24RS0002-01-2024-005677-47

№ 2-237/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 февраля 2025г. г. Ачинск Красноярского края, 

ул. Назарова, 28-Б

Ачинский городской суд Красноярского края в составе: 

председательствующего судьи Большевых Е.В.,

с участием истца ФИО4, а также его представителей адвоката Капустиной С.А., действующей на основании удостоверения адвоката и ордера, Диденко О.М, действующей на основании доверенности от 08.08.2022г. сроком на три года (л.д.53, т.1)

представителя третьего лица ФИО1 – ФИО2, действующей на основании доверенности от 25.10.2024г. сроком по 24.10.2027г. (л.д.54, т.1),

рассмотрев гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО3 о признании сделки купли-продажи квартиры недействительной,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд к ФИО3 с иском о признании договора купли-продажи квартиры недействительным. Требования мотивирует тем, что 11.12.2008г. между ФИО4 и ФИО1 был зарегистрирован в брак. В период брака истец за свои личные денежные средства, полученные от продажи принадлежавшей ему добрачной квартиры в размере 380 000 руб., приобрел за 470 000 руб. четерехкомнатрную квартиру площадью 59,2 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>, 

<

данные изъяты> 

<

адрес>. Также в период брака истцом был приобретен автомобиль Тойта Камри на денежные средства, полученные от продажи автомобиля Опель, купленного до брака. Кроме того, на покупку автомобиля были добавлены денежные средства, полученные от бабушки в размере 853 549 руб. Однако собственником автомобиля была указана ФИО1, в связи с тем, что истец был действующим сотрудником полиции, а у самой ФИО1 водительских прав до 2023г. не имелось. В связи с фактическим прекращением брачных отношений брак между ФИО4 и ФИО1 был расторгнут по решению мирового судьи 18.08.2023г. По убеждению и указанию ФИО1 с целях добровольного раздела совместно нажитого имущества для того, чтобы автомобиль остался ему, а спорная квартира бывшей супруге и двоим детям, истец с матерью бывшей супруги ФИО3 заключил договор купли-продажи указанной выше квартиры. По данной сделке он получил от бывшей супруги средства в размере 1 000 000 руб. в целях раздела совместно нажитого имущества в равных долях, однако в действительности данная квартира стоит больше 4 000 000 руб. Автомобиль Тойота Камри согласно достигнутой с ФИО1 договоренности он оформил на себя, однако в настоящее время ФИО1 заявляет о том, что автомобиль должен перейти в ее собственность. Истец полагает, что договор купли-продажи четырехкомнатной квартиры был совершен под влиянием обмана со стороны бывшей супруги ФИО1, так как вместо соглашения о разделе совместно нажитого имущества истцом был заключен договор купли-продажи спорной квартиры с ответчиком, поскольку бывшая супруга истца убедила его заключить именно договор купли-продажи квартиры, чтобы не платить деньги нотариусу за заверение соглашения о разделе, однако на самом деле ФИО1 желала, чтобы все имущество досталось ей. Об обмане со стороны ФИО1 ответчик ФИО3 знала, потому что является ее матерью, квартира во владение ФИО3 не переходила, в ней продалжает проживать ФИО1 с совместными детьми. Учитывая изложенное, со ссылкой на положения ст. 179 ГК РФ просит признать недействительным договор купли-продажи, заключенный сторонами спора 03.05.2024г. в отношении четерехкомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, 

<

адрес> (л.д.3-4, т.1).

Определением суда от 06.12.2024г. к участию в деле в качестве третьего лица привлечено Управление Росреестра по 

<

адрес> (л.д.84, т.1).

Истец ФИО4, а также его представители адвокат Капустина С.А., Диденко О.М. (полномочия проверены) в судебном заседании на предъявленных требованиях настаивали по основаниям аналогичным, изложенным в иске. 

