Дело № 2-1043/2020

УИД 18RS0011-01-2020-001337-66

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Глазов 21 июля 2020 года Глазовский районный суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Джуган И.В.,

при секретаре Дряхловой Л.И.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующего на основании доверенности от 29.05.2020, 

представителя ответчика ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «СпецОборудование» о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании премии, компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «СпецОборудование» о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании премии, компенсации морального вреда, судебных расходов. В обоснование иска указал, что с 09.11.2017 работал в ООО «Спецоборудование» в должности инженера-конструктора. В период работы у ответчика истцу объявлен выговор приказом от 28.04.2020 № 21/СО. Ответчик, в нарушение указов Президента от 25.03.2020 № 206 и от 02.04.2020 № 239 продолжал свою хозяйственную деятельность, вынуждая работников не только нарушать установленные ограничения, но и подвергать реальной опасности себя и своих близких. 16.04.2020 ответчиком издан приказ №18/СО от 16.04.2020, согласно которому истец переведен на удаленный режим работы с 17.04.2020 по 30.04.2020. С данным приказом истец не был согласен, так как не имеет технической возможности работать удаленно. В ходе переговоров с ответчиком к какому-либо соглашению о выполнении истцом работы на период объявленных выходных дней не пришли. Действующее законодательство не предусматривает возможности принудительного и одномоментного перевода работника на дистанционную работу, неисполнение незаконного приказа № 18/СО от 16.04.2020 не является дисциплинарным проступком. В приказе не указано, какое конкретно техническое задание не выполнено истцом, в связи с чем невозможно определить в чем заключается проступок. Приказом вменено в вину истцу не нарушение сроков предоставления документации, а отказ от дачи объяснений по данному поводу, что не может образовать состав какого-либо дисциплинарного проступка. От получения какого-либо технического задания истец не отказывался. Указанным незаконным приказом истец лишен премии за апрель 2020. Незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности истцу причинены нравственные страдания. Размер морального вреда оценивает в 30 000,00 рублей. На основания договора на оказание юридических услуг истцом понесены расходы на представителя в размере 13 000,00 рублей.

Истец просит 1) признать приказ о наложении дисциплинарного взыскания № 21/СО от 28.04.2020 года незаконным и отменить указанный приказ; 2) взыскать с ответчика в пользу истца премию за апрель 2020 в размере 10 000,00 рублей; 2) взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 30 000,00 рублей; взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы в размере 13 000,00 рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, представил письменное заявление, в котором просил рассмотреть дело в его отсутствие. Ранее приняв участие в судебном заседании, иск поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании иск поддержал по доводам, изложенным в иске. Суду пояснил, что размер премии согласован сторонами в дополнительном соглашении к трудовому договору от 01.02.2019 и составляет 8 500,00 рублей. На эту сумму должен быть начислен уральский коэффициент в размере 15%.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании с иском не согласилась. Суду пояснила, что промышленная деятельность ответчика в период выходных дней, объявленных президентом РФ, обоснована изготовлением оборудования по действующему договору для обеспечения технологического процесса строительства зарубежных АЭС, возводимых Российской Федерацией на основании международных соглашений. В период объявленных нерабочих дней к работе были привлечены часть работников производства, осуществляющих непосредственные непрерывные работы по производству оборудования для атомных электростанций, приостановка деятельности которых невозможна по причинам производственно-технического характера, а также часть работников ИТР, обеспечивающих непрерывное производство. Часть работников выразила желание работать удаленно, для остальных работников введена временная приостановка деятельности. В период с 23.03.2020 по 05.04.2020 ФИО1 находился в очередном ежегодном отпуске. С 07.04.2020 истец привлечен к работе в качестве работника ИТР Приказом от 06.04.2020 № 13/СО. В этот же день истцом получена справка для передвижения по территории УР. В дальнейшем истцом принята позиция не исполнения своих обязанностей. Для того, чтобы избежать дальнейших претензий со стороны истца, работодатель предложил вариант работы в удаленном режиме с 17.04.2020, о чем издал приказ № 18/СО от 16.04.2020. Однако истец отказался от ознакомления и исполнения данного приказа. 17.04.2020 истец в нарушение приказа вышел на работу. Начисление премии является правом, а не обязанностью работодателя. Истцу не начислена премия в связи с не выполнением работы в течение месяца. Премия за апрель 2020 составляет 6 385,15 руб. Истцу не были причинены физические и нравственные страдания, в связи с чем требования о компенсации морального вреда не обоснованны. Размер судебных расходов завышен. 

