РЕШЕНИЕ

 № 2-2613/2017

Именем Российской Федерации

г. Тамбов 08 ноября 2017 года 

Ленинский районный суд г. Тамбова в составе:

Председательствующего судьи Емельяновой Н.В. 

при секретаре Клемешовой Е.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Тамбовнефтепродукт» о взыскании невыплаченной премии по итогам работы за год,

УСТАНОВИЛ:

01.11.2007г. между ФИО1 и АО «Тамбовнефтепродукт» был заключен трудовой договор ***, в соответствии с которым ФИО1 принимался на должность Генерального директора общества. 14.09.2016г. указанный трудовой договор был прекращен в связи с принятием решения собственника имущества организации о прекращении трудового договора в соответствии с п.2 ст. 278 Трудового кодекса РФ.

15.08.2017г. ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Тамбовнефтепродукт», в котором просил взыскать в его пользу неполученную премию по итогам работы за год в размере 802325,83 руб.

В обоснование заявленных требований указал, что выплата ему премии по итогам работы за год предусмотрена условиями трудового договора, а именно п. 3.2.3 и 5.3. порядок и условия выплаты премии установлены в Положении о годовом премировании генерального директора и руководителей верхнего звена. В соответствии с указанным положением премия выплачивается единовременно всем руководителям общества, в том числе уволившимся. Основанием для отказа в выплате премии может являться только неоднократное грубое нарушение трудовой дисциплины. Таких оснований у АО «Тамбовнефтепродукт» в отношении него не имелось, в связи с чем полагает, что решение о выплате премии не могло носить произвольный характер. Ввиду отсутствия оснований для лишения его такой премии, просит иск удовлетворить.

В судебном заседании истец и его представитель по устному ходатайству ФИО2 исковые требования поддержали по основаниям и в объеме, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно представитель истца пояснил, что ФИО1 подвергся трудовой дискриминации со стороны бывшего работодателя. 

Полагает, что с учетом требований ст. 129 ТК РФ годовая премия входит в понятие «заработная плата», размер которой является существенным условием трудового договора. В соответствии с п. 3.2.3 трудового договора Ответчик обязан осуществлять оплату труда, материальное стимулирование, выплату вознаграждений, установленных договором. Кроме того, в соответствии с п. 5.3 трудового договора генеральному директору может быть выплачена премия по итогам работы за год. Порядок и условия премирования регламентируются Положением о годовом премировании генерального директора и руководителей верхнего звена. Таким образом, данная премия не может носить произвольный характер, входит в систему оплаты труда и истец обладает правом требовать ее выплаты.

В соответствии с пунктом 3.2.12 Положения единственным основанием для отказа в выплате премии является наличие у руководителя в отчетном годовом периоде неснятого дисциплинарного взыскания, а также наличия документально зафиксированного факта совершения в отчетном годовом периоде руководителем дисциплинарного проступка (в том числе выявленного по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки).

Совершение работником дисциплинарного проступка устанавливается только привлечением указанного работника к дисциплинарной ответственности. Однако, за 2016г. ФИО1 к дисциплинарной ответственности работодателем не привлекался, приказ о наложении дисциплинарного взыскания в отношении него не выносился.

Если работник за совершение проступка не привлечён к дисциплинарной ответственности, это означает, что работодатель не рассматривает действия работника как проступок и не расценивает указанные действия как основание для каких-либо правовых последствий. Таким образом, дисциплинарный проступок не может существовать без дисциплинарной ответственности. 

Приказ о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности работодателем не принимался, в связи с чем отсутствовали основания, предусмотренные Положением о премировании для отказа в выплате ему годовой премии.

Ссылку ответчика на акт технического расследования, проведенного управлением Ростехнадзора от 13.07.2016г. по результатам расследования аварии на опасном производственном объекте, произошедшей 10.06.2016г., как на подтверждение совершения ФИО1 дисциплинарного проступка и основание в отказе выплаты премии, считает несостоятельной, поскольку данный акт составлен органом, в полномочия которого входит контроль и надзор за соблюдением требований промышленной безопасности при эксплуатации опасных производственных объектов. В компетенцию специалистов Ростехнадзора не входит определение факта совершения лицом дисциплинарного проступка, возникающего только в рамках трудовых правоотношений.

