Дело № 2-442/2020

Решение

 суда в окончательной форме изготовлено 08 июля 2020 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Верхняя Пышма 03 Июля 2020 года

Верхнепышминский городской суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи – Мочаловой Н.Н.

при секретаре – Полянок А.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО4 о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО4 о признании завещания от 31.07.2019, составленного ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, удостоверенного нотариусом города Верхняя Пышма Свердловской области ФИО8, недействительным.

В обоснование своих требований ссылаются на то, что ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО3. После его смерти осталось наследство в виде ? доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, собственником которой ФИО3 являлся, на основании договора дарения, зарегистрированного в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области, 03.03.2014. Наследниками по закону первой очереди, в соответствии со ст.1142 Гражданского кодекса Российской Федерации, являются: дочь ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, дочь ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В течение установленного законом шестимесячного срока они обратились в нотариальную контору г. Верхняя Пышма Свердловской области с заявлением о принятии наследства, оставшегося после смерти ФИО6 От нотариуса ФИО8 стало известно о том, что 31.07.2019 ФИО3 составил завещание, согласно которому, все имущество, которое ко дню его смерти будет ему принадлежать, он завещает своей сожительнице ФИО4.

Считают, что вышеуказанное завещание является недействительным, совершенное с нарушением требований действующего законодательства, так как в момент его составления ФИО3 хотя и являлся дееспособным, но находился в момент составления завещания в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими. ФИО3 являлся инвалидом, на протяжении двадцати лет злоупотреблял спиртными напитками. Находясь в состоянии алкогольного опьянения становился агрессивным, неоднократно привлекался к ответственности за нарушение общественного порядка в состоянии алкогольного опьянения и нанесения телесных повреждений в 2018 году своей материи ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Находясь в трезвом состоянии, ФИО3 также вел себя странно. Поведение ФИО6 свидетельствовало о том, что в последний год жизни его психическое состояние ухудшилось. Возможно, он состоял на учете у врача- нарколога, неоднократно находился на стационарном лечении в ГАУЗ СО «Верхнепышминская ЦГБ им. П.Д. Бородина». В 2019 году были случаи, когда ФИО3 не узнавал свою дочь ФИО1, обвинял ее в хищении кошелька,, говорил о своей матери как о живой. Известны случаи, когда ФИО3 на несколько минут терял сознание, без каких-либо видимых причин, и отвечал, что не знает почему так происходит. ФИО3 жаловался на то, что испытывает чувство страха, причину не называл. Были замечены также случаи заторможенности мышления и сознания ФИО6, он долго выстраивал формулировки предложений, терял память, несколько раз повторял одни и те же вопросы, несмотря на то, что ответы на них уже получал.

С учетом вышеуказанных обстоятельств, считает, что составленное ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ, завещание, должно быть признано недействительным, в силу ч.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации, как сделка, совершенная гражданином хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Определением Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 02.03.2020, по данному гражданскому делу было назначено производство комплексной судебной психолого- психиатрической посмертной экспертизы, проведение которой поручено Областному государственному учреждению здравоохранения - Свердловской областной клинической психиатрической больнице. 

По возвращении гражданского дела из вышеуказанного экспертного учреждения с заключением комплексной судебной психолого- психиатрической посмертной экспертизы, определением суда от 16.06.2020, производство по делу возобновлено, с назначением судебного заседания на 03.07.2020.

Истцы: ФИО1, ФИО2 в судебное заседание не явились, хотя о времени, дате и месте судебного разбирательства были извещены надлежащим образом, судебными повестками, направленными посредством почтовой связи, а также публично, путем заблаговременного размещения информации на официальном интернет- сайте Верхнепышминского городского суда Свердловской области, в соответствии со ст.ст.14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации». 

Истец ФИО1, и в качестве представителя истца ФИО2, действуя на основании нотариально удостоверенной доверенности № № от 25.10.2019, нотариально удостоверенной доверенности № от 15.01.2020, просила рассмотреть данное гражданское дело в ее отсутствие, с участием представителя ФИО7, представив суду письменное заявление.

С учетом требований ч.1 ст.48, ч.3, ч.5 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, мнения лиц, участвующих в деле, и присутствовавших в судебном заседании, суд счел возможным, и рассмотрел данное гражданское дело в отсутствие истцов, с участием представителя ФИО7 (ордер № от 03.07.2020).

В судебном заседании представитель истца – ФИО7, допущенная к участию в деле в порядке ч.5 ст.53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (в интересах ФИО1), и действующая на основании нотариально удостоверенной доверенности № от 15.01.2020 (в интересах ФИО2), исковые требования поддержала в полном объеме. По обстоятельствам дела дала объяснения, аналогичные – указанным в исковом заявлении, и данным в ранее состоявшихся судебных заседаниях. Просила признать завещание от 31.07.2019, составленное ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, удостоверенное нотариусом города Верхняя Пышма Свердловской области ФИО8, недействительным.

