеры, но без звука. (т.2 л.д.86-89)

Показаниями в судебном заседании свидетеля Ш.В.С., который полностью подтвердил показания свидетелей Е.Д.В., К.А.И. и С.А.И. об обстоятельствах массового отказа 02.07.2022 года от пищи осужденных, содержащихся в камерах при ЕПКТ ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области и дополнил, что сам в ФКУ ИК-5 работал в должности начальника оперативного отдела и знает, что в массовой голодовке участие в числе прочих принял осужденный ФИО2, который, согласно поступившей оперативной информации, состоял на профилактическом учете, как «лидер и активный участник группировок отрицательной направленности, а так же лицо, оказывающее негативное влияние на осужденных», имел авторитет среди других осужденных и имел на них влияние, призывал других осужденных к массовому отказу от приема пищи, чтобы добиться послабления условий содержания, а также угрожал осужденным, если те откажутся поддержать его требования о голодовке. При беседах несколько осужденных сообщили, что ФИО2 по «межкамерной связи» призывал других осужденных к массовой голодовке, чтобы добиться «ослабления режима», но открыто сказать об этом осужденные боялись, поэтому данные об их личностях засекретили. Осужденные говорили, что ФИО2 угрожал расправой тем, кто не поддержит голодовку, говорил, как объяснять администрации причины отказа от пищи. ФИО2 среди осужденных пользовался авторитетом, поэтому его боялись. ФИО2 имел возможность по «межкамерной связи» передать информацию и указание в жилую зону другим осужденным, чтобы избили не подчинившихся. ФИО2 это мог сделать через раздатчиков пищи, а также перекрикиваясь по трубам отопления, через вентиляцию или открытые окна, а также во время прогулок. Сам лично слышал, как ФИО2, общаясь по трубам с осужденным ФИО3, говорил ему, что надо выявить тех, кто отказался от голодовки и наказать их. Во время службы сотрудники администрации используют видеорегистраторы, но записи с них через 30 суток уничтожаются. 

Рапортом начальника оперативного отдела ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области Ш.В.С. о том, что 02.07.2022 года в здании ШИЗО/ПКТ/ЕПКТ ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области при проведении согласно распорядку дня режимного мероприятия «Ужин» 26 осужденных отказались от приема пищи. В результате проведения оперативно-розыскных мероприятий получена информация, что 02.07.2022 года днем осужденный ФИО2, состоящий на профилактическом учете как «лидеры и активные участники группировок отрицательной направленности, а так же лица, оказывающие негативное влияние на осужденных» и занимающий лидирующее положение среди осужденных отрицательной направленности, проявляя демонстративно-шантажное поведение в связи с несогласием с режимными требованиями, используя свой авторитет среди осужденных, путем перекрикивания и межкамерной связи призвал других осужденных, содержащихся в ШИЗО, ПКТ и ЕПКТ, под угрозой физической расправы поддержать его и отказаться от приема пищи для дальнейшего выдвижения незаконных требований с целью дестабилизации обстановки в ИУ и послабления режимных требований. При проведении режимного мероприятия «Ужин» осужденные ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ в знак несогласия с режимными требованиями, поддержали неправомерных действий осужденного ФИО2 и одновременно отказались принимать пищу.(т.1 л.д.19-20)

Показаниями в судебном заседании свидетеля С.К.К., который полностью подтвердил показания свидетелей Е.Д.В., К.А.И., Ш.В.С. и С.А.И. об обстоятельствах массового отказа 02.07.2022 года от пищи осужденных, содержащихся в камерах при ЕПКТ ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области и дополнил, что сам работал в должности старшего оперуполномоченного оперативного отдела ФКУ ИК-5, где в камере при ЕПКТ содержался осужденный ФИО2, который вернулся в колонию с тюремного режима и пользуется авторитетом среди других осужденных, имеет на них влияние. 02.07.2022 года в вечернее время ему доложили, что 25 осужденных ЕПКТ и ШИЗО ИК-5 отказались принимать пищу, поэтому он проводил мероприятия по установлению причин массового отказа осужденных от приема пищи. Осужденные называли разные причины, но письменного объяснения или заявления никто не дал, за медицинской помощью никто не обратился. В результате проведения оперативно-розыскных мероприятий была получена информация, что 02.07.2022 года в обеденное время осужденный ФИО2, состоящий на профилактическом учете как «лидер и активный участник группировок отрицательной направленности, а так же лицо, оказывающее негативное влияние на осужденных», заявляя о несогласии с режимными требованиями, используя свой авторитет среди осужденных, путем перекрикивания и межкамерной связи призвал других осужденных, содержащихся в ШИЗО, ПКТ и ЕПКТ, в том числе под угрозой физической расправы, отказаться от приема пищи, чтобы потом выдвигать незаконных требований с целью послабления режимных требований. ФИО2, хоть и содержался в камере один, но имел возможность общаться с другими осужденными, перекрикиваясь по трубам отопления, через вентиляцию или открытые окна. Угрозы ФИО2 к осужденным о применения насилия носили реальный характер, так как осужденные из камер ШИЗО и ЕПКТ возвращаются в отряды жилой зоны, а также освобождаются по отбытию наказания, а ФИО2 путем межкамерного общения мог передать информацию о применении к ним насилия в отряде или на воле. После того, как побеседовали с осужденными, сам стал обходить территорию под окнами ШИЗО и ЕПКТ и через открытое окно камеры услышал, как осужденный ФИО2 переговаривался с осужденным Ш. в соседней камере. ФИО2 удивлялся тому, что не все осужденные поддержали голодовку и не все выполнили его требование. Просил Ш. узнать, как другие осужденные относятся к проведенной голодовке. Сам весь разговор запомнил и дословно указал его в рапорте на имя руководства. То, как ФИО2 переговаривался с Ш., было зафиксировано камерами видеонаблюдения, которые установлены в камерах, но эти записи не имеют звука.

