Дело № 2-323/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

р.п. Усть-Абакан Республики Хакасия 22 июля 2020 года

Усть-Абаканский районный суд Республики Хакасия в составе:

председательствующего Чеменева Е.А., 

при секретаре Лобановой О.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Усть-Абаканская районная больница» о взыскании компенсации морального вреда

с участием истца, представителя ответчика ФИО2, прокурора Тороковой Е.А.

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГБУЗ РХ «Усть-Абаканская районная больница» о взыскании компенсации морального вреда. Свои требования истца мотивировала тем, что *** в ГБУЗ «Усть-Абаканская районная больница» скончалась К. Истица являющаяся родной сестрой умершей обратилась в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела, указав в заявлении, что смерть К. произошла вследствие бездействия хирурга во время нахождения К. в стационаре указанной больницы. ***. по заявлению ФИО1 Усть-Абаканским межрайонным следственным отделом Главного СУ СК РФ по Красноярскому краю и Республике Хакасия было возбуждено уголовное дело по ч.2 ст.109 УК РФ, ФИО1 признана потерпевшей по делу. Постановлением следователя Усть-Абаканского межрайонного следственного отдела Главного СУ СК РФ по ... от ***. уголовное дело было прекращено в связи с отсутствием состава преступления. По мнению истицы смерть К. произошла вследствие ненадлежащего оказания ответчиком медицинских услуг, выраженных в том числе в отсутствии должного диспансерного наблюдения в период с *** годы, что привело к её смерти. На основании изложенного истица просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объёме.

Представитель ответчика ФИО2 возражала относительно удовлетворения иска.

Прокурор Торокова Е.А. в своём заключении полагала, что оснований для удовлетворения иска не имеется. 

Выслушав явившихся участников процесса, исследовав доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п.1 ст.1099 ГК РФ 1. Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно ст.151 ГК РФ Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

***. в ГБУЗ «Усть-Абаканская районная больница» скончалась К.

Истица являющаяся родной сестрой умершей обратилась в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела, указав в заявлении, что смерть К. произошла вследствие бездействия хирурга во время нахождения К. в стационаре указанной больницы. 

*** по заявлению ФИО1 Усть-Абаканским межрайонным следственным отделом Главного СУ СК РФ по Красноярскому краю и Республике Хакасия было возбуждено уголовное дело по ч.2 ст.109 УК РФ, ФИО1 признана потерпевшей по делу. 

Постановлением следователя Усть-Абаканского межрайонного следственного отдела Главного СУ СК РФ по Красноярскому краю и Республике Хакасия от ***. уголовное дело было прекращено в связи с отсутствием состава преступления. 

По мнению истицы смерть К. произошла вследствие ненадлежащего оказания ответчиком медицинских услуг, выраженных в том числе, в отсутствии должного диспансерного наблюдения в период с *** годы, что привело к её смерти в *** году.

По указанному уголовному делу была проведена комиссионная экспертиза, результаты которой были приведены в заключении комиссионной экспертизы *** от ***. 

Результаты данной судебной экспертизы судом приняты в качестве доказательства по делу, поскольку стороны согласились с её результатами и возможностью принять в качестве доказательства по настоящему делу. 

В своих выводах эксперты указали, что причиной смерти К. явилось злокачественное новообразование в стадии генерализации – аденокарцинома левого яичника с канцероматозом брюшины и инвазивным ростом в маточную трубу и прямую кишку осложнившаяся тромбоэмболией и тромбозом ветвей легочной артерии, острой правожелудочковой сердечной и дыхательной недостаточностью как непосредственной причиной наступления смерти.

На вопрос имелись ли дефекты в оказании медицинской помощи К. эксперты указали, что дефектов непосредственно в процессе консультирования и наблюдения у врачей гинеколога и хирурга в период с *** до момента смерти – ***г которые бы определяли ухудшение состояния больной или неблагоприятный исход не находится. 

При этом указали, что должного диспансерного наблюдения в период с *** годы у больной не проводилось, согласно Приказу Минздрава России от 01.11.2012 N 572н "Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю "акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)".

Также гинекологом были нарушены положения вышеуказанного приказа Минздрава РФ определяющие необходимость выполнение УЗИ органов малого таза при проведении профилактического осмотра. Также эксперты указали, что оценить значимость метода УЗИ в диагностике ранней, исчисляемой годами стадии онкопроцесса невозможно. Соответственно невозможно определить конкретные отдаленные последствия о допущенного нарушения вышеуказанного Приказа Минздрава РФ. 

В отношении оказания медцинских услуг в *** году больной К. эксперты указали о правильности, своевременности и полноте её объёма. 

В отношении вопроса о том какой исход был бы в надлежащем оказании медицинской помощи К., эксперты указали о невозможности разрешения в рамках настоящей судебно-медицинской экспертизы. 

Суд находит доводы истца о ненадлежащем оказании медицинских услуг доказанным по следующим основаниям. 

Согласно абз.4 п.84 Приказа Минздрава России от 01.11.2012 N 572н "Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю "акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)"

При проведении профилактических осмотров женщин осуществляются цитологический скрининг на наличие атипических клеток шейки матки, маммография, УЗИ органов малого таза.

Таким образом умершей К. при её обследовании с учётом обнаруженного у неё гинекологического заболевания, должны были направить на цитологический скрининг на наличие атипических клеток шейки матки, маммография, УЗИ органов малого таза.