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ответчик ООО «СпецОборудование» (далее по тексту Работодатель) является юридическим лицом согласно выписке из ЕГРЮЛ, ОГРН 

<

***>.

В судебном заседании нашло подтверждение заключение 09.11.2017 года трудового договора между истцом и ответчиком (л.д. 74-75). По условиям договора, ФИО1 принят на работу в ООО «СпецОборудование» инженером-конструктором. 

О принятии ФИО1 на работу издан приказ № 36 от 09.11.2017 (л.д. 65), согласно которому истец принят на работу на условиях полной занятости с 09.11.2017. Запись о принятии истца на работу внесена в трудовую книжку за номером 14 (л.д. 94).

Приказом ответчика от 28.04.2020 № 21/СО ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора (л.д. 11). 

Заключив трудовой договор, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, трудовую дисциплину (ст. 21 ТК РФ). Виновное неисполнение данных требований может повлечь привлечение работника к дисциплинарной ответственности, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде выговора.

В п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей является неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Поскольку меры дисциплинарного воздействия - замечание, выговор и увольнение по соответствующей статье - имеют одно основание - совершение работником дисциплинарного проступка, на работодателе лежит обязанность доказать наличие законного основания наложения дисциплинарного взыскания и соблюдение установленного порядка его применения не только при увольнении работника (п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации"), но и при применении иных предусмотренных законом мер дисциплинарного воздействия.

Исходя из изложенного, для применения дисциплинарного взыскания работодателю необходимо доказать совокупное наличие следующих обстоятельств:

- работник не исполнил или исполнил ненадлежащим образом именно возложенные на него трудовые обязанности;

- неисполнение или ненадлежащее исполнение таких обязанностей основано на виновных действиях работника.

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 53 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из ст. ст. 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Судом установлено и следует из материалов дела, что в соответствии с трудовым договором ФИО1 принят на работу инженером-конструктором.

В соответствии с трудовым договором от 09.11.2017 работник обязан добросовестно исполнять трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, должностной инструкцией (п. 2.2.1); соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, иные локальные нормативные акты, в том числе приказы работодателя (п. 2.2.3).

В соответствии с должностной инструкцией инженера-конструктора, с которой истец ознакомлен 01.02.2019, инженер-конструктор разрабатывает эскизные, технические и рабочие проекты особо сложных, сложных и средней сложности изделий; проводит патентные исследовании и определяет показатели технического уровня проектируемых изделий; проводит технические расчеты по проектам; изучает и анализирует поступающую от других организаций конструкторскую документацию; согласовывает разрабатываемую документацию с другими подразделениями; выполняет отдельные поручения и распоряжения руководства (л.д. 67-72).

Для разрешения вопроса о законности применения дисциплинарного взыскания к истцу юридически значимым обстоятельством является установление действий, которые совершил истец, которые впоследствии стали причиной привлечения к дисциплинарной ответственности.

Во-первых, юридически значимым обстоятельством при совершении работником дисциплинарного проступка является неисполнение или ненадлежащее исполнение работником трудовых обязанностей, возложенных на него в соответствии с трудовым законодательством, соглашениями, локальными нормативными правовыми актами и трудовым договором.

Во-вторых, обстоятельством, которое требуется доказать при совершении дисциплинарного проступка, является вина работника в неисполнении или ненадлежащем исполнении возложенных на него трудовых обязанностей.

В-третьих, обстоятельством, требующим доказывания при совершении работником дисциплинарного проступка, является неправомерность действий (бездействия) работника.

