1-55/2017

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

7 декабря 2017 года город Борзя

Борзинский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Кирсанова О.А., с участием государственного обвинителя – старшего помощника военного прокурора Борзинского гарнизона 

<

данные изъяты> ФИО1, потерпевшего ФИО3 №2, подсудимого ФИО2, защитника - адвоката Шица С.М., при секретаре Мухоряновой Д.С., рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, уголовное дело в отношении бывшего военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО2, родившегося 

<

данные изъяты> 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УК РФ,

установил:

ФИО2, около 22 часов 10 минут 17 апреля 2017 года, в районе 

<

адрес>, в нарушение абз. 1 п. 1.5, п. 2.7, 9.7, 9.9 и 10.1 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090, находясь в состоянии алкогольного опьянения, управляя автомобилем марки «

<

данные изъяты>»), государственный регистрационный знак №, (далее – автомобиль марки «

<

данные изъяты>»), через полосу предназначенную для встречного движения, выехал за пределы проезжей части по направлению своего движения влево, и, не обеспечив постоянного контроля за движением транспортного средства, не приняв мер к снижению скорости, вплоть до остановки автомобиля, и допустил съезд транспортного средства в левый кювет, относительно направления своего движения, и опрокидывание управляемого им автомобиля.

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия, находившемуся в названном автомобиле пассажиру ФИО3 №2 были причинены повреждения в виде тупой закрытой сочетанной травмы головы, груди (туловища) и конечностей, то есть повреждения которые расцениваются в совокупности, как причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни. При этом сочетанная травма тела повлекла смерть ФИО3 №2.

В ходе судебного заседания подсудимый ФИО2 вину в совершении указанного деяния признал, в содеянном раскаялся и показал, что около 20 часов 17 апреля 2017 года он с ФИО3 № 1, находясь у него в гараже в пгт. 

<

адрес>, занимались ремонтом принадлежащего ему автомобиля марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, и совместно употребляли алкоголь. Дальнейшие события он не помнит, поскольку пришел в сознание только в июне 2017 года, находясь в госпитале ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ. Об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия он узнал от родственников, однако он признает, что управлял автомобилем он.

Помимо признания ФИО2 вины, его вина в совершении вышеуказанного деяния полностью подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, потерпевшая ФИО 2 показала, что 17 апреля 2017 года ей сообщили, что её супруг ФИО3 № 1 попал в дорожно-транспортное происшествие и находится в военном госпитале. При этом в вечернее время указанных суток ФИО3 № 1 домой не приезжал и не заходил. 27 апреля 2017 года она совместно с матерью супруга – Свидетель № 1 В.Б. посетила находящегося в ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ ФИО3 № 1, который был в сознании и пояснил, что он и ФИО2 двигались из пгт. 

<

адрес> на автомобиле под управлением ФИО2, он находился на пассажирском месте. При этом во время движения произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого его выбросило из автомобиля. Вечером 4 мая 2017 года ей сообщили о смерти супруга.

Свидетель Свидетель № 1 В.Б. показала, что 18 апреля 2017 года со слов потерпевшей ФИО3 №2, ей стало известно, что в результате дорожно-транспортного происшествия её сын – ФИО3 № 1, получил различные травмы и находится в военном госпитале - филиале № 1 ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ (

<

адрес>). 27 апреля 2017 года она совместно с ФИО3 №2 навещала сына, который уже находился в ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ (

<

адрес>). При этом со слов ФИО3 № 1, находившегося в сознании, ей стало известно, что 17 апреля 2017 года около 22 часов он совместно с ФИО2 двигался в пгт. 

<

адрес> в автомобиле, под управлением последнего. ФИО3 № 1 находился на переднем пассажирском сиденье и в момент дорожно-транспортного происшествия его выбросило из автомобиля через лобовое стекло. 