ФИО4 суду дополнительно пояснил, что в браке с ФИО1 ими была приобретена спорная квартира, а также автомобиль Тойта Камри. При этом квартира приобрели за счет денежных средств, которые принадлежали только ФИО4 в размере 380 000 руб., поскольку были получены за счет продажи его добрачной квартиры по адресу: 

<

адрес> яваре 2011г. После продажи указанной квартиры он разместил денежные средства на счете в банке и снял перед покупкой спорной квартиры в июле 2011г. подтвердить это в настоящее время не может, поскольку архивы в банке не сохранены. Так как спорную квартиру приобрели за 470 000 руб., денежные средства в сумме 90 000 руб. являлись совместно нажитым имуществом. Таким образом, если бы после расторжения брака квартиру делили в установленном порядке, у его бывшей супруги ФИО1 была бы очень незначительная часть. Понимая это, ФИО1 предложила ему переоформить автомобиль Тойота Камри полностью на него, а квартиру оформить по договору купли-продажи на ее мать ФИО3 Автомобиль он на себя переоформил в конце апреля 2024г., представив в ГИБДД договор купли-продажи, заключенный между ним и ФИО1, за которую расписался сам, полагая, что у него есть полномочия по распоряжению совместно нажитым имуществом на основании выданной ФИО1 доверенности. После этого ДД.ММ.ГГГГг. к нему пришла для разговора мать его бывшей супруги ФИО3 и предложила оформить договор купли-продажи на спорную квартиру. Говорила, что делать это нужно быстро. Договорились, что ФИО3 передаст ему 1 млн. рублей, а он продаст ей квартиру. Предполагалось при этом, что в квартире останутся проживать его бывшая супруга и двое детей., то есть фактически между ним и бывшей супругой ФИО1 будет произведен раздел имущества, в частности, квартиры, которая будет продана матери ФИО1 Чрез два –три дня после встречи с ФИО3 он, Диденко О.М., ФИО1 встретились рядом с офисом нотариуса в мкр.6 

<

адрес>. Он подъехал туда на автомобиле с ФИО5, а ФИО3 и ФИО1 уже выходили от нотариуса с согласием ФИО1. На продажу квартиры. Потом они пошли в агентство недвижимости «Союз», где попросили оформить договор купли-продажи квартиры, им напечатали бланки, которые они забрали, сели в машину, где ФИО3 и ФИО1 передали ему 1 млн. рублей, а ФИО1 дала ему уже напечатанную расписку о том, что 500 000 руб. за проданную квартиру она получила. Впоследствии они сдали документы на регистрацию, и он полагал, что раздел имущества полностью завершен. Однако впоследствии в августе 2024г. к нему домой приехали сотрудники полиции и пояснили, что к ним поступило заявление ФИО1 о пропаже автомобиля. ФИО4 сотрудникам была представлена доверенность и договор купли-продажи автомобиля, впоследствии их всех допрашивали и он разъяснял, что таким образом они оформили раздел имущества и совместно нажитый автомобиль Тойота Камри он не угонял, после этого уголовное дело не возбуждалось. Однако ФИО1 стала говорить, что автомобиль он оформил неправильно и нужно его делить между ними. Более того, он должен передать ей еще 500 000 руб. после этого уже он написал заявление в полицию на вымогательство с него денежных средств. Уголовное дело также не возбудили, после чего он обратился в суд с рассматриваемым иском. Полагает, что заключая с ФИО3 договор купли-продажи квартиры, нажитой в браке с ФИО1, он передавал данную квартиру фактически ФИО1. И детям для проживания, при этом между ними был оформлен и раздел автомобиля. Однако впоследствии выяснилось, что его обманули и ввели в заблуждение относительно раздела имущества. Денежные средства в сумме 1 млн. рублей он готов передать ФИО3 незамедлительно, так как они находятся в банке. Дополнительно свои доводы и возражения изложил также письменно (л.д.23-24, т.2).

Представители ФИО4 – Капустина С.А. и Диденко О.М. пояснили, что в рассматриваемом случае суд должен оценить совершенную сторонами сделку еще и с точки зрения ее притворности, так как фактически сделка по купле-продаже квартиры прикрывала раздел имущества. После признания сделки недействительной стороны должны быть приведены в первоначальное положение, квартира передана в совместную собственность супругов ФИО6 и будет предметом раздела имущества, а денежные средства в сумме 1 млн. рублей, ФИО4 вернет ФИО3 Просили учесть также и то обстоятельство, что рыночная стоимость спорной квартиры составляла 4 100 000 руб. на момент продажи, а квартира была продана всего за 1 000 000 руб., что также свидетельствует о порочности совершенной сделки.