В-четвертых, обстоятельством, которое подлежит доказыванию при совершении работником дисциплинарного проступка, является наличие причинной связи между совершенными работником виновными и неправомерными действиями (бездействием) и нарушением или ненадлежащим исполнением возложенных на него трудовых обязанностей.

В связи с изложенным дисциплинарный проступок может быть определен как совершение работником виновного и неправомерного действия (бездействия), которое находится в причинной связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на него с соблюдением требований законодательства трудовых обязанностей.

Для применения меры дисциплинарной ответственности должен быть доказан состав дисциплинарного проступка. В данный состав входит прежде всего, субъект дисциплинарной ответственности, субъективная сторона, объект (то есть конкретное положение правил внутреннего трудового распорядка или конкретные трудовые обязанности, которые не исполнены работником или исполнены им ненадлежащим образом), объективная сторона (заключается в наступлении неблагоприятных для работодателя последствий, находящихся в причинной связи с совершенными работником виновными и неправомерными действиями (бездействием).

Из текста оспариваемого приказа № 21/СО следует, что истец привлечен к дисциплинарной ответственности за неоднократное и полное игнорирование распоряжений (приказов) работодателя, непредставление объяснений в срок более двух рабочих дней.

В качестве оснований для привлечения к дисциплинарной ответственности указаны Акт № 2 от 16.04.2020 «Об отказе работника с ознакомлением и исполнением приказа (распоряжения работодателя № 18/СО от 16.04.2020»; Акт № 3 от 17.04.2020 «Об отказе работника от дачи объяснений»; Акт № 4 от 17.04.2020 «Об отказе работника от получения технического задания».

В соответствии с Актом № 2, 16.04.2020 в 16 часов 52 минуты инженер-конструктор ФИО1 отказался от ознакомления и исполнения приказа (распоряжения) работодателя от 16.04.2020 о переводе на удаленный режим работы. В акте отсутствует ссылка на наличие к нему приложений (л.д. 50).

В судебном заседании истец факт отказа от подписания приказа не оспаривал. Пояснил, что не подписал приказ в силу невозможности выполнения работы удаленно.

Между тем из приказа № 18/СО от 16.04.2020 (л.д. 10) следует, что ФИО1 привлечен к работе в режиме удаленной работы с 17.04.2020, в связи с чем исполнение приказа 16.04.2020 (в день составления акта) не представлялось возможным. Сам по себе отказ от подписания приказа дисциплинарным проступком не является. Доказательства неисполнении истцом приказа, ответчиком не представлено. 

В соответствии с Актом № 3 от 17.04.2020, 17.04.2020 в 14 часов 04 минуты инженер-конструктор ФИО1 отказался от получения копии докладной записки от 17.04.2020 и дачи объяснений по факту нарушения сроков предоставления технической документации для урегулирования разногласий с Калининской АЭС. Также ФИО1 отказался от дачи объяснений по факту отсутствия на рабочем месте в соответствии с переданным ему административным отчетом (л.д. 53).

В качестве приложения к акту указана докладная записка юрисконсульта ФИО8 от 17.02.2020.

Из докладной записки юрисконсульта на имя начальника технического отдела следует, что при подготовке ответа на претензию Калининская АЭС ФИО1 не предоставлены документы, подтверждающие техническое обоснование задержки изготовления продукции. Юрисконсультом необоснованно затрачено около пяти рабочих дней на переписки с Калининская АЭС, никакой консультационной помощи не оказано. В докладной записке юрисконсульт просит начальника технического отдела обязать ФИО1 предоставить объяснения в письменной форме о мотивах в отказе предоставления технической документации, необходимой для урегулирования конфликта с Калининской АЭС (л.д. 52).

Между тем ответчиком не представлены суду доказательства наличия договорных отношений с Калининской АЭС, наличие претензии. Кроме того, в обязанности истца, в соответствии с трудовым договором и должностной инструкцией на входит претензионная работа. Наличие у истца обязанности получить докладную записку юрисконсульта также не подтверждается материалами дела.