Ответчик ФИО4, с участием представителя ФИО9, действующего на основании доверенности от 06.02.2020, в судебном заседании исковые требования не признала. Дала объяснения, аналогичные – указанным в письменном отзыве на исковое заявление, ссылаясь на то, что в судебном заседании не установлено, и истцом не доказано, что ФИО3, на момент составления завещания (31.07.2019) находился в таком состоянии, которое не позволяло бы ему осознавать значение своих действий и руководить ими. Материалы дела таких доказательств не содержат. Из заключения судебной психолого-психиатрической посмертной экспертизы, однозначных выводов об указанных обстоятельствах, не следует. Показаниями свидетелей, считала, психическое состояние ФИО6, на момент составления завещания, не может подтверждаться, так как требует специальных познаний в области медицины, заключением экспертов такое состояние ФИО6, не установлено. При удостоверении завещания нотариусом ФИО8, дееспособность ФИО6 была проверена, и сомнений у нотариуса не вызвала. Просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Третье лицо – ФИО22 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился. Суду пояснил, что ФИО6, при жизни, видел редко. Последний раз видел его зимой 2019 года. Ему известно, что ФИО3 выпивал по пятницам, в сильно пьяном состоянии видел его один раз, при этом, ФИО22 находился в памяти. ФИО3, несмотря на указанные обстоятельства, всегда был адекватным.

Третьи лица: ФИО20, ФИО21, нотариус ФИО8, в судебное заседание не явились, хотя о времени, дате и месте судебного разбирательства были извещены надлежащим образом, судебными повестками, направленными посредством почтовой связи, а также публично, путем заблаговременного размещения информации на официальном интернет- сайте Верхнепышминского городского суда Свердловской области, в соответствии со ст.ст.14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации». 

В материалах дела имеются письменные заявления третьих лиц, в которых они просят рассмотреть данное гражданское дело в их отсутствие.

С учетом требований ч.ч.3,5 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, мнения лиц, участвующих в деле и присутствовавших в судебном заседании, суд счел возможным, и рассмотрел данное гражданское дело в отсутствие неявившихся в судебное заседание третьих лиц.

Изучив исковое заявление, выслушав представителя истцов, ответчика, его представителя, третье лицо, допросив свидетелей (в судебном заседании 02.03.2020), исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. ст. 1118, 1119, 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации, завещание должно быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме, лично. Завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, он не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении завещания. Завещание является односторонней сделкой, к нему применяются общие правила об условиях действительности сделок, о порядке признания их недействительными. Действительность завещания определяется на момент его составления.

Согласно ст. 1120 Гражданского кодекса Российской Федерации, завещатель вправе совершить завещание, содержащее распоряжение о любом имуществе, в том числе о том, которое он может приобрести в будущем. Завещатель может распорядиться своим имуществом или какой-либо его частью, составив одно или несколько завещаний.

В соответствии со ст. 1124, 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом, на нем должны быть указаны место и дата его удостоверения, оно должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом, в последнем случае до подписания завещание должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса, и собственноручно подписано. При удостоверении завещания нотариус обязан разъяснить завещателю содержание ст. 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации и сделать об этом на завещании соответствующую надпись.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о смерти, выданным ДД.ММ.ГГГГ, отделом ЗАГС г. Верхняя Пышма, Свердловской области. 

При жизни, ФИО3, являлся собственником ? доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение: квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> (дата регистрации права: 03.03.2014).

Наследниками первой очереди по закону, после смерти ФИО6, умершего ДД.ММ.ГГГГ, являются: ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (дочь), обратившаяся с заявлением к нотариусу о принятии наследства, 12.11.2019; ФИО2 (дочь), ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратившаяся к нотариусу с заявлением о принятии наследства, 20.01.2020.

Наследником по завещанию, после смерти ФИО6, умершего ДД.ММ.ГГГГ, является ФИО4, обратившаяся к нотариусу с заявлением о принятии наследства, 03.02.2020.

Как следует из имеющегося в материалах наследственного дела завещания от 31.07.2019, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

данные изъяты>, данным завещанием распорядился: все его имущество, какое на момент смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы оно ни заключалось и где бы не находилось, он завещает ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Из п.2 данного завещания следует, что природа, характер и правовые последствия совершения настоящего завещания, а также содержание ст. 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации о круге лиц, имеющих право на обязательную долю в наследстве независимо от настоящего завещания, и размере причитающихся им долей, нотариусом разъяснены и поняты. 