Рапортом старшего оперуполномоченного оперативного отдела ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области С.К.К. о том, что 02.07.2022 года в период с 21:40 до 22:30 во время обхода территории ЕПКТ/ПКТ/ШИЗО было зафиксировано, как содержащийся в камере №3 осужденный ФИО2, осуществляя путем перекрикивания межкамерную связь с осужденным Ш.А.А., который содержался в камере №1, поручал Ш. узнать причины отказа ряда осужденных поддержать требование об отказе от пищи, а также выяснить, что осужденные думают по вопросу отказа от приема пищи, так как ему не понятно, почему одна половина камер поддержала отказ от приема пищи, а вторая половина не поддержала такой отказ. (т.1 л.д.22)

Показаниями в ходе следствия свидетеля защиты Х.Э.И. о том, что 02.07.2022 года он содержался в камере ШИЗО ФКУ ИК-5 с Н. и Х.. В этот день не ужинал из-за плохого самочувствия. Осужденного ФИО2 не знает и не слышал, чтобы тот призывал отказаться от приема пищи. (т.2 л.д.25-27) 

Показаниями в судебном заседании свидетеля защиты Ш.А.А. о том, что в июле 2022 года он содержался в камере №1 при ЕПКТ ФКУ ИК-5. Знает, что в камере №3 содержался ФИО2, с которым он был знаком и иногда общался через открытое окно или перекрикиваясь, прислонившись к трубе отопления. Это запрещено, но сотрудники администрации это могут и не заметить. В один из дней осужденные в камерах ЕПКТ отказались от приема пищи. Сам в тот день не принимал пищу, так как болел желудок.

Показаниями в судебном заседании свидетеля защиты К.Ш.Б.у. о том, что в июле 2022 года, когда в камерах ШИЗО и ЕПКТ ФКУ ИК-5 осужденные отказались от ужина, он находился за нарушение в одной из этих камер. Осужденные в ШИЗО/ЕПКТ имеют возможность общаться между собой, когда их выводят на прогулки. Сам также отказался от приема пищи вместе с другими в знак протеста, потому что сотрудниками были изъяты его личные вещи. Знает, что в одной из камер одновременно с ним сидел ФИО2, но с ним не общался, так как тот находился в другом крыле здания. Также знает, что в то же время в ШИЗО содержался осужденный Х.Э.И. Иногда, если их одновременно выводили на прогулку, видел ФИО2 и обменивался с ним фразами. Во время прогулки тоже можно перекрикиваться, но мешает громко играющая музыка. 

Приговором Ясненского районного суда Оренбургской области от 12.11.2016 года о том, что ФИО2 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.228, п.«б» ч.3 ст.228.1 УК РФ, и ему по правилам ч.3 ст.69 УК РФ назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет 4 месяца лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год. Начало срока 30.03.2017 года с зачетом содержания под стражей с 12.11.2016 по 29.03.2017 года включительно.(т.2л.д.136-147)

Справками по личному делу и характеристиками о том, что ФИО2 в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области как осужденный, отбывающий наказание в виде лишения свободы, характеризовался отрицательно, состоял на профилактическом учете как «склонный к нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов», «лидеры и активные участники группировок отрицательной направленности, а также лица, оказывающие негативное влияние на других осужденных». ФИО2 в период наказания более 90 раз привлекался к ответственности за нарушения установленного порядка отбывания наказания, в том числе за межкамерные переговоры, переводился на тюремный режим. 

(т.2 л.д.241-248 + приобщены в судебном заседании)

Копиями покамерного списка осужденных, содержащихся в ЕПКТ/ПКТ ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области, и схемой расположения камер ЕПКТ/ПКТ о том, что по состоянию на 02.07.2022 года осужденный ФИО2 содержался в камере №3 при ЕПКТ ФКУ ИК-5. Кроме того, в этот день в камерах ЕПКТ/ПКТ содержались осужденные Ш.А.А. (камера №1 ЕПКТ), Х.Э.И. (камера №4 ЕПКТ), К.Ш.Б. (камера №7 ПКТ) и другие осужденные, всего 26 человек. Камеры ЕПКТ №1,2,3,4 – соседствуют друг с другом и находятся в одном ряду. (приобщены в судебном заседании)

Рапортом ДПНК ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области И.К.Т. о том, что 02.07.2022 года в 20:00 часов от начальника отряда ЕПКТ ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области К.А.И. поступила информация об отказе осужденных А.М.Е., Б.А.Ж., К.А.В., Б.В.Л., Ж.А.М., М.С.В., Ш.В.О., Ш.А.А., Х.Ф.Т., Н.К.И., Х.А.П., ФИО2, М.Н.А., С.С.Ф., А.Р.М., К.Ш.Б., К.С.С., К.А.А., Г.М.М., К.А.А., М.Р.А., Н.Н.В., К.Р.З., Ц.В.С. и М.Ю.В. от приема пищи. Письменных заявлений об отказе от приема пищи от осужденных не поступало. (т.1 л.д.17-18)

Согласно Федеральному Закону РФ от 21.07.1993 №5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», учреждения, исполняющие наказание в виде лишения свободы, обязаны (ст.13): обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях; обеспечивать охрану здоровья осужденных. В целях исполнения своих обязанностей Учреждения, исполняющие наказание, имеют право (ст.14): осуществлять контроль за соблюдением режимных требований на объектах учреждений, исполняющих наказания, и территориях, прилегающих к ним; требовать от осужденных и иных лиц исполнения ими обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации, и соблюдения правил внутреннего распорядка учреждений, исполняющих наказания. (т.3 л.д.1)

Согласно Уголовно-исполнительному кодексу РФ от 08.01.1997 №1-ФЗ, основными средствами исправления осужденных являются: установленный порядок исполнения и отбывания наказания (режим), воспитательная работа, общественно полезный труд, получение общего образования, профессиональное обучение и общественное воздействие (ст.9). Осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов; выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания, обязаны вежливо относиться к персоналу, иным лицам, посещающим учреждения, исполняющие наказания, а также к другим осужденным (ст.11). При осуществлении прав осужденных не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний, а также ущемляться права и законные интересы других лиц (п.11 ст.12). Осужденные имеют право на личную безопасность (ст.13). (т.3 л.д.1)

