Дело № 2-1305/2020

16RS0042-03-2019-012456-17

Решение

именем Российской Федерации

3 февраля 2020 года город Набережные Челны

Набережночелнинский городской суд Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Багаутдинова К.М.,

при секретаре Кирилловой Г.Е.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Микрофинансовая компания «Деньгимигом» о взыскании убытков, неустойки, судебных издержек,

установил:

ФИО3 (далее-истец) обратилась в суд с иском к ООО «МФК «Деньгимигом» (далее-ответчик) с вышеприведённой формулировкой, указав, что 1 апреля 2018 года между ней и ответчиком заключён договор аренды нежилого помещения, находящегося по адресу: РТ, город .... 16 сентября 2019 года договор аренды расторгнут. В акте сдачи-приёма нежилого помещения от 16 сентября 2019 года она указала об имеющихся недостатках к арендованному помещению, для восстановления которых, согласно экспертному заключению, потребуется 103 186 рублей.

Просит взыскать с ответчика стоимость восстановительного ремонта нежилого помещения в указанном размере, договорную неустойку в размере 39 210 рублей 68 копеек, стоимость услуг эксперта в размере 8 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании, проведённом в режиме видеоконференц-связи, требования иска поддержала в полном объёме, подтвердив вышеизложенные обстоятельства.

Представитель ответчика ООО «МФК «Деньгимигом» ФИО2 в судебном заседании иск не признал, по основаниям, изложенным в возражении на исковое заявление.

Выслушав доводы лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусматривает, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии со статьёй 622 Гражданского кодекса Российской Федерации при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

В силу статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Из материалов дела следует, что 1 апреля 2018 года между истцом и ответчиком заключён договор аренды нежилого помещения, находящегося по адресу: РТ, город ... (л.д.9-14). 

16 сентября 2019 года договор аренды по соглашению сторон расторгнут. В акте сдачи-приёма нежилого помещения от 16 сентября 2019 года истец указала об имеющихся недостатках к арендованному помещению, а именно: внешняя часть здания испорчена воздействием химических веществ при очищении павильона ответчиком, нарушена целостность рекламного фриза из композитного материала (л.д.15).

Истец произвела оценку восстановительного ремонта здания, который, согласно экспертному заключению, составил 103 186 рублей (л.д.21-68).

Оценив собранные по делу все доказательства, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований.

Так, хотя осмотр здания проводился в присутствии представителя ответчика, акт сдачи-приёма нежилого помещения от 16 сентября 2019 года был подписан истцом в одностороннем порядке и направлен ответчику, который был пописан представителем ответчика с оговорками, а именно: помещение передано в соответствии с условиями договора и пунктом 3.4.7 договора аренды (л.д.84), из чего следует, что ответчик не согласился с указанными в акте недостатками.

Кроме того, при буквальном толковании условий заключённого между сторонами договора аренды, ответчик арендовал у истца нежилое помещение общей площадью 12 кв.м., а не здание торгового павильона, что прямо указано в общих положениях договора аренды, согласно которым помещением является предназначенное для использования арендатором для размещения нежилые помещения, расположенные в здании и ограниченные внутренними поверхностями внешних стен, потолочных перекрытий, пола.

Однако в акте сдачи-приёма нежилого помещения от 16 сентября 2019 года указаны лишь внешние повреждения здания, за которые ответчик ответственности не несёт.

Обязанность по возмещению ущерба в полном объёме возложена на ответчика согласно пункту 3.4.13 договора аренды в случае пожара, либо аварии, возникших в арендуемом помещении вследствие несоблюдения правил пожарной безопасности или неправильной эксплуатации помещения, коммуникаций, нарушений правил техники безопасности, санитарных норм. 

Также, согласно пункту 3.3.2 договора аренды арендатор имеет право на размещение офисной таблички с фирменной символикой на входе в арендуемое помещение, согласованной с арендодателем и в соответствии с действующим законодательством.

Из этого следует, что ответчиком правомерно была размещена фирменная символика на входе в арендуемое помещение, что им и было сделано (л.д.86,87).

Ссылка представителя истца на пункт 3.4.4 договора аренды о бережном отношении работников ответчика к помещению, зданию, оборудованию и другому имуществу арендодателя, как на основание для удовлетворения заявленных требований, несостоятельна, поскольку истец в этом пункту прямо разграничивает понятие помещение и здание.

Другие доводы представителя истца не могут быть приняты судом во внимание, поскольку не имеют правового значения.

Таким образом, судом не добыты, а истцом, в соответствии со статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлены допустимые доказательства с достоверностью свидетельствующие о нарушении ответчиком её прав и законных интересов, повлекшие причинение ей убытков, которые бы подлежали возмещению со стороны ответчика.

При таком положении, заявленные истцом требования подлежат отклонению в полном объёме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении иска ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Микрофинансовая компания «Деньгимигом» о взыскании убытков, неустойки, судебных издержек отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Татарстан в течение одного месяца через Набережночелнинский городской суд.

Судья подпись Багаутдинов К.М.

Мотивированное решение суда составлено 3 февраля 2020 года, На момент публикации не вступило в законную силу