Указывает, что по результатам аварии, произошедшей 10.06.2016г. были проведены проверки, организованные по инициативе именно работодателя. По результатам этих проверок каких-либо нарушений трудовой дисциплины со стороны ФИО1 установлено не было. Именно эти обстоятельства должны учитываться судом при рассмотрении спора.

Отсутствие в действиях ФИО1 нарушений трудовой дисциплины подтверждается и действиями самого ответчика по выплате истцу единовременной денежной компенсации при увольнении, которая, на основании п. 6.6. дополнительного соглашения от 14.04.2016 г. к трудовому договору выплачивается только в случае отсутствия фактов совершения работником виновных действий. Таким образом, ответчик фактически признал, что истец не совершал никаких виновных действий, а, следовательно, и должностного проступка.

Указывает на факт трудовой дискриминации в отношении истца приневыплате премии по итогам 2016 года. Об указанной дискриминации свидетельствует то, что премия по итогам работы за 2016 г. была выплачена всем руководителям верхнего звена АО «Тамбовнефтепродукт», в том числе уволившимся и привлеченным к дисциплинарной ответственности, включая привлечённых к дисциплинарной ответственности по факту аварии, имевшей место 10.06.2016г. 

Поскольку премия относится к заработной плате, на неё распространяются основные правовые принципы оплаты труда (ст. 132 ТК РФ). Установление и выплата премии должны подчиняться принципу равного подхода к оплате за труд при равных условиях выплаты премии, то есть при премировании не должно быть допущено дискриминации одних работников перед другими.

В связи с изложенным, просит требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в письменных возражениях. Дополнительно пояснил, что начиная с 09.07.2013 ФИО1 работал в АО «Тамбовнефтепродукт» в должности генерального директора на основании трудового договора от 01.11.2007 в редакции дополнительных соглашений от 09.07.2013 и 14.04.2016. 14.09.2016 трудовые отношения были прекращены в связи с принятием собственником имущества организации - ООО «Нефть-Актив» решения о прекращении трудового договора, п. 2 ст. 278 ТК РФ.

Полагает, что в соответствии со ст.ст. 22, 135 Трудового Кодекса РФ и исходя из содержания п. 5.3 трудового договора, заключенного с истцом и условий, содержащихся в Положении о годовом премировании генерального директора и руководителей верхнего звена общества, годовая премия, относится к поощрениям и не может носить постоянный безусловный характер, ее начисление является правом работодателя при условии выполнения работником требований, предусмотренных Положением о премировании. Истец был ознакомлен как с трудовых договором, так и с Положением о премировании под роспись.

В соответствии с пунктом 3.2.12 Положения при наличии у руководителя в отчетном годовом периоде неснятого дисциплинарного взыскания, а также наличия документально зафиксированного факта совершения в отчетном годовом периоде руководителем дисциплинарного проступка (в том числе выявленного по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки) годовая премия руководителю не выплачивается. Позиция ОАО «НК «Роснефть» по вопросу невыплаты годовой премии руководителю определяется для генерального директора - президентом ОАО «НК «Роснефть».

10.06.2016 на опасном производственном объекте «***» АО «Тамбовнефтепродукт» при проведении технологической операции по зачистке резервуара произошло возгорание нефтепродукта с последующим частичным разрушением резервуара. При этом был тяжело травмирован работник подрядной организации ***».

Учитывая то, что данная авария подпадала под понятие «несчастный случай на опасном производственном объекте», расследование этого случая было проведена в соответствии с требованиями ст. 229.2-231 ТК РФ управлением Ростехнадзора.

Ссылку истца и его представителя относительно того, что решение по вопросу нарушения ФИО1 трудовой дисциплины должен был принимать в этом случае работодатель, считает несостоятельной, поскольку указанные нормы закона являются специальными, работодатель в этом случае невправе был проводить какие-либо проверки. 