Из карты больного К. видно, что ей при обследовании гинекологом в ***. был поставлен диагноз ***, который является *** заболеванием.

Ответчик в судебном заседании возражал относительно удовлетворения иска, указав, что умершая К. отказалась от прохождения мед.осмотра и маммографии, что подтверждается Отказом от медицинского вмешательства от ***

Суд не принимает в качестве доказательства названный Отказ от медицинского вмешательства, поскольку суду он был представлен только в копии, предметом исследования вышеуказанной судебно-медицинской экспертизы он не был, кроме того суд предложил ответчику восполнить отсутствие подлинника, путём допроса в качестве свидетеля мед.работника ФИО3 указанной в названном Отказе, но ответчик заявив, что обеспечит его явку в судебное заседание не обеспечил явку в суд названного мед.работника. 

С доводом ответчика о том, что умершая К. прошла цитологическое исследование подтвержденное копией Направления в ООО «*** от ***. суд соглашается, поскольку истица данное обстоятельство подтвердила. 

Если даже принять во внимание довод ответчика о том, что К. отказалась от прохождения маммографии как об этом указано в копии Отказа от медицинского вмешательства от *** доказательств того, что она отказалась от прохождения названного УЗИ органов малого таза суду не представлено. 

Поскольку вышеуказанными норами прямо предусмотрено обязательное прохождение УЗИ органов малого таза о чём также указано в вышеназванной экспертизе суд полагает, ответчик не до конца выполнил требования законодательства о медицинской помощи, то есть не обеспечил прохождение УЗИ больным.

Далее, в соответствии с п.83 указанного приказа Минздрава России предусмотрена этапность оказания медицинской помощи женщинам с гинекологическими заболеваниями, которая определена приложением N 20 к Порядку (Порядок утверждена данным Приказом Минздрава России).

Согласно Приложению*** к указанному приказу Минздрава России 

В строке А - обязательный минимум обследований гинекологических больных указано о прохождении диагностической процедуры:

Анамнез. ***

Поскольку умершая К. была гинекологической больной и старше 50 лет, ей указанные диагностические процедуры были обязаны проводить каждый год. 

Ответчиком не представлено доказательств, что умершей в *** году было обеспечено пройти названные процедуры. 

Ссылку ответчика на то, что в Заключении о прохождении диспансеризации от *** К. было рекомендовано было пройти в том числе гинеколога, хирурга сосудистого, ФГДС суд отклоняет поскольку названное заключение представлено только в копии, предметом исследования вышеуказанной судебно-медицинской экспертизы оно не было.

Более того в названном Заключении не указано в какой год ей необходимо пройти обследование, то есть в *** или ещё позднее, кроме того пациента К. должны были направить на все вышеуказанные процедуры входящие в обязательный минимум обследований гинекологических больных, которые не все были указаны в названном Заключении. 

Проанализировав все доказательства, имеющиеся в деле, суд находит установленным и доказанным факт того, что К. была оказана ненадлежащая медицинская помощь.

Более того, необходимо отметить, что ответчик не доказал отсутствие своей вины в смерти К. в связи с неоказанием ей необходимой медицинской помощи. В указанном заключении медицинской экспертизы эксперты указали, что причинной связи между действиями по оказанию медицинских услуг и смертью К. не имеется. Вместе с тем эксперты имея в ввиду только произведенные медицинские действия, а выявленное ими бездействие (должное диспансерное наблюдение) в оценку экспертов не попало. 

Другими словами могло ли быть установленное экспертами бездействие выраженное в отсутствии должного диспансерного наблюдения в период с *** годы быть причиной возникновения и развития болезни у К. и в последующем её смерти эксперты не указали. 

Ответчик не привел других доказательств опровергающих установленное экспертами бездействие в оказании медицинской помощи К. 

По мнению суда в *** году врачами ответчика действительно были предприняты все меры по спасению жизни К., вместе с тем развитие заболевания К. могло быть вызвано именно ненадлежащим оказанием медицинской помощи в *** годах, когда можно было бы на стадии начального развития болезни принять соответствующие меры по предупреждению развития заболевания. 

Таким образом ответчик не доказал, что смерть К. произошла не по причине ненадлежащего оказания медицинской помощи, то есть ответчик не доказал отсутствие своей вины в причинение смерти как того требует п.2 ст.1064 ГК РФ. 

По мнению суда, ненадлежащее оказание медицинских услуг и смерть К. несомненно сопровождалось претерпеванием родной сестрой – истицей физических и моральных страданий в связи с чем у неё возникло право на компенсацию морального вреда.

По смыслу положений ст.ст. 151, 1083, 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств; при этом степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что бездействием ответчика истцу причинены нравственные и моральные страдания, соответственно требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению. 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1 суд считает заявленную истцом сумму в размере 1 000 000 рублей завышенной и не соответствующей требованиям разумности и справедливости.

Учитывая характер причиненных истцу физических страданий, тяжесть деяния, равно как и фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, личность истца приходящейся родной сестре умершей, а также принимая во внимание, что жизнь человека является высшей ценностью, исходя из требований разумности и справедливости, суд считает возможным определить к взысканию с ответчика денежную компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 193-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Усть-Абаканская районная больница»в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Хакасия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Усть-Абаканский районный суд. 

Мотивированное решение изготовлено 24 июля 2020 года 

Судья Чеменев Е.А.