Из показаний свидетеля Свидетель №2, данных им в ходе предварительного расследования и частично подтвержденном в судебном заседании видно, что 17 апреля 2017 года около 22 часов он, двигаясь на автомобиле по 

<

адрес>, увидел движущийся во встречном направлении со скоростью, по его мнению, не менее 100 км/ч, автомобиль марки «

<

данные изъяты>». При этом в момент, когда расстояние между автомобилями сократилось до 60 м, автомобиль марки «

<

данные изъяты>» резко свернул влево на полосу встречного движения и через данную полосу съехал с дороги в кювет, после чего перевернулся два раза и затем встал на колеса. При этом, в момент второго опрокидывания из указанного автомобиля выбросило человека, как он позднее узнал ФИО2, а когда автомобиль встал на колеса из него через лобовое стекло выбросило еще одного человека - ФИО3 № 1. Подбежав к данному автомобилю, он увидел, что в нем более никого нет, а в салоне находится, в том числе, бутылка водки. Кто управлял автомобилем он не видел. По прибытию скорой помощи ФИО2, находящегося в бессознательном состоянии, транспортировали на носилках, а ФИО3 № 1 сопровождали под руки.

Как показала свидетель Свидетель №5, фельдшер скорой медицинской помощи ГУЗ «Борзинская ЦРБ», 17 апреля 2017 года около 22 часов ей поступил сигнал о дорожно-транспортном происшествии, произошедшем в районе 

<

адрес> По прибытии с водителем Свидетель №4 на место дорожно-транспортного происшествия, она увидела в кювете с правой стороны, относительно движения в сторону пгт. 

<

адрес> автомобиль, имеющий механически повреждения. В ходе осмотра, проведенного совместно с сотрудниками полиции и МЧС, на расстоянии примерно в 10 м по диагонали впереди от левого переднего колеса автомобиля был обнаружен лежащий на земле ФИО3 № 1, который был в сознании, но находился в шоковом состоянии и ничего не мог пояснить. Затем со слов очевидца произошедшего Свидетель №2 ей стало известно, что помимо ФИО3 № 1 из автомобиля выбросило еще одного человека. После чего на расстоянии не менее 20 м от автомобиля по диагонали вправо от заднего правого колеса ими был обнаружен ФИО2, который был в крови и находился бессознательном состоянии. В связи с чем ФИО2 был доставлен ими в военный госпиталь в 

<

адрес>, а ФИО3 № 1 был доставлен в госпиталь на другом автомобиле.

Из оглашенных показаний свидетеля Свидетель №4 видно, что 17 апреля 2017 года около 22 часов Свидетель №5 и он, прибыв на место дорожно-транспортного происшествия, произошедшего на 

<

адрес>, увидели в кювете стоящий автомобиль, имеющий механические повреждения. Слева от переднего левого колеса указанного автомобиля на расстоянии примерно 10 м был обнаружен ФИО3 № 1, находившийся в шоковом состоянии, который не смог пояснить об обстоятельствах произошедшего. Справа от правого заднего колеса был обнаружен ФИО2 в бессознательном состоянии. 

Свидетель Свидетель №3, начальник хирургического отделения филиала № 1 ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ показал, что около 23 часов 17 апреля 2017 года после дорожно-транспортного происшествия в военный госпиталь были доставлены ФИО3 № 1 и ФИО2. При этом ФИО3 № 1, находясь в сознании, сообщил ему, что около 22 часов указанных суток он и ФИО2 возвращались из пгт. 

<

адрес> на автомобиле под управлением последнего, ФИО3 № 1 находился рядом с водителем на переднем пассажирском сиденье. Во время поездки ФИО3 № 1 уснул, в связи с чем подробности дорожно-транспортного происшествия пояснить не мог. Кроме того, при поступлении ФИО2 и ФИО3 № 1 в госпиталь от них исходил запах алкоголя, в связи с чем у обоих была взята кровь для исследования, по результатам которого у ФИО3 № 1 и ФИО2 было установлено состояние алкогольного опьянения.

Как показала свидетель свидетель № 12, около 23 часов 17 апреля 2017 года, в период её дежурства в качестве дежурного врача филиала № 1 ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ, в приемное отделение военного госпиталя поступили с различными травмами военнослужащие войсковой части № ФИО2 и ФИО3 № 1. При этом ФИО3 № 1, находясь в сознании и адекватном состоянии, дал четкие последовательные пояснения об обстоятельствах получения ими травм. Так, со слов ФИО3 № 1 ей стало известно, что он, в качестве пассажира, на автомобиле под управлением ФИО2, двигался по 

<

адрес> В ходе движения автомобиля ФИО3 № 1 уснул и проснулся уже после произошедшего 

<

адрес> дорожно-транспортного происшествия, в связи с чем подробных его обстоятельств ей не пояснил. 