По результатам расследования был составлен «Акт технического расследования причин аварии на опасном производственном объекте, произошедшей 10 июня 2016 года», в котором отражены технические и организационные причины инцидента. Согласно пункту 8.4. Акта, ФИО1 – генеральный директор АО «Тамбовнефтепродукт», должным образом не обеспечил соблюдение подчиненными работниками требований в области промышленной безопасности и охраны труда, нарушил требования статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»; не выполнил требования раздела 3.1. дополнительного соглашения от 14.04.2016 г. к Трудовому договору от 01.11.2007.

Нарушения, отраженные в Акте, легли в основу дела об административном правонарушении, возбужденном как в отношении АО «Тамбовнефтепродукт», так и в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 9.1. КоАП РФ - нарушение требований промышленной безопасности или условий лицензий на осуществление видов деятельности в области промышленной безопасности опасных производственных объектов.

По результатам рассмотрения дел об административных правонарушениях и общество и сам ФИО1, как должностное лицо, были привлечены к административной ответственности.

На основании вышеизложенного, АО «Тамбовнефтепродукт» считает, что представленными в суд материалами факт совершения истцом дисциплинарного проступка подтверждается в полном объеме.

Доводы истца относительно того, что при наличии сведений о совершении дисциплинарного проступка, работодатель обязан привлечь работника к дисциплинарной ответственности считает несостоятельными, поскольку только работодатель опроеделяет с учетом степени вины и тяжести совершенного проступка основания и меры дисциплинарной ответственности. Само по себе отсутствие приказа о наложении на ФИО1 дисциплинарного взыскания в силу изложенных обстоятельствах не свидетельствует об отсутствии в его действиях нарушений трудовой дисциплины при исполнении трудовых обязанностей.

Кроме того, АО «Тамбовнефтепродукт» самостоятельно не принимает решение о премировании либо дипремировании работников верхнего звена, к которым относится истец. В соответствии с положением о премировании директор общества только направляет свои предложения с обоснованиями генеральному директору ПАО «НК«Роснефть», который и принимает окончательное решение по данному вопросу.

Вопрос о премировании генерального директора АО «Тамбовнефтепродукт» ФИО1 решался генеральным директором ПАО «НК «Роснефть». В материалах дела имеются документы, подтверждающие, согласование не выплаты премии по итогам работы за год ФИО1 

Доводы истца относительно того, что надлежащее исполнение им трудовых обязанностей подтверждается выплатой ему единовременной компенсации считает необоснованными.

Как следует из трудовой книжки ФИО1, трудовой договор был прекращен с ним в связи с принятием решения собственника имущества организации о прекращении трудового договора в соответствии с п.2 ст. 278 Трудового кодекса РФ.

Единовременная компенсация не выплачивается при прекращении (расторжении) трудового договора за виновные действия (бездействия) или по инициативе Генерального директора. Увольнение по п.2 ст. 278 ТК РФ не свидетельствует об увольнении за виновные действия, в связи с чем у работодателя отсутствуют законные основания для отказа в выплате единовременной компенсации, предусмотренной условиями трудового договора. 

В ходе рассмотрения дела судом в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований было привлечено ПАО «НК «Роснефть», представитель которого будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте рассмотрения дела, в суд не явился, просил рассмотреть дело в отсутствие их представителя. В связи с изложенным дело рассмотрено в отсутствие неявившегося третьего лица.

В своих письменных возражениях, представитель ПАО «НК «Роснефть» относительно удовлетворения заявленных исковых требований возражал по основаниям, аналогичным тем, что изложены представителем ответчика в судебном заседании.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 8 Трудового кодекса РФ работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

В соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров. Коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению (ст. 9 Трудового кодекса РФ).

К числу основных принципов правового регулирования трудовых отношений иных непосредственно связанных с ними отношений ст. 2 Трудового кодекса РФ относит обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права

В силу ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно ст. 57 ТК РФ условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада), указываются в трудовом договоре, заключенном между работником и работодателем.

