Судья Ефременко И.В. № 22-2848/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кемерово 10 августа 2020 года

Судья Кемеровского областного суда Орлова О.В.,

с участием прокурора Александровой И.В.,

осужденного ФИО1 (видеоконференц-связь),

адвоката Беляевой О.В.,

при секретаре Свистуновой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО1 на приговор Анжеро-Судженского городского суда Кемеровской области от 21 мая 2020 года, которым 

ФИО1, 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, судимый:

19.04.2016 приговором Анжеро-Судженского городского суда Кемеровской области по п. «а» ч. 3 ст.158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы в колонии строгого режима. Освобожден по отбытии наказания 18.10.2017;

31.10.2019 приговором Анжеро-Судженского городского суда Кемеровской области (с учетом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда от 04.02.2020) по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в колонии строгого режима; 

осужден по п. п. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания с наказанием, назначенным по приговору Анжеро-Судженского городского суда Кемеровской области от 31.10.2019, окончательно назначено 3 года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен с даты вступления приговора в законную силу. 

Зачтено в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей с 21.05.2020 до вступления приговора в законную силу, в соответствии с требованиями п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ и время содержания под стражей по приговору от 31.10.2019 с 31.10.2019 по 04.02.2020 из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Выслушав пояснения осужденного ФИО1 и его адвоката Беляеву О.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Александровой И.В., полагавшей необходимым приговор изменить, апелляционную жалобу осужденного оставить без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 считает приговор незаконным, необоснованным.

Не оспаривая выводы суда о своей виновности в краже имущества потерпевшего, не согласен с наличием квалифицирующего признака в его действиях - «причинение значительного ущерба гражданину». Оспаривает стоимость похищенной печи, ссылаясь на то, что согласно заключению экспертов от 2018 года рыночная стоимость данной печи составляла 4320 рублей, однако спустя год, согласно заключению эксперта, рыночная стоимость печи выросла до 14550 рублей, что является, по его мнению, явным противоречием, которое суд не устранил при вынесении приговора. 

Считает, что сотрудники полиции допустили нарушение УПК РФ, поскольку позволили потерпевшему забрать печь домой, что ставит под сомнение, похищенная ли им печь была в последующем представлена на экспертизу.

Полагает, что судом допущены нарушения, выразившиеся в оглашении показаний 

<

данные изъяты> ФИО6 в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, в связи с чем, он был лишен возможности задать вопрос данному свидетелю.

Кроме этого, считает, что нарушены требования ст. 72 УК РФ, поскольку ему необходимо было зачесть время содержания под стражей в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора с учетом категории совершенного преступления (преступление средней тяжести). 

Просит исключить квалифицирующий признак «причинение значительного ущерба гражданину», снизить наказание, пересчитать срок содержания под стражей один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Тарасова С.И. просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Проверив уголовное дело, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении указанного в приговоре преступления основаны на доказательствах, полученных в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании с участием сторон и получивших надлежащую оценку суда в приговоре.

В судебном заседании осуждённый ФИО1 признал себя виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ. 

Из показаний ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, обвиняемого и оглашенных судом в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ следует, что ДД.ММ.ГГГГ он проходил мимо дома, расположенного по 

<

адрес>, во дворе которого стоял капитальный гараж и увидел, что входная дверь в гараж отсутствует. Он решил что-либо похитить, и с этой целью зашел в гараж. В гараже он увидел металлическую печь черного цвета с трубой, которую решил похитить и продать ФИО6 Через большие створки гаража он вытолкал печь на улицу, волоком вытащил ее за пределы гаража к дороге, а затем позвал 

<

данные изъяты> ФИО8, для того, чтобы он помог ему. Вдвоем они дотащили указанную печь до магазина ФИО6, где он продал последнему указанную печь за 1000 рублей, а денежные средства от продажи печи потратил на личные нужды. 

Показания осуждённого ФИО1 обоснованно признаны судом достоверными, поскольку они согласуются с другими доказательствами, исследованными судом и приведёнными в приговоре, в частности, 

- показаниями потерпевшего Потерпевший №1 в судебном заседании о том, что рядом с его домом по 

<

адрес>, последний раз в котором он был ДД.ММ.ГГГГ, расположен гараж, в котором хранилась металлическая печь с воздуховодами, шириной 80 сантиметров, высотой 100 сантиметров, изготовленная 

<

данные изъяты> из 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ он приехал проверить дом и обнаружил, что из гаража похищена данная печь. Не согласен с заключением экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ о том, что стоимость похищенной печи составляет 4320 рублей, поскольку покупал ее за 30000 рублей. Согласен с заключением эксперта о том, что от ДД.ММ.ГГГГ о том, что стоимость печи составляет 14550 рублей. Данный ущерб для него является значительным, печь возвращена;

- показаниями свидетеля ФИО8, данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании о том, что ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> он помогал ему отнести металлическую печь в магазин ФИО17, которую ФИО18 нашел на улице. ФИО1 продал печь ФИО19 за 1000 рублей;

