Дело № 2-1362/2025 

59RS0027-01-2025-002159-75 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

город Кунгур Пермский край 17 июня 2025 года

Кунгурский городской суд Пермского края в составе:

председательствующего судьи Зыковой Е.И.,

при секретаре Суминой С.Н., 

с участием представителя истца – ФИО7, действующей на основании доверенности,

ответчика ФИО1, 

представителя ответчика – ФИО11, действующего на основании доверенности,

прокурора ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей ФИО1, ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО5, просит компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 200 000 руб. в свою пользу, в пользу детей по 100 000 руб. каждому (с учетом уточнения исковых требований).

Заявленные требования истец обосновывает тем, что истец и ответчик состояли в браке, в 2021 году отношения в семье испортились. С 2021 года по 20.06.2022 между истцом и ответчиком периодически возникали ссоры, в ходе которых ответчик применял к истцу насилие, систематически наносил ФИО3 удары по голове, рукам и ногам, истязал ее в присутствии детей. Со стороны ФИО2 по отношению к ФИО3 имели место истязания, так как на протяжении определенного периода времени истцу наносились удары с достаточной силой, в том числе и твердыми предметами по различным частям тела. 20 июня 2022 года ФИО5 в ходе ссоры хватал ФИО9 за волосы, дергал из стороны в сторону, причинив физическую боль, после чего взял в руки кухонный нож и удерживая ФИО9 за волосы, приставляя нож к горлу, высказал в ее адрес угрозы убийством, после чего нанес несколько ударов кулаками по голове и лицу. Приговором мирового судьи судебного участка № 4 Кунгурского судебного района Пермского края от 26.08.2022, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, по уголовному делу № 1-24/2022 ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 119 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание в виде обязательных работ на срок 180 часов. При определении компенсации морального вреда в пользу несовершеннолетнего ФИО1, истец просит учесть: индивидуальные особенности ребенка, несовершеннолетний возраст, является ребенком ОВЗ, ему необходим индивидуальный подход и противопоказаны стрессовые ситуации. В отношении несовершеннолетней ФИО3 просила учесть, что она являлась малолетней, после преступления совершенного в отношении истца страдает эмоциональным напряжением, беспокойством, страхами. В центре переживаний ребенка – негативные ожидания и предчувствия относительного угроз со стороны отца. Иногда тревожность принимает форму навязчивых мыслей, фобий, панических атак, ночных кошмаров.

Истец в судебном заседании участия не принимала, извещена надлежащим образом, доверила представлять свои интересы представителю ФИО10, которая в судебном заседании настаивала на удовлетворении исковых требований, с учетом их уточнения.

Ответчик, его представитель ФИО11, в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражали.

Суд, заслушав пояснения сторон, показания свидетелей, исследовав представленные материалы уголовного дела № 1-24/2022, медицинские документы в отношении ФИО3, ФИО1, ФИО4, изучив и оценив представленные доказательства, находит исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно статье 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Из статьи 12 ГК РФ следует, что защита гражданских прав может осуществляться путем компенсации гражданину морального вреда. 

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно положениям статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Судом установлено:

ФИО3, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей ФИО1, ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО5, просит компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 200 000 руб. в свою пользу, в пользу детей по 100 000 руб.

Как следует из материалов дела, приговором мирового судьи судебного участка № 4 Кунгурского судебного района Пермского края от 26.08.2022, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, ФИО5 признан виновным в совершении угрозы убийством в отношении ФИО3, когда имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, а именно за то, что 20.06.2022 года около 01 часа 00 минут по адресу: 

<

адрес>, на почве личных неприязненных отношений, учинил ссору со своей женой ФИО3, в ходе которой высказывал в ее адрес угрозы убийством, и создавая впечатление реальности приведения угроз в исполнение, умышленно схватил ФИО9 за волосы и с силой стал дергать в разные стороны, причиняя физическую боль, после чего ФИО5, продолжая свои преступные действия, взял за руки кухонный нож и удерживая ФИО9 за волосы, подставил лезвие ножа к горлу ФИО3, продолжая высказывать угрозы убийством и удерживая ее за волосы, завел с летней кухни в комнату дома, где через некоторое время, не желая прекращать свои преступные действия ФИО5 умышленно, причиняя физическую боль, стал хватать ФИО9 за руки при этом сильно сжимать их, с применением физической силы уронил ее на пол, при этом ФИО3 ударялась ногами об пол, затем ФИО5 умышленно нанес ФИО3 несколько ударов кулаками по голове и лицу, а также соударил головой о стену. В результате своих противоправных действий ФИО5 причинил ФИО3 физическую боль, а также телесные повреждения в виде кровоподтеков и ссадин на голове, верхних и нижних конечностях, которые согласно заключению судебно-медицинского эксперта, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (л.д. 7-19).

Приговор вступил в законную силу 19.10.2022. 

Из изученных в ходе рассмотрения дела медицинских документов установлено 08.07.2022 ФИО3 обращалась к врачу неврологу в ГБУЗ ПК «Кунгурская больница» в связи с избиением мужа 20.06.2022. Выставлен диагноз: восстановительный период СГМ от 20.06.2022, астеновегетативный синдром. ФИО3 направлена на КТ головного мозга, по результатам которого 15.07.2022 выявлены умеренно выраженный остеохондроз, спондилоартроз отдела позвоночника, а также преимущественно задней протрузии диска, с центрально-левобоковой грыжей диска поперечными размерами х см, с КТ-признаками секвестрации и умеренно-выраженными признаками сдавления дурального пространства.

При приёме у врача невролога 13.07.2022 и 29.07.2022 ФИО3 предъявляла жалобы на головную боль, боль в шее ВАШ до 16, снижение концентрации внимания. Выставлен диагноз: восстановительный период СГМ от 20.06.2022, астеновегетативный синдром.