В соответствии со ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Оклад (должностной оклад) - фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

Согласно ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Таким образом, система оплаты труда применительно к ст. 135 Трудового кодекса РФ включает:

- фиксированный размер оплаты труда (оклад, тарифные ставки) с учетом квалификации, сложности, количества и качества выполненной работы (ст. 143 Трудового кодекса РФ);

- доплаты, надбавки компенсационного характера (например, ст. 146 Трудового кодекса РФ - Оплата труда в особых условиях; ст. 147 Трудового кодекса РФ - Оплата труда работников, занятых на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда; ст. 148 Трудового кодекса РФ - Оплата труда на работах в местностях с особыми климатическими условиями; ст. 149 Трудового кодекса - Оплата труда в других случаях выполнения работ в условиях, отклоняющихся от нормальных);

- доплаты и надбавки стимулирующего характера (ст. 191 Трудового кодекса РФ - Поощрения за труд).

При этом, установленный в организации локальными нормативными актами фиксированный размер оплаты труда основан на нормах прямого действия, поскольку они служат непосредственным основанием для соответствующей выплаты работнику, полностью отработавшему норму рабочего времени и выполнившего трудовые обязанности в нормальных условиях труда. Издание работодателем дополнительного приказа в таком случае не требуется.

Стимулирующие выплаты, в отличие от компенсационных, зависят от усмотрения работодателя

Как установлено в судебном заседании, следует из материалов дела, пояснений сторон в судебном заседании 01.11.2007г. между ФИО1 и АО «Тамбовнефтепродукт» был заключен трудовой договор ***, в соответствии с которым ФИО1 принимался на должность Генерального директора общества. 

В соответствии с п. 5.1 рудового договора (в редакции дополнительного соглашения от 14.04.2016г.) (л/д 14-24), за выполнение должностных обязанностей, предусмотренных условиями договора, генеральному директору устанавливается месячная заработная плата в размере 345711 руб. за полную норму отработанного в отчетному периоде времени.

Пунктом 5.3 договора предусмотрено, что на основании письменного согласования ОАО «НК «Роснефть» и распорядительного документа по Обществу генеральному директору может быть выплачена премия по итогам работы за год. Нормативный размер премии составляет 30% от годовой заработной платы генерального директора. Порядок и условия премирования регламентируются Положением о годовом премировании генерального директора и руководителей верхнего звена Общества.

В соответствии с п. 3.1.6 Положения ЗАО «Тамбовнефтепродукт» «О годовом премировании генерального директора и руководителей верхнего звена», утвержденного приказом от 04.09.2012г. *** (л/д -31-56), руководитель получает нормированный размер годовой премии в полном объеме, если по всем коллективным и индивидуальным показателям достигнута целевая планка «План»; не получает, если по всем показателям не достигнута планка «Порог». Порядок расчет размера годовой премии определен в п. 3.2.7 Положения.

Исходя из положений п. 3.2.9 - 3.2.12 Положения следует, что вопросы установления, выплаты (невыплаты) и снижения размера годовой премии решается президентом ОАО «НК «Роснефть».

При этом, основанием для невыплаты премии является наличие у руководителя в отчетном годовом периоде неснятого дисциплинарного взыскания, в также наличие документально зафиксированного факта совершения в отчетном годовом периоде руководителем дисциплинарного проступка (в том числе выявленного по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки).

Учитывая изложенные выше условия оплаты труда ФИО1 в совокупности, суд приходит к выводу о том, что годовая премия, вопреки доводам истца и его представителя в судебном заседании является не обязательной, а стимулирующей выплатой и выплачивается работодателем при реализации им прав предусмотренных ст. 22, 191 ТК РФ, трудовым договором и Положением «О годовом премировании генерального директора и руководителей верхнего звена».

Основанием для отказа в выплате данной премии может служить в том числе наличие документально зафиксированного факта совершения в отчетном годовом периоде руководителем дисциплинарного проступка. Решение об отказе в выплате принимается президентом ОАО «НК «Роснефть».