В соответствии с актом № 4 от 17.04.2020, 17.04.2020 в 14 часов 06 минут инженер-конструктор ФИО1 отказался от получения технического задания от 17.04.2020 для исполнения должностных обязанностей по трудовому договору № 36-17 от 09.11.2017 (подраздел 2.2. Трудового договора). В качестве приложения к акту указано техническое задание от 17.02.2020 (л.д. 55).

Ответчиком суду представлен документ, адресованный инженеру-конструктору ФИО1 Документ назван «техническое задание от 17.04.2020» (л.д. 54). В документе отсутствует расшифровка подписи лица, подписавшего документ, в связи с чем установить полномочия указанного лица на выдачу технического задания не представляется возможным. В представленном техническом задании указаны работы со сроком исполнения 22.04.2020 и 24.04.2020. 

Ответчик не представил суду доказательства наличия у истца должностной обязанности получить техническое задание в письменном виде. Представитель ответчика в судебном заседании пояснил, что в компании какие-либо локальные акты, устанавливающие порядок внутреннего документооборота, не принимались. Со слов истца, поручения руководитель всегда дает в устном виде.

Согласно табелю учета рабочего времени ФИО1 находился на рабочем месте с 06.04.2020 по 17.04.2020. С 20.04.2020 по 30.04.2020 указаны фактические часы работы (8 часов в день) (л.д. 62-64). 

На основании представленных доказательств суд находит доказанным факт выполнения истцом работы в период с 17.04.2020 по 29.04.2020. 

Исходя из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» обязанность доказать совершение работником проступка и соблюдения порядка применения дисциплинарного взыскания возлагается на работодателя. 

Ответчиком не представлены надлежащие доказательства невыполнения либо некачественного выполнения истцом трудовых обязанностей, предусмотренных трудовым договором и должностной инструкцией. Ответчиком зафиксирован факт неполучения работником технического задания, между тем доказательства невыполнения указанного в нем задания не представлено.

В соответствии со ст. 192, 193 ТК РФ в приказе о наложении дисциплинарного взыскания должны быть указаны следующие сведения: фамилия, имя, отчество работника; должность работника к которому применяется взыскание; структурное подразделение, где работает работник; проступок, который совершил работник, со ссылками на нарушенные пункты договора или должностной инструкции или локальных нормативных актов работодателя и на документы, подтверждающие это нарушение; обстоятельства совершения проступка, степень его тяжести и вины работника; вид налагаемого дисциплинарного взыскания.

Согласно ст. 192 ТК РФ, дисциплинарный проступок – это неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей. В связи с чем, суд приходит к выводу, что работодателем не представлено доказательств того, что ФИО1 совершен дисциплинарный проступок, а именно неисполнение или ненадлежащее исполнение по его вине возложенных на него трудовых обязанностей. 

Кроме того, в соответствии со ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. 

Ответчиком не представлены доказательства истребования у истца письменных объяснений по факту конкретного совершенного проступка. Акт № 3, в котором указывается на отказ от дачи истцом объяснений по факту нарушения сроков предоставления технической документации для урегулирования разногласий с калининской АЭС, составлен 17.04.2020, тогда как докладная записка также датирована 17.04.2020. То есть двухдневный срок, установленный законом для дачи объяснений, истцу не предоставлен.

Установив указанные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что дисциплинарное взыскание применено работодателем (ответчиком) к ФИО1 в нарушение норм трудового законодательства, следовательно, исковые требования истца о признании приказа № 21/СО от 28.04.2020 незаконным, подлежат удовлетворению. 

Требование истца об отмене приказа № 21/С от 28.04.2020 года не подлежит удовлетворению, поскольку разрешение данного вопроса к компетенции суда не относится.

В части требований о взыскании премии суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 3 ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на вознаграждение за труд, без какой-либо дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

В силу ст. 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии с квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы. 

Согласно ст. 22 ТК РФ работодатель обязан выплатить в полном размере причитающуюся работнику заработную плату и в сроки, установленные настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка организации, трудовыми договорами. 