Согласно Правилам внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденным приказом Министерства юстиции РФ от 16.12.2016 №295, осужденные имеют право на охрану здоровья и личную безопасность (13); обязаны исполнять требования законов Российской Федерации и Правил, соблюдать распорядок дня, установленный в ИУ, выполнять законные требования работников уголовно-исполнительной системы (16); Осужденным запрещается проводить забастовки или оказывать иные групповые неповиновения (17). В каждом ИУ устанавливается регламентированный распорядок дня с учетом особенностей работы с тем или иным составом осужденных, времени года, местных условий и иных обстоятельств (20). Распорядок дня включает в себя время подъема, туалета, физической зарядки, приема пищи, развода на работу, нахождения на производстве, учебе, воспитательных, культурно-массовых и спортивно-массовых мероприятиях, отбоя (21). Осужденные обеспечиваются по установленным нормам трехразовым горячим питанием. Прием пищи осужденными производится поотрядно в часы, установленные распорядком дня ИУ (29). Осужденные, содержащиеся в камерах ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, ТПП, пищу принимают в камерах или на объектах работы в специально оборудованных помещениях для приема пищи, отвечающих санитарным требованиям (32). (т.3 л.д.1-2)

Выпиской из приказа Министерства юстиции Российской Федерации №295 от 16.12.2016 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений» (п.17) о том, что осужденным запрещается, препятствовать законным действиям сотрудников УИС, хранить и пользоваться запрещенными вещами, проводить забастовки или оказывать иные групповые неповиновения, причинять умышленный вред своему здоровью. (приобщена в судебном заседании)

Приказом «Об установлении распорядка дня для осужденных, содержащихся в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области» от 11.05.2022 №110-ос (Приложение №3) о том, что для осужденных, содержащихся в помещении камерного типа, в едином помещении камерного типа ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области, установлено время ужина с 18 часов 00 минут до 19 часов 00 минут. (т.2 л.д.111-123, т.3 л.д.2)

Приказом «Об утверждении Правил внутреннего служебного распорядка в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области» от 01.07.2022 №384 (Приложение №1,2) о том, что для сотрудников ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области (сотрудников отделов учреждения, не связанных с графиком сменности) установлена продолжительность служебного времени: пятидневная служебная неделя в период с 08 часов 00 минут (начало службы) до 17 часов 00 минут (время окончания службы). Для сотрудников ЕПКТ: пятидневная служебная неделя в период с 08 часов 00 минут (начало службы) до 18 часов 00 минут. 

(т.2 л.д.124-133)

Письмом начальника ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области о том, что в ФКУ ИК-5 сообщений о преступлениях, связанных с обнаружением телесных повреждений у осужденных, было зарегистрировано: в 2021 год – 24, в 2022 – 39 и в 2023 году по состоянию на 28.04.2023 года – 5. Кроме того, конфликты между осужденными, в результате которых осужденные наносили друг другу телесные повреждения, были зарегистрированы: в 2021 году – 7, в 2022 году – 5 и в 2023 году – 1. (приобщено в судебном заседании) 

Письмом начальника ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области (т.2 л.д.134) и протоколом осмотра предметов о том, что на представленном ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области DVD-диске содержатся видеозаписи без звука от 02.07.2022 года, сделанные с камер видеонаблюдения, установленных в ЕПКТ ФКУ ИК 5 УФСИН России по Оренбургской области, а именно: в камерах №1, где содержался осужденный Ш.А.А., и №3, где содержался осужденный ФИО2

На видеофайле «CH03-20220702-215720-230517-001000000000.avi» зафиксирована обстановка в камере №1, где находится осужденный Ш.А.А., который в 21 час 58 минут сидит на спальном месте, наклонившись близко к трубам отопления, и произносит слова. Участвовавший в просмотре видеозаписи свидетель С.К.К. пояснил, что в ножной части спального места ФИО3 располагается труба отопления, по которой осужденные ведут межкамерную связь между собой. Если осужденный воспроизводит звуки, разместившись близко к трубе, то эхо из-за металлической конструкции труб передается другим осужденным, которые его могут слышать.

В 22 часа 01 минуту зафиксировано, как осужденный Ш.А.А. подходит к двери и по решетке, которой снабжена дверь, залезает вверх. В указанном положении Ш.А.А. располагается до 22 часов 03 минут и ведет разговор. Участвующий в осмотре С.К.К. пояснил, что над входной дверью в камеру №1 расположена лампа с освещением, за которой имеется отверстие в виде окна с выходом в вентиляционный канал камеры, который осужденные также используют для связи: в окно произносят слова, которые эхом переносятся в другую камеру, где содержатся другие осужденные и могут его слышать. 

В 22 часа 05 минут зафиксировано, как осужденный Ш.А.А. проходит к своему спальному месту и укладывается спать, но в 22 часа 10 минут быстро встает и подбегает к двери, снабженной металлической решеткой. Ш.А.А. снова залезает на решетку, где находится до 22 часов 10 минут 58 секунд, после чего спускается вниз и ложится спать. В 22 часа 11 минут 33 секунды Ш.А.А. на своем спальном месте располагается в районе трубы с отоплением, по которой, со слов участвующего в осмотре С.К.К., осужденные ведут межкамерную связь, и в таком положении находится до 22 часов 19 минут 39 секунд, после чего ложится спать.

На видеофайле «CH05-20220702-215902-230419-001000000000.avi» зафиксирована обстановка в камере №3, где находится осужденный ФИО2, который в 21 час 59 минут вышел на место, не подпадающее под обзор камеры, а затем с 22 часов 11 минут до 22 часов 13 минут, лежа на спальном месте переместился к изголовью, встал на колени и пододвинулся ближе к стене. Участвующий в осмотре С.К.К. пояснил, что выйдя из-под обзора камеры, ФИО2 подошел к месту, где расположены трубы отопления, через которые осужденные ведут межкамерную связь, а затем, прошел к своему спальному месту и пододвинулся к изголовью кровати, где вдоль стены также расположены трубы отопления, через которые осужденные могут вести межкамерную связь между собой.