Как следует из пояснений ответчика и подтверждается материалами дела, 02.05.2017г. АО «Тамбовневтепродукт» в адрес ПАО «НК Роснефть» был направлен отчет о проделанной работе общества за 2016г. к указанному отчету было приложено предложение о возможности проработать вопрос о лишении премии некоторых генеральных директоров, в том числе и ФИО1 Основанием для формирования такого предложения послужил факт несоблюдения ФИО1 требований раздела 3.1 трудового договора, раздела 1.3 Политики ОАО «НК «Роснефть» и Общества в области промышленной безопасности и охраны труда, а также нарушение требований ст. 9 Федерального закона от 21.07.1997г. №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов». Указано, что ФИО1 должным образом не обеспечил соблюдение подчиненными работниками требований в области промышленной безопасности и охраны труда, что явилось одной из причин происшествия на АО «Тамбовнефтепродукт» 10.06.2016г.. (л/д 115-120).

Указанные предложения были согласованы главным исполнительным директором ПАО «НК «Роснефть» ФИО4, что и явилось основанием для отказа в выплате ФИО1 премии по итогам работы за год.

Доводы истца, изложенные в судебном заседании относительно того, что на листе согласования отсутствует подпись самого генерального директора не свидетельствует об ином решении по вопросу его премирования, поскольку доказательств, подтверждающих принятие в установленном порядке решения о начислении ему премии, истцом не представлены.

Не может суд принять во внимание и доводы истца относительно того, что в отношении него была произведена дискриминация, поскольку из указанных предложений следует, что вопрос о лишении премии в связи с наличием замечаний к работе в области выполнения охраны труда и безопасности и эффективности деятельности рассматривался не только в отношении него, но и других генеральных директоров АО «Тамбовнефтепродукт» (л/д 115).

Рассматривая вопрос об обоснованности принятого решения о невыплате ФИО1 премии по итогам работы за год, суд учитывает, что согласно ст. 192 Трудового кодекса РФ дисциплинарный проступок - это неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей.

Указанная статья наделяет работодателя правом применения к работнику, совершившему дисциплинарный проступок дисциплинарного взыскания, перечень которых также изложен в ст. 192 ТК РФ

При таких обстоятельствах, суд признает необоснованными доводы истца и его представителя относительно того, что отсутствие изданного в установленном порядке приказа о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности является безусловным свидетельством отсутствия в его действиях в период исполнения трудовых обязанностей дисциплинарного проступка.

Оценивая доводы представителя ответчика относительно совершения ФИО1 дисциплинарного проступка, суд исходит из следующего.

Как установлено в судебном заседании 10.06.2016г. на Тамбовской нефтебазе АО «Тамбовнефтепродукт» в резервуарном парке при проведении силами подрядной организации работ по зачистке наземного резервуара хранения и перевалки бензина АИ-92 объемом 1000 м3 произошло возгорание паровоздушной смеси с последующим объемным взрывом, пожаром и разрушением резервуара. Наличие и обстоятельства аварии истцом не оспариваются.

Указанное событие было квалифицировано как несчастный случай на производстве в связи с получением работником подрядной организации телесных повреждений.

Порядок формирования комиссий по расследованию несчастных случаев на производстве регулируется ст. 229 Трудового кодекса РФ, в соответствии с которой при несчастном случае, происшедшем в организации или на объекте, подконтрольных территориальному органу федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по контролю и надзору в сфере промышленной безопасности, состав комиссии утверждается руководителем соответствующего территориального органа. Возглавляет комиссию представитель этого органа.

На основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством (ст. 229.1 ТК РФ).

Как следует из материалов дела во исполнение указанных требований законодательства федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в сфере промышленной безопасности (Ростехнадзором) была создана комиссия по расследованию причин аварии на опасном производственном объекте.

По результатам работы комиссии был составлен акт от 13.07.2016г. (л/д 71-90), в соответствии с п. 8.4 которого ФИО1- генеральный директор АО «Тамбовнефтепродукт», должным образом не обеспечил соблюдение подчиненными работниками требований в области промышленной безопасности и охраны труда, нарушил требования ст. 9 Федерального закона «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», требования раздела 3.1 дополнительного соглашения от 14.04.2016г. к трудовому договору и раздела 1.3 Политика ОАО «НК «Роснефть» и общества в области промышленной безопасности и охраны труда.

Доводы истца относительно того, что указанный акт им не подписан, ввиду чего не может быть принят надлежащим доказательством по делу не могут быть приняты судом во внимание. Поскольку в судебном заседании истец не отрицал тот факт, что с указанным актом ознакомлен был. А в силу ст. 230 ТК РФ акт подписывается только лицами, проводившими расследование, к числу которых истец не относился.