Ответчик ФИО3, уведомленная о времени и месте рассмотрения дела (л.д.11, 16, т.2), в судебное заседание не явилась, представив возражения относительно предъявленных исковых требований, из которых следует, что с ним она не согласна, просит в удовлетворении отказать. Поясняет, что 26.11.2011г. между нею и ФИО7 был заключен договор купли-продажи незавершенного строительством объекта. Как следует из данного договора, 26.07.2011г. ответчик ФИО3 продала, а ФИО7 купил объект незавершенного строительства, находящийся по адресу: 

<

адрес>, площадь застройки 62,8 кв.м. Из данного договора следует, что право собственности продавца ФИО3 на отчуждаемый объект незавершенного строительства было зарегистрировано 26.07.2011г. Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес>, в связи с чем ранее этой даты не представлялось возможным оформление договора купли-продажи не было. Стоимость проданного объекта недвижимости составила 400 000 руб. и была передана ФИО7 ФИО3 до подписания договора купли-продажи от 26.07.2011г. Полученными от ФИО7 деньгами 15.07.2011г. ФИО3 полностью рассчиталась с ним по договору купли-продажи от 15.07.2011г., заключенному между ФИО7 и ФИО8 (продавцами) спорной квартиры и ФИО4 (ее покупателем). Так из договора купли-продажи спорной квартиры следует, что 15.07.2011г. ФИО7 и ФИО8 (бывшая супруга ФИО7) продали ФИО4 спорную квартиру за 470 000 руб. Таким образом, расчет за эту квартиру в сумме 400 000 руб. был произведен за счет средств ответчика в сумме 400 000 руб., полученных ею за продажу ФИО7 объекта незавершенного строительством и земельного участка под ним. В спорном договоре купли-продажи от 03.05.2024г. указана цена квартиры в размере 1 000 000 руб. Эта цена была согласована между истцом и ответчиком до подписания договора купли-проложи с учетом указанных выше обстоятельств. Денежные средства ответчиком истцу действительно были переданы, истец выехал из квартиры. ФИО4 желал распорядиться спорной квартирой именно таким образом и сделал это, понимая и осознавая последствия своих действий, в связи с чем оснований для удовлетворения его требований не имеется. То, что в настоящее время в квартире проживает дочь ответчика и малолетние дети, которые жили в ней и до момента продажи квартиры, закону не противоречит (л.д. 202-205, т.1,17-18, 51, т.2).

Третье лицо ФИО1, уведомленная о времени и месте рассмотрения дела (л.д.13, т.2), в судебное заседание не явилась. Ходатайствовала о рассмотрения дела в свое отсутствие (л.д.14, т.2). Относительно предъявленных требований возражала в полном объеме в поданных возражениях, из которых следует, что оспариваемый договор купли-продажи не содержит ни признаков мнимой и притворной сделок, ни сделки, заключенной под влиянием обмана либо заблуждения. Действия ФИО4 и ФИО3 были направлены на достижение определенного правового результата, который имеют в виду стороны, заключающие договор купли-продажи, цена договора в размере 1 000 000 рублей была определена сторонами, ФИО1 было известно, куму продается квартира и на каких условиях, в связи с чем у нотариуса оформлено согласие на совершение сделки. После совершения сделки 30.08.2024г. ФИО4 снялся с учета в спорной квартире. ФИО3 никакого отношения к распоряжению ФИО4 автомобилем Тойта Камри не имела, ее воля была направлена на приобретение квартиры, где проживала ее дочь и внуки, а ФИО4 данная квартира продавалась с согласия упруги по причине расторжения брака, фактического выезда из квартиры на новое место жительства. То есть никакого заблуждения у ФИО4 относительно совершаемой сделки не было, его никто не обманывал и раздел имущества стороны сделки не прикрывали, осуществляя фактическое распоряжение совместно нажитым имуществом (л.д.194-201, т.1, л.д.53-54, т.2).