На видеофайле «CH11-20220702-215609-230419-001000000000.avi», зафиксирована обстановка в камере №3, где находится осужденный ФИО2, который в 21:52:48 сидит на корточках у трубы отопления камеры, прикрывая правой рукой рот, и прислонившись левой стороной головы к трубе. По внешним признакам видно, что осужденный что-то произносит, прикрывая рот руками, и прислушивается, прикладывая голову к трубе. В указанном выше положении осужденный пробыл с 21 часа 52 минут по 21 часа 59 минут, а затем еще раз в период с 22 часов 10 минут 35 секунд до 22 часов 16 минут 14 секунд, после чего лег спать. Участвующий в осмотре С.К.К. пояснил, что на записи видно, что ФИО2 располагается у трубы отопления и ведет межкамерную связь с другими осужденными. 

Участвующий в просмотре видеозаписи С.К.К. также пояснил, что 02.07.2022 года в период с 21 часа 40 минут до 22 часов 30 минут во время несения службы при обходе прилегающей территории ЕПКТ, ПКТ, ШИЗО он лично слышал, как осужденный ФИО2 осуществлял межкамерную связь путем перекрикивания с другим осужденным - Ш.А.А., о чем он составил рапорт на имя начальника ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области. Указанный в рапорте период времени совпадает со временем, которое указано на просмотренных с его участием видеофайлах. (т.2 л.д.148-166,167)

Анализ изложенных доказательств убеждает суд в доказанности вины ФИО2 в умышленной дезорганизации деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, а именно в угрозе применения насилия в отношении осужденных П.А.С. и Ф.А.А. (данные о личности обоих засекречены) с целью воспрепятствовать исправлению этих осужденных, потому что они не противоречат друг другу и установленным обстоятельствам дела и подтверждают эти обстоятельства.

Заявления подсудимого ФИО2, что он вину в совершении преступления не признает, что к отказу от приема пищи других осужденных не призывал, никому из осужденных не угрожал и реально никакой возможности для применения к осужденным насилия не имел, а сам 02.07.2022 года отказался от приема пищи из-за плохого качества пищи и состояния своего здоровья, суд оценивает критически, как способ его защиты, стремление избежать ответственности за содеянное. По этой же причине мнение защитника – адвоката Санжиевой И.А. об оправдании ФИО2 за отсутствием в его действиях состава преступления, суд считает не убедительным и не основанным на установленных в судебном заседании обстоятельствах.

Так потерпевший П.А.С. (данные о личности засекречены) в судебном заседании категорично, несмотря на отрицания подсудимого, показал, что осужденный ФИО2, которого он знает лично, призывал других осужденных, содержащихся в ШИЗО и ЕПКТ, объявить всеобщую голодовку, выкрикивая свои угрозы через открытые окна камеры, выходящих на улицу и по трубам отопления. Такое требование ФИО2 обращал и лично к нему, общаясь с ним через систему отопления, а когда он ответил, что не хочет участвовать в голодовке, то ФИО2 лично ему стал угрожать за такой отказ физической расправой, заявив, что найдет способ повлиять на него и расправиться над ним.

Потерпевший Ф.А.А. (данные о личности засекречены) в ходе следствия и в судебном заседании также показал, что он сам лично ФИО2 не знал, но слышал о нем от других осужденных, а также лично слышал, как осужденный - Х., общаясь через окно и по трубам отопления, передавал другим осужденным, что ФИО2 требует от других осужденных отказаться от приема пищи, чтобы добиться «послабления режима», обучая их при этом отвечать сотрудникам администрации, что голодовку они объявили, так как: «Пища не соответствует нормам, и из-за этого имеются проблемы со здоровьем». Кроме того, этот же Х. передавал от имени ФИО2 угрозы, говорил, что если кто ФИО2 не поддержит, то тому будет плохо. Ф.А.А. в судебном заседании подтвердил, что воспринимал угрозы, передаваемые от ФИО2 серьезно, боялся, что осужденный ФИО2 может его, если он не поддержит голодовку, избить, либо подослать с этой целью других осужденных.

Показания Ф.А.А. о том, что к нему поступали требования ФИО2 принять участие в нарушении порядка отбывания наказания и угрозы со стороны ФИО2 на случай отказа от участии в массовом групповом неповиновении, то есть в нарушении порядка отбывания наказания, не смотря на то, что он лично ФИО2 не знал и лично с ним не общался, подтверждаются списками осужденных, содержащихся в камерах, согласно которым 02.07.2022 года осужденные Ш.А.А. и Х.Э.И. действительно содержались в камерах при ЕПКТ, которые находится недалеко от камеры ФИО2, а также тем, что вокруг были камеры с другими осужденными, что подтверждает возможность передачи ФИО2 своих требований как лично, так и через Х. и других осужденных в камеры, расположенные дальше.

То, что свидетель Х. в ходе следствия, заявляя, что со ФИО2 не знаком и никаких требований и угроз от него не слышал, отрицает свое участие в проведении массового неповиновения, не свидетельствует о не совершении ФИО2 преступления, так как высказанные ФИО2 требования к другим осужденным об отказе от приема пищи и угрозы в адрес тех, кто не поддержит его требования, лично слышали и достоверно подтвердили иные лица, в том числе свидетели Ш.К.В. и Т.Л.Н. (данные о личности обоих засекречены), которые подтвердили, что угрозы в адрес тех, кто не поддержит голодовку, ФИО2 высказывал как лично, так и через других осужденных, которые его требования и угрозы передавали, перекрикиваясь от камеры к камере. 