Свидетель Свидетель №6, инспектор ДПС ОГИБДД ОМВД России по Борзинскому району Забайкальского края, показал, что 17 апреля 2017 года около 23 часов он, прибыв на место дорожно-транспортного происшествия, произошедшего вблизи 

<

адрес>, обнаружил в кювете со стороны указанного дома автомобиль марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, имевший значительные механические повреждения. В ходе осмотра было установлено, что данный автомобиль двигался по 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> и резко переместившись со своей полосы движения, через полосу встречного движения съехал в кювет, после чего совершил два опрокидывания. Также осмотром установлено, что на данном участке дороги каким-либо образом видимость, в том числе и по погодным условиям, не была ограничена, дорожное полотно асфальтированное, сухое, без каких-либо выбоин и дефектов. Кроме того, в ходе осмотра не было выявлено следов остановки или попытки торможения водителем указанного транспортного средства, а также предметов и обстоятельств, свидетельствующих о технической неисправности данного автомобиля. При этом он составил схему дорожно-транспортного происшествия, на которой указал расположение автомобиля и направление его движения, а также акт технического состояния указанного транспортного средства. В ходе проводимого им осмотра участников дорожно-транспортного происшествия на месте уже не было, в связи с их госпитализацией. Об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия ему стало известно со слов его очевидца Свидетель №2, который также ему пояснил, что не слышал каких-либо посторонних звуков (взрыв колеса, скрежет) перед съездом автомобиля в кювет.

Как видно из оглашенных показаний свидетеля Свидетель №7, в ночное время 18 апреля 2017 года она проводила ультразвуковое исследование ФИО3 № 1, доставленного в филиал № 1 ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ после дорожно-транспортного происшествия. При этом ФИО3 № 1 об обстоятельствах получения им травм пояснил, что он в качестве пассажира на автомобиле, которым управлял ФИО2, двигался по пгт. 

<

адрес>. При движении автомобиля ФИО3 № 1 уснул, в связи с чем обстоятельств дорожно-транспортного происшествия не помнит, поскольку очнулся лежа на земле уже после произошедшего.

Из оглашенных показаний свидетеля свидетель № 10, начальника травматологического отделения ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ, видно, что 18 апреля 2017 года из филиала № 1 военного госпиталя (

<

адрес>) в ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ поступил ФИО3 № 1 с диагнозом: сочетанная травма головы, груди, живота, конечностей: закрытый внутрисуставной многооскольчатый перелом дистального матаэпифиза левой бедренной кости со смещением отломков, закрытый перелом заднего края большеберцовой кости с разрывом дистального межберцового синдесмоза и подвывихом стопы кнаружи, перелом ребер 2-11 справа, слева 6, 7, 9 со смещением отломков. Указанные травмы и повреждения были получены ФИО3 № 1 17 апреля 2017 года в результате дорожно-транспортного происшествия. Со слов ФИО3 № 1 ему также стало известно, что он с ФИО2, который управлял автомобилем, попал в дорожно-транспортное происшествие, в результате чего автомобиль перевернулся. С 18 по 27 апреля 2017 года ФИО3 № 1 находился в реанимационном отделении, а в последующем был переведен в травматологическое отделение. В период лечения ФИО3 № 1 4 мая 2017 года у последнего произошла остановка сердца. Проведенными реанимационными мероприятиями удалось восстановить сердечную деятельность у ФИО3 № 1, в связи с чем последний был направлен в реанимационное отделение. Вместе с тем, после 19 часов этих же суток у ФИО3 № 1 ухудшилось состояние и вновь остановилось сердце, проведенные реанимационные мероприятия положительного результата не принесли. В связи с чем около 20 часов 5 минут 4 мая 2017 года ему сообщили, что была констатирована смерть ФИО3 № 1. 