Кроме того, постановлением Верхне-Донского управления Ростехнадзора от 26.07.2016г. №Т4/300-362 в связи с указанными нарушениями в области промышленной безопасности при выполнении работ повышенной опасности (Газоопасных работ), в т.ч. выполняемых работниками сторонних организаций, ФИО1 был привлечен к административной ответственности по ч.1 ст. 9.1 КоАП РФ.

При вынесении постановления по делу об административном правонарушении ФИО1 присутствовал, вину свою признал, постановление не оспаривал. 

Доводы истца относительно того, что привлечение его к административной ответственности не связано в выполнением им должностных обязанностей, суд находит несостоятельными, поскольку как следует из Кодекса об административных правонарушениях, прямо указано в постановлении о назначении административного наказания, субъектом данного правонарушения является должностное лицо в случае совершения им административного правонарушения в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей. Кроме того, ФИО1 был привлечен к ответственности как должностное лицо, то есть в связи с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций. 

Учитывая то, что Трудовым кодексом РФ не установлен перечень документов, которые составляются с целью зафиксировать совершение работником дисциплинарного проступка, в том числе и в случае нарушения трудовой дисциплины, суд соглашается с доводами представителя ответчика относительно того, что все изложенные документы в совокупности позволяют суду сделать выводы о наличии в действиях ФИО1 данных о ненадлежащем исполнении по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, что в силу п. 3.2.12 Положения о премировании позволяло Генеральному директору ОАО «НК «Роснефть» принять решение об отказе в выплате ему годовой премии. 

При разрешении доводов истца относительно того, что созданная его приказом комиссия, а также комиссия созданная вице-президентом ОАО «НК «Роснефть» ФИО7 по факту аварии, не выявили каких-либо нарушений в его действиях, суд соглашается с доводами представителя ответчика относительно того, что к полномочиям указанных комиссий не относится расследование происшествий, подпадающих под действие ст. 229 ТК РФ. При таких обстоятельствах заключения данных комиссий не могут быть приняты судом как доказательства обоснованности заявленных исковых требований.

Доводы истца относительно того, что ему при увольнении была выплачена материальная помощь в размере трех окладов в соответствии с п. 6.6 трудового договора, что также свидетельствует об отсутствии каких-либо виновных действий с его стороны, суд находит основанными на неверном толковании норм права и условий договора.

Как следует из п. 6.6 трудового договора в случае прекращения действия (расторжения) трудового договора по решению уполномоченного органа при отсутствии виновных действий (бездействия) со стороны Генерального директора, при его увольнении по собственному желанию в связи с выходом на пенсию, а также при увольнении по соглашению сторон Общество выплачивает генеральному директору единовременную компенсацию в размере трех среднемесячных заработных плат.

Единовременная компенсация не выплачивается при прекращении (расторжении) трудового договора за виновные действия (бездействия) или по инициативе Генерального директора.

Как следует из трудовой книжки ФИО1 (л/д162-15) 14.09.2016г., трудовой договор был прекращен с ним в связи с принятием решения собственника имущества организации о прекращении трудового договора в соответствии с п.2 ст. 278 Трудового кодекса РФ.

Как разъяснил Верховный суд РФ в п.9 Постановления Пленума от 02.06.2015 N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации" прекращение трудового договора с руководителем организации по основанию, установленному пунктом 2 статьи 278 ТК РФ, не является мерой юридической ответственности и не допускается без выплаты ему компенсации, предусмотренной статьей 279 ТК РФ.

Таким образом, сами по себе действия АО «Тамбовнефтепродукт» по выплате ФИО1 компенсации, предусмотренной условиями трудового договора, при его увольнении по п.2 ст. 278 ТК РФ не могут быть расценены как доказательства нарушения его прав при принятии решения об отказе в премировании.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к АО «Тамбовнефтепродукт» о взыскании невыплаченной премии по итогам работы за год оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Тамбовский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: Н.В.Емельянова

Решение в окончательной форме принято 13.11.2017г.

Судья: Н.В.Емельянова