Как следует из ст. 129 ТК РФ, заработная плата - это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также выплаты компенсационного и стимулирующего характера. Под окладом (должностной оклад) понимается фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

В силу статьи 146 ТК РФ в повышенном размере оплачивается труд работников, занятых на работах в местностях с особыми климатическими условиями труда. Оплата в повышенном размере обеспечивается с помощью применения районных коэффициентов и надбавок к заработной плате.

Постановлением Совета Министров СССР от 21 мая 1987 года N 591 "О введении районных коэффициентов к заработной плате рабочих и служащих, для которых они не установлены, на Урале и в производственных отраслях в Северных и Восточных районах Казахской ССР" с 1 ноября 1987 г. введены районные коэффициенты к заработной плате рабочих и служащих.

Постановлением Госкомтруда СССР и Секретариата ВЦСПС № 403\20-155 от 02.07.1987 года утвержден районный коэффициент к заработной плате рабочих и служащих в Удмуртской Республике в размере 1,15.

В соответствии со ст. 191 ТК РФ работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности, в том числе выдает премию. В ч. 1 ст. 129 ТК РФ премии указаны в составе заработной платы в качестве стимулирующих поощрительных выплат работнику.

Согласно ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В трудовом договоре указываются условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты) (ст. 57 ТК РФ).

В соответствии с п. 5.2. трудового договора, заключенного между истцом и ответчиком, за выполнение трудовой функции работнику устанавливается должностной оклад в размере 25 000,00 рублей в месяц без учета районного коэффициента. Работнику устанавливается повышающий районный коэффициент в размере 15% от оклада. 

Дополнительным соглашением № 1 от 18.01.2018 в трудовой договор внесены изменения следующего содержания: «В связи с переводом работников ООО «СпецОборудование» на окладно-премиальную систему оплаты труда по приказу № 1/СО от 11.01.2018 год, в пункте 5.2 трудового договора установить должностной оклад работника в размере 22 500,00 рублей. Пункт 5.1. договора изложить в следующей редакции: заработная плата работника в соответствии с действующей у работодателя системой оплат труда состоит из должностного оклада и премии. Дополнить пункт 5.2 трудового договора предложением следующего содержания: работнику выплачивается премия 2 500 рублей в месяц» (л.д. 76).

Дополнительным соглашением № 2 от 25.09.2018 пункт 5.2 трудового договора изменен: «Работнику устанавливается оклад в размере 17 500 рублей в месяц, без учета без учета районного коэффициента. Работнику выплачивается премия 7500 рублей в месяц. Работнику устанавливается повышающий районный коэффициент в размере 15%» (л.д. 77).

Дополнительным соглашением от 09.01.2019 пункт 5.2 трудового договора изменен: «Работнику устанавливается оклад в размере 17 675 рублей в месяц, без учета без учета районного коэффициента. Работнику выплачивается премия 7500 рублей в месяц. Работнику устанавливается повышающий районный коэффициент в размере 1,15» (л.д. 78).

Дополнительным соглашением от 01.02.2019 пункт 5.2 трудового договора изменен: «Работнику устанавливается оклад в размере 19 500 рублей в месяц, без учета без учета районного коэффициента. Работнику выплачивается премия 8500 рублей в месяц. Работнику устанавливается повышающий районный коэффициент в размере 1,15» (л.д. 79).

Дополнительным соглашением от 01.05.2019 пункт 5.1 трудового договора изменен, изложен в следующей редакции: «Заработная плата работника исходя в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда состоит из: оклада; ежемесячной стимулирующей премии, выплачиваемой работнику по результатам его работы при отсутствии дисциплинарных взысканий и выполнении производственного плана, размер которой устанавливается индивидуально и указывается в п. 5.2. трудового договора; стимулирующий премий, выплачиваемых работнику по результатам выполнения им условий, установленных работодателем локально-нормативным актом для получения определенного вида стимулирующей премии; компенсационных выплат, выплачиваемых работнику при наступлении случая, являющегося основанием для ее выплаты в соответствии законодательством Российской Федерации» (л.д. 80).