Представитель третьего лица ФИО1 – ФИО2 (полномочия проверены) в судебном заседании позицию своего доверителя поддержала, указав, что ФИО4, заключая оспариваемый договор купли-продажи, понимал свое своих действий и руководил ими в полном объеме. Он знал и понимал, какие последствия для него несет заключаемый договор купли-продажи квартиры. ФИО4 – бывший сотрудник полиции, имеет среднее образование, в связи с чем знал и понимал, какие действия он совершает и с какой правой целью. Ответчик не обманывала его ни относительно цены, ни относительно иных условий договора. Более того, цену продажи в 1 000 0000 руб. назвал сам ФИО4, поскольку у ФИО3 всей суммы не было и ей пришлось оформлять кредит, чтобы рассчитываться с ФИО4 Раздел имущества куплей-продажей квартиры не прикрывался, так как ФИО3 с ним имущество не делила. При этом ФИО4, заключая с ней договор купли-продажи и определяя цену вероятно исходил из условий и особенностей приобретения в 2011 самой квартиры, когда основную часть денежных средств на ее приобретение предоставила именно ФИО3 При этом о том, ФИО4 переоформил на себя приобретенный в браке автомобиль, ФИО1 узнала в августе 2024г, поскольку договор купли-продажи ФИО4 ей не показывал. Только в полиции ей предоставили его копию, из которой она увидела, что ФИО4 сам за нее расписался, что ФИО1 и возмутило, та как она действительно просила ФИО4 оформить на себя автомобиль, но предполагалось, что сделать это необходимо законным способом, а не в обход ее. В настоящее время она не обращается с иском о признании сделки купи-продажи автомобиля недействительной. Позиция отражена также в письменных возражениях (л.д.28, т.1).

Представитель третьего лиц Управления Росреестра по 

<

адрес>, уведомленный о времени и месте рассмотрения дела (л.д.12, т.2), в судебное заседание не явился, представив ходатайство о рассмотрении дела без своего участия с учетом установленных судом обстоятельств (л.д.20, т.2).

Выслушав истца и представителей сторон, исследовав материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения предъявленных требований на основании следующего.

На основании ч. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В соответствии с ч.4 ст. 179 ГК РФ если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки.

В п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

По правилам ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В п.87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" обращено внимание на то, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

При этом следует учесть, что по действующему законодательству возможность признания заключенной сделки одновременно как притворной, так и совершенной под влиянием обмана отсутствует, поскольку при заключении притворной сделки все стороны сделки осознают, на достижение каких правовых последствий она направлена, тогда как при заключении сделки под влиянием обмана одна из сторон сделки (потерпевший) была обманута другой стороной либо третьим лицом.

Как установлено по делу, ДД.ММ.ГГГГг. между ФИО4 (продавцом) и ФИО3 (покупателем) был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, 

<

данные изъяты> 

<

адрес> (л.д.6, т.1).

По условиям договора цена квартиры согласована сторонами и определена в размере 1 000 000 руб. Денежные средства в указанной сумме покупатель передал наличными в полном объеме, а продавец получил до подписания договора.

При заключении договора стороны завили о том, что под опекой и попечительством они не состоят, по состоянию здоровья могут самостоятельно осуществлять и защищать свои права и исполнять обязанности, не страдают заболеваниями, препятствующими осознавать суть подписываемого документа, действуют добровольно, понимают значение своих действий и руководят ими. В отношении сторон не возбуждалось и не возбуждено дело о банкротстве, стороны осознают суть подписываемого договора и обстоятельства его заключения.

В договоре имеется также отметка о том, что он не является мнимой сделкой, совершается не под влиянием обмана, насилия или вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, заключением договора не нарушается законодательство РФ.

В день заключения договор прошел государственную регистрацию в установленном законом порядке (л.д.25, т.1) при наличии нотариально оформленного согласия ФИО1 на совершение сделки купли-продажи квартиры (л.д.143, т.1).

Передача от ФИО3 ФИО4 1 000 000 руб. в счет оплаты по договору подтверждается распиской (л.д.41, т.1). 

Фактическое получение денежных средств за проданную квартиру ФИО4 не отрицал и в ходе рассмотрения дела.

Кроме того, ФИО1 при совершении указанной сделки передана ФИО4 расписка о получении 500 000 руб. за проданную квартиру (л.д.74, т.1), совершение которой ее представитель ФИО2 не отрицала в отличие от иной аналогичного содержания, содержащей помимо изложенного еще и указание о том, указанная сумма идет в оплату 100% алиментов на двоих совместных несовершеннолетних детей за 25 месяцев, начиная с 01.08.2024г. (л.д.73, т.1).