Согласно схеме места дорожно-транспортного происшествия от 17 апреля 2017 года, в 22 часа 12 минут указанных суток, автомобиль марки «

<

данные изъяты>»), государственный регистрационный знак №, двигаясь в населённом пункте, вблизи 

<

адрес>, расположенного по 

<

адрес> в пгт. 

<

адрес>, со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>, выехал за пределы проезжей части по направлению своего движения влево, после чего произошел съезд автомобиля на обочину, а затем в левый кювет, относительно направления своего движения, и два опрокидывания.

Как видно из протокола осмотра места происшествия от 17 апреля 2017 года, было осмотрено место дорожно-транспортного происшествия, произошедшего на 

<

адрес> пгт

<

адрес>, и установлено, что проезжая часть горизонтальная, вид дорожного покрытия – асфальтобетон, на всем протяжении 

<

адрес>, каких-либо повреждений (ям, выбоин и т.д.) не обнаружено, дорожное покрытие сухое. Дорога предназначена для двух направлений движения транспорта. На проезжей части нанесена продольная разметка для разделения встречных потоков. При этом на указанной автодороге следов юза и торможения не обнаружено.

Из протокола осмотра места происшествия от 22 июня 2017 года видно, что был осмотрен участок автодороги по 

<

адрес> пгт. 

<

адрес>. При этом установлено, что осматриваемый участок дороги имеет асфальтированное покрытие без каких-либо выбоин, имеет прерывистую дорожную разметку, шириной 0,1 м, которая проходит по центру дорожного полотна. Ширина проезжей части: от правой обочины до разметки составляет - 3,1 м, от левой обочины – до разметки 3,1 м, всего ширина проезжей части составляет 6,3 м. Обочина осматриваемой автодороги имеет покрытие из крупного щебня. Каких-либо дорожных щитов и природных заграждений, ограничивающих видимость на осматриваемой дороге, а также каких-либо знаков, ограничивающих движение транспортных средств на указанном участке автодороги, не имеется.

В соответствии со сведениями, представленными ФГБУ «Забайкальское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды», по данным близлежащей метеорологической станции 

<

адрес>, 17 апреля 2017 года, в период времени с 21 часа до 24 часов наблюдалась облачная, без осадков погода, температура воздуха в 21 час составляла 1,0 градус тепла, максимальная скорость ветра 13 м/с.

Согласно протоколу осмотра от 28 апреля 2017 года, осмотрен автомобиль марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, золотистого цвета, который имеет повреждения кузова (деформацию) аварийного характера. В ходе осмотра изъяты ручка переключения передач и оплетка рулевого колеса. 

В соответствии с протоколом осмотра предметов и постановлением о признании вещественным доказательством от 13 октября 2017 года, осмотрены и признаны в качестве вещественных доказательств по уголовному делу ручка переключения передач и оплетка рулевого колеса.

Как видно из заключения эксперта от 18 сентября 2017 года №, проводившего молекулярно-генетическую экспертизу, в смывах с оплетки руля автомобиля «

<

данные изъяты>», г.р.з. №, (объекты №) выявлена смесь ДНК не менее трех лиц мужского пола. При этом вероятность присутствия ДНК ФИО2 в объектах №, 4, 7 и 9 на оплетке руля составляет от 99,99999999999995% до 99,99999999999998%. ДНК ФИО3 № 1 на оплетке руля указанного автомобиля не обнаружена. Помимо этого, в смывах с головки рычага коробки переключения передач (объекты №) данного автомобиля выявлена смесь ДНК не менее трех лиц мужского пола, где прослеживается наличие сочетания аллелей, присущих ФИО2. Полученные результаты не позволяют подтвердить либо исключить присутствие ДНК ФИО2 в данном объекте. Вместе с тем ДНК ФИО3 № 1 на головке рычага коробки переключения передач указанного автомобиля не обнаружена.

Согласно протоколу осмотра проверки технического состояния транспортного средства от 17 апреля 2017 года, в ходе осмотра автомобиля марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак № каких-либо неисправностей, способствующих совершению дорожно-транспортного происшествия, не установлено.