- показаниями свидетеля ФИО6, данными в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ, согласно которых он является индивидуальным предпринимателем и имеет свой магазин. Днем ДД.ММ.ГГГГ к нему в магазин пришли ФИО1 и ФИО21 ФИО1 предложил ему купить металлическую печь. Он осмотрел печь, согласился и приобрел у ФИО1 данную печь за 1000 рублей. В этот же день вечером к нему приехали сотрудники полиции и изъяли данную печь, пояснив, что ФИО1 похитил ее у Потерпевший №1 

При этом суд апелляционной инстанции не может признать обоснованными доводы жалобы осужденного о необоснованном оглашении судом первой инстанции показаний свидетеля ФИО6, что лишило осужденного возможности задать вопрос данному свидетелю. Как усматривается из протокола судебного заседания (том 1 л.д. 61), ввиду неоднократной неявки в судебное заседание свидетеля ФИО6, государственным обвинителем на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ было заявлено ходатайство об оглашении показаний данного свидетеля на предварительном следствии. Против удовлетворения данного ходатайства осужденный и его защитник не возражали. В связи с чем, суд первой инстанции обоснованно принял решение, в соответствии с положениями ч. 1 ст. 281 УПК РФ, об оглашении показаний данного свидетеля.

Помимо показаний осужденного ФИО1, потерпевшего Потерпевший №1 и свидетелей ФИО8, ФИО6, виновность ФИО1 подтверждается письменными доказательствами, приведенными в приговоре: протоколом осмотра места происшествия – гаража, 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом выемки у свидетеля ФИО6 и осмотра металлической печи от ДД.ММ.ГГГГ; заключениями эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ.

Все доказательства, касающиеся виновности осуждённого и квалификации преступления, надлежащим образом проверены и оценены судом с приведением в приговоре соответствующих мотивов.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению, поскольку суд необоснованно сослался в обоснование своих выводов в качестве доказательств на протокол проверки показаний на месте подозреваемого ФИО1 с фототаблицей к протоколу от ДД.ММ.ГГГГ.

Как усматривается из протокола судебного заседания, указанный протокол в ходе судебного разбирательства не оглашался, в связи с чем, на основании ч. 3 ст. 240 УПК РФ суд не вправе был ссылаться в приговоре на данный протокол следственного действия.

Исключение указанного доказательства из приговора само по себе не свидетельствует о незаконности и необоснованности приговора в целом, который постановлен на достаточной совокупности иных доказательств по уголовному делу, отвечающих требованиям закона.

В ходе судебного разбирательства исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами. Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов осуждённому и его защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного приговора, по делу не допущено.

Оценив исследованные доказательства с учётом требований ст.88 УПК РФ, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и пришёл к обоснованному выводу о доказанности виновности осуждённого ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ а именно в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину. Оснований для иной квалификации действий осужденного суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы осужденного о несогласии со стоимостью похищенной им металлической печи в размере 14550 рублей и об исключении квалифицирующего признака «причинение значительного ущерба гражданину», суд апелляционной инстанции также не может признать обоснованными. 

Так, в ходе предварительно следствия постановлением следователя 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ была назначена товароведческая судебная экспертиза железной печи, похищенной у потерпевшего Потерпевший №1 Согласно заключению эксперта № рыночная стоимость металлической печи была определена в размере 4320 рублей. Вместе с тем, потерпевший Потерпевший №1 на предварительном следствии и в судебном заседании был не согласен со стоимостью принадлежащей ему металлической печи, определенной в заключении эксперта на предварительном следствии и настаивал, что ее стоимость составляла 30000 рублей, а с учетом износа - 20000 рублей. 

В ходе судебного следствия по уголовному делу по ходатайству государственного обвинителя и при отсутствии возражения ФИО1 и его защитника, постановлением Анжеро-Судженского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ была назначена и проведена судебная товароведческая экспертиза. Согласно выводам заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, рыночная стоимость железной печи на момент хищения была определена в размере 14550 рублей.

Таким образом, оценив имеющиеся по уголовному делу доказательства стоимости похищенной осужденным печи потерпевшего Потерпевший №1, суд первой инстанции обоснованно принял в качестве доказательства стоимости данной печи заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку указанная экспертиза проведена в рамках судебного следствия по делу, с производством экспертом осмотра объекта исследования, что следует из текста заключения. Ходатайств о назначении повторной либо дополнительной товароведческой экспертизы осужденным и его защитником не заявлялось. Оснований сомневаться в том, что на экспертизу была предоставлена печь потерпевшего, похищенная ФИО1, не имеется.

С учетом данного заключения государственным обвинителем в порядке ч. 8 ст. 246 УПК РФ был изменен объем обвинения в сторону смягчения путем изменения стоимости металлической печи с 20000 рублей, согласно обвинению, до 14550 рублей, что не повлекло ухудшение положения осужденного. 

Судом первой инстанции данное изменение объема обвинения было обоснованно принято, поскольку не ухудшило положение осужденного и не повлекло нарушение его права на защиту.

Вместе с тем установив, что стоимость похищенного ФИО1 имущества – металлической печи составляет 14550 рублей, суд первой инстанции при описании в приговоре преступного деяния, признанного доказанным, ошибочно указал, что стоимость металлической печи, принадлежащей потерпевшему ФИО9, составляет 20000 рублей. 