Данное завещание удостоверено ФИО8, нотариусом нотариального округа город Верхняя Пышма, Свердловской области. Как следует из завещания, содержание ст. 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации, завещателю разъяснены, нотариусом. Содержание завещания соответствует волеизъявлению завещателя. Завещание записано со слов завещателя. Завещание полностью прочитано завещателем до его подписания. Завещание полностью прочитано нотариусом вслух для завещателя до подписания. Личность завещателя установлена, дееспособность его проверена. Завещание собственноручно подписано завещателем в присутствии нотариуса.

Из письменных объяснений нотариуса ФИО8, нотариуса нотариального округа Верхняя Пышма, Свердловской области следует, что 31.07.2019 она удостоверила завещание от имени ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Завещание удостоверялось на дому, по адресу: 

<

адрес>, в связи с тем, что завещатель не мог самостоятельно явиться в нотариальную контору (справка ГАУЗ СО Верхнепышминская ЦГБ им. П.Д. Бородина» от 24.07.2019, представлена). В ходе беседы было установлено, что ФИО4, является его «гражданской женой», вместе они очень давно, но официально брак не зарегистрирован, ближе, чем она у него никого нет. На вопрос о детях ФИО3 пояснил, что у него есть две дочери, с которыми он не общается и уже давно не поддерживает никакие отношения. По выражению ФИО6 «они от него отказались». ФИО3 очень четко формулировал свои мысли, отвечал на задаваемые вопросы, рассказывал о своем диагнозе, детях, Вере Николаевне. Завещание ФИО3 подписывал самостоятельно. Согласно вышеуказанной справке, наркотические лекарственные препараты по медицинским показаниям ему не назначались. Сомнений в дееспособности завещателя, не возникало. Нотариус ФИО8 указала, что требования о признании завещания недействительным, считает необоснованным.

В материалах дела имеется справка врача – психиатра ГАУЗ Свердловской области «Верхнепышминская центральная городская больница им. П.Д. Бородина», согласно которой, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на диспансерной учете у психиатра, нарколога, не состоит.

Согласно выводам заключения посмертной амбулаторной комплексной психолого – психиатрической судебной экспертизы от 30.04.2020 №, подготовленной комиссией экспертов ГБУЗ Свердловской области «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница», у ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ имелось психическое расстройство неуточненное. Об этом свидетельствует то, что у ФИО6 

<

данные изъяты> 

При этом, по представленным материалам невозможность уточнить, когда началось психическое расстройство и выявлялось ли оно к моменту исследуемой юридической ситуации. 

Из выводов вышеуказанного заключения, в части ответа на поставленный вопрос: имелись ли у ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения: 

<

данные изъяты>, которые могли бы оказать существенное влияние на смысловое восприятие и оценку существа сделки по составлению завещания по распоряжению принадлежащим ему имуществом? Способен ли был ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, к осознанному принятию решения на совершение сделки, врач – психолог, в пределах своей компетенции, ответил, что по представленным материалам дела установить выраженность и стойкость нарушений психических процессов, у ФИО6, на юридически значимую дату, не представляется возможным.

Из совместных выводов судебно – психиатрических экспертов и эксперта – психолога, и в качестве ответа на вопрос № 3 следует, что экспертная комиссия пришла к выводу о том, что поскольку по имеющейся медицинской документации оценить выраженность и стойкость когнитивных нарушений у ФИО6 в юридически значимый период невозможно, описания участников процесса не восполняют этого недостатка, поэтому однозначно ответить на вопрос мог ли он понимать значение своих действий и руководить ими, на момент составления завещания 31.07.2019, не представляется возможным. 

Таким образом, оценив все доказательства по делу, в их совокупности, на основе полного, объективного, всестороннего и непосредственного исследования, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1, ФИО2, в силу следующего.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать обстоятельства на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Как следует из присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" следует, что сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных Гражданским кодексом Российской Федерации требований.

Из предмета исковых требований ФИО1, ФИО2 следует, что обратившись в суд с вышеуказанными исковыми требованиями, истцы просят признать недействительным завещание, составленное ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

данные изъяты>, по основаниям, предусмотренным ч.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь на то, что составляя данное завещание (31.07.2019), ФИО3 находился в таком состоянии, в силу которого, не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Между тем, вышеуказанные исковые требования и доводы истцов, своего подтверждения в судебном заседании не нашли.

В соответствии с ч.1 ст. 177 Гражданского кодекса российской Федерации, сделка может быть признана судом недействительной по иску лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения, только в случае, если такая сделка совершена гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. 

