Судья Вербовой Н.Г. Дело № 22-999/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 11 июля 2024 года

Курганский областной суд в составе председательствующего Алфимова А.Н., 

при секретаре Туговой А.Н.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Курганской области Виноградова О.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению заместителя Шадринского межрайонного прокурора Булычева Е.В., апелляционным жалобам обвиняемого Н. и его защитника – адвоката Силкина И.И. на постановление Шадринского районного суда Курганской области от 24 мая 2024 г., которым уголовное дело в отношении

Н., родившегося 

<

...> г. в 

<

адрес>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ,

возвращено Шадринскому межрайонному прокурору Курганской области для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Заслушав выступление прокурора об отсутствии оснований для отмены или изменения постановления, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

обжалуемым постановлением уголовное дело в отношении Н. возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

В обоснование принятого решения суд указал, что обвинительное заключение в отношении Н. составлено с нарушением требований УПК РФ, которые не могут быть устранены в судебном разбирательстве, поскольку его пределы ограничены предъявленным обвинением. 

Допущенные нарушения уголовно-процессуального закона при составлении обвинительного заключения исключают возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

В апелляционном представлении заместитель Шадринского межрайонного прокурора Булычев просит постановление отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение.

Указывает, что суд, возвращая дело прокурору, в нарушение требований ст. 15 УПК РФ, самостоятельно вышел за рамки обвинения, предъявленного Н., чем фактически обязал прокурора и органы предварительного расследования квалифицировать действия обвиняемого по двум составам преступления.

Считает, что в действиях Н. усматривается продолжаемое преступление, а не их совокупность, о чем свидетельствуют показания самого Н. и потерпевшей.

Настаивает на том, что в момент совершения хищения кошелька Н. был осведомлен о наличии в нем банковской карты потерпевшей, и до того момента, как у него появилась возможность распорядиться похищенным, то есть, до окончания преступления, Н. стало известно о наличии на счете банковской карты О. денежных средств.

В апелляционных жалобах обвиняемый и его защитник просят отменить постановление суда, указывая, что Н. с первого допроса указывал о своей осведомленности о наличии банковской карты в похищаемом им кошельке О..

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в ст. 220 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения.

В соответствии со ст. 220 УПК РФ, в обвинительном заключении указываются, в том числе, существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, а также формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление.

Указанные требования уголовно-процессуального закона не соблюдены.

Возвращая уголовное дело прокурору, суд первой инстанции указал, что, согласно материалам уголовного дела, Н., похитив кошелек О., не знал о том, что в нем находится ее банковская карта. Умысел, направленный на хищение денежных средств О. со счета ее банковской карты, возник у Н. позднее, что не соответствует квалификации его действий, указанной в обвинительном заключении. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», в случае совершения кражи при отягчающих обстоятельствах, предусмотренных несколькими частями статьи 158 УК РФ, действия виновного подлежат квалификации лишь по той части указанной статьи, по которой предусмотрено более строгое наказание, но лишь при отсутствии реальной совокупности преступлений (п. 17).

При этом, от совокупности преступлений следует отличать продолжаемое хищение, состоящее из ряда тождественных преступных действий, совершаемых путем изъятия чужого имущества из одного и того же источника, объединенных единым умыслом и составляющих в своей совокупности единое преступление (п. 16).

Анализ показаний Н., данных в ходе предварительного следствия (т. 1, л.д. 94-98), свидетельствует о том, что доводы о наличии в его действиях единого продолжаемого преступления не основаны на законе и материалах уголовного дела, а умысел на хищение денежных средств, находящихся на счете банковской карты, возник у него самостоятельно и отдельно от умысла на кражу кошелька, при совершении которой ему не было известно о наличии в кошельке банковской карты. 

Преступные действия Н., связанные с кражей кошелька, а затем – денежных средств с банковской карты, не были тождественными, имели различный объект посягательства, что свидетельствует о несоответствии квалификации преступного деяния его описанию в обвинительном заключении.

Указанные нарушения требований уголовно-процессуального закона являются существенными, лишающими суд возможности постановить приговор или принять иное решение на основе данного обвинительного заключения, поскольку, в соответствии со ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, а изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Как усматривается из протокола судебного заседания, суд принял обжалуемое решение, обсудив его с участниками процесса и выслушав их мнение.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии препятствий рассмотрения уголовного дела, так как допущенные нарушения уголовно-процессуального закона при составлении обвинительного заключения являются существенными, невосполнимыми в ходе судебного разбирательства, и принял обоснованное решение, вопреки доводам апелляционного представления, в пределах своих полномочий (п. 6 ч.1 ст. 237 УПК РФ) о возвращении уголовного дела прокурору.

Постановление суда вынесено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, на основе состязательности и равноправия сторон.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление судьи Шадринского районного суда Курганской области от 24 мая 2024 года о возвращении уголовного дела в отношении Н. Шадринскому межрайонному прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом оставить без изменения, апелляционные представление и жалобы – без удовлетворения.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную в отношении Н., оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. 

Н. вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий А.Н. Алфимов