Из протокола осмотра предметов от 17 августа 2017 года видно, что со специалистом был осмотрен автомобиль марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, золотистого цвета, который имеет повреждения кузова (деформацию) аварийного характера. При этом в ходе осмотра каких-либо неисправностей тормозной системы, а также иных неисправностей, способствующих совершению дорожно-транспортного происшествия, не выявлено. Кроме того, в ходе осмотра изъято левое переднее колесо.

Из заключения эксперта от 7 сентября 2017 года №, проводившего автотехническую экспертизу, видно, что автомобиль марки «

<

данные изъяты>» до момента совершения дорожно-транспортного происшествия наиболее вероятно находился в работоспособном состоянии. При этом механические повреждения переднего левого колеса указанного автомобиля образовались в момент совершения дорожно-транспортного происшествия, в связи с чем вышеуказанные механические повреждения наиболее вероятно не повлияли, как на возникновение и развитие дорожно-транспортного происшествия, так и на управляемость указанного автомобиля в данной дорожно-транспортной ситуации. Кроме того, поскольку механические повреждения переднего левого колёсного узла автомобиля «

<

данные изъяты>» наиболее вероятно возникли в процессе его опрокидывания, то событие дорожно-транспортного происшествия (съезд в кювет и последующее опрокидывание автомобиля) в причинной связи с технической точки зрения с вышеуказанными механическими повреждениями наиболее вероятно не находятся. Согласно схеме происшествия, автомобиль «

<

данные изъяты>» двигается по проезжей части 

<

адрес> в пгт. 

<

адрес> в направлении 

<

адрес> автомобиль «

<

данные изъяты>» изменяет направление движения в сторону левой обочины дороги. При этом схематично по диагонали пересекает проезжую часть, обочину и оказывается в кювете. Затем автомобиль «

<

данные изъяты>» контактирует кузовом с опорной поверхностью местности вблизи дороги, под действием сил инерции преодолевает некоторое расстояние. После чего автомобиль «

<

данные изъяты>» останавливается, где фиксируется на схеме происшествия. При этом водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться требованиями абз.1 п. 1.5, абз.1 п. 2.7 и абз.1 п. 10.1 ПДД РФ.

Согласно протоколу осмотра предметов и постановлению о признании вещественным доказательством от 13 октября 2017 года, осмотрена и признана в качестве вещественного доказательства по уголовному делу история болезни ФИО3 № 1 № из филиала № 1 ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ. Из указанной истории болезни усматривается, что в ходе оказания медицинской помощи ФИО3 № 1 пояснил, что в момент дорожно-транспортного происшествия он находился на пассажирском сиденье автомобиля.

Из копии свидетельства о смерти от 11 мая 2017 года серии № № видно, что ФИО3 № 1 С.А. умер 4 мая 2017 года.