В соответствии с приказом № 3 от 09.01.2020 работнику установлен оклад в размере 22 000 рублей и премия 7 400,00 рублей (л.д. 112).

Локальные нормативные акты, регулирующие вопросы оплаты труда в ООО «СпецОборудование» не приняты.

Анализ условий трудового договора в части определения условий оплаты труда позволяет прийти к выводу о наличии условий об обязательном ежемесячном премировании, поскольку, предусмотренная трудовым договором ежемесячная премия, носила постоянный, а не разовый характер, и входила вместе с должностным окладом в состав заработной платы истца (переменная часть заработной платы). Трудовым договором предусмотрено, что заработная плата истца состоит из оклада и ежемесячной стимулирующей премии, размер которой определен трудовым договором. Следовательно, премия является составной частью заработной платы, и работодатель в данном случае определил для себя условия, при которых выплата премии становится его обязанностью.

По условиям трудового договора выплата премии является обязательной при отсутствии дисциплинарных взысканий и выполнении производственного плана. Поскольку приказ о привлечении истца к дисциплинарной ответственности является незаконным, производственный план ответчиком не установлен, порядок его установления не локальными актами не определен, то истцу подлежит начислению премия за апрель 2020 года.

В соответствии со ст. 135 ТК РФ, заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

В силу ст. 72 ТК РФ соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

После подписания сторонами дополнительного соглашения от 01.05.2019, условия трудового договора в порядке, установленном трудовым законодательством, не изменялись.

Из положений п. 5.1 и п. 5.2. трудового договора (дополнительные соглашения от 01.02.2019 и 01.05.2019) работнику выплачивается ежемесячная стимулирующая премия в размере 8 500,00 рублей. 

Приказ № 3 от 09.01.2020, которым изменен размер премии с 8 500,00 руб. до 7 400,00 руб., не является по своей природе дополнительным соглашением к трудовому договору, не содержит реквизитов договора и не свидетельствует об изменении условий трудового договора с 09.01.2020. В приказе не определен период, в течение которого будет начислена премия в указанном размере. 

Согласно табелю учета рабочего времени истец находился в ежегодном оплачиваемом отпуске с 01.04.2020 по 05.04.2020. В соответствии со ст. 91 ТК РФ и Порядком исчисления нормы рабочего времени на определенные календарные периоды времени (месяц, квартал, год) в зависимости от установленной продолжительности рабочего времени в неделю", утвержденным приказом Минздравсоцразвития РФ от 13.08.2009 N 588н, норма рабочего времени при 40-часовой рабочей неделе на апрель 2020 года – 175 часов. Истцом фактически отработано в апреле 2020 года 151 часов. Размер премии с учетом фактически отработанного времени составит 8 434,43 рубля (8500,00 / 175 Х 151 Х 1,15). 

Исчисление налога на доходы физических лиц не входит в компетенцию суда и подлежит исчислению и удержанию работодателем.

Таким образом, истцу наделит выплатить премию в размере 8 434,43 рублей. 

Относительно требований истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда суд приходит к следующему.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" при определении компенсации морального вреда должны учитывается требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Суд считает, что необоснованное привлечение к дисциплинарной ответственности и необоснованное лишение премии влечет за собой значительные нравственные страдания работника, вследствие несправедливого отношения к нему со стороны работодателя. Истец рассчитывал на данные денежные средства (в виде премии), которые он заработал своим трудом, однако их невыплата не позволила ему распорядиться ими по своему усмотрению. Между тем в указанный период времени истец получил заработную плату в размере оклада, от работы не был отстранен. Суд, с учетом всех обстоятельств дела, степени нравственных страданий истца, считает сумму компенсации в размере 30 000,00 рублей завышенной. Суд находит разумным и справедливым взыскание компенсации морального вреда в размере 5000,00 рублей в пользу истца. 

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности, расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимыми расходы (статья 94 ГПК РФ).

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ).