23.09.2022 ФИО3 предъявляла жалобы врачу-неврологу на головную боль после физического, психоэмоционального напряжения, ВАШ до 3б, купирует НПВП. Выставлен диагноз: последствия ЗЧМТ (СГМ от 20.06.2022), затянувшаяся невротическая реакция, цефалгический синдром.

14.12.2022 ФИО3 обращалась к терапевту с жалобами на слабость и головные боли, вялость, в анамнезе указаны последствия травмы головы. Выставлен диагноз: СВД по смешанному типу (л.д. 159-166).Более до 22.04.2025 сведений об обращении ФИО3 в больницу за медицинской помощью не установлено, иного из медицинских документов не следует.

Истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 200 000 руб.

При обосновании требований, истец указывает, что с 2021 года по 20.06.2022 между ней и ответчиком периодически возникали ссоры, в ходе которых ответчик применял к истцу насилие, систематически наносил удары по голове, рукам и ногам, истязал ее в присутствии детей. Со стороны ФИО2 по отношению к ней имели место истязания, так как на протяжении определенного периода времени наносились удары с достаточной силой, в том числе и твердыми предметами по различным частям тела.

Как следует из показаний свидетеля ФИО12, допрошенной в ходе судебного заседания, ее дочь ФИО3 после причинения ответчиком телесных повреждений испытывала головные боли, нервное потрясение, ей пришлось уехать в другой город с детьми, поскольку она опасалась за свою жизнь, после проживала с детьми у свидетеля.

Суд в ходе рассмотрения дела, полагает согласиться с позицией истца о взыскании в ее пользу компенсации морального вреда частично, за действия совершённые ответчиком 20.06.2022. При этом исходит из того, что объективных доказательств, свидетельствующих о том, что до 20.06.2022 ФИО3 наносились телесные повреждения (побои), истязания (указанных ФИО3 в качестве оснований для иска) ответчиком, в материалах дела не имеется.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2020 № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», разрешая по уголовному делу иск о компенсации потерпевшему причиненного ему преступлением морального вреда, суд руководствуется положениями статей 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, в соответствии с которыми при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать характер причиненных потерпевшему физических и (или) нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, степень вины подсудимого, его материальное положение и другие конкретные обстоятельства дела, влияющие на решение суда по предъявленному иску. Во всех случаях при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Если судом установлены факты противоправного или аморального поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, то эти обстоятельства учитываются при определении размера компенсации морального вреда.

Согласно части 4 статьи 61 ГПК РФ, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Из Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункт 14).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе, при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 17).

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (пункт 18).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28).

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30).

Разрешая требования истца о возмещении морального вреда суд исходит из того, что совершенное ФИО2 сложившаяся ситуация связана с сильными внутренними переживаниями для ФИО3

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер и объем причиненных истцу нравственных страданий, обстоятельства причинения морального вреда, степень вины ответчика в причинении вреда, принятие мер к заглаживанию вреда (оплата 10000,00 руб.), принесение извинений, а также требования разумности и справедливости, в соответствии с которыми суд определяет к взысканию компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб. Оснований для большего размера компенсации морального вреда судом не установлено.

Кроме того, истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда в пользу несовершеннолетних детей по 100 000 руб. каждому. В обоснование данных требований, истец указывает, что дети являлись свидетелями побоев наносимых ФИО2 – ФИО3, данные ситуации негативно отразились на их психологическом здоровье. ФИО15 является ребенком ОВЗ, ему необходим индивидуальный подход и противопоказаны стрессовые ситуации. ФИО13 являлась малолетней, после преступления совершенного в отношении истца страдает эмоциональным напряжением, беспокойством, страхами. В центре переживаний ребенка – негативные ожидания и предчувствия относительного угроз со стороны отца. Иногда тревожность принимает форму навязчивых мыслей, фобий, панических атак, ночных кошмаров.

Разрешая заявленные требования в указанной части, суд приходит к следующему выводу.

Поскольку в ходе судебного заседания не нашел подтверждения факт применения физический силы в отношении ФИО3 со стороны ФИО2, до 20.06.2022, свидетелями которых могли быть несовершеннолетние дети, то и оснований для взыскания в их пользу компенсации морального вреда, суд не усматривает.

Также суд не находит оснований для взыскания компенсации морального вреда в отношении несовершеннолетних, в связи с событиями, произошедшими 20.06.2022.

Согласно сведений, установленных в приговоре, со слов ФИО2 и самой ФИО3, дети в момент выяснения между ними отношений спали.

Кроме того, стороной истца не представлено доказательств, безусловно свидетельствующих о том, что в результате действий ФИО2 несовершеннолетним причинен моральный вред, что именно от действий ФИО2 у них имеются расстройства здоровья, они испытывают страх, беспокойство.

Приобщенные в ходе рассмотрения дела, характеристики на детей составленные логопедом – дефектологом, справка – информация, составленная медицинским (клиническим психологом) ГБУЗ ПК «КБ» также не подтверждают позицию истца, поскольку невозможно установить источник получения информации об обстоятельствах изложенных в указанных документах (слова родителей, слова детей, сведения от правоохранительных органов) (л.д. 91, 91 оборот, 123-126).

Иные доводы судом рассмотрены и отклонены, как не имеющие правового значения для настоящего дела.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Иск ФИО3, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей ФИО1, ФИО4 к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (ИНН №) в пользу ФИО3 (ИНН №) компенсацию морального время, в размере 30 000 руб. 00 коп. (Тридцать тысяч руб. 00 коп.).

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кунгурский городской суд Пермского края в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено - 30.06.2025.

Судья Е.И. Зыкова