Юридически значимыми обстоятельствами, в таком случае, являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В судебном заседании обстоятельств, в силу которых, наследодатель по своему психическому состоянию, при составлении и подписании завещания (31.07.2019) не понимал бы значение своих действий и не мог бы руководить ими, и имел бы такое психическое расстройство (степень его тяжести, степень имеющихся нарушений интеллектуального и (или) волевого уровня), которое не соответствовало бы волеизъявлению наследодателя, не установлено. 

В подтверждение заявленным исковым требованиям, истцами представлены показания свидетелей: ФИО15, ФИО16

Однако, свидетельскими показаниями, в данном случае, могли быть установлены только факты, свидетельствующие об особенностях поведения наследодателя, о совершаемых им поступках, действиях и об отношении к ним, что фактически и следует из показаний вышеуказанных свидетелей. 

Показания свидетеля ФИО15 о том, что ФИО3 то здоровался с ней, то не здоровался, был агрессивным в состоянии алкогольного опьянения, вел себя нехорошо, не кормил свою мать, которая на него ругалась, и показания свидетеля ФИО16 о проявляемой агрессии ФИО16 в период их совместного проживания (с 1933 по 1995 г.г.), злоупотребления спиртными напитками, нанесение ей побоев, и т.п., указывают лишь на поведение ФИО6, и его особенности, и правового значения для разрешения вышеуказанных исковых требований, не имеют. 

Не могут быть оценены, с правовой точки зрения (для разрешения заявленных исковых требований со ссылкой на ч.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации) показания указанных свидетелей и о иногда проявлявшемся неадекватном поведении ФИО6 (разговоров с умершей матерью, наличия страхов и т.п.), поскольку оценка психического (психологического) состояния лица, для определения наличия волеизъявления наследодателя, на момент составления завещания, может быть дана только специалистами в области медицины (психиатрии и психологии).

Установление, на основании указанных свидетелями обстоятельств, и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми, как правило, свидетели, не обладают.

Как указывалось выше, в ходе судебного разбирательства по делу, по ходатайству истцов, определением суда от 02.03.2020, по данному гражданскому делу, было назначено производство комплексной судебной психолого- психиатрической посмертной экспертизы, проведение которой поручено экспертам Областного государственного учреждению здравоохранения - Свердловской областной клинической психиатрической больнице. На разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы:

Страдал ли при жизни ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения каким –либо психическим заболеванием, если страдал, то каким именно, с какого времени? 

Какой был определен ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения диагноз? Имелась ли у ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения какая-либо форма психического расстройства (органическое расстройство личности, деменция, шизофрения, умственная отсталость и др.), какой степени, на момент 31.07.2019 (дата составления завещания)?

Имелись ли у ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения: индивидуально-психологические особенности (в том числе, обусловленные психическим расстройством: нарушения смысловой оценки ситуации и самооценки; снижения способности к контролю собственных действий; нарушения адекватного прогноза непосредственных результатов совершения сделки и оценки ее отдаленных последствий), которые могли бы оказать существенное влияние на смысловое восприятие и оценку существа сделки по составлению завещания по распоряжению принадлежащим ему имуществом? Способен ли был ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, к осознанному принятию решения на совершение сделки (по составлению завещания) по распоряжению принадлежащим ему имуществом? 

Мог ли ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения умерший ДД.ММ.ГГГГ понимать значение своих действий и руководить ими, на момент составления завещания (31.07.2019).

При ответе на поставленные судом вышеуказанные вопросы, экспертная комиссия, подробно исследовав медицинскую документацию, материалы данного гражданского дела, в том числе, объяснения сторон, показания свидетелей, пришла, в представленном суду заключении посмертной амбулаторной комплексной психолого – психиатрической судебной экспертизы, выводу о том, что поскольку по имеющейся медицинской документации оценить выраженность и стойкость когнитивных нарушений у ФИО6 в юридически значимый период невозможно, описания участников процесса не восполняют этого недостатка, поэтому однозначно ответить на вопрос мог ли он понимать значение своих действий и руководить ими, на момент составления завещания 31.07.2019, не представляется возможным. 

В силу части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение эксперта оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 названного кодекса. 

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и оцениваются в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). 