Последняя указанная расписка в копии была передана представителем ФИО4 Диденко О.М. судебному приставу-исполнителю (л.д.90, т.1), однако не принята последним в расчет задолженности по причине несогласия с ней ФИО1

Судом установлено также, что спорная квартира была приобретена супругами ФИО6 в период брака по договору купли-продажи от 15.07.2011г., заключенному между ФИО9 и ФИО8 и ФИО4, которым принадлежала в равных долях, и оформлена на имя последнего (л.д.79-80, т.1).

Стоимость квартиры составила 470 000 руб., договор содержит отметку о том, что расчет за покупаемую квартиру произведен полностью до подписания договора.

При этом ФИО4 утверждает, что спорная 

<

адрес>.07.2011г. была приобретена фактически полностью на его денежные средства, полученные от продажи им 17.01.2011г. добрачной квартиры по адресу: 

<

адрес>6, за 380 000 руб. (л.д.81-82, т.1), которые он разместил на счете в банке до июля 2011г., а впоследствии передал ФИО9 и ФИО8 в качестве оплаты.

Доказательств размещения на счете денежных средств январе 2011г. и последующего их снятия в момент совершения спорной сделки, а также передача именно этих средств продавцам ФИО4 суду не представлена, поскольку в архивах банка такие сведения на момент рассмотрения дела не сохранены, а у ФИО4 какие-либо документы отсутствуют. 

В тоже время ответчик ФИО3 в представленном возражении относительно предъявленных требований, поясняет, что большую часть денежных средств за спорную квартиру внесла именно она, поскольку 26.07.2011г. продала ФИО7 объект незавершенного строительства по адресу: 

<

адрес>, площадью застройки 62,8 кв.м. за 400 000 руб. (л.д.19, т.2).

Денежные средства по данному договору ФИО7 были переданы ФИО3 до момента заключения договора, а право собственности на объект зарегистрировано за ФИО3 в день заключения договора.

ФИО4 указал, что относительно сделки ФИО10 и ФИО7 ему ничего известно не было, а, если она и была, то его бывшая теща на вырученные денежные средства выезжала на отдых, не передавая их ни ему, ни ФИО7, по договору, который заключал с последним он. 

ФИО3 помимо изложенного выше пояснила также, что большая часть денежных средств на приобретение у ФИО4 квартиры у нее имелась, а на недостающую часть суммы 02.05.2024г. был оформлен кредит в размере 267 665,95 руб. в ПАО «Сбербанк» (л.д.248-250, т.1).

Стороны не отрицали, что до совершения указанной сделки ФИО4 фактически выехал из спорной квартиры, поскольку с июня 2023г. между ФИО4 и ФИО1 были прекращены брачные отношения, а ДД.ММ.ГГГГ брак по решению мирового судьи судебного участка № в 

<

адрес> и 

<

адрес> от 18.08.2023г. расторгнут (лд.179-180, т.1).

В августе 2024г. ФИО4 снялся в спорной квартире с регистрационного учета. И на момент совершения сделки, и на сегодняшний момент в спорной квартире проживает бывшая супруга истца ФИО1 и двое несовершеннолетних детей ФИО6 (л.д.215, т.1). 

Обращаясь в суд с требованиями о признании заключенного договора купли-продажи недействительным, ФИО4 пояснял, что совершая оспариваемую сделку, он действительно не намеревался более проживать в данной квартире по причине прекращения брачных отношений и фактического расторжения брака с ФИО1

Однако полагал, что, заключая договор купли-продажи квартиры с матерью бывшей супруги, он фактически осуществляет с бывшей женой раздел совместно нажитого имущества, при котором квартира, оформленная на ФИО3, остается в пользовании бывшей супруги и детей, а у него в пользовании остается автомобиль Тойота Камри приобретенный в период брака и поставленный на регистрационный учет за ФИО1, а впоследствии переоформленный им на свое имя на основании договора купли-продажи, который он написал сам от имени бывшей супруги. 

09.04.2024г. в ГИБДД МО МВД России «Ачинский» зарегистрировано право собственности ФИО4 на данный автомобиль (лд.70, 148, т.1).

Продавая принадлежащий ФИО1 автомобиль (л.д.186, т.1) ФИО4 воспользовался доверенностью от 11.07.2022г., выданной сроком на пять лет и удостоверенной Главой Малиновского сельского совета ФИО11 (л.д.26, т.1), на ведение дел и представительство в судах, а также в органах МВД, прокуратуре и других учреждениях и организациях без права распоряжения имуществом и получения денежных средств за его реализацию.