В соответствии с заключением эксперта от 16 августа 2017года №, эксперты, проводившие дополнительную комиссионную судебно-медицинскую экспертизу, указали, что у ФИО3 № 1 при жизни имелась тупая закрытая сочетанная травма головы, груди (туловища) и конечностей: головы - рана лобной области, рана переносья с переходом на лобную область, множественные ссадины лица, гематома нижней губы, множественные гематомы и ссадины волосистой части головы; груди (туловища) - множественные переломы ребер (II-VII ребер по правой среднеключичной линии, X ребра по правой переднеподмышечной линии, XI ребра по правой лопаточной линии; VI-IXребер по левой среднеключичной линии), сопровождавшиеся двусторонним гемотораксом, эмфиземой средостения и мягких тканей правой половины груди; ушиб сердца; множественные ссадины, кровоподтеки и гематомы туловища; живота - кровоизлияние в парапанкреатическую (около поджелудочной железы) клетчатку; конечностей - многооскольчатый внутрисуставной перелом нижней трети и дистального метаэпифиза левой бедренной кости со смещением отломков (с переходом линии перелома через латеральный надмыщелок бедренной кости), сопровождавшийся кровоизлиянием в мягкие ткани; краевой оскольчатый перелом заднего края дистального эпифиза левой большеберцовой кости со смещением, с разрывом дистального межберцового синдесмоза и подвывихом стопы кнаружи; множественные ссадины, кровоподтеки и гематомы верхних и нижних конечностей. При этом переломы ребер и левой нижней конечности, кровоизлияние в парапанкреатическую клетчатку, ушиб сердца и раны у ФИО3 № 1 могли образоваться незадолго до его поступления в филиал №1 ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ 17 апреля 2017 года, на что указывает клинико-морфологическая (гистологическая) картина проявления травматического процесса и динамика его регресса. Местом приложения травмирующего воздействия являлись: область лица; волосистая часть головы; передняя и задняя поверхности груди; области (поверхности) груди (туловища); верхняя треть живота; области верхних и нижних конечностей, в т.ч. нижняя треть левой нижней конечности левой бедренной кости. Переломы ребер и левой бедренной кости, а также кровоподтеки (гематомы) образовались от локального ударного воздействия тупой поверхности твердого предмета, ссадины - в результате трения (или в сочетании с ударом) тупой поверхности (поверхностей) твердого предмета (предметов) либо от взаимодействия под острым углом к поверхности кожи остроугольной или заостренной части (частей) твердого предмета (предметов), что подтверждается морфологической сущностью этих повреждений (переломы, ссадины, гематомы, кровоподтеки) в сочетании с односторонним местом приложения травмирующего воздействия, а также закрытый характер травмы. Перелом заднего края дистального эпифиза левой большеберцовой кости с подвывихом стопы кнаружи образовался по механизму непрямой травмы. Одними из направлений травмирующего воздействия было: на голове (лице) - спереди кзади; на груди и животе - в переднезаднем направлении; на левой нижней конечности - спереди кзади, на что указывает место приложения этого воздействия. Всего тело ФИО3 № 1 подверглось не менее чем 9 травмирующим воздействиям, на что указывает количество (9) мест приложений этих воздействий, расположенных в разных анатомических областях. В рамках рассматриваемых событий имевшиеся у ФИО3 № 1 повреждения являлись составными частями одного травматического процесса (сочетанной тупой травмы тела) и поэтому оцениваются в совокупности, как причинившие тяжкий вред здоровья по признаку опасности для жизни. Кроме того, локализация и механизм образования имевшихся у ФИО3 № 1 повреждений не исключают возможность их причинения при рассматриваемых событиях. При этом по клинико-морфологическим (гистологическим) данным причиной смерти ФИО3 № 1 явилась сочетанная травма тела (множественные переломы ребер, перелом левой бедренной кости и левой большеберцовой кости с разрывом дистального межберцового синдесмоза и подвывихом стопы, ушиб сердца, кровоизлияние в парапанкреатическую клетчатку, множественные раны, ссадины, гематомы и кровоподтеки), сопровождавшаяся двусторонним гемотораксом (скопление крови в плевральной полости), эмфиземой (проникновение и скопление воздуха из поврежденных легких в окружающую клетчатку) средостения и мягких тканей груди, кровопотерей (до 2,0 л) и шоком II степени, осложнившаяся ДВС-синдромом (диссеминированное внутрисосудистое свертывание крови), флеботромбозом (образование тромбов) глубоких вен левой голени с последующим отрывом тромбоэмбола (или тромботических масс) и тромбоэмболией правой легочной артерии (закрытие просвета легочной артерии оторвавшейся частью тромба) и ее мелких ветвей, приведшей к острой легочно-сердечной недостаточности. Имевшаяся у ФИО3 № 1 сочетанная травма привела к летальному исходу, поэтому между полученными повреждениями (сочетанной травмой) и наступлением смерти ФИО3 № 1 имеется прямая причинная связь. У ФИО3 № 1 каких-либо заболеваний (патологических состояний), которые могли привести (способствовать) к наступлению его смерти или развитию осложнений, не имелось. 

Как усматривается из справки о результатах химико-токсикологического исследования от 28 апреля 2017 года № и заключения эксперта от 7 июля 2017 года №, проводившего дополнительную судебную медицинскую экспертизу, при проведении химико-токсикологического исследования крови ФИО2 (дата и время отбора крови ДД.ММ.ГГГГ 23 часа 15 минут) обнаружено 2,40 ‰ этилового спирта, что соответствует средней степени алкогольного опьянения.