Оценивая, с учетом приведенных выше норм закона, правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, заключение посмертной амбулаторной комплексной психолого – психиатрической судебной экспертизы, в совокупности с другими доказательствами по делу, в том числе, объяснениями сторон, показаниями свидетелей, допрошенных в судебном заседании (02.03.2020), как на стороне истцов, так и на стороне ответчиков, письменными документами, в том числе медицинскими, имеющимися в материалах дела, у суда отсутствуют основания не доверять вышеуказанному заключению экспертов, которые также, при подготовке заключения, исследовали как объяснения сторон, показания свидетелей, так медицинские и другие письменные материалы дела, в экспертном заключении дан клинический анализ представленным материалам и медицинской документации, из которого следует, что ФИО3, исходя из материалов дела, злоупотреблял спиртными напитками, о чем также сообщали стороны и свидетели, однако критериев, достаточных для диагностики синдрома зависимости от алкоголя, в соответствии с МКБ-10 в представленных материалах не описано, такие данные отсутствуют. Что касается указания истцов и части свидетелей, которые описывают у ФИО6 эпизоды дезориентировки, снижения памяти, замедления темпа мышления, то данные о том, что эти нарушения были стойкими и не были связаны с эпизодами употребления спиртных напитков, отсутствуют. При этом, исходя из объяснений ответчика и свидетелей: ФИО17, ФИО18, допрошенных по ходатайству ответчиков, указанные лица, нарушений памяти, и других проявлений, в том числе, нарушений мышления, у ФИО6, не отмечают. 

Так, ответчик ФИО4 в судебном заседании пояснила, что до самой смерти ФИО3 находился в здравом уме и памяти, которую постоянно тренировал, разгадывая кроссворды, всегда ее узнавал, размышлял здраво, странности в его поведении она не замечала. Аналогичного содержания даны показания свидетелями: ФИО17, ФИО18 

Из письменных объяснений нотариуса ФИО8, удостоверившей завещание (от 31.07.2019) следует, что в ходе беседы, перед подписанием завещания, ФИО3 очень четко формулировал свои мысли, отвечал на задаваемые вопросы, рассказывал о своем диагнозе, детях, Вере Николаевне. Завещание ФИО3 подписывал самостоятельно. Согласно медицинской справке, наркотические лекарственные препараты по медицинским показаниям ему не назначались. Сомнений в дееспособности завещателя, у нотариуса не возникало.

Из выводов экспертного заключения следует, что хотя по данным медицинской документации в период, приближенный, но последующий, после юридически значимой даты (после 31.07.2019), у ФИО6 выявлялось снижение памяти, эмоциональная измененность, зависимость от внешнего ухода, между тем, динамика ухудшения его психического состояния, не ясна, развернутое описание обстоятельств снижения памяти, отсутствует, что не позволяет уточнить выраженность нарушений В юридически значимую дату, нотариусом, у ФИО6 каких-либо изменений со стороны познавательных и эмоционально – волевых процессов, не описывалось. По показаниям участников процесса, свидетелей, и снижении памяти, трудностей на уровне экспрессивной речи, наличие субъективных переживаний, проявления чувства страха на период, предшествующий сделке, установить динамику и стойкость нарушений психических процессов также невозможно, ввиду того, что не ясно наличие или отсутствие алкогольного опьянения у ФИО6 в периоды, когда указанные изменения у него наблюдались. Признаков повышенной внушаемости, пассивной подчиняемости, применительно к юридически значимому событию, у ФИО6 про данным представленных материалов дела, не выявлено.

С учетом вышеуказанных обстоятельств и доказательств, их подтверждающих, оценка которым дана судом в соответствии с ч.ч.3,5 ст.67, ч.ч.1,2 ст.71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правовых оснований для признания завещания недействительным, по указанным истцами в исковом заявлении вышеуказанным доводам, не имеется. Вышеуказанные доводы истцов, своего подтверждения, с достоверностью, в судебном заседании не нашли, достаточных доказательств данным доводам, не представлено, и такие доказательства в материалах дела отсутствуют. 

Принимая решение по данному гражданскому делу, суд учитывает положения ч.1 ст.68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой, в случае, если сторона, обязанная представлять доказательства заявленным требованиям, не представляет суду таких доказательств, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны, и представленными ей доказательствами.

Поскольку истцы, обратившись в суд с вышеуказанными исковыми требованиями, доказательств им не представили, суд обосновывает свои выводы имеющимися в материалах дела доказательствами, опровергающими доводы истцов, оценка которым дана в соответствии с ч.ч.3,5 ст.67, ч.ч 1,2 ст.71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны, согласно ч.1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, произведенные истцами судебные расходы по уплате государственной пошлины взысканию с ответчиков не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 12,67, ч.1 ст.68, ст.ст.194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО4 о признании завещания недействительным, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке, в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда, в течение месяца, со дня изготовления решения суда в окончательной форме, через Верхнепышминский городской суд Свердловской области.

Судья Н.Н. Мочалова