В частности, потерпевший П.А.С. (данные о личности засекречены) подтвердил, что лично слышал от ФИО2 угрозы о физической расправе над теми, кто не будет участвовать в массовой голодовке. П.А.С. ФИО2 знал лично и узнал его не только по голосу, но и в связи с тем, что другие осужденные его называли «Сказкой», поэтому у суда нет никаких оснований ставить показания потерпевшего П.А.С. в этой части под сомнение. ФИО2 действительно с ним общался из другой камеры, но с учетом изложенного П.А.С. (данные о личности засекречены) достоверно знал, что требования об отказе от приема пищи и угрозы высказывал именно ФИО2 

Наличие таких угроз со стороны ФИО2 в адрес других осужденных подтвердил и свидетель Ш.К.В. (данные о личности засекречены), который также лично слышал, как ФИО2 кричал по трубам отопления, призывая других осужденных отказаться от приема пищи и объявить голодовку, а также объясняя им как себя вести, если сотрудники будут выяснять причины голодовки.

Подтвердил свидетель Ш.К.В. (данные о личности засекречены) и то, что ФИО2 пользовался авторитетом среди других осужденных, так как недавно вернулся из тюрьмы, и поэтому другие осужденные его боялись. Лично Ш.К.В. (данные о личности засекречены) слышал и то, как ФИО2 свои требование о массовой голодовке просил передать другим осужденным в камеры, где самого ФИО2 лично не слышат, призывая также передать и его угрозу, что если его кто-то не поддержит, то ФИО2 тому «сделает плохо», что с того «спросят» и к тому будет «подход», что означает угрозу применения физического насилия.

Свидетель Т.Л.Н. (данные о личности засекречены) тоже подтвердил, что лично слышал голос осужденного ФИО2, который требовал от других осужденных принять участие в голодовке и угрожал физической расправой тем, кто призыв к голодовке не поддержит. О том, что все это говорил именно ФИО2, он понял, так как лично с ним знаком и узнал его голос. Слышал он также и то, как другие осужденные требования ФИО2 о голодовке и угрозы передавали друг другу, перекрикиваясь через стены, окна и системы вентиляции, по трубам. Он также лично слышал, что ФИО2 высказывал угрозы конкретным осужденным. 

При таких условиях заявление стороны защиты, что угрозы, в высказывании которых обвиняют ФИО2, не носят конкретного характера, являются несостоятельными и не соответствуют действительности, так как потерпевшие и свидетели указывают на то, что ФИО2 конкретно угрожал другим осужденным применением физического насилия.

Потерпевшие П.А.С. и Ф.А.А. (данные о личности засекречены) сообщают, что к качеству питания у них претензий не было, а в голодовке участие они приняли только под влиянием угроз, опасаясь, что к ним может быть применено насилие. Из этого видно, что потерпевшие под влиянием угроз применения насилия со стороны осужденного ФИО2 приняли участие в массовой голодовке, то есть оказали иное групповое неповиновение, чем допустили запрещенное Уголовно-исполнительным кодексом РФ нарушение, а поэтому указанное свидетельствует о том, что ФИО2 угрозы другим осужденным высказывал с целью воспрепятствовать исправлению осужденных, чтобы заставить их участвовать в совершении нарушения порядка отбывания наказания, то есть этими действиями он сам совершил именно дезорганизацию деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества с целью воспрепятствовать исправлению других осужденных, которые не имели намерения допускать нарушение. 

Заявление стороны защиты, что действия ФИО2 никак не повлияли на нормальную деятельность учреждения, полностью опровергаются тем, что ряд осужденных, несмотря на прямой запрет для осужденных проводить забастовки или оказывать иные групповые неповиновения, приняли участие в массовом нарушении, в котором сами участвовать инициативы не проявляли, для прекращения которого и проверки причин его совершения были привлечены дополнительные сотрудники исправительного учреждения, в том числе медицинские работники и сотрудники, которые были вынуждены вернуться к месту службы в свое нерабочее время, поскольку их рабочее время согласно графикам уже закончилось.

Кроме того, отказ ряда осужденных от приема пищи, вызвавший необходимость проведения проверочных и иных мероприятий, повлек за собой значительное затягивание времени проведения ужина, в результате чего часть осужденных получила питание не в соответствии с установленным в Учреждении графиком, а значительно позже, что также является нарушением прав лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы, на своевременный прием пищи, а поэтому подтверждает факт дезорганизации деятельности исправительного учреждения. 

При этом расхождения в показаниях потерпевших и свидетелей о том, сколько именно 25 или 26 осужденных принимали участие в голодовке, а также тот факт, с учетом 4-х «засекреченных» потерпевших и свидетелей, количество принявших в голодовке, по мнению стороны защиты, превышает 26 человек, не влияет на вопрос доказанности вины подсудимого, поскольку потерпевшие и свидетели, которые сами являются осужденными, не располагали в силу своего положения точными сведениями о количестве лиц, принявших участие в голодовке, а четверо лиц, данные о личности которых были сохранены в тайне, входят в число осужденных содержащихся в ЕПКТ/ПКТ и их прибавление к общему количеству осужденных, принявших участие в голодовке, дополнительно не требуется по причине простого изменения данных об их личностях. 

И П.А.С., и Ф.А.А. (данные о личности засекречены), оба сообщают, что ФИО2 пользовался авторитетом среди осужденных, что все знают, что его за нарушения переводили на тюремный режим, откуда вернулся опять в колонию, поэтому его побаивались, так как он может на тех, кто окажет ему неповиновение, оказать физическое воздействие лично или через других осужденных, повлиять на изменение их статуса в среде осужденных. При таких условиях опасения как П.А.С., так и Ф.А.А. (данные о личности засекречены), что их в случае отказа от участия в голодовке ФИО2 может избить лично, либо подослать с этой целью других осужденных, когда они выйдут из камеры ЕПКТ/ПКТ/ШИЗО в жилую зону, где будут общаться с другими осужденными, являются обоснованными, а поэтому их участие в групповом неповиновении – участие в массовой голодовке явилось результатом дезорганизации деятельности исправительного учреждения со стороны ФИО2.

Заявление стороны защиты, что в условиях исправительной колонии применение насилия к потерпевшим или свидетелям со стороны ФИО2 невозможно, как невозможна и межкамерная связь ФИО2 с другими осужденными, поскольку он содержался в отдельной камере, полностью опровергается исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе показаниями свидетелей стороны защиты Ш.А.А. и К.Ш.Б.у., подтвердивших, что осужденные, содержащиеся в камерах ШИЗО/ПКТ/ЕПКТ, имеют возможность общаться между собой, перекрикиваясь через открытые окна, по трубам отопления, прислоняясь к ним, а также во время прогулок, передавая таким образом друг другу различную информацию.