В связи с чем, суд апелляционной инстанции полагает необходимым уточнить в описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния, признанного доказанным, что стоимость металлической печи составляет 14550 рублей.

По смыслу закона, придаваемому правоприменительной практикой, при решении вопроса, является ли причиненный потерпевшему ущерб значительным, суд должен учитывать имущественное положение потерпевшего, стоимость похищенного имущества и его значимость для потерпевшего, размер заработной платы, пенсии, наличие у потерпевшего иждивенцев, совокупный доход членов его семьи и другие обстоятельства, объективно позволяющие установить материальное положение потерпевшего. 

Как видно из приговора, суд первой инстанции при разрешении вопроса о наличии в действиях ФИО1 квалифицирующего признака «причинение значительного ущерба гражданину» исходил не только из примечания к ст. 158 УК РФ, которым установлен минимальный размер стоимости похищенного в сумме 2500 рублей, позволяющий признать причиненный гражданину ущерб значительным, но и учел обстоятельства дела, стоимость похищенного имущества, мнение потерпевшего о значимости для него похищенного имущества, уровень 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>. Указанные объективные критерии материального положения потерпевшего, установленные в ходе судебного разбирательства и принятые судом во внимание в процессе квалификации содеянного, полностью согласуются с понятием значительности причиненного хищением ущерба применительно к диспозиции ст. 158 УК РФ. В связи с чем, вопреки доводам жалобы никаких оснований полагать, что указанный квалифицирующий признак не нашел своего подтверждения, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Наказание ФИО2 назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ, то есть с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного с указанием на то, что 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, по месту отбывания наказания 

<

данные изъяты>, с учетом смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учел признание ФИО1 вины, раскаяние в содеянном, состояние его здоровья, мнение потерпевшего, не настаивающего на строгом наказании, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, которое выразилось в даче правдивых, подробных, последовательных показаний в ходе предварительного следствия, способствовавших установлению истины по делу, добровольное возмещение имущественного ущерба потерпевшему, причиненного в результате преступления, выразившееся в способствовании розыску имущества и возврате похищенного, 

<

данные изъяты> 

В качестве отягчающего наказание обстоятельства суд обоснованно признал рецидив преступлений, в связи с чем наказание назначено в соответствии с ч. 2 ст. 68 УКРФ, оснований для применения ч. 3 ст. 68 УК РФ суд обоснованно не усмотрел, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Таким образом, все обстоятельства, имеющие значение при назначении наказания и влияющие на его справедливость, судом учтены при назначении наказания.

Суд апелляционной инстанции считает, что вид и размер назначенного осуждённому ФИО1 наказания в полной мере соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного, личности осуждённого, требованиям закона, целям наказания, предусмотренным ст.43 УК РФ, и является справедливым. 

Выводы суда об отсутствии оснований для применения ст. 64 УК РФ при назначении наказания ФИО1 не вызывают сомнений у суда апелляционной инстанции, поскольку исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не установлено.

Суд правильно пришёл к выводу об отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую, а также для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ в связи с наличием обстоятельства, отягчающего наказание - рецидива преступлений.

Также суд обоснованно пришел к выводу о том, что исправление осужденного ФИО2 невозможно без реального лишения свободы, поскольку для его исправления и предупреждения совершения им новых преступлений требуется отбывание наказания в условиях изоляции от общества. 

Учитывая, что преступление по обжалуемому приговору ФИО2 совершил до вынесения приговора Анжеро-Судженского городского суда Кемеровской области от 31.10.2019, то окончательное наказание верно назначено по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Вид исправительного учреждения для отбывания осужденным наказания определен верно, на основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Вопреки доводам жалобы осужденного, суд первой инстанции руководствуясь положением п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции ФЗ № 186-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) обоснованно зачел ФИО1 в срок лишения свободы время содержания под стражей с 21 мая 2020 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вместе с тем, суд зачел осужденному в срок лишения свободы времени содержания под стражей по приговору от 31 октября 2019 года - с 31 октября 2019 года по 04 февраля 2020 года, тогда как по данному приговору ФИО1 отбывал наказание в виде лишения свободы по 20 мая 2020 года, то есть до постановления в отношении него обжалуемого приговора от 21 мая 2020 года, следовательно осужденному следует зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей и с 5 февраля 2020 года по 20 мая 2020 года на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день лишения свободы за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Нарушений норм уголовного, уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, в ходе предварительного следствия и судебного рассмотрения уголовного дела допущено не было.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Анжеро-Судженского городского суда Кемеровской области от 21.05.2020 года в отношении ФИО1 изменить:

считать правильным в описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния, что стоимость металлической печи составляет 14550 рублей,

исключить из приговора ссылку суда как на доказательство – протокол проверки показаний на месте подозреваемого ФИО1 с фототаблицей,

зачесть ФИО1 в срок отбытия наказания на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей с 5 февраля 2020 года по 20 мая 2020 года из расчета один день лишения свободы за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части приговор оставить без изменения апелляционную жалобу осужденного - без удовлетворения.

Судья Орлова О.В.