В соответствии с заключением судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от 28 июля 2017 года №, проводивших амбулаторную судебно-психиатрическую экспертизу, а также заключением эксперта от 9 октября 2017 года №, проводившего нарколого-психиатрическую судебную экспертизу, ФИО2 каким-либо хроническим психическим расстройством либо иным расстройством душевной деятельности, лишающими его способности понимать и осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими не страдал ранее, в период совершения инкриминируемого ему деяния и не страдает в настоящее время. После получения тяжелой открытой черепно-мозговой травмы (далее - ОЧМТ), сопровождавшейся утратой сознания, ретроатероградной амнезией, ФИО2 находился во временном расстройстве психической деятельности, т.е. не способен производить информацию, касающуюся событий данного периода. При этом ФИО2 по психическому состоянию годен к военной службе, в стационарном обследовании и в применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается. У ФИО2 вследствие полученной тяжелой ОЧМТ в настоящее время имеет место ретроантероградная амнезия, т.е. отсутствие воспоминаний, непосредственно следующих за травмой, а также нарушение памяти о событиях, непосредственно предшествовавших травме. При этом ФИО2 в настоящее время может давать последовательные показания, исключая период после получения тяжелой ОЧМТ, сопровождавшийся длительной утратой сознания, ретроантероградной амнезией, т.е. не способен воспроизводить информацию, касающуюся событий данного периода.

Оценив указанные заключения в совокупности с материалами дела и поведением подсудимого в судебном заседании, суд находит их достоверными, поскольку они полны, научно обоснованы и даны экспертами на основе всестороннего обследования психического здоровья подсудимого, а поэтому, соглашаясь с этими заключениями, признаёт ФИО2 вменяемым.

При этом, оценивая показания свидетеля Свидетель №2, данные им в судебном заседании, о том, что он в ходе его допроса в период предварительного расследования не сообщал о том, что видел как при дорожно-транспортном происшествии из автомобиля при опрокидывании выбросило людей, суд отвергает данные показания, поскольку они опровергаются показаниями данными свидетелем Свидетель №2 в ходе предварительного расследования, а также показаниями свидетелей Свидетель №5 и свидетель № 11, при этом последний показал, что указанные обстоятельства стали известны и были отражены в протоколе со слов Свидетель №2. Помимо этого, судом не установлено нарушений порядка допроса Свидетель №2 в ходе предварительного следствия и обстоятельств для оговора ФИО2 со стороны указанного свидетеля.

Кроме того, суд отвергает показания свидетеля Свидетель №9, который в суде показал, что около 20 часов 17 апреля 2017 года он видел ФИО3 № 1 за рулем автомобиля марки «

<

данные изъяты>», а в качестве пассажира ФИО2, которые подъехали на данном автомобиле во двор 

<

адрес> в пгт. 

<

адрес>, поскольку указанные показания опровергаются показаниями потерпевшей ФИО3 №2, а также свидетелей Свидетель №3, Свидетель № 1, Свидетель №7, Свидетель №8, свидетель № 10 и заключением эксперта (молекулярно-генетической судебной экспертизы) №. Кроме того, Свидетель №9 показал, что видел ФИО3 № 1 управлявшим автомобилем в 20 часов указанных суток, вместе с тем дорожно-транспортное происшествие произошло примерно в 22 часа 10 минут этих же суток. При этом Свидетель №9 показал, что не видел как указанный автомобиль уезжал от названного дома и кто (ФИО2 или ФИО3 № 1) при этом им управлял, что также не свидетельствует об управлении ФИО3 № 1 автомобилем в момент дорожно-транспортного происшествия. 

Таким образом, суд, проанализировав собранные по делу доказательства, в основу приговора кладет показания подсудимого в судебном заседании, потерпевшей ФИО3 №2, свидетелей Свидетель №3, Свидетель № 1, Свидетель №7, Свидетель №8, свидетель № 10, Свидетель №5, Свидетель №4 и Свидетель №6, а также свидетеля Свидетель №2, данных им в ходе предварительного следствия и в суде в части не отвергнутой судом, оснований не доверять которым у суда не имеется, а также иные вышеупомянутые доказательства.