Изложенное подтверждено и иными допрошенными по уголовному делу свидетелями, в том числе сотрудниками администрации, которые в случае выявления фактов межкамерной связи осужденных принимали меры к наложению на них различных взысканий и прекращая прогулки. Согласно представленной администрацией исправительного учреждения справки о нарушениях, на ФИО2 как осужденного также неоднократно налагались взыскания за межкамерную связь.

То, что не все факты межкамерной связи и непосредственно действия ФИО2, связанные с призывами осужденных к голодовке и с угрозами в их адрес, были зафиксированы сотрудниками администрации на видеорегистраторы, не свидетельствует о недоказанности вины подсудимого, поскольку видеорегистраторы представители администрации включают не постоянно, а только в период проведения массовых мероприятий или при выявлении нарушения, а осужденные, совершая межкамерное общение, стараются делать это незаметно от сотрудников администрации, пользуясь их отсутствием, что в судебном заседании подтвердил и свидетель стороны защиты Ш.А.А., заявивший, что неоднократно общался с находившимся в другой камере ФИО2, но сотрудники администрации этого не заметили. Он же, а также свидетель стороны защиты К.Ш.Б.у. подтвердили и то, что осужденные, содержащиеся в камерах ШИЗО/ПКТ/ЕПКТ, хоть и были изолированы друг от друга, но, благодаря возможности межкамерного общения, имели возможность знать, кто содержится в соседних камерах и общаться с ними, в том числе передавая различную информацию. В частности К.Ш.Б.у. конкретно сообщил, что в период нахождения в ЕПКТ он иногда видел ФИО2 и обменивался с ним фразами, если их одновременно выводили на прогулку. 

Видеозапись из камер, в которых содержались ФИО2 и Ш.А.А., рапорт и показания С.К.К. о зафиксированном им разговоре ФИО2 с Ш. сразу после голодовки, не смотря на то, что С.К.К. в подтверждение своих показаний не представил видеозапись со штатного видеорегистратора, суд признает допустимыми доказательствами, поскольку свидетель С.К.К. был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, у него нет оснований для оговора подсудимого ФИО2, а его показания и сведения, содержащиеся в рапорте и на видеозаписи из камер, соответствуют между собой, а также подтверждаются и иными исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе показаниями свидетеля стороны защиты Ш.А.А., который описал способ его общения со ФИО2 именно такой, как зафиксирован на видеозаписях и в показаниях свидетеля С.К.К.: перекрикивания с приближением к трубам отопления. С учетом же времени видеофиксации общения ФИО2 и Ш., когда они оба в одно и то же время сразу же после того, как состоялся массовый отказ осужденных от приема пищи, и сотрудниками администрации проводилась проверка этого массового неповиновения, приближались к трубам отопления, наклоняясь низко к ним, заявление свидетеля С.К.К., что они обсуждали именно последствия отказа от приема пищи, следует признать полностью подтвержденным, тем более, что свидетель Ш.К.В. (данные о личности засекречены) в судебном заседании также сообщил, что вечером после начала голодовки он лично слышал, как ФИО2, общаясь по межкамерной связи с Ш.А.А., обсуждал результаты прошедшей голодовки. Слышал этот разговор лично и подтвердил его содержание также свидетель Ш.В.С., который является сотрудником администрации и участвовал в проведении проверочных мероприятий обстоятельств объявленной массовой голодовки. 

Вопреки заявлениям стороны защиты DVD-диск в органы следствия поступил на законных основаниях: был представлен письмом (т.2 л.д.134) врио начальника ФКУ ИК-5, а в последующем осмотрен следователем, признан вещественным доказательством и приобщен к материалам уголовного дела в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. Записи в камерах ЕПКТ/ПКТ осуществляются на видеокамеры, установленные сотрудниками исправительного учреждения, использующими их в повседневной служебной деятельности, поэтому привлечение какого-либо специалиста для снятия на DVD-диск копий сделанных записей не требуется, а поэтому суд указанный диск с содержащейся на нем информацией признает допустимым доказательством, как признает допустимыми и показания свидетелей – сотрудников исправительной колонии С.К.К., Е.Д.В., К.А.И., С.А.И., Н.Е.Т. и Ш.В.С., поскольку все они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, у них нет никаких оснований для оговора подсудимого, с которым у них нет никаких личных отношений, а сами они, вопреки утверждению стороны защиты показания дают не о содержании пояснений осужденных, а об обстоятельствах, прямыми очевидцами или участниками которых они были непосредственно. 

Кроме того, вопреки мнению стороны защиты и несмотря на то, что данные о личности потерпевших П.А.С. и Ф.А.А., а также свидетелей Ш.К.В. и Т. были засекречены, а в судебном заседании Ф.А.А. и Ш.К.В. давали показания, несколько отличающиеся от их показаний в ходе следствия, суд их показания признает допустимыми доказательствами и принимает за основу в той части, в которой потерпевшие и свидетели их подтвердили в судебном заседании, объяснив некоторые несущественные расхождения тем, что в настоящее время из-за давности событий они забыли точные детали происходившего.

При этом заявление стороны защиты, что из-за засекреченности данных о личности потерпевших и свидетелей нельзя проверить, в каких именно камерах они содержались и содержались ли вообще, также не влияет на вопрос признания их показаний как допустимые и достоверные доказательства, поскольку содержание их показаний, в том числе о том, кто и в какой камере содержался, соответствуют показаниям иных допрошенных по делу лиц и иным объективным доказательствам, что свидетельствует о том, что они давали показания об обстоятельствах очевидцами ли участниками которых они были лично, тем более, что их показания в последующем подтвердились и покамерными списками из ФКУ ИК-5, в которых номера камер и фамилии содержащихся в них осужденных совпали с показаниями потерпевших и свидетелей.