ФИО4 полагает, что зная о совершенных сделках и фактически соглашаясь с ними, 27.09.2024г. ФИО1 было подано в МО МВД России «Ачинский» заявлений о том, что принадлежащий ей автомобиль Тойота Камри был снят с регистрационного учета неизвестными лицами и продан (л.д.100-102, т.1).

В ходе работы по заявлению ФИО1 сотрудниками полиции было установлено, что супруги ФИО6 находились в браке, который в октябре 2023г. расторгли. После расторжения брака достигли соглашения о том, что автомобиль переходит в собственность ФИО4 (л.д.98, т.1).

Вместе с тем, 16 и 18.09.2024г. ФИО4 также было подано заявление в полицию о том, что его бывшая супруга и ее мать вымогают у него денежные средства (л.д. 160,164, 167, т.1).

Проверяя данные обращения, дознавателем МО МВД России «Ачинский» были получения объяснения от ФИО4, от ФИО1 и ФИО3

Так, ФИО1 18.09.2024г. пояснила в числе прочего, что 04.10.2023г. брак с ФИО4 был прекращен на основании решения суда. О разделе имущества они договорились сами, решив, что спорная квартира отойдет ей и детям, а автомобиль Тойта Камри – бывшему супругу. По договоренности между ФИО3 (покупателем) и ФИО4 (продавцом) квартира за 1 000 000 руб. была продана, закрепив таким образом раздел между ФИО6 недвижимого имущества. В апреле 2024г. ФИО1 увидела также, что на автомобиле Тойта Камри имеются другие номера, поинтересовавшись у ФИО4 о том, почему номера изменены. Узнала, что ФИО4 переписал автомобиль на себя на основании доверенности, которую она ему выдавала еще в 2022г. для участия в суде и представления ее интересов. Поскольку ФИО4 так переоформил автомобиль, однако не передал ей участок в садовом обществе, как они первоначально договаривались, она решила, что автомобиль должен быть предметом раздела имущества в надлежащем порядке и сообщила об этом ФИО4 Впоследствии между ней и ФИО4, а также его сожительницей Диденко О.М. и матерью ФИО3 состоялась встреча, на которой они с матерью предложили ФИО4 передать ФИО1 500 000 руб. и переоформить садовый участок, то есть разделить имущество, которое нажили совместно по справедливости. Однако ФИО4 отказался и обратился в полицию (л.д.-176, т.1).

ФИО3 18.09.2024г. дала сотруднику полиции пояснения в целом аналогичные указанным ФИО1 (л.д.181-182, т.1)

Установив изложенные выше обстоятельства, суд полагает, что оснований для признания сделки не, заключенной между сторонами спора, недействительной не имеется, поскольку ФИО4 намерения проживать в спорной квартире с бывшей супругой не имел и желал распорядится ею с получением определенной денежной суммы за свою долю в данной квартире, приобретенной им в период брака с ФИО1, поэтому и счел возможным и допустимым для себя реализовать свою волю на распоряжение имуществом путем заключения договора ее купли-продажи.

Суд полагает, что, обладая полной дееспособностью, ФИО4 осознавал, какой договор с ответчиком он заключает и каковы его правовые последствия. Оснований полагать, что квартира, которую они с супругой продают матери последней, остается в собственности супруги либо переходит к их совместным детям у него не было и не могло быть при совершении указанной сделки.

Обмана относительно природы сделки, ее существа и правовых последствий у сторон заключаемого соглашения не было, поскольку до совершения данной сделки ФИО4 совершались аналогичные сделки с недвижимостью и он знал и понимал, что передает квартиру в собственность конкретного лица за конкретную оговоренную между ними сумму.

Довод ФИО4 о том, что рыночная стоимость квартиры по состоянию на 03.05.2024г. составляла 4 100 000 руб. (л.д.83, т.1), однако была продана его бывшей теще за 1 000 000 руб., что свидетельствует об обмане со стороны последней, судом при наличии совокупности установленных в настоящем решении обстоятельств отклоняется. 