Совокупность приведенных выше доказательств достаточна для обоснования вывода об установлении вины ФИО2 в инкриминируемом ему деянии.

Давая уголовно-правовую оценку содеянному, суд исходит из следующего.

Органами предварительного следствия ФИО2, в том числе, вменялось в вину нарушение п. 10.2 Правил дорожного движения РФ.

Вместе с тем в ходе судебного заседания государственный обвинитель просил суд исключить указанный пункт из объема обвинения, как не нашедший своего подтверждения, поскольку нарушение ФИО2 данного пункта Правил дорожного движения РФ не подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами.

В силу положений ч. 8 ст. 246 УПК РФ государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может изменить обвинение в сторону смягчения.

В соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство производится в пределах предъявленного лицу обвинения.

На основании изложенного суд исключает из объема предъявленного подсудимому обвинения указание на нарушение им п. 10.2 Правил дорожного движения РФ, как не нашедшее своего подтверждения, не изменяя при этом квалификацию совершенного ФИО2 деяния.

Таким образом, содеянное ФИО2, выразившееся в том, что он около 22 часа 10 минут 17 апреля 2017 г., в районе 

<

адрес> в пгт. 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>, в нарушение абз. 1 п. 1.5, п. 2.7, 9.7, 9.9 и 10.1 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, находясь в состоянии алкогольного опьянения, управляя автомобилем марки «

<

данные изъяты>»), государственный регистрационный знак №, через полосу предназначенную для встречного движения, выехал за пределы проезжей части по направлению своего движения влево, и, не обеспечив постоянного контроля за движением транспортного средства, не приняв мер к снижению скорости, вплоть до остановки автомобиля, и допустил съезд транспортного средства в левый кювет, относительно направления своего движения, и опрокидывание управляемого им автомобиля, в результате указанных действий подсудимого, приведших к дорожно-транспортному происшествию, находившемуся в данном автомобиле пассажиру ФИО3 № 1 были причинены повреждения в виде тупой закрытой сочетанной травмы головы, груди (туловища) и конечностей, что повлекло причинение смерти по неосторожности ФИО3 № 1, суд расценивает, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, находящимся в состоянии опьянения, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, и квалифицирует по ч. 4 ст. 264 УК РФ.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2 за совершение преступления, в соответствии с. п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд признает наличие у него малолетнего ребенка, а также раскаяние ФИО2 в содеянном. 

Кроме того, в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд признает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимому за совершение преступления, иные действия подсудимого направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей, выразившиеся в принесении подсудимым извинений потерпевшей, принятые последней. В связи с чем суд при назначении наказания применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Также при назначении вида и размера наказания суд учитывает, что ФИО2 к уголовной ответственности привлекается впервые, в период прохождения военной службы характеризовался положительно.

Учитывая обстоятельства совершенного преступления и степень его общественной опасности, суд не находит оснований для применения к подсудимому положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории совершенного им преступления на менее тяжкую.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ для отбывания наказания в виде лишения свободы подсудимый должен быть направлен в колонию-поселение.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах, суд считает, 

<

данные изъяты>

Другое вещественное доказательство – историю болезни ФИО3 № 1 №, хранящуюся в уголовном деле, согласно ст. 81 УПК РФ, по вступлении приговора в законную силу следует передать в филиал № 1 ФГКУ «321 ВКГ» МО РФ.

Суд считает необходимым избранную в отношении ФИО2 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, до вступления приговора в законную силу, оставить без изменения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307 - 309 УПК РФ, суд

приговорил:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок три года с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок два года.

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять со дня прибытия в колонию-поселение в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной системы, с зачетом времени следования к месту отбывания наказания в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Определить осужденному порядок следования к месту отбывания наказания самостоятельно.

Меру пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Вещественные доказательства – 

<

данные изъяты>

Вещественное доказательство – 

<

данные изъяты>

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Восточно-Сибирский окружной военный суд в течение 10 суток со дня постановления. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции одновременно с подачей апелляционной жалобы либо после извещения его о принесенных другими участниками уголовного судопроизводства жалобе или представления либо получения их копии. 

Председательствующий О.А. Кирсанов