Кроме того, перед началом их допроса подлинные данные о личности засекреченных потерпевших и свидетелей были установлены председательствующим с проверкой обоснованности принятия следователем решения о сохранении в тайне данных об их личностях и с предупреждением их об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Возможность оказания физического воздействия со стороны одних осужденных к другим также была подтверждена в судебном заседании информацией из исправительного учреждения о том, что за период 2021-2023 годов в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области зафиксировано более 80 случаев, когда содержащимся в учреждении осужденным были причинены телесные повреждения различной степени тяжести.

Свои требования на участие осужденных в нарушение установленного порядка отбывания наказания в массовой голодовке и оказании группового неповиновения ФИО2 обращал не только к конкретным осужденным, как, например, к П.А.С. (данные о личности засекречены), но и к неопределенной массе остальных осужденных, которых сам ФИО2 возможно лично и не знал и не видел, но знал, что те содержатся в камерах ЕПКТ/ПКТ/ШИЗО одновременно с ним. При этом заявление стороны защиты о плохом качестве пищи, которую выдавали осужденным, не может служить основанием для оправдания подсудимого ФИО2, поскольку свое несогласие с порядком и условиями отбывания наказания, в том числе с качеством питания, осужденные вправе реализовать иным законным способом, а не путем совершения группового неповиновения, что является нарушением установленного порядка отбывания наказания.

Согласно ПВР ужин включен в график, поэтому его несоблюдение осужденными является нарушением порядка отбывания наказания

Призыв к нарушению графика приема пищи к целой группе осужденных, является групповым неповиновением, тем более, что такое неповиновение (отказ от приема пищи согласно графику) осужденный ФИО2 связывал одновременно с требованием к представителям администрации изменить условия и ограничения, связанные с порядком отбывания осужденными наказания в виде лишения свободы в камерах ЕПКТ/ПКТ/ШИЗО, а поэтому и с учетом того, что ФИО2 высказывал угрозы осужденным в связи с отказом участвовать в нарушении установленного порядка отбывания наказания, его действия следует расценить, как угроза применения насилия с целью воспрепятствовать исправлению осужденных, не планировавших допускать нарушения.

Изложенное выше подтверждает факт совершения ФИО2 именно дезорганизации деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества, с целью воспрепятствовать исправлению других осужденных. 

Заявление стороны защиты, что потерпевшие П.А.С. и Ф.А.А., а также свидетели Ш.К.В. и Т. Л.Н. оговаривают ФИО2 под влиянием сотрудников администрации с целью получить какие-либо послабления со стороны сотрудников администрации в период отбывания лишения свободы или добиться досрочного освобождения от наказания, являются несостоятельными, поскольку указанные лица по-прежнему продолжают отбывать наказание в виде лишения свободы, а объективно их показания не только соответствуют между собой и подтверждают друг друга, но и подтверждаются иными исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе пояснениями свидетелей Ш.К.В. и Т. Л.Н. о том, что их лично питание устраивало, но они участие в голодовке приняли добровольно, а не под влиянием угроз со стороны ФИО2.

При таких условиях факт угрозы со стороны осужденного ФИО2 в адрес потерпевших П.А.С. и Ф.А.А. (данные о личности обоих засекречены) следует считать полностью доказанным, а заявления подсудимого, что уголовное дело в отношении него сфабриковано и его безосновательно оговаривают, несостоятельным.

Факт содержания ФИО2 в камере при ЕПКТ, исключающей возможность его прямого контакта с другими осужденными в этот момент, не свидетельствует об отсутствии реальности в высказанных им угрозах, так как в камеру он и другие осужденные помещаются лишь на определенный конкретный промежуток времени, после чего получают возможность выхода на территорию исправительной колонии на общих основаниях, а соответственно возможность личного контакта. Кроме того, как установлено из показаний свидетелей, осужденный ФИО2 пользовался авторитетом среди иных осужденных, которые прислушивались к его требованиям и выполняли их, в том числе могли при указанных условиях выполнить и его требование о применении насилия к указанным им осужденным, особенно с учетом того, что сам ФИО2 в исправительной колонии состоял на профилактическом учете как лидер и активный участник группировок отрицательной направленности, оказывающий негативное влияние на осужденных.

Именно наличие реальной угрозы со стороны ФИО2 к другим осужденным и послужило тому, что потерпевшие в ходе следствия и в судебном заседании высказали опасение за свою жизнь и здоровье и показания давали под псевдонимами.

Согласно п.17 приказа Министерства юстиции Российской Федерации №295 от 16.12.2016 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», осужденным запрещается препятствовать законным действиям сотрудников УИС, хранить и пользоваться запрещенными вещами, проводить забастовки или оказывать иные групповые неповиновения, причинять умышленный вред своему здоровью. 

ФИО2 обвиняется в совершении преступления 02.07.2022 года, когда действовали положения приказа Министерства юстиции Российской Федерации №295 от 16.12.2016. 04.07.2022 года был издан приказ за №110 «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы», однако указанный приказ оставил без изменения запрет для осужденных проводить (организовывать)забастовки или иные акции группового неповиновения, а поэтому некоторое изменение правил внутреннего распорядка исправительных учреждений не влечет за собой освобождения ФИО2 от ответственности за совершение им нарушения закона.

Требование со стороны ФИО2 к другим осужденным совместно отказаться от приема пищи и провести массовую (групповую) акцию неповиновения, являлось незаконным, направленным на склонение других осужденных к нарушению установленного порядка отбывания наказания, а поэтому его угрозы в адрес потерпевших П.А.С. и Ф.А.А. (данные о личности потерпевших засекречены), которые сами не желали нарушать установленный порядок отбывания наказания, чем подтверждали стремление встать на путь исправления, следует расценить как угрозу применения насилия в отношении осужденных с целью воспрепятствовать исправлению этих осужденных, что как раз и является дезорганизацией деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества.

С учетом изложенного суд вину ФИО2 в совершении преступления считает полностью доказанной.