Истцом представлен договор на оказание юридических услуг от 22.05.2020 г., заключенный между ФИО2 (исполнитель) и ФИО1 (заказчик). По условиям договора заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство оказать заказчику юридическую помощь по вопросу представления интересов заказчика в качестве его представителя по гражданскому делу по исковому заявлению к ответчику ООО «Спецоборудование» о признании приказа № 21/СО от 28.04.2020 года о применении дисциплинарного взыскания недействительным, взыскании невыплаченной зарплаты в суде первой инстанции.

Стоимость услуг по договору определяется в сумме 13 000,00 рублей (п. 3 договора).

Оплата в размере 13 000 рублей произведена на момент подписания договора.

Согласно разъяснениям, приведенным в пунктах 12 и 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах; разумными следует считать такие расходы, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги; при определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Таким образом, суду при определении разумности понесенных стороной расходов на оплату услуг представителя в каждом случае надлежит исходить из конкретных обстоятельств дела, а также учитывать принцип свободы договора, благодаря которому сторона может заключить договор со своим представителем на оказание юридических услуг на любую сумму. Однако это не должно нарушать принцип справедливости, и умалять прав другой стороны, которая вынуждена компенсировать судебные расходы на оплату услуг представителя выигравшей стороны, но с учетом принципа разумности.

При этом, разумность пределов судебных издержек на возмещение расходов по оплате услуг представителя является оценочной категорией и конкретизируется с учетом правовой оценки фактических обстоятельств рассматриваемого дела.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, неоднократно выраженной в принятых Судом решениях (Определении от 21 декабря 2004 года N 454-О, Определении от 25 февраля 2010 года N 224-О-О, Определении от 17 июля 2007 года N 382-О-О, Определении от 22 марта 2011 года N 361-О-О) обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другой стороны в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Вместе с тем, принимая мотивированное решение об определении размера сумм, взыскиваемых в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Из совокупности вышеприведенных норм процессуального права и данных вышестоящими судами разъяснений относительно их применения, следует вывод о том, что суд наделен правом уменьшать размер судебных издержек в виде расходов на оплату услуг представителя, если этот размер носит явно неразумный (чрезмерный) характер, в том числе и в тех случаях, когда другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, при этом суд не вправе уменьшать его произвольно без приведения соответствующей мотивировки.

При указанных обстоятельствах, с учетом требований ст. 100 ГПК РФ, а также принимая во внимание объем и качество оказанной представителем услуги (в том числе участие представителя в трех судебных заседаниях), сложности рассматриваемого дела, его результата и продолжительности, не представление ответчиком доказательства чрезмерности взыскиваемых с него расходов, суд находит размер судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 13 000 руб. соответствующим требованиям разумности, и считает необходимым удовлетворить требования истца в полном объеме. 

Оснований считать услуги представителя фактически не оказанными суд также не усматривает, данный факт подтвержден материалами дела, является очевидным, сомнений не вызывает, документы в обоснование понесенных расходов истцом ФИО1 представлены.

Между тем, учитывая частичное удовлетворение судом исковых требований истца о взыскании премии (взыскано 8 434,43 рубля вместо 10 000,00 руб., что составляет 83,43%) с ответчика подлежит взысканию 10 845,90 рублей в возмещение расходов на представителя.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пунктах 20, 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении: иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 933,72 рубля (300,00 + 400,00х83,43%+300,00), поскольку истец в силу ст. 333.36 НК РФ при обращении в суд с иском освобожден от уплаты государственной пошлины. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ООО «СпецОборудование» о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании премии, компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить частично.

Признать приказ № 21/СО от 28.04.2020 года о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора в отношении ФИО1 незаконным.

Взыскать с ООО «СпецОборудование» в пользу ФИО1 премию за апрель 2020 года в размере 8 434,43 рубля, компенсацию морального вреда в размере 5 000,00 рублей, судебные расходы в размере 10 845,90 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ООО «СпецОборудование» в пользу МО «Город Глазов» государственную пошлину в размере 933,72 рубля. 

Решение суда может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня принятия судом мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Глазовский районный суд. 

Судья И.В.Джуган

Мотивированное решение изготовлено 27.07.2020.