Более того, в силу положений ст. 421 ГК РФ стороны свободны в заключении договора и с учетом фактических обстоятельств, семейных отношений сторон сделки и сложившихся между ними ранее отношений по приобретению спорной квартиры, не могут быть приняты во внимание как доказательства обмана ФИО4 со стороны ФИО3

Полагать, что совершенная между сторонами спора сделка прикрывала раздел имущества супругов ФИО6 у суда также не имеется, поскольку распоряжение ими совместно нажитым недвижимым имуществом осуществлялась по обоюдному согласию, стороны знали, в какие именно правоотношения они вступают и какие для них они влекут последствия. 

При этом на момент совершения сделки 03.05.2024г. ФИО4 уже достоверно знал, как именно он распорядился автомобилем, приобретенным в период браке и на основании какого именно соглашения, оформленного им самим от своего имени и имени своей супруги и им же подписанным без соответствующих правомочий на распоряжение данным имуществом со стороны супруги.

Таким образом, ни одна из сторон договора купли-проложи от 03.05.2024г. не имела иных намерений при его заключении, кроме как тех, что выражены непосредственно в нем, более того, ФИО3 не могла быть субъектом правоотношений по разделу имущества в принципе и, заключая договор купли-продажи, могла преследовать цель действительно приобрести имущество, в котором проживает ее дочь с внуками для их дальнейшего проживания там либо распоряжения данным имуществом по своему усмотрению.

Более того, совершив рассматриваемую сделку, стороны реально ее исполнили, а истец не сомневался в ее действительности до того момента, когда бывшая супруга не узнала об обстоятельствах и основаниях переоформления им совместного нажитого автомобиля и не потребовала объяснений относительно таковых, а ФИО4, опасаясь возможности признания сделки по распоряжению автомобилем недействительной, обратился в суд с оспариванием сделки по распоряжению им недвижимым имуществом, что свидетельствовать о порочности рассматриваемой сделки также не может.

С учетом изложенного выше, оценив в совокупности все доказательства и обстоятельства оспариваемой сделки по распоряжению квартирой, суд не усматривает оснований для удовлетворения предъявленных требований и отказывает ФИО4 в них в полном объеме. 

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

При подаче иска, цена которого составила 4 100 000 руб. в соответствии с представленной истцом справкой об оценке стоимости спорной квартиры (л.д.33, т.1), государственная пошлина, подлежавшая оплате составляла 52 700 руб. по правилам ст. 333.19 НК РФ.

При этом ответчиком было оплачено 5000 руб. (л.д.5, т.1) и заявлено ходатайство об ее снижении до этой суммы.

Рассмотрев данное ходатайство, судом уплата государственной пошлины в оставшейся сумме 47 700 руб. за рассмотрение предъявленных требований была отсрочена до момента вынесения решения по делу (л.д.2, т.1).

Учитывая изложенное, исходя из того, что в удовлетворении предъявленных требований ФИО4 отказано, суд полагает необходимым взыскать с него недоплаченную сумму государственной пошлины в размере 47 700 рублей в доход бюджета муниципального образования 

<

адрес> края. 

Кроме того, согласно ч.1 ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда (ч.3 ст.114 ГК РФ).

По ходатайству истца определением от 24.10.2024г. в обеспечение исковых требований ФИО4 к ФИО3 было запрещено Управлению Росреестра по 

<

адрес> осуществлять регистрацию права собственности, любого перехода права собственности и иных вещных прав в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, 

<

адрес> кадастровым номером 

<

данные изъяты> (л.д.34, т.1).

Учитывая состоявшееся решение суда, которым в удовлетворении предъявленных ФИО4 требованиях было отказано, суд полагает, что указанные выше обеспечительные меры подлежат отмене при вступлении решения суда в законную силу.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Отказать ФИО4 в удовлетворении требований к ФИО3 о признании сделки купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, 

<

данные изъяты> 

<

адрес>, совершенной между ними ДД.ММ.ГГГГг., недействительной.

Взыскать с ФИО4 в доход бюджета муниципального образования 

<

адрес> края государственную пошлину в сумме 47 700 (сорок семь тысяч семьсот) рублей.

Обеспечительные меры по иску в виде запрета Управлению Росреестра по 

<

адрес> осуществлять регистрацию права собственности, любого перехода права собственности и иных вещных прав в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, 

<

данные изъяты> 

<

адрес> кадастровым номером 

<

данные изъяты> отменить по вступлении решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в 

<

адрес>вой суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ачинский городской суд.

Судья Е.В. Большевых

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.