В ходе следствия и в судебном заседании государственный обвинитель действия подсудимого квалифицировали правильно, поэтому суд действия ФИО2 квалифицирует по ч.1 ст.321 УК РФ, как дезорганизация деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, то есть угроза применения насилия в отношении осужденного с целью воспрепятствовать исправлению осужденного, а именно: умышленно угрожал применением насилия отбывавшим наказание в виде лишения свободы в ШИЗО/ПКТ/ЕПКТ ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области осужденным П.А.С. и Ф.А.А. (данные о личности потерпевших засекречены), в случае невыполнения его требований о нарушении установленного порядка отбывания наказания: об участии в оказании иного группового неповиновения – в массовом отказе от приема пище – то есть с целью воспрепятствовать исправлению осужденных.

Определяя вид и меру наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления: подсудимым совершено умышленное, оконченное преступление средней категории тяжести. С учетом общественной опасности и конкретных обстоятельств уголовного дела, данных о личности подсудимого оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую нет.

Оценивая личность подсудимого, суд учитывает, что ФИО2 судим, заявил о раскаянии в содеянном, имеет постоянное место жительства, женат, имеет малолетнего ребенка, совершил преступление в период отбывания наказания в местах лишения свободы, где характеризуется отрицательно, как осужденный, допускающий нарушения установленного порядка отбывания наказания, на учетах врачей нарколога и психиатра не состоит, до осуждения работал, а его дочь учится в школе.

Учитывая в соответствии с положениями ст.6,60 УК РФ общественную опасность и обстоятельства совершенного преступления, данные, характеризующие личность и материальное положение подсудимого, влияние назначаемого наказания на исправление обвиняемого и условия жизни его семьи, состояние его здоровья, суд, не может назначить ФИО2 иное наказание кроме реального лишения свободы. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, в соответствии с п.«г» ч.1, ч.2 ст.61 УК РФ, являются заявление о раскаянии в содеянном, наличие малолетнего ребенка, 

<

данные изъяты>.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2, в соответствии с п.«а» ч.1 ст.63 УК РФ является рецидив преступлений, так как ранее он был судим к реальному лишению свободы за совершение умышленного особо тяжкого преступления и вновь осуждается за совершение умышленного преступления средней категории тяжести. 

Согласно ст.18 УК РФ его действия образуют простой рецидив преступлений. 

В соответствии с ч.2 ст.68 УК РФ при наличии рецидива преступлений суд не может назначить подсудимому наказание менее 1/3 от максимального размера наиболее строгого вида наказания. 

Оснований для применения в отношении ФИО2 положений ч.3 ст.68 УК РФ с назначением наказания без учета правил рецидива, учитывая обстоятельства совершенного преступления и данные о личности обвиняемого, нет. 

Оснований для применения в отношении ФИО2 положений ст.73 УК РФ с назначением наказания условно, учитывая обстоятельства совершенного преступления и данные о личности обвиняемого, нет.

Оснований для применения в отношении ФИО2 положений ст.53.1 УК РФ с назначением альтернативного лишению свободы наказания в виде принудительных работ, учитывая обстоятельства совершенного преступления и данные о личности обвиняемого, нет. 

Оснований для применения в отношении ФИО2 положений ст.64 УК РФ с назначением наказания ниже низшего предела, чем предусмотрено законом за данный вид преступления, нет, так как совокупность смягчающих ему наказание обстоятельств не может быть расценена как исключительные обстоятельства.

Оснований для снижения категории преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ на менее тяжкую также нет.

На момент совершения рассматриваемого преступления ФИО2 был осужден приговором Ясненского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по ч.1 ст.228, п.«б» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.69 УК РФ на 8 лет 4 месяца лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, по которому у него на момент постановления приговора остался неотбытый срок наказания в виде 1 года 7 месяцев 24 дней лишения свободы и 1 года дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Новое преступление ФИО2 совершил после вступления первого приговора в законную силу, поэтому окончательное наказание ему должно быть назначено по правилам ст.70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к вновь назначенному наказанию неотбытой части наказания в виде лишения свободы, назначенного по первому приговору суда, и полного присоединения дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

В соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы ФИО2 должно быть определено в исправительной колонии строгого режима, так как ранее он лишение свободы отбывал реально, а его действия образуют рецидив преступлений.

Мера пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу в виде подписки о невыезде должна быть изменена на заключение под стражу в связи с совершением им в период лишения свободы нового умышленного преступления и осуждением к реальному лишению свободы.

Вещественных доказательств по делу нет. Компакт-диск хранится с материалами дела. 

Гражданский иск по делу не заявлен.

На основании изложенного, руководствуясь ст.307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

Признать ФИО2 виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.321 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 8 месяцев.

На основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытого наказания в виде 8 месяцев лишения свободы и полного присоединения неотбытого дополнительного наказания в виде 1 года ограничения свободы, назначенного по приговору от 30.03.2017 года, окончательно ФИО2 назначить наказание в виде лишения свободы на срок 2(два) года 4 месяца с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1(один) год.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ установить ФИО2 на указанный период дополнительного наказания следующие ограничения: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не уходить из места постоянного проживания после освобождения из мест лишения свободы с 22 часов вечера до 06 часов утра, если это не будет связано с его работой или необходимостью обратиться за срочной медицинской помощью, не выезжать за пределы муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбытия наказания в виде лишения свободы, и не изменять место жительства и работы. 

Обязать ФИО2 являться регулярно один раз в месяц в установленные для него дни для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу в виде подписки о невыезде изменить на заключение под стражу, взяв его под стражу в зале судебного заседания. 

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

На основании п.«а» ч.31 ст.72 УК РФ время содержания осужденного ФИО2 под стражей с 17 июля 2023 года до вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговор может быть обжалован в Оренбургский областной суд в апелляционном порядке в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы, осуждённый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Ходатайство о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции осуждённый вправе заявить в течение 10 суток со дня вручении ему копии приговора, а в случае обжалования приговора другими участниками процесса – в течение 10 суток со дня вручения ему копии апелляционной жалобы или апелляционного представления, затрагивающих его интересы. Осуждённый также вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении защитника.

Председательствующий П.А. Ивлев 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>